Дело №2-2773/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд в составе: 

председательствующий судья Утянский В.И., 

при секретаре Евсевьевой Е.А.,

рассмотрев в отрытом судебном заседании 26 ноября 2018г. в г. Ухте гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (АО «СОГАЗ») и ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

у с т а н о в и л:

Истец обратился в суд с иском к ответчикам, указав в обоснование исковых требований, что 24.03.2018г. в н. Ухте произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «БМВ Х3», регистрационный номер ...., принадлежащего истцу, автомобиля «Пежо 408», регистрационный номер ...., под управлением водителя ФИО1 Виновным в ДТП является водитель ФИО1, нарушившая требования ПДД. Гражданская ответственность указанного лица и истца была застрахована. Страховая компания «СОГАЗ» выплатила истцу после обращения 166 800 руб. Истец не согласен с указанными действиями, поскольку данной суммы недостаточно для производства восстановительного ремонта. Согласно заключению (отчету) независимого эксперта ИП ФИО2 стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца с учетом процента износа – 250 600 руб., без учета износа – 321 000 руб. За подготовку заключения экспертизы истцом оплачено 15 000 руб. Истец просит взыскать с ответчика «СОГАЗ» разницу страхового возмещения – 83 800 руб., штраф, неустойку за период с 10.05.2018г. по 31.05.2018г. и с 01.06.2018г. по 04.07.2018г. (дату обращения в суд) в размере 78612 руб., а также взыскать неустойку по дату судебного решения, компенсацию морального вреда 5 000 руб., расходы по оплате осмотра скрытых повреждений 6760 руб.; взыскать с ответчика ФИО1 в счет возмещения ущерба 70 400 руб. (321000 – 250 600); взыскать с ответчиков судебные расходы: оплату юридических услуг 10 000 руб., расходы по оплате услуг эксперта 15000 руб., государственную пошлину 2312 руб.

26.11.2018г. исковые требования заявителем были уточнены. Истец, в связи определением заключением судебной экспертизы стоимости восстановительного ремонта в размере 186057,37 руб. (с учетом износа) и частичной выплатой после претензии страхового возмещения в размере 21100 руб. и стоимости экспертизы в размере 15000 руб., не поддерживает свои требования в данной части, и просит взыскать с ответчика «СОГАЗ» штраф в размере 50%, неустойку за период с 11.05.2018г. по 30.05.2018г. и с 01.06.2018г. по 04.07.2018г. (дату обращения в суд) в размере 41898,40 руб., компенсацию морального вреда 5 000 руб., взыскать с ответчика ФИО1 в счет возмещения ущерба 52287,34 руб. и государственную пошлину 2312 руб., а также взыскать с ответчиков судебные расходы: оплату юридических услуг 15 000 руб.

Истец ФИО3 в суд не прибыл, извещен, ранее письменно ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Ответчики АО «СОГАЗ» и ФИО1 о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, своих представителей с надлежаще оформленными полномочиями в суд не направили.

От ответчика «СОГАЗ» поступило письменное ходатайство об отложении судебного разбирательства.

Суд находит указанное ходатайство не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными. В силу ч. 6 ст. 167 ГПК РФ суд может отложить разбирательство дела по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой его представителя по уважительной причине.

Суд полагает, что ввиду того, что ответчиком по делу является юридическое лицо, неявка юриста, представляющего его интересы, не препятствует организации (юридическому лицу), участвующей в деле в качестве ответчика, оформить надлежащим образом доверенность иному представителю, в том числе работнику указанной организации.

Суд обращает внимание также на следующее обстоятельство. Ответчик «СОГАЗ» более чем за месяц был извещен о времени и месте судебного разбирательства, поскольку получил судебное извещение о явке в суд на судебное заседание, назначенное 26.11.2018г., уже 20.10.2018г. Однако, ответчик, достоверно зная о предстоящем очередном отпуске своего работника (в данном случае юриста) и будучи извещенным надлежащим образом о судебном разбирательстве, не озаботился тем, чтобы оформить соответствующие полномочия иному лицу. Тем самым, у юридического лица было более чем достаточно времени для оформления соответствующий полномочий представителю.

Вместе с тем, ходатайство об отложении судебного разбирательства поступило в суд только 26.11.2018г., т.е. в день судебного заседания.

В соответствии со ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

Суд полагает, что подобное поведение ответчика, заявленное ходатайство, свидетельствуют о недобросовестном пользовании стороной по делу своими процессуальными правами, а, следовательно, о возможном злоупотреблении правом со стороны ответчика.

В силу изложенного, предусмотренные ст. 167 ГПК РФ основания для удовлетворения указанного ходатайства и отложения судебного разбирательства отсутствуют.

Ранее, представитель ответчика «СОГАЗ» исковые требования не признавала. Поясняла, что страховая компания выполнила свои обязательства в рамках ОСАГО, что подтверждается представленными документами, просит в соответствии со ст. 333 ГК РФ снизить размер неустойки.

Исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, 24.03.2018г. в н. Ухте произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «БМВ Х3», регистрационный номер ...., принадлежащего истцу, автомобиля «Пежо 408», регистрационный номер ...., под управлением водителя ФИО1 В результате дорожно-транспортного происшествия транспортному средству истца были причинены механические повреждения. 

В силу п. 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. Согласно п. 10.1 ПДД водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. 

Из материалов органов ГИБДД, справки о дорожно-транспортном происшествии, следует, что виновным в столкновении является водитель ФИО1, которая нарушила вышеуказанные требования Правил дорожного движения, а также требования п. 13.3 ПДД. Постановлением должностного лица ГИБДД от 17.04.2018г. водитель ФИО1 привлечена к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ в виде штрафа. Выводы органов ГИБДД не оспорены и не опровергнуты в установленном законом порядке, и доказательств этому в материалы дела не представлено, в связи с чем, суд принимает вышеуказанные доказательства в качестве достоверных.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства привлечения второго водителя к административной ответственности в связи со случившимся ДТП. Суду не были представлены убедительные данные опровергающие обстоятельства, установленные сотрудниками ГИБДД, поэтому сведения, содержащиеся в том числе в справке о ДТП, могут быть приняты судом во внимание для оценки обстоятельств ДТП и поведения участников дорожного движения. Необходимость исследования иных сведений для установления виновного лица отсутствует.

Гражданская ответственность участников происшествия была застрахована в установленном порядке. Вышеизложенное подтверждается доводами стороны истца, справкой о ДТП, другими доказательствами, и не оспаривается по делу сторонами.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, под которыми понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Страховая компания «СОГАЗ» согласно страхового акта от 31.05.2018г. выплатила истцу после обращения 166800 руб., а затем гласно страхового акта от 04.07.2018г. доплатила 21 000 руб. в счет страхового возмещения и 15000 руб. в счет оплаты досудебной экспертизы.

Истец не согласен с указанными действиями. Согласно заключению (отчету) независимого эксперта ИП ФИО2, представленного истцом, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца с учетом процента износа – 250 600 руб., без учета износа – 321 000 руб. За подготовку заключения экспертизы истцом оплачено 15 000 руб.

Из заключений ООО «Старт» и ООО «Экспертно-оценочный центр», представленного Страховщиком, следует, что стоимость ремонта с учетом износа составляет 187 900 руб.

В ходе судебного разбирательства, с учетом указанных обстоятельств, ходатайства ответчика, по делу была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ФИО4

Согласно заключению судебной экспертизы №155/18, стоимость восстановительного ремонта с учетом износа заменяемых деталей составляет 186057,37 руб., без учета износа – 238344,71 руб. У суда не имеется оснований не доверять научно-обоснованному выводу компетентного эксперта, обладающего необходимыми познаниями, опытом работы в области оценки, не заинтересованного в исходе дела, предупреждавшегося об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение судебной экспертизы о размере стоимости восстановительного ремонта и стоимости транспортного средства соответствуют Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации»; Федеральным стандартам оценки «Общие понятия оценки, подходы к оценке и требования к проведению оценки (ФСО №1, №2, №3)», утвержденным Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2007 №256; Методическим руководством по определению стоимости автотранспортных средств с учетом естественного износа и технического состояния на момент предъявления (РД 37.009.015-98 с изменениями), Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 года №432-П.

Суд оценивает заключение судебной экспертизы в соответствии с правилами ст. 67 ГПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу и приходит к выводу о том, что оно выполнено в соответствии с требованиями стандартов оценки, наиболее полно отражает полученные автомобилем потерпевшей стороны повреждения и среднерыночную цену на их устранение, в силу чего полагает при определении размера ущерба руководствоваться заключением судебной экспертизы.

Ответчиком «СОГАЗ» 04.07.2018г. подготовлен страховой акт ЕЕЕ 2004134255D №001П1 и платежным поручением выплачено истцу страховое возмещение в размере 21 100 000 руб. и оплата услуг эксперта 15000 руб. Тем самым, страховое возмещение истцу ответчиком «СОГАЗ» выплачено в полном объеме в ходе судебного разбирательства, в связи с чем сторона истца требования в данной части не поддерживает..

Суд принимает во внимание, что первоначально истец просил взыскать с ответчика разницу 83 800 руб. Исковое заявление направлено заявителем в суд 04.07.2018г. и поступило в суд 05.07.2018г. Вместе с тем, последующие страховые выплаты были произведены страховщиком уже после обращения заявителя за судебной защитой нарушенного права. Тем самым, правомерность заявленных требований в ходе разбирательства подтверждена. Однако, истец свои требования в части взыскания со страховщика страхового возмещения не поддерживает, в связи с чем в иске в данной части следует от казать.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 55 Постановления Пленума ВС РФ от 29.01.2015г. №2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», размер неустойки за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуральной форме определяется в размере 1 процента за каждый день просрочки от суммы страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему по конкретному страховому случаю, за вычетом сумм, выплаченных страховой компанией в добровольном порядке в сроки, установленные ст. 12 Закона об ОСАГО (абз. 2 п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО).

Расчет неустойки в связи с выплатой ответчиком части страхового возмещения следует произвести следующим образом. Ответчик должен был произвести выплату 10.05.2018г. (18.04.2018г. - дата поступления заявления о производстве выплаты), частично выплатил страховое возмещение 31.05.2018г., доплатил страховое возмещение 04.07.2018г., в суд исковое заявление направлено 04.07.2018г. и поступило 05.07.2018г. Истец настаивает на взыскании неустойки за период просрочки с 11.05.2018г. по 04.07.2018г. 

Следовательно, расчет неустойки составит: (186 057,37х1%х 19 дн.) + (19257,37х1%34 дн.)= 41898,40 руб. 

Ответчиком «СОГАЗ» заявлено о несоразмерности неустойки. 

Согласно ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21.12.2000г. № 263-О разъяснил, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

Исходя из изложенного, применение ст. 333 ГК РФ возможно лишь в исключительных случаях, по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым. 

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 23 июня 2015г. №78-ГК15-11 указал, что ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Истец для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства. Снижение размера неустойки не должно вести к необоснованному освобождению должника от ответственности за просрочку исполнения обязательства.

Суд также учитывает разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательства».

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Исходя из анализа всех обстоятельств дела, с учетом положений вышеуказанной нормы, правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», аналогичной позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 21.12.2000г. № 263-О и Определении от 15.01.2015г. №6-О, и в силу требований ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о состязательности и равноправии сторон в процессе, суд полагает, что размер неустойки в размере более 40 тыс. руб. не отвечает их назначению, как меры ответственности, а не как способа обогащения, и не позволяют соблюсти баланс интересов истца и ответчика, что не согласуется с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации.

Применительно к данному делу, не применение положений ст. 333 ГК РФ может привести к тому, что общая сумма неустойки практически равна сумме невыплаченного страхового возмещения, просрочка ответчика и на момент рассмотрения данного дела судом составляет чуть более 2-х месяцев. В связи с чем, такой размер ответственности ответчика может превышать значение средних ставок банковского процента по вкладам физических лиц, а также ключевую ставку по операциям рефинансирования, публикуемые Центральным банком Российской Федерации. Взыскание в таком размере неустойки (с учетом разъяснений п. 80 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств») без применения положений ст. 333 ГК РФ не отвечало бы принципам справедливости, экономической целесообразности, и недопустимости неосновательного обогащения кредитора за счет просрочившего исполнение должника.

Следовательно, основания для применения положений ст. 333 ГК РФ по данному делу имеются.

Суд, принимая во внимание все существенные обстоятельства дела, в том числе, размер задолженности по договору, действия сторон договора, длительность допущенной ответчиком просрочки нарушения обязательства, последствия нарушения обязательства, возражения ответчика, а также компенсационную природу неустойки, исходит из наличия правовых оснований к снижению размера неустойки, которая явно несоразмерна последствиям допущенных ответчиком нарушений условий договора, а также не обеспечивает установление баланса между установленной законом мерой ответственности и оценкой размера ущерба. 

Суд, оценивая установленные по делу обстоятельства применительно к приведенной правовой позиции, полагает наложение на ответчика ответственности за просрочку исполнения обязательства в виде исчисленной неустойки, то есть в размере, как превышающем размер невыплаченной разницы страхового возмещения, так и составляющем почти1/3 от стоимости ремонта автомобиля с учетом износа, чрезмерной по сравнению с последствиями нарушения обязательства, не отвечающей целям установления баланса между применяемой к нарушителю меры ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. В силу изложенного, с ответчика «СОГАЗ» подлежит взысканию неустойка в размере 20 000 руб. 

Согласно ч. 2 ст. 16.1 ФЗ «Об обязательной страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» связанные с неисполнением или ненадлежащим исполнением страховщиком обязательств по договору обязательного страхования права и законные интересы физических лиц, являющихся потерпевшими или страхователями, подлежат защите в соответствии сЗакономРоссийской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» в части, не урегулированной настоящим Федеральным законом. Надлежащим исполнением страховщиком своих обязательств по договору обязательного страхования признается осуществление страховой выплаты или выдача отремонтированного транспортного средства в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом.

В силу ч. 3 ст. 16.1 Закона «Об ОСАГО» при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в постановлении Пленума №2 от 29.01.2015г. положения п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО о штрафе за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего применяются, если страховой случай наступил 1 сентября 2014 года и позднее. К спорам, возникшим по страховым случаям, наступившим до 1 сентября 2014 года, подлежат применению положения п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей (п. 60). При удовлетворении судом требований потерпевшего суд одновременно взыскивает с ответчика штраф за неисполнение в добровольном порядке требований независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п. 61). Наличие судебного спора о взыскании страхового возмещения указывает на неисполнение страховщиком обязанности по уплате его в добровольном порядке, в связи с чем удовлетворение требований потерпевшего в период рассмотрения спора в суде не освобождает страховщика от выплаты штрафа (п. 63). Размер штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего определяется в размере пятидесяти процентов от разницы между суммой страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему по конкретному страховому случаю, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке. При этом суммы неустойки (пени), финансовой санкции, денежной компенсации морального вреда, а также иные суммы, не входящие в состав страховой выплаты, при исчислении размера штрафа не учитываются (п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО) (п. 64).

Суд также обращает внимание на то обстоятельство, что после обращения потерпевшего в страховую компанию после ДТП, страховое возмещение в полном объеме выплачено не было. Кроме того, после обращения истца с претензией, а также в период обращения с иском в суд, то есть уже на стадии инициирования судебного разбирательства в суде первой инстанции, страховое возмещение было выплачено несвоевременно. Наличие судебного спора о страховом возмещении указывает на несоблюдение страховщиком добровольного (досудебного) порядка удовлетворения требований потребителя, в связи с чем даже возможное удовлетворение требований в период рассмотрения дела в суде само по себе не является основанием для освобождения страховщика от ответственности в виде штрафа за ненадлежащее исполнение обязательств. Следовательно, выплаченная ответчиком после обращения в суд сумма страхового возмещения не может исключаться при определении суммы штрафа. Данный вывод следует из норм законодательства «Об ОСАГО», а также разъяснений высших судебных органов Российской Федерации (определения Верховного Суда РФ от 15.03.2016г. №85-КГ16-3, от 12.01.2016г. №22-КГ15-12 и другие).

Таким образом, с учетом приведенных выше положений расчет размера штрафа составит: ((186057,37 (сумма ремонта с учетом износа по определению судебной экспертизы) – 166800)х50%=9628,68 руб.

С учетом вышеприведенных норм законодательства и разъяснений высших судебных органов, а также ходатайства ответчика «СОГАЗ» о снижении размера штрафа, суд полагает, что штраф не подлежит снижению, поскольку исчисленный размер не превышает разницу страхового возмещения, что, в свою очередь, не нарушает процессуальный баланс прав и законных интересов сторон спора.

Истец настаивает на взыскании в его пользу со страховой компании компенсации морального вреда.

При решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя (п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №17 от 28.06.2012г.).

В соответствии со ст. 15 Федерального закона «О защите прав потребителя» в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности истца, и с учетом разумности и справедливости, а также учетом того, чтобы подобная компенсация не вела к неосновательному обогащению, считает соразмерной причиненному моральному вреду компенсацию в размере 4 000 руб.

Согласно ст. 15 ГК РФ с «СОГАЗ» в пользу истца следует взыскать расходы по оплате осмотра скрытых повреждений 6760 руб.

Истец настаивает на взыскании с ответчика ФИО1, ответственной за причиненный вред, разницы между стоимостью восстановительного ремонта, проведенного на СТО, и стоимость восстановительного ремонта с учетом износа заменяемых деталей.

Пунктом 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1082 ГК РФ суд, удовлетворяя требование о возмещении вреда, в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (ст. 15 ГК РФ).

Исходя из положений ст. 15 названного Кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (п. 2 ст. 15).

Согласно Конституции Российской Федерации в России признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина (ст. 17 ч. 1), право частной собственности охраняется законом (ст. 35 ч. 1), гарантируется государственная защита прав и свобод человека и гражданина (ст. 45 ч. 1), каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ст. 45 ч. 2), каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод (ст. 46 ч. 1), государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52).

Между тем правоотношения, возникшие между стороной истцом и ответчиком ФИО1 положениями Федерального закона «Об обязательном страховании ответственности владельцев транспортных средств» не регулируются. В данном случае применению подлежат нормы об общих основаниях возмещения вреда.

Обязательства, возникающие из причинения вреда (деликтные обязательства), включая вред, причиненный имуществу гражданина при эксплуатации транспортных средств другими лицами, регламентируются гл. 59 данного Кодекса, закрепляющей в ст. 1064 общее правило, согласно которому в этих случаях вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающая правила возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, каких-либо специальных положений, отступающих от общего принципа полного возмещения вреда, не содержит, упоминая лишь о возможности освобождения судом владельца источника повышенной опасности от ответственности полностью или частично по основаниям, предусмотренным п. 2 и 3 ст. 1083 данного Кодекса.

Как указано ранее, в силу закрепленного в ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Таким образом, положения ст. 15, ст. 1064 ГК РФ по их конституционно-правовому смыслу в системе мер защиты права собственности и вытекающих из них гарантий полного возмещения потерпевшему вреда, - не предполагают, что правила, предназначенные исключительно для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и основанная на них Единая методика, безусловно распространяются и на деликтные отношения, урегулированные указанными законоположениями.

Данная позиция была изложена в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации № 6-П от 31 мая 2005г. и получила свое развитие в Постановлении № 6-П от 10 марта 2017г.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 10 марта 2017 года № 6-П, замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Указанным Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017г. № 6-П взаимосвязанные положения ст. 15, ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» они предполагают - исходя из принципа полного возмещения вреда - возможность возмещения потерпевшему лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, вреда, причиненного при эксплуатации транспортного средства, в размере, который превышает страховое возмещение, выплаченное потерпевшему в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности. При этом отмечено, что данные нормы Гражданского кодекса Российской Федерации предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, потерпевшему, которому по указанному договору страховой организацией выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда исходя из принципа полного его возмещения, если потерпевшим представлены надлежащие доказательства того, что размер фактически понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения. 

Вместе с тем, в силу вытекающих из Конституции Российской Федерации, в том числе ее ст. 55, принципов справедливости и пропорциональности (соразмерности) и недопустимости при осуществлении прав и свобод человека и гражданина нарушений прав и свобод других лиц (ст. 17) регулирование подобного рода отношений требует обеспечения баланса интересов потерпевшего, намеренного максимально быстро, в полном объеме и с учетом требований безопасности восстановить поврежденное транспортное средство, и лица, причинившего вред, интерес которого состоит в том, чтобы возместить потерпевшему лишь те расходы, необходимость осуществления которых непосредственно находится в причинно-следственной связи с его противоправными действиями.

Это означает, что лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера подлежащего выплате возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества. Кроме того, такое уменьшение допустимо, если в результате возмещения причиненного вреда с учетом стоимости новых деталей, узлов, агрегатов произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред (например, когда при восстановительном ремонте детали, узлы, механизмы, которые имеют постоянный нормальный износ и подлежат регулярной своевременной замене в соответствии с требованиями по эксплуатации транспортного средства, были заменены на новые).

Согласно разъяснениям данных в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №25 от 23 июня 2015 года, при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества. Следует также учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).

Исходя из приведенных выше требований закона, правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации в Постановлении №6-П от 10 марта 2017г. и Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. №25, установленных судами фактических обстоятельств дела о том, что фактические расходы истца на восстановление автомобиля превысили размер выплаченного ему страхового возмещения определенного в рамках Закона об ОСАГО, истцом заявлено о взыскании с причинителя вреда разницы, не покрытой страховым возмещением, при этом судом не установлено наличие иного, более разумного и распространенного в обороте способа исправления таких повреждений подобного имущества, как и данных о значительном улучшении транспортного средства истца, влекущее увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред.

Ответчиком ФИО1 не было предоставлено не одного относимого и допустимого доказательства того, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В силу изложенного, исковые требования о взыскании с ответчика ФИО1 ущерба подлежат удовлетворению. 

Вместе с тем, суд полагает необходимым учитывать следующее обстоятельство. В соответствии с заключением судебной экспертизы, стоимость восстановительного ремонта с учетом износа заменяемых деталей составляет 186057,37 руб., без учета износа – 238344,71 руб.

В силу изложенного, суд полагает при определении размера ущерба, подлежащего взысканию с ответчика ФИО1, необходимым исходить из определенного заключением судебной экспертизы стоимости восстановительного ремонта без учета износа заменяемых деталей – 238344,71 руб. Данный вывод согласуется с правовой позицией, определенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017г. № 6-П, Постановлении Пленума Верховного Суда РФ №25 от 23.06.2015г., определении Конституционного Суда РФ от 21.06.2011г. №855-О-О.

Тем самым, с ФИО1 в пользу истца следует взыскать 52287,34 руб. (238344,71 – 186057,37).

В силу ст. 98 ГПК РФ с указанного ответчика в пользу истца в счет расходов по государственной пошлине пропорционально размеру удовлетворенных требований следует взыскать 1 768,61 руб.

Согласно ст. 100 ч. 1 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. При этом в силу ст. 100 ГПК РФ понятие разумности пределов и учета конкретных обстоятельств следует соотносить с объектом судебной защиты, размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права.

При определении размера взыскиваемых судебных расходов суд учитывает сложность дела, длительность судебного разбирательства, объем проделанной представителем истца работы, который консультировал истца, принимал участие в 1 судебном заседании в суде первой инстанции, представлял доказательства.

Следовательно, с ответчиков в пользу истца в счет расходов по оплате услуг представителя следует взыскать 9 000 руб., взыскав с «СОГАЗ» сумму 1300,50 руб. (или 14,45% от общего размера удовлетворенных имущественных требований), с ФИО1 – 7699,50 руб.

Всего с ответчика «СОГАЗ» в пользу истца следует взыскать 41689,18 руб. (20 000+4000+6760 + 9628,68 + 1300,50); с ответчика ФИО1 в пользу истца взыскать 61755,65 руб. (52287,54+1768,61 + 7699,50).

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика «СОГАЗ» в доход бюджета МОГО «Ухта» следует взыскать государственную пошлину исходя из размера удовлетворенных имущественных требований и требований неимущественного характера – 1 100 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

р е ш и л:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (АО «СОГАЗ») в пользу ФИО3 неустойку 20000 рублей, штраф 9 628 рублей 68 копеек, компенсацию морального вреда 4000 рублей, убытки 6760 рублей, судебные расходы и издержки 1 300 рублей 50 копеек, а всего 41689 рублей 18 копеек.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 в счет возмещения ущерба 52 287 рублей 54 копейки, судебные расходы и издержки 9 468 рублей 11 копеек, а всего 61 755 рублей 65 копеек.

В остальной части исковых требований ФИО3 в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (АО «СОГАЗ») в доход бюджета муниципального образования городского округа «Ухта» государственную пошлину в размере 1100 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста (мотивированное решение – 1 декабря 2018г.).

Судья В.И. Утянский