УИД 59RS0007-01-2024-007941-69

Дело № 33-10045/2025

(номер дела в суде первой инстанции 2-5308/2025)

Мотивированное 

апелляционное определение

изготовлено 26 декабря 2025 года

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Пермь 12 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Хузяхралова Д.О.,

судей Братчиковой М.П., Мехоношиной Д.В.,

при ведении протокола помощником судьи Будиловой К.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Россети Урал» о расторжении договора, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа,

по апелляционной жалобе публичного акционерного общества «Россети Урал» на решение Свердловского районного суда города Перми от 12 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Хузяхралова Д.О., пояснения представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, изучив материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ПАО «Россети Урал» о расторжении договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 03 июля 2023 года № **, взыскании денежных средств 122 935 рублей, штрафа, компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указала, что 3 июля 2023 года между истцом и ответчиком заключен договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № **. Согласно условий вышеуказанного договора, ответчик принял обязанность провести мероприятия по технологическому присоединению энергопринимающих устройств истца к электрическим сетям, стоимость технологического присоединения составила 128191 рубль копеек, оплата произведена в полном объеме, срок выполнения работ - 6 месяцев с момента оплаты. Ввиду неисполнения ПАО «Россети Урал» принятых на себя обязательств в установленный срок истец обратилась к ответчику с заявлением о расторжении договора и возвращении уплаченных денежных средств. Ответчик направил ей соглашение о расторжении договора и акт компенсации фактических затрат в размере 55901 рубль 23 копейки, с чем истец не согласна в части зачета стоимости проектно-изыскательских и накладных расходов в размере 50645 рублей 23 копейки ввиду отсутствия документального подтверждения этих расходов. Полагала, что возмещению ответчику подлежат только расходы на подготовку и выдачу технических условий в сумме 5 256 рублей, остальные денежные средства подлежат возврату. Поскольку ответчиком не были удовлетворены ее требования, просит о компенсации морального вреда в сумме 10 000 рублей, а также взыскании штрафа за неисполнение требований потребителя.

Решением Свердловского районного суда г. Перми от 1 ноября 2024 года исковые требования удовлетворены частично, с ПАО «Россети Урал» в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в размере 122 935 рублей, государственная в доход местного бюджета – 3 659 рублей, в удовлетворении остальной части требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 27 мая 2025 года решение суда изменено в части размера взысканных денежных средств; с ПАО «Россети Урал» в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в размере 72289 рублей 85 коп., государственная пошлина в доход местного бюджета – 2152 рубля 05 коп.; в остальной части решение суда оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции решение Свердловского районного суда г. Перми от 1 ноября 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 27 февраля 2025 года отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Решением Свердловского районного суда г. Перми от 12 сентября 2025 года исковые требования ФИО1 удовлетворено в части; с ПАО «Россети Урал» в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в сумме 122 935 рублей, компенсация морального вреда в сумме 5 000 рублей, штраф в сумме 63967 рублей 50 коп., расходы по оплате услуг представителя в сумме 33333 рубля 33 коп.; в удовлетворении остальной части заявленных требований отказано; указано, что не приводить решение суда в исполнение в части взыскания суммы 72289 рублей 85 коп. в связи с фактическим исполнением; с ПАО «Россети Урал» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 3 959 рублей.

Не согласившись с постановленным решением, ПАО «Россети Урал» обратилось в суд с апелляционной жалобой, указывая на несогласие с принятым решением. Обращает внимание на то, что вывод суда о том, что фактически понесенные расходы не подлежат компенсации истцом, поскольку ответчиком нарушен срок выполнения работ, а проектная документация не была передана истцу, не обоснован связан с неправильным толкованием норм материального права, а также условий заключенного договора. Технологическое присоединение к электрическим сетям представляет комплекс мероприятий, выполняемых как сетевой организацией, так и заявителем. К правоотношениям сторон по договору технологического присоединения применяются положения главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общие положения об обязательствах и о договоре. С момента заключения договора с истцом ПАО «Россети Урал» выполняло необходимые процедуры и мероприятия по исполнению возложенных обязательств: заключен договор подряда от 6 июня 2022 года № 07-128-ЦЭС/2022, выполнены проектно-изыскательские работы, подготовлены и выданы технические условия. Общий размер затрат ПАО «Россети Урал» составил 55 901 рублей 23 коп. 31 января 2024 года в адрес ФИО1 направлено письмо с соглашением о расторжении договора, а 6 февраля 2024 года выдано истцу. Истец направила в адрес ответчика протокол разногласий, согласно которому готов компенсировать затраты сетевой организации только в части подготовки и выдачи технических условий в сумме 5 256 рублей. 11 марта 2024 года ПАО «Россети Урал» подготовило и направило в ответ протокол согласования разногласий с условием возмещения всех фактических затрат по исполнению договора, однако по истечении 30 дней и по настоящее время подписанного в добровольном порядке соглашения о расторжении договора от заявителя не поступало. Таким образом, ПАО «Россети Урал» действовало в рамках действующего законодательства Российской Федерации и в соответствии с условиями договора. Согласно пункту 12.1 технических условий срок выполнения заявителем и сетевой организацией мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев с даты заключения договора. При этом, из буквального толкования условий договора следует, что срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению для обеих сторон наступил одновременно. При этом, ни Правилами технологического присоединения, ни заключенным сторонами договором не установлена последовательность выполнения мероприятий по технологическому присоединению: сначала сетевая организация, затем заявитель или наоборот. Из содержания технических условий, а также условий заключенного договора следует, что заказчик не исполнил мероприятия, предусмотренные техническими условиями по окончании срока действия договора (по истечению 6 месяцев с даты начала действия Договора), что подтверждается отсутствием поступившего в адрес ПАО «Россети Урал» уведомления о их выполнении, допущено нарушение пункта 8 договора. Поскольку заказчик сам нарушил сроки исполнения своих обязательств по договору, соответственно обязан возместить расходы, понесенные сетевой организацией в рамках выполнения технических условий.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО3 на удовлетворении апелляционной жалобы настаивала по доводам, изложенным в ней; в свою очередь, представитель истца ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения жалобы извещены своевременно и надлежащим образом с учетом положений статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции принято решение о рассмотрении дела при данной явке.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с положениями части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 3 июля 2023 года между ФИО1 и ПАО «Россети Урал» заключен договор № ** об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям на земельном участке с кадастровым номером ** по адресу: ****.

В соответствии с условиями заключенного сторонами договора ПАО «Россети Урал» взяло на себя обязательства провести мероприятия по технологическому присоединению энергопринимающих устройств ФИО1 к электрическим сетям, ФИО1 взяла на себя обязательства по внесению платы за технологическое присоединение, определенной в соответствии с постановлением Министерства тарифного регулирования и энергетики Пермского края от 29 ноября 2022 года № 111-ТП в сумме 128191 рублей 08 коп.; договор об осуществлении технологического присоединения считается заключенным с момента оплаты счета; с даты оплаты счеты стороны осуществляют мероприятия, указанные в технических условиях, срок выполнения мероприятий составляет 6 месяцев с даты оплаты счета, датой оплаты счета считается день поступления денежных средств на расчетный счет сетевой организации.

Факт заключения между ФИО1 и ПАО «Россети Урал» договора об осуществлении технологического присоединения подтверждается: заявкой на осуществление технологического присоединения от 8 июня 2023 года № 45-З-67624 (л.д.30), расчетом платы за технологическое присоединение по стандартизированной тарифной ставке, выполненным в соответствии с постановлением Министерства тарифного регулирования и энергетики Пермского края от 29 ноября 2022 года № 111-ТП (л.д.136-137,189-201), счетом на оплату от 23 июня 2023 года № ** (л.д.31,133), операцией по карте ФИО1 на 2 июля 2023 года на сумму 128 191 рублей 08 коп. (л.д.9,187-188).

Порядок технологического присоединения к электрическим сетям ПАО «Россети Урал», сроки, принципы взаимодействия, особенности расторжения (прекращения) договоров технологического присоединения урегулированы Регламентом процесса О.1 «Технологическое присоединение» (л.д.55-68).

25 января 2024 года ФИО1 обратилась в ПАО «Россети Урал» с заявлением о расторжении договора на технологическое присоединение от 3 июля 2023 года № ** и возврате денежных средств, в содержании которого истец ссылается на факт неисполнения ответчиком обязательств в установленный срок (л.д.34).

дата ПАО «Россети Урал» направило в адрес ФИО1 соглашение о расторжении договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 03 июля 2023 года № ** и акт компенсации фактических затрат, по условиям которых ПАО «Россети Урал» понесло фактические затраты на подготовку и исполнение договора в сумме 55 901 рублей 23 коп., в том числе: на подготовку и выдачу технических условий в сумме 5 256 рублей, на проектно-изыскательские и накладные расходы в сумме 50 645 рублей 23 коп., сетевой организацией предложено произвести зачет встречных однородных требований на сумму 55 901 рублей 23 коп., оставшиеся после зачета денежные средства в сумме 72 289 рублей 85 коп. возвратить на расчетный счет заявителя (л.д.7,16,35-39).

15 февраля 2024 года ФИО1 в адрес ПАО «Россети Урал» направлены протоколы разногласий к соглашению о расторжении договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 3 июля 2023 года № ** и акту компенсации фактических затрат с предложением возмещения фактических затрат сетевой организации на подготовку и выдачу технических условий в сумме 5 256 рублей (л.д.11-12).

В ответ на предложение ФИО1 ПАО «Россети Урал» направило протоколы согласования разногласий с предложением, аналогичным приведенному в соглашении о расторжении договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 3 июля 2023 года № ** и акте компенсации фактических затрат (л.д.13-15).

Возражая против иска, ответчик указывает, что в целях проведения мероприятий по технологическому присоединению ПАО «Россети Урал» заключён договор подряда от 06 июня 2022 года № **/2022 с ООО «Синтез-Энерго» на выполнение работ по вышеуказанному объекту, были выполнены проектно-изыскательские работы (акт сдачи-приемки выполненных работ от 11 декабря 2023 года № 2, счет-фактура от 11 декабря 2023 года № 388 и акт сдачи-приемки выполненных работ 11 декабря 2023 года №12, счет-фактура от 11 декабря 2023 года № 297) на сумму 50645 рублей 23 коп., без НДС.

В подтверждение данного довода ответчиком представлены копия договора подряда от 06 июня 2022 года № **/2022, заключённого с ООО «Синтез-Энерго» с приложениями, копия дополнительного соглашения к указанному договору от 12 декабря 2023 года о продлении до 21 января 2024 года, копия акта сдачи-приемки выполненных работ от 11 декабря 2023 года № 2 к договору подряда, копия счет-фактуры от 11 декабря 2023 года № 388, копия акта сдачи-приемки выполненных работ от 11 декабря 2023 года № 12 к договору подряда, копия счет-фактуры от 11 декабря 2023 года № 397, Технический отчет по результатам инженерно-геодезических изысканий (т.1 л.д. 40-54, 148-171).

Из материалов дела также следует, что 12 сентября 2023 года в ЕГРН произведена государственная регистрация прекращения права собственности ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером ** по адресу: ****, 16 октября 2023 года земельный участок снят с кадастрового учета (л.д.209-219).

Разрешая заявленные требования и удовлетворяя их частично, суд первой инстанции исходил из того, что обязанность компенсации фактически понесенных расходов на истца не может быть возложена, поскольку ответчиком нарушен срок выполнения работ, и отказ от договора обусловлен именно этим нарушением.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта исходя из следующего.

Согласно пунктам 1, 2, 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, в том числе оказать услугу. Обязательства возникают, в том числе из договоров и других сделок. При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Договор о технологическом присоединении по всем своим существенным условиям соответствует договору возмездного оказания услуг; к правоотношениям сторон, возникшим из данного вида договоров помимо специальных норм применяются положения главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общие положения об обязательствах и о договоре (раздел III Гражданского кодекса Российской Федерации) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19 января 2018 года № 310-ЭС17-11570).

В силу статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (пункт 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 1 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

В силу статьи 783 Гражданского кодекса Российской Федерации общие положения о подряде (статьи 702 - 729 Гражданского кодекса Российской Федерации) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В пункте 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено право заказчика отказаться от исполнения договора и требовать возмещения убытков, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным.

Таким образом, случаи одностороннего (немотивированного) отказа заказчика от исполнения договора оказания услуг необходимо отличать от случаев его отказа от исполнения договора в связи с нарушением исполнителем существенных его условий, поскольку в зависимости от этого различаются последствия расторжения договора данного вида. Законодатель исходил из права заказчика отказаться от исполнения договора подряда или возмездного оказания услуг, определяя последствия такого отказа в зависимости от того, обусловлен ли отказ нарушением обязательств со стороны подрядчика или исполнителя (статьи 715, 717, пункт 1 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как верно установлено судом первой инстанции, проектно-изыскательские работы ответчиком были выполнены только 11 декабря 2023 года, к производству работ по строительству ВЛ 0,4 кВт с установкой ПУ для электроснабжения деревни Петровка (4500086672) ответчик не приступал, очевидно, что выполнение работ по исполнению договора № 4500086672 об осуществлении технологического присоединения в установленный договором срок было невозможным, учитывая, что шестимесячный срок исполнения обязательств начал течь со 2 июля 2023 года, и истекал 02 января 2024 года.

Из материалов дела следует, что в заявлении о расторжении договора технологического присоединения ФИО1 не ссылалась на утрату ею заинтересованности в электрификации объекта недвижимости, указывала на расторжение ею данного договора ввиду его неисполнения ответчиком в предусмотренный срок. При этом с названным заявлением ФИО1 обратилась к исполнителю только 25 января 2025 года, т.е. значительно позже срока, предусмотренного в договоре технологического присоединения.

В силу положений статей 711, 721, 746 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2000 года № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», оплате подлежат только качественно выполненные работы. В случае несоответствия качества выполненных работ условиям договора подряда, обязательство считается исполненным ненадлежащим образом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 июня 2014 года № 35 «О последствиях расторжения договора», если при рассмотрении спора, связанного с расторжением договора, по которому одна из сторон передала в собственность другой стороне какое-либо имущество, судом установлено нарушение эквивалентности встречных предоставлений вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей одной из сторон, сторона, передавшая имущество, вправе требовать возврата переданного другой стороне в той мере, в какой это нарушает согласованную сторонами эквивалентность встречных предоставлений.

Таким образом, прекращение договора подряда не должно приводить к неосновательному обогащению заказчика, освобождению его от обязанности по оплате выполненных до прекращения договора работ, принятых им и представляющим для него потребительскую ценность.

Судом первой инстанции установлено, что результат проектно-изыскательских работ в виде технического отчета в настоящее время не имеет потребительской ценности для истца, учитывая, что целью заключения договора со стороны ФИО1 являлось подключение ее энергопринимающих устройств к сетям электроснабжения, которая не была достигнута. При этом суд апелляционной инстанции отвечает, что условия договора и (или) характер возникших между сторонами правоотношений не предполагают заинтересованность заказчика в получении частичного результата работ. Доказательств обратного ответчиком не представлено (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах, учитывая, что расторжение договора обусловлено именно ненадлежащим исполнением ответчика взятых на себя обязательств (ответчиком нарушен срок выполнения работ, и отказ от договора обусловлен именно этим нарушением), вопреки доводам апелляционной жалобы, обязанность компенсации фактически понесенных расходов не может быть возложена на истца.

Суд первой инстанции, отклоняя ссылку ответчика на прекращение права собственности ФИО1 12 сентября 2023 года, как на основание отказа в удовлетворении иска, обоснованно отметил, что сам по себе переход права собственности на земельный участок к иному лицу не прекращает права и обязанности сторон по договору технологического присоединения.

С учетом изложенных обстоятельств, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об удовлетворении требований истца в части взыскания с ответчика денежных средств в заявленном размере 122 935 рублей.

При этом, удовлетворяя требования истца о взыскании компенсации морального вреда и штрафа, суд первой инстанции пришел к выводу о применении Закона о защиты прав потребителей в спорных правоотношениях.

Доводы апелляционной жалобы о неприменении к данным правоотношениям положений Закона о защите прав потребителей, отклоняются судом апелляционной инстанции, в силу следующего.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 26 января 1996 года № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» в случаях, когда одной из сторон в обязательстве является гражданин, заказывающий услуги для личных бытовых нужд, такой гражданин пользуется правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также правами, предоставленными потребителю Законом о защите прав потребителей и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами.

Закон о защите прав потребителей, согласно его преамбуле, регулирует отношения, в том числе, возникающие между потребителями и исполнителями при оказании услуг, устанавливает права потребителей на оказание услуг надлежащего качества, а также определяет механизм реализации этих прав.

Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Исполнителем является организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация, осуществляющая оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

С учетом положений статьи 39 Закона о защите прав потребителей к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности об ответственности за нарушение прав потребителей (статья 13), о компенсации морального вреда (статья 15).

Таким образом, Закон о защите прав потребителей применяется к любым правоотношениям, возникающим между продавцом, изготовителем, импортером, исполнителем и гражданином, заказывающим, приобретающим, использующим для нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, товары, работы, услуги или только имеющим намерение их заказать либо приобрести.

Такие отношения могут возникать до заключения договора, например, при предоставлении информации о товарах, работах, услугах потребителю, намеревающемуся их приобрести или заказать, а также могут продолжаться после прекращения договора, например, при применении последствий расторжения договора или отказа от него.

Таким образом, гражданин, действующий с намерением заключить, либо заключивший для личных, семейных, домашних и иных нужд договор на осуществление технологического присоединения, с организацией, оказывающей соответствующие услуги потребителям по возмездному договору, является потребителем данной услуги, регулируемой нормами Гражданского кодекса Российской Федерации и подпадающей под действие Закона о защите прав потребителей, что при рассмотрении настоящего спора не учтено. При этом в решении суда отсутствуют суждения о заключении истцом договора в целях, связанных с осуществлением ею предпринимательской деятельностью.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о применении к данным правоотношениям Закона о защите прав потребителей, в связи с чем, обоснованно удовлетворил требования истца о взыскании компенсации морального вреда и штрафа.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что при определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции оценил все юридически значимые обстоятельства по делу, и пришел к обоснованному выводу об определении суммы компенсации морального вреда в размере 5000 рублей. Оснований для уменьшении размера взысканной судом компенсации морального вреда суд апелляционной инстанции не усматривает; в свою очередь, суд апелляционной инстанции отмечает, что решение суда в части размера компенсации морального вреда истцом не оспаривается.

Суд апелляционной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств судебная коллегия не усматривает.

Доводов, влияющих на законность и обоснованность решения суда, апелляционные жалобы не содержат.

Решение суда основано на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании представленных сторонами доказательств, правовая оценка которым дана судом надлежащим образом.

Нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения применены судом правильно. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену или изменение решения, судом допущено не было.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным. Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь изменение или отмену решения суда первой инстанции.

Таким образом, решение суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда

определила:

решение Свердловского районного суда города Перми от 12 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Россети Урал» - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в соответствии с главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в кассационном порядке в течение трех месяцев в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (город Челябинск) через суд первой инстанции.

Председательствующий подпись

Судьи подписи