РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 сентября 2017 г. Промышленный районный суд г. Самары в составе:

председательствующего судьи Митиной И.А. 

при секретаре Бочкове Б.Л., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4759/2017 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о демонтаже видеокамеры, 

установил:

Истец ФИО1, действуя в лице представителя М.Г.М. первоначально обратилась в Кинельский районный суд Самарской области с вышеуказанным исковым заявлением к ответчику ФИО2, в обоснование иска указав, что истец является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>. Соседом истца по земельному участку и домовладению, но адресу 

<

адрес>, является ответчик. 

В 2016г. между истцом и ответчиком из-за спора по поводу исправления кадастровой ошибки и установлении границ земельного участка отношения сторон были испорчены. 

Весной 2017г. ответчик установил на высоте, позволяюшей видеть и следить за участком истца, на принадлежащем ему двухэтажном жилом доме несколько видеокамер, в том числе две видеокамеры - одна (1) из которых закреплена на верхнем участке бокового фасада здания на высоте 7 200 м. от уровня земли, другая- (2) находится на вертикальной стойке, закрепленной на лицевом заборе участка № на высоте 4,7 от поверхности земли, на расстоянии 38,5 м. от дома участка №, и направлены на принадлежащий истцу, на праве личной собственности земельный участок, а именно двор, расположенный по адресу: 

<

адрес> фиксируют все, что происходит на территории истца.

Соседи передавали истцу фотоизображения ее мужа, гуляющего с собакой, которые им пересылал ответчик, с целью опорочить мужа истца. На этих фото видно, что видеокамера захватывает изображение двора истца. 

В мае 2017 года истец обратилась в ООО «

<

данные изъяты>» с просьбой провести экспертное исследование с целью оценки расположения видеонаблюдения на участке по адресу 

<

адрес>, на предмет нарушения прав собственника участка по адресу 

<

адрес>.

Эксперты провели исследование указанных истцом двух камер видеонаблюдения и сделали выводы, что нарушение прав собственника участка № при ведении видеонаблюдения с камер установленных на участке №, при отсутствии согласия первого, возможно при условии расположения камер со следующими условиями: 

камера 1 - угол наклона менее 18°25` обеспечивает видеофиксацию ограждения участков, угол наклона менее 12°50` обеспечивает видеофиксацию территории участка № на уровне выше ограждения участков.

камера 2 - угол наклона менее 6°27` обеспечивает видеофиксацию ограждения участков, угол наклона менее 3°35` обеспечивает видеофиксацию территории участка № на уровне выше ограждения участков. 

Указывая на то, что вышеуказанные камеры видеонаблюдения могут быть настроены под разные углы наклона, в том числе и такие, когда будут обеспечивать видеофиксацию территории участка истца на уровне выше его ограждения, а осуществление видеоконтроля за территорией, относящейся к земельному участку, где находится жилой дом другого лица, в отсутствие правовой основы и законной цели, представляет собой серьезное вмешательство в частную жизнь, независимо от того, осуществляется ли при этом сбор и использование информации о частной жизни этого лица, в связи с чем она направляла в адрес ответчика претензию с просьбой убрать вышеуказанные видеокамеры системы наблюдения, установленные на видео фиксацию принадлежащего ей жилого дома и земельного участка, которая оставлена ответчиком без ответа, обратилась в суд, просила обязать ответчика демонтировать видеокамеры, расположенные на жилом 

<

адрес>, на верхнем участке бокового фасада здания на высоте 7 200 метров от уровня земли, и на вертикальной стойке, закрепленной на лицевом заборе участка № на высоте 4,7 м. от поверхности земли.

Определением Кинельского районного суда Самарской области от 20.07.2017г. удовлетворено ходатайство ответчика ФИО2, заявленное в ходе досудебной подготовки, о направлении дела для рассмотрения по подсудности в Промышленный районный суд г. Самары по адресу регистрации ответчика.

В ходе судебного разбирательства истец ФИО1 и ее адвокат-М.Г.М. действующая на основании доверенности, уточнили исковые требования в части места расположения камер видеонаблюдения, просили суд обязать ответчика демонтировать две видеокамеры, расположенные на верхнем участке бокового фасада здания обращенного на восток, на высоте 7 и 20 см от уровня земли- одна их которых расположена с левой стороны бокового фасада, а вторая с правой стороны (если смотреть с бокового фасада) и видеокамеру, расположенную на вертикальной стойке, закрепленной на лицевом заборе участка № на высоте 4,7 м от поверхности земли и расположенной на юго-востоке от дома №. 

В отсутствие возражений ответчика уточнения иска приняты судом. 

В судебном заседании истец ФИО1 и ее адвокатМ.Г.М. действующая на основании доверенности, поддержали заявленные исковые требования с учетом уточнений по основаниям, изложенным в иске. 

В судебном заседании ответчик ФИО2 возражал против удовлетворения заявленных требований как необоснованных по основаниям, приведенным в письменных возражениях на иск, приобщенных к материалам дела. Пояснил, что постоянно в загородном доме не проживает, видеокамеры установлены им исключительно с целью обеспечения безопасности и защиты своей собственности от противоправных действий третьих лиц, а не с целью видеофиксации дома и земельного участка истца, дистанционная возможность управления камерами отсутствует, представил видео и фотоматериалы объектов, которые фиксируются установленными камерами, от различных дат. 

Заслушав стороны участвующие в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам: 

Согласно ч. 1 ст. 3 ГПК РФ, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов самостоятельно определив способы их судебной защиты, соответствующие ст. 12 ГК РФ.

Согласно ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на неприкосновенность жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Часть 1 ст. 24 Конституции РФ запрещает сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия.

В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ, к нематериальным благам, подлежащим защите, относится личная и семейная тайна.

Согласно п. 1 ст. 152.2 Гражданского кодекса РФ не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.

Персональными данными согласно п. 1 ст. 3 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных" является любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных). Положения ст. 2 указанного Федерального закона предусматривают, что целью настоящего ФЗ является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе прав на неприкосновенность частной жизни. Обработка персональных данных осуществляется с согласия на это субъекта персональных данных (п. 1 ч. 1 ст. 6, ч. 4 ст. 9).

В соответствии со ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

В соответствии с п. 2 ст. 288 ГК РФ жилые помещения предназначены для проживания граждан.

Обращаясь в суд с исковыми требованиями о возложении на ответчика обязанности демонтировать установленные на принадлежащем ему на праве собственности жилом доме камеры видеонаблюдения, истец указала, что установленная система видеонаблюдения, нарушает ее права на частную жизнь. Обосновывая свои требования, истец ссылается на Конституцию РФ, согласно которой каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни; сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ. ответчику ФИО2 на праве собственности принадлежит незаконченный строительством объект(готовность 90%), назначение: объект в стадии строительства, площадь 

<

данные изъяты> кв.м., этажность: 

<

данные изъяты> адрес объекта: 

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

адрес> (л.д.6).

Правоустанавливающий документов на жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес>, заявленных в иске как собственность истца, в материалы дела не представлено.

Таким образом стороны владеют и пользуются отдельно стоящими домами, расположенными в микрорайоне 

<

адрес> 

<

адрес>. Истец с семьей постоянно проживает в доме, ответчик пользуется домом как загородным, приезжая в него несколько раз в неделю Факт того, что на доме ответчика установлены камеры видеонаблюдения, не оспаривается последним. 

Истец полагает, что действиями ответчика по установке видеокамер нарушены ее права, в том числе на неприкосновенность частной жизни, в связи с чем она была вынуждена обратиться в суд.

Судом бесспорно установлено, не оспаривается сторонами и подтверждено показаниями допрошенного по делу свидетеля Б.Е.В. что между сторонами сложились неприязненные отношения на почве отсутствия взаимопонимания по вопросам оформления земельных участков, взаимоотношений соседей, в том числе по факту несоответствующего поведения мужа истца.

Как на основное доказательство заявленных требований истец ссылается на представленное ей экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ., выполненное экспертами ООО «

<

данные изъяты>» К.В.С.., К.В.С.., согласно выводам которых: нарушение прав собственника участка № (истца) при ведении видеонаблюдения камер, установленных на участке № (ответчика), при отсутствии согласия первого, возможно при условии расположения камер видеонаблюдения со следующими условиям: Камера 1 - угол наклона менее 18°25` обеспечивает видеофиксацию ограждения участков, угол наклона менее 12°50` обеспечивает видеофиксацию территории участка № на уровне выше ограждения участков. Камера 2 - угол наклона менее 6° 27` обеспечивает видеофиксацию oгpaждения участков, угол наклона менее 3°35 обеспечивает видеофиксацию территории участка № на уровне выше ограждения участков».

Допрошенные в судебном заседании по ходатайству стороны истца эксперты К.В.С. и К.Н.М. пояснили, что выводы вышеприведенного заключения являются предположительными, осмотр производил эксперт К.Н.М. по заявлению истца, при этом на земельный участок ответчика не входили, все необходимые измерения производились по улице с учетом проекции здания на улицу, специальные инструменты для измерения углов не использовались, образцов видеонаблюдения на момент осмотра не было, пояснил, что, учитывая дальность от объекта исследования, нельзя сказать, что индикаторы камеры видеонаблюдения были включены, кроме того, для определения направления видеокамер не нужно обладать специальными познаниями. 

В заключении содержится допущение о том, что принимаются параметры, которые допустимы для любой камеры.

Эксперт К.В.С. пояснил, что на осмотр не выезжал, просматривал видеоматериалы и подписывал заключение, при исследовании угол наклона камер не устанавливался, т.к. на участке ответчика эксперты не были, видно, что на камерах есть шарниры, технических характеристик камер не было, относительно выводов исследования пояснил, что эксперты не могут давать категорических выводов. 

Ссылаясь на вышеназванное заключение, истец утверждает, что обзор камеры направлен на ее дом и земельный участок, угол наклона камер можно изменить в любое время, что противоречит требованиям о соблюдении неприкосновенности частной жизни.

При оценке экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ., выполненного экспертами ООО «

<

данные изъяты>» К.В.С.., К.Н.М., с учетом представленных ответчиком видео и фотоматериалов объектов, которые фиксируются установленными камерами, от различных дат, суд исходит из того, что вышеприведенное заключение экспертов, в отсутствие образцов видеонаблюдения, конкретно установленных углов обзора на момент осмотра, не содержит каких- либо конкретных выводов, подтверждающих доводы истца, кроме тех, что очевидны неспециалисту, о чем и пояснил в судебном заседании эксперт К.Н.М.., а именно то, что на стене дома ответчика, расположенной напротив дома истца установлены видеокамеры. Кроме того, суд отмечает, что выводы, в том числе предположительные, о нарушении чьих- либо прав не входят в компетенцию экспертов- техников.

Из предоставленного ответчиком видео и фотоматериала, который обозревался в судебном заседании, следует, что установленные камеры видеонаблюдения направлены на обзор улицы и входов в калитки домов со стороны улицы. Таким образом, суд не усматривает в действиях ответчика по установке на принадлежащем ему на праве собственности доме видеокамер нарушения права на частную жизнь истца, поскольку как следует из представленных сторонами фотоматериалов, установленные камеры имеют угол наклона, исключающий обзор помещений дома истца, т.е. личная собственность истца, в том числе дом, данным обзором не охватывается. 

Согласно статьям 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как основание своих требований и возражений.

По смыслу норм действующего законодательства в гражданском процессе действует презумпция, согласно которой на ответчика не может быть возложена ответственность, если истец не доказал обстоятельства, подтверждающие его требования. Решение об удовлетворении заявленных требований может быть принято судом в случае наличия достаточных, относимых, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих обоснованность заявленных требований.

В ходе рассмотрения настоящего дела истцом не было представлено доказательств, подтверждающих, что ответчик, установив камеры видеонаблюдения на принадлежащий ему на праве собственности отдельно стоящий жилой дом, осуществляет сбор, хранение и распространение информации против истца, ее родственников и знакомых, вторгаясь в ее личную жизнь.

Учитывая отсутствие доказательств, подтверждающих доводы истца о том, что ответчик, установив камеры видеонаблюдения на принадлежащем ему на праве собственности жилом доме, осуществляет сбор информации против истца, ее родственников, вторгаясь в ее личную жизнь, а также то обстоятельство, что улица не является той средой ее обитания, которая неприкосновенна, поскольку это открытое пространство, не обеспечивающее никому мира интимных и деловых интересов, скрытого от чужих глаз. Те стороны личной жизни человека, которые он в силу своей свободы не желает делать достоянием других, не может быть скрыто на улице. 

Доводы истца и ее представителя о том, что угол наклона установленных видеокамер, может быть в любое время изменен ответчиком таким образом, что помещение дома истца и территория ее земельного участка могут обозреваться и фиксировать личное жилое пространство истца, не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований, поскольку не подтверждаются какими-либо доказательствами о таких действиях ответчика. 

Истец, предъявляя исковые требования к ответчику, в действительности лишь предполагает возможное нарушение своих прав.

Право граждан на защиту тайны личной жизни имеет свои границы, которые определяются разумными социальными ожиданиями по поводу сохранности их личных и деловых интересов. Так, уличный проезд между домами является публичным местом, доступ к которому имеется не только у истцов, но и у значительного круга других лиц, которые могут находиться в нем на законных основаниях.

При открытии калитки для входа на свою территорию, каждый собственник жилого дома должен разумно допускать возможность, что часть его жилого пространства может обозреваться кем-либо с публичного места и потому не вправе ожидать сохранение в тайне участков придомовой территории, доступных непосредственному обзору с общедоступных публичных мест, каковым является уличный проезд. В то же время, собственник жилого дома вправе ожидать, что никто не будет обозревать его помещение путем проникновения в него, либо с использованием специальной техники значительно расширяющей границы получаемой информации.

Так как видеокамеры установлены в направлении обзора входа в дом ответчика со стороны улицы, т.е. публичного места, ответчик получает только тот объем информации, который доступен обычному наблюдателю, а установка видеокамер сама по себе не может нарушить право граждан на тайну личной жизни.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств тому, что при помощи установленных видеокамер, ответчик осуществляет сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни истца, а также того, что в этих целях ведет и использует видеозапись, т.е. не представлено доказательств нарушения прав истца на неприкосновенность частной жизни.

Как пояснил ответчик в судебном заседании установка ответчиком видеокамер произведена в целях личной безопасности и сохранности принадлежащего ему имущества, что не является нарушением прав, гарантированных Конституцией РФ, а иного истцом не доказано, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что какие-либо конституционные права истца, в том числе, право на неприкосновенность частной жизни истца, ответчиком не нарушены, в связи с чем судом не установлено оснований для возложения на ответчика обязанности демонтировать видеокамеры, расположенные на принадлежащем ему на праве частной собственности доме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о возложении обязанности демонтировать видеокамеры, расположенные на жилом по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес> - отказать.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Промышленный районный суд г. Самары в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Текст мотивированного решения суда изготовлен 06.10.2017 года.

председательствующий Митина И.А