Судья первой инстанции Смирнов А.В. № 22-3050/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 сентября 2024 года г. Иркутск 

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Федоровой Е.В.,

при ведении протокола помощником судьи Бронниковой А.А., 

с участием прокурора Яжиновой А.А.,

подсудимого ФИО1,

адвоката Казарина Н.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Казарина Н.А. на постановление Свердловского районного суда г. Иркутска от 9 августа 2024 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося Дата изъята в 

<

адрес изъят>, гражданина РФ, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст.33, п. «г» ч.4 ст.228.1 и ч.2 ст. 228 УК РФ,

возвращено прокурору Свердловского района г. Иркутска для устранения препятствий его рассмотрения судом, на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения. 

По докладу судьи Федоровой Е.В., выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

органом следствия ФИО1 обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст. 33, п. «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ, то есть пособничестве в незаконной пересылке наркотического средства, совершённой с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц, по предварительному сговору и ч. 2 ст. 228 УК РФ, то есть незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотических средств, совершенном в крупном размере. 

Дата изъята настоящее уголовное дело поступило в Свердловский районный суд г. Иркутска.

По результатам предварительного слушания постановлением Свердловского районного суда г. Иркутска 9 августа 2024 года уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору для устранения допущенных нарушений.

В апелляционной жалобе адвокат Казарин Н.А. не согласен с обжалуемым постановлением, считает его незаконным и необоснованным, вынесенным с существенными нарушениями уголовно-процессуального законодательства. 

Обращает внимание, что в постановлении от Дата изъята о назначении предварительного слушания суд сослался на наличие оснований для возвращения уголовного дела прокурору по п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ, вместе с тем обжалуемое постановление содержит иное основание для возвращения уголовного дела, а именно п.6 ч.1 ст. 237 УПК РФ, что является нарушением права ФИО1 на защиту, поскольку сторона защиты была лишена возможности заблаговременно предоставить суду мотивированные возражения. 

Не основаны на законе выводы суда о наличии в действиях ФИО1 признаков более тяжкого преступления, так как последний не мог сам себе сбыть либо переслать наркотическое средство, которое не находилось у него в незаконном обороте, а его действия были направлены исключительно на приобретение наркотического средства путем возмездной противоправной сделки, ответственность за которую предусмотрена положениями ст. 228 УК РФ.

При этом отмечает, что ФИО1 не выполнял объективную сторону пересылки наркотического средства, заключающуюся в передаче почтового отправления (конверта с содержимым), поскольку преступление считается оконченным с момента отправки письма с наркотическим средством адресату, и все действия совершались исключительно неустановленным лицом, осуществившим отправку этого конверта. 

Цитируя п.6 постановления Пленума ВС РФ от 15 июня 2006 г. № 14, полагает, что ФИО1 приобрел изъятое из оборота наркотическое средство, ответственность за которое предусмотрена ст. 228 УК РФ, признаваемое им в полном объеме.

В подтверждение своих доводов приводит и приобщает решения судов иных субъектов Российской Федерации.

Соглашается с выводами суда о сомнениях относительно размера наркотического средства, поскольку подход, при котором вес наркотического средства необходимо определять, суммируя вес непосредственно наркотического средства и его носителя (фрагмент бумаги), не установлен какими-либо методиками или нормативно-правовыми актами. Вместе с тем, считает, что указанное противоречие является устранимым без возвращения уголовного дела в порядке ст. 237 УПК РФ, то есть путем назначения повторной судебной экспертизы, по результатам которой действия ФИО1 могут быть переквалифицированы в сторону смягчения, что не исключает возможности постановления судом приговора или иного решения. 

На основании изложенного просит постановление суда отменить и уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции подсудимый ФИО1 и адвокат Казарин Н.А. поддержали доводы апелляционной жалобы и просили об их удовлетворении, а также об отмене постановления суда.

Прокурор Яжинова А.А. доводы апелляционной жалобы не поддержала, сославшись на законность и обоснованность вынесенного постановления. 

Изучив материалы уголовного дела, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

В силу положений действующего законодательства обвинительное заключение является итоговым процессуальным документом, завершающим стадию досудебного производства по уголовному делу. На основании составленного по делу и утвержденного прокурором обвинительного заключения дело рассматривается судом по существу, исходя из сформулированного в заключении обвинения. 

Исходя из положений ст. 237 УПК РФ, решение о возвращении уголовного дела прокурору по основанию, ухудшающему положение подсудимого, возможно лишь в случае, если из содержания обвинительного заключения с очевидностью следуют неверная квалификация описанного в нем деяния и необходимость предъявления более тяжкого обвинения, при этом непринятие мер по устранению таких нарушений в дальнейшем вынуждает суд принять решение, заведомо противоречащее закону.

По смыслу закона и в соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2017 года № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции», вне зависимости от мнения сторон и заявленных ходатайств суд по своей инициативе возвращает дело прокурору при наличии не устранимых судом существенных нарушений закона, указанных в пунктах 1 - 6 части 1 статьи 237 УПК РФ, допущенных в досудебном производстве по уголовному делу и являющихся препятствием к постановлению приговора или вынесению иного итогового решения.

Суд апелляционной инстанции полагает, что мотивы для возвращения уголовного дела прокурору, приведенные в постановлении, соответствуют указанным положениям закона.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 обвиняется в том, что он вступил в предварительный сговор с лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, на незаконное перемещение наркотических средств из 

<

адрес изъят>, посредством почтового отправления. В соответствии с отведенной ролью ФИО1 предоставил лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, необходимые сведения для отправки в свой адрес почтового отправления с вложением наркотического средства.

В дальнейшем наркотическое средство, находившееся в почтовом отправлении, а именно в помещении отделения почтовой связи АО «Почта России» Номер изъят, расположенном по адресу: 

<

адрес изъят>, ФИО1 получил, после чего был задержан сотрудниками и доставлен в отдел полиции 

<

адрес изъят>, где в ходе личного досмотра был обнаружен и изъят бумажный конверт с находящимся внутри наркотическим средством.

Действия ФИО1A. квалифицированы органом следствия по ч.5 ст.33, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, как пособничество в незаконной пересылке наркотического средства, совершённой с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц, по предварительному сговору.

По результатам предварительного слушания, суд первой инстанции вынес постановление о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии с положениями ст. 237 УПК РФ.

При этом, суд свое решение обосновал тем, что действия ФИО1 необоснованно квалифицированы по ч. 5 ст. 33, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как пособничество в незаконной пересылке наркотического средства, поскольку фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о том, что ФИО9 выполнил все действия, составляющие объективную сторону незаконной пересылки наркотического средства, что он не только содействовал совершению данного преступления предоставлением информации в виде своих данных и почтового индекса, необходимой для незаконной пересылки наркотического средства, но и выбрал способ доставки именно путём почтового отправления, вступив в предварительный сговор с неустановленным лицом, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, которому перевёл денежные средства, необходимые для приобретения им наркотического средства. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, учитывая описание изложенных в обвинительном заключении обстоятельств преступных действий ФИО1, указывающих на то, что они были направлены на незаконное перемещение наркотического средства из 

<

адрес изъят> в 

<

адрес изъят> посредством почтового отправления, и что в соответствии с отведенной ролью подсудимый предоставил лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, и с которым он вступил в предварительный сговор, необходимые сведения для отправки в свой адрес почтового отправления с вложением наркотического средства, которое в дальнейшем было изъято сотрудниками правоохранительных органов. 

Данная позиция согласуется с разъяснениями, изложенными в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», согласно которым, под незаконной пересылкой следует понимать действия лица, направленные на перемещение наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, адресату (например, в почтовых отправлениях, посылках, багаже с использованием средств почтовой связи, воздушного или другого вида транспорта, а также с нарочным при отсутствии осведомленности последнего о реально перемещаемом объекте или его сговора с отправителем), когда эти действия по перемещению осуществляются без непосредственного участия отправителя. 

Таким образом, действия ФИО1, выразившиеся в получении почтового отправления подтверждают его осведомленность о наличии в почтовом отправлении наркотического средства и обнаруживают его умысел на совершение незаконной пересылки наркотического средства. 

То обстоятельство, что подсудимый, действуя в составе группы лиц по предварительном сговору, не являлся отправителем, а выступал в роли получателя наркотического средства, не исключает наличие в его действиях состава преступления - незаконной пересылки наркотических средств.

Не может не согласиться суд апелляционной инстанции и с выводами суда о том, что Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, не содержит указания на то, что бумага может учитываться в качестве нейтрального компонента, масса которого подлежит включению в общий размер наркотического средства при определении его размера. 

Так, в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 1 октября 2012 г. № 1002, действительно, для всех смесей, в состав которых входит хотя бы одно наркотическое средство или психотропное вещество, перечисленное в списке 1, независимо от их содержания в смеси, размер определяется исходя из значительного, крупного и особо крупного размера, применяемого для наркотического средства или психотропного вещества списка 1. Вместе с тем, этот же нормативный правовой акт не содержит прямых предписаний, в соответствии с которыми бумажный носитель мог бы учитываться в качестве субстанции, масса которой подлежит включению в общий размер наркотического средства.

Таким образом, выводы суда о том, что при оценке действий ФИО1 следует исходить из размера наркотического средства, установленного в порядке, предусмотренном Постановлением Правительства Российской Федерации от 1 октября 2012 г. № 1002, то есть исходя из массы установленного экспертным путем собственно наркотического средства, заслуживают внимание.

Доводы апелляционной жалобы о том, что в постановлении суда от Дата изъята суд не сослался на п.6 ч.1 ст. 237 УПК РФ, не колеблют выводы суда о необходимости возвращения уголовного дела прокурору именно по этому основанию. 

В связи с вышеизложенным, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что судом первой инстанции принято законное и обоснованное решение о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, с указанием конкретных обстоятельств и мотивов для его вынесения.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих по своим основаниям отмену или изменение обжалуемого постановления, не установлено. 

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционных доводов защитника не имеется, как и не имеется оснований для изменения меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подсудимому ФИО1, с учетом требований ст. 97 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Свердловского районного суда г. Иркутска от 9 августа 2024 года о возвращении уголовного дела по обвинению ФИО1 прокурору Свердловского района г. Иркутска оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Казарина Н.А. - без удовлетворения. 

Меру пресечения подсудимому ФИО1 оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово).

В случае обжалования подсудимый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении кассационной жалобы судом кассационной инстанции. 

Председательствующий Е.В. Федорова