Дело № 2-830/2018 

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

Киселёвский городской суд Кемеровской области

в составе: председательствующего – судьи Улитиной Е.Ю., 

при секретаре – Степановой О.И.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности от 04.06.2018г., сроком на три года,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Киселёвске 

«03» октября 2018 года

гражданское дело по иску 

ФИО1 

к Обществу с ограниченной ответственностью «ДДС-Плюс» 

о взыскании оплаты вынужденного прогула, процентов за несвоевременную выплату, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в Киселёвский городской суд с иском к ответчику Обществу с ограниченной ответственностью «ДДС-Плюс» (далее – ООО «ДДС-Плюс») о взыскании оплаты вынужденного прогула, процентов за несвоевременную выплату денежных средств, компенсации морального вреда, ссылаясь на следующие обстоятельства.

Истец работал у ответчика по трудовому договору вахтовым методом проходчиком 5-го разряда с февраля 2015 года по апрель 2016 года.

Решением Киселёвского городского суда от 19 февраля 2018 года по гражданскому делу №, вступившим в законную силу 23 марта 2018 года, были удовлетворены требования ФИО1 к ООО «ДДС-Плюс» о взыскании с ответчика компенсации за неиспользованный отпуск, в размере 26949 рублей 24 копейки. Указанная сумма была выплачена истцу ответчиком только 13 апреля 2018 года, в связи с чем истец полагает, что ответчик обязан выплатить ему проценты по статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации за период с 17.10.2016г. по 13.04.2018г., размер которых составит 10061 рубль 08 копеек.

Кроме того, истец считает, что ответчик обязан оплатить ему вынужденный прогул за период с 01 апреля 2016 года по 14 октября 2016 года, поскольку в указанный период истец был незаконно лишен возможности трудиться. Согласно приказа № от 31 марта 2016 года «О направлении работников на межвахтовый отдых» истец был направлен на межвахтовый отдых с 03 апреля 2016 года по 30 июня 2016 года. Данный приказ не является допустимым доказательством, обязывающим истца явиться к месту работы. Ответчик должен был составить график работы на вахте, ознакомить истца с графиком. С 03 апреля 2016 года по 14 октября 2016 года истец находился дома в ожидании вызова на работу. В нарушение ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации ответчик не предоставил работу истцу, что для истца является вынужденным прогулом. Лишь 19 января 2018 года, при ознакомлении с материалами гражданского №, истец узнал, что ответчик уволил его 14.10.2016г. за прогул. Истец не оспаривает законность своего увольнения, так как 14.10.2016г. он трудоустроился и приступил к работе у другого работодателя. Между тем, время ожидания вызова на работу и непредоставление ему работы в вышеназванный период истец расценивает как вынужденный прогул и полагает необходимым взыскать с ответчика оплату вынужденного прогула за 738 рабочих часов исходя из среднечасового заработка в размере 601,88 рублей, в размере 444187 рублей 44 копейки. 

Действиями ответчика истцу причинен моральный вред, размер которого истец оценивает в 2000 рублей. 

На основании изложенного, истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу оплату вынужденного прогула за период с 01 апреля 2016 года по 14 октября 2016 года в размере 444187 рублей 44 копейки, проценты по ст.236 Трудового кодекса Российской Федерации за период с 17 октября 2016 года по 13 апреля 2018 года в размере 10061 рубль 08 копеек, компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей. 

В ходе судебного разбирательства истец письменными заявлениями неоднократно уточнял размер исковых требований (л.д.166-168 том №1, л.д.244 том №1, л.д.19-20 том №2). В окончательной редакции исковых требований истец просит взыскать с ответчика в свою пользу оплату вынужденного прогула за период с 01 июля 2016 года по 11 октября 2016 года в размере 438770 рублей 52 копейки, проценты по ст.236 Трудового кодекса Российской Федерации за период с 15 октября 2016 года по 19 марта 2018 года в размере 8460 рублей 71 копейка, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени, дате и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, причины неявки суду не известны.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержал заявленные истцом требования, дополнительно просил взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате судебной почерковедческой экспертизы в размере 10600 рублей. Пояснил, что ответчик не предоставил истцу работу после окончания межвахтового отдыха и фактически лишил истца возможности трудиться. Истец с 01 июля 2016 года находился дома, в ожидании вызова на работу, но никаких уведомлений от ответчика не получал, звонков ему не было, корреспонденции тоже. Поскольку трудовая книжка была у истца на руках, то 12.10.2016г. он устроился на работу к другому работодателю. Доводы истца подтверждены материалами дела и заключением судебной почерковедческой экспертизы. Истец не был ознакомлен с Правилами внутреннего трудового распорядка и не мог их нарушить, поскольку данные Правила были утверждены и введены в действие во время межвахтового отдыха истца. Также истец не был ознакомлен с графиком работы на вахте, в соответствии с которым он должен был явиться на работу. Приказ № от 31 марта 2016 года не является графиком работы на вахте, не предусматривает время, необходимое для доставки работников на вахту и обратно, дни нахождения в пути и обратно. Докладные записки начальника участка П. не являются доказательством, подтверждающим факт нарушения истцом локальных нормативных правовых актов. Докладные записки подтверждают факт нарушения ответчиком трудовых норм - отсутствие графика работы на вахте. Кроме того, П. данные докладные записки не подписывал, в записках стоит подпись иного лица, что установлено заключением судебной экспертизы. Представленные ответчиком графики выходов работников ООО «ДДС-Плюс» на январь – июль 2016 года не являются графиками работы на вахте. Кроме того, в графике на июль 2016г. в графе «Госьков» подпись выполнена не истцом, а иным лицом. Если истец не приступил к работе 01 июля 2016 года, то его следовало уволить 30 июня 2016 года – в последний день, когда работник находился на межвахтовом отдыхе, либо в последний день работы – 31 марта 2016г. Однако, ответчик не увольнял истца до 14 октября 2016 года. За период с 01 июля 2016 года по 11 октября 2016 года размер оплаты вынужденного прогула составляет 438770 рублей 52 копейки, расчет произведен из данных по расчетным листкам истца за отработанный у ответчика период.

Представитель ответчика ООО «ДДС-Плюс» в судебное заседание не явился, о времени, дате и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. Представитель ответчика ФИО3, действующий на основании доверенности № от 01 июня 2018 года, сроком до 31 декабря 2018 года, просит о проведении судебного заседания в отсутствие представителя ответчика, а также просит учесть все доводы, изложенные в письменных возражениях на иск (л.д.29-34 том №1, л.д.179-182 том №1, л.д.240-241 том №1). Представитель ответчика указывает, что приказом № от 31 марта 2016 года «О направлении работников на межвахтовый отдых» истец был направлен на межвахтовый отдых с 03 апреля 2016 года по 30 июня 2016 года. По окончании отдыха 30 июня 2016 года начальнику участка П. не удалось связаться с истцом с целью заказа авиабилетов, на телефонные звонки истец не отвечал, его местонахождение было не известно, что подтверждается докладными записками начальника участка от 01 июля 2016 года и 20 июля 2016 года. 04 июля 2016 года в адрес истца направлялось письмо о предоставлении объяснений по вопросу отсутствия на рабочем месте. Данное письмо было возвращено работодателю в связи с истечением сроком хранения. Также в адрес истца направлялось письмо о смене места выполнения работ, которое истцом также получено не было, возвращено в адрес ответчика. 14 октября 2016 года в связи с отсутствием сведений от самого работника и фактическом отсутствии на рабочем месте истец был уволен приказом № от 14 октября 2016 года на основании пп. «а» п.6 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Увольнение истцом не оспорено, приказ об увольнении в установленном законом порядке отменен не был. Соответственно, правовых оснований для взыскания в пользу истца оплаты вынужденного прогула не имеется. Доказательств, подтверждающих противоправное поведение со стороны работодателя, истцом не представлено. Истец ошибочно полагает, что направление в межвахтовый отдых и дальнейшая его неявка к месту сбора, а также игнорирование с его стороны попыток связаться с ним с целью направления на вахту, вручения уведомления о перемещении и об увольнении, является виной работодателя, в результате которой истец якобы лишился возможности трудиться и получать заработную плату. Со стороны самого работника было сплошное безразличие, отсутствие заинтересованности в выполнении своей трудовой функции, игнорирование попыток связаться с ним. Сам истец ответчику не писал, не звонил, судьбой своей работы после межвахтового отдыха никак не интересовался. При разрешении дела и оценке доказательств, в том числе и заключения судебной почерковедческой экспертизы, ответчик просит учесть, что именно П. являлся руководителем структурного подразделения ООО «ДДС-Плюс» в 

<

адрес> и именно в его зону ответственности входила работа с первичной кадровой документацией. Документы, представленные в качестве доказательств по делу, передавались директору К. именно П., в связи с чем позиция свидетелей П. и В. ответчику не понятна. Ответчик предполагает, что свидетели проявляют солидарность с истцом как бывшие работники ответчика. С П. трудовой договор расторгнут 21.07.2016г., В. уволен тем же приказом, что и истец, по тем же основаниям. Кроме того, докладные записки, о которых идет речь в заключении эксперта, явились лишь основанием для создания локальных нормативных актов работодателя, а также являются отражением действий работодателя, связанных с отысканием, истребованием объяснений и уведомлением работника, в связи с нарушением истцом локальных нормативных актов ответчика. Оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда не имеется, так как истцом не доказано причинение ему ответчиком нравственных и физических страданий. Требование истца о взыскании с ответчика процентов по ст.236 Трудового кодекса Российской Федерации за несвоевременную выплату денежных средств по предыдущему судебному решению ответчик признает в полном объёме, в размере 8460 рублей 71 копейка.

Суд, выслушав представителя истца, исследовав возражения представителя ответчика, изучив письменные материалы дела, находит исковые требования ФИО1 обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению.

Согласно статье 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что каждый имеет право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Согласно ст.234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате:

- незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу;

- отказа работодателя от исполнения или несвоевременного исполнения решения органа по рассмотрению трудовых споров или государственного правового инспектора труда о восстановлении работника на прежней работе;

- задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, внесения в трудовую книжку неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.

В силу ч.8 ст.394 Трудового кодекса Российской Федерации, если неправильная формулировка основания и (или) причины увольнения в трудовой книжке препятствовала поступлению работника на другую работу, то суд принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Между тем, по данному делу правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца оплаты вынужденного прогула судом не установлено.

Как следует из материалов дела, 24 декабря 2015 года между сторонами спора был заключен трудовой договор № (л.д.5-6 том №1), в соответствии с которым истец ФИО1 был принят на работу в ООО «ДДС-Плюс» на горнопроходческий участок в качестве проходчика 5 разряда, вахтовым методом, в различных местностях, в соответствии с производственной необходимостью работодателя. 

Работник приступает к выполнению своих обязанностей на рабочем месте, располагающемся в 

<

адрес> (п.1.6 договора).

Трудовой договор заключен на неопределенный срок и вступает в силу с момента издания приказа о приеме на работу (п.п.2.1, 2.2 договора).

Приказ о приеме истца на работу № был издан работодателем 24.12.2015г. (л.д.39-40 том №1).

Продолжительность рабочего времени, начало и окончание рабочего дня устанавливается в соответствии с графиком сменности, который доводится до работника в письменном виде под роспись за один месяц (п.4.1 договора).

Частями 1 и 2 статьи 301 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что рабочее время и время отдыха в пределах учетного периода регламентируются графиком работы на вахте, который утверждается работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов, и доводится до сведения работников не позднее чем за два месяца до введения его в действие. В указанном графике предусматривается время, необходимое для доставки работников на вахту и обратно. Дни нахождения в пути к месту работы и обратно в рабочее время не включаются и могут приходиться на дни междувахтового отдыха.

В соответствии с п.4.3 Положения о вахтовом методе организации работы, утвержденного директором ООО «ДДС-Плюс» К. 12.01.2015г., рабочее время и время отдыха в рамках учетного периода регламентируется графиком работы на вахте, который утверждается работодателем и доводится до сведения работников не позднее чем за два месяца до введения его в действие. В графиках также предусматриваются дни (часы), необходимые для доставки работников на вахту и обратно. Время нахождения в пути к месту работы и обратно в норму рабочего времени не включается и приходится на дни междувахтового отдыха (л.д.78 том №1).

Аналогичные правовые нормы содержатся в п.4.2 Основных положений о вахтовом методе организации работ, являющихся приложением №1 к Постановлению Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС и Минздрава СССР от 31 декабря 1987г. №794/33-82.

Пунктом 5.12 Положения о вахтовом методе организации работы в ООО «ДДС-Плюс» предусмотрено, что неявка работника к месту выполнения работы в день, определенный графиком работы, или отсутствие в указанный день без уважительных причин более четырех часов является прогулом (л.д.80 том №1).

В ходе рассмотрения дела ответчиком были представлены графики выходов работников ООО «ДДС-Плюс» на 2016 год (л.д.84-91 том №1).

Судом установлено и истцом не оспаривается, что приказом № от 31 марта 2016 года «О направлении работников на междувахтовый отдых» истец наряду с другими работниками был направлен на междувахтовый отдых с 03 апреля 2016 года по 30 июня 2016 года. С указанным приказом истец был ознакомлен, что подтверждается его подписью (л.д.124-125 том №1).

Об ознакомлении с данным приказом свидетельствует и факт его исполнения со стороны истца, который своевременно убыл с места работы на междувахтовый отдых, что подтверждается копиями посадочных талонов, предъявленных истцом при рассмотрении гражданского дела №.

При этом, как следует из графика работы на июль 2016г., с которым истец был ознакомлен под роспись, истец должен был приступить к работе в 1 смену 01.07.2016г. (л.д.91 том №1).

Доводы представителя истца о том, что с указанным графиком истца не знакомили, что в графике стоит не его подпись, ничем не подтверждены, доказательств этому не представлено. 

Таким образом, еще при направлении на междувахтовый отдых с 03 апреля 2016 года истцу было достоверно известно о необходимости выхода на работу с 01.07.2016г. Доказательств обратного истцом не представлено. 

Свидетели П., работавший у ответчика с 2013г. по июль 2017г. начальником участка, и В., работавший у ответчика в период работы истца заместителем начальника участка, пояснили, что в мае 2016г. все работники уехали с вахты в связи с невыплатой ответчиком заработной платы и ожидали вызова на работу, находясь дома. Как, когда и по какому основанию был уволен истец – им не известно. Свидетель П. также пояснил, что в конце 2016 года им выплатили часть заработной платы, он вышел на работу и уехал по заданию работодателя сначала в 

<

адрес>, а затем в 

<

адрес>, куда набирал команду, но до ФИО1 дозвониться не смог. Докладные записки о том, что он не смог связаться с ФИО1 для направления на вахту, он не составлял и не подписывал.

В соответствии с заключением судебной почерковедческой экспертизы № от 20.08.2018г., назначенной по ходатайству представителя истца определением от 20.07.2018г. (л.д.202-203 том №1), две подписи, выполненные от имени П. в представленных на исследование докладных записках от 01.07.2016г. и от 20.07.2016г. (л.д.157, 158 том №1), выполнены не П., а другим лицом (л.д.214-231 том №1).

Таким образом, учитывая выводы эксперта и показания свидетеля П., суд признает докладные записки от 01.07.2016г. и от 20.07.2016г. недопустимым доказательством.

Между тем, указанные доказательства имеют правовое значение лишь для рассмотрения вопроса о законности увольнения истца из организации ответчика, тогда как истец таких требований не заявляет и не заявлял ранее. 

Кроме того, иными материалами дела подтверждаются доводы ответчика о предпринятых мерах в целях истребования от истца сведений о причинах отсутствия на рабочем месте (л.д.92-97 том №1), уведомления истца о перемещении на другой объект (л.д.98-101 том №1, л.д.105-120 том №1).

Факт отсутствия истца на рабочем месте с 21.09.2016г. (даты возвращения в адрес ответчика корреспонденции, направленной в адрес истца и возвращенной по причине истечения срока хранения) до 14.10.2016г. подтверждается актом об отсутствии работника на рабочем месте (л.д.104 том №1) и самим истцом не оспаривается.

Как следует из пояснений представителя истца в ходе судебного разбирательства, сам истец не предпринимал попыток связаться с работодателем с целью выяснения времени выхода на работу.

Материалами дела подтверждается, что впервые за получением документов относительно своей работы в ООО «ДДС-Плюс» истец обратился к ответчику с заявлением 30.05.2017г., то есть более чем через год после фактического прекращения выполнения работы у ответчика (л.д.10 том №1).

Более того, в судебном заседании 03.10.2018г. было установлено, что трудовая книжка истца ФИО1 за весь период его работы у ответчика находилась у истца на руках, сведений о работе у ответчика в трудовой книжке не имеется. Как следует из записей в трудовой книжке, 12.10.2016г. (то есть еще в период работы у ответчика) истец был трудоустроен в ООО «

<

данные изъяты>» подземным проходчиком 4 разряда (л.д.17 том №2).

Соответственно, в период с 01.07.2016г. по 11.10.2016г. у истца также не имелось каких-либо препятствий к трудоустройству и возможности получать заработную плату.

На основании приказа № от 14 октября 2016 года истец был уволен из ООО «ДДС-Плюс» за прогул, в соответствии с пп. «а» п.6 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д.41 том №1).

Приказ об увольнении истцом не оспорен.

Учитывая изложенное, суд не может квалифицировать отсутствие истца в указанный период на рабочем месте как вынужденный прогул. Соответственно, требования истца о взыскании с ответчика оплаты вынужденного прогула удовлетворению не подлежат, поскольку факта незаконного отстранения истца от работы или иных фактов, предусмотренных вышеперечисленными правовыми нормами и позволяющих удовлетворить такие требования, судом не установлено.

Доводы представителя истца о том, что ФИО1 не мог нарушить Правила внутреннего трудового распорядка ООО «ДДС-Плюс», поскольку они введены в действие лишь с 01.06.2016г. (л.д.53-74 том №1), то есть в тот период, когда истец находился на межвахтовом отдыхе, правового значения для дела не имеют, поскольку предметом спора является законность действий работодателя, а не работника.

Требования истца о взыскании процентов в размере 8460 рублей 71 копейка за несвоевременную выплату денежных средств в виде компенсации за неиспользованный отпуск в размере 26949 рублей 24 копейки, взысканных с ответчика в пользу истца решением Киселёвского городского суда Кемеровской области от 19.02.2018г. (л.д.7-9 том №1), признаваемые ответчиком и подтвержденные бухгалтерской справкой-расчетом от 24.04.2018г. (л.д.121 том №1), подлежат удовлетворению.

Поскольку ответчик несвоевременно выплатил истцу денежные средства в виде компенсации за неиспользованный отпуск, требования истца о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии с абз.3 и 4 п.4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 от 20 декабря 1994 года «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», возмещение работникам морального вреда, полученного в трудовых отношениях, осуществляется на основании статьи 151 Гражданского кодекса РФ.

Моральный вред, в соответствии со ст.151 Гражданского Кодекса Российской Федерации, определен как физические или нравственные страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Применительно к трудовым отношениям – это физические и нравственные страдания работника, связанные с неправомерным поведением работодателя.

В соответствии с ч.2 ст.151 Гражданского Кодекса Российской Федерации, при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

Согласно ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Данная норма закона не указывает на конкретные виды правонарушений, поэтому право на возмещение морального вреда работник имеет во всех случаях нарушения его трудовых прав, сопровождающихся нравственными или физическими страданиями.

Со стороны ответчика имело место нарушение трудовых прав истца, выразившееся в несвоевременной выплате денежных средств при увольнении. При этом, в гражданском деле № требований о взыскании компенсации морального вреда истец не заявлял.

Бездействием ответчика истцу были причинены нравственные страдания. В связи с тем, что ответчиком были нарушены трудовые права истца, суд полагает необходимым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда, определив её размер с учетом фактических обстоятельств дела, характера допущенных ответчиком нарушений, а также требований разумности и справедливости, в сумме 2000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда следует отказать, признав заявленную к взысканию сумму завышенной.

В соответствии с ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

В силу вышеназванной правовой нормы, понесенные истцом расходы по оплате судебной экспертизы в размере 10600 рублей (л.д.213 том №1), подлежат возмещению истцу за счет ответчика.

Согласно ч.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. 

Истец ФИО1 при обращении в суд за разрешением индивидуального трудового спора был освобожден от уплаты государственной пошлины.

Размер государственной пошлины составит 700 рублей, из них 400 рублей из цены имущественных требований и 300 рублей по неимущественному требованию о взыскании компенсации морального вреда. 

Указанная сумма государственной пошлины подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ДДС-Плюс» в пользу ФИО1 проценты за несвоевременную выплату денежных средств в виде компенсации за неиспользованный отпуск в размере 8460 рублей 71 копейка, компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 10600 рублей, а всего – 21060 (двадцать одна тысяча шестьдесят) рублей 71 копейка.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ДДС-Плюс» о взыскании оплаты вынужденного прогула за период с 01.07.2016г. по 11.10.2016г. в размере 438770 рублей 52 копейки, а также в удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда (в размере 3000 рублей) – отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ДДС-Плюс» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 700 (семьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 05 октября 2018 года.

Председательствующий - Е.Ю.Улитина

Решение в законную силу не вступило.

В случае обжалования судебного решения сведения об обжаловании и о результатах обжалования будут размещены в сети «Интернет» в установленном порядке.