Мотивированное 

определение

 изготовлено 30.12.2025

Дело №33-16628/2025

УИД 66RS0030-01-2025-000069-94

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 24.12.2025

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Кокшарова Е.В.,

судей Мурашовой Ж.А.,

Ершовой Т.Е.,

с участием прокурора Беловой К.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Волковым К.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э. Дзержинского» о компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе акционерного общества «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э. Дзержинского» на решение Карпинского городского суда Свердловской области от 30.09.2025.

Заслушав доклад судьи Кокшарова Е.В., объяснения представителя акционерного общества «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э. Дзержинского» - ФИО2, заключение прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе прокуратуры Свердловской области Беловой К.С., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э. Дзержинского» (далее - АО «НПК «Уралвагонзавод») о компенсации морального вреда в размере 650000 руб.

В обоснование иска указал, что с 25.04.2022 состоял с АО «НПК «Уралвагонзавод» в трудовых отношениях в качестве электросварщика на автоматических и полуавтоматических машинах. 

<

дата> на территории предприятия в рабочее время, при исполнении трудовых обязанностей с ФИО1 произошел несчастный случай. В результате несчастного случая потерпевший получил увечье в виде 

<

...>. Работодатель после проведения государственным инспектором по труду дополнительного расследования, и неоднократных обращений ФИО1 в различные государственные органы признал несчастный случай, произошедший с работником, как связанный с производством, составив 21.10.2024 акт №3-ВФ формы Н-1, которым установлены лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В результате несчастного случая, повлекшего причинение вреда здоровью работника, нарушены личные неимущественные права ФИО1, которые могут быть компенсированы выплатой ответчиком денежной суммы в истребуемом размере.

Ответчик, не оспаривая обстоятельства нахождения с истцом в трудовых отношениях, несчастного случая, произошедшего с ФИО1, как связанного с производством, иск не признал и, ссылаясь на необоснованность требований, указал на их чрезмерность, не соответствие определенного ко взысканию размера компенсации морального вреда требованиям разумности и справедливости, в том числе, с учетом обстоятельств отнесения полученной пострадавшим травмы к категории легких, а также на наличие в действиях работника неосторожности, выразившейся в нарушении п.5.8 Инструкции ОТИ-47 по охране труда и мерам безопасности при нахождении на территории общества, при передвижении по лестничному маршу в подземном переходе.

Решением Карпинского городского суда Свердловской области от 30.09.2025 иск ФИО1 удовлетворен частично.

Судом постановлено:

взыскать с АО «НПК «Уралвагонзавод» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.;

взыскать с АО «НПК «Уралвагонзавод» в доход бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Не согласившись с решением АО «НПК «Уралвагонзавод» подана апелляционная жалоба, содержащая просьбу отменить судебное постановление, приняв по делу решение об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме, поскольку выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судом неправильно применены нормы материального права.

На апелляционную жалобу от прокурора г. Карпинска Свердловской области поступили письменные возражения, согласно которым решение суда является законным и обоснованным, вынесенным с учетом обстоятельств, имеющих значение для дела, с правильным применением норм материального и процессуального права, не подлежащим отмене по доводам апелляционной жалобы.

В суд апелляционной инстанции явились представитель АО «НПК «Уралвагонзавод» - ФИО2, настаивавший на доводах апелляционной жалобы.

Прокурором отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе прокуратуры Свердловской области Беловой К.С. дано заключение, согласно которому решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, обстоятельства, имеющие значение для дела, судом установлены правильно, всем доказательствам дана надлежащая оценка.

ФИО1, третьи лица ФИО3, ФИО4, Государственная инспекция труда в Свердловской области, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, в том числе посредством заблаговременного (05.12.2025) размещения соответствующей информации на официальном сайте Свердловского областного суда в сети «Интернет», направления электронных писем, извещения на адрес электронной почты, в судебное заседание не явились, правом на участие в деле через своих представителей не воспользовались.

Судебная коллегия не нашла оснований для отложения судебного разбирательства и сочла возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, заключение прокурора, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на неё, в соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены либо изменения решения суда, который правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, верно применил нормы материального права, регулирующие возникшие правоотношения, на основании исследования и оценки имеющихся в деле доказательств в соответствии со ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сделал обоснованный вывод о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных требований.

Согласно ч.1 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в частности в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы (ч.3 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации).

Понятие несчастного случая на производстве содержится в ст.3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 №2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под которым понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Право квалификации несчастного случая как несчастного случая на производстве или как несчастного случая, не связанного с производством, предоставлено комиссии, проводившей расследование (ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Перечень обстоятельств, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством, содержится в ч. 6 ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации (смерть вследствие общего заболевания или самоубийства; смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества; несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что с 25.04.2022 ФИО1 состоял с АО «НПК «Уралвагонзавод» в трудовых отношениях в качестве электросварщика на автоматических и полуавтоматических машинах, с 29.01.2024 временно переведен на работу в качестве слесаря механосборочных работ, в связи с имеющимся медицинским заключением.

При приеме на работу трудовые отношения с истцом оформлены надлежащим образом, с работником в письменной форме, на неопределенный срок, заключен трудовой договор от 25.04.2022 №242, по условиям которого между сторонами согласован размер оплаты труда, определено рабочее место, установлен режим рабочего времени и отдыха.

<

дата> с ФИО1 на территории АО «НПК «Уралвагонзавод» произошел несчастный случай, при следующих обстоятельствах.

Перед началом смены в 07 ч. 50 мин. спускаясь по лестничному маршу, расположенном в подземном переходе, соединяющим административно - бытовой корпус и механосборочный корпус ФИО1 поскользнулся на лестнице и упал, в результате чего получил увечье в виде 

<

...>.

Приказом директора Волчанского механического завода - филиала АО «НПК «Уралвагонзавод» от 22.02.2024 №41 создана комиссия для расследования несчастного случая со слесарем механосборочных работ механосборочного цеха (№2) ФИО1, произошедшего 

<

дата> в составе главного инженера завода ФИО3, начальника бюро ПБ,ОТ и ОС - ( / / )7, председателя первичной профсоюзной организации - ( / / )8

По результатам расследования несчастного случая в структурном подразделении АО «НПК «Уралвагонзавод» - филиале Волчанский механический завод, 10.03.2024 составлен акт №1 - ВФ по форме Н-1 о несчастном случае на производстве, из содержания которого следует, что причиной несчастного случая стали: неосторожность, невнимательность, поспешность. Лица, допустившие нарушения требований охраны труда отсутствуют.

10.07.2024 работодателем составлен акт №2-ВФ по форме Н-1 о несчастном случае на производстве, которым установлено, что причиной несчастного случая стали: неосторожность, невнимательность, поспешность (непреднамеренные действия ФИО1 приведшие к его падению, в результате чего пострадавший получил травму). Лица, допустившие нарушения требований охраны труда отсутствуют.

По результатам проведенного государственным инспектором труда дополнительного расследования несчастного случая, оформленным заключением от 18.10.2024 установлено, что согласно личной карточке учета средств индивидуальной защиты №00094 ФИО1 29.01.2024 выданы под роспись костюм для защиты об общих производственных загрязнений и механических воздействий, обувь специальная с защитным подноском для защиты от общих производственных загрязнений и механических воздействий. Вместе с тем, при опросе ФИО1 пояснил, что указанные средства индивидуальной защиты в 2024 году ему фактически не выдавались, при выполнении работы использовались ранее выданные средства индивидуальной защиты. В ходе дополнительного расследования предъявлено фото обуви специальной с защитным подноском не имеющей сертификата соответствия. По результатам дополнительного расследования несчастного случая государственный инспектор труда пришел к выводу о том, что падение работника на скользкой поверхности пола, обусловлено не обеспечением его работодателем средствами индивидуальной защиты, чем нарушены требования п.18466 Перечня профессий и должностей для выдачи средств индивидуальной защиты и смывающих средств и обезвреживающих средств в Волчанском механическом заводе, ст.ст. 214,221 Трудового кодекса Российской Федерации.

Как следует из заключения государственного инспектора труда от 18.10.2024, причинами несчастного случая явились:

основная - неприменение работником средств индивидуальной защиты вследствие необеспеченности ими работодателем (костюм и обувь специальная для защиты от общих производственных загрязнений и механических воздействий), допуск к выполнению работ без использования положенных средств индивидуальной защиты, что не исключило травмирования работника вследствие падения на скользкой поверхности (п.7.1);

сопутствующая - неудовлетворительная организация производства работ, в том числе, недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда, выразившееся в отсутствии организации контроля обеспечения выдачи средств индивидуальной защиты слесарю механосборочных работ (п.7.2).

В соответствии с п.8.1 заключения от 18.10.2024 - лицами, ответственными за допущенные нарушения законодательства и иных нормативных правовых, локальных нормативных актов, явившиеся причинами несчастного случая, являются главный инженер Волчанского механического завода - филиала АО «НПК «Уралвагонзавод» ФИО3 и исполняющая обязанности начальника механосборочного цеха №2 Волчанского механического завода - филиала АО «НПК «Уралвагонзавод» ФИО5

По результатам проведения дополнительного расследования несчастный случай, произошедший с ФИО1, квалифицирован государственным инспектором труду (заключение от 18.10.2024), как связанный с производством, подлежащий оформлению актом Н-1, а также учету и регистрации в АО «НПК «Уралвагонзавод».

21.10.2024 работодателем составлен акт №3-ВФ по форме Н-1, согласно которого причинами несчастного случая являются:

основная - неприменение работником средств индивидуальной защиты, вследствие необеспеченности ими работодателем (обувь специальная с защитным подноском для защиты от общих производственных загрязнений и механических воздействий) и допуске к выполнению работ без использования положенных средств индивидуальной защиты, что не исключило травмирования работника вследствие падения на скользкой поверхности, чем нарушены требования п.10, п.4 Приложения к приказу Министерства труда и социальной защиты населения Российской Федерации от 29.10.2021 №766н, ст.ст. 214, 221 Трудового кодекса Российской Федерации;

сопутствующая - неудовлетворительная организация работ, в том числе вследствие недостатков в создании и обеспеченности функционирования системы управления охраной труда, выразившееся в отсутствии организации контроля обеспечения выдачи средств индивидуальной защиты слесарю механосборочных работ, чем нарушены требования п.10, п.4 Приложения к приказу Министерства труда и социальной защиты населения Российской Федерации от 29.10.2021 №766н, приказа Министерства труда и социальной защиты населения Российской Федерации от 29.10.2021 №776н, ст.ст. 214, 221 Трудового кодекса Российской Федерации.

Должностными лицами АО «НПК «Уралвагонзавод», допустившими нарушения требований охраны труда, являются:

ФИО3 - главный инженер Волчанского механического завода - филиала АО «НПК «Уралвагонзавод», который не обеспечил контроль за обеспечением выдачи средств индивидуальной защиты слесарю механосборочных работ, чем нарушил требования п.п. 4.17.26 п.24 должностной инструкции главного инженера от 06.10.2023, п.10 Правил обеспечения средствами индивидуальной защиты и смывающими средствами, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты населения Российской Федерации от 29.10.2021 №766н, ст.ст 214, 221 Трудового кодекса Российской Федерации;

ФИО5 - исполняющая обязанности начальника механосборочного цеха №2 Волчанского механического завода - филиала АО «НПК «Уралвагонзавод», которая не обеспечила слесаря механосборочных работ средствами индивидуальной защиты (костюм для защиты от общих производственных загрязнений и механических воздействий (в том числе отдельными предметами, куртка, брюки), обувь специальная с защитным подноском для защиты от общих производственных загрязнений и механических воздействий (ботинки), чем нарушила требования п.п. 3.23.3 п.22 должностной инструкции начальника цеха от 09.03.2024, п.10 п.4 Приложения к приказу Министерства труда и социальной защиты населения Российской Федерации от 29.10.2021 №766н, ст.ст. 214, 221 Трудового кодекса Российской Федерации.

В результате несчастного случая ФИО1 причинено увечье в виде 

<

...>.

Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья, при несчастных случаях на производстве, и степени их тяжести от 26.02.2024, составленной ГБУЗ СО «Краснотурьинская городская больница», причиненное ФИО1 повреждение здоровья относится к категории 

<

...>.

Нахождение пострадавшего ФИО1 в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения не установлено.

Вины пострадавшего ФИО1, как и грубой неосторожности, которые бы могли способствовать возникновению или увеличению вреда здоровью, актом о несчастном случае на производстве не установлено.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда; незамедлительно сообщить работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 184, 219, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от 

<

дата> № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, его семье, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

В соответствии с п.1,2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> 

<

№> «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь перечисленными выше нормами права, учитывая индивидуальные особенности истца, тяжесть полученных увечий, пришел к правильным выводам о том, что вред здоровью истца причинен в период исполнения им трудовых обязанностей; несчастный случай, повлекший причинение вреда здоровью работника, связан с производством; работодатель не обеспечил в соответствии с требованиями законодательства безопасные условия труда, в связи с чем ответственность за причиненный ФИО1 моральный вред, в силу нарушения его личных неимущественных прав на телесную неприкосновенность, должна быть возложена на работодателя.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, верной оценке представленных в материалы дела доказательств.

Проверяя обоснованность доводов апелляционной жалобы о наличии оснований для снижения размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1, по мотиву несоответствия определенного судом размера компенсации морального вреда требованиям разумности и справедливости, судебная коллегия признаёт их несостоятельными.

В силу приведенных выше нормативных положений ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 184, 219, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», на работодателя, как на субъект ответственности за вред, причиненный работнику, в связи с несчастным случаем на производстве, в императивном порядке возложена обязанность обеспечить безопасные условия труда на производстве, несоблюдение которой влечет наступление для него негативных последствий в виде возмещения соответствующего вреда.

При этом бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о создании всех необходимых условий для безопасного производства работ, при выполнении работниками функциональных обязанностей по замещаемым должностям, возложена на работодателя.

В нарушение положений ч.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации АО «НПК «Уралвагонзавод» не представлено доказательств, отвечающих требованиям относимости, допустимости, достоверности, опровергающих обстоятельства того, что вред здоровью истца причинен не в период исполнения им трудовых обязанностей; несчастный случай, повлекший причинение вреда здоровью работника, не связан с производством; работодатель обеспечил в соответствии с требованиями законодательства безопасные условия труда.

В отсутствие доказательств того, что вред, возник вследствие умысла потерпевшего либо грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, АО «НПК «Уралвагонзавод» не может быть освобождено от возмещения вреда, равно как размер возмещения не может быть уменьшен, что напрямую следует, из положений ч.1,2 ст.1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с АО «НПК «Уралвагонзавод» в пользу ФИО1, суд первой инстанции в полной мере дал оценку нравственным и физическим страданиям истца, причиненных в результате полученных увечий.

Как установлено судом, несчастный случай, произошел с ФИО1 по вине работодателя, не обеспечившего здоровых и безопасных условий труда, и выразившейся в неудовлетворительной организации производства работ, вина работника в нарушении требований охраны труда в форме грубой неосторожности не установлена, в связи с чем предусмотренного ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации основания для уменьшения размера возмещения вреда не имеется.

Оценивая обоснованность требований истца относительно размера компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руководствуясь в первую очередь положениями закона, устанавливающими необходимость индивидуальной оценки нравственных и физических страданий, исходил из наличия нравственных, физических страданий, перенесенных истцом как непосредственно в момент получения травмы, так и в последующем при излечении полученного увечья в виде 

<

...>, повлекшего длительную нетрудоспособность ФИО1, необходимость оказания ему медицинских манипуляций на протяжении всего этого времени, а также вследствие изменения его привычного образа жизни на протяжении периода времени, имевшего место после несчастного случая.

При этом, не установление ФИО1 на момент разрешения настоящего спора группы инвалидности, степени утраты общей либо профессиональной трудоспособности, не может умалять право истца на возмещение морального вреда, и являться безусловным основанием для существенного снижения размера компенсации морального вреда, подлежащего возмещению, в том числе с учетом продолжения его лечения по последствиям увечий, полученных в результате несчастного случая на производстве.

При рассмотрении настоящего гражданского дела, судом принято во внимание, что работодатель не принял необходимых мер по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования, что также, безусловно повлекло нарушение личных неимущественных прав истца.

Учитывая характер причиненных истцу нравственных и физических страданий, характер допущенного работодателем нарушения личных неимущественных прав работника, степень вины ответчика, не представившего доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствовавших исполнению возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда, ненадлежащее исполнение которой корреспондирует к возникновению обязанности компенсировать ФИО1 в денежном выражении причиненный ему вред за нарушение личных неимущественных прав на телесную неприкосновенность, а также то обстоятельство, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, судебная коллегия соглашается с определенным судом первой инстанции размером компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с АО «НПК «Уралвагонзавод» в пользу ФИО1 (500000 руб.).

Определенный размер компенсации морального вреда в полной мере соответствует требованиям разумности и справедливости; конкретным обстоятельствам наступления вреда здоровью.

Как видно из постановленного решения, каждое представленное суду доказательство (в том числе, письменные доказательства, объяснения сторон) оценены судом с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности. Судом первой инстанции оценены достаточность и взаимная связь всех собранных по делу доказательств в их совокупности, в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном решении.

Несогласие в жалобе ответчика с оценкой доказательств не может повлечь отмену решения, поскольку в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Доводы апелляционной жалобы о представлении в материалы дела доказательств, подтверждающих обстоятельства не нарушения личных неимущественных прав ФИО1, по последствиям полученных им 

<

дата> увечий, исключающих вину работодателя в их причинении, не опровергают выводов суда, которые являлись предметом исследования и оценки судом первой инстанции, их необоснованность отражена в судебном решении с изложением соответствующих мотивов, оснований для иной переоценки которых у судебной коллегии не имеется.

В целом доводов, опровергающих выводы суда, апелляционная жалоба не содержит. Её содержание содержит иную, ошибочную трактовку существа спорных правоотношений и норм материального права их регулирующих, что основанием для отмены либо изменения решения суда явиться не может.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 327, 327.1, п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Карпинского городского суда Свердловской области от 30.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э. Дзержинского» – без удовлетворения.

Председательствующий: Е.В. Кокшаров

Судья: Ж.А. Мурашова

Судья: Т.Е. Ершова