УИД 73RS0021-01-2025-000030-28

Дело 2-1-74/2025

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 февраля 2025 года г. Сенгилей

Сенгилеевский районный суд Ульяновской области в составе:

судьи Кузнецовой М.С. 

при секретаре судебного заседания Бессольцевой Ю.В.

с участием помощника прокурора Сенгилеевского района – Чемаровой А.А., 

а также с участием истцов ФИО2, ФИО3, представителя истцов – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО3 к ГУЗ «Барышская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью, расходов на погребение, 

установил:

ФИО4 обратилась в Сенгилеевский районный суд Ульяновской области с иском в интересах ФИО2, ФИО3 к ГУЗ «Барышская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью, расходов на погребение.

В обоснование исковых требований указала, что 17.07.2024г. водитель ФИО5, управляя технически исправным автомобилем «FORD TRANSIT», государственный регистрационный знак № (автомобилем скорой медицинской помощи), принадлежащим ГУЗ «Барышская районная больница», двигался по крайней левой полосе трехполосной проезжей части автомобильной дороги общего пользования федерального значения М-5 «Урал» Москва - Рязань - Пенза - Самара - Уфа - Челябинск, подъезд к 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> со скоростью 113 км/ч. Приближаясь к регулируемому перекрестку ФИО5, увеличив скорость движения до 133 км/ч, продолжил движение по левой полосе проезжей части в прежнем (прямом) направлении и с прежней скоростью, вследствие чего, неверно оценив дорожную обстановку, не уступил дорогу автомобилю УАЗ-31512, государственный регистрационный знак Е5420Т73, под управлением *** осуществившего маневр поворота налево на указанном перекрестке в направлении от 

<

адрес> в 

<

адрес> на разрешающий сигнал светофора, в результате чего было совершено столкновение. В результате данного ДТП, произошедшего по вине водителя ФИО5, являющегося сотрудником ГУЗ «Барышская районная больница» пассажиру автомобиля УАЗ - 31512 *** были причинены многочисленные телесные повреждения, которые расцениваются как тяжкий вред здоровью, от которых он скончался на месте происшествия. Приговором Ульяновского районного суда Ульяновской области от 11.11.2024г. сотрудник ГУЗ «Барышская районная больница» ФИО5 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ. Истцу ФИО2 умерший приходится мужем, истцу - ФИО3 умерший приходится отцом. В связи со смертью *** нам был причинен моральный вред, выраженных в физических и нравственных страданиях. Для истцов умерший был близким человеком, потеря которого явилась сильным потрясением для них. При жизни *** работал механиком в УВАУ ГА, и для ФИО2 его заработок и получаемая пенсия являлись важной частью семейного бюджета. После смерти *** на ФИО2 легла забота по уходу за его престарелой матерью ***, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (скончалась ДД.ММ.ГГГГ.). Кроме того, смерть *** в ДТП явилась второй трагедией для семьи истцов, поскольку в 2017 году в ДТП при аналогичных обстоятельствах погиб ***, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, приходящийся истцам сыном и братом. Размер причиненного морального вреда они оценивают в общей сумме 2 000 000 руб. (по 1 000 000 руб. каждому истцу). Кроме того, им также был причинен материальный ущерб на общую сумму 173 300 руб. В данном случае источник повышенной опасности, а именно автомобиль «FORD TRANSIT» принадлежит ГУЗ «

<

адрес> больница». То есть, использование автомобиля является деятельностью, которая может причинить опасность окружающим. Автомобиль «FORD TRANSIT» был застрахован в филиале ПАО СК «Росгосстрах» в 

<

адрес>. 28.10.2024г. ФИО2 получила от филиала ПАО СК «Росгосстрах» в 

<

адрес> частичную компенсацию ущерба, причиненного жизни и материального ущерба на общую сумму 484 170,95 руб. (из них 9 170,95 руб. материальный ущерб), ФИО3 01.112024г. получил компенсацию материального ущерба в сумме 15 829,05 руб. Таким образом, общая сумма компенсации материального ущерба составила 25 000 руб. (15 829,05 руб. + 9 170, 95 руб.). ФИО3 понес расходы на похороны в сумме 86 300 руб.; оставшаяся сумма материального ущерба составляет 70 471 руб. (86 300 руб. - 15 829 руб.). ФИО2 понесла расходы на поминки на общую сумму 87 700 руб.; оставшаяся сумма материального ущерба составляет 78 529,05 руб. (87 700 руб. - 9 170,95 руб.). 

Просит, с учетом уточнения исковых требований, взыскать с ГУЗ «Барышская районная больница» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 руб. и материальный ущерб в сумме 78 529,05 руб.; взыскать с ГУЗ «Барышская районная больница» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 руб. и материальный ущерб в сумме 70 471 руб.

В судебное заседание представитель ответчика, третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не явились. ФИО5 отбывает наказание в УФИЦ ФКУ ИК-

<

данные изъяты> по Ульяновской области. Представитель ответчика просил рассмотреть дело без его участия. 

Судом в соответствии со ст. 167 ГПК РФ рассмотрено дело в отсутствие не явившихся лиц.

В судебном заседании истцы ФИО2, ФИО3 на уточненных исковых требованиях настаивали, доводы, изложенные в уточненном исковом заявлении, поддержали. 

В судебном заседании представитель истцов – по доверенности ФИО4 уточненные исковые требования поддержала.

В письменном возражении на исковое заявление представитель ответчика – и.о. главного врача ГУЗ «Барышская районная больница» ФИО6 просил отказать в удовлетворении исковых требований, указав следующее. При определении размера компенсации морального вреда необходимо принять во внимание нормативные положения ГК РФ и разъяснения Пленума ВС РФ об учете степени вины причинителя вреда, вины потерпевшего, в связи с чем дать надлежащую правовую оценку фактическим обстоятельствам дела. Тем не менее, соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда в иске не приведены, не указано, почему заявленная сумма является обоснованной для компенсации морального вреда.

В расписке третье лицо ФИО5 с исковыми требованиями не согласился.

Выслушав истцов, представителя истцов, допросив свидетелей, заслушав заключение прокурора, участвовавшего в деле в соответствии с ч. 3 ст. 45 ГПК РФ, полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования, оставив вопрос о размере компенсации морального вреда на усмотрение суда, а также исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Как следует из материалов дела и установлено судом, около 12 часов 16 минут 17.07.2024г., более точное время в ходе следствия не установлено, водитель ФИО5, управляя технически исправным автомобилем «FORD TRANSIT», государственный регистрационный знак 

<

***> (автомобиль скорой медицинской помощи), двигался по крайней левой полосе трехполосной проезжей части автомобильной дороги общего пользования федерального значения М-5 «Урал» Москва-Рязань-Пенза-Самара-Уфа-Челябинск, подъезд к 

<

адрес> в направлении от 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> со скоростью 113 км/ч. Двигаясь таким образом с включенными световой и звуковой сигнализациями и приближаясь к регулируемому перекрестку, расположенному в районе 217 км + 800 м вышеуказанной автодороги, ФИО5, увеличив скорость движения до 133 км/ч, в нарушение пунктов 6.2, 6.13, 8.1, 8.2, 9.1, 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, а также требований дорожных знаков 3.24 «Ограничение максимальной скорости 70 км/ч», 5.15.1 «Направления движений по полосам», и дорожной разметки 1.18, согласно которым запрещается движений на красный сигнал светофора; при запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16); при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения; подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности; количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8; водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения; скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде совершения дорожно-транспортного происшествия и причинения в результате этого смерти и тяжкого вреда здоровью потерпевшим, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, то есть проявляя преступную небрежность, проигнорировав запрещающий движение в прямом направлении сигнал светофорного объекта, не остановился перед дорожным знаком 6.16 «стоп-линия» и, будучи проинформирован дорожным знаком 5.15.1 «Направления движение по полосам», продолжил движение по левой полосе проезжей части в прежнем (прямом) направлении и с прежней скоростью, вследствие чего, неверно оценив дорожную обстановку, не уступил дорогу автомобилю УАЗ-31512, государственный регистрационный знак Е5420Т73, под управлением ***, осуществлявшему маневр поворота налево на вышеуказанном перекрестке в направлении от 

<

адрес> к городу 

<

адрес> на разрешающий сигнал светофора, в результате чего около 12 часов 16 минут в вышеуказанный день на 217 км + 800 м данной автомобильной дороги на территории 

<

адрес> совершил с ним столкновение.

В результате описанного дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине водителя ФИО5 пассажиру автомобиля УАЗ-31512 *** по неосторожности причинены телесные повреждения, от которых он скончался на месте происшествия, водителю данного автомобиля *** и пассажиру автомобиля FORD TRANSIT *** по неосторожности причинены телесные повреждения, которые расцениваются как тяжкий вред здоровью.

Так, согласно заключению судебной медицинской экспертизы № от 09.08.2024г. у *** обнаружена 

<

данные изъяты>, которая квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения и в данном случае повлекшая за собой смерть. Причиной его смерти явилась тупая сочетанная травма тела, сопровождавшаяся множественными переломами костей скелета, повреждениями внутренних органов, осложненная кровопотерей и шоком, что и явилось непосредственной причиной смерти.

Виновность ФИО5 в указанном выше ДТП, а также причинение *** в результате ДТП тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения, повлекшего за собой смерть, подтверждаются вступившим в законную силу приговором Ульяновского районного суда 

<

адрес> от 11.11.2024г. по делу №, согласно которому ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, и подвергнут наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев, с заменой лишения свободы на принудительные работы сроком на 2 года 6 месяцев с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства (л.д.137-146).

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Учитывая изложенное выше, принимая во внимание ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что указанные в приведенном выше приговоре суда обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию.

Оценив представленные в материалы дела доказательства с точки зрения относимости, допустимости и в своей совокупности достаточности, суд приходит к выводу о том, что в ходе рассмотрения уголовного дела была доказана причинно-следственная связь между действиями ФИО5 и причинением смерти ФИО7

Вместе с тем, учитывая то, что ФИО5 совершил ДТП при исполнении им трудовых обязанностей, а именно являлся водителем автомобиля отделения скорой медицинской помощи в ГУЗ «Барышская районная больница», суд приходит к выводу о том, что ответственность по возмещению морального вреда должна быть возложена на ГУЗ «Барышская районная больница» как на работодателя причинителя вреда и владельца источника повышенной опасности (л.д. 123-127).

Истец ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходилась погибшему *** супругой, истец ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения – сыном (л.д. 117, 119).

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что истцы в связи со смертью супруга и отца испытали и продолжают в настоящее время испытывать моральные страдания, которые подлежат компенсации в денежном выражении. 

При решении вопроса о размере компенсации морального вреда суд учитывает следующее.

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 1101) и статьей 151 данного Кодекса.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей истцов.

Так, из пояснений истцов и показаний свидетелей *** и ***, допрошенных в судебном заседании, следует, что ***, его супруга ФИО2, их дети ФИО8 и ФИО3 ранее жили одной семьей в р.п. ФИО1 

<

адрес>. Затем ФИО3 зарегистрировал брак и переехал жить в 

<

адрес>, при этом почти каждые выходные приезжал домой к родителям и брату. *** и ФИО2 проживали совместно на протяжении почти 40 лет, вели общее хозяйство, воспитывали общих детей. *** работал, содержал семью. Также между всеми членами семьи были доверительные отношения, они постоянно помогали друг другу и другим родственникам. Кроме того, в 2017 году в семье истцов случилась трагедия, в результате ДТП при похожих обстоятельствах, что и у ***, погиб сын ФИО2 и брат ФИО3 – *** (л.д. 188-200).

Принимая во внимание обстоятельства произошедшего дорожно-транспортного происшествия, в результате которого наступила смерть ***, близость семейных отношения истцов с погибшим, характер и степень причиненных им нравственных страданий, вызванных потерей близкого человека, невосполнимость утраты, что является необратимым обстоятельством, нарушающим физическое и психологическое благополучие истцов, их право на родственные и семейные связи, а также принимая во внимание возраст истцов, их состояние здоровья, имущественное и финансовое положение ГУЗ «

<

адрес> больница», учредителем которого является Министерство здравоохранения 

<

адрес>, неосторожную форму вины водителя ФИО5, а также с учетом принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав истцов и осуществлении страховой компанией ПАО СК «Росгосстрах» ФИО2 выплаты в счет возмещения вреда в случае смерти родственника в размере 475 000 руб. (л.д. 50), суд приходит к выводу о том, что следует взыскать с ГУЗ «

<

адрес> больница» в пользу ФИО2 и в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда по 500 000 руб. каждому. 

При разрешении требования истцов о взыскании расходов на погребение суд учитывает следующее. 

В соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно части 1 статьи 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Согласно части 2 статьи 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от ДД.ММ.ГГГГ № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

В силу статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребение определяется как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В силу статьи 5 указанного Закона вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

В связи со смертью отца ФИО3 были понесены расходы на его погребение в размере 86 300 руб., что подтверждается договором на оказание ритуальных услуг № от 18.07.2024г., заказом № от 18.07.2024г., кассовыми чеками от 18.07.2024г. и 20.07.2024г. (согласно пояснениям истца в суде 20.07.2024г. он произвел доплату по договору от 18.07.2024г.) (л.д. 182-183, 208, 209).

При этом согласно договору обязательного страхования гражданской ответственности перевозчика за причинение вреда жизни, здоровью, имуществу пассажиров, а также акту и платежному поручению № от 01.11.2024г. ФИО3 страховой компанией ПАО СК «Росгосстрах» в счет возмещения расходов на погребение было выплачено 15 829,05 руб. (л.д. 51, 112).

Учитывая изложенное выше, суд считает необходимым взыскать с ГУЗ «Барышская районная больница» в пользу ФИО3 расходы на погребение в размере 70 470,95 руб. (86 300 руб. – 15 829,05 руб.).

Также в связи со смертью супруга ФИО2 были понесены расходы на его погребение (поминальные обеды в день похорон и на 40 день) в размере 87 700 руб., что подтверждается накладной № от 19.07.2024г., товарными чеками от 19.07.2024г. и 24.08.2024г. (л.д. 184-186).

При этом согласно договору обязательного страхования гражданской ответственности перевозчика за причинение вреда жизни, здоровью, имуществу пассажиров, а также акту и платежному поручению № от 28.10.2024г. ФИО2 страховой компанией ПАО СК «Росгосстрах» в счет возмещения расходов на погребение было выплачено 9 170,95 руб. (л.д. 50, 113).

Учитывая изложенное выше, суд считает необходимым взыскать с ГУЗ «Барышская районная больница» в пользу ФИО2 расходы на погребение, а именно расходы на поминальный обед в день похорон в размере 40 829,05 руб. (50 000 руб. – 9 170,95 руб.).

Вместе с тем, суд, определяя размер подлежащих возмещению расходов истцов на достойные похороны ***, учитывает, что организация поминального обеда на последующие дни (напр., 40 дней) в силу положений Закона о погребении и похоронном деле выходит за пределы действий по непосредственному погребению тела, в связи с чем такие траты не относятся к расходам на погребение. Поминальный обед на 40 день исходя из положений статьи 3 Федерального закона «О погребении и похоронном деле», в совокупности со статьей 1174 Гражданского кодекса Российской Федерации не относится к обрядовым действиям по захоронению, расходы, понесенные на него, превышают необходимые пределы, не отвечают требованиям разумности, соответственно, не подлежат возмещению за счет ответчика.

Таким образом, следует отказать в удовлетворении требования истца ФИО2 о взыскании расходов на поминальный обед на 40 день в размере 37 700 руб.

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО2, ФИО3 к ГУЗ «Барышская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью, расходов на погребение подлежат удовлетворению частично. 

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ГУЗ «Барышская районная больница» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7 339 руб. (3 000 руб. за требования неимущественного характера + 4 339 руб. за требования имущественного характера).

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО2, ФИО3 к ГУЗ «Барышская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью, расходов на погребение удовлетворить частично.

Взыскать с ГУЗ «Барышская районная больница» (ИНН №, ОГРН № в пользу ФИО2 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, расходы на погребение в размере 40 829,05 рублей, всего 540 829,05 рублей.

Взыскать с ГУЗ «Барышская районная больница» в пользу ФИО3 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, расходы на погребение в размере 70 470,95 рублей, всего 570 470,95 рублей.

Взыскать с ГУЗ «Барышская районная больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7 339 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Сенгилеевский районный суд Ульяновской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда – с 7 марта 2025 года.

Судья М.С. Кузнецова