Председательствующий: судья Мамоля К.В. Дело № 22- 5532/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красноярск 21 августа 2025 года 

Красноярский краевой суд в составе: 

председательствующего судьи Мугако М.Д., 

при секретаре Бурмакиной О.Г., 

с участием прокурора Анисимовой И.А., 

адвоката Адлейба О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Киселева Ю.М. на приговор Курагинского районного суда Красноярского края от 5 декабря 2024 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты>, 

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году 10 месяцам ограничения свободы с установлением ограничений не изменять место жительства и не выезжать за пределы 

<

адрес> без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания, возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы один раз в месяц для регистрации,

заслушав выступление участвующих лиц, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ

ФИО1 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, имевшее место 

<

дата> в 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Осужденный ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступлении не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Киселев Ю.М. в интересах осужденного ФИО1 указывает о несогласии с приговором, считает его незаконным и подлежащим отмене, ввиду того, что изложенные в приговоре выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, при этом судом был нарушен уголовный закон, а также были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона. 

Полагает, что судом было существенно нарушено право осужденного на защиту, поскольку он как защитник о дате судебного заседания 

<

дата> был извещен несвоевременно, данного времени ему было недостаточно для подготовки к судебному заседанию. При этом, в ходе судебного разбирательства данный вопрос не выяснялся. Указание в протоколе об обратном несостоятельно, в связи с чем, им были поданы замечания на протокол судебного заседания. 

Полагает, что в действиях ФИО1 состав преступления отсутствует, а общественно-опасные последствия в виде причинения потерпевшей тяжкого вреда здоровью наступили не как следствие нарушений Правил дорожного движения со стороны ФИО1, а по причине нарушения Правил самой потерпевшей.

Вопреки требованиям закона суд, нарушил принцип равноправия сторон, при этом не мотивировал свои выводы, почему отвергает одни, но принимает другие доказательства.

Факт движения ФИО6 по обочине не подтверждается. 

Допрошенные свидетели, кроме Свидетель №9, очевидцами происшествия не являлись, а показания свидетеля Свидетель №9 в части того, что момента наезда на Потерпевший №1 она не видела, в приговоре не отражены и им не дана оценка. 

Выезд ФИО1 на обочину также ничем объективно не подтвержден.

В ходе предварительного следствия ФИО1 давал последовательные и логичные показания, в отличие от потерпевшей и свидетеля Свидетель №9

Показания свидетеля Свидетель №13 в части видимости на участке дороги являются недостоверными и опровергаются протоколом следственного эксперимента. 

Считает, что обстановка, зафиксированная при проведении четырех осмотров места происшествия на месте ДТП, не соответствует той, что была в день ДТП, так как осмотры проведены спустя длительное время после происшествия. 

Рапорт об обнаружении признаков преступления датирован 

<

дата>, а не 

<

дата>, как указано в приговоре, а оглашенный государственным обвинителем рапорт от 

<

дата> в перечень доказательств судом не включен.

Полагает, что протокол осмотра места происшествия от 

<

дата>, в ходе которого у Потерпевший №1 был изъят велосипед и протокол осмотра данного велосипеда по своей сути ничего не доказывают. На изъятом у Потерпевший №1 велосипеде никаких повреждений обнаружено не было.

Протокол следственного эксперимента от 

<

дата> не опровергает довод стороны защиты о движении Потерпевший №1 по проезжей части дороги. Не согласен с установлением следователем и судом скорости движения потерпевшей.

Также полагает, что не являются доказательствами инкриминируемого ФИО1 деяния, приведенные в приговоре в качестве доказательств акты освидетельствования ФИО1, Потерпевший №1 и Свидетель №9 на состояние алкогольного опьянения и результаты анализов, протокол выемки от 

<

дата>, протокол осмотра предметов от 

<

дата>, протокол выемки от 

<

дата>, протокол осмотра предметов от 

<

дата>. 

Кроме того, схемы, имеющиеся в материалах дела в №, в ходе судебного следствия фактически не исследовались, они не отвечают критерию достоверности и не имеют признаков официальных документов. 

Щебеночная насыпь не является обочиной, в связи с чем обвинение ФИО1 в части нарушения им п. 9.9 ПДД РФ является надуманным и недоказанным. 

Вывод о нарушении ФИО1 п.п. 10.1, 19.2 ПДД РФ, с учетом ослепления солнцем, судом сделан неверно. 

Полагает, что судом сделан неверный вывод о том, что ФИО1 при необходимой внимательности и предусмотрительности, должен был и мог предвидеть возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1

Просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор.

Прокурором на апелляционную жалобу поданы возражения, в которых он полагает, что доводы жалобы несостоятельны, просит оставить приговор без изменения, жалобу без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В судебном заседании ФИО1 вину в инкриминируемом деянии не признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ.

Однако, суд апелляционной инстанции, проанализировав представленные доказательства, полагает, что вина осужденного ФИО1 в совершении преступления подтверждается совокупностью доказательств, собранных в ходе предварительного расследования и исследованных в судебном заседании.

Так, согласно показаниям потерпевшей Потерпевший №1, данным в ходе судебного заседания, а также данным в ходе предварительного следствия и оглашенными в суде, 

<

дата> около 8 часов утра она и ФИО7 ехали на своих велосипедах по обочине, а именно по щебеночной насыпи между отбойником моста и асфальтом, где на них совершил наезд автомобиль под управлением ФИО1 

Показания потерпевшей подтверждаются показаниями свидетеля Свидетель №9 об обстоятельствах наезда автомобиля на нее и Потерпевший №1, в том числе в части того, что она ехала по обочине.

Как следует из показаний свидетеля Свидетель №13, подъехавшего на место преступления непосредственно после ДТП, он видел, что на месте ДТП находился автомобиль и два велосипедиста на обочине. 

Тот факт, что субъективное восприятие видимости дороги на участке ДТП свидетеля Свидетель №13 не совпадает с данными, отраженными в протоколе следственного эксперимента, не свидетельствует о недостоверности как показаний, так и протокола следственного эксперимента.

Из показаний свидетелей Свидетель №10 и Свидетель №11 (инспекторов ДПС ГИБДД МО МВД России «

<

данные изъяты>», оформлявших документы на месте ДТП), следует, что с правой стороны по ходу движения автомобиля ФИО1 в месте наезда на велосипедистов имелась грунтовая обочина.

Наличие грунтовой обочины в один уровень с дорогой так же подтверждается показаниями свидетеля Свидетель №15 (старшего государственного инспектора дорожного надзора отдела ГИБДД МО МВД России «

<

данные изъяты>»), выезжавшего со следователем на место ДТП, участвовавшего в осмотре места происшествия.

Кроме того, виновность ФИО1 подтверждается и иными доказательствами, исследованными судом первой инстанции и приведенными в приговоре.

Оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетеля Свидетель №9, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в части того, что они двигались по обочине, не имеется, поскольку они согласуются между собой, а так же с иными исследованными судом доказательствами.

Данных, свидетельствующих о заинтересованности потерпевшей и свидетеля Свидетель №9 при даче показаний в отношении ФИО1, оснований для его оговора, равно как и неустраненных судом противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих эти показания под сомнение, противоречий между иными, приведенными в приговоре доказательствами, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решения суда о виновности ФИО1, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, доводы защитника о том, что потерпевшая ехала не по обочине, а по дороге, в связи с чем является виновной в ДТП, являются несостоятельными. 

Выводы суда о нарушении ФИО1 требований п. 10.1, 9.9, 19.2 Правил дорожного движения Российской Федерации судом подробно мотивированы в приговоре. Основание не согласиться с выводами суда у суда апелляционной инстанции не имеется. Так, скорость автомобиля ФИО1, с учетом изменения траектории движения дороги и его ослепления солнцем, не обеспечила постоянный контроль за движением автомобиля, в результате чего водитель ФИО1 выехал на обочину и допустил столкновение с управлявшей велосипедом потерпевшей (п. 10.1). При ослеплении ФИО1 в силу требований Правил дорожного движения Российской Федерации был обязан, не меняя полосы движения, снизить скорость и остановиться, чего не сделал (п. 19.2). Движение транспортных средств по обочинам запрещено Правилами дорожного движения Российской Федерации (п. 9.9). 

Вместе с тем, п. 24.2 Правил дорожного движения Российской Федерации разрешает движение велосипедистов в возрасте старше 14 лет по обочине в случае, если отсутствуют велосипедная и велопешеходная дорожки, полоса для велосипедистов либо отсутствует возможность двигаться по ним или по правому краю проезжей части.

Осмотры места происшествия, с содержанием которых не согласен защитник, являются допустимыми доказательствами, поскольку проведены в соответствии с требованиями ст. 176, 177, 180 УПК РФ. Доводы защитника о том, что обстановка на месте преступления, зафиксированная в ходе осмотров, не соответствует той, что была в день ДТП, являются голословными. Напротив, протоколами осмотров подтверждены показания потерпевшей, аналогичным образом описавшей в своих показаниях место ДТП. Указание следователем в протоколе осмотра места происшествия от 

<

дата> расчета скорости движения велосипеда какие-либо требования уголовно-процессуального закона не нарушает.

Допустимым доказательством, полученным в соответствии со ст. 181 УПК РФ, являются и протоколы следственных экспериментов от 

<

дата> и 

<

дата>, проведенных с участием потерпевшей, осужденного и его защитника, в ходе которых воспроизведена обстановка дорожно-транспортного происшествия. Указание следователем в протоколе следственного эксперимента от 

<

дата> времени проезда на велосипеде участка обочины какие-либо требования уголовно-процессуального закона не нарушает.

В качестве доказательств в приговоре, вопреки доводам защитника, обоснованно приведены сведения о проведенных освидетельствованиях, в ходе которых не установлено опьянения у потерпевшей и осужденного, протоколы выемки от 

<

дата> и 

<

дата>, протоколы осмотра предметов от 

<

дата> и 

<

дата>, в ходе которых изъяты и осмотрены автомобиль и документы на него, детализация телефонных соединений. Данные доказательства имеют отношение к делу, содержат сведения, необходимые для установления фактических обстоятельств преступления. 

Тот факт, что на осмотренном следователем велосипеде потерпевшей каких-либо следов не обнаружено, не опровергает вывод суда о виновности ФИО1

Исходя из показаний потерпевшей и свидетелей, протоколов осмотра места происшествия судом верно установлено наличие обочины дороги, где произошел наезд на потерпевшую, в понимании термина «обочина», как элемента дороги, примыкающего непосредственно к проезжей части, отличающегося типом покрытия (Общие положения Правил дорожного движения Российской Федерации).

Доводы жалобы о недоказанности вины ФИО1 в инкриминируемом ему деянии тщательно проверялись в суде первой инстанций и обоснованно отвергнуты.

Собранные доказательства по уголовному делу свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи между допущенными ФИО1 нарушениями правил дорожного движения и наступившими последствиями в виде тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1

Имеющие значение по делу юридически значимые фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления установлены судом верно. 

Дав собранным и исследованным доказательствам всестороннюю, полную и объективную оценку, суд пришел к обоснованному выводу о виновности осужденного ФИО1 в совершении преступления. 

Вина ФИО1 Д,М. подтверждена подробно приведенными в приговоре доказательствами, относимость, допустимость и достоверность которых сомнений не вызывает.

Вопреки доводам жалобы стороны защиты, выводы суда основаны на доказательствах, полученных в установленном законом порядке, исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Суд, в том числе, мотивировал, почему критически относится к схеме места ДТП, составленной сотрудниками ГИБДД 

<

дата>, а именно, поскольку она составлена без участия потерпевшей и опровергается иными доказательствами. Оснований не согласиться с такой оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией осужденного и защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене приговора.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно, при этом выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны исключительно на исследованных материалах дела, которым суд дал надлежащую оценку, а потому доводы жалобы в этой части не могут быть приняты во внимание.

Процессуальных нарушений, влекущих отмену приговора, как на стадии предварительного расследования, так и судом не допущено.

Ошибка в указании в приговоре даты рапорта начальника ОГИБДД МО МВД «

<

данные изъяты>» об обнаружении признаков преступления от 

<

дата>, при том, что он оглашался в судебном заседании (как следует из письменного и аудио протоколов), не свидетельствует о незаконности принятого судом решения.

Исходя из аудиозаписи судебного заседания от 

<

дата> действительно, как указывает защитник, судом не исследовался ответ администрации 

<

адрес> с приложением схемы мостового сооружения, а так же не исследовался в части осмотра данного вещественного доказательства протокол осмотра от 

<

дата>.

Учитывая изложенное, из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению при описании содержания протокола осмотра документов от 

<

дата> указание на осмотр схемы мостового сооружения, а так же на листы дела №

Исключение указанных положений из приговора не влияет на вывод суда о вине ФИО1, подтверждённый совокупностью иных доказательств, достаточных для такого вывода.

Доводы защитника о нарушении права на защиту в связи с его несвоевременным извещением о дате судебного заседания, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку как следует из представленных материалов уголовного дела, извещение о дате судебного заседания на ФИО27 направлено адвокату Киселеву Ю.М. заблаговременно 

<

данные изъяты> из протокола судебного заседания и аудиозаписи от 

<

дата> следует, что защитник против начала судебного следствия не возражал, об отложении судебного заседания не ходатайствовал, в последующих судебных заседаниях также не был лишен возможности осуществлять защиту интересов ФИО1 Вопреки доводам жалобы, замечания на протокол судебного заседания были рассмотрены председательствующим, удостоверены в обжалуемой части.

Вопреки доводам защитника уголовное дело возбуждено 

<

дата> следователем законно, с соблюдением требований ст. 146 УПК РФ, при наличии повода в виде сообщения о преступлении, а так же основания - достаточных данных, указывающих на признаки преступления. Сроки проведения доследственной проверки не могут свидетельствовать о незаконности возбуждения уголовного дела при наличии надлежащих повода и основания.

Исследовав обстоятельства дела и дав оценку всем доказательствам в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 и правильно квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

При назначении наказания осужденному суд учел положения ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, фактические обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, характеризующие данные и совокупность смягчающих наказание обстоятельств, которые установлены в полной мере. 

Отягчающих наказание осужденного обстоятельств судом не установлено. 

Выводы суда о назначении ФИО1 наказания за преступление небольшой тяжести в виде ограничения свободы соответствуют требованиям ст. 53 УК РФ, в приговоре мотивированы и признаются судом апелляционной инстанции правильными.

Суд апелляционной инстанции считает, что наказание осужденному ФИО1 в виде ограничения свободы назначено справедливое, чрезмерно суровым оно не является. Оснований для смягчения назначенного осужденному наказания не имеется.

Из протокола судебного заседания видно, что судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273-291 УПК РФ с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права, дело рассмотрено судом объективно и всесторонне, в условиях, обеспечивающих исполнение сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, предусмотренных положениями ст.15 УПК РФ.

Каких-либо данных, свидетельствующих о нарушении прав участников процесса, в том числе и связанных с реализацией права на защиту, судом апелляционной инстанции не установлено ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия. 

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, которые могли бы повлечь отмену или изменение приговора по делу, в том числе, по доводам апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции не усматривается.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ

Приговор Курагинского районного суда Красноярского края от 5 декабря 2024 года в отношении ФИО1 изменить,

исключить из описательно-мотивировочной части приговора при описании протокола осмотра документов от 

<

дата> указание на осмотр схемы мостового сооружения, а так же на листы дела №,

в остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор могут быть обжалованы в кассационном порядке по правилам Главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий ФИО15