Дело № 2-606

2017 года 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 июня 2017 года Алуштинский городской суд Республики Крым в составе: председательствующего судьи – Реммер М.А., при секретаре – ФИО10, с участием прокурора – ФИО11, истца – ФИО2, представителя истца – ФИО12, ответчиков – ФИО3, ФИО4, представителя ответчиков – ФИО13, третьего лица – ФИО7, рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда 

<

адрес> гражданское дело

по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 действующих в своих интересах и в интересах несовершеннолетних – ФИО5, ФИО6, о признании лиц утратившими право пользование жилым, обязании совершить определенные действия, выселении из жилого помещения, 

по встречному иску ФИО3, ФИО4, ФИО3 в интересах несовершеннолетних – ФИО6, ФИО5 к ФИО2, ФИО7 о признании права пользования жилым домом, обязании не чинить препятствий в пользовании жилым помещением, 

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО4 действующих в своих интересах и в интересах несовершеннолетних – ФИО5, ФИО6, в котором просит признать ФИО3 и членов его семьи – ФИО4, ФИО5, ФИО6 утратившими права пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>; обязать УФМС по 

<

адрес> снять ФИО3, ФИО5, ФИО6 с регистрационного учета по вышеуказанному адресу; выселить из жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес> ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6. 

Исковые требования мотивированны тем, что ФИО2 является собственником 59/100 доли жилого помещения расположенного по адресу: 

<

адрес>, которое он приобрел на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. В указанном домовладении он проживает совместно с супругой, являются пенсионерами и нигде не работают. Ответчик ФИО3 и его супруга с несовершеннолетними детьми проживают по указанному адресу, но не являются сособственниками данного жилого дома. ФИО3 и его несовершеннолетние дети в спорном домовладении зарегистрированы без согласия ФИО2, как собственника, и заключения соответствующего договора. Более того, ФИО3 самовольно вселил в жилой дом свою супругу ФИО4, которая имеет место регистрации в 

<

адрес>. Проживая в спорном жилом помещении ответчики занимаются самоуправством, ФИО3 распоряжается имуществом как собственник, произвел самовольную пристройку к дому, хозяйничает в доме, не оплачивает коммунальные платежи, возложив их на истца. Кроме того, ФИО3 допускает по отношению к истцу и его супруге противоправное поведение, грубит, подвергает физической расправе, в связи с чем, истец был вынужден неоднократно обращаться в правоохранительные органы за помощью и защитой. Проживание в собственном доме истца с супругой стало невыносимым, он не может пользоваться своим имуществом, приготовить еду на кухне, пользоваться вспомогательными помещениями, опасается за свое здоровье, также ограничен в свободном доступе к иному своему имуществу. Ответчик и его семья через помещения истца обеспечивают себе доступ в самовольно пристроенное помещение, которое подключили к коммунальным сетям дома, и ФИО2 дополнительно оплачивает расходы за свет и воду. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 отправил ответчику письменное требование о добровольном выселении из спорного жилого помещения, однако ответчик в письменном виде отказался выселиться из него. Поскольку в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения, право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом семьи (ст. 31 ЖЗК РФ). В то же время, согласно ст. 34 ЖК РФ, в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением, гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение. Поскольку ФИО2 предупреждал ответчика о том, что жилое помещение необходимо ему для личного пользования, вручил ему письменную претензию, где был установлен срок выселения, однако в установленный срок ответчик из спорного жилого помещения добровольно не выселился, уважительные причины для дальнейшего проживания – отсутствуют. Поскольку ответчик добровольно не выселился из жилого помещения, в установленный собственником срок, то он подлежит выселению на основании решения суда. ФИО2 являясь собственником доли жилого 

<

адрес> в 

<

адрес> имеет право требовать устранения всяческих нарушений его права собственности. 

Истец и представитель истца в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали по тем же основаниям. Кроме того, представитель истца пояснил, что ФИО2 как собственник жилого помещения не давал согласия на вселение ответчиков в домовладение № по 

<

адрес> в 

<

адрес>, тем самым их проживанием, а также регистрацией места проживания ФИО3 и его несовершеннолетних детей нарушаются права собственности истца. Более того, регистрация ответчиков в принадлежащем ФИО2 жилом доме существенным образом ограничивает его права владения, пользования и распоряжения жилым помещением, кроме того, препятствует в оформлении земли в собственность под домовладением. 

Ответчики и их представитель в судебном заседании основные встречные исковые требования не признали в полном объеме. Кроме того, ответчиками предъявлен встречный иск, в котором они просят признать за ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 право пользования жилым домом, расположенным по адресу: 

<

адрес>; обязать ФИО2 не чинить ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 препятствия в пользовании жилым домом, расположенным по адресу: 

<

адрес>.

Встречные исковые требования мотивированны тем, что ФИО3 является членом семьи собственника жилого дома, расположенным по адресу: 

<

адрес> – ФИО2, являющего его отцом. Всю свою сознательную жизнь ФИО3 прожил в спорном жилом помещении. Спорное жилое помещение изначально было выделено, а в последующем передано в собственность ФИО2 и членов его семьи, каковым является ФИО3. На сегодняшний момент ни у ФИО3, ни у членов его семьи нет иного жилья для проживания. Со стороны ФИО3 произведены многочисленные финансовые вложения, неоднократно произведен капитальный ремонт, все самовольные постройки и сооружения возведены совместно с ФИО2 и с его согласия. С 1999 года по 2009 года ФИО2 был на содержании ФИО3, так как отказывался устраиваться на работу, а ответчик был в это время официально трудоустроен. В 2009 года ФИО3 заключил брак с ФИО4 и проживает с ней в спорном жилом помещении с разрешения истца. В 2010 году ФИО3 построил жилую пристройку к дому с разрешения истца, где ответчики на данный момент проживают. С истцом у ФИО3 был устный договор, что данное самовольное строение будет предназначено для проживания ответчиков, с последующим оформлением данного строения в собственность ФИО3. в 2012 году ФИО3 обращался в Малореченский сельский совет с просьбой отчуждения недвижимости и раздела на две семьи, однако ему дан ответ о необходимости обращения в суд. В 2013 году ФИО3 письменно обращался к истцу с просьбой о разделе лицевых счетов и выделении части помещения в натуре, ответа не получил. С 2013 года истец регулярно обращается в правоохранительные органы с надуманными обвинениями в адрес ФИО3, с целью последующего их использования в суде. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 получил от ФИО2 письменное предупреждение о добровольном выселении из жилого помещения, а также снятию с регистрационного учета до ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3, его супруга и несовершеннолетние дети не ограничивают права истца, не ограничивают их право передвижения, а также не препятствуют в пользовании его имуществом и жилыми помещениями, хотя совместно пользуются санузлом и кухней с истцом и ФИО7. Более того, оплату за жилищно-коммунальные услуги ФИО3 осуществлял и осуществляет по настоящее время путем передачи денежных средств наличными непосредственно ФИО7, в том числе за пользование спорным жилым помещением используется льгота предоставляемая непосредственно ФИО4. ФИО3 и его несовершеннолетние дети в спорном жилом помещении зарегистрированы с согласия собственника – ФИО2. Ссылка истца о том, что ФИО3 допускает в отношении него противоправное поведения являются необоснованными, поскольку имеются уведомления из ОМВД РФ о том, что в действиях ФИО2 усматриваются действия, предусмотренные ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. Истец сам систематически подвергает ответчиков физическому, психологическому насилию, то следует из постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, что подтверждает факт того, что ФИО2 сам инициатор конфликтов, в которых ответчики не заинтересованы. Считают, что ответчики имеют право пользования спорным жилым помещением и данное право подлежит признанию судом. 

Истец – ФИО2 и его представитель встречные исковые требования не признали в полном объеме и пояснили, что поскольку ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 незаконно вселились в спорное жилое помещение, то и право на проживание в нем у них не возникло. 

Третье лицо – ФИО7 в судебном заседании заявленные основные исковые требования поддержала, встречные исковые требования просила оставить без удовлетворения.

Прокурор в судебном заседании дал свое заключение относительно исковых требований о выселении, указав на то, что данные исковые требования в силу ГК Российской Федерации не обоснованы, поскольку ФИО3 вселен в спорное жилое помещение с согласия собственника – ФИО2, а его несовершеннолетние дети на их вселение согласия собственника получать не должны были. Что же касается требований о выселении ФИО4, то они также не могут быть удовлетворены, поскольку она является матерью несовершеннолетних детей и как родитель не может проживать отдельно от них. 

Суд, выслушав стороны, представителей сторон, третьего лица, изучив материалы дела и исследовав предоставленные сторонами доказательства, выслушав заключение прокурора, считает необходимым основные исковые требования, а также встречные исковые требования оставить без удовлетворения по следующим основаниям. 

Право на судебную защиту провозглашено в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод. Судебной защите подлежат любые права и свободы, в каком бы документе они ни были закреплены - в конституции, отраслевых законах, в других нормативных или локальных правовых актах. Это следует из смысла части 1 статьи 55 Конституции Российской Федерации, согласно которой сам факт перечисления в ней основных прав и свобод не должен толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина. Таким образом, право на судебную защиту имеет универсальный характер. В этом смысле часть 1 статья 46 Конституции Российской Федерации находится в полном соответствии с требованиями, сформулированными в статье 8 Всеобщей декларации прав человека: "Каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случаях нарушения его прав, предоставленных ему конституцией или законом".

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, а также признание и защиту, включая судебную, указанного права, реализуемую на основе равенства всех перед законом и судом (статья 19, части 1 и 2; статья 35, части 1 и 2; статья 45, часть 1; статья 46, часть 1).

Из названных положений Конституции Российской Федерации, предопределяющих правовое положение участников гражданского оборота, во взаимосвязи с ее статьями 15 (часть 2) и 17 (часть 3) вытекает требование о необходимости соотнесения принадлежащего лицу права собственности с правами и свободами других лиц, которое означает, что собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, если они не противоречат закону и иным правовым актам и не нарушают права и законные интересы других лиц (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 6-П и от ДД.ММ.ГГГГ N 5-П).

В соответствии со ст. 304 ГК Российской Федерации, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении нанимателей, как и обеспечение взаимного учета их интересов, зависит от установления и исследования всех обстоятельств, имеющих значение при разрешении конкретного спора (определения Конституционного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 455-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 452-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 1837-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 2002-О и др.).

Судом установлено, что ФИО2 является собственником 59/100 долей жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес>, на основании договора купли-продажи реестровый № от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждено выписками из Единого государственного реестра недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, договором купли-продажи №.

При этом, ранее указанная доля домовладения находилась в пользовании ФИО2, и членов его семьи: ФИО7 – жена ФИО14- сын, ФИО3 – сын, на основании ордера на вселение выданного исполнительным комитетом городского совета народных депутатов 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.73), что также подтверждено договором купли-продажи № от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО2 и ФИО7 являются пенсионерами, что подтверждено пенсионными удостоверениями от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.7, 9). 

Согласно справки Малореченского территориального органа Администрации 

<

адрес> №.27-21\302 от ДД.ММ.ГГГГ, паспортов на имя ФИО2, ФИО7, их место проживания зарегистрировано по адресу: 

<

адрес>. 

Из справки форма № на имя ФИО3 следует, что ФИО3 зарегистрирован по адресу места проживания: 

<

адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время. Кроме того, данный факт подтверждается письмом-ответом отдела по вопросам миграции Отдела МВД РФ по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, копиями паспортов на имя ФИО3 выданным государственными органами Украины и РФ. 

Кроме того, из справки форма № на имя ФИО3, письма-ответа отдела по вопросам миграции Отдела МВД РФ по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, следует, что по адресу: 

<

адрес>, зарегистрировано место проживание несовершеннолетних – ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, ФИО6 с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, являющиеся детьми ФИО3 и ФИО4 (л.д. 78,79, оборот л.д. 82). 

При этом, из паспорта на имя ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что место ее проживания зарегистрировано по адресу: 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ. Факт регистрации места проживания ФИО4 по указанному адресу не оспаривался ответчиком в судебном заседании. 

Факт проживания ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 в жилом доме по адресу: 

<

адрес>, не оспаривался сторонами в судебном заседании, а также нашел свое подтверждение в справке Малореченского территориального органа Администрации 

<

адрес> №.27-21\302 от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со ст. 40 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на жилище, никто не может быть произвольно лишен жилища. 

Конституционный принцип недопустимости произвольного лишения жилища, реализация которого осуществляется в жилищном законодательстве, означает, что никто не может быть выселен из жилого помещения или ограничен в праве пользования им иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Жилищным кодексом РФ, другими федеральными законами (ч. 4 ст. 3 ЖК РФ). 

При этом положения ч. 4 ст. 3 ЖК Российской Федерации о недопустимости произвольного лишения жилища, под которым понимается лишение жилища во внесудебном порядке и по основаниям, не предусмотренным законом, действуют в отношении любых лиц, вселившихся в жилое помещение (п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №). 

При этом, из заявления о регистрации места проживания поданного в Алуштинский ГО ГУ ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО3 подано заявление о регистрации места проживания по адресу: АРК, 

<

адрес>. Данное заявление было принято должностным лицом ДД.ММ.ГГГГ, о чем имеется соответствующая подпись и печать. 

Кроме того, данное заявление содержит в себе согласие собственника жилого помещения – ФИО2 на регистрацию места проживания ФИО3 в указанном жилом помещении, в связи с чем, судом не принимаются во внимание доводы истца о том, что он не давал согласия на вселение и регистрацию места проживания ФИО3 в спорном жилом помещении. 

Регистрация лица по месту жительства по заявлению собственника жилого помещения или ее отсутствие не является определяющим обстоятельством для решения вопроса о признании его членом семьи собственника жилого помещения, так как согласно статье 3 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 5242-1 "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации" регистрация или отсутствие таковой не могут служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации. Наличие или отсутствие у лица регистрации в жилом помещении является лишь одним из доказательств по делу, которое подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации").

При этом, как установлено в судебном заседании, регистрация места проживания ФИО3 по адресу: 

<

адрес>, на основании данного заявления осуществлена ДД.ММ.ГГГГ, то есть до того, как он вступил в брак с ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ (л.д.77)), то есть до возникновения у ответчика своей самостоятельной семьи и до рождения у него детей (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 78,79)). 

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО3 хотя и являлся по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ совершеннолетним лицом, но вселился в спорное жилое помещение как член семьи собственника жилого помещения – ФИО2. 

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", вопрос о признании лица членом семьи собственника жилого помещения судам следует разрешать с учетом положений части 1 статьи 31 ЖК РФ, исходя из следующего: а) членами семьи собственника жилого помещения являются проживающие совместно с ним в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Для признания названных лиц, вселенных собственником в жилое помещение, членами его семьи достаточно установления только факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении и не требуется установления фактов ведения ими общего хозяйства с собственником жилого помещения, оказания взаимной материальной и иной поддержки.

При этом, сторонами в судебном заседании не оспаривался факт вселения ФИО3 в жилое помещением по адресу: 

<

адрес>, и проживания его в спорном жилом помещении по настоящее время. 

Поскольку ФИО3 является сыном – ФИО2 и ФИО7, что следует из свидетельства о рождении от ДД.ММ.ГГГГ, вселился в спорное жилое помещение с согласия собственника жилого помещения, то суд приходит к выводу, что с момента вселения и по настоящее время ФИО3 является членом семьи собственника ФИО2. 

Согласно ч. 4 ст. 31 ЖК Российской Федерации, в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

В соответствии с ч. 1 ст. 35 ЖК Российской Федерации, в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

При этом, суд находить необоснованными доводы истца о том, что ФИО3 прекратил семейные отношения с ФИО2, поскольку в силу СК Российской Федерации он продолжает быть его сыном, с момента создания своей семьи с ФИО4 ответчик продолжал проживать в спорном жилом помещении и до 2015 года ФИО2 не предъявлял требований о выселении ФИО3 и членов его семьи из спорного жилого помещения, поскольку доказательств иного суду не предоставлено. Тем самым у ФИО3 не прекращено право пользования спорным жилым помещением в связи с прекращением семейных отношений. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 на имя ФИО3 направлено предупреждение о выселении из жилого помещения (дома) собственника, которое получено ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 14,15,16), в котором истец указывает, что ФИО3 проживает в спорном жилом помещении без договора, самовольно, без разрешения собственника дома, произведя регистрацию в нем. С февраля 2016 года право пользования у ФИО3 и членов его семьи прекращено в результате противоправного поведения, в связи с чем, истец вынужден был обратиться в ОВД по 

<

адрес>. Дальнейшее проживание в его доме семьи ФИО3 недопустимо. В срок до ДД.ММ.ГГГГ просил выселиться из жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, при этом вывезти принадлежащие ему вещи, передать истцу комплект ключей от входной двери в дом, а также осуществить снятие с регистрационного учета по указанному адресу и возвратить выкраденную регистрационную карту. В случае отказа от выселения, нарушения установленного срока выселения из жилого помеще6ния, истец будет вынужден обратиться в суд с исковым заявлением о принудительном выселении на основании ст. 35 ЖК РФ, а также права собственника по устранению всех нарушений, препятствующих собственнику жилого дома по владению, распоряжению и использованию своей собственности. 

ДД.ММ.ГГГГ от ФИО3 поступил ответ на указанное предупреждение, в котором он фактически отказывается от выселения из спорного жилого помещения. 

Из анализа указанного предупреждения, обязанность по направлению которого выселяемому лицу предусмотрена Законом, следует, что данное предупреждение, направлено лишь ФИО3, и не было направлено и адресовано ФИО4, и ФИО5, ФИО6 в лице их законного представителя; предупреждение не содержит основания для выселения, по которым заявлены исковые требования, а именно выселение по основаниям прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения (ст.ст. 31,35 ЖК Российской Федерации). 

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о признании ФИО3 утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>; обязании УФМС по 

<

адрес> снять ФИО3 с регистрационного учета по вышеуказанному адресу; выселении ФИО3, по основаниям иска – утрата права пользования жилым помещением в связи с прекращением семейных отношений с собственником жилого помещения, выселение в связи с прекращением семейных отношений с собственником жилого помещения (ч. 4 ст. 31, ч. 1 ст. 35 ЖК Российской Федерации).

При этом, давая оценку доводам искового заявления ФИО2 о том, что ФИО3 распоряжается спорным имуществом как собственник, произвел самовольную пристройку к дому, хозяйничает в доме, допускает по отношению к истцу и его супруге противоправное поведение, грубит, подвергает физической расправе, проживание в собственном доме истца с супругой стало невыносимым, он не может пользоваться своим имуществом, приготовить еду на кухне, пользоваться вспомогательными помещениями, опасается за свое здоровье, также ограничен в свободном доступе к иному своему имуществу, суд исходит из следующего.

Согласно Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, жилища и корреспонденции.

В соответствии с ч. 4 ст. 17 Жилищного кодекса Российской Федерации пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

В силу п. 3 ч. 4 ст. 83 Жилищного кодекса Российской Федерации расторжение договора социального найма жилого помещения по требованию наймодателя допускается в судебном порядке в случае систематического нарушения нанимателем прав и законных интересов соседей, которое делает невозможным совместное проживание в одном жилом помещении.

Согласно п. 1 ст. 91 ЖК РФ выселение нанимателя и (или) проживающих совместно с ним членов его семьи из жилого помещения без предоставления другого жилого помещения в связи с систематическим нарушением прав и законных интересов соседей возможно по требованию наймодателя или других заинтересованных лиц, однако лишь в том случае, если после предупреждения наймодателя указанные лица не устранят допущенные нарушения.

В соответствии с разъяснением, содержащемся в п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", разрешая дела о выселении нанимателя и (или) проживающих совместно с ним членов его семьи из жилого помещения без предоставления другого жилого помещения по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 91 ЖК РФ, суды должны исходить из того, что такое выселение является крайней мерой ответственности и возможно лишь при установлении факта систематичности противоправных виновных действий со стороны нанимателя и (или) членов его семьи, которые, несмотря на предупреждение наймодателя в любой форме (устной или письменной) о необходимости устранить допущенные нарушения, эти нарушения не устранили.

Между ФИО2 и ФИО3, ФИО4 фактически с 2015 года сложились неприязненные отношения, что следует из многочисленных постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, постановлений об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела за 2015-2016 года, из которых следует, что между указанными лицами постоянно возникают конфликты по разным поводам, в том числе по совместному пользованию спорным жилым помещением. 

Указанные постановления расцениваются судом как фактическое предупреждение истцом, как наймодателем, ФИО3 и ФИО4, о необходимости устранить нарушения (прекратить устраивать скандалы, тем самым нарушать правила общежития). 

При этом, анализ данных постановлений о взаимных притязаний сторон указывает лишь на наличие неприязненных отношений между ними, однако не подтверждают факта систематичности противоправных виновных действий со стороны ФИО3 и (или) членов его семьи.

Давая оценку исковым требованиям о признании ФИО5, ФИО6 утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>; обязании УФМС по 

<

адрес> снять ФИО5, ФИО6 с регистрационного учета по вышеуказанному адресу; выселении ФИО5, ФИО6 суд исходит из следующего. 

Как установлено ранее, ФИО5, ФИО6 являются несовершеннолетними детьми ФИО3. 

В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", разрешая споры, связанные с осуществлением членами семьи собственника жилого помещения права пользования жилым помещением, необходимо иметь в виду, что часть 2 статьи 31 ЖК РФ не наделяет их правом на вселение в данное жилое помещение других лиц. Вместе с тем, учитывая положения статьи 679 ГК РФ о безусловном праве нанимателя по договору найма и граждан, постоянно с ним проживающих, на вселение в жилое помещение несовершеннолетних детей, а также части 1 статьи 70 ЖК РФ о праве родителей на вселение в жилое помещение своих несовершеннолетних детей без обязательного согласия остальных членов семьи нанимателя по договору социального найма и наймодателя, по аналогии закона (часть 1 статьи 7 ЖК РФ) с целью обеспечения прав несовершеннолетних детей за членами семьи собственника жилого помещения может быть признано право на вселение своих несовершеннолетних детей в жилое помещение.

При этом, как установлено в судебном заседании, несовершеннолетние – ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, ФИО6 с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, зарегистрированы и проживают вместе с родителями по адресу: 

<

адрес>. 

С момента их регистрации в указанном жилом помещении и до 2015 года требований о их выселении, незаконности вселения, либо осуществлении с их стороны препятствий в пользовании ФИО2 спорным жилым помещением, истцом не предъявлялись. 

Согласно п. 26 вышеуказанного Постановления, с целью обеспечения права несовершеннолетних детей жить и воспитываться в семье (ст. 54 СК РФ) ч. 1 ст. 70 ЖК РФ установлено, что не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и наймодателя для вселения к родителям их несовершеннолетних детей (это могут быть дети как самого нанимателя, так и других членов его семьи, проживающих в жилом помещении).

По смыслу данных норм права, несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением. При этом закон не устанавливает какого-либо срока, по истечении которого то или иное лицо может быть признано приобретшим право пользования жилым помещением, тем более что ребенок, в силу возраста, не имеет возможности самостоятельно реализовывать свои жилищные права.

Поскольку по обоюдному согласию родители (ФИО3 и ФИО4) определили место жительства ФИО5, ФИО6, по месту жительства отца, следовательно, спорное жилое помещение считается и местом жительства самих детей, а потому в силу п. 2 ст. 20 ГК РФ, п. 3 ст. 65 СК РФ во взаимосвязи ст. ст. 30, 31 ЖК РФ, они приобрели право пользования спорным жилым помещением. Отсутствие регистрации места проживания матери детей – ФИО4 в спорном жилом помещении не влияет на право пользования детьми спорной жилой площадью.

Более того, в адрес ФИО5, ФИО6 в лице их законного представителя собственником спорного жилого помещения не направлялось предупреждение о выселении с указанием оснований для выселения, поскольку доказательств в подтверждение данного обстоятельства суду не предоставлено. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о признании ФИО5, ФИО6 утратившими право пользования жилым помещением; обязании УФМС по 

<

адрес> снять ФИО5, ФИО6 с регистрационного учета по вышеуказанному адресу; выселении ФИО5, ФИО6, поскольку несовершеннолетние лица правомерно вселены и зарегистрированы по месту проживания в спорном жилом помещении, приобрели в силу закона право на проживание в спорном жилом помещении, не утратили своего право на проживание в нем и не подлежат выселению. 

Разрешая исковые требования к ФИО4 суд считает, что указанные исковые требования также не подлежат удовлетворению по следующим основаниям. 

Согласно п. 11б Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", членами семьи собственника жилого помещения могут быть признаны другие родственники независимо от степени родства (например, бабушки, дедушки, братья, сестры, дяди, тети, племянники, племянницы и другие) и нетрудоспособные иждивенцы как самого собственника, так и членов его семьи, а в исключительных случаях иные граждане (например, лицо, проживающее совместно с собственником без регистрации брака), если они вселены собственником жилого помещения в качестве членов своей семьи. Для признания перечисленных лиц членами семьи собственника жилого помещения требуется не только установление юридического факта вселения их собственником в жилое помещение, но и выяснение содержания волеизъявления собственника на их вселение, а именно: вселялось ли им лицо для проживания в жилом помещении как член его семьи или жилое помещение предоставлялось для проживания по иным основаниям (например, в безвозмездное пользование, по договору найма). Содержание волеизъявления собственника в случае спора определяется судом на основании объяснений сторон, третьих лиц, показаний свидетелей, письменных документов (например, договора о вселении в жилое помещение) и других доказательств (статья 55 ГПК РФ). При этом необходимо иметь в виду, что семейные отношения характеризуются, в частности, взаимным уважением и взаимной заботой членов семьи, их личными неимущественными и имущественными правами и обязанностями, общими интересами, ответственностью друг перед другом, ведением общего хозяйства.

Как установлено в судебном заседании, ФИО4 являясь супругой ФИО3 после регистрации брака вселилась в спорное жилое помещение без согласия его собственника – ФИО2.

В то же время, ФИО4 не может быть признана утратившей право пользование жилым помещением и выселении в силу ст. 31, 35 ЖК Российской Федерации, в связи прекращением ею семейных отношений с собственником жилого помещения, поскольку членом семьи собственника жилого помещения – ФИО2 она не являлась.

Более того, ФИО4 хотя и является лицом неправомерно вселенным в спорное жилое помещение, однако не может быть выселена без предоставления иного жилого помещения, как имеющая иное зарегистрированное место проживания, поскольку ст. 10 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 20 ГК Российской Федерации, местом жительства несовершеннолетних детей, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

Согласно пункту 2 статьи 54 СК Российской Федерации каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, насколько это возможно, право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам.

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей. Родители имеют преимущественное право на обучение и воспитание своих детей перед всеми другими лицами (п. 1 ст. 63 СК РФ).

В силу положений статьи 3 Конвенции ООН "О правах ребенка" во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка.

В Конвенции отмечается, что государства - участники Конвенции убеждены в том, что семье как основной ячейке общества и естественной среде для роста и благополучия всех ее членов и особенно детей должны быть предоставлены необходимые защита и содействие, с тем чтобы она могла полностью возложить на себя обязанности в рамках общества. В соответствии со статьей 9 Конвенции государства-участники обеспечивают, чтобы ребенок не разлучался со своими родителями вопреки их желанию, за исключением случаев, когда компетентные органы, согласно судебному решению, определяют в соответствии с применимым законом и процедурами, что такое разлучение необходимо в наилучших интересах ребенка.

Часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации предусматривает, что материнство и детство, а также семья находятся под защитой государства. Одновременно положения статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации определяют, что семейное законодательство исходит из необходимости построения семейных отношений на взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав и возможности судебной защиты этих прав. Часть 2 статьи 7 Конституции Российской Федерации обеспечивает государственную поддержку семьи, материнства, отцовства и детства.

Спорное жилое помещение является постоянным и единственным местом жительства несовершеннолетних – ФИО5 и ФИО6, которые в силу возраста (малолетние) лишены возможности самостоятельно определить свое место жительства, и не могут проживать самостоятельно без законного представителя.

Тем самым, признание ФИО4 утратившей право пользования спорным жилым помещением с прекращением ее жилищных прав и выселении, является существенным нарушением прав несовершеннолетних детей ответчиков на совместное проживание с родителями, она будет лишена возможности в полной мере осуществлять свои родительские обязанности по воспитанию, содержанию и совместному проживанию с несовершеннолетними детьми, что противоречит пункту 2 статьи 54, пункту 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации.

Более того, в адрес ФИО4 собственником спорного жилого помещения не направлялось предупреждение о выселении с указанием оснований для выселения, поскольку доказательств в подтверждение данного обстоятельства суду не предоставлено. 

Согласно п. 12 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", в силу части 2 статьи 31 ЖК РФ члены семьи собственника жилого помещения имеют равное с собственником право пользования данным жилым помещением, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи. Таким соглашением, в частности, в пользование членам семьи собственника могут быть предоставлены отдельные комнаты в квартире собственника, установлен порядок пользования общими помещениями в квартире, определен размер расходов члена семьи собственника на оплату жилого помещения и коммунальных услуг и т.д. В связи с тем, что Жилищный кодекс Российской Федерации не устанавливает специальных требований к порядку заключения такого соглашения, а также к его форме и условиям, то исходя из норм части 1 статьи 7 ЖК РФ к таким соглашениям применяются правила Гражданского кодекса Российской Федерации о гражданско-правовых сделках (статьи 153 - 181 ГК РФ). Эти же правила следует применять и к соглашению собственника жилого помещения с членами его семьи об ответственности по обязательствам, вытекающим из пользования жилым помещением, возможность заключения которого предусмотрена частью 3 статьи 31 ЖК РФ, а также к соглашению между собственником жилого помещения и бывшим членом его семьи о сохранении права пользования жилым помещением (часть 4 статьи 31 ЖК РФ).

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 имеет право на заключение соглашения с ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 в том числе пользования общими помещениями в квартире, определения размера расходов члена семьи собственника на оплату жилого помещения и коммунальных услуг и т.д., в связи с чем судом не принимаются во внимание доводы истца о том, что проживанием ответчиком в спорном жилом помещении осуществляются препятствия в пользовании им собственником и его супругой, так как они не могут пользоваться помещениями кухни, вспомогательными помещениями, а также вынуждены самостоятельно оплачивать жилищно-коммунальные услуги, поскольку указанные обстоятельства могут быть оговорены в соглашении между собственником и проживающими с ним лицами. 

Более того, истец, при предоставлении соответствующих доказательств не лишен права на предъявления к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 требований, в том числе путем подачи искового заявления, о взыскании оплаты жилищно-коммунальных услуг. 

В то же время, как установлено в судебном заседании, ФИО4 имеет статус многодетная семья и в силу Законодательства Украины действующего до ДД.ММ.ГГГГ на территории Республики Крым и законодательства Российской Федерации, имеет льготы по оплате жилищно-коммунальных услуг. 

Данную льготу ФИО4 использовала по месту своего фактического проживания – 

<

адрес> в 

<

адрес>, что следует из выписки из протоколу № заседания комиссии по рассмотрению заявлений граждан о назначении всех видов адресной помощи в исключительных случаях от ДД.ММ.ГГГГ, справки № от ДД.ММ.ГГГГ о потребленной и оплаченной электроэнергии за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Тем самым ФИО4 таким образом участвовала в расходах по оплате жилищно-коммунальных услуг по спорной квартире, в связи с чем не принимаются во внимание доводы истца о том, что ФИО4 не участвовала в расходах на оплату жилищно-коммунальных услуг. 

Более того, в соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК Российской Федерации, суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства (ч. 1 ст. 57 ГПК РФ).

Частями 1, 3, 4 ст. 67 ГПК РФ установлено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

При этом, ФИО2 не предоставлено допустимых, относимых и достаточных доказательств, подтверждающих, что ФИО3 произвел самовольную пристройку к дому, не оплачивает коммунальные платежи, возложив их на истца; что ФИО2 не может пользоваться своим имуществом, приготовить еду на кухне, пользоваться вспомогательными помещениями, ограничен в свободном доступе к иному своему имуществу; что ФИО3 и ФИО4 подключили самовольную постройку к коммунальным сетям дома, и ФИО2 дополнительно оплачивает расходы за свет и воду.

Более того, статьи 3 и 4 ГПК Российской Федерации, закрепляющие основные положения, относящиеся к праву на обращение в суд и возбуждению гражданского дела в суде, призваны гарантировать право любого заинтересованного лица в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, в том числе в случаях, предусмотренных данным Кодексом, другими федеральными законами, в защиту прав, свобод и законных интересов другого лица, неопределенного круга лиц.

Вытекающее из Конституции Российской Федерации требование доступности правосудия не означает, однако, возможность для гражданина по собственному усмотрению выбирать способ и процедуру судебной защиты - они определяются, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, на основе Конституции Российской Федерации федеральными законами (Постановление от ДД.ММ.ГГГГ N 8-П; определения от ДД.ММ.ГГГГ N 1427-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 388-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 555-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 1058-О и др.); вводимые законодателем соответствующие требования обязательны для граждан (определения от ДД.ММ.ГГГГ N 971-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 1463-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 2682-О и др.).

В то же время, ФИО2 заявлены исковые требования о выселении лишь по основаниям ч. 4 ст. 31, ч. 1 ст. 35 ЖК Российской Федерации, в связи с чем, он не лишен права на обращение в суд с иском к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о выселении по иным основаниям предусмотренным законом. 

Разрешая встречные исковые требования, суд считает, что они не подлежат удовлетворению, поскольку доводы встречных исковых требований сводятся лишь к возражениям на основные исковые требования ФИО2, и не содержат в себе доказательств, обязанность по предоставлению которых возложенная на истца в силу ГПК Российской Федерации, в обоснование исковых требований о признании за ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 право пользования жилым домом, расположенным по адресу: 

<

адрес>.

Кроме того, суду не предоставлено относимых, допустимых и исчерпывающих доказательств осуществления со стороны ФИО2 препятствий ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 препятствий в пользовании жилым домом, расположенным по адресу: 

<

адрес>. Само по себе наличие неприязненных отношений между сторонами, обращение ФИО2 с иском суд, как способ защиты права, не является доказательствами осуществления препятствий в пользовании жилым помещением. В связи с чем, встречные исковые требования об устранении препятствий в пользовании жилым помещением не подлежат удовлетворению. 

Поскольку, как основные, так и встречные исковые требования оставлены без удовлетворения, в соответствии со ст. 98 ГПК Российской Федерации, судебные расходы понесенные сторонами подлежат оставлению на их счет. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.11,12, 194-198 ГПК Российской Федерации, ст.ст. 20, 304, 305 ГК Российской Федерации, ст.ст. 3, 31, 35, 70 ЖК Российской Федерации, ст.ст.54,63,65 СК Российской Федерации, Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", суд

решил:

отказать в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3, ФИО4 действующих в своих интересах и в интересах несовершеннолетних – ФИО5, ФИО6, о признании лиц утратившими право пользование жилым, обязании совершить определенные действия, выселении из жилого помещения.

В удовлетворении встречного иска ФИО3, ФИО4, ФИО3 в интересах несовершеннолетних – ФИО6, ФИО5 к ФИО2, ФИО7 о признании права пользования жилым домом, обязании не чинить препятствий в пользовании жилым помещением – отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Крым, через Алуштинский городской суд в течение месяца со дня его принятия, в порядке предусмотренном ст.321 ГПК Российской Федерации.

Судья: