Санкт-Петербургский городской суд

Рег. №: 22-7329/2017 Судья: Гершевский Ю.Р. 

Дело № 1-27/2017 

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Санкт-Петербург 28 ноября 2017 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Панфёрова С.А.,

при секретаре: Тимофеевой О.Р., 

с участием представителя потерпевшего МИФНС России №16 по г. Санкт-Петербургу П,

оправданного ФИО1,

защитников-адвокатов Орлова В.А., Изосимова А.Г.,

прокурора отдела Прокуратуры Санкт-Петербурга – Денищиц Е.А., старшего помощника прокурора Василеостровского района г. Санкт-Петербурга Свердлова М.Л., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление прокурора Василеостровского района г. Санкт-Петербурга на приговор Василеостровского районного суда г.Санкт- Петербурга от 30 мая 2017 года, которым

ФИО1, 

<

сведения о личности>, ранее не судимый, 

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 199 ч.1 УК РФ, в связи с отсутствием состава преступления.

За оправданным признано право на реабилитацию. Гражданский иск ИФНС №16 к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного преступлением, оставлен без рассмотрения. Арест на имущество ФИО1 постановлено отменить после вступления приговора в законную силу, разрешен вопрос о мере пресечения, процессуальных издержках. 

Заслушав доклад судьи Панфёровой С.А., выслушав помощника прокурора Василеостровского района Свердлова М.Л., прокурора отдела прокуратуры г. Санкт-Петербурга Денищиц Е.А., поддержавших доводы апелляционного представления, представителя МИФНС России №16 по г. Санкт-Петербургу П, полагавшего, что приговор подлежит отмене, оправданного ФИО1 и его защитников Орлова В.А., Изосимова А.Г., полагавших, что приговор законный и обоснованный, отмене или изменению не подлежит, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в уклонении от уплаты налогов с организации путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенное в крупном размере. 

Согласно предъявленному обвинению, ФИО1 умышленно, из личной корыстной заинтересованности, с целью получения личной выгоды в виде дохода от деятельности Общества, обеспечил предоставление ЗАО «

<

...>» в МИФНС России № 16 г. Санкт-Петербурга налоговых деклараций по НДС за 3,4 кварталы 2011г. и 1 квартал 2012г., налогу на прибыль за 2011-2012г., содержащих заведомо ложные сведения, в результате чего ЗАО «

<

...>» в период с 20.12. 2011г. по 28.03.2013г. не уплатило НДС в полном объеме, не перечислив в соответствующие бюджеты РФ денежные средства в размере: 777 547,53 руб. – за 3 квартал 2011г., 1 997 072,54 руб.- за 4 квартал 2011г., 7 584 406,77 руб.- за 1 квартал 2012г., а всего не перечислив и не уплатив НДС на общую сумму 10 0359 026,84 руб., а также не уплатило налог на прибыль организации в полном объеме, не перечислив в бюджет РФ денежные средства в размере: 3 082 911,18 руб., по договору с ООО «

<

...>» в 2011г., 8 427 118,65 руб. по договорам с ООО «

<

...>» в 2012г., а всего не перечислив налог на прибыль организации до 28.03.2012г. и 28.03.2013г. на общую сумму 11 510 029,83 руб.

Всего Общество не перечислило и не уплатило в федеральный бюджет РФ и бюджеты субъектов РФ налогов на общую сумму 21 859 056,67 руб., что составляет 21,43% от суммы налогов и сборов, подлежащих уплате ЗАО «

<

...>» за указанный период и является крупным размером.

Суд, после исследования доказательств установил, что обязательный признак объективной стороны преступления - уклонение от уплаты налогов в крупном размере стороной обвинения не доказан, т.к. имеются неустранимые сомнения в сумме неуплаченных налогов, ввиду наличия реальной возможности уменьшения сумм, указанных в предъявленном обвинении, что может исключить наличие обязательного квалифицирующего признака преступления крупный размер. 

Каких-либо сведений о том, что ФИО1 являлся фактическим руководителем ЗАО «

<

...>», участвовал лично в подготовке деклараций, их подписании или передаче в налоговые органы, исследованные судом доказательства, не содержат.

В апелляционном представлении и дополнении к нему, прокурор Василеостровского района г. Санкт-Петербурга указывает, что приговор подлежит отмене, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела по существу и оправдании ФИО1.

КОЗЫРЕВ контролировал финансово-хозяйственную деятельность ЗАО «

<

...>», фактически выполняя функции руководителя по экономике и финансовым вопросам, выполнением налоговых обязательств, будучи вице-президентом холдинга «

<

...>», в который входило ЗАО «

<

...>». С целью исполнения своих обязанностей ФИО1 был уполномочен давать подчиненным ему сотрудникам и службам поручения по кругу вопросов, входящих в его функциональные обязанности, контролировал уплату налогов всеми юридическими лицами, входящими в холдинг. Отмечает, что судом не дана оценка показаниям свидетеля С6 на предварительном следствии о том, что она, выполняя указания ФИО1 передала С2 его распоряжение о формировании документов по договору между ЗАО «

<

...>» и ООО «

<

...>» на выполнение последним монолитных работ, которые на самом деле были выполнены сотрудниками ЗАО «

<

...>». По распоряжению С6 действовавшей по указанию ФИО1, генеральный директор ЗАО «

<

...>» С1 подписал договор и декларацию. Показаниям свидетеля С1, о том, что налоги уплачивались по распоряжению ФИО1, показаниям свидетелей С2, С6, С7 С8, С9, С5, С4, о том, что фактическое руководство ЗАО «

<

...>» осуществлял ФИО1, данные в ходе предварительного расследования. Не указаны мотивы, по которым суд не признает их.

Доводы суда, о том, что установленные сотрудниками налоговой службы суммы не уплаченных ЗАО «

<

...>» налогов по договору с ООО «

<

...>» могут быть уменьшены на сумму фактически понесенных ЗАО «

<

...>» затрат при выполнении работ, указанных в этом договоре, является необоснованной, поскольку из показаний свидетеля С1 следует, что все расходы, которые понесло ЗАО «

<

...>» были реально отраженны в соответствующих налоговых декларациях. Отношения с ООО «

<

...>» фактически являются дополнительными необоснованными затратами.

В возражениях на апелляционное представление прокурора, адвокат Изосимов А.Г. указал, что руководство ЗАО «

<

...>» осуществлялось генеральным директором С1. Налоговые декларации составлялись главным бухгалтером. Юридически холдинг закреплен не был, указаний генеральному директору ФИО1 не давал. Данные обстоятельства подтверждены показаниями свидетелей, в ходе судебного следствия.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости отмены приговора в виду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со ст. 389.16 УПК РФ, приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

В приговоре суд не привел анализа всех доказательств стороны обвинения и не указал мотивы, по которым их отверг.

Делая вывод о том, что обязательный признак объективной стороны преступления – уклонение от уплаты налогов в крупном размере стороной обвинения не доказан, так как имеются неустранимые сомнения в сумме неуплаченных налогов, ввиду наличия реальной возможности уменьшения сумм, указанных в обвинении, суд первой инстанции ссылается на показания свидетеля Подгорной и акта налоговой проверки в отношении Общества, о том, что суммы не уплаченных Обществом налогов по договору с ООО «

<

...>» могут быть уменьшены на суммы фактически понесенных Обществом затрат при выполнении работ, указанных в этом договоре. Кроме этого ссылается на невозможность эксперта дать заключение о себестоимости выполненных работ по указанному договору, которые фактически были выполнены Обществом, так как отсутствуют необходимые документы. 

Приходя к такому выводу, суд не оценил показания свидетеля С1, оглашенные в судебном заседании ( т.5 л.д. 239-242), о том, что все работы по вышеуказанному договору выполнялись силами Общества, что подтверждается актом налоговой проверки, а также показаниями свидетелей С11, С12, С13, С14. Оценка показаниям С1 о том, что размер затрат по выполненным работам отражался в документации, которая предоставлялась налоговым органам, также не дана. 

Кроме этого, суд не дал оценки сведениям, содержащимся в акте налоговой проверки о том, что, исходя их анализа представленной для исследования исполнительной и иной документации, объем, выполненных монолитных работ, в том числе по организации ООО «

<

...>», подписанных генподрядчиком ЗАО «

<

...>» больше чем объем монолитных работ, выставленных генподрядчиком ЗАО «

<

...>» заказчику ЗАО «

<

...>». ООО «

<

...>» не являлось участником реальных хозяйственных операций, первичные документы составлены в целях создания видимости совершения хозяйственных операций, а в бухгалтерской и налоговой отчетности отражены хозяйственные операции фактически не осуществлявшиеся.

Таким образом, вывод суда о том, что уклонение от уплаты налогов в крупном размере стороной обвинения не доказан, так как имеются неустранимые сомнения в сумме неуплаченных налогов, преждевременный, сделан без должной оценки показаний свидетеля С1 во взаимосвязи с документами, представленными налоговыми органы для исчисления налогов, в уклонении от уплаты которых обвиняется ФИО1. 

Оправдывая ФИО1, суд сослался на то, что он не является субъектом преступления, предусмотренного ст. 199 ч. 1 УК РФ.

При этом суд указал, что в ЗАО «

<

...>» осуществляли трудовую деятельность генеральный директор Общества С1, главный бухгалтер С5. В ходе судебного следствия свидетели показали, что С1 и С5 реально осуществляли соответствующие функции, а ФИО1 фактического руководства Обществом не осуществлял. 

Каких-либо сведений о том, что ФИО1 участвовал лично в подготовке деклараций, их подписании, подачи в налоговые органы, исследованные судом доказательства, не содержат.

Составление договора подряда с ООО «

<

...>» и актов выполненных работ по этому договору само по себе не является уклонением от уплаты налогов, а является только способом сокрытия указанного деяния.

Судом установлено, что С4 был создан фактически существовавшее объединение юридических лиц –холдинг. Однако данное объединение с юридической точки зрения никак оформлено не было. Тот факт, что ФИО1 наименовался вице-президентом холдинга «

<

...>», который не был оформлен, сам по себе не свидетельствует, что КОЗЫРЕВ контролировал деятельность ЗАО в части финансовой и производственной деятельности. 

Оценивая исследованные судом доказательства, в той части, что С10 подписал договор от 01.05.2011г. ЗАО «

<

...>» и ООО «

<

...>», а С1 подписал акты выполненных работ по данному договору, который был им передан С2 по указанию С6, которая сослалась на ФИО1, как лицо, поручившее подписать указанные документы, суд не усмотрел в указанных действиях объективной стороны преступления. Кроме этого указал, что ни С10, ни С1, ни Горак не указывали на КОЗЫРЕВА как на лицо, которое предложило им подготовить документы, которые были в дальнейшем включены в налоговую отчетность, С6 в судебном заседании пояснила, что не помнит событий, связанных с ООО «

<

...>». В ходе предварительного следствия свидетель С6 не сообщала сведений о том, чтобы ФИО1 передавал ей смету или техническое задание для составления договора, указывал объемы работ, которые необходимо отразить в указанном договоре, то есть те обстоятельства, которые обосновывали сведения, содержащиеся в позднее представленных налоговых декларациях. Кто именно устанавливал цену договора, суммы денежных средств, которые должны были быть перечислены в ООО «

<

...>» за якобы выполненные работы никто из свидетелей по делу не сообщил.

Между тем, в ходе судебного разбирательства установлено, что ЗАО «

<

...>» входило в Инвестиционно-строительный холдинг «Петротрест», который в свою очередь имел органы управления.

Согласно исследованным в ходе судебного разбирательства документам: приказу о назначении ФИО1 на должность вице-президента холдинга по экономике и финансам, Положению о Инвестиционно-строительном холдинге «

<

...>», ФИО1 осуществлял определение финансовой политики Холдинга; руководство работой по управлению финансами Холдинга; возглавлял работу по формированию налоговой политики организаций Холдинга, налоговому планированию и оптимизации налогообложения; осуществлял контроль за состоянием, движением и целевым использованием финансовых средств, результатами финансово-хозяйственной деятельности, выполнением налоговых обязательств; принимал меры по обеспечению платежеспособности и увеличению прибыли организаций Холдинга, эффективности финансовых и инвестиционных проектов, рациональной структуры активов; организовывал работу по проведению анализа и оценки финансовых результатов деятельности организаций Холдинга и разработке мероприятий по повышению эффективности управления финансами; руководил деятельностью экономических финансовых подразделений организаций холдинга, организовывал работу по повышению квалификации работников. С целью исполнения своих обязанностей ФИО1 был уполномочен давать подчиненным ему сотрудникам и службам поручения, задания по кругу вопросов, входящих в его функциональные обязанности, контролировал уплату налогов всеми юридическими лицами, входившими в состав холдинга.

Из показаний свидетелей С1, С2, С6 данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании следует, что указания ФИО1 по вопросам финансов и экономики, подписанию документов были обязательными для исполнения. 

Из показаний свидетелей С1, С3, С8 также следует, что генеральные директора юридических лиц, входивших в состав Инвестиционно-строительного холдинга «

<

...>», не обладали полной властью по единоличному управлению организациями и распоряжению денежными средствами организаций, и подчинялись вице-президентам холдинга, согласно схеме подчиненности, исследованной в ходе судебного разбирательства. Из показаний свидетеля С4, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в ходе судебного разбирательства, который являлся учредителем всех организаций, входивших в состав Инвестиционно-строительного холдинга «

<

...>», президентом которого он являлся, следует, что вице-президент ФИО1 осуществлял контроль за исчислением и уплатой налогов, общее направление финансово экономической деятельности холдинга, отвечал за финансовые показатели холдинга, осуществлял анализ финансового состояния организаций.

Из показаний свидетелей: С6, С2, С5, С1 (показания в ходе предварительного следствия) следует, что С6 состояла в должности заместителя ФИО1, и бухгалтеры юридических лиц, входивших в холдинг, воспринимали ее как заместителя вице-президента Инвестиционно-строительного холдинга «

<

...>» ФИО1 по направлениям деятельности в экономике, финансах, бухгалтерскому учету и подчинялись ей, в связи с чем, выполняли все распоряжения ФИО1, которые последний передавал через С6 С6, выполняя распоряжение ФИО1 передала С2 распоряжение о формировании документов по договору между ЗАО «

<

...>» и ООО «

<

...>» на выполнение последним монолитных работ, которые на самом деле были выполнены сотрудниками ЗАО «

<

...>». По указанию С6, С1 подписал документы о выполнении работ по данному договору и документы по налогам, т.к. С6 сказала, что это указание руководства. 

В нарушение требований ст. 305 УПК РФ суд первой инстанции не дал в приговоре оценки изменению показаний свидетеля С6, С4, С2 Не оценил показания свидетелей: С7, С8, С9, С5.

Таким образом, суд первой инстанции при постановлении приговора не выполнил требования ст. 88 УПК РФ, согласно которой каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела.

Вышеизложенное свидетельствует о том, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд первой инстанции не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств, и отверг другие, что в свою очередь свидетельствует о несоответствии выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, и в силу ст. ст. 389.15, 389.16 УПК РФ является основанием для отмены приговора.

При таких условиях суд соглашается с доводами апелляционного представления прокурора Василеостровского района о том, что оправдательный приговор подлежит отмене.

В ходе нового рассмотрения уголовного дела необходимо объективно и всесторонне исследовать все обстоятельства дела, учесть вышеизложенное и принять законное, обоснованное и справедливое решение.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Василеостровского районного суда г. Санкт – Петербурга от 30.05.2017г. в отношении ФИО1 – отменить. Уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе со стадии судебного разбирательства, апелляционное представление прокурора Василеостровского района г. Санкт-Петербурга – удовлетворить.

Судья: