Дело № 2–1236/2024

03RS0037-01-2024-001520-33

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 ноября 2024 г. с.Толбазы 

Гафурийский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Уразметова И.Ф., при секретаре судебного заседания Нигматуллиной А.Р., с участием истца ФИО1, его представителя Жукова М.И., заместителя прокурора Аургазинского района Республики Башкортостан Фаварисова А.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, мотивируя тем, что он обвинялся, а также был осужден, в связи с этим понёс наказание за тяжкое преступление, которого не совершал, установленного п. «а, б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, а именно за превышение должностных полномочий, совершенное с применением насилия и специальных средств, группой лиц по предварительному сговору. Уголовное дело № было возбуждено постановлением следователя Чишминского МСО СУ СК РФ по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца и иных, в том числе неустановленных сотрудников полиции. ДД.ММ.ГГГГ истец был допрошен в качестве подозреваемого, которому ДД.ММ.ГГГГ предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.286 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело с утверждённым обвинительным заключением ты направлено в Давлекановский районный суд Республики Башкортостан для рассмотрения по существу. При принятии уголовного дела к производству постановлением судьи Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде. Постановлением Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело было возвращено прокурору в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ постановление суда первой инстанции от 16.042013 г. было отменено, уголовное дело направлено для рассмотрения по существу в Давлекановский районный суд Республики Башкортостан, в ином составе судей. Приговором Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ по обвинению в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» ч.3 ст. 286 УК РФ истец был оправдан на основании пункта 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ оправдательный приговор Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ был отменен, уголовное дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции, которым в отношении истца ранее избранная мера пресечения в виде подписки о невыезде, оставлена без изменения. Постановлением Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ была изменена территориальная подсудность, которым настоящее уголовное дело в отношении истца передано для рассмотрения по существу в Альшеевский районный суд Республики Башкортостан. Постановлением судьи Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от 26.02.2016г. уголовное дело принято к производству, которым назначено судебное заседание, с оставлением истцу без изменения меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Приговором Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ истец впервые был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, которому назначено наказание в виде лишения свободы сроком 3 года 6 месяцев, условно с испытательным в 2 года, с лишением права занимать должности в органах внутренних дел сроком на 2 года. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ обвинительный приговор суда первой инстанции от ДД.ММ.ГГГГ был отменен, уголовное дело возвращено прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения. Постановлением следователя Чишминского МСО СУ СК РФ по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело и уголовное преследование в отношении истца было прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления. Постановлением и.о. первого заместителя руководителя СУ СК РФ по 

<

адрес> от 13.02.2018г. постановление следователя от ДД.ММ.ГГГГ было отменено, производство по данному уголовному делу возобновлено, дело направлено во второй отдел по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по 

<

адрес> для производства дополнительного расследования. ДД.ММ.ГГГГ истцу было предъявлено новое обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а, б» ч.3 ст. 286 УК РФ, которому избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело с утверждённым обвинительным заключением было направлено в Альшеевский районный суд Республики Башкортостан для рассмотрения его по существу. Приговором Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ истец был вновь признан виновным в совершении нового преступления, предусмотренного пунктами «а, б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, которому назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы, условно, с испытательным сроком 2 года. Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ приговор суда первой инстанций был изменен: в отношении всех осужденных исключено отягчающее обстоятельство «совершение преступления сотрудником органа внутренних дел»; из числа доказательств по уголовному делу исключён протокол допроса от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого следователь МСО СУ СК ФИО4 был допрошен в качестве свидетеля; из обвинения ФИО1 и других осужденных исключён квалифицирующий признак преступления, предусмотренный пунктом «б» части 3 статьи 286 УК РФ (совершение преступления с применением специальных средств); ФИО1 смягчено наказание до 3-х лет лишения свободы с лишением права занимать должности в органах внутренних дел, связанных с осуществлением функций представителя власти сроком на 3 года; определённый всем осужденным испытательный срок был сокращён до 1 года. В остальной части обвинительный приговор Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ был оставлен без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения. Кассационным определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ было отменено, уголовное дело направлено на новое апелляционное рассмотрение, в тот же суд в ином составе. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ обвинительный приговор Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ был отменен, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе. После изменения территориальной подсудности уголовное дело вновь поступило в Давлекановский районный суд Республики Башкортостан, где и было рассмотрения по существу. Приговором Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от 29.09.2022г. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а,б» ч. 3 ст. 286 УК РФ истец признан невиновным и оправдан на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 и п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ за отсутствием события преступления. Указанным приговором суда за истцом было признано право на реабилитацию, в соответствии со ст. 134 УПК РФ, включающую право на возмещение имущественного и морального вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием. Ощий срок незаконного публичного уголовного преследования за якобы совершённое истцом тяжкое преступление ответственность за которое установлена пунктами «а,б» ч. 3 ст. 286 УК РФ с ДД.ММ.ГГГГ г. (дата возбуждения уголовного дела) по ДД.ММ.ГГГГ (судебное заседание в котором прокурору было отказано в восстановлении пропущенного процессуального срока для подачи апелляционного представления) составил 10 лет 9 месяцев и 13 дней. Тем самым незаконное уголовное преследование ФИО1 по обвинению в совершении тяжкого преступления ответственность за которое установлена законом вплоть до 10 лет лишения свободы, грозила истцу в течении неоправданно длительного периода времени (10 лет 9 месяцев и 13 дней), в этот период истец был ограничен в своих конституционных правах вызванных не только подпиской о невыезде, но и прав на охрану тайны личной и семейной жизни, включая вправе на тайну телефонных переговоров и иных сообщений, вправе выбирать род деятельности и профессию, а также в других правах установленных законом. В период незаконного уголовного преследования у истца умер отец, здоровье которого подорвало переживания за незаконное уголовное преследование сына. В холе незаконного уголовного преследования в средствах массовой информации была распространена информация о предъявлении обвинения ряду сотрудников полиции. Названные публикации повлекли широкий резонанс, вынуждая истца находиться в постоянном состоянии оправдывающегося, что привело к нравственным страданиям и постоянным душевным переживаниям. Просит взыскать с ответчика денежную сумму в размере 12369686 руб. в качестве возмещения морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием; денежную сумму в размере 40000 руб. в качестве возмещения расходов на оплату услуг представителя. 

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований привлечены ФИО2, ФИО3

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований привлечен Следственное Управление Следственного Комитета РФ по Республике. Башкортостан.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель Жуков М.И. исковые требования поддержали, просили удовлетворить в полном объеме. 

Ответчик Министерство финансов Российской Федерации, уведомленное о дне, времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, явку представителей в судебное заседание не обеспечил.

Третьи лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

При таких обстоятельствах, в соответствии со ст.167 ГПК РФ, суд считает возможным, рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о месте и времени судебного заседания надлежащим образом.

В своем заключении заместитель прокурора Фаварисов А.Р. полагал необходимым учесть все обстоятельства и доводы, которые были установлены судом по данному делу, и вынести законное, обоснованное решение, с учетом принципов разумности и справедливости.

Суд, изучив и оценив материалы гражданского дела, приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 являются обоснованными и подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Из представленных материалов и материалов уголовного дела № судом установлено, и это не оспаривается участниками судебного разбирательства, что ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя Чишминского МСО СУ СК РФ по РБ в отношении сотрудников ОМВД России по 

<

адрес> ФИО9, ФИО1 и неустановленных сотрудников полиции было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного пп. «а,б» ч. 3 ст. 286 УК РФ. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.286 УК РФ. 

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1 с утверждённым обвинительным заключением направлено в Давлекановский районный суд Республики Башкортостан.

Постановлением судьи Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде. 

Постановлением Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ постановление суда первой инстанции от 16.042013 г. отменено, уголовное дело направлено для рассмотрения по существу в Давлекановский районный суд Республики Башкортостан, в ином составе судей. 

Приговором Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ по обвинению в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» ч.3 ст. 286 УК РФ ФИО1 оправдан на основании пункта 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления. 

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ оправдательный приговор Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ отменен, уголовное дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции, которым в отношении ФИО1 ранее избранная мера пресечения в виде подписки о невыезде, оставлена без изменения. 

Постановлением Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ изменена территориальная подсудность, уголовное дело в отношении ФИО1 передано для рассмотрения по существу в Альшеевский районный суд Республики Башкортостан. 

Постановлением судьи Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1 принято к производству, которым назначено судебное заседание, с оставлением ФИО1 без изменения меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

Приговором Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, назначено наказание в виде лишения свободы сроком 3 года 6 месяцев, условно с испытательным в 2 года, с лишением права занимать должности в органах внутренних дел сроком на 2 года. 

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ приговор Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ отменен, уголовное дело возвращено прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения. 

Постановлением следователя Чишминского МСО СУ СК РФ по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления. 

Постановлением и.о. первого заместителя руководителя СУ СК РФ по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ постановление следователя от ДД.ММ.ГГГГ отменено, производство по данному уголовному делу возобновлено, дело направлено во второй отдел по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по 

<

адрес> для производства дополнительного расследования. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а, б» ч.3 ст. 286 УК РФ, в отношении последнего избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1 направлено в Альшеевский районный суд Республики Башкортостан для рассмотрения его по существу. 

Приговором Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении нового преступления, предусмотренного пунктами «а, б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы, условно, с испытательным сроком 2 года. 

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ приговор Альшеевского районного суда Республики Башкортостан изменен: из обвинения ФИО1 исключён квалифицирующий признак преступления, предусмотренный пунктом «б» части 3 статьи 286 УК РФ (совершение преступления с применением специальных средств), ФИО1 смягчено наказание до 3-х лет лишения свободы с лишением права занимать должности в органах внутренних дел, связанных с осуществлением функций представителя власти сроком на 3 года. В остальной части обвинительный приговор Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения. 

Кассационным определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ было отменено, уголовное дело направлено на новое апелляционное рассмотрение, в тот же суд в ином составе. 

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ обвинительный приговор Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ отменен, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе. 

После изменения территориальной подсудности уголовное дело вновь поступило в Давлекановский районный суд Республики Башкортостан.

Приговором Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а,б» ч. 3 ст. 286 УК РФ истец признан невиновным и оправдан на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 и п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ за отсутствием события преступления.

Постановлением Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ апелляционное представление прокурора на приговор Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ возвращено государственному обвинителю как поданное с пропуском процессуального срока.

ДД.ММ.ГГГГ оправдательный приговор Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца ФИО1 вступил в законную силу.

Данные обстоятельства подтверждаются материалами уголовного дела и не оспариваются сторонами.

Согласно ч. 2 ст. 6, ч. 1 и п. 1 ч. 2 ст. 133, а также ч. 2 ст. 136 УПК РФ уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию.

Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину, в результате уголовного преследования, возмещается государством, в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец ФИО1, оправданный на основании вступившего в законную силу приговором Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ, обладает правом на реабилитацию, включающую компенсацию морального вреда, связанного с уголовным преследованием в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно п. 1 ст. 1070 и ст. 1071 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Верховный Суд Российской Федерации в постановлении Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" в пункте 14 разъяснил, что к участию в делах по требованиям реабилитированных о возмещении имущественного вреда в качестве ответчика от имени казны Российской Федерации привлекается Министерство финансов Российской Федерации. Таким образом, исковые требования о возмещении вреда заявлены к надлежащему ответчику.

Суд находит исковые требования о компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению в размере 3500000 рублей, которая складывается из следующего.

Из статей 2 и 53 Конституции Российской Федерации следует, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина является обязанностью государства.

Каждому гарантируется право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В преамбуле постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № указано, что конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда корреспондируют положения Всеобщей декларации прав человека 1948 года (статья 8), Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года (подпункт "а" пункта 3 статьи 2, пункт 5 статьи 9, пункт 6 статьи 14), Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года (пункт 5 статьи 5) и Протокола N 7 к данной Конвенции (статья 3), закрепляющие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или осуждения за преступление, на компенсацию.

Статьей 1100 ГК РФ устанавливаются основания компенсации морального вреда, по смыслу которой такая компенсация осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда:

- вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;

- вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;

- вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию;

- в иных случаях, предусмотренных законом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

С учетом названных положений, в их взаимосвязи, суд считает возможным частично удовлетворить требования истца о компенсации морального вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием.

При установлении даты начала уголовного преследования в отношении ФИО1 суд руководствуется правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П « По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 47 и части второй статьи 51 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина ФИО10», согласно которому факт уголовного преследования и, следовательно, направленная против конкретного лица обвинительная деятельность, могут подтверждаться актом о возбуждении в отношении данного лица уголовного дела, проведением в отношении него следственных действий (обыска, опознания, допроса и др.) и иными мерами, предпринимаемыми в целях его изобличения или свидетельствующими о наличии подозрений против него (абзац 2 пункта 3).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что датой начала уголовного преследования истца ФИО1 следует считать ДД.ММ.ГГГГ, т.е. дату возбуждения уголовного дела.

Датой окончания уголовного преследования суд считает ДД.ММ.ГГГГ.– дату судебного заседания по рассмотрению ходатайства государственного обвинителя о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционного представления, в котором государственный обвинитель отказался поддерживать заявленное ранее ходатайство, в связи с чем оправдательный приговор вступил в законную силу.

Таким образом, срок незаконного уголовного преследования включает период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что в общей сложности составляет 10 лет 9 месяцев и 13 дней.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает длительность и обстоятельства уголовного преследования, а именно: наличие в деле противоположных по смыслу судебных актов: как оправдательных так и обвинительных приговоров; обвинение истца в совершении тяжкого должностного преступления; личность истца, являющегося сотрудником полиции, то есть представителем власти, в обязанности которого входит выявление и раскрытие преступлений в сфере экономики и обладающего, в силу профессиональной деятельности, обширными социальными связями.

Суд считает установленным, что уголовное преследование истца, по обвинению в совершении тяжкого преступления, повлекло причинение последнему морального вреда в виде нравственных страданий и переживаний.

Доказательств обратного суду не представлено.

Вместе с тем, по мнению суда, компенсация морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в размере 2482218 рублей, заявленном истцом, не отвечает требованиям разумности и справедливости и подлежит уменьшению до 1500000 рублей.

Требования истца о компенсации морального вреда, связанного с нарушением разумных сроков судопроизводства по уголовному делу также подлежат удовлетворению частично.

Согласно требованиям ч. 1 ст. 6.1 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок.

При определении разумного срока судопроизводства, который включает в себя для лица, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, период со дня начала осуществления уголовного преследования до дня прекращения уголовного преследования, учитываются правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведение участников уголовного судопроизводства, достаточность и эффективность действий суда, прокурора, следователя, производимых в целях своевременного уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела, и общая продолжительность уголовного судопроизводства (ч. 3).

При этом, согласно ч. 3 ст. 6.1 УПК РФ, право на подачу такого заявления предоставлено в том числе лицу, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, если общая продолжительность судопроизводства превысила четыре года.

Пунктом 4 статьи 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 68-ФЗ (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» установлено, что присуждение компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок не препятствует возмещению вреда в соответствии со статьями 1069 и 1070 Гражданского кодекса РФ. Присуждение компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за указанные нарушения.

Таким образом, законодатель предоставил лицу, права которого нарушены, выбор в способе защиты прав: либо путем подачи заявления о присуждении такой компенсации, либо путем подачи иска о компенсации морального вреда.

Доказательств того, что истец реализовал свое право на подачу заявления о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок в материалах дела нет, следовательно, данные требования могут быть рассмотрены в рамках настоящего гражданского дела.

Судопроизводство в отношении истца осуществлялось в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что составляет 10 лет 9 месяцев и 13 дней.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что установленный законом четырехлетний разумный срок уголовного судопроизводства по настоящему делу был превышен более чем в 2,5 раза.

За время производства по уголовному делу с участием истца было проведено 26 следственных действий, 156 судебных заседаний в судах первой инстанции, 12 судебных заседаний суда апелляционной инстанции, 1 судебное заседание в Шестом кассационном суде общей юрисдикции и 1 судебное заседание Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции.

Кроме своей явки на указанные процессуальные действия, истец ФИО1 обеспечивал участие в них своего защитника.

Как установлено судом, длительность производства по уголовному делу не были связаны с поведением истца при осуществлении в отношении него уголовного преследования (от правосудия он не скрывался, меру пресечения не нарушал, своевременно являлся на следственные действия и судебные заседания и т.д.), а само уголовное дело не представляло собой фактическую и правовую сложность, ввиду предъявления обвинения лишь по одному эпизоду и одной статье Уголовного кодекса РФ.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что превышение разумных сроков судопроизводства, установленных действующим законодательством более чем в 2,5 раза повлекло причинение истцу морального вреда, подлежащего компенсации с ответчика, который суд оценивает в денежном выражении с точки зрения разумности и справедливости в СУММА рублей.

При рассмотрении требований истца о компенсации морального вреда в связи со смертью близкого родственника-отца суд исходит из следующего.

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, с изменениями от ДД.ММ.ГГГГ) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие "семейная жизнь" не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

Согласно справке № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной администрацией сельского поселения Уршакский сельский совет муниципального района 

<

адрес> Республики Башкортостан, ФИО1 имеет состав семьи: отец ФИО11, мать ФИО12, сестра ФИО13

ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 умер, что подтверждается свидетельством о смерти IV-АР № от ДД.ММ.ГГГГ

Из справки о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что причиной смерти ФИО17. явилось другие формы хронической ишемической болезни сердца. 

Доказательств тому, что ухудшение состояния здоровья отца и в последующем его смерть последовали в результате незаконного привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, материалы дела не содержат, в связи с чем суд не находит оснований для удовлетворения требований истца в данной части.

Доводы истца о причинении ему морального вреда, связанного с применением к нему мер процессуального принуждения – обязательства о явке и меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подтверждаются материалами дела.

ДД.ММ.ГГГГ следователем в отношении истца была применена мера процессуального принуждения, предусмотренного статьей 112 УПК РФ – обязательство о явке.

Постановлением Давлекановского районного суда Республики Башкортостан о назначении предварительного слушания по уголовному делу от ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца была избрана мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении, срок действия которой последовательно продлевался при последующих рассмотрениях судами всех инстанций настоящего уголовного дела.

Постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ г., при производстве дополнительного расследования, в отношении истца вновь была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем, которая оставалась без изменения до вынесения судом постановления о возврате апелляционного представления прокурору, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, истец был подвергнут мере процессуального принуждения – обязательстве о явке в период времени с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (до избрания судом меры пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении), что составляет 11 месяцев и 18 дней.

С ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца действовала мера пресечения - подписка о невыезде и надлежащем поведении, то есть 9 лет 6 месяцев и 27 дней.

Статья 27 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на свободу передвижения и выбора места пребывания и жительства.

Данное право также гарантировано международными правовыми актами, ратифицированными Российской Федерацией, а именно Международным пактом о гражданских и политических правах (статья 12), Всеобщей декларацией прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН ДД.ММ.ГГГГ (статья 13), и признается ими как существенный элемент свободы личности, условие профессионального и духовного развития человека.

Свобода передвижения и выбора места пребывания и жительства является нематериальным благом, принадлежащим гражданину от рождения, неотчуждаемым и непередаваемым иным способом и подлежит защите в соответствии с действующим законодательством (ст. 150 ГК РФ).

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (пункт 2).

При таких обстоятельствах суд признает обоснованными доводы истца о том, что применение к нему меры процессуального принуждения – обязательства о явке и меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, действовавшие в общей сложности 10 лет и 17 дней, существенно ограничивали возможность передвижения по территории Российской Федерации и за ее пределами.

Возможность покидать место жительства связана с необходимостью получения на это разрешения лица, в производстве которого находиться уголовное дело, а самовольное нарушение ограничений, связанных с подпиской о невыезде, является основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу (пункт 3 части 1 ст. 108 УПК РФ).

Учитывая вышеизложенное и принимая во внимание разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлениях Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ) и от ДД.ММ.ГГГГ №, суд считает необходимым частично удовлетворить требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, причиненного длительным применением к нему мер процессуального принуждения – обязательства о явке и меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в сумме СУММА рублей, которая, по мнению суда, отвечает принципам разумности и справедливости.

Доводы истца о причинении ему морального вреда, связанного с нарушением тайны переписки, телефонных переговоров и иных сообщений, причиненных в результате уголовного преследования также нашли свое подтверждение в судебном заседании.

Статья 23 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на неприкосновенность частной жизни,личную исемейную тайну, защиту своей чести идоброго имени, а также охрану тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений.

Положения статьи 151 ГК РФ к нематериальным неотчуждаемым правам человека относят неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны, что является более широким понятием.

Согласно материалов уголовного дела, постановлением Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворено ходатайство следователя о производстве выемки сведений о телефонных переговорах (соединениях) истца у мобильного оператора с указанием места нахождения абонента.

Указанные сведения были получены следователем за период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В течение указанного времени все личные телефонные переговоры истца и его телефонные сообщения были предметом изучения и копирования на магнитный носитель. Впоследствии данные разговоры были предметом изучения органами расследования.

Впоследствии указанные сведения были предметом исследования в судах при производстве по уголовному делу в открытых судебных заседаниях.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца о компенсации морального вреда, причиненного нарушением охраняемой законом тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, однако полагает необходимым уменьшить сумму компенсации, подлежащей взысканию с ответчика в денежном выражении до разумных пределов, то есть до СУММА рублей.

В иске заявлены требования о компенсации морального вреда, причиненного отбытием наказания, назначенного судом в результате уголовного преследования истца в размере 1000000 рублей.

Судом при рассмотрении заявленного требования установлено, что приговором Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом изменения, внесенного в приговор апелляционным постановлением от ДД.ММ.ГГГГ, истец был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пп. «а,б» ч. 3 ст. 286 УК РФ и приговорен к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в органах внутренних дел, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком на 3 года. На основании ст. 73 УК РФ основное наказание постановлено было считать условным с испытательным сроком на 1 год.

Истец встал на учет в качестве осужденного к лишению свободы условно с испытательным сроком в Стерлитамакский межмуниципальный филиал ФКУ УИИ УФСИН России по 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ наказание в виде лишения свободы отбыто полностью, дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности в органах внутренних дел, связанные с осуществлением функций представителя власти снято ДД.ММ.ГГГГ в связи с отменой приговора суда. 

Таким образом, суд приходит к выводу об отбытии истцом основного и дополнительного наказаний, назначенных приговором суда, впоследствии отмененным вышестоящим судом.

Согласно ч. 1 ст. 188 Уголовно-исполнительного кодекса РФ (далее - УИК РФ) уголовно-исполнительные инспекции осуществляют персональный учет условно осужденных в течение испытательного срока, контролируют с участием работников соответствующих служб органов внутренних дел соблюдение условно осужденными общественного порядка и исполнение ими возложенных судом обязанностей.

При назначении условно осужденному в качестве дополнительного наказания лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью уголовно-исполнительная инспекция в полном объеме осуществляет мероприятия, предусмотренные статьями 33 - 38 настоящего Кодекса (ч. 2).

Условно осужденные обязаны отчитываться перед уголовно-исполнительными инспекциями и командованием воинских частей о своем поведении, исполнять возложенные на них судом обязанности, возмещать вред, причиненный преступлением, в размере, определенном решением суда, являться по вызову в уголовно-исполнительную инспекцию. При неявке без уважительных причин условно осужденный может быть подвергнут приводу (ч. 4).

Если периодичность явки условно осужденного для регистрации не была определена судом, то указанная периодичность, а также дни явки условно осужденного устанавливаются уголовно-исполнительной инспекцией (ч. 6).

Согласно ч. 2 ст. 189 УИК РФ по истечении испытательного срока контроль за поведением условно осужденного прекращается, и он снимается с учета уголовно-исполнительной инспекции.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец при отбытии наказания как условно осужденный в полной мере исполнял обязанности по отбытию наказания, а именно подвергался периодическим проверкам со стороны Уголовно-исполнительной инспекции по месту жительства, с периодичностью, установленной инспекцией, являлся для регистрации и профилактических бесед.

Кроме того, суд считает доказанным доводы истца, что он в полной мере исполнял ограничения, связанные как с назначением основного, так и дополнительного наказания, назначенного приговором суда, включая запрет занимать должности в органах внутренних дел, в том числе после отмены обвинительного приговора, до признания за истцом права на реабилитацию. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд считает установленным, что истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ полностью отбыл назначенные ему основное наказание по приговору суда и до ДД.ММ.ГГГГ фактически отбывал дополнительное наказание, связанное с запретом занимать должности в органах внутренних дел, связанные с осуществлением функций представителя власти.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 38 постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № одним из оснований для возмещения морального вреда является вред, причиненный незаконным осуждением гражданина, который подлежат возмещению вне зависимости от вины органов дознания, следствия, прокуратуры или суда.

При определении размера компенсации морального вреда, связанного с незаконным осуждением и фактическим отбытием основного и дополнительного наказания, назначенного приговором суда, впоследствии признанного незаконным и необоснованным суд принимает во внимание вид и размер отбытого наказания, данные о личности истца, который до осуждения осуществлял функции представителя власти, связанные с выявлением и документированием преступлений в сфере экономики, а также то, что отбытие наказание повлекло значительную утрату профессиональных навыков, служебных и социальных связей.

При таких обстоятельствах, суд считает возможным требования истца о возмещении морального вреда, связанного с незаконным осуждением и фактическим отбытием назначенного наказания удовлетворить частично и взыскать с ответчика в счет ее компенсации в размере СУММА рублей, которая по мнению суда отвечает принципам разумности и справедливости.

При рассмотрении требований истца о компенсации морального вреда, причиненного нарушением права на защиту чести, достоинства и деловой репутации, а также неисполнения обязанности по принесению официальных извинений со стороны государства суд установил следующее.

В материалы дела представлены публикации из интернет-изданий в которых со ссылкой на официальные комментарии пресс-службы Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес> в которых распространена информация о предъявлении обвинения в совершении тяжкого преступления сотрудникам ОМВД по Давлекановскому и 

<

адрес>ов.

При этом, как следует из представленных статей, в них указаны обстоятельства предполагаемого преступления, а именно дата, место и способ совершения деяния.

При этом суд отмечает, что в публикациях отсутствуют персональные данные обвиняемых, имеются только указания на занимаемые должности и возраст.

При таких обстоятельствах данные публикации не могут являться сведениями, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца, что является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований в этой части.

Согласно ч. 1 ст. 136 УПК РФ прокурор от имени государства приносит официальные извинения реабилитированному за причиненный вред.

Согласно пункту 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 принесение официального извинения реабилитированному за причиненный ему вред незаконным уголовным преследованием по своей сути является восстановлением права реабилитированного на защиту чести и доброго имени.

В соответствии с позицией Верховного Суда Российской Федерации обязанность прокурора принести официальное извинение реабилитированному, исходя из положений статей 133, 134, 136 УПК РФ в их взаимосвязи, возникает с момента признания за лицом права на реабилитацию. Согласно части 1 статьи 136 УПК РФ прокурор от имени государства приносит официальное извинение за причиненный ему вред. Данная норма уголовно-процессуального закона в отличие от других его норм (ст. ст. 135, 136, 138) не содержит предписаний о том, что суд при признании за осужденным права на реабилитацию должен одновременно с этим обязать прокурора принести извинения, поскольку такая обязанность возложена на прокурора законом. В то же время при неисполнении прокурором возложенной на него частью 1 статьи 136 УПК РФ обязанности по принесению извинения его бездействие по смыслу закона может быть обжаловано в суд в порядке статьи 125 УПК РФ (Постановление Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 329-П12ПР).

Аналогичную правовую позицию выразил и Конституционный Суд РФ в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N 28-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО14".

Таким образом, неисполнение прокурором обязанности по принесению извинения реабилитированному лицу порождает у последнего право на обжалование бездействия прокурора, но не право на возмещение государством в этой связи морального вреда, в связи с чем суд не находит оснований для удовлетворения требований истца в данной части.

Таким образом, исходя из вышеизложенного, суд считает необходимым взыскать с Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, 3500000 (три миллиона пятьсот тысяч) рублей.

Суд также считает необходимым удовлетворить требования истца о взыскании с ответчика судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 40000 рублей поскольку, в соответствии со ст. ст. 45, 46 и 48 Конституции РФ, государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, незапрещенными законом. Каждому гарантируется судебная защита и право наполучение квалифицированной юридической помощи.

Исходя и ст. 98 и ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны судебные расходы в разумных пределах.

Согласно ч. 1 ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении №-О-О от ДД.ММ.ГГГГ указал на то, что нормы ч. 1 ст. 100 ГПК РФ предоставляют суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение расходов по оплате услуг представителя. Реализация данного права судом возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, а также в случае обеспечения условий, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

Понятие разумности пределов и учета конкретных обстоятельств следует соотносить с объектом судебной защиты. Предполагается, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права, естественно, быть меньше объема защищаемого права и блага. К ходатайству стороны о возмещении расходов на оплату услуг представителя должны быть приложены доказательства, подтверждающие эти расходы.

Разумность пределов расходов на оплату услуг представителей определяется судом.

Из п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» следует, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Для обеспечения защиты своих прав в судебном порядке, ФИО1 обратился за юридической помощью к адвокату Жукову М.И., которому уплатил 40000 рублей по соглашению №.16/11 от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается квитанциями № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ.

Учитывая данные обстоятельства, а именно: объем заявленных требований; цену иска; сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов; продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства, в том числе: консультация истца по вопросу подачи иска о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием; подготовка и подача искового заявления в суд; изучение материалов уголовного дела, состоящего из 52 томов; представление интересов истца в двух судебных заседаниях, суд находит сумму возмещения расходов на представителя в размере 40000 рублей обоснованной, разумной и снижению не подлежащей.

Исходя из ст. 12 и ст. 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих доводов и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, 3500000 (три миллиона пятьсот тысяч) рублей, расходы на оплату услуг представителя 40000 (сорок тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение одного месяца в апелляционном порядке со дня принятия его в окончательной форме через Гафурийский межрайонный суд Республики Башкортостан.

Судья И.Ф.Уразметов