Дело №2-503/2025

УИД 73RS0013-01-2025-000237-25

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 марта 2025 года г. Димитровград

Димитровградский городской суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Андреевой Н.А., с участием прокурора г.Димитровграда Нуретдиновой Э.Р., при секретаре Спиридоновой А.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному учреждению «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии» Федерального медико-биологического агентства о компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском к ответчикам о компенсации морального вреда в связи с оказанием медицинской помощи ненадлежащего качества, в обосновании заявленных требований указал, что (ДАТА) на территории АО ГНЦ НИИАР истцом при исполнении трудовых обязанностей была получена 

<

данные изъяты>. В бессознательном состоянии он был доставлен в реанимационное отделение хирургического корпуса ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА Р., где ему в период с (ДАТА) по (ДАТА) оказывали медицинскую помощь ненадлежащим образом. В частности заключением судебно-медицинской экспертизы №*-км от (ДАТА) установлено, что в нарушение Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «хирургия (комбустиология)», утверждено приказом Минздрава России от 09.06.20920 №599н при наличии медицинских показаний (

<

данные изъяты>) в медицинскую организацию, в структуре которой имеется ожоговое отделение/центр (на территории Ульяновской области данным учреждением является ГУЗ «ЦГКБ г. Ульяновск»; не проведено исследование уровня миоглобина в крови (Клинические рекомендации «

<

данные изъяты>»); в медицинской карте стационарного больного отсутствуют сведения о проведении пациенту 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>»). Полагает, что действиями мидийских работников истцу причинен моральный вред.

Просит взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 500 000 руб., а также расходы на оплату услуг представителя, почтовые расходы.

При подготовке дела к судебному разбирательству к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены государственное учреждение здравоохранения «Центральная городская клиническая больница г.Ульяновска», акционерное общество «Государственный научный центр-научно-исследовательский институт атомных реакторов», врач травматолог-ортопед ФИО2, заведующий травматологическим отделением врач-травматолог-ортопед ФИО3, врач-травматолог-ортопед ФИО4

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен о времени и месте судебного разбирательства.

Представитель истца адвокат Суворова Е.Н. исковые требования поддержала по изложенным в иске доводам, суду а пояснения, аналогичные изложенным в иске, дополнив, что, что компенсацию морального вреда обосновывает некачественным оказанием медицинской помощи, полагая, что при надлежащем качестве не имелось бы последствий для здоровья истца. 

Представитель ответчика ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России ФИО5, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, пояснил, что со стороны медицинского учреждения надлежащим обозом истцу оказана медицинская помощь. Стандарт оказания медицинской помощи не нарушены. Полагает, что комиссией эксперта не верно сделаны выводы о наличии недостатков. Не приняты о внимания иные положения Стандарта. Полагает, что размер компенсации морального вреда завышен. Просил отказать в удовлетворении иска, а в случае удовлетворения уменьшить сумму, подлежащую взысканию, до минимального размера.

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании также возражал относительно удовлетворения иска, указав, что с его стороны не имелось нарушений Стандарта оказания медицинской помощи, поскольку при поступлении истца в реанимационное отделение первоочередная задача стояла стабилизировать состояние пациента. Впоследствии они позвонили в ГУЗ «ЦГКБ г. Ульяновск», где ему пояснили когда можно транспортировать пациента. Просил в удовлетворении иска отказать.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного разбирательства. 

Суд, руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав стороны, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации). Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее Закон), согласно пункту 1 статьи 2 которого здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

Как разъяснено в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда; отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункты 14 - 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

Согласно разъяснениям п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").

Согласно позиции, изложенной в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33, разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Согласно части 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Согласно пункту 6 статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи.

В пункте 21 статьи 2 данного закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Из пункта 2 статьи 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ следует, что критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 данного федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину приоказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично им также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены общие основания ответственности за причинение вреда.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Судом установлено, что (ДАТА) на территории АО ГНЦ НИИАР истцом была получена 

<

данные изъяты>. 

Истец был доставлен в реанимационное отделение хирургического корпуса ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России, где ему в период с (ДАТА) по (ДАТА) ему была оказана медицинская помощь.

На основании постановления старшего следователя Димитровградского межрайонного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ульяновской области отделом сложных (комиссионных) экспертиз ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» проведена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению которой от (ДАТА), в том числе, установлены нарушения качества оказания медицинской помощи, в частности установлено, что в нарушение Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «хирургия (комбустиология)», утверждено приказом Минздрава России от 09.06.20920 №599н при наличии медицинских показаний (

<

данные изъяты> (на территории Ульяновской области данным учреждением является ГУЗ «ЦГКБ г. Ульяновск»; не проведено исследование уровня миоглобина в крови (Клинические рекомендации 

<

данные изъяты>»); в медицинской карте стационарного больного отсутствуют сведения о проведении пациенту 

<

данные изъяты>, которая должна выполниться в кратчайшие сроки с момента поступления в стационар – не позднее 24 часов (Клинические рекомендации «

<

данные изъяты>»). При этом комиссией экспертов сделан вывод о том, что допущенные недостатки (дефекты) при оказании ФИО6 медицинской помощи сотрудниками ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России в период с (ДАТА) по (ДАТА) в прямой причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, не состоит.

Экспертное исследование проводилось экспертами, имеющими высшее образование и соответствующую квалификацию. Квалификация экспертов позволяла им проводить исследование по заявленным. 

Суд учитывает, что заключение соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные вопросы. 

Выводы эксперта основаны на основе анализа медицинских документов. Оснований не доверять заключению экспертизы, вопреки доводам представителя ответчика, не имеется.

Указанное заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы не оспорено стороной ответчика, в связи с чем суд принимает в качестве допустимого доказательства по настоящему гражданскому делу. 

На основании совокупности представленных доказательств суд приходит к выводу о том, что при оказании медицинской помощи ФИО1 были допущены недостатки, в связи с чем приходит к выводу о необходимости взыскания компенсации морального вреда.

В связи с изложенным, суд полагает установленным факт некачественного оказания медицинской помощи ФИО1, что влечет его право на компенсацию морального вреда. 

При разрешении иска суд учитывает, что требования о компенсации морального вреда заявлены истцом и в связи с тем, что лично ему ответчиком в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи причинены нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу состояния здоровья, осознания того, что ему не в полной мере оказана медицинская помощь, хотя бы это и не находится в причинно-следственной связи с наступившими тяжким вредом его здоровью. 

В данном случае юридическое значение может иметь не только прямая, но и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания работниками ответчика медицинской помощи истцу могли способствовать ухудшению состояния его здоровья. При этом, ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (не проведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.), причиняет страдания, то есть причиняет вред, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.

Несмотря на то, что указанные дефекты оказания медицинской помощи не находятся в прямой причинно-следственной связи с причинением тяжкого вреда здоровью истца, данные обстоятельства не могут являться основанием для освобождения ответчика от ответственности в виде компенсации морального вреда, поскольку нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, в том числе и оформление медицинской документации, является нарушением требований к качеству медицинской услуги.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и степень причиненных истцу действиями сотрудников ответчика нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых истцу был причинен моральный вред, а именно то обстоятельство, что дефекты оказания медицинской помощи не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями, с учетом обстоятельств дела полагает возможным взыскать в качестве компенсации морального вреда с указанного ответчика денежные средства в размере 70 000 руб., отказав в удовлетворении исковых требований в большем размере по вышеизложенным основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В связи с изложенным с ответчика в пользу истца подлежат взысканию почтовые расходы в сумме 172 руб. 80 коп., факт несения которых подтверждается представленными в суд квитанциями.

Истец также просит возместить представительские расходы в размере 29000 руб., которые он оплатил адвокату Суворовой Е.Н., что подтверждается чеками от (ДАТА) на сумму 7000 руб., (ДАТА) на сумму 7000 руб., (ДАТА) на сумму 15 000 руб.

Факт уплаты указанных сумм исключительно в связи с рассмотрением настоящего дела у суда не вызывает сомнений, поскольку указано назначение платежа.

Согласно ч.1 ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Решая вопрос о размере средств, подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца в порядке ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд учитывает характер спора, объем проделанной представителем работы, составление искового заявления, участие представителя в судебных заседаниях, суд полагает необходимым взыскать с ответчика ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России в пользу истца расходы по оплате юридических услуг представителя в сумме 20 000 руб., полагая данный размер разумным и справедливым, отказав во взыскании расходов большем размере.

Поскольку истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, а его исковые требования судом удовлетворены частично, в соответствии со ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков в доход местного бюджета надлежит взыскать государственную пошлину в размере 3000 руб. с каждого.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии «Федерального медико-биологического агентства» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 70 000 рублей, в возмещение судебных расходов по оплате услуг представителя 20 000 рублей, почтовых расходов 172 рубля 80 копеек, а всего взыскать 90 172 (девяносто тысяч сто семьдесят два) рубля 80 копеек.

В удовлетворении иска ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, а также судебных расходов в большем размере отказать.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии «Федерального медико-биологического агентства» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Димитровградский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме - 25 марта 2024 года.

Судья Н.А. Андреева