Дело № 2-163/2025

УИД № 45RS0002-01-2025-000180-24

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

с. Белозерское 8 сентября 2025 г.

Белозерский районный суд Курганской области

в составе председательствующего судьи Воронежской О.А.,

при секретаре Алексеевой Н.В., 

с участием представителя истца ФИО1 по ордеру адвоката Кондрашкина В.П., 

представителя ответчика ФИО2 по ордеру адвоката Бурнашова А.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании долга, процентов за пользование чужими денежными средствами,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в Белозерский районный суд Курганской области с иском к ФИО2 о взыскании долга, процентов за пользование чужими денежными средствами. В обоснование исковых требований, с учетом их изменения в порядке ст. 39 ГПК РФ, указано, что 18 мая 2022 г. ответчик занял у истца денежные средства в сумме 115 000 рублей для личных нужд на срок до двух недель (до 14 дней), которые ФИО1 по просьбе ФИО2 перевёл со своей зарплатной банковской карты на карту, принадлежащую его супруге ФИО3 Деньги ФИО2 обещал вернуть с процентами, но конкретный их размер не оговаривался. Данная сделка договором или распиской не оформлялась, подтверждением её совершения является выписка с банковской карты истца. В установленный срок, то есть до 1 июня 2022 г. (включительно), ответчик деньги не вернул, соответственно, сумма долга на дату возврата денежных средств составила 115 000 рублей. На неоднократные обращения ФИО1 по поводу возврата денежных средств ФИО2 от их возврата уклонялся и до настоящего времени долг не возвратил. Доказательством наличия долга и его невозврата являются материалы возбужденного в отношении истца уголовного дела по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 УК РФ, а также вступивший в законную силу в отношении него приговор Кетовского районного суда Курганской области от 12 февраля 2024 г. по данному уголовному делу, в котором кроме показаний ФИО1 отражены признанные судом достоверными показания свидетелей защиты и письменные материалы дела о наличии долга ФИО2 и его невозврата до момента задержания истца, т.е. до 29 марта 2023 г. Полагает, что полученные супругами ФИО17 денежные средства являются для них общими, в связи с чем обязательства по их возврату должны исполняться ими совместно. Согласно указанных в исковом заявлении обстоятельств сделки, отсутствии заключенного между сторонами письменного договора займа, наличия иных доказательств, подтверждающих перевод истцом денежных средств на счет ФИО3 и их невозврат, считает, что данные денежные средства подлежат взысканию как неосновательное обогащение, поскольку ответчики без установленных законом оснований их удерживают, исполнять свои обязательства по их возврату отказываются, тем самым незаконно приобрели и сберегли их, т.е. обогатились. Ссылаясь на положения ст. ст. 1102-1103, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), просит суд взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО3 в пользу ФИО1: денежные средства в размере 115 000 рублей; проценты за пользование денежными средствами в соответствии с п. 1 ст. 809 ГК РФ в сумме 45 177 рублей 67 копеек за период с 19 мая 2022 г. по 24 апреля 2025 г.; проценты за неисполнение денежного обязательства в соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ в сумме 44 616 рублей 84 копейки за период с 2 июня 2022 г. по 24 апреля 2025 г.; проценты за неисполнение денежного обязательства с суммы основного долга 115 000 рублей за период с момента обращения с иском в суд, то есть с 24 апреля 2025 г., по день фактической оплаты долга, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 7 144 рубля 00 копеек.

Истец ФИО1 в судебное заседание, после объявления перерыва, не явился, извещался надлежащим образом. Ранее в судебном заседании поддерживал измененные исковые требования, при этом пояснял, что с ФИО2 на протяжении длительного времени (более 15 лет) находились в дружеских отношениях и неоднократно переводили друг другу на карту денежные средства, возврата которых не требовали. В апреле 2022 года по просьбе ФИО2 он перевел на карту его супруги ФИО3 денежные средства в размере 115 000 рублей, которые были взяты им у знакомого ФИО4. Данные денежные средства возвращены ФИО2 через неделю в сумме 150 000 рублей, из которых 130 000 рублей переведены на карту истца с карты знакомого ФИО2 ФИО5, а 20 000 рублей отданы ему наличными. Из возвращенных ему ответчиком денежных средств незначительную сумму он оставил себе. В мае 2022 года по просьбе ФИО2, вновь обратившегося к нему с просьбой занять денежные средства, и обещавшего вернуть с процентами 200 000 рублей, из которых ФИО1 рассчитывал оставить себе незначительную сумму, истец перевел на карту его супруги ФИО3 115 000 рублей, взятые им у знакомого ФИО6 После чего данные денежные средства ответчиком ему возвращены не были, и в августе-сентябре 2022 года между ними из-за этого произошел конфликт. В связи с необходимостью возвращения денежных средств ФИО6 истец занял у своих знакомых ФИО7, ФИО8 и ФИО12 по 50 000 рублей, а затем, в целях расчёта с данными лицами, оформил нотариально договор займа с ФИО13, у которого в сентябре 2022 года занял 230 000 рублей, не возвращенные им в полном объеме до настоящего времени.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по ордеру адвокат Кондрашкин В.П. на измененных исковых требованиях настаивал, просил их удовлетворить в полном объеме. При этом, поддержав доводы истца, пояснил, что стороны находились в дружеских отношениях до 7 апреля 2022 г., после чего их отношения приобрели иной характер. ФИО1 какого-либо отношения к бизнесу ФИО2 не имел, совместные дела у них отсутствовали, партнерами они не были. По их устной договоренности, полученные от истца денежные средства, начиная с апреля 2022 года, ответчик должен был отдавать с процентами, а из возвращенных ответчиком истцу денежных сумм, последний намеревался оставлять себе незначительные суммы. Кроме того, ФИО2, который занимался куплей-продажей автомобилей, обещал приобрести ФИО1 автомобиль. 

Ответчики ФИО2 и ФИО3 в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили. Ранее в судебном заседании с использованием ВКС с Катайским районным судом Курганской области ФИО2 с измененными исковыми требованиями не соглашался. При этом пояснял, что ранее с ФИО1 длительное время находились в дружеских отношениях и постоянно брали друг у друга денежные средства, в большей части истец брал у него, возврата которых не требовали. Взятые им у ФИО1 в апреле 2022 года денежные средства в сумме 115 000 рублей были возвращены им наличными деньгами, а переведенные на карту истца с карты ФИО5 130 000 рублей – это денежные средства, предоставленные им в долг ФИО1 Переведенные ФИО1 на карту его супруги в мае 2022 года денежные средства в сумме 115 000 рублей – это возврат его долга. 

Представитель ответчика ФИО2 по ордеру адвокат Бурнашов А.С. в судебном заседании с измененными исковыми требованиями не согласился, просил отказать в их удовлетворении. При этом, ссылаясь на положения п. 4 ст. 1109 ГК РФ, указал, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. Также пояснил, что доказательств, свидетельствующих о наличии договора займа, истцом не представлено. Перевод же денежных средств с карты ФИО1 на карту ФИО3 не свидетельствует о займе, это возврат долга ФИО1 перед ФИО2 

Учитывая мнение участников процесса, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся ответчиков в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ).

Заслушав участников судебного процесса, допросив свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО9, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Положения ст. 12 ГК РФ предусматривают способы защиты гражданских прав, перечень которых не является исчерпывающим.

Выбор способа защиты своих прав, принадлежит лицу, обратившемуся за судебной защитой.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Пунктом 1 статьи 807 ГК РФ предусмотрено, что по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

Пунктом 1 статьи 808 ГК РФ установлено, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (п. 2 ст. 808 ГК РФ).

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, истец в его обоснование указал, что 18 мая 2022 г. ответчик занял у него денежные средства в сумме 115 000 рублей для личных нужд без составления письменного договора, которые ФИО1 по просьбе ФИО2 перевёл со своей зарплатной банковской карты банка ВТБ (ПАО) на карту, принадлежащую его супруге ФИО3, с обещанием ответчика их возврата с процентами. 

Из материалов дела следует и не оспаривалось сторонами, что 18 мая 2022 г. с банковского счета ФИО1, открытого в банке ВТБ (ПАО) (карта списания №), на банковский счет супруги ответчика ФИО2 – ФИО3 (запись акта о заключении брака № 84 от 23 ноября 2009 г.), открытый в ПАО Сбербанк (карта зачисления №), без указания назначения платежа переведены денежные средства в размере 115 000 рублей, что подтверждается выписками по счетам ФИО1 (ответ Банка ВТБ (ПАО) от 15 и 17 мая, от 19 и 21 августа 2025 г.) и ФИО3 (ответ ПАО Сбербанк от 21 августа 2025 г.).

Ссылаясь на то, что денежные средства передавались ответчику в долг, но поскольку договор займа не заключался и перечисленная сумма является неосновательным обогащением ответчика, истец, изменив в порядке ст. 39 ГПК РФ, заявленные исковые требования, просил об их взыскании как неосновательное обогащение.

Пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ установлено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2 ст. 1102 ГК РФ).

Обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех обязательных условий: имеет место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества произведено за счет другого лица; приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно. 

Таким образом, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

Согласно статье 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения (п. 1).

На сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств (п. 2 ст. 1107 ГК РФ).

В силу п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

При этом, разрешая спор о возврате неосновательного обогащения, необходимо установить, была ли осуществлена передача денежных средств или иного имущества добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего либо с благотворительной целью, или передача денежных средств и имущества осуществлялась во исполнение договора сторон либо иной сделки.

На основании ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В подтверждение наличия долга у ФИО2 перед ФИО1 и его невозврата истец ссылался на материалы уголовного дела по обвинению ФИО1 по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 УК РФ (в том числе: объяснение ФИО1 от 23 сентября 2022 г.; протоколы осмотра предметов (документов) от 16 и 17 мая 2023 г.; протокол осмотра места происшествия от 16 мая 2023 г.; постановление от 24 сентября 2022 г. об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ст. 286 УК РФ, по факту обращения ФИО2 о высказывании сотрудником полиции ФИО1 угроз; ), а также вступивший в законную силу в отношении него вышеуказанный приговор Кетовского районного суда Курганской области от 12 февраля 2024 г. по данному уголовному делу, в котором кроме показаний ФИО1 отражены признанные судом достоверными показания свидетелей защиты и письменные материалы дела о наличии долга ФИО2 и его невозврата до момента задержания истца, т.е. до 29 марта 2023 г.

Согласно приговору Кетовского районного суда Курганской области от 12 февраля 2024 г., оставленному без изменения апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Курганского областного суда от 4 июня 2024 г., ФИО1 осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима, с применением ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий, на срок 2 года.

Данным приговором ФИО1 признан виновным в совершении в период с 9 января 2023 г. до 29 марта 2023 г. покушения на хищение денежных средств ФИО14 путем обмана, совершенного с использованием своего служебного положения. 

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого он вынесен, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. 

В то же время, в данном случае, судом разрешается спор не о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда (ФИО1), в связи с чем данный приговор является одним из письменных доказательств и по отношению к иным доказательствам, исследованным при рассмотрении гражданского дела, не обладают большей доказательственной силой.

При этом обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют, подлежит доказыванию истцом в рамках рассмотрения гражданского спора.

Приговором Кетовского районного суда Курганской области от 12 февраля 2024 г., на который ссылается истец, установлено наличие долга у ФИО2 перед ФИО1, что само по себе не является безусловным и исключительным доказательством факта заключения между сторонами договора займа, а также наличия на стороне ответчика неосновательного обогащения, и подлежит оценке в совокупности с иными обстоятельствами дела, к которым могут быть отнесены предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности их взаимная переписка, денежный оборот, наличие или отсутствие иных договорных либо внедоговорных обязательств, совершение ответчиком действий, подтверждающих наличие именно заемных обязательств и тому подобное.

В то же время приведенные истцом доказательства (материалы уголовного дела, приговор суда) не содержат подлежащих установлению при рассмотрении настоящего гражданского дела обстоятельств, а также информации о финансовых взаимоотношениях сторон до апреля 2022 года. 

Также не может являться безусловным доказательством неосновательного обогащения факт зачисления денежных средств на банковский счет другого лица. Указанное должно быть соотнесено со всеми иными доказательствами по гражданскому делу.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Как следует из материалов дела в письменной форме договор займа 18 мая 2022 г., как того требует п. 2 ч. 1 ст. 161 ГК РФ, между сторонами не заключался.

Из содержания положений ст. 808 ГК РФ следует, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме.

По общему правилу, займодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.

В соответствии со ст. 162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (п. 1). В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность (п. 2).

Следовательно, в силу прямого указания закона, доказывание факта передачи денежных средств кредитором должнику, свидетельскими показаниями не допустимо.

В связи с чем свидетельские показания ФИО15 и ФИО16 в подтверждение наличия между сторонами договора займа, а также наличия неосновательного обогащения на стороне ответчика, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку не являются допустимыми и относимыми доказательствами в силу ст. 60 ГПК РФ. 

Таким образом, ссылаясь на перечисление 18 мая 2022 г. денежных средств на условиях возвратности, каких-либо относимых и допустимых доказательств, подтверждающих условия, на которых стороны намеревались заключить договор займа, истцом не представлено.

При этом согласно материалам дела до 2022 года между сторонами имелись финансовые взаимоотношения, выразившиеся в переводе денежных средств друг другу без назначения платежа и в иных размерах, что не оспаривалось сторонами и подтверждается представленной в материалы дела справкой о движении денежных средств по счету ФИО2, открытому в АО «ТБанк» от 12 августа 2025 г. о том, что в период с 29 августа 2019 г. по 1 апреля 2022 г. на счет ФИО1 по номеру его телефона 

<

***>), указанному также и в исковом заявлении, переводились денежные средства: 500 рублей – 14 ноября 2019 г., 17 и 28 апреля, 1 и 9 мая, 16 июня, 9 июля, 7 августа, 22 октября 2020 г.; 750 рублей – 15 июня 2020 г., 850 рублей – 6 ноября 2021 г.; 1 000 рублей – 29 августа, 5 сентября, 3 октября 2019 г., 1, 4, 29 мая, 10 июня, 15 июля, 26 и 28 сентября, 5, 10 и 25 октября 2020 г., 6, 11 и 28 января, 29 апреля и 13 ноября 2021 г., 1 апреля 2022 г.; 1 500 рублей – 28 июня 2020 г.; 1 750 рублей – 29 июня 2020 г.; 2 000 рублей – 12 октября 2019 г., 12 августа, 20 сентября 2020 г., 29 апреля 2021 г.; 8 000 рублей - 18 июня 2020 г. 

Из материалов дела следует, что 7 апреля 2022 г. с банковского счета ФИО1, открытого в банке ВТБ (ПАО) (карта списания 220024****7723), на банковский счет супруги ответчика ФИО2 – ФИО3, открытый в ПАО Сбербанк (карта зачисления 427616****5906), без указания назначения платежа также переводились денежные средства в размере 115 000 рублей, что подтверждается протоколом осмотра предметов (документов) от 17 мая 2023 г., с приложенной к нему выпиской по счету за период 1 апреля по 31 мая 2022 г., и не оспаривалось сторонами.

Согласно имеющимся в материалах дела скриншота по счету ФИО5, а также выписки по счету ФИО1, открытых в банке ВТБ (ПАО), 14 апреля 2022 г. осуществлен перевод денежных средств на карту ФИО1 в сумме 130 000 рублей, которые, как пояснил ФИО1 поступили в счет возврата долга ФИО2 перед ним от 7 апреля 2022 г., а как следует из пояснений ФИО2 и свидетеля ФИО5, предоставлены по просьбе ФИО1 ему в долг. 

Возражения ответчика ФИО2 о том, что денежные средства он получил в счет частичного возврата займа по договору, где выступил займодавцем, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, при этом показания свидетеля ФИО5 в данной части судом во внимание не принимаются, так как в соответствии со ст. 60 ГПК РФ не являются допустимым и относимым доказательством. 

Сторона истца также не представила доказательств наличия между сторонами каких-либо обязательств, в счет исполнения которых перечислялись денежные средства.

Из представленных в материалы дела скриншотов переписки между ФИО1 и ФИО2, на которую истец ссылался как на подтверждение наличия долговых обязательств ФИО2 перед ним, также следует, что ФИО1 брал себе денежные средства, вел речь о какой-то совместной выгоде (от 18 мая 2022 г.) и о своей доле 1,5 (от 7 апреля 2022 г.), о каком-то риске, на который со слов ответчика шел истец (от 3 июня 2022 г.). 

Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства наличия договоренности между сторонами спора о возврате перечисленной ответчику суммы в 115 000 рублей, то есть доказательства наличия между сторонами правоотношений по договору займа, где ФИО1 выступил займодавцем, а ФИО2 заемщиком, либо иных правоотношений, предполагающих возвратность полученной суммы.

Кроме того, п. 2 ст. 35 СК РФ, п. 2 ст. 253 ГК РФ установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Однако положения о том, что такое согласие предполагается также в случае возникновения у одного из супругов долговых обязательств перед третьими лицами, действующее законодательство не содержит.

В случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга.

Согласно п. 2 ст. 45 СК РФ взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи.

Следовательно, семейное законодательство предусматривает возникновение не только общей совместной собственности супругов, но и возможность возникновения общих обязательств супругов. Такое обязательство, как следует из п. 2 ст. 45 СК РФ, возникает по инициативе обоих супругов в интересах семьи, либо является обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи.

Однако каких-либо доказательств, свидетельствующих об использовании спорных денежных средств на нужды семьи, материалы дела не содержат.

Учитывая вышеизложенное, установив, что вся совокупность, необходимая для признания перечисленных истцом ответчику денежных средств неосновательным обогащением отсутствует, доказательств наличия между сторонами правоотношений по договору займа, где истец выступил займодавцем, а ответчик ФИО2 заемщиком, либо иных правоотношений, предполагающих возвратность полученной суммы истцом не представлено, вместе с тем из установленных судом обстоятельств следует, что стороны до перечисления спорной денежной суммы в период существования между сторонами дружеских отношений неоднократно производили друг другу иные переводы в различных суммах также без указания назначения платежа, при этом, характер своих финансовых правоотношений стороны при рассмотрении дела не раскрыли, указав лишь, что после 7 апреля 2022 г. их отношения приобрели иной характер, более того, истец указывал цель перевода – бизнес, которым занимался ответчик, связанный с куплей-продажей автомобилей, то есть воля на перевод денежных средств была осуществлена истцом в отсутствие каких-либо обязательств, то есть безвозмездно и без встречного предоставления, в отсутствие договоренностей между сторонами, что не свидетельствует о наличии неосновательного обогащения на стороне ответчиков за счет истца.

Соответственно, в данном деле подлежат применению положения п. 4 ст. 1109 ГК РФ, поскольку указанное положение предполагает добровольное, осознанное волеизъявление лица передать другому лицу денежные средства или иное имущество без каких-либо взаимных обязательств, в связи с чем требования истца в указанной части не подлежат удовлетворению.

Поскольку требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами являются производным от основного требования о взыскании неосновательного обогащения, то оснований для их удовлетворения также не имеется.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании долга, процентов за пользование чужими денежными средствами. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании долга, процентов за пользование чужими денежными средствами, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Курганского областного суда в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белозерский районный суд Курганской области.

Судья О.А. Воронежская 

(Мотивированное решение суда составлено 22 сентября 2025 г.)