Дело №1-15/2018

Приговор

Именем Российской Федерации

16 февраля 2018 года г.Саратов

Заводской районный суд г.Саратова в составе:

председательствующего судьи Савицкой Н.Ю., 

при секретарях судебного заседания Столбушкиной Е.А., Рожковой А.А., Саутине Б.Д., Байрамове С.Ф.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора 

<

адрес> г.Саратова Суханова В.А.,

подсудимого ФИО1,

его защитника- адвоката Гришина В.В., представившего удостоверение 

<

№> и ордер 

<

№> от 

<

Дата>, 

потерпевшей Т.Е.В..,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, 

установил:

Подсудимый ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего.

Данное преступление совершено им в г.

<

адрес> при следующих обстоятельствах.

В примерный период времени с 

<

Дата> 

<

Дата> до 

<

Дата> 

<

Дата> между ФИО1 и его братом К.В.В.., находящимися в 

<

адрес>, произошла ссора, в ходе которой на почве личных неприязненных отношений, у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью К.В.В.., опасного для жизни человека.

Реализуя свой преступный умысел, в указанном месте в указанное время, ФИО1, понимая и осознавая преступный характер и общественную опасность своих действий, с целью причинения тяжкого вреда здоровью К.В.В.., опасного для жизни человека, неосторожно относясь к наступлению смерти потерпевшего, умышленно нанес лежащему на полу К.В.В.. со значительной силой обутыми в сланцы ногами множественные удары в область груди, не менее 

<

данные изъяты> удара в область головы, множественные удары по нижним и верхним конечностям. После этого ФИО1, посчитав свой умысел оконченным, избиение К.В.В.. прекратил.

В результате преступных действий ФИО1, К.В.В. причинены следующие телесные повреждения: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

Дата> примерно в 

<

Дата> сотрудниками ГУЗ «

<

данные изъяты>» К.В.В.. в связи с ухудшением состояния здоровья был доставлен в ГУЗ «

<

данные изъяты>», где он, несмотря на оказанную квалифицированную и своевременную медицинскую помощь, 

<

Дата> в 

<

Дата> скончался от тупой травмы головы и груди с кровоизлияниями под оболочки головного мозга и мозжечка, множественными переломами ребер с повреждением пристеночной плевры, осложнившейся отеком-вклинением головного мозга, развитием гнойного трахеита и серозной пневмонии. 

Подсудимый ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал, и не оспаривая время и место совершения преступления, пояснил, что 

<

Дата> после работы он вернулся домой по адресу проживания: 

<

адрес>. Дома находился его брат К.В.В.., которому он разрешил пожить у него дома несколько дней в связи с отсутствием постоянного места жительства у последнего. Примерно около 

<

Дата> 

<

Дата> он уехал отмечать день рождения товарища. Вернулся домой по указанному адресу он примерно в 

<

Дата> 

<

Дата>. К.В.В. в это время спал на полу в комнате в состоянии алкогольного опьянения. Обнаружив, что К.В.В. съел продукты и выпил спиртное, которое было им (ФИО1) куплено для поминок их матери на 

<

Дата>, он разозлился, подошел к К.В.В.. и сказал, чтобы он уходил из его квартиры, на что последний в грубой форме сказал, что никуда не пойдет. После этого он ногами, обутыми в сланцы, пнул К.В.В.. 

<

данные изъяты> раза по правой ноге–по икре. От его действий К.В.В. перевернулся на левый бок, в этот момент он (ФИО1) пнул К.В.В. ногами, обутыми в сланцы, в область пояснично-ягодичных мышц 

<

данные изъяты> раза и 

<

данные изъяты> раз по руке. При этом К.В.В.. он не бил, а пинал. По голове К.В.В. он не бил. Так как К.В.В.. не собирался уходить и продолжал грубо выражаться, он поднял его с пола, взяв под руки, поставил на ноги, после чего вывел на улицу, и оставил около подъезда, чтобы он отрезвел, а сам ушел обратно в квартиру. Примерно через 

<

Дата> раздался звонок в домофон, он подумал, что это К.В.В.. и решил ему не открывать. Затем он услышал, что звонят в соседнюю квартиру, он подумал, что это К.В.В.. и что он может разбудить соседей, он решил спуститься и забрать его домой. Открыв дверь, он увидел, что на лестничной площадке между 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> этажом лежит К.В.В. Он подошел к нему, взял К.В.В. под руки и завел домой, положив спать на пол в комнате. На следующий день 

<

Дата> примерно около 

<

Дата> он услышал, что К.В.В. странно дышит, издавая хриплые звуки. Он подумал, что тот плохо себя чувствует, в связи с чем вызвал ему скорую медицинскую помощь, которая через непродолжительный период времени приехала и госпитализировала К.В.В. в ГУЗ «СГКБ 

<

№>». 

<

Дата> ему позвонила племянница Т.Е.В. и сообщила, что К.В.В. скончался в больнице. Также пояснил, что каких-либо видимых телесных повреждений у К.В.В.. до того как он 

<

Дата> уехал к товарищу на день рождения и после того, как в тот же день вернулся с дня рождения домой, у К.В.В. не видел и последний на состояние здоровья не жаловался. Считает, что его действиями не могли быть причинены К.В.В.. обнаруженные у последнего телесные повреждения, от которых наступила его смерть. Просил его оправдать.

Несмотря на отрицание подсудимым ФИО1 своей вины в умышленном причинении К.В.В. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть К.В.В.., его виновность подтверждается совокупностью следующих исследованных в судебном заседании доказательств, достаточных для разрешения дела. 

Как следует из данных в судебном заседании показаний потерпевшей Т.Е.В.., 

<

Дата> ей позвонил ее дядя ФИО1 и сообщил, что ее отец К.В.В. находится в больнице с черепно-мозговой травмой. 

<

Дата> со слов сотрудников больницы ей стало известно, что отец К.В.В.. скончался. Также она пояснила, что последний раз видела К.В.В. в 

<

данные изъяты>–ых числах 

<

Дата>, у которого на голове, теле, верхних и нижних конечностях были телесные повреждения в виде небольших гематом и кровоподтеков, которые, как ей пояснил К.В.В.., были нанесены ему ФИО1, а часть он получил в результате собственной неосторожности. 

<

Дата> ее супруг отвозил К.В.В.. домой к ФИО1 Последний раз она разговаривала с К.В.В. 

<

Дата> по телефону, который в это время жил дома у ФИО1 В ходе разговора К.В.В.. на самочувствие не жаловался, опасений за жизнь и здоровье не высказывал. Со слов К.В.В.. ей так же известно, что в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 груб и агрессивен. 

Аналогичными по содержанию показаниями свидетеля Т.А.В.. в суде, который так же показал, что последний раз видел К.В.В. 

<

Дата> 

<

Дата>, когда отвозил его домой к ФИО1 Каких-либо видимых телесных повреждений на теле К.В.В.. он не видел и К.В.В. на самочувствие не жаловался, опасений за жизнь и здоровье не высказывал. Со слов Т.Е.В.. ему известно, что ФИО1 неоднократно наносил телесные повреждения К.В.В.. за то, что последний употребляет спиртное. 

Показаниями свидетеля К.В.Ю.., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя, из которых следует, что 

<

Дата> примерно с 

<

Дата> он находился дома по адресу: 

<

адрес>. Никаких шумов, криков он не слышал, все было тихо. Примерно в 

<

Дата> в ночь с 

<

Дата> на 

<

Дата> он вышел покурить на улицу к своему подъезду. В то время когда он стоял около подъезда, он услышал в подъезде шаги, как будто кто-то спускается по лестнице, а также услышал мужской голос. После этого из подъезда вышел сначала ранее ему неизвестный мужчина в состоянии сильного алкогольного опьянения, а затем вышел его сосед по лестничной площадке из квартиры №

<

№> А., который был в трезвом состоянии, при этом было видно, что А. рукой направлял данного мужчину, то есть помогал тому выйти из подъезда путем подталкивания в спину рукой. Одежда пьяного мужчины была испачкана в пыли белого цвета, как после ремонта. Он спросил у А. что случилось, на что он ему пояснил, что это его брат и что тот вывел того на улицу протрезветь. А. оставил брата около подъезда и сказал, чтобы он стоял там трезвел, на что ФИО2 ему что-то невнятное пробормотал пьяным голосом, после чего он (К.В.Ю..) пошел домой. Не успел он подняться на лестничную площадку между 

<

данные изъяты>-ым и 

<

данные изъяты>-ым этажами, как входная дверь в подъезд открылась и его догнал А.. Он еще раз спросил у А. все ли в порядке, на что он ему ответил, что брат напился и что тот слишком сильно себя любит, и любит, чтобы того пожалели. После чего они разошлись по своим квартирам. Когда он ложился спать, никаких шумов и криков он также не слышал. В послеобеденное время 

<

Дата> от сотрудников полиции ему стало известно, что К.В.В. госпитализирован в больницу ( т.1 л.д. 136-139).

Показаниями свидетеля Н.А.А.., данными в ходе предварительного следствия, в том числе в ходе очной ставки с ФИО1 и оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя, из которых следует, что в ночь с 

<

Дата> на 

<

Дата>, он, распивая спиртное во дворе одного из домов в районе «

<

данные изъяты>» г. 

<

адрес>, видел как из 

<

данные изъяты>-и этажного дома напротив, из подъезда, находящегося посередине дома, вышел один мужчина, остановился и закурил. Через непродолжительное время из этого же подъезда вышли еще двое мужчин, один из которых находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, а другой его поддерживал, чтобы тот не упал. Второй мужчина прислонил пьяного к стене у входной двери, после чего вместе с первым мужчиной, который стоял курил, зашел обратно в подъезд. Пьяный мужчина продолжал стоять в том месте, где того оставили. Он пытался открыть дверь или позвонить в домофон. Сколько по времени тот находился на крыльце подъезда, он не обратил внимания, но спустя некоторое время дверь тому все же удалось открыть и тот зашел внутрь подъезда. Более этого мужчину он не видел. За все время, что пьяный мужчина находился у входа в подъезд, тот ни падал и ни обо что не ударялся. К данному мужчине никто не подходил с улицы, и никто не выходил из подъезда. На протяжении всего времени тот стоял один и пытался попасть в подъезд. Все это ему было хорошо видно, поскольку над данным крыльцом имеется фонарь, который освящает вход в подъезд. (т.2 л.д. 198-201, 202-204, т.3 л.д. 101-103, 96-100).

Допрошенная в судебном заседании свидетель П.С.В. показала, что в ночь с 

<

Дата> на 

<

Дата> примерно в 

<

Дата>, она, находясь дома по адресу: 

<

адрес>, слышала шум, доносящийся из подъезда, после чего услышала стук двери подъезда. После этого ей неоднократно поступали звонки на домофон ее квартиры, но когда она брала трубку и спрашивала кто там, ответа не следовало. Не исключает, что могла открыть домофонную дверь, так как звонки прекратились и она ушла спать. 

<

Дата> в вечернее время она видела из окна своей квартиры машину скорой медицинской помощи, а также как сотрудники скорой выносили на носилках брата ФИО1 

Из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей Б.А.В.., М.А.В.., В.С.В.., аналогичных по содержанию, следует, что 

<

Дата> в примерный период с 

<

Дата> до 

<

Дата> они совместно с ФИО1 находились в гараже Б.А.В.., расположенном возле средней образовательной школы 

<

№> г.

<

адрес>, которая в свою очередь находится по адресу: 

<

адрес>, где праздновали день рождения последнего. Примерно около 

<

Дата> 

<

Дата> Б.А.В.., М.А.В. и ФИО1 поехали домой на такси. При этом, как пояснили Б.А.В.. и М.А.В.., первого довезли до дома ФИО1, который вышел в районе «

<

данные изъяты>» около магазина «

<

данные изъяты>», расположенного на 

<

адрес>. 

<

Дата>, как пояснил Б.А.В.., ему позвонил ФИО1 и сообщил, что его брат К.В.В.. умер.

Из показаний свидетеля П.В.А.., данных в ходе предварительного следствия, в том числе в ходе очной ставки с ФИО1, оглашенных в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя, следует, что 

<

Дата> в ходе проводимых им оперативных мероприятий, связанных с проверкой на причастность гражданина ФИО1 к причинению телесных повреждений К.В.В.., в ходе беседы с ФИО1 в ОП 

<

№> в составе 

<

адрес>, ФИО1 пояснил, что 

<

Дата> около 

<

Дата> он приехал домой по адресу: 

<

адрес>, где находился его брат К.В.В.. Обнаружив, что К.В.В. лежит на полу в комнате в состоянии сильного алкогольного опьянения, а так же съел все продукты и выпил все спиртное, которое предназначалось для поминок их матери, он разозлился на брата и стал его будить. При этом он нанес К.В.В.. 

<

данные изъяты> удара по ногам, примерно 

<

данные изъяты> удара в грудь и 

<

данные изъяты> удар в голову. После чего вытащил К.В.В.. на улицу, поставил у входной двери и ушел домой. Через некоторое время он открыл входную дверь и увидел, что его брат лежит на лестничной площадке, между 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> этажами. Он поднял брата и занес его домой. На следующий день, поскольку брат дышал с хрипом, он вызвал скорую помощь. Он предложил написать ФИО1 явку с повинной, на что последний согласился, о чем он сообщил своему начальнику Е.Ю.Н.., который сказал завести к нему ФИО1, так как он сам хотел с ним побеседовать. Когда он привел ФИО1 в кабинет Е.Ю.Н.., ФИО1 пояснил Е.Ю.Н.., что желает написать явку с повинной об обстоятельствах нанесения телесных повреждений своему брату К.В.В.. в ночь с 

<

Дата> на 

<

Дата> в его квартире, а также пояснил, что решение о написании явки с повинной принято им самостоятельно, без какого-либо давления со стороны сотрудников правоохранительных органов. Также пояснил, что до написания ФИО1 явки с повинной с ним проводилась только беседа и он при желании свободно мог покинуть отдел полиции. Кроме того пояснил, что 

<

Дата> он участвовал в осмотре места происшествия- квартиры №

<

№>, расположенной в 

<

адрес>, а именно осуществлял оперативное препровождение, в ходе которого ФИО1 так же пояснил, что при указанных обстоятельствах нанес лежащему нам полу К.В.В.. 

<

данные изъяты> удара по ногам и примерно 

<

данные изъяты> удара в грудь, и 

<

данные изъяты> удар в голову, обутыми ногами, так как брат не хотел вставать, после чего вытащил его из квартиры на улицу. Поставил его у входной двери подъезда, а сам ушел домой, спустя небольшой промежуток времени, он открыл входную дверь и увидел К.В.В.., лежащим на лестничном пролете между первым и вторым этажами, взял его снова под руки, завел домой, положил на пол, после чего лег спать, на следующий день, когда он проснулся, то увидел, что брат К.В.В.. дышит с хрипом, вызвал ему скорую. В ходе осмотра места происшествия следователем был составлен протокол, с которым все участвующие в нем лица были ознакомлены, замечаний и дополнений ни у кого не поступило, после чего он был всеми подписан (т. 3 л.д. 119-122).

Допрошенный в судебном заседании свидетель Е.Ю.Н.. показал, что 

<

Дата> примерно в вечерне время к нему зашел подчиненный ему сотрудник оперуполномоченный П.В.А.., который пояснил, что в ходе проверки на причастность к совершению преступления гражданина ФИО1, последний пояснил, что готов написать явку с повинной. По его указанию П.В.А.. завел в кабинет ФИО1 у которого он спросил действительно ли он хочет собственноручно написать явку с повинной и если да, то попросил кратко изложить обстоятельства, которые тот хочет написать в ней. На что ФИО1 пояснил, что действительно хочет написать явку с повинной об обстоятельствах нанесения телесных повреждений своему брату К.В.В.. в ночь с 

<

Дата> на 

<

Дата>, а именно нескольких ударов ногой по телу и конечностям, а также 

<

данные изъяты> удара ногой в область головы, в связи с тем, что его брат выпил все спиртное и съел все продукты в доме, которые предназначались для проведения поминок их скончавшейся матери, а также то, что решение о написании явки с повинной принято им самостоятельно, без какого-либо давления со стороны сотрудников правоохранительных органов. В ходе беседы с ФИО1 в его кабинете также присутствовал С.Р.В.., с которым он вел профилактическую беседу.

Аналогичными по содержанию показаниями свидетеля С.Р.В.., данными в ходе предварительного следствия, в том числе в ходе очной ставки с ФИО1, оглашенными в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя, из которых следует, что 

<

Дата>, когда он находился в кабинете заместителя начальника ОП 

<

№> в составе 

<

адрес> Е.Ю.Н.., где последний проводил с ним профилактическую работу, зашел сотрудник полиции и пояснил Е.Ю.Н.. что у того имеется лицо, которое готово написать явку с повинной. Е.Ю.Н.. велел данному сотруднику завести данного человека к нему в кабинет. Через непродолжительное время указанный сотрудник завел в кабинет к Е.Ю.Н.. ранее ему неизвестного мужчину ФИО1 у которого спросил, действительно ли он хочет собственноручно написать явку с повинной и если да, то попросил кратко изложить обстоятельства, которые тот хочет написать в ней. После этого ФИО1 пояснил, что действительно хочет написать явку с повинной об обстоятельствах нанесения телесных повреждений своему брату К.В.В.. в ночь с 

<

Дата> на 

<

Дата>, а именно нескольких ударов ногой по телу и конечностям, а также 

<

данные изъяты> удара ногой в область головы, в связи с тем, что его брат выпил все спиртное и съел все продукты в доме, которые предназначались для проведения поминок их скончавшейся матери. Также ФИО1 пояснил, что решение о написании явки с повинной принято им самостоятельно, без какого-либо давления со стороны сотрудников правоохранительных органов (т.1 л.д. 133-135, т.2 л.д. 189-191).

Допрошенный в ходе предварительного следствия свидетель К.А.С.., чьи показания были оглашены в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя, показал, что 

<

Дата> он в составе следственно-оперативной группы принимал участие в осмотре места происшествия –квартиры №

<

№>, расположенной в 

<

адрес>, проводимом с участием ФИО1, в ходе которого последний пояснил, что в ночь с 

<

Дата> на 

<

Дата> после того как он вернулся домой и обнаружил пьяным лежащим на полу брата К.В.В.., который съел все продукты и выпил все спиртное, предназначенное для поминок их матери, он разозлился на К.В.В.., стал выгонять его из дома, при этом нанес лежащему на полу К.В.В. 

<

данные изъяты> удара по ногам и примерно 

<

данные изъяты> удара в грудь, и 

<

данные изъяты> удар в голову, обутыми ногами, так как брат не хотел вставать, после чего вытащил его из квартиры на улицу. Поставил у входной двери подъезда, а сам ушел домой. Спустя небольшой промежуток времени, он открыл входную дверь и увидел К.В.В.., лежащим на лестничном пролете между первым и вторым этажами, взял его снова под руки, завел домой, положил на пол, после чего лег спать, на следующий день, когда он проснулся, то увидел, что К.В.В.. дышит с хрипом, вызвал ему скорую. В ходе осмотра следователем был составлен протокол, с которым все участвующие в нем лица были ознакомлены, замечаний и дополнений ни от кого не поступило, после чего протокол был подписан всеми участниками в том числе ФИО1 (т.3 л.д. 127-129).

Из показаний допрошенной в судебном заседании свидетеля П.Е.В.. следует, что 

<

Дата> к ней домой по адресу: 

<

адрес>, пришел ФИО1 и рассказал, что 

<

Дата> он находился в гараже у одноклассника, который отмечал день рождения, после чего примерно около 

<

Дата> ночи он приехал на такси домой и обнаружил К.В.В. лежащим на полу в состоянии алкогольного опьянения. Он стал его будить и выгонять его из дома, чтобы тот немного протрезвел. После того, как он его выпроводил из дома, примерно через 

<

Дата> К.В.В.. вернулся домой, и они легли спать. 

<

Дата> так как К.В.В.. не просыпался, ФИО1 вызвал ему скорую помощь, на которой последнего отвезли в больницу, где в последствии К.В.В.. скончался.

Место и обстоятельства совершения преступления подтверждаются протоколами осмотра места происшествия от 

<

Дата> и 

<

Дата>, и фототаблицами к ним, согласно которым осмотрена квартира №

<

№> дома №

<

№> по 

<

адрес>, а также 

<

Дата> осмотрен подъезд 

<

№> дома №

<

№> по 

<

адрес>, 

<

Дата> осмотрена территория, прилегающая к подъезду 

<

№> дома №

<

№> по 

<

адрес>. В ходе которых 

<

Дата> из квартиры №

<

№> дома №

<

№> по 

<

адрес> изъяты: 

<

данные изъяты> стеклянная бутылка из под водки с маркировкой «

<

данные изъяты>», 

<

данные изъяты> полимерная бутылка из под пива с маркировкой «

<

данные изъяты>», 

<

данные изъяты> полимерная бутылка из под пива с маркировкой «

<

данные изъяты>». В ходе осмотра 

<

Дата> подъезда 

<

№> дома №

<

№> по 

<

адрес> следов борьбы и пятен вещества бурого цвета не обнаружено. В ходе осмотра 

<

Дата> квартиры №

<

№> дома №

<

№> по 

<

адрес> с участием ФИО1, последний указал на данную квартиру как на место причинения им телесных повреждений с 

<

Дата> на 

<

Дата> около 

<

Дата> К.В.В.., а именно 

<

данные изъяты> ударов обутыми ногами по ногам, 

<

данные изъяты> ударов в грудь, 

<

данные изъяты> удара в голову, а также изъяты: шлепанцы ФИО1; записная книжка, мобильный телефон «

<

данные изъяты>», трико и трусы К.В.В.. (т. 1 л.д. 37-38, 39-41, 56-61, 62-65).

Протоколом осмотра места происшествия от 

<

Дата>, в ходе которого в помещении морга ГУЗ «

<

данные изъяты>», расположенном на территории больничного комплекса, осмотрен труп К.В.В.., куда он был госпитализирован 

<

Дата> из квартиры ФИО1 

<

№>, расположенной в доме №

<

№> по 

<

адрес> (т.1 л.д. 14-18).

Протоколом осмотра места происшествия от 

<

Дата> и фототаблицей к нему-участка местности, расположенного на расстоянии примерно около 

<

данные изъяты> от входа в подъезд 

<

№> дома 

<

№> по 

<

адрес> и 

<

данные изъяты> от входа в подъезд 

<

№> дома №

<

№> по 

<

адрес>, проводимого с участием свидетеля Н.А.А.., в ходе которого последний указал на данный участок местности, как на место, где с 

<

Дата> на 

<

Дата> около 

<

Дата> он употреблял спиртное, и видел как из подъезда 

<

№> дома №

<

№> по 

<

адрес> вышел мужчина, закурил, после чего из указанного подъезда вышли еще двое мужчин, один из которых был сильно пьян, а второй его поддерживал. Затем мужчина, который курил и тот, который вывел мужчину из подъезда зашли совместно в подъезд, а мужчина, который находился в состоянии алкогольного опьянения остался стоять у подъезда. Указанный мужчина стоял на крыльце, держался за дверь и набирал домофон, так как были слышны звонки, после чего указанный мужчина зашел в подъезд. Пока он стоял на крыльце, к нему никто не подходил, и он не видел, чтобы за мужчиной кто-либо заходил в подъезд. После чего он (Н.А.А..) еще немного посидел и ушел из указанного двора. Также пояснил, что ему все было хорошо видно, так как над подъездом был включен фонарь (т. 3 л.д. 90-93, 94-95).

<

Дата> выемкой в ГУЗ «

<

данные изъяты>» изъята одежда потерпевшего К.В.В..: трико, футболка, кусок марли (т.1 л.д. 95-101).

<

Дата> выемкой у ФИО1 изъяты 

<

данные изъяты> кальсон (т.1 л.д. 87-89).

<

Дата> выемкой у ФИО1 изъяты: рубашка и покрывало (т.1 л.д. 125-128).

Изъятые в ходе осмотров места происшествия 

<

Дата>-

<

данные изъяты> стеклянная бутылка из под водки с маркировкой «

<

данные изъяты>», 

<

данные изъяты> полимерная бутылка из под пива с маркировкой «

<

данные изъяты>», 

<

данные изъяты> полимерная бутылка из под пива с маркировкой «

<

данные изъяты>»; 

<

Дата>- шлепанцы ФИО1, трико, трусы К.В.В..; а также изъятые в ходе выемок 

<

Дата> -трико, футболка, кусок марли, 

<

данные изъяты> кальсон, 

<

Дата> -рубашка, покрывало, осмотрены 

<

Дата>, о чем составлен протокол осмотра предметов от 

<

Дата> (т.2 л.д. 37-42), которые постановлением от 

<

Дата> признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т.2 л.д. 43-44).

<

Дата> выемкой в МДОУ «Детский сад 

<

№>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, изъят 

<

данные изъяты> с видеозаписью обстановки на территории, в том числе, 

<

данные изъяты> подъезда дома №

<

№> по 

<

адрес> в ночь с 

<

Дата> на 

<

Дата> (т.1 л.д. 182-186), который 

<

Дата> был осмотрен, о чем составлен протокол осмотра предметов от 

<

Дата> (т.3 л.д. 109-117), и постановлением от 

<

Дата> признан и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства (т.3 л.д. 118).

Тяжесть причиненного действиями ФИО1 вреда здоровью К.В.В.. и его причинно-следственная связь с наступившей смертью последнего судом установлены в соответствии с заключениями экспертов 

<

№> от 

<

Дата>, 

<

№> от 

<

Дата>, 

<

№> от 

<

Дата> (т.2 л.д. 28-34, 125-130, 144-158), согласно которым, с учетом показаний экспертов В.Ю.В.., Г.И.О.., данных в судебном заседании, следует, что при судебно-медицинском исследовании трупа К.В.В.. были обнаружены следующие телесные повреждения, которые условно разделены на группы: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Смерть К.В.В.. наступила от тупой травмы головы и груди с кровоизлияниями под оболочки головного мозга и мозжечка, множественными переломами ребер с повреждением пристеночной плевры, осложнившейся отеком-вклинением головного мозга, развитием гнойного трахеита и серозной пневмонии.

Согласно заключениям эксперта 

<

№> от 

<

Дата>, 

<

№> от 

<

Дата>, повреждения групп 

<

данные изъяты> являются прижизненными, образовались в результате травматического (их) воздействия (ий) тупого (ых) твердого (ых) предмета (ов). 

Повреждения группы «

<

данные изъяты>» могли образоваться как от 

<

данные изъяты>-ми кратного, так и более травмирующих воздействий, тупого твердого предмета в область груди, что исключается при падении из положения стоя; повреждения группы «

<

данные изъяты>» могли образоваться как от однократного, так и более травмирующих воздействий; повреждения группы «

<

данные изъяты>» могли образоваться как от 

<

данные изъяты>-ти, так и более травмирующих воздействий тупых твердых предметов.

Образование всех повреждений, обнаруженных при судебно-медицинской экспертизе трупа не исключается при нанесении травмирующих ударов кулаками и ногами. Учитывая локализацию, взаиморасположение и массивность повреждений групп «

<

данные изъяты> самонанесение исключается.

Повреждения групп 

<

данные изъяты> обнаруженные на трупе К.В.В.., учитывая морфологические свойства, гистологические данные, могли образовать за 

<

данные изъяты> суток до наступления смерти, возможно 

<

Дата> и 

<

Дата>. Морфологических признаков, позволяющих сделать вывод о последовательности причинения повреждений групп «

<

данные изъяты> при судебно медицинской экспертизе трупа выявлено не было.

Возможное взаиморасположение потерпевшего и нападавшего в момент причинения повреждений могло быть любым возможным для их нанесения (т. 2 л.д.28-34, 125-130).

В судебном заседании эксперт В.Ю.В.. подтвердила выводы, изложенные ею в заключениях 

<

№> от 

<

Дата>, 

<

№> от 

<

Дата>, и пояснила, что все повреждения являются прижизненными, образовались в результате травматических воздействий тупых твердых предметов. Все повреждения групп 

<

данные изъяты> обнаруженные при судебно-медицинской экспертизе трупа К.В.В.., могли быть причинены кулаком, ногой обутой в обувь, в том числе в сланцы. Повреждения группы «

<

данные изъяты> как в отдельности, так и в совокупности состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти, то есть отдельно взятая каждая из данных групп могла послужить причиной смерти. При проведении реанимационных мероприятий и использовании дефибриллятора, исходя их количества, характера, локализации повреждений, а также давности их образования, а именно за 

<

данные изъяты>-ое, 

<

данные изъяты>-ое суток до наступления смерти, невозможно образование имеющихся у К.В.В.. повреждений группы «

<

данные изъяты>».

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы 

<

№> от 

<

Дата>, учитывая характер, количество, локализацию и механизм образования переломов ребер и грудины (сгибательные и разгибательные), повреждения группы «

<

данные изъяты>» образовались в результате не менее 

<

данные изъяты> травмирующих воздействий; повреждения группы «

<

данные изъяты>» образовались в результате одного и более травмирующих воздействий; повреждения группы «

<

данные изъяты>» образовались в результате не менее 

<

данные изъяты> травмирующих воздействий тупых твердых предметов. 

Учитывая характер и морфологические свойства повреждений групп 

<

данные изъяты> обнаруженных при судебно-медицинском исследовании трупа К.В.В.., отсутствие признаков повторной травматизации в краях переломов ребер, результаты судебно-гистологического исследования, можно высказаться о том, что вышеуказанные повреждения образовались в промежуток времени от двух до трех суток до наступления смерти. 

Между повреждениями групп «

<

данные изъяты> в их совокупности и наступлением смерти К.В.В. имеется прямая причинно-следственная связь. 

Учитывая количество, характер, локализацию повреждений, обнаруженных при судебно-медицинском исследовании трупа, исключается возможность образования повреждений группы «

<

данные изъяты>» в результате падения (падений) из положения стоя. Исключается возможность причинения повреждений групп 

<

данные изъяты> самим потерпевшим (т.2 л.д. 144-158).

Допрошенная в судебном заседании эксперт Г.И.О.. подтвердила выводы, изложенные ею в заключении 

<

№> от 

<

Дата>, и пояснила, что повреждения группы «

<

данные изъяты>» причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, и могли привести к наступлению смерти К.В.В.. Повреждения группы «

<

данные изъяты>» причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека и могли привести к наступлению смерти К.В.В.. В данном случае смерть К.В.В. наступила от совокупности повреждений групп «

<

данные изъяты> Повреждения групп 

<

данные изъяты> обнаруженные у К.В.В.. могли быть причинены кулаком, ногой обутой в обувь, в том числе в сланцы. При этом толчок обутой ногой является травмирующим воздействием тупого твердого предмета. При проведении реанимационных мероприятий и использовании дефибриллятора, исходя их количества, характера, локализации повреждений, а также давности их образования, а именно за 

<

данные изъяты>-ое, 

<

данные изъяты>-ое суток до наступления смерти, невозможно образование имеющихся у К.В.В.. повреждений группы «

<

данные изъяты>». Несоответствие переломов ребер при повторном изучении рентгеновских снимков и переломов, обнаруженных при исследовании трупа можно объяснить позиционным расположением трупа, динамической нерезкостью рентгеновских снимков.

Данное несоответствие не влияет на допустимость и достоверность данных заключений.

Допрошенная в судебном заседании К.С.В.., подтвердила выводы, изложенные ею в заключении 

<

№> от 

<

Дата>, и пояснила, что при проведении исследования ею был изучен представленный рентгеновский снимок К.В.В.., а именно рентгенограмма органов его грудной клетки от 

<

Дата>, на которой имелись все телесные повреждения группы «

<

данные изъяты>», указанные в экспертизе 

<

№>.

Согласно заключению эксперта 

<

№> от 

<

Дата>, кровь потерпевшего К.В.В.. и подозреваемого ФИО1 имеет одинаковую групповую принадлежность и относится к группе 

<

данные изъяты> На трико и футболке, принадлежащих потерпевшему К.В.В.., а так же на куске марли, изъятых в ходе выемки в ГУЗ 

<

данные изъяты>», найден пот и кровь человека группы 

<

данные изъяты> На рубашке, принадлежащей потерпевшему К.В.В. и изъятой в ходе выемки у подозреваемого ФИО1 найден пот группы 

<

данные изъяты> без примеси крови. Полученные результаты исследования не исключают возможное происхождение этих крови и пота от самого потерпевшего К.В.В.., относящегося к группе 

<

данные изъяты> Возможно присутствие в качестве примеси крови и пота подозреваемого ФИО1, так же относящегося к данной группе и при наличии у него повреждений, сопровождавшихся наружным кровотечением. На 

<

данные изъяты> шлепанцах, принадлежащих подозреваемому ФИО1 и изъятых в ходе осмотра места происшествия, кровь не обнаружена, а найден пот группы 

<

данные изъяты> который мог произойти от самого подозреваемого ФИО1 относящегося к данной группе. Возможно присутствие в качестве примеси и пота потерпевшего К.В.В.. так же относящегося к группе 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 59-65).

Согласно заключению эксперта 

<

№> от 

<

Дата> на трико 

<

данные изъяты> цвета, футболке 

<

данные изъяты> и куске марли найдена кровь человека. Генотипические профили ДНК крови на трико 

<

данные изъяты> цвета, футболке 

<

данные изъяты> и куске марли имеют мужскую генетическую половую принадлежность 

<

данные изъяты> и совпадают с генетическим профилем ДНК образца крови от трупа К.В.В.. по всем исследованным системам, что не исключает происхождения крови на данных объектах от К.В.В.. Статистическая оценка наблюдаемого совпадения при анализе тождества генотипических профилей ДНК крови на трико 

<

данные изъяты> цвета, футболке 

<

данные изъяты> и куске марли и ДНК образца крови от трупа К.В.В. указывает, что вероятность их генотипической идентичности составляет не менее 

<

данные изъяты> Генотипические профили ДНК крови на трико 

<

данные изъяты> цвета, футболке 

<

данные изъяты> и куске марли не совпадают с генотипическим профилем ДНК образца крови ФИО1 по трем локусам из 

<

данные изъяты> исследованных систем, что исключает происхождение крови на данных объектах от ФИО1 (т. 2 л.д. 73-82).

Оснований сомневаться в достоверности выводов проведенных по делу экспертиз не имеется, поскольку они научно обоснованны, в них изложены все необходимые данные и обстоятельства, исследованы необходимые документы и материалы дела, даны ответы на поставленные вопросы. В сделанных выводах не содержится противоречий, требующих устранения путем проведения повторной или дополнительной экспертиз, привлечения к участию в деле иных специалистов. При их производстве нарушений уголовно-процессуального закона, а также иных правил производства экспертиз по уголовным делам, не допущено.

Вышеуказанные исследованные доказательства в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ суд считает допустимыми, достоверными, а в совокупности - достаточными для вывода о доказанности вины ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего.

С учетом предъявленного и поддержанного обвинения суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Давая юридическую оценку содеянного и устанавливая умысел подсудимого, суд исходит из того, что ФИО1, действуя умышленно, на почве личных неприязненных отношений, наносит телесные повреждения К.В.В.., лежащему на полу, ногами, обутыми в сланцы, с достаточной силой, осознавая, что указанные повреждения являются опасными для жизни именно в момент причинения. Именно телесные повреждения, являющиеся опасными для жизни и причинившие тяжкий вред здоровью ФИО1 повлекли смерть потерпевшего.

Об умысле подсудимого на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, свидетельствуют характер имеющихся у потерпевшего телесных повреждений, их множественность, значительная сила ударов, а также их локализация в жизненно-важные части тела человека- грудь, голову. Отношение же подсудимого к наступлению смерти потерпевшего характеризуется неосторожной формой вины.

Мотивом совершения преступления явились внезапно возникшие личные неприязненные отношения между ФИО1 и К.В.В..

Показания потерпевшей, свидетелей, данные в суде, а также показания свидетелей, которые были оглашены в порядке ст. 281 УПК РФ, суд считает достоверными, не доверять этим показаниям у суда нет оснований, так как они постоянные, последовательные, логичные, обстоятельные, согласованные, не содержат существенных противоречий между собой, состоят в прочной взаимосвязи с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании. 

Оснований для оговора подсудимого потерпевшей, свидетелями, сведений о заинтересованности указанных лиц при даче показаний, существенных противоречий по обстоятельствам, касающимся существа обвинения, которые могли повлиять на выводы о виновности подсудимого, не усматривается. 

Вышеперечисленные доказательства, признанные судом допустимыми и достоверными, согласуются с показаниями ФИО1, данными им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, оглашенными в судебном заседании на основании п.1 ч.1 ст. 276 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя.

Так, будучи допрошенным в качестве подозреваемого ФИО1, сообщил, что ночью с 

<

Дата> на 

<

Дата>, после того как он вернулся домой по адресу: 

<

адрес>, он обнаружил, что его брат К.В.В.. спит на полу в комнате в состоянии сильного алкогольного опьянения, при этом выпил все спиртное и съел продукты, предназначенные для поминок их матери. Он разозлился на К.В.В.. и стал говорить, чтобы он покинул его квартиру, на что К.В.В.. сказал, что никуда не пойдет. После этого он (ФИО1) ногами нанес К.В.В.. 

<

данные изъяты> удара по нижним конечностям, 

<

данные изъяты> удара в область туловища, 

<

данные изъяты> удар ногой по левой руке, которой он в этот момент прикрывал голову, 

<

данные изъяты> толчок ногой по голове, 

<

данные изъяты> удар по правой руке (т.1 л.д. 71-74, 80-84).

В судебном заседании подсудимый ФИО1 от данных показаний в ходе предварительного следствия в части нанесения 

<

данные изъяты> удара К.В.В. по голове ногой отказался, а также отказался от показаний в части нанесения ударов по телу К.В.В.., пояснив, что это были толчки, а не удары, объяснив тем, что оговорил себя.

Оценивая указанные выше показания подсудимого ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, суд приходит к выводу об отсутствии оснований предполагать, что ФИО1 давал показания под давлением сотрудников правоохранительных органов, либо под влиянием иных обстоятельств, в силу которых он был вынужден оговорить себя. Оснований для самооговора подсудимого, суд не установил. 

Как следует из материалов уголовного дела перед указанными допросами в качестве подозреваемого ФИО1 разъяснялись права, соответствующие его процессуальному положению, в том числе ст.51 Конституции РФ, в соответствии с которой он не обязан свидетельствовать против себя. Кроме того, ФИО1 был предупрежден, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от этих показаний. По окончании допросов составленные протоколы были подписаны ФИО1 и его защитниками, без каких-либо замечаний, что свидетельствует о том, что эти лица были согласны с показаниями, что и удостоверили своими подписями. Ходатайств об отводе защитника К.С.А.. и защитника Г.В.В.., допущенных к участию в деле по его просьбе, он не заявлял. 

При таких обстоятельствах нарушений закона при допросе ФИО1 

<

Дата> и 

<

Дата> в качестве подозреваемого в ходе предварительного следствия суд не усматривает, в связи с чем и оснований для признания указанных протоколов допроса, недопустимыми доказательствами по делу не имеется, а потому суд кладет в основу приговора приведенные показания ФИО1 в качестве подозреваемого от 

<

Дата> и 

<

Дата>, в указанной части.

К показаниям подсудимого ФИО1 о том, что в голову потерпевшего он не бил, удары были незначительными в виде толчков, суд относится критически и не придает его показаниям доказательственного значения, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств.

Установленные судом и изложенные выше обстоятельства, подтвержденные совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, опровергают как доводы подсудимого, так и его защитника о невиновности ФИО1, в связи с чем суд относится к ним критически.

Доводы подсудимого и его защитника о том, что телесные повреждения группы «

<

данные изъяты>» у К.В.В.. не имелись на момент поступления последнего 

<

Дата> в ГУЗ «

<

данные изъяты>», поскольку при осмотре К.В.В.. специалистами скорой медицинской помощи, а также специалистами в ГУЗ «

<

данные изъяты>», не были зафиксированы видимые телесные повреждения у ФИО1 в области груди, а также не были установлены переломы ребер у К.В.В.. до наступления смерти последнего, суд не принимает во внимание, поскольку они опровергаются исследованными в суде доказательствами, в том числе заключениями экспертов 

<

№> от 

<

Дата>, 

<

№> от 

<

Дата>, показаниями экспертов В.Ю.В.., Г.И.О.., в суде, согласно которым, обнаруженные у К.В.В. телесные повреждения группы «

<

данные изъяты>» образовались за 

<

данные изъяты>-ое, 

<

данные изъяты>-ое суток до наступления смерти, при этом, при наличии указанных телесных повреждений группы «

<

данные изъяты>» необязательно наличие видимых телесных повреждений.

Также являются несостоятельными доводы подсудимого и его защитника об образовании телесных повреждений группы «

<

данные изъяты>» у К.В.В.. во время проведения реанимационных мероприятий и использования дефибриллятора, поскольку они также опровергаются показаниями экспертов В.Ю.В.., Г.И.О.. в суде, согласно которым, исходя их количества, характера, локализации повреждений, а также давности их образования, а именно за 

<

данные изъяты>-ое, 

<

данные изъяты>-ое суток до наступления смерти, невозможно образование имеющихся у К.В.В.. повреждений группы «

<

данные изъяты>» при проведении реанимационных мероприятий и использования дефибриллятора, и не находится в причинной связи с наступлением смерти проведение реанимационных мероприятий при отсутствии сведений о наличии у К.В.В.. телесных повреждений группы «

<

данные изъяты>».

Указание в медицинской карте стационарного больного К.В.В.. ГУЗ «

<

данные изъяты>» при описании рентгеновского снимка К.В.В.. от 

<

Дата>, а именно рентгенограммы органов грудной клетки, на отсутствие каких-либо повреждений, так же не свидетельствует об отсутствии у К.В.В.. на момент поступления 

<

Дата> в ГУЗ «

<

данные изъяты>» телесных повреждений группы «

<

данные изъяты>», поскольку это опровергается приведенными выше доказательствами, в том числе показаниями свидетеля Ю.Н.В.. в суде, согласно которым, она не смогла увидеть имеющиеся у К.В.В.. повреждения группы «

<

данные изъяты>» по причине небольшого опыта работы, качества снимков. 

К доводам подсудимого и его защитника о невиновности ФИО1, нанесении К.В.В.. имеющихся у последнего телесных повреждений, от которых наступила его смерть, другими лицами, суд также относится критически, не придает его показаниям доказательственного значения, поскольку они опровергаются совокупностью доказательств по делу, исследованных в судебном заседании. 

По мнению суда, подсудимый ФИО1 таким образом, реализует свое право на защиту и расценивает указанные доводы как стремление избежать уголовной ответственности за содеянное.

Изложенные выше доказательства в их совокупности свидетельствуют о том, что ФИО1 во время ссоры с К.В.В.., нанес последнему, лежащему на полу, множественные удары ногами, обутыми в сланцы, в область груди, по верхним и нижним конечностям, а также не менее 

<

данные изъяты> удара в область головы.

Оснований считать, что имеющиеся у К.В.В. телесные повреждения, могли быть получены К.В.В.. при падении с высоты собственного роста не имеется, поскольку, опровергается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Иные доводы подсудимого ФИО1 и его защитника не влияют на вывод суда о доказанной виновности подсудимого ФИО1 в совершении указанного преступления.

Не усматривает суд в действиях подсудимого признаков необходимой обороны, либо превышения ее пределов. Из установленных фактических обстоятельств дела следует, что в момент нанесения К.В.В.. ударов, никакого посягательства на жизнь и здоровье ФИО1 не было. Кроме того, как пояснил ФИО1, в момент нанесения ударов К.В.В.., последний лежал на полу, и не представлял для него никакой опасности.

Проверялась судом и версия о том, что в момент совершения преступления подсудимый мог находиться в состоянии аффекта. Однако, учитывая обстоятельства, установленные судом, фактические данные, сообщенные подсудимым в своих показаниях, с учетом заключения эксперта от 

<

Дата> 

<

№>, суд приходит к выводу о том, что подсудимый не находился в состоянии аффекта в момент совершения преступления.

Судом исследовался вопрос о вменяемости подсудимого ФИО1

Из экспертного заключения амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 

<

Дата> 

<

№> следует, что ФИО1 каким-либо психическим расстройством (хроническим, временным), слабоумием, либо иным болезненным состоянием психики, в том числе патологическим аффектом, не страдает и не страдал ими в период, относящийся к инкриминируемому ему правонарушению. Во время совершения инкриминируемого ему деяния ФИО1 не находился в состоянии аффекта (физиологического) или ином эмоциональном состоянии (стресса, фрустрации, растерянности). ФИО1 во время совершения инкриминируемого ему деяния мог и в настоящее время может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается ( т.2 л.д.98-99).

При исследовании вопроса о вменяемости подсудимого, принимая во внимание заключение комиссии экспертов, поведение подсудимого в момент совершения преступления, в ходе предварительного и судебного следствия, суд признает ФИО1 вменяемым, подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 суд признает явку с повинной, наличие малолетних детей у виновного, оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, аморальное поведение потерпевшего, явившегося поводом для преступления, а так же учитывает в качестве таковых наличие несовершеннолетнего ребенка, лиц на иждивении, состояние здоровья ФИО1, и его близких родственников, совершение преступления впервые, положительные характеристики, мнение потерпевшей, не настаивающей на строгом наказании.

Учитывая обстоятельства совершения преступления, личность виновного, оснований для признания отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ, суд не усматривает. 

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1 суд не усматривает, в связи с чем при назначении наказания применяет положения ст.62 УК РФ.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, суд пришел к твердому убеждению, что для исправления ФИО1 и предупреждения совершения им новых преступлений необходимо назначить ему наказание в виде реального лишения свободы, в связи с чем положения ст. 73 УК РФ не применяет.

Учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств, оценивая достижимость целей наказания, суд счел необходимым дополнительное наказание в виде ограничения свободы ФИО1 не назначать.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, поведением ФИО1 во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления и позволяющих назначить ФИО1 наказание в соответствии со ст.64 УК РФ, суд не усматривает.

Исходя из фактических обстоятельств совершенного ФИО1 преступления и степени его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения в силу ч.6 ст. 15 УК РФ категории данного преступления.

Оснований, освобождающих подсудимого ФИО1 от уголовной ответственности и наказания, вынесения в отношении него обвинительного приговора без назначения наказания, судом не установлено.

Учитывая требования п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ суд назначает ФИО1 отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима.

В связи с тем, что подсудимый ФИО1 осуждается к реальному лишению свободы, меру пресечения ФИО1 оставить прежней – в виде заключения под стражу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 296-299, 304, 307-309 УПК РФ, 

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Срок отбывания наказания исчислять с 16 февраля 2018 года. 

Зачесть в срок отбытия наказания срок фактического содержания ФИО1 под стражей в период с 28 августа 2017 года по 15 февраля 2018 года включительно.

Меру пресечения в отношении ФИО1 оставить без изменения- в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства по уголовному делу: 

-

<

данные изъяты> стеклянную бутылку из под водки, 

<

данные изъяты> полимерных бутылки из под пива, 

<

данные изъяты> трико, трусы, футболку, кусок марли 

<

данные изъяты> цвета, рубашку, покрывало, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по 

<

адрес> г.Саратова СУ СК РФ по 

<

адрес>, по вступлении приговора в законную силу, уничтожить;

-детализацию звонков ФИО1, К.В.В.., хранить при материалах уголовного дела;

-мобильный телефон марки «

<

данные изъяты>», 

<

данные изъяты> кальсон; шлепанцы, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по 

<

адрес> г.Саратова СУ СК РФ по 

<

адрес>, по вступлении приговора в законную силу- вернуть родственникам ФИО1, а в случае не востребованности, хранить при материалах уголовного дела;

-мобильный телефон «

<

данные изъяты>», записную книжку, принадлежащие К.В.В.., хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по 

<

адрес> г.Саратова СУ СК РФ по 

<

адрес>, по вступлении приговора в законную силу вернуть по принадлежности Т.Е.В..;

-

<

данные изъяты> диск с содержащейся на нем видеозаписью, изъятый в ходе выемки в 

<

Дата>, по вступлении приговора в законную, хранить при материалах уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Саратовского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, через Заводской районный суд города Саратова.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в своей апелляционной жалобе, также осужденный вправе подать свои возражения на поданные жалобы или представление в письменном виде и ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Судья Н.Ю. Савицкая