РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 августа 2019 года г.Ангарск

Ангарский городской суд Иркутской области в составе судьи Сидоренковой Т.Н., при секретаре Поповой А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2224/2019 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения ничтожным, признании свидетельства о праве на наследство недействительным, применении последствий недействительности сделки, 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском о признании договора дарения недействительным и признании недействительными свидетельства о праве на наследство. В обоснование исковых требований истец указал, что ему на праве собственности принадлежала однокомнатная квартира, расположенная по адресу: ..., ..., ..., площадью 32.4 кв.м, жилой площадью 20.5 кв.м. В 2016 году ФИО4 стал его уговаривать переоформить квартиру, чтобы после его смерти, квартира перешла к нему, так как в тот период времени он злоупотреблял спиртными напитками, также говорил, что оформит договор страхования на случай смерти. ** вместе с ФИО4 они ездили в регистрационную службу, он подписывал документы, но никто ему не разъяснил, что он подписывает договор дарения, договор он не получал на руки. ** ФИО4 умер, из квитанции об оплате ему стало известно, что собственником квартиры является его несовершеннолетний сын, ФИО2 и только тогда он узнал, что подписал договор дарения квартиры. Истец указывает, что он считал, что подписывал завещание или договор ренты, что ФИО4 будет оказывать ему помощь, из квартиры никуда не выезжал, не выписывался, другого жилья у него нет. Просит признать договор дарения ничтожным. В настоящее время в права наследования вступили С-вы, поэтому просит признать свидетельства о праве на наследство, выданные на их имя на спорную квартиру недействительными.

В судебном заседании истец поддержал исковые требования и просил их удовлетворить, просил учесть, что в тот период времени злоупотреблял спиртными напитками, поэтому подписал документы, считая, что квартира перейдет ФИО4 только после его смерти.

Представитель истца, действующий на основании ордера, адвокат Полякова И.Е., считает, что договор дарения является притворной сделкой, истец, подписывая договор дарения, считал, что подписывает договор ренты, с момента подписания договора продолжает проживать в квартире и производит оплату за квартиру.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

ФИО3, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего, ФИО2, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель Межрайонного управления министерства социального развития, опеки и попечительства ... № в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Представитель ФИО3, действующий на основании доверенности, ФИО5 считает, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, истец не представил доказательств, что сделка является притворной.

Рассмотрев материалы дела, выслушав участников процесса, суд с учетом всех обстоятельств дела приходит к следующим выводам.

Судом при рассмотрении дела установлено, что истцу на основании договора купли-продажи от ** принадлежала квартира, расположенная по адресу: ..., ..., ..., общей площадью 32.4 кв.м, в том числе жилой 20.5 кв.м.

** между ФИО1 и ФИО4 был заключен договор дарения спорной квартиры.

После оформления договора дарения, было зарегистрировано право собственности на квартиру за ФИО4

ФИО1 продолжает проживать в квартире, несет все обязанности по ее содержанию, ФИО4 в квартиру не вселялся.

Из содержания искового заявления следует, что предметом иска является признание договора дарения недействительным и применение последствий его недействительности в виде возврата спорной квартиры в собственность ФИО1 

В соответствии с ч. 3 ст. 195 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ** N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального права Российской Федерации.

На основании ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Истец указывает, что у него намерения продавать квартиру не было, он исходил из того, что право собственности на спорную квартиру будет сохранено за ним на весь период жизни и перейдет к ответчику только после его смерти, полагал, что оформляет завещание или договор ренты. Так как ФИО4 обещал ему помощь, в тот период времени злоупотреблял спиртными напитками, намерения отчуждать квартиру не было, так как это единственное место его жительства. В подтверждение своих доводов представил квитанции об оплате за квартиру, страховой полис, просил допросить свидетелей.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля К.. показала, что ФИО1 муж ее сестры, проживают они вместе примерно с 2008 года, ранее ФИО4 помогал им продать квартиру в городе и приобрести спорную квартиру, жили они рядом, ФИО1 злоупотреблял спиртными напитками, вместе с ним пила и ее сестра, ей известно, что ФИО4 уговорил их переоформить документы на квартиру, они считали, что оформили завещание, ФИО4 говорил, что похоронит их в случае смерти, он им постоянно приносил спиртное, после смерти ФИО4 выяснилось, что ФИО1 квартиру подарил, из квартиры они никуда не выезжали, продолжают проживать в квартире, пьют они периодически, в этот период времени не работают, как оформлялись документы ей неизвестно.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля А. показала, что проживает с ФИО1 12 лет, в настоящее время зарегистрировали брак, ранее проживали в городе, затем продали квартиру и переехали жить в Новый-4 микрорайон, оформлять сделки им всегда помогал ФИО4, в тот период времени они злоупотребляли спиртными напитками, он всегда приносил им спиртное, предлагал оформить завещание, говорил, что застрахует на случай смерти и похоронит, они много пили и считали, что умрут, так как плохо себя чувствовали, но за медицинской помощью не обращался ФИО1, затем ФИО1 подписал какие-то документы на квартиру и показал ей страховой полис, продолжали жить в квартире и только после смерти ФИО4 выяснилось, что ФИО1 подарил ему квартиру, после оформления договора дарения из квартиры не выезжали, продолжали платить за квартиру, другого жилья у них нет, раньше в поселке все боялись ФИО4

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля С. показала, что истца ФИО1 знала по работе, работали на автомойке, бывала у них дома и там видела ФИО4, приезжала в спорную квартиру, так как ФИО1 не выходил на работу, пил, ФИО1 что-то говорил по поводу страховки и квартиры, но она ничего не поняла, только в 2019 году узнала, что ФИО1 переоформил квартиру на ФИО4, в период оформления договора дарения ФИО1 и его жена, пили, запои были длительными, ФИО6 затем рассказала, что ФИО4 обещал их застраховать, как получилось, что квартиру ФИО1 подарил не знает. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля С. показала, что ФИО1 муж ее сестры, знает его около 7 лет, зимой 2019 года от сестры ей стало известно, что квартира в которой они проживают им не принадлежит, пришли документы на оплату на другую фамилию, тогда они выяснили, что ФИО1 подарил квартиру ФИО4, а после его смерти квартира перешла его сыну, ФИО1 в период оформления договора пил, спиртное ему приносил ФИО4, которого все боялись, он был связан с бандитами, ФИО7 из-за страха переписал свою квартиру, боялся что умрет уже, ничего не соображал, пил каждый день, не знал, что квартира больше не принадлежит ему, узнал, когда пришли документы зимой 2019 года на оплату на другую фамилию.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Л. показал, что знает истца и знал ФИО4, вместе выпивали, ФИО1 пил, у него всегда был спирт, приносил его ФИО4, в 2016 году ФИО1 из-за длительных запоев плохо себя чувствовал, из разговоров он понял, что ФИО4 хотел чтобы ФИО1 переписал квартиру на него, а затем он перепишет ее на сожительницу ФИО7, как они хотели это оформить ему неизвестно, знает, что квартиру ФИО7 переоформил, но какую сделку он совершил ему неизвестно, 

Представитель ответчика ФИО5 исковые требования не признал, так как истец подписал документы, получил договор дарения, следовательно ему было известно какую сделку он совершил, сделка была зарегистрирована. В подтверждение своих доводов просил допросить свидетеля.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО8 показала, что занимала должность регистратора в многофункциональном центре, в ее обязанности входило принимать документы по любой услуге, при приеме документов по оформлению сделки в ее обязанности входило выявить цель обращения, проверить документы, установить личность, объяснение сторонам сущности сделки, документы стороны подписывают в ее присутствии, составляется заявление, если возражений не поступает все документы подписываются, распечатываются и выдается расписка какие документы приняты и в каком количестве, оговариваются сроки обработки документов, если возникают разногласия в период обработки документов, то есть право отзыва заявления, услуги по оформлению документов не оказываются, стороны приходят с проектом договора, подлинность документов не проверяется, это происходит на стадии регистрации, если выявляются несоответствия в документах, регистрация приостанавливается, в заявлении имеется пункт, в котором указано, что право собственности переходит к одаряемому, все документы стороны читают, в начале описи, указываем какие документы принимаем, адреса объектов, наименование договора, когда документы получают после регистрации, стороны расписываются, ФИО1 получал лично документы после регистрации, ФИО4 также лично ** получил документы, истца я не помню, если бы поведение ФИО1 было неадекватным, или он был в состоянии опьянения, документы бы у него не были приняты.

Анализируя представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

В силу положений п. 2 ст. 170 ГК РФ, признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на исполнение заключенной сделки у обеих ее сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку. Притворная сделка совершается без намерения воспользоваться ее правовыми последствиями и прикрывает ту сделку, которая заключается с действительными намерениями породить гражданские права и обязанности. По сути, имеются две сделки: прикрываемая, которую стороны заключили с намерением воспользоваться порождаемыми ею правами и обязанностями, и прикрывающая, призванная скрыть подлинный характер правоотношения. Следовательно, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон, обстоятельства заключения договора и доказательства несоответствия волеизъявления сторон их действиям.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. п. 87, 88 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ** N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Согласно п.2 ст.1 ГК РФ граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора

Согласно п.1 ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В силу п3. Ст.574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии с положениями ст. 583 ГК РФ по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме. По договору ренты допускается установление обязанности выплачивать ренту бессрочно (постоянная рента) или на срок жизни получателя ренты (пожизненная рента). Пожизненная рента может быть установлена на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением.

В силу п.1 ст.596 ГК РФ пожизненная рента может быть установлена на период жизни гражданина, передающего имущество под выплату ренты, либо на период жизни другого указанного им гражданина.

Истец, являясь единоличным собственником спорной квартиры, оформил договор дарения, присутствовал при совершении сделки и после регистрации сделки лично получил договор дарения, что подтверждается его подписью в расписке. В тексте оспариваемого договора, подписанного истцом лично, подробно отражен характер и последствия заключенной сделки. 

Данные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетеля П.., принимавшего документы, которая также пояснила, что при составлении документов, она убедилась, что ФИО1 добровольно подписывает договор дарения.

Допрошенные со стороны истца свидетели по существу сделки пояснений не смогли дать, так как о данном договоре дарения им стало известно только в 2019 году, их пояснения касаются образа жизни, который вел ФИО1 в указанный период времени, при этом суд учитывает, что свидетели ФИО9, ФИО6, ФИО10 являются родственниками жены истца, какими-либо письменными документами эти обстоятельства не подтверждаются, а свидетелям ФИО11 и ФИО12 об обстоятельствах сделки ничего неизвестно.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что ФИО1 должен был правильно осознавать последствия заключенного им договора, заключавшиеся в отчуждении квартиры в собственность ФИО2

Каких-либо доказательств, подтверждающих неспособность истца, верно понять суть заключавшегося договора дарения, суду не представлено.

Суд не может принять во внимание доводы истца, что он продолжал проживать в квартире, так как это не может свидетельствовать о недействительности сделки.

В соответствии с п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Исходя из этого ФИО4 после приобретения спорной квартиры в собственность на основании оспариваемой сделки мог, как пользоваться ею самостоятельно, так и предоставлять в пользование иным лицам, в том числе ФИО1 В этой связи факт не проживания в указанной квартире ФИО4, который на момент заключения договора дарения имел другое постоянное место жительства и не обязан был менять его, не может расцениваться как доказательство неисполнения сторонами договора дарения.

В п. 4 договора дарения отражено, что истец передает ответчику квартиру, но сохраняет за собой право проживания и пользования квартирой.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, учитывая факт совершения истцом действий, направленных на государственную регистрацию перехода права собственности на спорную квартиру на основании оспариваемого договора, отсутствие на протяжении более двух лет после его заключения у сторон каких-либо взаимных претензий друг к другу, свидетельствуют о том, что данная сделка была совершена, так как ФИО4 зарегистрировал свое право собственности на квартиру.

Доводы истца, что оспариваемый договор дарения он воспринимал как договор пожизненного содержания с иждивением, или завещание, не могут быть приняты во внимание, так как истцом доказательств, что данный договор прикрывал договор ренты или завещание, не представлено.

В заключенном в надлежащей письменной форме и прошедшем процедуру государственной регистрации договоре дарения не содержится указания на наличие у одаряемого ФИО4 каких-либо обязательств перед дарителем ФИО1 в данном договоре указано, что ФИО1 подарил, а ФИО4 принял в дар квартиру, что свидетельствует о безвозмездном характере данной сделки, присущем договору дарения.

Свои доводы о наличии у ФИО4 встречных обязательств по договору ФИО1 обосновал тем, что при заключении договора ФИО4 обещал, что будет предоставлять ему материальное обеспечение, но эти доводы не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела.

Истец не представил письменных доказательств, что в период подписания договора дарения он злоупотреблял спиртными напитками, кроме показаний свидетелей.

В такой ситуации оснований полагать, что, подписывая такой договор, ФИО1 мог заблуждаться относительно тех правовых последствий, которые он повлечет, не имеется. Не имеется и сведений о том, что в действительности истец намеревалась заключить с ответчиком какой-либо иной договор, однако ошибочно подписал договор дарения.

При этом суд не может принять во внимание доводы ФИО1, что он считал, что квартира перейдет к ФИО4 после его смерти, так как был оформлен полис страхования на случай смерти, поскольку данный полис оформлен от имени ФИО1, им уплачена страховая премия, в качестве выгодоприобретателя указан ФИО4

Из оспариваемого договора следует, что сторонами соблюдены все существенные его условия.

В связи с чем суд не находит оснований для признания данного договора дарения ничтожным и применении последствий недействительности сделки в виде возврата квартиры в собственность истца, при этом суд учитывает, что ст.170 ГК РФ не предусматривает последствий в виде двусторонней реституции.

Истцом также предъявлены требования о признании свидетельства о праве на наследство недействительным.

Как видно из материалов дела ФИО4 умер **, после его смерти заведено наследственное дело и выданы ** свидетельства о праве на наследство на имя ФИО2 и ФИО3 в равных долях, в том числе и на спорную квартиру.

В удовлетворении исковых требований истцу о признании недействительным договора дарения отказано, в связи с чем, не имеется оснований для признании свидетельств о праве на наследство недействительными и в иске должно быть отказано.

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В иске ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения квартиры, расположенной по адресу: ..., ..., ... заключенного ** между ФИО1 и ФИО4 ничтожным, признании свидетельств о праве на наследство от ** недействительными, применении последствий недействительности сделки и возврате квартиры в собственность ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня составления мотивированного решения, которое будет составлено **.

Судья : Т.Н.Сидоренкова