Судья Ковач Н.В. Дело № 22-681

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

4 марта 2025 года г. Архангельск

Архангельский областной суд в составе председательствующего Копытко Н.Ю.

при секретаре Мазур Ю.А.

с участием прокурора Макаровой В.В., 

представителя потерпевшего Потерпевший №2 – адвоката Армеева О.В.,

гражданского истца Свидетель №4,

оправданного ФИО1,

адвоката Шевчука С.П.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Меньшакова Н.А., апелляционные жалобы потерпевшей ФИО18, потерпевшего Потерпевший №2 и его представителя – адвоката Армеева О.В. на приговор Приморского районного суда Архангельской области от 27 декабря 2024 года, которым 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в городе 

<

адрес>, не судимый, 

оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ, за отсутствием в его действиях состава данного преступления. 

Избранная мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена.

Заслушав доклад судьи Копытко Н.Ю., выступление прокурора Макаровой В.В., представителя потерпевшего Потерпевший №2 – адвоката Армеева О.В., гражданского истца Свидетель №4, поддержавших доводы апелляционного представления и жалоб, возражения оправданного ФИО1 и адвоката Шевчука С.П. о необходимости отклонить апелляционное представление и жалобы потерпевших, суд

установил:

органом предварительного следствия ФИО1 обвинялся в том, что он в период с 11 часов 00 минут по 11 часов 26 минут 1 августа 2023 года, управляя технически исправным автомобилем «Митцубиси Паджеро Спорт», государственный регистрационный знак (далее - г.р.з.) №, двигаясь по правой полосе двухполосной проезжей части автомобильной дороги «Исакогорка-Новодвинск-Холмогоры, в районе 22 км 400 на территории Приморского муниципального округа, в направлении с. Холмогоры, в условиях светлого времени суток, сухого асфальтобетонного покрытия, ясной погоды, при отсутствии каких-либо дорожных и технических факторов, которые могли дестабилизировать курсовую устойчивость автомобиля «Митцубиси Паджеро Спорт», г.р.з. № по независящим от водителя причинам, проявил преступное легкомыслие, выразившееся в том, что он, в нарушение п. п. 10.1 (абз. 1), 1.3, 1.5 ПДД РФ, избрал скорость движения, которая не обеспечила возможность постоянного контроля за движением управляемого им транспортного средства, произвел неквалифицированные действия по управлению транспортным средством, утратил контроль за движением транспортного средства, не принял своевременно мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, вследствие чего создал опасность для других участников дорожного движения, и совершил наезд на выезжавший с прилегающей дороги «Негино-Коммуна» (выезд из СНТ «Надежда») автомобиль марки «Шевроле Нива», г.р.з. №, под управлением Потерпевший №2, в салоне которого находилась пассажир ФИО19, в результате чего ФИО1 согласно предъявленному обвинению по неосторожности причинил:

- пассажиру автомобиля марки «Шевроле Нива», г.р.з. №, ФИО110 телесные повреждения, являющиеся опасными для жизни, в совокупности оцениваются как тяжкий вред здоровью и находятся в прямой причинно-следственной связи с наступление ее смерти;

- водителю автомобиля марки «Шевроле Нива», г.р.з. №, Потерпевший №2 телесные повреждения, которые подлежат оценке в совокупности, по квалифицирующему признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, оцениваются как тяжкий вред здоровью.

Оспариваемым решением ФИО1 оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Меньшаков Н.А. считает приговор незаконным и подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением уголовного и уголовно-процессуального законов.

Выражает несогласие с выводами суда о признании протокола следственного эксперимента от 17 ноября 2023 года и заключения эксперта № от 14 марта 2024 года недопустимыми доказательствами, полагает, что именно они должны были быть положены в основу приговора.

Обращает внимание, что 3 августа 2023 года ФИО1 при допросе в качестве свидетеля разъяснялись права, в том числе не свидетельствовать против самого себя.

Приводя доводы, указывает, что выводы суда о несоблюдении условий при проведении следственного эксперимента 17 ноября 2023 года безосновательны и опровергаются установленными в ходе судебного следствия обстоятельствами.

Считает, что лишь данные, установленные в ходе следственного эксперимента 17 ноября 2023 года, являются объективными и достоверными.

Указывает на отсутствие в выводах автотехнической судебной экспертизы № от 14 марта 2024 года каких-либо неясностей, противоречий, либо неполноты, а также на наличие четких ответов на все поставленные следователем вопросы.

Обращает внимание, что судом не дана оценка с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, заключению эксперта № от 28 ноября 2023 года.

Считает, что оснований для проведения повторного следственного эксперимента не имелось, к показаниям ФИО1, данным им в рамках данного следственного эксперимента, следует отнестись критически как к избранному способу защиты. 

Полагает, что судебный следственный эксперимент от 7 октября 2024 года и повторная судебная автотехническая экспертиза от 27 ноября 2024 года проведены с нарушением требований уголовно-процессуального закона и на основании ст. 75 УПК РФ должны быть признаны недопустимыми. 

Просит приговор отменить, передать дело на новое разбирательство в суд первой инстанции.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего Потерпевший №2 – адвокат Армеев О.В. считает приговор подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела. 

Указывает, что доказательства, подтверждающие виновность ФИО1 необоснованно дискредитированы судом и за основу приговора положены показания ФИО1, данные им в суде, которые, в том числе взяты за основу при проведении повторного следственного (судебного) эксперимента, и явились отправными данными при производстве последующей автотехнической экспертизы.

Полагает, что судом дело рассмотрено не по сути его обвинения, а только в узком диапазоне рассмотрения вопроса наличия или отсутствия у ФИО1 возможности остановить автомобиль за расчетное время.

Анализируя показания ФИО1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №1, указывает, что при возникновении опасности ФИО1 не предпринял экстренного торможения, а осуществил лишь сбрасывание скорости.

Обращает внимание на методику производства автотехнических экспертиз, формулы, необходимые и использованные для производства автотехнической экспертизы, пояснения эксперта ФИО111, проведенный первоначальный следственный эксперимент, заключения экспертов ФИО111 № и ФИО128. №, из которых следует, что у ФИО1 имелась техническая возможность путем применения мер экстренного торможения, предотвратить дорожно-транспортное происшествие.

Считает необоснованным признание протокола следственного эксперимента от 17 ноября 2023 года и его результатов, а также заключения эксперта № от 14 марта 2024 года недопустимыми доказательствами.

Полагает, что проведение следственного эксперимента и автотехнической экспертизы тогда, когда ФИО1 еще не обладал статусом подозреваемого либо обвиняемого, не уменьшает их юридическую силу и не опровергают полученные результаты.

Отмечает, что до проведения следственного эксперимента ФИО1 дважды был допрошен в качестве свидетеля (14 июня и 3 августа 2023 года), ему были разъяснены права, в том числе право не свидетельствовать против себя и возможность воспользоваться положениями ст. 51 Конституции РФ. 

Обращает внимание, что в протоколе следственного эксперимента ФИО1, как и другим участникам, разъяснялись их права, считает, что отсутствие в данном протоколе указания на разъяснение последнему положений ст. 51 Конституции РФ не свидетельствует о нарушении его прав.

Приводя доводы, указывает, что первоначальные пояснения ФИО1 являлись добровольными, самостоятельными и достоверными.

Обращает внимание, что судом не дана оценка тому, что повторный следственный (судебный) эксперимент проведен 7 октября 2024 года, спустя 1 год и 2 месяца, в другое время года, с совершенно иными климатическими и дорожными условиями, как и первоначальный следственный эксперимент. 

Считает, что суд, назначив проведение нового судебного эксперимента по установлению обстоятельств, которые уже были установлены ранее, признал первоначальный следственный эксперимент недостоверным доказательством, несмотря на то, что оценка данному доказательству должна была быть дана в совещательной комнате. 

Ссылаясь на «Проект организации дорожного движения», указывает, что расстояние от дорожного знака «Примыкание второстепенной дороги», где ФИО1 уже увидел подъезжающий к перекрестку автомобиль потерпевшего, до перекреста составляет не менее 173 метров, а не 25 или 50 метров, как указывал ФИО1, что свидетельствует о реальной возможности для совершения экстренного торможения. 

Анализируя показания ФИО1, указывает на противоречие показаний, данных им в ходе предварительного следствия и в суде, а также на неправильное определение расстояний дорожной обстановки, имеющих решающее значение для установления истины по делу.

Анализируя показания свидетеля Свидетель №2, указывает, что ранее он сведений относительно произнесения фразы «Ты куда!», на что заняло около 2 секунд, не предоставлял, считает, что данная фраза произнесена именно на действия ФИО1, связанные с выездом на встречную полосу, судом данные обстоятельства не приняты во внимание. 

Полагает, что в ходе проведения второго следственного эксперимента ФИО1 предоставлены недостоверные сведения, в результате чего уменьшено расчетное время движения автомобиля «Нива Шевроле», что привело к иным выводам эксперта относительно возможности избежать столкновения.

Обращает внимание, что судом задавались вопросы эксперту, носящие оценочный характер, не входящие в компетенцию эксперта и не имеющие значение для установления обстоятельств, которые, по мнению стороны защиты, были направлены на то, чтобы запутать эксперта, и принудить его высказать суждения в виде предположений.

Указывает на ущемление прав потерпевшего при проведении следственного эксперимента, что за основу взяты сведения, не соответствующие реальной дорожной обстановке, что привело к искажению результатов.

Считает недостаточно объективным заключение экспертизы №, поскольку экспертом фактически не даны ответы на вопросы 4, 6, 7, а представленные ответы носят противоречивый характер.

Полагает, что судом незаконно отказано в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела цветных распечаток части материалов из дела в отношении Потерпевший №2 и скриншотов, полученных из картографической программы «Google maps», со спутниковым изображением участка местности в месте дорожно-транспортного происшествия.

Считает, что на представленных фотографиях, если их оценивать в цветном изображении, четко видны обстоятельства, имеющие существенное значение для дела.

Перечисляет фотографии, описывает их содержание.

Приводя доводы, указывает, что судом и экспертом ФИО121 сделаны неверные выводы относительно расположения автомобиля «Нива Шевроле» в момент дорожно-транспортного происшествия.

Обращает внимание, что удар в кузов «Нива Шевроле» пришелся именно в левую часть фронтальной стороны (передка) автомобиля, что подтверждается показаниями Потерпевший №2 и Свидетель №4, а также показаниями свидетеля Свидетель №2

Считает, что ФИО1 допущено нарушение правил дорожного движения, подпадающее под требования п. 1.3 и п. 1.5 ПДД РФ, а именно - требования главы 9 ПДД РФ, выезд на полосу встречного движения, где и произошло дорожно-транспортное происшествие.

Просит приговор суда отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение в ином составе суда, приобщить к материалам дела фотографии и исследовать их в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

В апелляционной жалобе потерпевший Потерпевший №2 выражает несогласие с приговором суда и оправданием ФИО1

Обращает внимание, что в момент столкновения он уже двигался по своей полосе, а ФИО1 выехал на полосу встречного движения, в результате чего произошло столкновение, время выезда до момента столкновения составило 3-4 секунды.

Указывает, что справа от ФИО1 находился широкий выезд с примыкающей дороги и при наличии какой-либо помехи ему ничего не мешало объехать ее справа. 

Считает, что суд не разобрался должным образом в ситуации, в том, как действительно произошло дорожно-транспортное происшествие, вынес незаконное решение, основанное на показаниях только ФИО1 и его семьи.

Просит приговор отменить, признать ФИО1 виновным в дорожно-транспортном происшествии, заявленные исковые требования о компенсации морального вреда удовлетворить. 

В апелляционной жалобе потерпевшая Потерпевший №1 не согласна с приговором суда и оправданием ФИО1

Считает, что принято необоснованное решение, которым за основу взяты показания ФИО1 и его семьи, а ее показания и ФИО125 признаны недостоверными.

Обращает внимание, что Потерпевший №2 всегда ездил очень аккуратно, без превышения скорости, оснований не доверять показаниям Потерпевший №2 и Свидетель №4 у суда не имелось.

Просит приговор отменить, признать ФИО1 виновным в дорожно-транспортном происшествии, заявленные исковые требования о компенсации морального вреда удовлетворить. 

В возражениях на апелляционное представление ФИО1 доводы, изложенные в нем, находит несостоятельными, а приговор законным и обоснованным.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных представлении, жалобах, возражениях, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ст. 302, 305 УПК РФ оправдательный приговор постановляется, если не установлено событие преступления, подсудимый не причастен к совершению преступления, в деянии подсудимого отсутствует состав преступления. В описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются существо предъявленного обвинения, обстоятельства, установленные судом, основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

По настоящему делу эти требования закона судом соблюдены.

Исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства с учетом требований ст.ст. 14, 252 УПК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Данные выводы надлежащим образом мотивированы, основаны на конкретных доказательствах по делу, которым дана оценка в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ, в приговоре приведены мотивы, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие, поэтому у суда апелляционной инстанции их правильность сомнений не вызывает. 

Уголовный закон применен правильно. 

Суд обоснованно пришел к выводу о признании недопустимым доказательством протокола следственного эксперимента от 17 ноября 2023 года.

Показания ФИО1, содержащиеся в протоколе следственного эксперимента, даны им при допросе в качестве свидетеля, использование их против последнего в качестве доказательства, будет нарушать его право на защиту.

Кроме того, следственное действие имело место спустя более, чем три месяца, в другое время года, с совершенно иными климатическими и дорожными условиями. 

Оснований не согласиться с судом первой инстанции не имеется.

Учитывая, что заключение эксперта № от 14 марта 2024 года подготовлено на основании исследования, проведенного с учетом данных, полученных в ходе следственного эксперимента от 17 ноября 2023 года, судом правильно и данное заключение признано недопустимым доказательством.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона в ходе следственного эксперимента, проведенного в рамках выездного судебного заседания 7 октября 2024 года, не установлено. 

Не доверять заключению эксперта №, подготовленному на основании данных, полученных в ходе следственного эксперимента 7 октября 2024 года, оснований не имеется, установленные при проведении экспертизы обстоятельства подтверждаются совокупностью исследованных в суде доказательств, эксперт перед проведением экспертизы предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение эксперта является полным, обоснованным, исследования и выводы научно-мотивированы, изложены последовательно и понятно. 

В связи с чем, оснований для признания следственного эксперимента 7 октября 2024 года, заключения эксперта № недопустимыми доказательствами суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы, сводящиеся к недопустимости указанных доказательств, обоснованно отвергнуты в судебном решении с приведением убедительных мотивов, опровергающих какие-либо сомнения как в компетенции экспертов, так и в нарушении уголовно-процессуального закона при назначении повторной экспертизы судом и при ее производстве.

Вывод суда об отсутствии доказательств, свидетельствующих о нарушении ФИО1 требований ПДД РФ, надлежащим образом мотивирован, подтверждается материалами дела, оснований не согласиться с ним у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы представителя потерпевшего о том, что экспертом ФИО121 сделаны неверные выводы относительно расположения автомобиля «Нива Шевроле» в момент дорожно-транспортного происшествия материалами дела не подтверждаются. 

Ущемления прав потерпевшего при проведении следственного эксперимента 7 октября 2024 года не усматривается, в ходе проведения следственного эксперимента принимал участие представитель потерпевшего ФИО119, который имел возможность высказать имеющиеся возражения. 

С учетом дорожных и метеорологических условий Потерпевший №2 мог и должен был заметить приближающееся транспортное средство, в связи с чем показания потерпевшего Потерпевший №2 и свидетеля Свидетель №4, потерпевшей ФИО18 суд обоснованно признал недостоверными, противоречащими иным доказательствам. 

Указание представителя потерпевшего на то, что расстояние от дорожного знака «Примыкание второстепенной дороги», где ФИО1 уже увидел подъезжающий к перекрестку автомобиль потерпевшего, до перекреста составляет не менее 173 метров, не свидетельствует о том, что автомобиль под управлением ФИО1 находился на расстоянии более 50 метров от перекрестка в момент, когда Потерпевший №2 внезапно начал движение через перекресток, и о том, что у ФИО1 имелась техническая возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие. 

Доводы потерпевшего Потерпевший №2 о том, что в момент столкновения он уже двигался по своей полосе, а ФИО1 выехал на полосу встречного движения, в результате чего произошло столкновение, материалами дела не подтверждаются.

Напротив, установлено, что в случае, если бы водитель автомобиля «Митсубиси-Паджеро-Спорт» продолжил свое движение в пределах правой полосы проезжей части, то есть, не изменяя траектории движения, технически столкновение с автомобилем «Нива Шевроле» не исключалось, поскольку последний к моменту столкновения не покидал пределы полосы движения автомобиля «Митсубиси-Паджеро-Спорт».

В основном все доводы апелляционных представления, жалоб сводятся к переоценке доказательств, которые исследованы судом первой инстанции и получили оценку в приговоре.

При установленных обстоятельствах суд первой инстанции верно пришел к выводу, что ФИО1 по предъявленному органами предварительного расследования обвинению подлежит оправданию ввиду отсутствия в его действиях состава преступления.

Достоверно установлено, что ФИО1, следовавший по главной дороге и заметивший, что автомобиль марки «Нива Шевроле» остановился перед перекрестком со стороны второстепенной дороги, не предвидел и по обстоятельствам дела не должен был предвидеть, что другой участник движения (Потерпевший №2), остановившийся перед перекрестком для пропуска движущегося по главной дороге транспортного средства, внезапно начнет движение через этот перекресток, не пропустив ФИО1

При этом в судебном заседании установлено, то ФИО1 не имел технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие, имевшее место 1 августа 2023 года.

В ходе судебного разбирательства обеспечено соблюдение принципа состязательности и равноправия сторон. Данных о заинтересованности судьи в исходе дела, а также о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято, суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается. 

Из материалов уголовного дела видно, что все заявленные ходатайства сторонами разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Права сторон, в частности, на внесение в постановление о назначении судебной экспертизы дополнительных вопросов экспертам, ознакомление с заключением экспертов, вызове в судебное заседание и допросе экспертов, реализованы.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что приговор вынесен в соответствии со ст. 14, 73, 252, 302 УПК РФ и ст. 4, 49 Конституции РФ, составлен в соответствии с требованиями ст. ст. 304 - 306 УПК РФ.

Каких-либо существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора и которые в силу ст. 389.15 УПК РФ являются основанием для отмены или изменения судебного решения, судом первой инстанции при рассмотрении уголовного дела не допущено.

Представленные с жалобой фотографии под сомнение состоявшиеся выводы суда не ставят и на законность решения не влияют.

В связи с чем оснований для отмены или изменения приговора, в том числе и по доводам апелляционных представления и жалоб, суд апелляционной инстанции не находит. 

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 и ст. 389.33 УПК РФ, 

п о с т а н о в и л :

приговор Приморского районного суда Архангельской области от 27 декабря 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные представление государственного обвинителя ФИО120, жалобы потерпевшей ФИО18, потерпевшего Потерпевший №2, адвоката ФИО119 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Оправданный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Н.Ю. Копытко