Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Ростов-на-Дону 12 декабря 2019 года

Кировский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Пипник Е.В.

при секретаре Абасовой В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3846/2019 по иску ФИО1 к Российскому Союзу Автостраховщиков о взыскании компенсационной выплаты,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд с исковыми требованиями, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дородно-транспортное происшествие в результате которого был поврежден а/м 

<

данные изъяты> г/н №, принадлежащий на праве собственности ФИО1. Виновным признан водитель ФИО2, управлявший а/м 

<

данные изъяты> г/н № (справка по форме 154 от 06.04.2017г.; постановление по делу об административном правонарушении от 06.04.2017г., вынесенное в отношении ФИО2). Гражданская ответственность лица ответственного за причиненный вред застрахована в СК «Московия» по полису ЕЕЕ 0396120356, а гражданская ответственность потерпевшего застрахована не была, полис отсутствовал.

ФИО1 обратился в СК «Московия» с заявлением о выплате страхового возмещения. Однако страховая компания выплату не произвела.

Согласно отчету ИП. № стоимость восстановительного ремонта ТС истца с учетом износа равна 250 000 рублей, величина утраты товарной стоимости 32 500 рублей. Стоимость услуг независимого эксперт составляет 10 000 рублей. Кроме расходов, понесенных на услуги независимого эксперта ФИО1, обратился к ИП.., для диагностики ходовой части после ДТП, согласно квитанции к заказ-наряду №, стоимость данной услуги составила 1 000 рублей.

В адрес страховой компании была направлена претензия с требованием в добровольном порядке произвести выплату страхового возмещения. По истечению установленного законом срока выплата не была произведена.

ДД.ММ.ГГГГ Ленинским районным судом 

<

адрес> было вынесено заочное решение по гражданскому делу по иску ФИО1 к ООО СК «Московия» о взыскании суммы страхового возмещения. Указанное решение вступило в законную силу, выдан исполнительный документ ФС № от ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с тем, что ДД.ММ.ГГГГ ООО СК «Московия» исключена из соглашения о прямом возмещении убытков (реестр страховых организаций, исключенных из участников Соглашения о прямом возмещении убытков) и Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № ОД-2470 была отозвана лицензия на осуществление страховой деятельности, ДД.ММ.ГГГГ в адрес Российского Союза Автостраховщиков был направлен комплект документов для компенсационной выплаты.

По истечению 20 дневного срока в адрес ФИО1, было направлено уведомление, с просьбой о повторном предоставлении отчета независимой экспертизы №, выполненной ИП

ДД.ММ.ГГГГ в Российский Союз Автостраховщиков повторно был подан запрашиваемый комплект документов, но до настоящего времени выплата не была произведена.

Истец обратился в суд и просил взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 282500 рублей, штраф, неустойку в размере 1059375 рублей, а также судебные расходы.

Истец в судебное заседание не явился, о дате слушания извещался судом надлежащим образом.

Представитель истца по доверенности – ФИО3 в судебное заседание явился, исковые требования подержал в полном объеме. Полагал, что судебным экспертом составлено подложное заключение, которое не соответствует ни обстоятельствам ДТП, ни предоставленным доказательствам. В заключении эксперт изначально ввел в программный продукт неправильные параметры для реконструкции ДТП от 06.04.2017г. Эксперт указал, что первичный удар автомобиля 

<

данные изъяты>, гос. номер № пришелся в правую боковую часть автомобиля «Hyundai Solaris» гос. номер №, однако данное расположение ТС полностью противоречит как фотоматериалам, так и объяснениям сторон. Истец Бродзянский в своем объяснении от ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что удар пришелся в правую переднюю часть автомобиля, а не в правую боковую часть. Первичный удар пришелся именно в правую переднюю часть, о чем говорит разрушение переднего бампера и отсутствие следов трения о твердую поверхность на переднем правом крыле данного автомобиля. При использовании программного продукта V-Sim эксперт также вводил неверные параметры скорости движения двух ТС, автомобилю 

<

данные изъяты>» он указал заниженную скорость движения - от 10 до 40 км/ч, при том, что данный автомобиль мог двигаться по городу с разрешенной скоростью от 50 до 70 км/ч, скорость движения автомобиля 

<

данные изъяты> в своем заключении эксперт ФИО4 не указал, однако по графической модели, составленной V-Sim, видно, что автомобиль 

<

данные изъяты> проломил правую переднюю часть автомобиля «

<

данные изъяты>» на 30 см, что возможно только при движении задним ходом на скорости не менее 100 км/ч, достичь такой скорости на задней передаче автомобиля 

<

данные изъяты> технически невозможно, тем более, что расстояние от места парковки до места удара составляет всего около 6м, что не позволяет автомобилю развить скорость 100 км/ч. По фотографиям, имеющимся в деле, можно установить, что повреждения правой передней двери автомобиля от внешнего удара вообще нет, тем не менее, из материалов, имеющихся в деле, видно, что не автомобиль 

<

данные изъяты> врезается в боковую часть автомобиля «

<

данные изъяты>», а напротив, автомобиль «

<

данные изъяты>» правой передней частью врезается в левую заднюю часть автомобиля 

<

данные изъяты>. Согласно схеме, которая приложена к материалам дела, после удара в заднюю часть автомобиля 

<

данные изъяты> совершил движение по обратной траектории, т.к. его передние колеса были развернуты вправо, автомобиль «

<

данные изъяты>» продолжил движение прямо, т.к. его колеса были направлены прямо, расположение ТС на проезжей части после ДТП полностью соответствует схеме ДТП, составленной сотрудниками ДТП. В результате проведенных исследований эксперт не смог установить направление движения двух ТС во время удара по отношению друг к другу, указав на движение сзади вперед, справа налево. В заключении обозначена зона повреждения автомобиля «

<

данные изъяты>» в диапазоне от 65 до 105 см от опорной поверхности земли, лист дела 206, однако из материалов данного заключения видно, что в диапазоне повреждений не учтен разрушенный передний бампер автомобиля «

<

данные изъяты>», таким образом, диапазон повреждений «

<

данные изъяты>» должен составить от 40 до 105 см от опорной поверхности, что соответствует габаритам задней части автомобиля 

<

данные изъяты>. Ходатайствовал о приобщении к материалам дела рецензии на заключение судебной экспертизы, выполненной ООО «Оценка Плюс».

Представитель ответчика по доверенности в деле ФИО5 в судебное заседание явилась, возражала против удовлетворения исковых требований. Указала, что РСА не является правопреемником страховых организаций, у которых отозвана лицензия на осуществление страховой деятельности. Следовательно решение суда в отношении ООО СК «Московия» не является обязательным для РСА. Считала, что требования истца не доказаны и необоснованны, поскольку согласно выводов судебной экспертизы, повреждения ТС истца не могли быть получены в результате заявленного ДТП.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Суд, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Истцом заявлено, что ДД.ММ.ГГГГ, произошло дородно-транспортное происшествие, в результате которого был поврежден а/м 

<

данные изъяты> г/н №, принадлежащий ФИО1 

Виновным в ДТП признан водитель ФИО2, управлявший а/м 

<

данные изъяты> г/н № (справка по форме 154 от 06.04.2017г.; постановление по делу об административном правонарушении от 06.04.2017г., вынесенное в отношении ФИО2). 

Гражданская ответственность виновного лица застрахована в СК «Московия» по полису ЕЕЕ 0396120356, а гражданская ответственность потерпевшего застрахована не была, полис отсутствовал.

ФИО1 обратился в СК «Московия» с заявлением о выплате страхового возмещения. Однако страховая компания выплату не произвела.

Согласно отчету ИП № стоимость восстановительного ремонта ТС истца с учетом износа равна 250 000 рублей, величина утраты товарной стоимости 32 500 рублей. Стоимость услуг независимого эксперт составляет 10 000 рублей. Кроме расходов, понесенных на услуги независимого эксперта ФИО1, обратился к ИП. для диагностики ходовой части после ДТП, согласно квитанции к заказ-наряду №, стоимость данной услуги составила 1 000 рублей.

В адрес страховой компании была направлена претензия с требованием в добровольном порядке произвести выплату страхового возмещения. По истечению установленного законом срока выплата не была произведена.

ДД.ММ.ГГГГ Ленинским районным судом 

<

адрес> было вынесено заочное решение по гражданскому делу по иску ФИО1 к ООО СК «Московия» о взыскании суммы страхового возмещения. Указанное решение вступило в законную силу, выдан исполнительный документ ФС № от ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с тем, что ДД.ММ.ГГГГ ООО СК «Московия» исключена из соглашения о прямом возмещении убытков (реестр страховых организаций, исключенных из участников Соглашения о прямом возмещении убытков) и Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № ОД-2470 была отозвана лицензия на осуществление страховой деятельности, ДД.ММ.ГГГГ в адрес Российского Союза Автостраховщиков был направлен комплект документов для компенсационной выплаты.

РСА письмом от ДД.ММ.ГГГГ исх. № И-74240 запросил пакет документов, подтверждающий его на компенсационную выплату и размер причиненного ущерба, а именно: Копия паспорта технического средства (копии обеих сторон), с указанием нового собственника ТС, заверенная в установленном порядке; Оригинал договора купли-продажи; Справка о дорожно-транспортном происшествии, выданная ГИБДД - форма № (утверждена приказом МВД России от ДД.ММ.ГГГГ), заверенная в установленном порядке; Оригинал или копия постановления по делу об административном нарушении, заверенная в установленном порядке; Оригинал Экспертного заключения, оформленного в соответствии с действующим законодательством (акт осмотра ТС, калькуляция ущерба, фототаблица), подтверждающего размер требуемого возмещения. Для возмещения оплаты услуг независимого эксперта, услуг по эвакуации и хранению ТС представляются оригиналы документов (кассовый чек или бланк строгой отчетности), подтверждающих оплату данных услуг (Правила ОСАГО, п.4.14), что подтверждается распечаткой с сайта информация по почтовому правлению.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился в РСА с претензией, приложив черно-белые копии документов. 

РСА запросил надлежаще заверенный пакет документов письмом исх. № И-30152 от ДД.ММ.ГГГГ.

Федеральным Законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» № 40-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ определено, что страховым случаем по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств является наступление гражданской ответственности страхователя, иных лиц, риск ответственности которых застрахован по договору обязательного страхования, за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, которое влечет за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату.

В соответствии с законом возникновение обязанности страховщика возместить вред потерпевшему напрямую зависит от факта наступления страхового случая.

Согласно объяснениям водителя ФИО2, содержащимся в материалах административного дела, ДД.ММ.ГГГГ 18.50 он управлял ТС 

<

данные изъяты> г/н № в салоне находился один, в вечерние время суток без осадков, дорожное покрытие без видимых повреждений, совершая маневр движения задним ходом со стоянки на главную дорогу, не убедился в безопасности своего движения допустил столкновение с ТС 

<

данные изъяты> двигающимся по главной дороге. В результате ДТП ТС получил механические повреждения.

Согласно объяснениям водителя ФИО1, содержащимся в материалах административного дела, ДД.ММ.ГГГГ 18.50 он управлял ТС 

<

данные изъяты>, двигался со скоростью 20 км/ч. Внезапно со стоянки задним ходом выехал ТС 

<

данные изъяты>, он не успел среагировать и произошло столкновение в правую переднюю часть его автомобиля. После столкновения он сразу остановился.

Поскольку спорными вопросами по делу явились обстоятельства причинения повреждений и размер восстановительного ремонта автомобиля истца, определением районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена комплексная судебная трасологическая и авто-товароведческая экспертиза, производство которой поручено экспертам 

<

данные изъяты> (л.д.153-155). 

Согласно заключению 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, повреждения, имеющиеся на т\с 

<

данные изъяты> гос.ном. № не могли быть получены в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ. Расчет стоимости восстановительного ремонта т\с 

<

данные изъяты> гос.ном. № не производился. При этом экспертом указывается, что на поверхности передней крыла переднего правого автомобиля «

<

данные изъяты>» имеется обширный след в виде деформации, направленной справа налево и сзади наперед, на поверхности которой имеется объемная овальная вмятина, направленная справа налево и сзади наперед, от которой отходит несколько периферийных складок металла, направленных к передней части автомобиля «

<

данные изъяты>». Данные деформации покрыты несколькими трассами, направленными справа налево и сзади наперед. Крепеж крыла имеет следы неоднократного воздействия слесарного инструмента. Передняя часть правого переднего крыла автомобиля «

<

данные изъяты>» имеет несколько зон образования неглубоких разнонаправленных потертостей, а также множественные отслоения лакокрасочного покрытия на кромки. Стекло правой блок-фары автомобиля «

<

данные изъяты>» разрушено, покрыто множеством разно ориентированными и разнонаправленными царапинами с разрушением креплений по линии пайки пластика. Корпус правой блок-фары автомобиля «

<

данные изъяты>» имеет разрушение крепления по линии пайки пластика. Локализация повреждений на поверхности основного пятна контакта автомобиля «

<

данные изъяты>», их характер и направление образования свидетельствует о том, что равнодействующая сил прилагалась в направлении сзади наперед и справа налево. Имеются повреждения разнонаправленного характера следообразования, не вписывающиеся в единые траектории следообразования. В соответствии с построенной графической моделью, локализация и морфология образования повреждений автомобилей не соответствуют обстоятельствам заявленного ДТП, наблюдаем не возможность совмещения пятен контакта и линий ударов ТС, при заявленных обстоятельствах, как результата единого события, при конечном взаиморасположении объектов. При этом, произведя графическую реконструкцию с использованием алгоритма силовых моделей, с учетом взаиморасположения ТС, наблюдаем, что механизм следообразования, при заявленных обстоятельствах, не соответствует изложенному механизму ДТП. Локализация повреждений на поверхности основного пятна контакта автомобиля 

<

данные изъяты>», их характер и направление образования свидетельствует о том, что равнодействующая сил прилагалась в направлении сзади наперед и справа налево. Имеются повреждения разнонаправленного характера следообразования не вписывающиеся в единые траектории следообразования. Значит направления образования следов основного пятна контакта автомобиля «

<

данные изъяты>» не соответствует перекрестному столкновению двух поступательно сближающихся ТС. Конфигурация основного пятна контакта автомобиля «

<

данные изъяты>» свидетельствует о контактно-следовом взаимодействия с объемным следообразующим объектом имеющим выступ рельефа пониженной твердости при преобладании сил давления, на уровне задней части правого переднего крыла автомобиля «

<

данные изъяты>», а также меньший по площади выступ на уровне правой задней боковой части крышки капота автомобиля 

<

данные изъяты>». Также присутствуют разноориентированные повреждения обособленного зонального характера следообразования отображающие следообразующие объекты ограниченных зон контакта. Это не соответствует форме плоскости заднего бампера и крышки багажника автомобиля «

<

данные изъяты>», которые заявлены зоной контакта, а также должному динамическому следообразованию, что должно было привести к образованию значительных динамических повреждений на поверхности правой боковой части автомобиля «

<

данные изъяты>». Строение контактной поверхности следообразующего предмета определяет характер динамических следов. При этом повреждения правой передней боковой части автомобиля 

<

данные изъяты>» не соответствуют единой траектории проскальзывания контрпар при контакте с автомобилем движущимся в перекрестном направлении. Твердость следообразующего объекта, отобразившегося на поверхности правой передней боковой части автомобиля «

<

данные изъяты>», не сходна твердости левой задней угловой части автомобиля «

<

данные изъяты>», при перекрёстном столкновении. Индекс расчлененности рельефа задней левой угловой части автомобиля «

<

данные изъяты>», качественно, не соответствует индексу расчлененности повреждений автомобиля 

<

данные изъяты>». Согласно предоставленным и принятым исходным данных все участники ДТП находились в движении. В связи с тем, что импульс со стороны автомобиля 

<

данные изъяты>» был больше за счет скорости, автомобиль «

<

данные изъяты>» должен был быть смещен влево, а задняя часть автомобиля «

<

данные изъяты>» должна была быть развернута в направлении хода движения часовой стрелки. Это не соответствует конечному расположению ТС, топографии расположения повреждений автомобиля «

<

данные изъяты>», а именно отсутствию обширных смазанных деформаций и отпечатков с исходящими от них царапинами, образованными при разлете ТС. Таким образом, условия возникновения следов на поверхностях элементов оснащения автомобиля 

<

данные изъяты>» и заявленного следообразующего объекта, противоречат обстоятельствам, при которых данные транспортные средства могли взаимодействовать между собой, тем более в соответствии с развитием дорожно-транспортной ситуации, изложенной в административном материале, составленном по факту ДТП. При сравнительном анализе повреждений автомобиля 

<

данные изъяты>»» и заявленного объекта, используя мысленную фрагментарную реконструкцию, сопоставление формы объектов и графическое моделирование, можно утверждать, что контактно-следовое взаимодействие, при заявленных обстоятельствах, указанных выше объектов исследования, не происходило (л.д. 159-214).

Допрошенный в судебном заседании эксперт С.В.В. пояснил, что выводы судебной экспертизы поддерживает в полном объеме. При проведении исследования были проанализированы, изучены повреждения ТС истца, исследована морфология следообразования, исследованы направление и следы отображения на поверхности данного ТС, при этом данные следы также были исследованы с учетом заявленных обстоятельств ДТП и схемы места ДТП, которая отображает конечное расположение ТС. При исследовании повреждений автомобиля «HyundaiSolaris» было определено, что данные следы не соответствуют по морфологии следообразования заявленным обстоятельствам, имеют направление удара сзади наперед и справа налево, что не соответствует заявленным обстоятельствам. Конечное расположение ТС не соответствует объему повреждений, локализации повреждений, должным динамическим следообразованиям на поверхности боковой части автомобиля, при этом повреждения данного ТС не могли быть образованы в результате контакта двух поступательно сближающихся автомобилей, на что указывает их форма и морфология. Также на поверхности данного автомобиля присутствуют множественные следы монтажа и демонтажа элементов, множественные следы кустарного восстановления данных элементов, а также основная масса повреждений, которая заявлена в акте осмотра, на предоставленных фотографиях не зафиксирована. Фары имеют следы пайки, крыло, капот имеют следы неоднократного воздействия слесарного инструмента на головке болтов, также имеют неоднократные воздействия болты крепления усилителя бампера. Это свидетельствует о неоднократном монтаже, демонтаже данных элементов. Следов удара в правую заднюю дверь, правую переднюю дверь не имеется, хотя они должны быть. Картинка-это графическая реконструкция, она показывает, каким образом при данных обстоятельствах автомобили должны контактировать, но они не контактировали, для того, чтобы исследовать и сопоставить идентификационные признаки двух объектов, нужно понимать, какие следы должны быть, для этого производится компьютерное моделирование, для того, чтобы понимать какие следы должны быть. Компьютерное моделирование проведено при помощи программного комплекса V-Sim, для этого были воссозданы заявленные условия в части расположения ТС и следового контакта, были совмещены заявленные зоны контакта, при этом данное компьютерное моделирование при помощи силовой модели производит следообразование, разлет ТС на основании законов динамики и законов физики, данная программа была одобрена научно-методическим советом при министерстве юстиции и рекомендована для применения экспертами.

Суд отмечает, что представленное экспертами 

<

данные изъяты> заключение, получено с соблюдением процедуры обеспечивающей ответственность экспертов за результаты исследования.

Оценивая заключение 

<

данные изъяты> с учетом пояснений эксперта С.В.В., суд не усмотрел в нем недостатков, вызванных необъективностью или неполнотой исследования, полагая, что экспертные выводы о несоответствии повреждений ТС истца заявленным обстоятельствам ДТП изложены логично и последовательно, обоснованы как теоретическими выкладками, так и произведенными расчетами, представленными, в том числе, в наглядном схематическом изложении, с использованием лицензионного программного комплекса V-SIM, в связи с чем, суд, признавая обоснованность представленного заключения, считает необходимым использовать результаты судебной экспертизы в выводах решения. С учетом изложенного, суд принимает экспертизу, проведенную 

<

данные изъяты> в порядке ст. 67 ГПК РФ, в качестве средства обоснования выводов суда.

При этом доводы представителя истца, настаивающего на подложности выводов заключения 

<

данные изъяты> поскольку эксперт изначально ввел в программный продукт V-SIM неправильные параметры для реконструкции ДТП, суд оценивает как несостоятельные, противоречащие предоставленным в материалы дела доказательствам.

Так, довод о том, что при производстве судебной экспертизы автомобилю «

<

данные изъяты>» экспертом была указана заниженная скорость движения - от 10 до 40 км/ч, при том, что данный автомобиль мог двигаться по городу с разрешенной скоростью от 50 до 70 км/ч, находится в явном противоречии как с пояснениями самого истца ФИО1, содержащимся в материалах административного дела, согласно которым он управляя ТС 

<

данные изъяты>, двигался со скоростью 20 км/ч, так и с исследованной судом схеме места происшествия, согласно которой, расстояние от места столкновения автомобилей до заднего колеса остановившегося автомобиля 

<

данные изъяты> составляет 3 метра, что исключает возможность его движения перед столкновением на предельных значениях скоростного режима допустимого в условиях населенного пункта правилами дорожного движения.

Указанный в рецензии и озвученный истцовой стороной довод, согласно которому судебный эксперт строит выводы исключительно на проведенной графической реконструкции ДТП, и при этом, в результате проведенных исследований не смог установить направление движения двух ТС во время удара по отношению друг к другу и место первичного контакта, по мнению суда, носит надуманный и декларативный характер, по сути противоречит содержанию представленного суду экспертного заключения и свидетельствует о неконструктивном неприятии примененных судебным экспертом методологических подходов.

Суд полагает, что заявленные требования, как и представленная истцовой стороной рецензия №, выполненная ООО «Оценка+» и содержащая вывод о причинении всех повреждений автомобиля истца в заявленном ДТП, полностью игнорируют такие установленные обстоятельства как наличие признаков искусственного создания повреждений на ТС Хундай Соларис г.н. С 106 МВ 123, наличие на ТС истца повреждений не соответствующих заявленным обстоятельствам, имеющих как статический, так и разнонаправленный динамический характер следообразования, не объединенных единой траекторией следообразования, отсутствие на автомобиле истца повреждений, свидетельствующих о заявленном контакте с ТС «Лада 217230» г.н. М 346 НВ 123, несоответствие конечного положения автомобилей заявленным обстоятельствам.

Суд полагает установленным факт наличия на транспортном средстве ТС 

<

данные изъяты> гос.ном. № многочисленных признаков искусственного создания повреждений в целях создания доказательств заявленного дорожного происшествия: на поверхности данного автомобиля присутствуют множественные следы монтажа и демонтажа элементов, множественные следы кустарного восстановления данных элементов, основная масса повреждений, которая заявлена в акте осмотра, на предоставленных фотографиях не зафиксирована. Фары имеют следы пайки, крыло, капот имеют следы неоднократного воздействия слесарного инструмента на головке болтов, также имеют неоднократные воздействия болты крепления усилителя бампера, что свидетельствует о неоднократном монтаже, демонтаже данных элементов.

Суд полагает установленным факт очевидного несоответствия повреждений ТС 

<

данные изъяты> гос.ном. № объему и форме заявленного следообразующего объекта - ТС «

<

данные изъяты>» гос.номер №, что заведомо исключает заявленное истцом столкновение.

Таким образом, заявленный объем повреждений автомобиля 

<

данные изъяты> гос.ном. № не мог быть причинен вследствие столкновения с автомобилем «

<

данные изъяты>» при обстоятельствах заявленного события.

Суд полагает, что заявленные требования истца основаны лишь на формальных признаках - наличии видимых повреждений автомобиля ТС 

<

данные изъяты> гос.ном. № в зоне заявленного удара при полном игнорировании механизма реального развития событий, которые должны были произойти с транспортными средствами при обстоятельствах столкновения.

В силу изложенного, с учетом выводов судебной экспертизы, проведенной 

<

данные изъяты> факт причинения повреждений автомобилю ТС 

<

данные изъяты> гос.ном. №, под управлением ФИО1 в заявленном ДТП ДД.ММ.ГГГГ в результате виновных действий водителя ТС 

<

данные изъяты>» гос.номер № ФИО2 достаточного подтверждения не нашел, в силу чего, у ответчика РСА не возникло обязательств по компенсационной выплате.

Доводы истца, согласно которым, органом дознания водитель ФИО2 был признан виновником данного ДТП и согласно постановления по делу об АП на него было наложено административное взыскание, с учетом заключения 

<

данные изъяты> не могут повлиять на выводы суда, поскольку экспертом С.В.В. представлены обоснованные выводы, позволяющие сделать однозначное заключение о несостоятельности позиции об обстоятельствах ДТП, изложенной в постановлении по делу об АП и справке о ДТП, и об умышленном создании доказательств якобы стихийного повреждения транспортных средств в ходе заявленного дорожно-транспортного происшествия.

При этом, суд отмечает, что фиксируемая сотрудниками ГИБДД дорожная обстановка отражает не факт, а видимые последствия ДТП, тем более учитывая, что в задачу компетентных сотрудников, согласно их должностным инструкциям, не входит проведение дознания в случае если ДТП является инсценировкой, а заранее поврежденные транспортные средства были осмысленно и целенаправленно размещены на проезжей части для создания видимости дорожного происшествия, повлекшего материальный ущерб застрахованному имуществу.

Давая оценку доводам истца и возражениям ответчика, суд исходит из требований статьи 56 ГПК РФ, в силу которых каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые он ссылается как на основания своих требований и возражений. 

На основании совокупности исследованных доказательств, суд приходит к выводу, что требования истца в части взыскания компенсационной выплаты по договору ОСАГО, штрафа, неустойки и судебных расходов, по повреждениям ТС истца, образованным при неустановленных обстоятельствах, несостоятельны и противоречат требованиям действующего законодательства и фактически установленным данным.

Определением Кировского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена комплексная судебная трасологическая и автотовароведческая экспертиза, производство которой было поручено экспертам 

<

данные изъяты> оплата за проведение по делу судебной экспертизы возложена на ответчика. Суду не были представлены доказательства произведенной оплаты комплексной судебной трасологической и автотовароведческой экспертизы ответчиком. В связи с отказом в удовлетворении требований истца в полном объеме, расходы за проведение по делу комплексной судебной трасологической и автотовароведческой экспертизы в размере 24995,96 рублей подлежат взысканию с истца.

Руководствуясь ст.ст. 194-197 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Российскому Союзу Автостраховщиков о взыскании компенсационной выплаты – отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу 

<

данные изъяты> оплату за проведение комплексной судебной экспертизы в размере 24995,96 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Кировский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение суда изготовлено 16 декабря 2019 года.

СУДЬЯ: