Дело № 2-20/2024 (2-841/2023) УИД 54RS0012-01-2023-000591-41

Поступило 12.04.2023г.

Мотивированное 

решение

 изготовлено 29.03.2024г.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«26» февраля 2024г. г. Барабинск Новосибирская область

Барабинский районный суд Новосибирской области в составе:

судьи Чечётка И.Ф.,

при секретаре Михальченко В.Н.,

с участием представителя истца - ФИО13, 

представителя ответчика ФИО14,

ст.помощника Барабинского межрайонного прокурора Ершовой О.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО15 к ООО «ОРИОН» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО15 обратилась в Барабинский районный суд Новосибирской области с исковым заявлением к ООО «ОРИОН», в котором просила взыскать с ответчика в её пользу компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб.

В обоснование заявленных требований истец в иске указала (л.д.3-8), что с ДД.ММ.ГГГГ работала в должности технолога в ООО «Орион», пройдя успешно испытательный срок. В ДД.ММ.ГГГГ без объяснения причин была лишена на 15000 руб. Приехав с учебного отпуска, начала испытывать на себе неприязненное психологическое давление, прямое нарушение ее прав как сотрудника от группы лиц, распоряжения которым, использую свое служебное положение, отдавал управляющий директор ФИО12 В ДД.ММ.ГГГГ. ее снова лишили на 10000 руб., ничего не объяснив. При попытке выстраивания конструктивного диалога с ее стороны для выяснения причин лишения ее дохода, начальник производства ФИО6 ответил, что ничего не докажет, т.к. ее лишают «черной зарплаты». 

ДД.ММ.ГГГГ в 08 час. 00 мин. заступила на работу согласно графика, в 10 час. 30 мин. ее вызвал специалист кадровой службы ФИО7 и по поручению управляющего директора ФИО12, потребовала от нее заявления на увольнение по собственному желанию, на что она отказалась и вернулась на рабочее место, где продолжила выполнять свои должностные обязанности, согласно должностной инструкции. 

В 11 час. 40 мин. её к себе вызвал управляющий директор ФИО12, который потребовал, чтобы она написала заявление об увольнении по собственному желанию, пригрозив в случае отказа, уволить по компрометирующей статье, указал, что по его распоряжению начальник производства ФИО6 и главный технолог ФИО8 будут писать на неё служебные записки, также указал, что предприятие не будет предоставлять ей служебное жилье. Она отказалась писать заявление на увольнение и продолжила выполнять свои служебные обязанности. После требований директора начальник отдела снабжения ФИО9 написал ей смс-сообщение, содержащее требование покинуть квартиру. 

В 19 час. 30 мин. главный технолог потребовала уйти ей со смены, не назвав причину, на что она отказалась, т.к. без письменного распоряжение ей оформят акт о самовольном оставлении рабочего места. В 20 час. 40 мин. пришел сотрудник службы безопасности и потребовал покинуть территорию, ссылаясь на приказ заместителя начальника службы безопасности ФИО11 Она отказалась, объяснив, что находится на смене и продолжается технологический процесс. В 21 час. 30 мин. приехал заместитель начальника службы безопасности ФИО11, находящийся официально в отпуске, и стал оказывать не нее морально-психологическое давление, отчего у нее началась паническая атака. 

В 23 час. 25 мин. в сопровождении сотрудника охраны к ней пришел сотрудник полиции, который стал оказывать на нее морально психологическое давление, стал требовать, чтобы она покинула территорию, заняв предвзятую позицию по отношению к ней, что продолжалось 40 минут. Доведя ее до панического состояния и мешая выполнять свои служебные обязанности, ушел на территорию КПП, где его ожидал ФИО11

Отказавшись от незаконного требования написать заявление на увольнение по собственному желанию, подверглась дискриминации в сфере труда со стороны группы лиц, оказывающих на нее морально-психологическое давление с использованием служебного положения, почувствовала себя ущемленной, морально подавленной, подверглась паническим атакам, реально испытывала угрозу за свою жизнь и здоровье. В результате морально-психологического давления, оказываемого на нее в течении более 14 часов, реально почувствовала унижение своей чести, достоинства человека, нарушение равенства ее прав и свобод гражданина, гарантированных как гражданину РФ Конституцией и ФЗ.

ДД.ММ.ГГГГ заступила на смену согласно рабочего графика, где было продолжено морально-психологическое давление на нее в течение рабочего дня. На фоне нервного срыва у нее случился гипертонический криз, стала терять сознание и вызвала скорую помощь, работники которой оказали ей медицинскую помощь. ДД.ММ.ГГГГ в поликлинике 

<

адрес> ЦРБ после осмотра ей выписали назначение лекарственных препаратов и открыли больничный лист по ДД.ММ.ГГГГ С каждым днем реально все больше испытывала угрозу за свою жизнь и здоровье. В ходе продолжающейся травли со стороны группы должностных лиц ООО «Орион», ее здоровье значительно ухудшилось и продолжает ухудшаться, потеряла трудоспособность и находилась на больничном 128 дней. За это время, лишившись дохода, находясь под постоянным прессингом должностных лиц ООО «Орион», испытывая психические и физические муки, три раза была вынуждена выезжать в 

<

адрес> в областную больницу, т.к. значительное ухудшение здоровья врачи 

<

адрес> ЦРБ не могли остановить.

ДД.ММ.ГГГГ ее с больничного вызвали на предприятие ООО «Орион» для встречи с помощником генерального директора ФИО10, ей были предъявлены претензии в связи с ее обращением в надзорные органы по защите нарушенных прав на предприятии. Сказала ей о том, что работать она не будет в любом случае. 

За ДД.ММ.ГГГГ ее опять лишили на 10000 руб., никак не обосновав. Увольнение её было по сокращению штата по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

В результате злоупотребления властью и нарушением Конституции РФ и ФЗ, группой должностных лиц ООО «Орион», нанесли ей значительный моральный вред с причинением физических и психических мук. Она лишена средств к существованию, значительно подорвано здоровье, испытывает физические и душевные страдания. Вынуждена изыскивать средства для поездок в областную больницу и покупать лекарства для лечения. 

Определением от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.2-3) в порядке подготовки к участию по делу был привлечен Барабинский межрайонный прокурор для дачи заключения по вопросу о возмещении вреда, связанного с вредом здоровью.

Истец ФИО15 при участии в судебном заседании поддержала заявленные требования по основаниям, указанным в иске, указала, что увольнение она не обжалует, вопрос о восстановлении на работе не ставится, как и не ставится вопрос о каких либо выплатах, связанных с оплатой труда. Настаивала, что ей причинен моральный вред, поскольку длительное время была подвергнута давлению со стороны руководства.

Представитель истицы – ФИО13 в судебных заседаниях поддерживал позицию ФИО15, считает, что действиями работодателя ей причинены нравственные страдания, а также от стресса у нее ухудшилось состояние здоровья. Настаивал, что ухудшение здоровья находится в прямой причинно-следственной связи с испытанными нравственными страданиями на работе, поскольку на нее оказывалось систематическое давление, после чего она ушла на больничный.

Представитель ответчика ООО «Орион» ФИО1 в письменных возражениях (л.д. 91-98) указала, и в судебном заседании пояснила, что ответчик не согласен с исковыми требованиями в полном объеме, требования истца о взыскании компенсации морального вреда не основаны на законе, суммы заявленных требований не разумны и не справедливы. Бремя доказывания наличия морального вреда ложится на работника. Истцом не доказан факт причинения работнику физических и нравственных страданий неправомерными действиями работодателя, вынесенные решения по трудовому спору между сторонами трудового договора, разрешенного в пользу работника, отсутствуют. Вина работодателя не установлена. Истцом не представлено бесспорных доказательств, свидетельствующих об оказании на нее давления со стороны работодателя, направленных на понуждение ее к написанию заявления об увольнении, отсутствуют нарушения ее трудовых прав как работника. Полагает, истицей не доказан факт причинения вреда её здоровью действиями работодателя, поскольку не представлены доказательства причинно-следственной связи между заболеваниями истца, в связи с которыми она была нетрудоспособна, и действиями работодателя. Заболевание возникло у Истца не одномоментно и не в период её работы в ООО «ОРИОН», а в течение длительного времени на протяжении нескольких лет, обладает признаками хронического заболевания.

Истец ФИО15 (ФИО16) недобросовестно исполняла свои трудовые обязанности, не выполняла надлежащим образом указания по работе руководителя, однако по данным фактам к дисциплинарной ответственности не привлекалась. ДД.ММ.ГГГГ ФИО15 (ФИО16) обратилась в Государственную инспекцию труда в Новосибирской области с заявлением о нарушении её трудовых прав, также в ДД.ММ.ГГГГ обратилась в Барабинскую межрайонную прокуратуру. На основании данного обращения исполняющим обязанности Барабинского межрайонного прокурора ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ было принято решение о проведении в отношении работодателя проверки. ДД.ММ.ГГГГг. в адрес Общества, Барабинской межрайонной прокуратурой по заявлению ФИО15 (ФИО16), а конкретно в адрес Управляющего директора ООО «ОРИОН» ФИО12 было вынесено предостережение о недопустимости нарушения закона.

В соответствии с п.1 ст.25.1 Федерального закона от 17.01.1992 г. N 2202-1 «О прокуратуре РФ» Предостережение о недопустимости нарушения закона объявляется должностному лицу в целях предупреждения правонарушений. То есть, по своей сути это средство прокурорского надзора нельзя признать актом реагирования на выявленные нарушения в прямом смысле слова. В последствие вынесения предостережения прокуратурой, никаких последствий в виде административного правонарушения в сторону общества не последовало. Кроме того, доказательств, указывающих на характер дискриминационных действий работодателя ООО «ОРИОН» в отношении Истца ФИО15 со стороны Барабинской межрайонной прокуратуры, выявлено не было.

Доводы работника о дискриминации со стороны работодателя сами по себе не свидетельствуют о её наличии и должны подтверждаться доказательствами.

Сам факт составления Служебных и докладных записок экономиста, главного технолога, зав.лабораторией как выявления неудовлетворительного исполнения служебных обязанностей й Д.С. (ФИО16) не может свидетельствовать о проявлении дискриминации в отношении соответствующего работника. Право работодателя при наличии необходимых оснований запрашивать объяснения с работника, не может рассматриваться как дискриминация либо злоупотребление, так как данное право предоставлено работодателю законом и при наличии нарушений установленной процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности данные действия могут быть оспорены в суде.

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО15 было вручено уведомление о сокращении штатов в связи сокращением занимаемой ее должности. Также ей были предложены имеющиеся на предприятии вакантные должности. Доказательств послуживших в том числе основанием для лишения ее гарантий, вытекающих из прекращения трудовых отношений в связи с сокращением штата Истцом не представлено.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО15 уволена в связи с сокращением штата работников организации по п.2 части 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ с выплатой выходного пособия на основании статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации.

Поскольку отсутствуют нарушения прав ФИО15 со стороны работодателя в удовлетворении иска следует отказать.

Кроме того, считает, что истицей пропущен срок обращения с данным иском в суд, поскольку спорные события указываются за ДД.ММ.ГГГГ а с настоящим иском она обратилась в ДД.ММ.ГГГГ., просила применить последствия пропуска истицей обращения в суд и в удовлетворении иска отказать. 

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, участвующий по делу представитель ответчика ФИО3 указал, что оснований для удовлетворения иска нет, в том числе и с учетом проведенной по делу экспертизы и заключения эксперта. 

Суд, выслушав пояснения истца, представителей истца и ответчика, допросив свидетелей, изучив письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что заявленные требования истца подлежат частичному удовлетворению, поскольку истицей не доказана причинно-следственная связь причинения вреда здоровью действиями работодателя, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно ч. 3 ст. 38 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороны пользуются равными процессуальными правами и несут равные процессуальные обязанности.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ рождения, с ДД.ММ.ГГГГ. состояла в трудовых отношениях с ООО «Орион» в должности технолога, фактическое место работы: 

<

адрес> (л.д. 99, 100-104 т.1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 заключила брак с ФИО13, после заключения брака - фамилия «Волкова» (л.д. 31).

Приказом ООО «Орион» от ДД.ММ.ГГГГ № за недобросовестное выполнение должностных обязанностей были депримированы ряд сотрудников, в том числе технолог ФИО4 на 10000 руб. (л.д. 66).

Со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО15 находилась на листке нетрудоспособности с указанием причины: 01 заболевание (в том числе профессиональное заболевание и его обострение) (л.д. 18-24 т.1).

ДД.ММ.ГГГГ согласно приказа о сокращении численности и штата работников ООО «Орион», с ДД.ММ.ГГГГ из штатного расписания исключены должности, в том числе технолога (л.д. 107 т.1), о чем ДД.ММ.ГГГГ ФИО15 уведомили (л.д. 109 т.1), при этом последняя отказалась от подписи в вышеуказанных документах, о чем составлен акт (л.д. 111 т.1).

Согласно записи в трудовой книжке (л.д. 47-48 т.1) ФИО15 уволена в связи с сокращением штата работников организации по п.2 части 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ на основании Приказа от 30.01.2023г..Те же данные содержатся непосредственно в приказе от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.113 т.1).

Обстоятельства увольнения, наличие и размер выплат истицей не оспариваются, в связи с чем в данной части отсутствуют основания для проверки правомерности увольнения и сумм произведенных выплат.

Между тем, суд не соглашается с доводом представителя ответчика о пропуске истицей срока обращения в суд.

Согласно ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. При наличии спора о компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие нарушения его трудовых прав, требование о такой компенсации может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично.

Также суд не может согласиться с доводом представителя ответчика о том, что спор о восстановлении нарушенных трудовых прав ФИО15 не рассматривался, а потому она не может обратится отдельно с данным требованием.

Как указывалось выше, ФИО15 была уволена из ООО «ОРИОН» ДД.ММ.ГГГГ. С настоящим иском, в котором ФИО15 указывает на нарушение ООО «ОРИОН» ее трудовых прав и на взыскание компенсации морального вреда, она обратилась ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в трехмесячный срок с даты увольнения, в связи с чем, суд приходит к выводу, что ФИО15, при обращении в суд с данным иском не пропущен срок, установленный Законом.

В исковом заявлении указано, и установлено в судебном заседании, что с ДД.ММ.ГГГГ у истицы начались конфликты с руководством. Как пояснила истица, это было связано с предвзятым к ней отношением, тогда как представитель ответчика и свидетель ФИО7 пояснили, что это было связано с производством, с особенностью работы технолога.

Также в судебном заседании установлено, подтверждается показаниями сторон, свидетелей, а также материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО15 находилась на работе, в 10:30 ее вызвала специалист кадровой службы ФИО7 и сказала написать заявление на увольнение, что ей дал такое поручение управляющий директор ФИО12. После того, как она отказалась, ее в 11:40 вызвал управляющий директор ФИО12, так же потребовал от нее написать заявление на увольнение по собственному желанию. Она отказалась писать заявление на увольнение по собственному желанию, и продолжила выполнять свои служебные обязанности.

После требований директора начальник отдела снабжения ФИО9 написал ей смс сообщение, содержащее требование покинуть квартиру (л.д.30 т.1).

В этот же день, после отказа на требование главного технолога уйти с предприятия, в 20.40 на предприятие приехал заместитель начальника службы безопасности ФИО11, находящийся официально в отпуске, и стал требовать от нее покинуть территорию предприятия.

В судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля ФИО11 подтвердил те обстоятельства, что ФИО15 работала на предприятии посменно. ДД.ММ.ГГГГ он находился в отпуске, ему позвонили (Кель или руководитель) в вечернее время и сказали, что ФИО15 находится на предприятии, хотя ее отстранили от работы. Он приехал сам разобраться. Когда приехал, узнал, что документа об отстранении нет. Пытался поговорить с ФИО15, после чего уехал домой.

Далее из заявления следует и установлено в судебном заседании, что в 23.25 к ФИО15 пришёл сотрудник полиции в сопровождении сотрудника охраны. Сотрудник полиции стал оказывать на нее морально психологическое давление и стал требовать, чтобы она покинула территорию завода, заняв по отношению к ней предвзятую позицию.

В судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля участковый МО МВД «ДД.ММ.ГГГГ» ФИО5 подтвердил те обстоятельства, что его отправили по анонимному звонку на ООО «ОРИОН», на территории его проводили на предприятие, в кабинете была ФИО15, он понял, что она сотрудник предприятия. Материалы им не составлялись, объяснение не брал, поскольку нарушений не было установлено.

Из материалов дела следует, что по данному факту, ФИО15 обращалась в прокуратуру, инспекцию по труду, налоговую инспекцию.

Барабинской межрайонной прокуратурой проведена проверка по обращению ФИО18, по факту нарушения ООО «Орион» ее трудовых прав, в ходе проверки был установлен факт принуждения ФИО18 к увольнению по собственному желанию. По результатам проверки управляющему директору ООО «Орион» ДД.ММ.ГГГГ объявлено предостережение о недопустимости нарушения трудового законодательства (л.д. 52, 53 т.1).

Из содержания статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав. Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

В соответствии с положениями ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Аналогичные положения содержатся в трудовом договоре № заключенном с ФИО17 (п. 3. л.д.100-104 т.1).

Основания прекращения трудового договора содержатся в ст.77 ТК РФ, а ст.3 данного Кодекса установлен прямой запрет дискриминации в сфере труда. В Трудовом кодексе нет определения принуждения к увольнению, но в судебной практике, такие действия работодателя характеризуются психологическим давлением на работника (определение 6 КСОЮ от ДД.ММ.ГГГГ № по делу №).

С учетом вышеизложенного, судом установлен факт принуждения ФИО15 к увольнению по собственному желанию, что является нарушением трудовых прав ФИО15 со стороны работодателя. Между тем, суд также учитывает то обстоятельство, что увольнение ФИО15 было не по собственному желанию, а в связи с сокращением штата и которое она не оспаривает.

Далее из заявления следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО15 в соответствии с графиком заступила на смену, где на нее продолжили оказывать морально-психологическое давление, из-за чего у нее случился гипертонический криз, и ей пришлось вызвать скорую помощь, чтобы сбить высокое давление.

Из представленной карты вызова скорой медицинской помощи (л.д. 235-237) следует, что действительно у ФИО15 было повышение АД, которое было снижено после приема ей лекарственного препарата в виде таблетки. Также указано на наличие у ФИО15 

<

данные изъяты> принимала лекарственные средства. 

<

данные изъяты>

В обоснование доводов того, что у ФИО18 наступило ухудшение здоровья, ею представлены справки ГБУЗ «Новосибирская областная клиническая больница», согласно которым ФИО4 находилась на консультативном приеме 

<

данные изъяты>

В связи с тем, что истица указала, что из-за многочисленных угроз у нее началась сильная паническая атака, оказываемое на нее моральное давление привело к обострению имевшихся у нее заболеваний, здоровье продолжает ухудшаться и в настоящее время, таким образом действиями ответчика ей причинен вред здоровью – определением суда назначена судебно-медицинская экспертиза, на разрешение экспертов поставлены вопросы: следует ли из представленных медицинских документов ФИО15, что она обращалась с жалобами об ухудшении состояния её здоровья в связи с оказанием на неё морального давления? Ухудшилось ли в период с ДД.ММ.ГГГГ состояние здоровья ФИО15 в связи с оказанием на неё морального давления, если да, то продолжает ли ухудшаться? Был ли причинен вред здоровью, если да, то какой степени?

Согласно выводов заключения ГБУЗ 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 2-12 т.2) следует, что анализом представленных на комиссионную судебно-медицинскую экспертизу медицинских документов следует, что к ФИО17 ДД.ММ.ГГГГ в 16 час. 18 мин. выезжала бригада скорой медицинской помощи. На момент вызова пациентка предъявляла жалобы 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО15 обращалась за медицинской помощью в ГБУЗ НСО «

<

адрес> ЦРБ» с жалобами 

<

данные изъяты>

По результатам проведенной МРТ 

<

данные изъяты>

Согласно данным специальной медицинской литературы, 

<

данные изъяты>

Из вышесказанного следует, что заболевания, установленные ФИО15, а именно: 

<

данные изъяты>, являются хроническими заболеваниями, которые у нее имели место ранее – до событий ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, моральное давление, оказанное на ФИО15, могло вызвать болевой синдром и срыв компенсации уже имевшихся ранее заболеваний 

<

данные изъяты> с которыми ФИО15 обращалась за медицинской помощью. 

Для ответа на вопрос: «продолжает ли ухудшаться состояние здоровья ФИО15», необходимо ее дальнейшее динамическое наблюдение и обследование, что не входит в задачи судебно-медицинской экспертной комиссии. 

Согласно п. 24 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (Положение к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 № 194н), «Ухудшение состояние здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, заболеваниями…сопутствующей патологией и др. причинами», не рассматривается как причинение вреда здоровью. 

Исходя из правового смысла положений ст. 55, 67, 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из наиболее важных видов доказательств по делу, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, относимость, допустимость и достоверность которого суд, тем не менее, оценивает наряду с другими доказательствами, поскольку ни одно из доказательств не имеет для суда заранее установленной силы.

У суда не имеется оснований не доверять указанному заключению экспертов, поскольку оно составлено в соответствии с требованиями Законодательства об экспертной деятельности. Эксперты имеют длительный стаж работы в данной области, предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Истица указывает, что в результате морально-психологического давления, оказываемого не нее со стороны работодателя, она реально почувствовала унижение своей чести, достоинства человека, нарушение прав и свобод гражданина, гарантированных ей как гражданину РФ.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

в пункте 25 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, в том числе пояснения истца, пояснения стороны ответчика и свидетелей, обращения ФИО15 в госорганы в спорный период и результаты проведенных проверок, установления судом факта нарушения трудовых прав ФИО15 со стороны работодателя, в связи с оказанием на нее давления; принимая во внимание заключение экспертов, которым установлено, что моральное давление, оказанное на ФИО15, могло вызвать болевой синдром и срыв компенсации уже имевшихся ранее заболеваний поясничного отдела позвоночника, с которыми ФИО15 обращалась за медицинской помощью, между тем не установлено причинение вреда здоровью действиями работодателя, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ООО «ОРИОН» в пользу ФИО15 компенсации морального вреда, который с учетом установленных нарушений, последствий и требований разумности суд определяет в размере 7000 руб..

В соответствии с требованиями ст.ст.98,103 Гражданского процессуального кодекса РФ, ст.ст. 333.19, 333.20, Налогового кодекса РФ, с ответчика 

<

данные изъяты> в муниципальный бюджет 

<

адрес> подлежит взысканию госпошлина в размере 300 руб., от уплаты которой при подаче иска был освобожден истец. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО15 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «ОРИОН» в пользу ФИО15 денежную компенсацию морального вреда в размере 7000 (семь тысяч) руб..

Взыскать с ООО «ОРИОН» госпошлину в доход государства в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через Барабинский районный суд, в течение одного месяца со дня составления судом мотивированного решения.

Судья И.Ф. Чечётка