Дело №2-115/2025

УИД 13RS0023-01-2024-004154-92

Мотивированное 

решение

 изготовлено 27 февраля 2025 г.

Решение

именем Российской Федерации

г.Саранск 20 февраля 2025 г.

Ленинский районный суд г.Саранска Республики Мордовия в составе:

председательствующего-судьи Бондаренко Н.П.,

с участием секретаря судебного заседания Мышенковой А.Е.,

с участием в деле:

истца – ФИО1, ее представителя адвоката Амелиной Ольги Ивановны, действующей на основании ордера №3977 от 16 декабря 2024 г.,

ответчиков – администрации городского округа Саранск и администрации Ленинского района городского округа Саранск,

третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к администрации городского округа Саранск и администрации Ленинского района городского округа Саранск о заключении договора социального найма жилого помещения,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском к администрации городского округа Саранск.

В обоснование требований указала, что на основании ордера №16, выданного 19 февраля 1975 г. Ш.В.А. предоставлено право занятия с семьей из шести человек квартиры № в доме 

<

адрес>. В указанном ордере площадь жилого помещения указана как 34,9 кв.м. Однако, согласно данным технического паспорта на жилой дом, расположенный по указанному адресу по состоянию на 1973-1979 гг. строение под литерами А, а, 1, на момент представления Ш.В.А. жилого помещения представляло собой отдельно стоящий жилой дом, общей площадью 55 кв.м., жилой площадью 44,2 кв.м. При этом в изменениях общей площади дома также была допущена ошибка, поскольку общая площадь жилого дома составляла 60,2 кв.м., а жилая 49,4 кв.м. Названные расхождения обусловлены тем, что поэтажный план строения жилого дома был составлен с ошибкой – площадь комнаты №2 (1979 г.) указана как 9,4 кв.м., а в 1999 г. – 13,5 кв.м. При этом все остальные параметры не изменились. В техническом паспорте по состоянию на 1 сентября 2008 г. общая и жилая площадь соответствуют фактической (общая 60,2 кв.м., жилая 49,4 кв.м.). 13 апреля 2012 г. Ш.В.А. умерла. Она была вселена в указанный жилой дом в 1975 г., ни она, ни ее правопредшественники не осуществляли какой-либо реконструкции жилого помещения. Администрацией Ленинского района городского округа Саранск отказано в заключение договора социального найма жилого помещения, поскольку его площадь, указанная в ордере не соответствует площади, указанной в техническом паспорте. По данным Единого государственного реестра недвижимости по состоянию на 13 ноября 2024 г. жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер № имеет общую площадь 49,4 кв.м. Несмотря на то, что данное помещение имеет статус квартиры, фактически это жилой дом, иных жилых помещений по данному адресу не существует. Она и члены ее семьи вселились в жилое помещение на основании вышеуказанного ордера, выданного Ш.В.А., своевременно вносят плату за жилое помещение и коммунальные услуги. Допущенные сотрудниками, осуществляющими техническую инвентаризацию жилых помещений, ошибки в измерениях жилого дома, не могут влиять на возможность оформления истцом возникших ранее жилищных правоотношений.

С учетом изменения исковых требований просила суд возложить на администрацию Ленинского района городского округа Саранск обязанность заключить с ФИО1 договор социального найма жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 49,4 кв.м, кадастровый номер №, с указанием в качестве членов семьи нанимателя ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО3, ФИО7 (т.1, л.д.1-4, 216-217).

Протокольным определением суда от 4 февраля 2025 года администрация Ленинского района городского округа Саранск привлечена к участию в качестве соответчика (т.1, л.д.230-231).

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – адвокат Амелина О.И. исковые требования, с учетом их изменения поддержала по основаниям, изложенным в иске и просила суд удовлетворить их в полном объеме. Указала, что истцом и членами ее семьи какой-либо реконструкции спорного жилого помещения не производилось. Все изменения дома касались лишь его внутренней части в связи с проведением перепланировки и устройством центрального отопления.

В судебное заседание истец ФИО1, представители ответчиков администрации городского округа Саранск и администрации Ленинского района городского округа Саранск, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 не явились, о времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом (т.1, л.д.252, 238, 240-249; т.2, л.д.1-10, 12-13), о причинах своей неявки суду не сообщили. 

При таких обстоятельствах и на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК Российской Федерации), суд находит возможным, рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Заслушав объяснения представителя истца, допросив специалиста, исследовав имеющиеся в деле письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно статье 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года №14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости производного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (статья 25 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ЖК Российской Федерации)).

Как следует из материалов дела, приказом по Саранскому городскому жилищному управлению от 18 февраля 1975 г. дворнику домоуправления №3 Ш.В.А. на время работы в домоуправлении на семью из шести человек предоставлена служебная жилая площадь квартира № в доме 

<

адрес>, жилая площадь 34,9 кв.м. (т.1, л.д.78-79).

На основании ордера (специального) №16, выданного Ш.В.А. 19 февраля 1975 г., Саранским горжилуправлением на основании решения исполкома Саранского горсовета от 22 мая 1974 г., предоставлено право занятия с семьей из шести человек квартиры № площадью 34,9 кв.м., в доме 

<

адрес> (т.1, л.д.13, 77).

На момент предоставления Ш.В.А. спорного жилого помещения жилищные правоотношения регулировались Гражданским кодексом РСФСР, утвержденным Верховным Советом РСФСР 11 июня 1964 г.

В соответствии со статьей 296 Гражданского кодекса РСФСР предоставление жилых помещений в домах местных Советов депутатов трудящихся производится исполнительным комитетом местного Совета при участии представителей общественных организаций, а в домах государственных, кооперативных и общественных организаций - по совместному решению администрации и фабричного, заводского, местного комитета профессионального союза, утвержденному исполнительным комитетом Совета депутатов трудящихся.

На основании решения о предоставлении внаем жилого помещения исполнительный комитет местного Совета депутатов трудящихся выдает гражданину ордер на занятие жилого помещения.

Согласно статье 297 этого же кодекса служебные жилые помещения предоставляются гражданам для проживания по месту работы или в служебном здании в связи с характером их трудовых отношений, а определенным категориям работников - в соответствии с законодательством Союза ССР и постановлениями Совета Министров РСФСР.

Жилое помещение, независимо от принадлежности дома, в котором оно находится, включается в число служебных решением исполнительного комитета районного, городского Совета депутатов трудящихся и предоставляется в пользование по выдаваемому этим исполнительным комитетом специальному ордеру.

Следовательно, в 1975 г. жилые помещения, предоставляемые гражданам, могли относиться как к служебным жилым помещениям, так и помещениям, предоставляемым на основании договора социального найма.

При этом данные жилые помещения могли находиться в ведении местных Советов депутатов трудящихся, либо государственных, кооперативных или общественных организаций.

Для определения статуса жилого помещения необходимо исходить из основания его предоставления.

В этой связи, к юридически значимым обстоятельствам при рассмотрении настоящего дела относятся: находилось ли в момент предоставления Ш.В.А. спорное жилое помещение в 1975 г. в муниципальной собственности или было закреплено на праве оперативного ведения или хозяйственного управления за каким-либо государственным или муниципальным предприятием или учреждением, предоставлялось ли указанное жилое помещение как служебное жилое помещение либо на основании договора социального найма, в случае, если спорное помещение было предоставлено как служебное жилое помещение, которое было закреплено на праве оперативного ведения или хозяйственного управления за каким-либо государственным или муниципальным предприятием, то было ли оно в последующем передано в муниципальную собственность.

В документах архивного фонда исполкома Саранского городского Совета депутатов трудящихся Мордовской АССР решение от 22 мая 1974 г. о предоставлении Ш.В.А. жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, не имеется (т.1, л.д.139).

Из сообщения архивной службы администрации городского округа Саранск от 15 января 2025 г. следует, что в архивной службе отсутствуют документы по вопросу отнесения жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, к специализированному жилищному фонду (т.1, л.д.179).

Согласно выписке из реестра муниципального имущества городского округа Саранск, утвержденного решением Саранского городского совета депутатов от 14 июня 2012 г. №90, квартира № (четырехкомнатная) расположенная по адресу: 

<

адрес>, площадью 49,4 кв.м находится в муниципальной собственности городского округа Саранск на основании постановления Верховного Совета Мордовской ССР от 24 января 1992 г. №609-XII (т.1, л.д.74).

Из представленных Жилищным управлением администрации городского округа Саранск 14 января 2025 г. сведений следует, что объект недвижимости по адресу: 

<

адрес>, снят с кадастрового учета 30 августа 2017 г., что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 14 января 2025 года. В муниципальной собственности городского округа Саранск находится квартира № дома 

<

адрес>. Решение об отнесении указанного жилого помещения к специализированному жилищному фонду администрацией городского округа Саранск не принималось (т.1, л.д.180).

Из технического паспорта на жилой дом по 

<

адрес>, составленного по состоянию на 14 июня 1990 г., следует, что жилой дом находится в муниципальной собственности в оперативном управлении Муниципального учреждения «Городская служба заказчика ЖКХ ЖЭУ №4».

Согласно статье 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. №189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации (до 1 марта 2005 г.), Жилищный кодекс Российской Федерации (далее по тексту – ЖК Российской Федерации) применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных данным Федеральным законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. №14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», отношения, регулируемые жилищным законодательством, как правило, носят длящийся характер и, соответственно, права и обязанности субъектов этих отношений могут возникать и после того, как возникло само правоотношение. Статьей 5 Вводного закона установлено общее правило, согласно которому к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие ЖК Российской Федерации, ЖК Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных Вводным законом.

Согласно статье 43 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего до введения в действие ЖК Российской Федерации, жилые помещения предоставляются гражданам в домах ведомственного жилищного фонда по совместному решению администрации и профсоюзного комитета предприятия, учреждения, организации, утвержденному исполнительным комитетом районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Совета народных депутатов, а в случаях, предусмотренных Советом Министров СССР, - по совместному решению администрации и профсоюзного комитета с последующим сообщением исполнительному комитету соответствующего Совета народных депутатов о предоставлении жилых помещений для заселения.

В соответствии со статьей 50 Жилищного кодекса РСФСР, пользование жилыми помещениями в домах государственного и общественного жилищного фонда осуществлялось в соответствии с договором найма жилого помещения и правилами пользования жилыми помещениями.

В силу статьи 51 Жилищного кодекса РСФСР договор найма жилого помещения в домах государственного и общественного жилищного фонда заключался в письменной форме на основании ордера на жилое помещение между наймодателем - жилищно-эксплуатационной организацией (а при ее отсутствии - соответствующим предприятием, учреждением, организацией) и нанимателем - гражданином, на имя которого был выдан ордер.

В силу части 2 статьи 53 Жилищного кодекса РСФСР к членам семьи нанимателя относятся супруг нанимателя, их дети и родители.

Исходя из положений статьи 54 Жилищного кодекса РСФСР, наниматель вправе в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей, родителей, других родственников, нетрудоспособных иждивенцев и иных лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи. На вселение к родителям их детей, не достигших совершеннолетия, не требуется согласия остальных членов семьи.

Граждане, вселенные нанимателем в соответствии с правилами настоящей статьи, приобретают равное с нанимателем и остальными членами его семьи право пользования жилым помещением, если эти граждане являются или признаются членами его семьи (статья 53) и если при вселении между этими гражданами, нанимателем и проживающими с ним членами его семьи не было иного соглашения о порядке пользования жилым помещением.

В соответствии со статьей 101 Жилищного кодекса РСФСР служебные жилые помещения предназначались для заселения гражданами, которые в связи с характером их трудовых отношений должны проживать по месту работы или вблизи от него. Жилое помещение включалось в число служебных решением исполнительного комитета соответствующего Совета народных депутатов.

Прекращение трудовых отношений с работодателем, предоставившим жилое помещение, служит лишь основанием для прекращения договора найма служебного жилого помещения, но не влечет за собой автоматическое прекращение договора в момент увольнения сотрудника. Договор найма служебного жилого помещения сохраняет свое действие вплоть до его добровольного освобождения нанимателем, при отказе от которого гражданин подлежит выселению в судебном порядке с прекращением прав и обязанностей в отношении занимаемого жилья.

Статьей 92 ЖК Российской Федерации установлено, что к жилым помещениям специализированного жилищного фонда относятся служебные жилые помещения и жилые помещения в общежитиях.

Таким образом, в 1975 г. между нанимателем Ш.В.А. и членами ее семьи в составе шести человек с одной стороны, и Саранским городским жилищным управлением сложились правоотношения по пользованию специализированным жилым помещением - служебной жилой квартирой №, в жилом доме 

<

адрес>, в связи с чем истец ФИО1, являющаяся дочерью Ш.В.А. и вселившаяся вместе с ней в спорное жилое помещение, приобрела право пользования этим служебным помещением на основании статей 54, 106 Жилищного кодекса РСФСР на производной от нанимателя основе.

В силу части 1 статьи 7 Федерального закона от 29 декабря 2004 года №189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» к отношениям по пользованию жилыми помещениями, которые находились в жилых домах, принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям либо государственным или муниципальным учреждениям и использовавшихся в качестве общежитий, и переданы в ведение органов местного самоуправления, вне зависимости от даты передачи этих жилых помещений и от даты их предоставления гражданам на законных основаниях применяются нормы ЖК Российской Федерации о договоре социального найма.

Аналогичной нормы, касающейся служебных помещений, ни ЖК Российской Федерации, ни Федеральный закон «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» не содержат.

Исходя из аналогии закона (статья 7 ЖК Российской Федерации) к отношениям по пользованию жилыми помещениями, которые находились в жилых домах, принадлежавших государственным и муниципальным предприятиям либо государственным и муниципальным учреждениями и использовавшихся в качестве служебных жилых помещений, и переданы в ведение органов местного самоуправления, также должны применяться нормы ЖК Российской Федерации о договоре социального найма.

Факт принятия решения о передаче служебных жилых помещений, которые находились в государственной собственности и были закреплены за государственными предприятиями или учреждениями на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, в муниципальную собственность предполагает изменение статуса жилого помещения.

Следовательно, при передаче в муниципальную собственность такие жилые помещения утрачивают статус служебных и к ним применяется правовой режим, установленный для жилых помещений, предоставленных по договорам социального найма.

Поскольку в настоящее время спорное жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, было передано в муниципальную собственность на основании Постановления Верховного Совета Мордовской ССР от 24 января 1992 г. №609-XII, то есть, с указанного момента спорная квартира утратила статус служебного помещения, к ней применяется правовой режим, установленный для жилых помещений, предоставленных по договорам социального найма, доказательств включения указанной квартиры в число служебных жилых помещений в материалы дела не представлено, в связи с чем, суд приходит к выводу, что между Ш.В.А. и администрацией городского округа Саранск фактически сложились отношения, вытекающие из договора социального найма жилого помещения.

13 апреля 2012 г. Ш.В.А. умерла (т.1, л.д.10).

Согласно выписке из домовой книги на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 60,2 кв.м., жилой площадью 49,4 кв.м., в нем зарегистрированы: глава семьи Ш.В.А. (с 21 марта 1975 г., умерла), дочь ФИО1 (с 21 марта 1975 г.), дочь ФИО2 (с 21 марта 1975 г.), сын ФИО4 (с 17 июля 1987 г.), сноха ФИО5 (с 7 февраля 1990 г.), внук ФИО6 (с 7 февраля 1990 г.), внучка ФИО3 (с 7 марта 2003 г.), внук ФИО7 (с 1 февраля 2013 г.). Супруг главы семьи Ш.Н.И. и дочь главы семьи П.М.Н., вселенные в указанное жилое помещение с 21 марта 1975 г. сняты с регистрационного учета в связи со смертью супруга (10 октября 2021 г.) и в связи с выездом дочери в другое жилое помещение (17 апреля 1996 г.) (т.1, л.д.11, 127).

6 апреля 2023 г. ФИО1 обратилась в администрацию Ленинского района городского округа Саранск по вопросу заключения договора социального найма жилого помещения, на что получила отказ, выраженный в письме от 25 апреля 2023 г. (т.1, л.д.12).

Основанием для отказа в заключении договора социального найма жилого помещения послужило то, что по ордеру от 12 февраля 1975 г. №16 Ш.В.А. предоставлено право занятия квартиры 

<

адрес>, жилой площадью 34,9 кв.м, однако согласно выписке из технического паспорта от 30 января 2013 г. жилой дом 

<

адрес> состоит из четырех комнат, а также самовольно переоборудованной кухни 10,8 кв.м., в результате перепланировки общая площадь составила 60,2 кв.м., в связи с изменением площади жилого помещения заключить договор социального найма не представляется возможным.

Аналогичный отказ в заключении договора социального найма жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, выражен и в письме администрации Ленинского района городского округа Саранск и на обращения ФИО1 от 12 ноября 2024 г. и 18 ноября 2024 г. (т.1, л.д.118, 129-137).

Действующий с 1 марта 2015 года ЖК Российской Федерации содержит нормы, регламентирующие основания и порядок предоставления жилого помещения по договору социального найма (глава 7), порядок приобретения права пользования жилым помещением на условиях социального найма (глава 8), которые не противоречат приведенным выше положениям Жилищного кодекса РСФСР.

В соответствии со статьей 16 ЖК Российской Федерации к жилым помещениям относятся, в том числе квартира. Квартирой признается структурно обособленное помещение в многоквартирном доме, обеспечивающее возможность прямого доступа к помещениям общего пользования в таком доме и состоящее из одной или нескольких комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком обособленном помещении.

В соответствии с частью 3 статьи 11 ЖК Российской Федерации защита жилищных прав осуществляется судом путем признания жилищного права.

Согласно пункту 1 статьи 672 ГК Российской Федерации в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования жилые помещения предоставляются гражданам по договору социального найма жилого помещения.

Аналогичная норма изложена в статье 62 ЖК Российской Федерации.

В соответствии со статьей 60 ЖК Российской Федерации по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного или муниципального жилищного фонда обязуется передать другой стороне - гражданину жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных ЖК Российской Федерации.

Договор социального найма жилого помещения заключается в письменной форме на основании решения о предоставлении жилого помещения жилищного фонда социального использования (часть 1 статьи 63 ЖК Российской Федерации).

Из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 24 Постановления Пленума «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» от 2 июля 2009 года №14, следует, что согласно части 2 статьи 69 ЖК Российской Федерации члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности независимо от того, вселялись ли они в жилое помещение одновременно с нанимателем или были вселены в качестве членов семьи нанимателя впоследствии.

В соответствии с пунктом 2 статьи 672 ГК Российской Федерации, проживающие по договору социального найма жилого помещения совместно с нанимателем члены его семьи пользуются всеми правами и несут все обязанности по договору найма жилого помещения наравне с нанимателем. 

В порядке части 1 статьи 69 ЖК Российской Федерации, к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя.

В силу части 2 статьи 69 ЖК Российской Федерации члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма должны быть указаны в договоре социального найма жилого помещения (часть 3 статьи 69 ЖК Российской Федерации).

В соответствии с положениями части 1 статьи 70 ЖК Российской Федерации наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя - других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи. Наймодатель может запретить вселение граждан в качестве проживающих совместно с нанимателем членов его семьи в случае, если после их вселения общая площадь соответствующего жилого помещения на одного члена семьи составит менее учетной нормы. На вселение к родителям их несовершеннолетних детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя.

Частью 2 статьи 82 ЖК Российской Федерации предусмотрено, что дееспособный член семьи нанимателя с согласия остальных членов своей семьи и наймодателя вправе требовать признания себя нанимателем по ранее заключенному договору социального найма вместо первоначального нанимателя. Такое же право принадлежит в случае смерти нанимателя любому дееспособному члену семьи умершего нанимателя.

Эти положения воспроизводят (применительно к договору социального найма) нормы пункта 2 статьи 686 ГК Российской Федерации, согласно которому в случае смерти нанимателя или его выбытия из жилого помещения договор продолжает действовать на тех же условиях, а нанимателем становится один из граждан, постоянно проживающих с прежним нанимателем, по общему согласию между ними. Если такое согласие не достигнуто, все граждане, постоянно проживающие в жилом помещении, становятся сонанимателями.

Таким образом, положения пункта 2 статьи 686 ГК Российской Федерации в силу пункта 3 статьи 672 указанного Кодекса применимы и к договору социального найма жилого помещения, поскольку иное не предусмотрено жилищным законодательством.

Приведенные нормы в их взаимосвязи указывают на то, что в случае, если после смерти нанимателя, в жилом помещении остаются проживать члены его семьи, договор социального найма не признается расторгнутым и продолжает действовать на тех же условиях, при этом нанимателем признается один из проживающих или все проживающие признаются сонанимателями. По смыслу части 3 статьи 83 ЖК Российской Федерации договор социального найма признается расторгнутым лишь в том случае, если из жилого помещения выехал как сам наниматель, так и члены его семьи, то есть оно освобождено.

Из содержания части 1 статьи 60 ЖК Российской Федерации следует, что по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом.

Согласно статье 61 ЖК Российской Федерации пользование жилым помещением осуществляется на основании договора социального найма.

В соответствии с положением об Администрации Ленинского района городского округа Саранск, утвержденным решением Саранского городского Совета депутатов от 23 декабря 2005 г. №182, администрация Ленинского района городского округа Саранск наделена полномочиями по заключению договоров социального найма.

Как указано выше, основанием для отказа в заключение договора найма спорного жилого помещения послужило изменение площади жилого помещения, а именно по ордеру от 12 февраля 1975 г. было предоставлено право занятия квартиры № жилой площадью 34,9 кв.м., тогда как согласно данным технического паспорта от 30 января 2013 г. жилой дом 

<

адрес> состоит из четырех комнат, а также самовольно переоборудованной кухни 10,8 кв.м., в результате перепланировки общая площадь помещения составила 60,2 кв.м.

Согласно техническому паспорту на дом №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, по состоянию на 21 августа 1973 г., домовладение представляет собой индивидуальный жилой дом, состоящий из трех жилых комнат, кухни и тамбура, общая площадь указана 55 кв.м., жилая площадь 44,2 кв.м. При этом комната 1, размеры 3,8 х 4.1, площадь 15,6 кв.м., комната 2, размеры 2,3 х 4,1, площадь 9,4 кв.м., комната 3, размеры 4,8 х 4, площадь 19,2 кв.м., четвертое помещение (пристрой кухни), размеры 2,10 х 5,15, площадь 10,8 кв.м., тамбур размером 1,7 х 2,25. На поэтажном плане дома изображена внутренняя перепланировка жилого дома и реконструкция ранее имеющихся сеней (литера 1) площадью 5,30 х 1,70, в результате чего изменилась площадь жилых комнат, и образовалось четвертое помещение - кухня площадью 10,8 кв.м., тамбур. Согласно экспликации к поэтажному плану дома находилось два жилых дома – с литерой А общей площадью 40,2 кв.м (жилой - 23,1 кв.м.) и с литерой Б общей площадью 18,1 кв.м. (жилой - 11,8 кв.м.). В тоже время в экспликации имеется отметка от 9 февраля 1979 г., согласно которой домовладение представляет собой индивидуальный жилой дом общей площадь 55 кв.м. (жилой - 44,2 кв.м.). При этом сведения о самовольных строениях и перепланировке в техническом паспорте отсутствуют (т.1, л.д.22-27).

Согласно техническому паспорту на дом №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, по состоянию на 9 февраля 1979 г., домовладение представляет собой отдельно стоящий жилой дом (одна трехкомнатная квартира), состоящий из помещений под литерами А, а, 1, общая площадь указана 55 кв.м., жилая площадь 44,2 кв.м. При этом размеры помещения (по наружному обмеру) в плане под литерой А (жилой дом) указаны 3 х 11,8, под литерой а (пристрой) – 2,25 х 5,45, под литерой 1 (тамбур) – 1,7 х 2,25, а в поэтажном плане строения указано, что жилой дом состоит из трех жилых комнат (литера А, размеры 4,5 х 11,8 х 4): первая размерами 3,8 х 4,10, площадью 15,6 кв.м., вторая площадью 9,4 кв.м., третья размерами 4,8 х 4, площадью 19,2 кв.м., имеется четвертое помещение (пристрой кухни), размером 2,1 х 5,15, площадью 10,8 кв.м. и тамбур размером 1,7 х 2,25. Сведения о самовольных строениях и перепланировке в техническом паспорте отсутствуют (т.1, л.д.14-21).

Из технического паспорта на жилой дом по 

<

адрес>, составленного по состоянию на 14 июня 1990 г., следует, что жилой дом находится в муниципальной собственности в оперативном управлении Муниципального учреждения «Городская служба заказчика ЖКХ ЖЭУ №4», домовладение представляет собой отдельно стоящий жилой дом, состоящий из помещений под литерами А, а, А1. При этом помещение под литерой А состоит из четырех комнат: 1 – 15,6 кв.м., 2 – 13,5 кв.м., 3– 6,9 кв.м., 4 – 13,4 кв.м.; помещение под литерой А1 составляет 10,8 кв.м. (кухня). Общая площадь указанных помещений составляет 60,2 кв.м., жилая – 49,4 кв.м. (без учета кухни площадью 10,8 кв.м.). Имеются сведения о самовольных строениях за литерами А, А2, А3, Г, Г1, Г2, Г3(т.2, л.д.16-21).

В техническом паспорте на квартиру № в доме №, расположенном по адресу: 

<

адрес>, по состоянию на 22 июля 1999 г., общая площадь 60,2 кв.м., жилая площадь 49,4 кв.м., в поэтажном плане квартиры № указано, что квартира состоит из четырех жилых комнат и кухни: комната 1, размеры 4,1 х 3,8, площадь 15,6 кв.м., комната 2, размеры 3,3 х 4,1, площадь 13,5 кв.м., комната 3, размеры 1,4 х 4,95, площадь 6,9 кв.м., комната 4, размеры 4,95 х 2,7, площадь 13,4 кв.м, кухня (помещение 5), размеры 5,15 х 2,1, площадь 10,8 кв.м. и тамбур. Имеется отметка, что комната 4, площадью 13,4 кв.м., ранее являвшаяся кухней самовольно переоборудована под жилую. Сведений о том, что помещение 5 (литера А1) площадью 10,8 кв.м. и помещение за литерой «а» самовольно переоборудованы не имеется (т.1, л.д.28-31).

Согласно техническому паспорту на жилой дом объект индивидуального жилищного строительства по адресу: 

<

адрес>, по состоянию на 1 сентября 2008 г., 1980 года постройки, общая площадь жилого дома 60,2 кв.м., жилая площадь 49,4 кв.м., имеются самовольные строения под литерами А1, а, Б, Б1, Г, Г1, Г2, Г3, Г4. При этом строение под литерой А состоит из четырех комнат: комната 1, размеры 4,1 х 3,8, площадь 15,6 кв.м., комната 2, размеры 3,3 х 4,1, площадь 13,5 кв.м., комната 3, размеры 1,4 х 4,95, площадь 6,9 кв.м., комната 4, размеры 4,95 х 2,7, площадь 13,4 кв.м., строение под литерой А1 (кухня (помещение 5)), размеры 5,15 х 2,1, площадь 10,8 кв.м. и строение под литерой а (тамбур) (т.1, л.д.32-45).

В кадастровом паспорте на объект недвижимости по адресу: 

<

адрес>, изготовленном по состоянию на 13 августа 2010 г. указана общая площадь помещения 60,2 кв.м., состоит из литеров А, А1, а, назначение жилое, вид квартира, количество жилых комнат четыре, год постройки: литер А 1880 г., литер А1, площадью 10,8 кв.м. -1977 г. (по состоянию на 1 сентября 2008 г.) (т.1, л.д.72 (оборот)-73).

Согласно акту экспертного исследования №117/01-24 от 13 января 2025 г., подготовленного Федеральным государственным бюджетным образовательным учреждением высшего образования «Национальный исследовательский Мордовский государственный университет им.Н.П.Огарева» Центр некоммерческих судебных строительно-технических экспертиз, исследованием конструктивного и планировочного решения жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, установлено следующее: в техническом паспорте по состоянию на 9 февраля 1979 г. указаны ошибочные сведения о ширине помещения №2 литера А, равной 2,1 м., о длине строения под литерой А по наружному обмеру, равной 11,8 м., о площади жилого дома №, равной 55 кв.м. В процессе эксплуатации жилого дома № не производилось каких-либо работ по изменению физических размеров (увеличению) строения под литерой А, в том числе помещения №2 (литера А), а также не изменялась площадь строения под литерой А. В техническом паспорте по состоянию на 22 июля 1999 г. и в техническом паспорте по состоянию на 1 сентября 2008 г. указаны верные сведения о размерах помещения №2 (3,3 м. х 4,10 м.) и наружных размерах строения под литерой А (12,9 м. х 4,5 м.) и данные сведения соответствуют фактическим размерам. Фактическая площадь жилого дома № составляет 60,2 кв.м. и соответствует площади, указанной в техническом паспорте от 1 сентября 2008 г. и указанной в техническом паспорте по состоянию на 22 июля 1999 г. (т.1, л.д.163-178).

На запрос суда о причинах образования расхождений в площадях в технических паспортах за период с 1973 по 2008 гг. жилого дома по адресу: 

<

адрес>, филиал публично-правовой компании «Роскадастр» по Республике Мордовия сообщил, что по материалам органов технической инвентаризации по состоянию на 21 августа 1973 г. по адресу: 

<

адрес>, находилось два жилых дома – с литерой А общей площадью 40,2 кв.м (жилая 23,1 кв.м.) и жилой дом с литерой Б общей площадью 58,3 кв.м. (жилая 34,9 кв.м.). По состоянию на 9 февраля 1979 г. жилой дом с литерой Б снесен. Площадь жилого дома с литерой А составила 55 кв.м. (жилая 44,2 кв.м.) за счет строительства кухни, в доме произошла внутренняя перепланировка, снесены отопительные приборы. По состоянию на 26 февраля 1979 г., на 20 июня 1986 г. площадь жилого дома с литерой А составляла 55 кв.м. (жилая 44,2 кв.м.). По состоянию на 14 июня 1990 г., 1 сентября 2009 г. по указанному адресу расположены объекты недвижимости – жилой дом с литерой А общей площадью 60,2 кв.м., из них самовольно 10,8 кв.м, а также объект незавершенного строительства с литерой Б (т.1, л.д.223).

Указанное подтверждается и сведениями инвентарного дела на жилой дом 

<

адрес> (т.2, л.д.15-37).

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста – начальник производственного отдела №2 филиала публично-правовой компании «Роскадастр» по Республике Мордовия Р.В.В. пояснил, что в ответе филиала публично-правовой компании «Роскадастр» по Республике Мордовия от 27 января 2025 г. допущена ошибка в указании общей и жилой площади жилого дома с литерой Б. Согласно данным технического паспорта по состоянию на 1973 г. общая площадь жилого дома с литерой Б составляет 18,1 кв.м., жилой – 11,8 кв.м. Указанная в ответе общая и жилая площади 58,3 кв.м. и 34,9 кв.м., являются соответственно общей и жилой площадью жилых домов с литерами А и Б. Пояснить относительно того, почему в технических паспортах на спорное жилое помещение по состоянию на 1973 г. и 1979 г. отсутствуют сведения о самовольных строениях, а в последующих технических паспортах по состоянию на 1990 г., 1999 г. и 2008 г. имеются указания на самовольные строения, учитывая при этом, что конфигурация жилого дома, а также его площади с 1973 г. не изменялись, не смог.

В силу статьи 25 ЖК Российской Федерации переустройство жилого помещения представляет собой установку, замену или перенос инженерных сетей, санитарно-технического, электрического или другого оборудования, требующие внесения изменения в технический паспорт жилого помещения.

Изменение конфигурации жилого помещения, требующее внесения изменения в его технический паспорт является перепланировкой жилого помещения.

Согласно пункту 14 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации под реконструкцией понимается изменение параметров объектов капитального строительства, их частей (высоты, количества этажей, площади, показателей производственной мощности, объема) и качества инженерно-технического обеспечения.

Как следует из обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 марта 2014 г., переоборудование жилых помещений может включать в себя установку бытовых электроплит взамен газовых плит или кухонных очагов, перенос нагревательных сантехнических и газовых приборов, устройство вновь и переоборудование существующих туалетов, ванных комнат, прокладку новых или замену существующих подводящих и отводящих трубопроводов, электрических сетей и устройств для установки душевых кабин, джакузи, стиральных машин повышенной мощности и других сантехнических и бытовых приборов нового поколения (абзац 2 пункта 1.7.1 Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных постановлением Госстроя России от 27 сентября 2003 г. №170).

Перепланировка жилых помещений может включать перенос и разборку перегородок, перенос и устройство дверных проемов, разукрупнение или укрупнение многокомнатных квартир, устройство дополнительных кухонь и санузлов, расширение жилой площади за счет вспомогательных помещений, ликвидацию темных кухонь и входов в кухни через квартиры или иные жилые помещения, устройство или переоборудование существующих тамбуров (абзац 3 пункта 1.7.1 Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда).

Таким образом, исходя из данных технической документации на жилой дом по адресу: 

<

адрес>, изготовленных по состоянию на 1973, 1976, 1990, 1999, 2008 гг., изначальная конфигурация жилого дома фактически не изменялась, реконструкция жилого помещения под литерой А не производилась, имелись части помещения под литерой А (изначально состоящие из трех комнат, а впоследствии из четырех), под литером 1 (А1), представляющем собой кухню и нежилое помещение под литерой а (тамбур). Однако в данных технических паспортах имеют место не существенные расхождения относительно площади спорного жилого помещения. Так, исходя из общей длины помещения под литерой А (11,8 м.) очевидно, что в поэтажном плане строения дома в технических паспортах от 1973 и 1976 гг. имеется техническая ошибка в указании площади и размеров второй комнаты (9,4 кв.м.), рассчитанной исходя из ее длины 2,1 м., тогда как 11,8 м. – 4,8 м. – 3,8 м. составит 3,2 м. Кроме того площадь помещений определялась по наружной поверхности (по наружному обмеру). Указанная техническая ошибка в последующем скорректирована, в техническом паспорте, составленном по состоянию на 14 июня 1990 г., площадь второй комнаты указана 13,5 кв.м., размеры 3,3 м. х 4,1 м.

Соответственно, как на момент предоставления Ш.В.А. спорного жилого помещения, так и в настоящее время фактически жилая площадь жилого помещения составляла 49,4 кв.м. (помещение под литерой А., состоит из четырех комнат: 1 – 15,6 кв.м., 2 – 13,5 кв.м., 3– 6,9 кв.м., 4 – 13,4 кв.м.).

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 5 декабря 2024 г. объект недвижимости, расположенный по адресу: 

<

адрес>, назначение жилое, наименование квартира, площадь 49,4 кв.м., кадастровый номер №, правообладатель городской округ Саранск с 12 июля 2012 г. (т.1, л.д.69-70).

Из реестрового дела на объект недвижимости с кадастровым номером № следует, что указанный объект недвижимости поставлен на кадастровый учет как четырехкомнатная квартира № (т.1, л.д.72-74).

Указанная жилая площадь объекта недвижимости, расположенного по адресу: 

<

адрес>, указана и в реестре муниципального имущества.

В Едином государственном реестре недвижимости сведения о правах на объект недвижимости по адресу: 

<

адрес>, отсутствуют (т.1, л.д.71).

Согласно квитанциям на оплату жилищно-коммунальных услуг, в том числе платы за пользование жилым помещением (плата наем) на жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, за сентябрь и октябрь 2006 г. общая площадь жилого помещения составляет 63,8 кв.м., жилая 49,4 кв.м., лицевой счет открыт на имя Ш.В.А., за май и июль 2017 г. - площадь 60,2 кв.м., ответственный квартиросъемщик в квитанциях не поименован. Оплату услуг газоснабжения, электроснабжения за указанное жилое помещение в 2024 г. производит ФИО1 (т.1, л.д.46-54).

Сведений о наличии задолженности по оплате коммунальных услуг вышеуказанного жилого помещения в материалах дела не имеются.

По смыслу положений статей 435, 436, 438 ГК Российской Федерации, оценивая действия каждой из сторон спора, суд приходит к выводу, что выставленные счета по оплате жилищно-коммунальных услуг, в том числе за наем, содержащие предложение зарегистрированным в спорном жилом помещении лицам оплатить за наем спорного жилого помещения, исходя из его общей площади 60,2 кв.м., жилой площади 49,4 кв.м., свидетельствуют о том, что администрация Ленинского района городского округа Саранск самостоятельно определила характер спорных правоотношений, поскольку фактически направляла оферту для заключения договора социального найма занимаемого истцом и членами его семьи жилого помещения. Истец и члены ее семьи, оплачивая счета, исходя из общей площади 60,2 кв.м., жилой площади 49,4 кв.м., в том числе за наем жилого помещения, акцептировали (приняли) направленную в их адрес оферту.

В этой связи, установленные по делу обстоятельства постоянного проживания истца в спорном жилом помещении, являющегося для нее единственным местом жительства, в которое она была вселена на законных основаниях (право пользования спорным жилым помещением возникло у истца ФИО1 с 21 марта 1975 г., то есть с двухлетнего возраста), принятия наймодателем от нее исполнения обязанностей по договору найма в отношении спорного жилого помещения, спорное жилое помещение не отнесено в настоящее время к специализированному жилищному фонду, бесспорно свидетельствуют о том, что у истца возникло право пользования жилым помещением на условиях социального найма, в связи с тем, что между сторонами фактически сложились правоотношения по найму жилого помещения на условиях договора социального найма в соответствии с положениями ЖК Российской Федерации.

В силу статьи 57 ЖК Российской Федерации, пункта 4 статьи 445 ГК Российской Федерации, заключение договора социального найма для администрации Ленинского района городского округа Саранск носит обязательный характер, а истец приведенными нормами закона наделена правом обратиться в суд с требованием о понуждении к заключению данного договора.

Спорная квартира предоставлена Ш.В.А. – матери истца и членам ее семьи в установленном законом порядке на основании ордера, вследствие чего с истцом, проживающим в жилом помещении, в силу закона должен быть заключен договор социального найма с включением в указанный договор в качестве членов семьи нанимателя зарегистрированных в нем лиц – ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7

Само по себе расхождение в площади спорного жилого помещения не может быть расценено как отсутствие законного права пользования жилым помещением по договору социального найма в порядке, определенном действующим жилищным законодательством. После передачи спорной квартиры в муниципальную собственность ни права Ш.В.А. ни права истца по пользованию спорным жилым помещением никем не оспаривались.

Кроме того, заключение договора социального найма, в сложившейся ситуации, по своей сути не порождает новых гражданско-правовых отношений, а предполагает оформление фактически сложившихся правоотношений по пользованию спорным жилым помещением на условиях социального найма в соответствии с требованиями действующего законодательства.

В соответствии с Положением об Администрации Ленинского района городского округа Саранск, утвержденного решением Саранского городского Совета депутатов от 23 декабря 2005 года №182, Администрация Ленинского района городского округа Саранск наделена полномочиями по заключению договоров социального найма.

При указанных обстоятельствах, с учетом приведенных правовых норм, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1.

В силу части 1 статьи 98 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 ГПК Российской Федерации.

Согласно статье 88 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

При подаче иска ФИО1 уплачена государственная пошлина в размере 3000 рублей по чеку по операции ПАО Сбербанк от 21 ноября 2024 года (т.1, л.д.5), размер которой соответствует подпункту 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», не подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, издержки, понесенные в связи с рассмотрением требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком.

Принимая во внимание, что данный спор возник не в результате действий ответчиков, являющихся органами местного самоуправления, поскольку с ФИО1 не мог быть заключен договор социального найма жилого помещения ввиду расхождения в площадях жилого помещения на момент его предоставления Ш.В.А. и на день обращения за заключением договора, суд находит, что принятие решения в пользу истца не было обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком, в связи с чем, судебные расходы, понесенные истцом при подаче иска в виде уплаты государственной пошлины в размере 3000 рублей возмещению ответчиками, которые как государственные органы освобождены в силу подпункта 19 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от ее уплаты, не подлежат.

В соответствии со статьей 67 ГПК Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным ею основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к администрации городского округа Саранск и администрации Ленинского района городского округа Саранск о заключении договора социального найма жилого помещения удовлетворить.

Обязать Администрацию Ленинского района городского округа Саранск (ИНН №) заключить с ФИО1 (паспорт серии №) договор социального найма на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, площадью 49,4 кв.м. с кадастровым номером №, с включением в указанный договор социального найма в качестве членов семьи нанимателя - ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Мордовия через Ленинский районный суд г.Саранска Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий

Судья Ленинского районного суда 

г.Саранска Республики Мордовия Н.П. Бондаренко