УИД 47MS0046-01-2024-005311-58

Дело № 12-13/2025

РЕШЕНИЕ

 

19 марта 2025 года г. Кириши 

Ленинградской области

Киришский городской суд Ленинградской области в составе председательствующего судьи Гавриловой О.А., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу инспектора ДПС отделения ДПС Госавтоинспекции ОМВД России по Киришскому району Ленинградской области на постановление мирового судьи судебного участка № 43 Киришского района Ленинградской области, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка №42 Киришского района Ленинградской области, от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении производства по делу № об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1,

установил:

постановлением мирового судьи судебного участка №43 Киришского района Ленинградской области, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка №42 Киришского района Ленинградской области, от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу № об административном производстве в отношении ФИО1 прекращено на основании п.2 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ, за отсутствием состава административного правонарушения.

Инспектор ДПС отделения ДПС Госавтоинспекции ОМВД России по Киришскому району Ленинградской области обратился в суд с жалобой на данное постановление ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в установленные ч. 1 ст. 30.3 КоАП РФ сроки, поскольку копия обжалуемого постановления была получена Госавтоинспекцией ДД.ММ.ГГГГ (л.д.29), в обоснование доводов жалобы ссылается, на то, что исходя из положений законодательства, с учётом их толкования Верховным Судом Российской Федерации, судом сделан вывод, что именно государственные регистрационные знаки должны быть оборудованы с применением материалов (устройств), препятствующих или затрудняющих их идентификацию, но не само транспортное средство, как это имело место в настоящем деле. Исследуя материалы дела об административном правонарушении: протокол об административном правонарушении и фотоматериалы, суд усмотрел, что государственный регистрационный знак на транспортном средстве ФИО2 GRAND V установлен на предусмотренном для этого месте, является регистрационным знаком соответствующего образца, что соответствует п. 2 «Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения», а также п. 11 «Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения», согласно которому запрещается эксплуатация транспортных средств без укреплённых на установленных местах регистрационных знаков, имеющих скрытые, поддельные, изменённые номера узлов и агрегатов или регистрационные знаки; государственные регистрационные знаки не оборудованы с применением устройств, препятствующих идентификации государственных регистрационных знаков, либо позволяющих их видоизменить или скрыть. При таких обстоятельствах, суд сделал вывод об отсутствии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.2.1 ст. 12.2 КоАП РФ. В соответствии с п. 10.1 «Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств») - приложения к «Основным положениям» ПДД РФ, вменяемого ФИО1, запрещается эксплуатация транспортного средства, государственный регистрационный знак которого, способ и место его установки не отвечают требованиям национального стандарта ГОСТ Р 50577-2018 «Знаки государственные регистрационные транспортных средств. Типы и основные размеры. Технические требования»; государственный регистрационным знак закреплён на транспортном средстве с применением устройств или материалов, препятствующих его идентификации либо позволяющих его видоизменить или скрыть. Если допустить, что законодатель, формулируя состав административного правонарушения, предусмотренного ч.2.1 ст. 12.2 КоАП РФ, подразумевал, что указанные устройства, препятствующие идентификации государственного регистрационного знака, должны быть оборудованы непосредственно на самих пластинах государственных регистрационных знаков, а не закреплены на транспортном средстве, включение в КоАП РФ Федеральным законом от 14.10.2024 № 342-ФЗ ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ, для усиления административной ответственности, представляется бесполезной, так как указанные устройства в большинстве случаев являются технически сложными, закрепленными на корпусе бампера или расположенными в подкапотном пространстве, позволяющими водителю управлять их действием удалённо, что невозможно при их креплении только лишь к пластине государственного регистрационного знака. Таким образом, считает, что государственный регистрационный знак автомобиля ФИО2 GRAND V был установлен и закреплён на транспортном средстве с применением устройства, препятствующего его идентификации - полки с установленными на ней дополнительными фарами, а также с нарушением места его установки, предусмотренного ГОСТ Р-50577- 2018, что прямо запрещено п. 10.1 «Перечня». Показания защитника ФИО3 о том, что указанное устройство не препятствует идентификации государственного регистрационного знака камерами автоматической фиксации превышения скоростного режима, считает несостоятельными, вследствие того, что указанные нарушения могли быть зафиксированы специальными техническими средствами, работающими в автоматическом режиме, заднего государственного знака автомобиля ФИО2 GRAND V, не оборудованного указанным устройством. Доводы защитника ФИО3, о том, что автомобиль приобретён ФИО1 в 2011 году с установленными дополнительными фарами и всё это время не было препятствий к идентификации государственного регистрационного знака, действительности не соответствуют, в связи с тем, что установка на автомобиле полки с дополнительными фарами является внесением изменений в конструкцию транспортного средства, что влечёт отказ в совершении регистрационных действий. Кроме того, при оформлении административного правонарушения ФИО1 пояснил, что установил полку с дополнительными фарами самостоятельно. Также, при изъятии указанного устройства, пояснил повторно, что установил устройство с помощью родственника. Указанные пояснения ФИО1 содержатся на видеозаписи Дозор-77 произведенной при оформлении административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ в периоды времени с 10:40 по 10:41 и с 11:08 по 11:09 (DVD-RV диск с указанной видеозаписью № прилагается). Во время оформления административного правонарушения ФИО1 свою вину не оспаривал, раскаивался, просил суд это учесть, о чём сделал запись в протоколе об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ. Считает, что показания ФИО3 направлены на избежание ФИО1 законодательно усиленной административной ответственности, предусмотренной ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ, в виде лишения права управления транспортными средствами. Таким образом, в ходе судебного разбирательства мировым судьёй, в нарушение требований ст. 24.1 КоАП РФ, не выяснены обстоятельства, установленные ст. 26.1 КоАП РФ, не установлены причины и условия совершения ФИО1 административного правонарушения, дело разрешено на основании только устных объяснений защитника правонарушителя, без учёта материалов дела об административном правонарушении и всестороннего выяснения всех обстоятельств, имеющих значение для дела.

На основании изложенного, просит постановление отменить, возвратить дело на новое рассмотрение.

Должностное лицо – инспектор ДПС отделения ДПС Госавтоинспекции ОМВД России по Киришскому району Ленинградской области надлежащим образом судебной повесткой, уведомлен о дате, времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явился, об отложении дела не ходатайствовал.

ФИО1 надлежащим образом судебной повесткой уведомлен о дате, времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явился, направил в суд защитника.

Защитник ФИО1 – ФИО3, действующий на основании доверенности, после разъяснения прав защитника лица, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, предусмотренных ст. 25.5 КоАП РФ, а также положений ст. 51 Конституции РФ, отводов и ходатайств, в порядке, предусмотренном ст. 29.3, 24.4 КоАП РФ, не заявлял, возражал против удовлетворения жалобы, вместе с тем, просил производство по делу прекратить в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Защитник ФИО1 – ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебное заседание не явилась, была извещена о дате, времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

В связи с отсутствием обязанности неявившихся лиц присутствовать на рассмотрении жалобы, на основании пункта 4 части 2 статьи 30.6 КоАП, суд считает возможным рассмотреть жалобу в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав защитника ФИО1 – ФИО3, изучив материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы, суд приходит к следующему.

Согласно п. 8 ч. 2 ст. 30.6 КоАП РФ в порядке производства по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении проверяются на основании имеющихся в деле и дополнительно представленных материалов законность и обоснованность вынесенного постановления.

Ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ установлено, что при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении судья, вышестоящее должностное лицо не связаны доводами жалобы и проверяют дело в полном объёме.

В соответствии с ч. 3 ст. 1.5 КоАП РФ лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Частью 1 статьи 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрено, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

Положения названных статей Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагают не только наличие законных оснований для применения административного взыскания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

Вышеприведенные положения Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях во взаимосвязи со статьей 2.1 названного Кодекса, закрепляющей общие основания привлечения к административной ответственности и предусматривающей необходимость доказывания наличия в действиях (бездействии) физического (юридического) лица признаков противоправности и виновности, и статьей 26.11 данного Кодекса, устанавливающей обязанность судьи, других органов и должностных лиц, осуществляющих производство по делу об административном правонарушении, оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности, направлены на обеспечение вытекающих из Конституции Российской Федерации общепризнанных принципов юридической ответственности.

При рассмотрении настоящего дела об административном правонарушении суд учитывает, что требования к содержанию постановлений, выносимых по делам об административных правонарушениях, содержатся в статье 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. 

В соответствии со статьей 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений. При этом статьей 26.1 названного Кодекса к обстоятельствам, подлежащим обязательному выяснению по делу об административном правонарушении, отнесены виновность лица в совершении правонарушения и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Согласно ст. 26.2, 26.11, 29.10 КоАП РФ, судья устанавливает наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица в его совершении на основании доказательств, оценка которых производится на основании всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств дела в совокупности, а постановление по делу должно быть мотивированным.

Однако постановление мирового судьи приведенным нормам КоАП РФ не отвечает, вывод судьи об отсутствии состава административного правонарушения, что повлекло за собой прекращение производства по делу, сделан без всесторонней, полной и объективной оценки доказательств.

Из оспариваемого постановления следует, что основанием для прекращения производства по делу об административном правонарушении по ч.2.1 ст. 12.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1 является вывод о том, что материалы настоящего дела об административном правонарушении не содержат доказательств, подтверждающих наличие в действиях ФИО1 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2.1 ст. 12.2, поскольку из протокола об административном правонарушении и фотоматериала усматривается, что государственный регистрационный знак на транспортном средстве ФИО2 GRAND V установлен на предусмотренном для этого месте, является регистрационным знаком соответствующего образца, что соответствует п. 2 «Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения», а также п. 11 «Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения», согласно которому запрещается эксплуатация транспортных средств без укреплённых на установленных местах регистрационных знаков, имеющих скрытые, поддельные, изменённые номера узлов и агрегатов или регистрационные знаки; государственные регистрационные знаки не оборудованы с применением устройств, препятствующих идентификации государственных регистрационных знаков, либо позволяющих их видоизменить или скрыть. Установка дополнительных фар, несоответствующих ГОСТу и не зарегистрированная в установленном порядке, образует иной состав административного правонарушения.

В соответствии с частью 2.1 статьи 12.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях управление транспортным средством с государственными регистрационными знаками, оборудованными с применением устройств, препятствующих идентификации государственных регистрационных знаков либо позволяющих их видоизменить или скрыть влечет лишение права управления транспортными средствами на срок от одного года до полутора лет с конфискацией указанных устройств.

Согласно примечанию к данной норме государственный регистрационный знак признается нестандартным, если он не соответствует требованиям, установленным в соответствии с законодательством о техническом регулировании, и нечитаемым, если с расстояния 20 метров не обеспечивается прочтение в темное время суток хотя бы одной из букв или цифр заднего государственного регистрационного знака, а в светлое время суток хотя бы одной из букв или цифр переднего или заднего государственного регистрационного знака.

Пунктом 2.3.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090 (далее - Правила дорожного движения) определено, что водитель транспортного средства обязан перед выездом проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения (далее - Основные положения по допуску транспортных средств к эксплуатации).

Пунктом 2 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации определено, что на механических транспортных средствах (кроме мопедов, трамваев и троллейбусов) и прицепах должны быть установлены на предусмотренных для этого местах регистрационные знаки соответствующего образца, а на автомобилях и автобусах, кроме того, размещается в правом нижнем углу ветрового стекла в установленных случаях лицензионная карточка.

Запрещается эксплуатация автомобилей, автобусов, автопоездов, прицепов, мотоциклов, мопедов, тракторов и других самоходных машин, если их техническое состояние и оборудование не отвечают требованиям Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств (пункт 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации).

Эксплуатация транспортного средства запрещается, в том числе, если государственный регистрационный знак транспортного средства или способ его установки не отвечает ГОСТу Р 50577-93 (пункт 7.15 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств (приложение к Основным положениям по допуску транспортных средств к эксплуатации).

В силу пункта 4.15 "ГОСТ Р 50577-93. Государственный стандарт Российской Федерации. Знаки государственные регистрационные транспортных средств. Типы и основные размеры. Технические требования", утвержденного постановлением Госстандарта России от 29 июня 1993 года N 165 (вместе с "Требованиями к цвету поля и качеству световозвращающего покрытия регистрационных знаков"), не допускается закрывать знак органическим стеклом или другими материалами.

В соответствии с п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2019 N 20 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" в качестве устройств или материалов, препятствующих идентификации государственных регистрационных знаков либо позволяющих их видоизменить или скрыть, могут расцениваться различные механизмы, приборы, приспособления и иное оборудование (шторки, электромагниты и т.п., в том числе и тогда, когда они не были приведены в действие в момент выявления административного правонарушения, однако позволяли водителю при совершении определенных действий видоизменить или скрыть государственный регистрационный знак), а также искусственные материалы (например, листы бумаги, картон) либо природные материалы (в частности, листва, грязь, снег), если визуальный осмотр транспортного средства позволяет с очевидностью сделать вывод о том, что они нанесены с целью затруднения или невозможности идентификации государственных регистрационных знаков (например, загрязнение фрагмента государственного регистрационного знака не связано с погодными условиями или не обусловлено процессом движения, допускающим самозагрязнение). Доказательством использования тех или иных устройств (материалов) в указанных целях может выступать, например, произведенная уполномоченным должностным лицом в ходе выявления административного правонарушения видеозапись (фотографии), которая приобщается к материалам дела об административном правонарушении и подлежит оценке по правилам статьи 26.11 КоАП РФ.

Статья 29.10 КоАП Российской Федерации, устанавливая обязательные требования к содержанию постановления по делу об административном правонарушении, в частности необходимость изложения обстоятельств, установленных при рассмотрении дела, указания статьи данного Кодекса или закона субъекта Российской Федерации, предусматривающей административную ответственность за совершение административного правонарушения, либо оснований прекращения производства по делу, мотивированного решения по делу, закрепляет одну из фундаментальных процессуальных гарантий реализации права на государственную защиту – мотивированность данного акта.

Однако в нарушение требований п. 6 ч. 1 ст. 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обжалуемое постановление не мотивировано.

При рассмотрении дела мировой судья пришел к выводу о том, что исходя из приведенных выше положений законодательства с учетом их толкования Верховным Судом Российской Федерации именно государственные регистрационные знаки должны быть оборудованы с применением материалов (устройств), препятствующих или затрудняющих их идентификацию, но не само транспортное средство, как это имело место в настоящем деле.

Вместе с тем, данные выводы мирового судьи не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и правовому регулированию, поскольку в настоящем случае оценке подлежало не только само по себе крепление устройства ни к государственному регистрационному знаку, а к переднему бамперу автомобиля непосредственно над государственным регистрационным знаком, но и цель такого крепления с точки зрения препятствия при наличии таким образом закрепленного устройства идентификации государственного регистрационного знака либо возможности его видоизменить или скрыть, с учетом разъяснений, изложенных в п.4 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2019 N 20 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях".

При этом, мировым судьей в обжалуемом постановлении какая-либо оценка указанным обстоятельствам не дана. Постановление в данной части не содержит какой-либо правовой аргументации.

Выводы мирового судьи об отсутствии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2.1 ст. 12.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не мотивированы.

Оценка доказательств, на основании которых судьей установлено отсутствие состава административного правонарушения, в постановлении судьи не приведена, отсутствие указания на доказательства, без раскрытия их содержания и оценки, не может быть признано соответствующим требованиям Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях о всестороннем, полном и объективном выяснении обстоятельств каждого дела и разрешение его в соответствии с законом. 

Указанное выше свидетельствует о том, что мировым судьей при рассмотрении настоящего дела требования Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях о необходимости всестороннего, полного и объективного выяснения обстоятельств дела не выполнены, что не отвечает требованиям статьи 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Такое разрешение дела нельзя признать отвечающим установленным статьей 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях задачам производства по делам об административных правонарушениях.

Поскольку нарушения, допущенные мировым судьей, вынесшим спариваемое постановление, имеют фундаментальный, принципиальный характер, постановление мирового судьи судебного участка №43 Киришского района Ленинградской области, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка №42 Киришского района Ленинградской области, от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении производства по делу № об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1, состоявшееся по настоящему делу об административном правонарушении, подлежит отмене.

Согласно пункту 4 части 1 статьи 30.7 КоАП РФ по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении может быть вынесено решение об отмене постановления и о возвращении дела на новое рассмотрение судье, в орган, должностному лицу, правомочным рассмотреть дело, в случаях существенного нарушения процессуальных требований, предусмотренных настоящим Кодексом, если это не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Исходя из положений главы 30 КоАП РФ по результатам пересмотра постановления и (или) решений по делу об административном правонарушении производство по такому делу может быть прекращено по любому из оснований, предусмотренных статьями 2.9, 24.5 названного кодекса. Нормы данного кодекса не содержат запрета на изменение основания прекращения производства по делу, если будет установлено, что на предыдущей стадии производства в указанной части принято неправильное решение.

В то же время следует учитывать, что, если срок давности привлечения к административной ответственности истек, вынесенное в порядке главы 30 КоАП РФ решение не должно содержать выводов о виновности лица, в отношении которого производство по делу об административном правонарушении прекращено (пункт 13(1) постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях".

Аналогичная позиция изложена в п.43 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2022)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.12.2022).

Данный подход согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в "Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2021)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021), согласно которой федеральный законодатель, реализуя свое полномочие по правовому регулированию административной ответственности, вправе определять пределы целесообразности публичного преследования таким образом, чтобы обеспечить наряду с эффективной государственной, в том числе судебной, защитой прав граждан процессуальную экономию, оперативность при рассмотрении дел и профилактику правонарушений. Этим, в частности, обусловлено установление в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях в качестве основания прекращения дела истечение сроков давности привлечения к административной ответственности (п. 6 ч. 1 ст. 24.5). При этом в силу презумпции невиновности (ст. 1.5 КоАП РФ) лицо, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено ввиду истечения сроков давности, считается невиновным, то есть государство, отказываясь от преследования лица за административное правонарушение, не ставит более под сомнение его статус в качестве невиновного и, более того, признает, что не имеет оснований для опровержения его невиновности.

Между тем, по смыслу части 1 статьи 4.5 КоАП РФ срок давности привлечения к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного частью 2.1 статьи 12.2 КоАП РФ, составляет 90 календарных дней с момента совершения административного правонарушения.

Из материалов дела усматривается, что обстоятельства, послужившие основанием для составления в отношении ФИО1 протокола об административном правонарушении, имели место ДД.ММ.ГГГГ.

Исходя из положений пункта 6 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ, истечение срока давности является условием, исключающим дальнейшее рассмотрение дела по существу.

На момент рассмотрения настоящей жалобы срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности, предусмотренный статьей 4.5 КоАП РФ, истек, и направление дела на новое рассмотрение для устранения существенных процессуальных нарушений невозможно.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении выносится решение об отмене постановления и о прекращении производства по делу при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных статьями 2.9, 24.5 настоящего Кодекса, а также при недоказанности обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

Учитывая изложенное постановление мирового судьи судебного участка №43 Киришского района Ленинградской области, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка №42 Киришского района Ленинградской области, от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении производства по делу № об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1, подлежит отмене, а производство по настоящему делу в силу положений пункта 6 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ - прекращению в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

При этом, исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 16 июня 2009 года N 9-П "По делу о проверке конституционности ряда положений статей 24.5, 27.1, 27.3, 27.5 и 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан К.М.Ю., Р.В.К. и Ф.М.В.", лицо, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено ввиду истечения сроков давности, считается невиновным, то есть государство, отказываясь от преследования лица за административное правонарушение, не ставит более под сомнение его статус в качестве невиновного и, более того, признает, что не имеет оснований для опровержения его невиновности.

Руководствуясь статьей 30.7 КоАП РФ, судья

решил:

жалобу инспектора ДПС отделения ДПС Госавтоинспекции ОМВД России по Киришскому району Ленинградской области на постановление мирового судьи судебного участка № 43 Киришского района Ленинградской области, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка №42 Киришского района Ленинградской области, от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении производства по делу № об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1, удовлетворить.

Постановление мирового судьи судебного участка №43 Киришского района Ленинградской области, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка №42 Киришского района Ленинградской области, от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении производства по делу № об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1, отменить.

Производство по делу об административном правонарушении прекратить на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Решение вступает в законную силу немедленно по провозглашении и может быть пересмотрено исключительно в предусмотренном ст.30.12 КоАП РФ порядке.

Судья