Дело № 2-110/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 марта 2017 года г. Вилючинск Камчатский край

Вилючинский городской суд Камчатского края в составе председательствующего судьи Хорхординой Н.М., при секретаре Ерёминой Ю.В., с участием:

истца ФИО1,

представителя ответчика ООО «Успех» - генерального директора ФИО2,

представителя ответчика адвоката ФИО3,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Успех» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплат, компенсации за задержку выдачи трудовой книжки, компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2, в котором просила:

- обязать ответчика заключить с ней письменный трудовой договор;

- взыскать задолженность по заработной плате за период с июля 2016 года по ноябрь 2016 года в размере 

<

данные изъяты> рублей;

- компенсацию за несвоевременные выплаты в размере 

<

данные изъяты> рублей;

- компенсацию за задержку выдачи трудовой книжки в размере 

<

данные изъяты> рублей;

- компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 

<

данные изъяты> рублей;

- компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В обоснование заявленных требований истец указала, что согласно приказу № от 06 апреля 2016 года она была принята на работу индивидуальным предпринимателем ФИО2 на должность продавца, 01 июля 2016 года была переведена на должность товароведа в соответствии с приказом №, письменный трудовой договор с ней заключен не был, а приказ № от 06 апреля 2016 года на руки ей не выдавался, к обязанностям в должности продавца она фактически приступила с 06 апреля 2016 года. Размер заработной платы с истцом установлен не был, выплаты производились ей эпизодически, а с июля 2016 года выплаты полностью прекратились. 28 ноября 2016 года работодателем была проведена ревизия в магазине по итогам которой работодатель решил прекратить с ней трудовые отношения, приказом № от 02 декабря 2016 года трудовой договор был с ней расторгнут в соответствии с п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), указанный приказ она получила на руки 13 декабря 2016 года. Трудовая книжка истца до настоящего времени находится у работодателя, а приказ об увольнении ей был вручен бухгалтером, на её вопрос об оформлении записи в трудовой книжке бухгалтер предложила обратиться непосредственно к работодателю. Кроме того указала, что из-за бездействия работодателя, связанного с задержкой причитающихся ей выплат по закону она вынуждена испытывать сильное душевное волнение, поездки к работодателю и в суд причиняют ей неудобства в виду отдаленности места её жительства, в связи с чем, ей причинен моральный вред. Ссылаясь на нарушение положений ст.ст. 57, 80, 140, 165, 234, 236, 237, 391 ТК РФ указала, что ответчик не выполняет своих обязательств, чем нарушает её права, в связи с чем, руководствуясь ст.ст. 22, 24, 131, 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) она обратилась в суд с вышеуказанными исковыми требованиями. 

Определением Вилючинского городского суда Камчатского края от 20 февраля 2017 года по ходатайству истца ФИО1 на основании ст. 41 ГПК РФ была произведена замена ненадлежащего ответчика ИП ФИО2 на ООО «Успех».

Истец ФИО1 в судебном заседании уточнив заявленные исковые требования, просила взыскать с ответчика в свою пользу задолженность по заработной плате за период с июля 2016 года по ноябрь 2016 года в размере 

<

данные изъяты> рублей; компенсацию за несвоевременные выплаты за период с 09 декабря 2016 года по 16 марта 2017 года (день рассмотрения иска) в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек; компенсацию за задержку выдачи трудовой книжки в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек; компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей, поддержала их в полном объеме, просила удовлетворить.

От исковых требований в части возложения на ответчика обязанности оформить с ней письменный трудовой договор и выдать ей один экземпляр трудового договора, а также от взыскания компенсации за неиспользованный отпуск в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек отказалась, в связи с добровольным исполнением ответчиком данных требований, производство по делу в указанной части прекращено определением суда от 16 марта 2017 года. 

Дополнительно суду пояснила, что 06 апреля 2016 года она была принята на работу к ответчику в магазин «Хороший» на должность продавца, ею был подписан трудовой договор, трудовая книжка хранилась у работодателя, заработная плата по договору была установлена в размере 

<

данные изъяты> рублей без вычета НДФЛ, на руки она получала 

<

данные изъяты> рублей. С 01 июля 2016 года она по соглашению с работодателем была переведена на должность товароведа с такой же заработной платой. До июля 2016 года она получала заработную плату, которая выплачивалась первого числа месяца следующего за истекшим, о чем расписывалась в ведомостях, а после выплаты прекратились, но она продолжала работать, поскольку надеялась и верила, что ответчик все-таки произведет выплаты, при этом, материальную помощь в указанное время ей оказывали её родители и её молодой человек, а также она получала алименты на содержание малолетнего ребенка, занимала деньги у знакомых. С разрешения ответчика она, а также другие продавцы иногда брали в долг продукты в магазине, что фиксировалось в тетради, однако за все ранее взятые продукты она расплатилась. Соглашений о получении заработной платы продуктами, между ней и ответчиком не заключалось, она с таким заявлением к нему не обращалась. 28 ноября 2016 года в магазине была проведена ревизия и выявлена большая недостача, чего ранее никогда не было, при этом, она просила работодателя все еще раз поверить и пересчитать, но он оказался это делать, в связи с чем, у них возник конфликт, после чего она написала заявление об увольнении по собственному желанию, кинула на стол ФИО2 и покинула рабочее место без отработки. 30 ноября 2016 года она работала в магазине последний день и более на работу в ООО «Успех» не выходила. Она неоднократно звонила ФИО2, пыталась выяснить вопросы своего увольнения, но они так ни о чем не договорились. После она появилась у ФИО2 09 декабря 2016 года, предоставила работодателю заявление об увольнении её по собственному желанию с 2 декабря 2016 года, при этом, требований о производстве каких-либо выплат она не заявляла. 09 декабря 2016 года ей позвонила бухгалтер, попросила подойти ознакомиться с приказом и получить справки. Она подошла к бухгалтеру, но ознакомившись с приказом, в котором не было ни подписи работодателя, ни печати, она его подписывать не стала. Никаких выплат в этот день бухгалтером ей получить не предлагалось, также как получить трудовую книжку, вместе с тем, было высказано требование расписаться в пустых ведомостях, что она сделать также отказалась и ушла. В последующем она разговаривала с ФИО2 по телефону, узнавала по поводу выплат, пыталась с ним встретиться, но он сказал ей, что ничего выплачивать ей не собирается, в связи с чем, 15 декабря 2016 года она направила ему свои письменные требования, в том числе, о предоставлении ей приказа об увольнении, производстве окончательного расчета, имея в виду всю задолженность по невыплаченной заработной плате и компенсацию за неиспользованный отпуск, а также о производстве записи в трудовой книжке. 30 декабря 2016 года она, действительно, получила от ФИО2 уведомление о необходимости получения приказа об увольнении и трудовой книжки, для чего она 31 декабря 2016 года приезжала в магазин, однако директора там не было, в последующем она пыталась связаться с ответчиком по телефону по вопросу получения трудовой книжки и производстве причитающихся ей выплат, однако он трубку не брал, на контакт с ней не шел, потом были праздники, а потом у неё заболел ребенок, поэтому более она по этому поводу к работодателю не обращалась. Пояснила, что после первого судебного заседания стороной ответчика ей не предлагалось получить компенсацию за неиспользованный отпуск. Из-за бездействия ответчика, связанного с задержкой причитающихся ей по закону выплат, она испытывала сильное душевное волнение, также она не могла приобретать себе и ребенку продукты питания, лекарства, оплачивать ЖКХ и детский сад, кроме того, поездки к работодателю и в суд причиняли ей неудобства из-за дальности дороги, поскольку проживает она в 

<

адрес>, в связи с чем, ей был причинен моральный вред, который она оценивает в 

<

данные изъяты> рублей. 

Представители ответчика ООО «Успех» - генеральный директор ФИО2 и адвокат ФИО3 с исковыми требованиями не согласились, поддержали доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление, просили в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать, полагали, что с ответчика может быть взыскана только заработная плата за период с 03 октября 2016 года по 30 ноября 2016 года, с учетом применения последствий пропуска истцом 3-х месячного срока исковой давности на обращение в суд с данными требованиями, предусмотренного ст. 392 ТК РФ в редакции, действовавшей до 03 октября 2016 года. Дополнительно пояснили суду, что 06 апреля 2016 года ответчик на основании трудового договора принял истицу на работу в принадлежащий ему магазин «Хороший» в должности продавца, а затем с 01 июля 2016 года перевел на должность товароведа. Заработная плата истца составляла 

<

данные изъяты> рублей до вычета НДФЛ, ежемесячно до июля 2016 года первого числа месяца, следующего за отработанным, истица получала на руки заработную плату 

<

данные изъяты> рублей. За июль 2016 года по просьбе истицы заработная плата наличными денежными средствами не выдавалась, поскольку она брала в магазине, в котором работала продукты питания в счет заработной платы, о чем самостоятельно вела свои записи, где также было указано, что за июль заработная плата ею получена. За август 2016 года истец также получала денежные средства наличными и продуктами, а за последние месяцы истец получала авансом, так как её заработной платы не хватало на месяц. Поскольку ежемесячно истица брала продукты и авансы, вести ведомости не было необходимости, отношения между истцом и ответчиком были построены на доверии. Задолженности перед ФИО1 по заработной плате ответчик не имеет, доказательств того, что истицей были оплачены взятые продукты, ею не представлены. Вместе с тем, письменных соглашений о выплате заработной платы в натуральной форме – продуктами, им с истцом не заключалось, с таким заявлением она к ответчику не обращалась. За период с июля 2016 года до обращения в суд с настоящим иском к ответчику истица с требованием о выплате задолженности по заработной плате не обращалась. В ноябре 2016 года по результатам ревизии в магазине «Хороший» была выявлена недостача в большом размере. 30 ноября 2016 года ФИО1 работала последний день, после чего на работе она не появлялась, в связи с чем, ей проставлялись прогулы. Появилась она работе только 09 декабря 2016 года и представила заявление, в котором просила уволить её по собственному желанию со 2 декабря 2016 года. Генеральный директор ФИО2, пожалев истицу, уволил ее с 02 декабря 2016 года по собственному желанию. В этот же день 09 декабря 2016 года он дл указание бухгалтеру, которая в штате работников не числится, а только оформляет для ответчика необходимые документы и ведет бухгалтерию по мере необходимости на основании договора, составить приказ об увольнении и внести запись в трудовую книжку, ознакомить и выдать их ФИО1 Бухгалтер, подготовив документы, позвонила истице, та подошла к ней, однако на предложение бухгалтера подписать приказ об увольнении, а также получить трудовую книжку и расписаться в её получении, отказалась это сделать, сославшись на необходимость консультации с юристом, при этом по её просьбе ей выдали подготовленный приказ. Пояснил, что созванивался с истцом 9, 10, и 13 декабря 2016 года по вопросу подписания приказа и получения трудовой книжки, но ФИО1 о.М. так и не явилась подписать приказ и забрать трудовую книжку, в связи с чем, им было принято решение и 23 декабря 2016 года направлено уведомление о необходимости явиться в магазин «Хороший» для получения трудовой книжки и подписания приказа об увольнении. Вместе с тем, получив 30 декабря 2016 года данное уведомление, истица так и не явилась за документами, и уже 25 января 2017 года он был вынужден направить ей трудовую книжку почтой, которую ФИО1 получила 01 февраля 2017 года. Полагали размер заявленной компенсации морального вреда завышенным.

Выслушав истца, представителей ответчика, допросив свидетеля, исследовав материалы и обстоятельства дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 2 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются: обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии со ст. 5 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией РФ, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством и иными нормативно-правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; полную достоверную информацию об условиях труда и требованиях охраны труда на рабочем месте, включая реализацию прав, предоставленных законодательством о специальной оценке условий труда; защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами; разрешение индивидуальных и коллективных трудовых споров.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника.

Согласно статье 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Оклад (должностной оклад) - фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

В соответствии с ч. 1 ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В соответствии со статьями 55, 56 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

С учетом правовой природы трудового спора, обязанность доказывания соблюдения требований трудового законодательства и соблюдения трудовых прав работника возлагается на работодателя.

В то же время, работник, с учетом обстоятельств конкретного дела, не освобождается от обязанности подтвердить факт нарушения работодателем трудовых прав и соответствующими доказательствами обосновать обстоятельства, на которые он ссылается в качестве оснований для удовлетворения заявленных требований.

Судом при рассмотрении дела на основании представленных документов и пояснений сторон установлено, что ответчик ООО «Успех» с 27 ноября 2009 года зарегистрировано в качестве юридического лица за ОГРН №, поставлено на учет в налоговом органе по месту нахождения - ИНН № и осуществляет коммерческую деятельность для извлечения прибыли, в том числе, связанную с розничной торговлей продовольственными товарами в магазине «Хороший» в г. Вилючинске. 

С 06 апреля 2016 года по 02 декабря 2016 года истец ФИО1 состояла в трудовых отношениях с ООО «Успех». В частности, как следует из приказа № от 06 апреля 2016 года и заключенного сторонами трудового договора № от 06 апреля 2016 года, она была принята на работу на должность продавца с заработной платой (с учетом р/к 80% и 80% надбавкой) в размере 

<

данные изъяты> рублей (п. 3.1. Трудового договора).

Согласно п. 1.5 Трудового договора, работнику устанавливается 36-часовая рабочая неделя в соответствии со ст. 320 ТК РФ.

Пунктом 3.2 Трудового договора предусмотрена продолжительность основного и дополнительного оплачиваемых отпусков в количестве 28 и 24 календарных дней соответственно. 

Доказательств, опровергающих данные обстоятельства, суду стороной ответчика не представлено. 

На основании пояснений сторон в судебном заседании было установлено, что истец с 01 июля 2016 года была переведена с должности продавца на должность товароведа, при этом, размер её заработной платы не изменялся. Данные обстоятельства подтверждаются приказом № от 01 июля 2016 года и сторонами не оспаривались.

Из табеля учета рабочего времени видно, что последним рабочим днем ФИО1 являлось 30 ноября 2016 года. После указанной даты истица трудовую деятельность фактически не осуществляла, что ею в судебном заседании не оспаривалось, 01 и 02 декабря 2016 года ФИО1 проставлены работодателем в табеле учета рабочего времени как прогулы.

09 декабря 2016 года истица ФИО1 обратилась в адрес ответчика с заявлением, в котором просила уволить её по собственному желанию с 02 декабря 2016 года.

В соответствии с приказом № от 02 декабря 2016 года и достигнутой между работодателем и истицей договоренностью, ФИО1 была уволена с должности товароведа с указанной даты на основании личного заявления, трудовой договор расторгнут по п. 3 ст. 77 ТК РФ по инициативе работника.

В судебном заседании на основании пояснений сторон и представленных суду справки Формы 2-НДФЛ о доходах физического лица (л.д. 9), сведений о сумме выплат и иных вознаграждений и страховом стаже лица (л.д. 82-87), выписки из расчетных ведомостей (л.д. 88), установлено, что до июля 2016 года истец ФИО1 ежемесячно получала заработная плату в размере 

<

данные изъяты> рублей, то есть в размере установленном трудовым договором за вычетом налога на доходы физических лиц (далее НДФЛ). При этом, исходя из пояснений истца, не опровергнутых стороной ответчика, последний раз ФИО1 была получена заработная плата в установленном размере за июнь 2016 года - 01 июля 2016 года. Более истец заработную плату наличными денежными средствами не получала. 

Таким образом, учитывая, что допустимых и достоверных доказательств выплаты ответчиком заработной платы за период с июля по ноябрь 2016 года (30 ноября 2016 года последний рабочий день), ответчиком суду не предоставлено, суд находит требования истца о взыскании с ответчика в её пользу невыплаченной заработной платы за указанный период обоснованными, однако подлежащими частичному удовлетворению. 

Так, истцом представлен расчет невыплаченной заработной платы с июля по ноябрь 2016 года, размер которой, исходя из размера заработной платы, согласно справке о доходах и количества месяцев, за которые заработная плата не была выплачена, т.е. 5 месяцев, составил 

<

данные изъяты> рублей.

Вместе с тем, суд не может согласиться с данным расчетом истца, поскольку при его производстве истцом сумма задолженности по заработной плате приведена без учета вычета 13% НДФЛ.

Таким образом, за период с 01 июля 2016 года по 30 ноября 2016 года, размер заработной платы истца, подлежащий взысканию с ответчика, составит сумму 

<

данные изъяты> рублей: 

<

данные изъяты> рублей (оклад) х 5 (количество отработанных месяцев) - 13% НДФЛ.

Доводы стороны ответчика о том, что у него отсутствовала обязанность по выплате заработной платы, поскольку в июле и августе 2016 года истец брала продукты под заработную плату, а также авансы, суд находит несостоятельными, ввиду нижеследующего.

Согласно ст. 131 ТК РФ выплата заработной платы производится в денежной форме в валюте Российской Федерации (в рублях).

В соответствии с коллективным договором или трудовым договором по письменному заявлению работника оплата труда может производиться и в иных формах, не противоречащих законодательству Российской Федерации и международным договорам Российской Федерации. Доля заработной платы, выплачиваемой в неденежной форме, не может превышать 20 процентов от начисленной месячной заработной платы.

Как разъяснено в пункте 54 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, возникших в связи с выплатой работнику заработной платы в неденежной форме в соответствии с коллективным договором или трудовым договором, необходимо иметь в виду, что по смыслу статьи 131 Кодекса и статьи 4 Конвенции МОТ N 95 1949 г. об охране заработной платы (ратифицирована Указом Президиума Верховного Совета СССР N 31 от 31 января 1961 г.) выплата заработной платы в такой форме может быть признана обоснованной при доказанности следующих юридически значимых обстоятельств:

а) имелось добровольное волеизъявление работника, подтвержденное его письменным заявлением, на выплату заработной платы в неденежной форме. При этом статьей 131 Кодекса не исключается право работника выразить согласие на получение части заработной платы в неденежной форме как при данной конкретной выплате, так и в течение определенного срока (например, в течение квартала, года). Если работник изъявил желание на получение части заработной платы в натуральной форме на определенный срок, то он вправе до окончания этого срока по согласованию с работодателем отказаться от такой формы оплаты;

б) заработная плата в неденежной форме выплачена в размере, не превышающем 20 процентов от начисленной месячной заработной платы;

в) выплата заработной платы в натуральной форме является обычной или желательной в данных отраслях промышленности, видах экономической деятельности или профессиях (например, такие выплаты стали обычными в сельскохозяйственном секторе экономики);

г) подобного рода выплаты являются подходящими для личного потребления работника и его семьи или приносят ему известного рода пользу, имея при этом в виду, что не допускается выплата заработной платы в бонах, купонах, в форме долговых обязательств, расписок, а также в виде спиртных напитков, наркотических, токсических, ядовитых и вредных веществ, оружия, боеприпасов и других предметов, в отношении которых установлены запреты или ограничения на их свободный оборот;

д) при выплате работнику заработной платы в натуральной форме соблюдены требования разумности и справедливости в отношении стоимости товаров, передаваемых ему в качестве оплаты труда, т.е. их стоимость во всяком случае не должна превышать уровень рыночных цен, сложившихся для этих товаров в данной местности в период начисления выплат.

Таким образом, трудовое законодательство предусматривает возможность оплаты труда в не денежной форме, но такая форма оплаты труда должна применяться в соответствии с коллективным договором или трудовым договором, и только по письменному заявлению работника, при этом, не может превышать 20 процентов от начисленной месячной заработной платы.

В судебном заседании установлено, что трудовым договором ФИО1 не предусмотрена возможность выплаты заработной платы в не денежной форме, письменных заявлений истицы о выплате ей заработной платы в не денежной форме, как и надлежащих доказательств, подтверждающих факт того, что истица брала продукты питания за отработанные дни, в материалах дела не имеется.

При этом представленный стороной ответчика рукописный текст не может быть принят судом в качестве надлежащего доказательства того, что истец ФИО1, действительно брала продукты в счет заработной платы, поскольку из содержания данного документа, несмотря на то, что истицей не оспаривается то, что текст был выполнен ею, не представляется возможным установить, когда он был составлен, происхождение указанных в нем сумм и их относимость к предмету спора.

Показания свидетеля ФИО5, работавшей продавцом в магазине «Хороший» с августа 2016 года по 13 ноября 2016 года, о том, что работодатель ООО «Успех», генеральным директором которого является ФИО2, никогда по отношению к ней задолженности по заработной плате не допускал, при этом, по имевшейся с работодателем по инициативе самих работников договоренности, сотрудники магазина, в том числе, ФИО1, брали продукты под заработную плату, что фиксировалось в общей тетради, и высчитывалось в последующем из заработной платы, при этом, истица вела соответствующие записи в своей отдельной тетради, во внимание судом не принимаются, поскольку вышеуказанных выводов суда не опровергают, не свидетельствуют о выплате ответчиком в спорный период времени ФИО1 заработной платы в установленной трудовым законодательством РФ форме и порядке, в связи с чем, правового значения для настоящего дела не имеют.

Доводы стороны ответчика о том, что истицей пропущен срок обращения в суд по требованиям о взыскании заработной платы за период с июля 2016 года по 03 октября 2016 года, суд также находит не состоятельными.

Так, в соответствии со ст. 392 ТК РФ (в редакции, действовавшей до 03 октября 2016 года) работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Как разъяснено в пункте 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но невыплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

Таким образом, поскольку до момента увольнения истицы, нарушение, выразившееся в невыплате работодателем заработной платы, носило длящийся характер, при этом действие трудового договора прекратилось с его расторжением 02 декабря 2016 года, учитывая, что истец обратилась в суд с настоящим исковым заявлением 26 января 2017 года, то есть до истечения установленного срока обращения в суд, основания для применения последствий пропуска истцом срока исковой давности отсутствуют.

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации в своих определениях неоднократно указывал, что предусмотренный ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса РФ трехмесячный срок для обращения в суд исчисляется со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права, чем обеспечивается возможность надлежащего обоснования исковых требований. Такое правовое регулирование направлено на оптимальное согласование интересов сторон трудовых отношений и на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника.

Лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в указанный срок по уважительным причинам, предоставляется возможность восстановить этот срок в судебном порядке. При этом ст. 392 Трудового кодекса РФ предполагает, что суд, оценивая, является ли то или иное основание достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, действует не произвольно, а проверяет и учитывает всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Учитывая вышеизложенное, в сложившейся ситуации исходя из правомерности исковых требований, учитывая, что исходя из пояснений стороны ответчика заработная плата истцу в заявленный ею период, действительно, не была выплачена, применение срока на обращение за защитой нарушенного права свидетельствует о злоупотреблении правом, дает основания работодателю извлекать преимущества из своего незаконного поведения по невыплате работнику заработной платы.

Недобросовестное поведение стороны ответчика, с учетом характера и последствий такого поведения в виде лишения работника в течение пяти месяцев зарплаты как единственного источника средств существования, дает основания для отказа в удовлетворении ходатайства ответчика о применении последствий пропуска срока на обращение в суд.

При этом суд учитывает, что Федеральным законом от 03 июля 2016 года №272-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам повышения ответственности работодателей за нарушение законодательства в части, касающейся оплаты труда", вступившим в силу с 03 октября 2016 года, статья 392 Трудового кодекса РФ дополнена новой частью второй, которой установлено, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении, в связи с чем, учитывая, что невыплата работодателем заработной платы носила длящийся характер, а трудовой договор был расторгнут 02 декабря 2016 года, то есть после внесения изменений в ст. 392 ТК РФ, суд полагает, что в данном случае, срок на обращение в суд истицей пропущен не был.

Рассматривая требования истца о взыскании компенсации за несвоевременные выплаты в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек, суд приходит к следующему. 

В силу ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм. Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность выплаты указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации за нарушение сроков выплат при увольнении в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек, при этом, расчет произведен истцом исходя из суммы компенсации за неиспользованный отпуск в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек и невыплаченной заработной платы в размере 

<

данные изъяты> рублей, исходя из 1/300 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации и периода задержки выплаты в количестве 103 дней. 

Однако суд не может согласиться с данным расчетом, ввиду того, что указанный расчет произведен не в соответствии с требованиями ст. 236 ТК РФ.

Так, расчет произведен в соответствии с недействующей редакцией ст. 237 ТК РФ, а именно учтена 1\300 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, также при расчете истцом учтены суммы невыплаченной заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск без вычета НДФЛ, вместе с тем, работодатель обязан возместить установленную к выплате работнику заработную плату за вычетом всех обязательных платежей за весь период ее задержки с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере, установленном ст. 236 Трудового кодекса.

Кроме того, суд также не может согласиться с периодом задержки выплаты определенной истцом с 09 декабря 2016 года по 16 марта 2017 года, в количестве 103 дней, в связи с нижеследующим.

Согласно ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Как установлено в судебном заседании, 30 ноября 2016 года для истицы был последним рабочим днем, более она на работу не являлась без уважительных причин, в связи с чем, 01 и 02 декабря 2016 года ей были проставлены прогулы, что сторонами не оспаривалось, при этом, по достигнутой с генеральным директором ООО «Успех» ФИО2 договоренности, истица появилась у работодателя только 09 декабря 2016 года, написав заявление об увольнении её по собственному желанию с 02 декабря 2016 года, что и было сделано. При этом, о производстве каких-либо выплат при расторжении трудового договора ФИО1 не заявляла.

В последующем, при ознакомлении с копией приказа у бухгалтера, каких-либо требований о выплате денежных средств в счет невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, истица также ответчику не заявляла, ни в устном, ни в письменном виде. Надлежащих доказательств этому, истцом (письменных заявлений, требований о расчете, детализаций телефонных звонков и т.д.), несмотря на предложения суда, не представлено. 

Заявление истицы с требованиями предоставить приказ об её увольнении, производстве окончательного расчета, производстве записи в трудовой книжке о переводе её на должность товароведа, а также о предоставлении справки о неиспользованном отпуске за период работы, было направлено ФИО1 ответчику, согласно представленных кассовых чеков и описи вложения, 15 декабря 2016 года, и фактически получено ответчиком, исходя из сведений «Почта России» (почтовый идентификатор №) 23 декабря 2016 года. 

Компенсация за неиспользованный отпуск в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек (за вычетом НДФЛ), сумма которой истицей не оспаривалась, была получена последней от ответчика только в ходе рассмотрения настоящего дела 16 марта 2017 года. 

Учитывая вышеизложенное, суд полагает необходимым изменить период задержки выплаты окончательного расчета, определив его в соответствии со ст. 140 ТК, а именно принимая во внимание, что требование уволенным работником ФИО1 о расчете было фактически предъявлено ответчику только 23 декабря 2016 года, соответственно выплата должна была быть произведена им не позднее 24 декабря 2016 года. 

Таким образом, период задержки составит:

- с 24 декабря 2016 года по 16 марта 2017 года включительно в количестве 83 дней – по требованию о компенсации за задержку выплаты заработной платы и о выплате денежной компенсации за неиспользованный отпуск. 

На основании вышеизложенного, судом самостоятельно произведен расчет компенсации за несвоевременные выплаты, общий размер которой составил 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек: 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копейки (

<

данные изъяты> (компенсация за неиспользованный отпуск +

<

данные изъяты> рублей (невыплаченная заработная плата) х 10% : 150 х 83 (количество дней просрочки)

Рассматривая требования истца о компенсации за задержку выдачи трудовой книжки в размере 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 84.1 Трудового кодекса РФ, прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя. 

С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 Трудового кодекса РФ. 

В случае, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки. По письменному обращению работника, не получившего трудовую книжку после увольнения, работодатель обязан выдать ее не позднее трех рабочих дней со дня обращения работника.

В силу ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, внесения в трудовую книжку неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.

Пунктом 35 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 апреля 2003 года N 225 "О трудовых книжках" установлено, что при задержке выдачи работнику трудовой книжки по вине работодателя, внесении в трудовую книжку неправильной или не соответствующей федеральному закону формулировки причины увольнения работника работодатель обязан возместить работнику не полученный им за все время задержки заработок.

При этом днем увольнения (прекращения трудового договора) в этом случае считается день выдачи трудовой книжки. О новом дне увольнения работника (прекращении трудового договора) издается приказ (распоряжение) работодателя, а также вносится запись в трудовую книжку. Ранее внесенная запись о дне увольнения признается недействительной в порядке, установленном настоящими Правилами.

Таким образом, законодатель возможность наступления материальной ответственности работодателя перед работником за задержку выдачи трудовой книжки связывает с виновным поведением работодателя.

Как установлено в судебном заседании на основании пояснений стороны ответчика, справки ИП ФИО4 от 10 февраля 2017 года №, не опровергнутых истицей, 9 декабря 2016 года при оформлении и предоставлении для ознакомления приказа об увольнении, внесении записи об увольнении в трудовую книжку ФИО1, для дальнейшего подписания уволенным работником у руководителя ООО «Успех», истица от подписи и росписи о выдаче трудовой книжки отказалась, сославшись на необходимость проконсультироваться с юристом, в связи с чем, трудовая книжка была возвращена работодателю без подписи уволенного работника. После этого, истица с какими-либо обращениями к работодателю по вопросу выдачи трудовой книжки, не обращалась, надлежащих доказательств этому не представила. В свою очередь, законный представитель ответчика после периодических звонков и телефонных переговоров с истицей относительно получения необходимости подписания приказа об увольнении и получения трудовой книжки, что в совокупности с пояснениями стороны ответчика подтверждается представленными детализациями звонков с абонентского номера +№ (находящегося в пользовании у ФИО2) 9, 10 и 13 декабря 2016 года на абонентский № (находящийся в пользовании у ФИО1), 23 декабря 2016 года направил в адрес ФИО1 письменное уведомление с требованием о подписании приказа об увольнении и получении трудовой книжки, которое было ею получено 30 декабря 2016 года. Поскольку, получив данное уведомление, истица к работодателю с требованием о выдаче трудовой книжки так и не обратилась, соответствующих доказательств, свидетельствующих об этом, суду не представила, 25 января 2017 года генеральным директором ООО «Успех» данная трудовая книжка была направлена ей посредством почтовой связи по адресу места жительства, и получена 01 февраля 2017 года.

В соответствии со статьями 84.1, 234 Трудового кодекса Российской Федерации юридически значимыми для решения вопроса о наступлении материальной ответственности работодателя за задержку выдачи трудовой книжки являются следующие обстоятельства: дата выдачи трудовой книжки и наличие либо отсутствие направления работодателем уведомления работнику о необходимости явиться за трудовой книжкой.

Данные положения сформулированы императивно. Свои обязанности, в том числе по направлению уведомления истцу о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на направление ее по почте, ответчик выполнил, что истицей оспаривалось. 

Таким образом, исходя из анализа вышеприведенных норм, а также учитывая недобросовестное поведения истицы, которая отказавшись от получения трудовой книжки, в последующем не приняла должных мер к её получению, что свидетельствует о злоупотреблении правом, при этом, доказательств тому, что ФИО1 обращалась к работодателю с такими требованиями, но ей было отказано в выдаче трудовой книжки, суду не представила, а также принимая во внимание последовательность действий ответчика по вручению трудовой книжки истице, суд находит требования ФИО1 в указанной части необоснованными и полагает необходимым отказать ей во взыскании в её пользу компенсации за задержку выдачи трудовой книжки в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек.

Рассматривая требования истца о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания работника, причиненные неправомерными действиями или бездействием работодателя, нарушающими его трудовые права, закрепленные законодательством.

При этом ТК РФ не содержит ограничений для взыскания компенсации морального вреда, поэтому суд вправе удовлетворить требование работника о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя вытекающими из трудовых правоотношений. Нравственные страдания работника при этом предполагаются.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В обоснование размера заявленной ко взысканию ФИО1 компенсации причиненного ей морального вреда, истица указывает на испытанное сильное душевное волнение, связанное с необходимостью обращения к работодателю и в суд, причинением ей неудобства из-за дальней дороги, поскольку местом её жительства является 

<

адрес> Камчатского края, а также невозможностью обеспечить себя и её малолетнего сына полноценным питанием, приобретением лекарств, своевременной оплате коммунальных платежей и детского сада.

Вместе с тем, доказательств, свидетельствующих о необходимости приобретения лекарственных препаратов, наличия задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг и детского сада, либо наличия иных долговых обязательств истца в связи с её тяжелым материальным положением, а также фактического совершения поездок к работодателю и в суд с учетом того, что как это следует из пояснений истицы, она как и в настоящее время периодически работала и проживала в г. Вилючинске, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, суду не представлено.

Между тем, принимая во внимание установленный факт нарушения трудовых прав истца, учитывая степень вины работодателя, длительность периода невыплаты заработной платы, недобросовестное поведение самой истицы, требования разумности и справедливости, суд считает подлежащим удовлетворению требование истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда в большем размере, у суда не имеется, поскольку каких-либо обстоятельств, связанных именно с особым характером причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий, при рассмотрении дела не установлено и суду стороной истца не представлено, при этом, поскольку сторона истца настаивала на своих исковых требованиях в полном объеме, которые, в том числе, включают и определенный истцом размер компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> рублей, суд считает необходимым отказать в удовлетворении оставшейся части требований о компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. 

В силу части 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ налоговые доходы от государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, подлежат зачислению по месту совершения юридически значимых действий по нормативу 100 процентов в бюджеты муниципальных районов. 

Согласно пп. 1 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса РФ по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции при подаче исковых заявлений, содержащих требования как имущественного, так и неимущественного характера, одновременно уплачиваются государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера.

Учитывая изложенное, на основании пп.1, 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового Кодекса РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина: по требованиям имущественного характера исходя из окончательной цены иска 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копейки 

<

данные изъяты> + 

<

данные изъяты>) - в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек; по требованиям неимущественного характера о компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей, а всего в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судья

решил:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Успех» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплат, компенсацию за задержку выдачи трудовой книжки, компенсации морального вреда, – удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Успех» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с июля 2016 года по ноябрь 2016 года в размере 

<

данные изъяты> рублей (за вычетом НДФЛ), компенсацию за нарушение сроков выплаты за период с 24 декабря 2016 года по 16 марта 2017 года в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копейки, в счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> рублей, а всего взыскать 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копейки.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Успех» о взыскании задолженности по заработной плате в размере 

<

данные изъяты> рублей, компенсации за задержку выдачи трудовой книжки в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек, в счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> рублей, - отказать за необоснованностью.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Успех» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Вилючинский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 21 марта 2017 года.

Судья 

Н.М. Хорхордина