САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 22-1871/20

Дело № 1-16/20 Судья Гершевский Ю.Р. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 03.06.2020 г.

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Цепляевой Н.Г., 

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга Янковской Ю.С. 

осужденного ФИО9 

защитника адвоката Черненко Е.А., 

потерпевших ФИО1, ФИО2., 

представителя потерпевших - адвоката Иванова Р.Г.,

при секретаре Востряковой А.А., 

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Черненко Е.А. на приговор Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 14 января 2020 года, которым 

ФИО9, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

...>, гражданин 

<

...>, со средним образованием, работающий кассиром ООО «

<

...>», женатый, имеющий двух несовершеннолетних детей, зарегистрированный и проживающий 

<

адрес>, ранее не судимый, 

осужден

по ч. 3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года с лишением права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 года, 

на основании ст. 73 УК РФ постановлено считать наказание в виде лишения свободы условным с испытательным сроком на 3 года. 

в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ на ФИО9 возложены обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за исправлением осужденных, один раз в месяц являться для регистрации в уголовно-исполнительную инспекцию, принимать меры в возмещению ущерба причиненного потерпевшим. 

С ФИО9 в пользу потерпевшего ФИО1 взыскано 

<

...> рублей, в пользу потерпевшей ФИО2 взыскано 

<

...> рублей. 

Заслушав доклад судьи Цепляевой Н.Г., мнение адвоката Черненко Е.А. и осужденного ФИО9, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение потерпевших ФИО1., ФИО2., представителя потерпевших - адвоката Иванова Р.Г., прокурора Янковской Ю.С., возражавших против удовлетворения апелляционной жалоба, суд

УСТАНОВИЛ:

Приговором Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 14 января 2020 года ФИО9 признан виновным в совершении нарушения лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности смерть человека, совершенного 29 августа 2018 года около 20 часов 13 минут в Санкт-Петербурге при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Черненко Е.А. просит приговор отменить, в связи с его необоснованностью, вынести оправдательный приговор. 

В обоснование указывает на то, что согласно заключениям экспертов и специалистов, находящихся в материалах дела, на всем протяжении ЗСД, в том числе и на участке на котором произошло ДТП, отсутствуют светофоры. Х-образные сигналы расположенные на информационных табло, таковыми не являются и не обязывают водителей выполнять какие-либо действия или команды.

Автор жалобы полагает, что в материалах уголовного дела отсутствуют какие-либо доказательства подтверждающие, что ЗПИ (знак переменной информации) на котором мигал красным цветом Х-образный сигнал является реверсивным светофором.

Приводя положения пункт 6.7 ПДД РФ, о том, что для регулирования движения транспортных средств по полосам проезжей части, в частности по тем, направление движения по которым может изменяться на противоположное, применяются реверсивные светофоры с красным Х-образным сигналом и зеленым сигналом в виде стрелы, направленной вниз, и эти сигналы соответственно запрещают или разрешают движение по полосе, над которой они расположены, сторона защиты указывает, что на ЗСД отсутствуют полосы на которых движение может изменяться или, изменяется на противоположное.

Обращает внимание, что как следует из материалов дела (л.д.86) над второй слева полосой был включен знак переменной информации (ЗПИ 31.7-4) в виде мигающего красного креста, который не предусмотрен ПДД РФ. Включенный Х-образный сигнал не является сигналом реверсивного светофора и не порождал обязанностей для водителя, данный факт по мнению стороны защиты подтверждается следующими доказательствами:

Заключением специалиста полученного по адвокатскому запросу № №... от 18.07.2019 года, согласно которого с технической точки зрения, в соответствии с ГОСТ 32865-2014 изображение в виде красного креста на знаке переменной информации не является сигналом реверсивного светофора, запрещающего въезд и движение по полосе. С технической точки зрения, не допустимо считать идентичными понятия «дорожная пиктограмма» и «сигнал светофора»

Ответом на адвокатский запрос из УГИБДД ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в согласно которого «всоответствии с ГОСТ - 32865-2014 «Знаки переменой информации.Технические требования» на опорах установлена автоматическая системауправления дорожного движения (АСУДД). Данное табло переменной информацией не является светофором.

Заключением экспертов полученное в ходе судебного следствия, о том, что размер Х-образной пиктограммы не соответствует ГОСТ 33385-2015 по размеру которые предусмотрены для светофора. Кроме того при отсутствии сведений о высоте расположения ЗПИ нет возможности оценить соответствие ЗПИ требованиям 7.3.5 ГОСТ Р 52289-2004 (высота установки светофора).

В связи с чем защита полагает, что имеющиеся в деле доказательства подтверждают тот факт, что подсудимый ФИО9 не нарушал требования пунктов 6.1, 6.2, 6.7, ПДД РФ.

Обращает внимание, что согласно заключений эксперта и специалистов (заключение трасолого - автотехнической судебной экспертизы № №... от 11.03.2019 г. и заключение специалиста №№...), водитель ФИО9, не имел технической возможности избежать столкновения и в его действиях не усматривается противоречий и нарушений ПДД РФ.

К аналогичным выводам пришел эксперт СЗРЦСЭ ФИО10, указав, что исходя из версии подсудимого и объективной обстановке, которая не опровергает версию водителя, подсудимый не имел технической возможности избежать ДТП и в его действиях не усматривается противоречий и нарушений ПДД РФ.

При этом, необходимо обратить внимание на то, что все эксперты указали на невыполнение требований ПДД РФ потерпевшим. В нарушение пункта 7.2 потерпевший не выставил знак аварийной остановке, чем создал предпосылки для ДТП. При соблюдении ПДД РФ и выставлении знака аварийной остановки, вероятность ДТП существенно снизилась или была бы сведена к нулю.

Так же потерпевшим не были выполнены требования пункта 12.6 ПДД РФ согласно которого, «при вынужденной остановке в местах, где остановка запрещена, водитель должен принять все возможные меры для отвода транспортного средства из этих мест.

Так же не обоснован приговор в части взыскания материального и морального вреда. В соответствии с действующим законодательством, в случае грубой неосторожности самого потерпевшего, размер взыскиваемого вреда, должен быть снижен. При взыскании ущерба, суд не указал и не учел грубую неосторожность самого потерпевшего, в действиях которого эксперты усмотрели несоответствия ПДД РФ.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, суд апелляционной инстанции находит приговор суда, постановленный как обвинительный, законным и обоснованным.

Выводы суда о доказанности вины осужденного ФИО9 в совершении преступления, за которое он осужден, основаны на проверенных в судебном заседании материалах дела и подтверждены изложенными в приговоре доказательствами, объективно и непосредственно исследованными в судебном заседании на основе состязательности сторон.

Так, вина ФИО9 установлена: протоколом осмотра места совершения дорожно-транспортного происшествия от 29.08.2018; ответом ООО «

<

...>»; видеозаписью; заключениями судебно-медицинских экспертиз о характере, локализации, механизме образования и степени тяжести телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшего ФИО3 повлекших его смерть; заключением трасологической автотехнической судебной экспертизы №№... от 11.03.2019 г., о том, что водитель ФИО11 в своих действиях должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД. Требования п.6.7 ПДД применимы к действиям водителя ФИО11 (он должен был ими руководствоваться) при условии, если сигнал «красный крест» знака переменной информации являлся для водителя сигналом светофора, запрещающим движение. При проезде информационного табло, запрещающего движение по второй слева полосе, водитель ФИО11 имел техническую возможность остановить автомобиль до места наезда на автомобиль «

<

...>». Если сигнал «красный крест» знака переменной информации над второй слева полосой являлся соответствующим сигналом светофора, то движение по этой полосе было запрещено. При равно-значности пиктограмм «Ограничение скорости - 60» дорожным знакам 3.24 Ограничение максимальной скорости» ПДД РФ движение по остальным Волосам (кроме второй слева) было разрешено со скоростью не более 60 км/ч. При наличии впереди в зоне видимости попутного автомобиля водитель должен (своевременно оценивать скорость сближения с этим автомобилем, в частности, скорость приближения к неподвижному автомобилю. Это необходимо для Выполнения требований п.9.10, 10.1 ПДД РФ и выбора безопасной дистанции (расстояния) от находящегося впереди автомобиля. При этом водитель должен своевременно снижать скорость независимо от того, движется впереди попутный автомобиль с небольшой скоростью или стоит; заключением автодорожной экспертизы №№... от 15.11.2019 г., о том. что пиктограмма ЗПИ «красный крест» по своей форме и цвету не противоречит указанному в п.п. 6.1 6.7 ПДД РФ «красному Х-образному» сигналу светофора, ПДД РФ не содержит требования об обязательном применении реверсивного светофора во второй слева полосе движения ЗСД, но ПДД РФ не содержит требований, исключающих применение реверсивного светофора в месте происшествия; показаниями свидетелей ФИО1, ФИО4, ФИО5., ФИО6 об известных им обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, другими доказательствами, которые суд положил в основу приговора.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд дал им оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела, установленным судом. Не согласиться с приведенной в приговоре оценкой доказательств у судебной коллегии оснований не имеется.

Показания свидетелей ФИО1., ФИО4., ФИО5 ФИО6., суд обоснованно признал достоверными и привел их в приговоре в обоснование вины осужденного, поскольку они последовательны, взаимно дополняют друг друга, подтверждены другими доказательствами, а также соответствуют фактическим обстоятельствам произошедшего, установленным судом. Кроме того, их показания не содержат в себе противоречий, которые бы ставили под сомнение достоверность их показаний в целом. Суд не усматривает оснований к оговору осужденного ФИО9, со стороны свидетелей, личной заинтересованности свидетелей в привлечении ФИО9 к уголовной ответственности. Обстоятельств, порочащих показания свидетелей судом первой, а также апелляционной инстанции не установлено.

Вопреки доводам жалобы, обстоятельства дорожно-транспортного происшествия с участием ФИО9 и потерпевшего ФИО3 в том числе, зафиксированные в соответствующих документах, заключениях судебно-медицинской и автотехнической экспертиз, а также в показаниях свидетелей ФИО1., ФИО4., ФИО5 ФИО6., были предметом тщательного исследования суда, результаты проверки и оценки которых в совокупности с другими доказательствами по делу отражены в приговоре.

Доводы стороны защиты изложенные в апелляционной жалобе, были предметом исследования и оценки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты. 

Суд первой инстанции верно пришел к выводу, о том, что о том, ПДД РФ содержит прямое указание на то, что для регулирования движения транспортных средств по полосам проезжей части применяются реверсивные светофоры с красным Х-образным сигналом или зеленой стрелой, положения п.6.7 ПДД РФ не исключает возможности применения такого светофора на полосе движения, не предназначенного для реверсивного движения, поскольку является только вариантом применения такого типа светофоров. Указанное свидетельствуют о нарушении осужденным ФИО9 п. 6.7. ПДД РФ 

Судом апелляционной инстанции также принимается во внимание тот факт, что в соответствии с п. 6.1 ПДД РФ в зависимости от назначения сигналы светофора могут быть круглые, в виде стрелки (стрелок), силуэта пешехода или велосипеда и X-образные.

В соответствии с положениями п. 6.7. ПДД РФ «эти сигналы соответственно запрещают или разрешают движение по полосе, над которой они расположены».

Судом первой инстанции обоснованно отвергнуты заключение специалиста №№... от 18.07.2019 г. (т.3 л.д. 48-75) и показания специалиста ФИО7., как противоречащие заключению государственного эксперта, и нормам ПДД РФ, при судом апелляционной инстанции также принимается во внимание, что суждения специалист в заключении №№... от 18.07.2019 г., обоснованные лишь ссылкой на «техническую точку зрения», и не обоснованные ссылками на конкретные пункт ГОСТа, и иные нормативно-технические акты, не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств. 

Доводы стороны защиты, о том, что в заключении экспертов от 15.11.2019 года №№..., установлен факт несоответствия Х-образной пиктограммы не соответствует ГОСТ 33385-2015, не состоятелен поскольку, как следует их из заключения эксперта (т.3 л.д. 158) пиктограмма ЗПИ «красный крест» по своей форме и цвету не противоречит указанным в п. 6.1, 5.7 ПДД РФ «красному Х-образному» сигналу светофора, по цветовым характеристикам примерно соотвествует параметрам Х-образного сигнала реверсивного светофора, указанным в ГОСТ 33385-2015, и возможно небольшое несоответствие с требованиями ГОСТ 33385-2015 по размеру, при этом экспертом установлено несоответствие в большую сторону в размере 50 мм с одной стороны. 

Ссылка стороны защиты на ответ из УГИБДД ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (т.3 л.д. 139), не может быть принят во внимание судом апелляционной инстанции, поскольку как следует из ответа, суду не представляется возможным установить, какие именно сведения и фотографии были представлены Врио командира отдельного батальона ФИО8 так из ответа усматривается, что представленные фотографии отображали информацию на табло о проведении ремонтных работ, следовательно возможно сделать вывод, о том, что суждении высказаны по вопросам поставленным в рамках иного материала, и при иных обстоятельствах. 

Ответ на запрос из ГУ МВД РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области представленный стороной защиты в судебном заседании суда апелляционной инстанции, не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО9 состава инкриминируемого преступления, поскольку вина ФИО9 подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, при этом судом апелляционной инстанции, также принимается во внимание тот факт, что указанный ответ не содержит конкретных суждений подтверждающих факт отсутствие в действиях ФИО12 нарушений требований пунктов 1.3, 1.5, 1.2.1, 6.1, 6.2, 6.7, 9.10, 10.1 ПДД РФ, 3.24 приложения 1 к ПДД РФ.

Также не состоятелен довод стороны защиты, о том, что согласно заключению экспертизы № №..., №... от 11.03.2019 г. (т.2 лю.д.49-57) водитель ФИО9, не имел технической возможности избежать столкновения и в его действиях не усматривается противоречий и нарушений ПДД РФ, поскольку противоречит выводам указанным экспертом (т.3 л.л. 56 выводы по вопросам 2,3) о том, что с водитель ФИО11 имел техническую возможность остановить автомобиль до места наезда на автомобиль 

<

...>. И лишь с момента обнаружения автомобиля ВАЗ по версии водителя ФИО11 он не имел технической возможности остановить автомобиль до места наезда, при этом версия осужденного ФИО11 изложенная, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании обоснованно признана судом первой инстанции не состоятельной и полностью опровергнута совокупность исследованных судом доказательств. 

Все доводы стороны защиты и осужденного ФИО11 о его невиновности были тщательно проверены в ходе судебного разбирательства и суд обоснованно признал их недостоверными, поскольку они опровергаются доказательствами, приведенными в приговоре, анализ которых свидетельствует о допущенных ФИО9 при управлении автомобилем нарушениях Правил дорожного движения, что повлекло за собой дорожно-транспортное происшествие и причинение по неосторожности тяжких телесных повреждений потерпевшему ФИО13 и его смерть.

Как правильно установлено судом, ФИО9, будучи обязанным знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил дорожного движения РФ, а также действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, проявил преступное легкомыслие и невнимательность к дорожной обстановке и ее изменениям. Двигаясь по 20 км ЗСД по второй слева полосе, избрал для движения скорость порядка 110 км/ч, не обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД, при наличии над его полосой запрещающего движение красного Х-образного сигнала реверсивного светофора, который он имел возможность обнаружить не менее чем за 900 м от места происшествия, а также знаков переменной информации на соседних полосах, ограничивающих скоростной режим до 60 км/ч, продолжил движение с прежней скоростью, не меняя полосы движения, имея возможность заблаговременно обнаружить стоящий впереди в его полосе движения автомобиль «ВАЗ-211540» под управлением водителя ФИО3. на расстоянии около 10 метров, не успел принять меры к торможению или перестроению, совершил с ним столкновение, располагая при этом технической возможностью для его предотвращения. 

Данная судом оценка доказательств не противоречит материалам дела и оснований для признания ее неправильной не имеется.

Анализ данных, имеющихся в материалах дела, свидетельствует о правильности установления судом фактических обстоятельств дела, оценки собранных доказательств и вывода суда о доказанности вины ФИО9 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

В полном соответствии с требованиями закона судом установлено и в приговоре указано описание уголовного деяния, совершение которого ФИО9 признано судом доказанным, с указанием времени, места, способа его свершения, мотива, цели и последствий преступления, - поэтому с доводами жалобы о допущенных нарушениях закона в этой части согласиться нельзя.

При проверке решения суда первой инстанции по настоящему уголовному делу в апелляционном порядке суд не установил оснований к его отмене. Таковыми не являются и доводы апелляционной жалобы, поскольку не содержат сведений, которые не были приняты во внимание судом первой инстанции при постановлении приговора или обстоятельств, опровергающих выводы суда, а направлены на иную оценку собранных по делу доказательств относительно действий ФИО9, с которой суд апелляционной инстанции согласиться не может.

Наказание осужденному ФИО9 назначено с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности, характера и степени совершенного преступления, обстоятельств, влияющих на наказание, и влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

При назначении наказания осужденному судом было учтено совершение им преступления средней тяжести по неосторожности.

Суд при назначении ФИО9 наказания в качестве смягчающих наказание обстоятельств обоснованно признал, привлечение к уголовной ответственности впервые, наличие ни иждивении двух несовершеннолетних детей, нарушение потерпевшим ФИО13 правил ПДД РФ. 

Кроме того, с учетом фактических обстоятельств совершенного преступления оснований для применения ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ судом первой инстанции в не установлено. Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

При разрешении вопроса о виде наказания суд учел обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства, смягчающее наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, данные о личности виновного и пришел в обоснованному выводу о необходимости назначения ФИО9 наказания в виде лишения свободы, с применением положений ст. 73 УК РФ - условно с испытательным сроком. 

Наказание, назначенное ФИО9, соразмерно содеянному, учитывает данных о его личности, все обстоятельства дела, требования закона, в том числе, требования со ст. 6, 43, 60 УК РФ.

Вместе с тем, следует отметить, что в соответствии с п. 10 ч.1 ст. 299 УПК РФ, при постановлении приговора наряду с другими вопросами суд в совещательной комнате решает, подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере; в силу п. 5 ст. 307 УПК РФ, это решение должно быть мотивировано в приговоре.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Ст. 1101 ГК РФ предписывает суду определять размер компенсации морального вреда в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Суд первой инстанции, в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1100 и п. 2 ст. 1101 ГК РФ, с учетом характера причиненного потерпевшим ФИО1 и ФИО2 нравственных страданий (смерть близкого человека – сына, лишение помощи), степени вины причинителя вреда, с учетом требований разумности и справедливости, обоснованно взыскал с ФИО9 моральный вред в сумме 

<

...> рублей, в пользу каждого из потерпевших.

Оснований полагать, что данный размер компенсации морального является завышенным и взысканным без учета материального положения осужденного, состава его семьи, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Суд апелляционной инстанции, полагает, что определяя интересы гражданского истца в данном деле более приоритетными, считает, что указанная сумма реальна к взысканию с осужденного.

На основании ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ. Потерпевшему подлежат возмещению необходимые и оправданные расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, которые должны быть подтверждены соответствующими документами.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что процессуальные издержки, состоящие из суммы, выплаченной на основании п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ потерпевшими ФИО1(

<

...>) и ФИО2 (

<

...>) на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения его представителю - адвокату Иванову за участие в уголовном деле, подтвержденные соответствующими документами, в соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК, следует взыскать с ФИО9 в полном объеме, поскольку оснований для его освобождения от их уплаты не имеется; имущественной несостоятельности подсудимого судом не установлено.

Нарушений Конституционных прав и Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО9 которые с учетом требований ст. 389.15 УПК РФ, могли бы послужить основанием отмены приговора суда, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 14 января 2020 года в отношении ФИО9 оставить без изменения. 

Апелляционную жалобу адвоката Черненко Е.А.- без удовлетворения. 

Судья: