Дело №2-456/2019

24RS0017-01-2018-004047-69

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

04 июня 2019 года г.Красноярск 

Железнодорожный районный суд г.Красноярска в составе:

председательствующего судьи Шамовой О.А.,

при секретаре Житникове Д.И.,

с участием представителя ответчиков ГУФСИН России по Красноярскому краю/ФСИН России ФИО1,

представителя третьего лица ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю – ФИО2,

представителя третьего лица Министерства финансов РФ в лице УФК по Красноярскому краю ФИО3,

прокурора Морозова В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России, ФКУ СИЗО-5 

<

данные изъяты> ГУФСИН России по Красноярскому краю о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к ГУФСИН России по Красноярскому краю о компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что истец осужден приговором Рыбинского районного суда Красноярского края от 16.03.2017 года к 

<

данные изъяты> годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строго режима. В личном деле истца содержатся сведения о том, что истец является бывшим сотрудником правоохранительных органов, поскольку ранее проходил 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, а также с 

<

данные изъяты> год работал 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>. Поскольку истец является бывшим сотрудником правоохранительных органов, то должен был содержаться и отбывать наказание, назначенное судом, в специальных исправительных учреждениях для бывших сотрудников правоохранительных органов. В период с 

<

данные изъяты> года по 

<

данные изъяты> года истец содержался под стражей в СИЗО-5 г.Канска ГУФСИН России по Красноярскому краю. Все обращения истца о том, что истец как бывший сотрудник 

<

данные изъяты> и бывший 

<

данные изъяты> должен содержаться отдельно от общей массы спецконтингента в отдельных камерах, предназначенных для бывших сотрудников правоохранительных органов, администрацией ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю игнорировались. После вступления приговора в законную силу в августе 2017 года истец был направлен для отбывания наказания в ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю

<

данные изъяты>. Данное исправительное учреждение не является специальным для бывших сотрудников правоохранительных органов, а относится к исправительному учреждению для общей массы отбывания наказания. В период с 19.11.2016 года по 28.09.2017 года содержания под стражей в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ТПП ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю в общих камерах и с общей массой осужденных, подозреваемых и обвиняемых, на протяжении всего этого периода, ежедневно и ежечасно жизни, личной безопасности и здоровью истца угрожала опасность. Среди данных лиц истец был отвергнутым изгоем, его никто и никогда из арестованных не называл по имени или фамилии, истец постоянно слышал в свой адрес оскорбления, насмешки, издевательства за прошлую службу 

<

данные изъяты>, что оскорбляло и унижало человеческое достоинство истца. Истец не мог нормально спать по ночам, поскольку все это время жил в напряжении, опасаясь за свою жизнь и здоровье, постоянно ожидал, что с ним могут расправится, перерезав горло или задушив, что часто обещали сделать в процессе конфликтов из-за прошлого истца. С утра и до ночного отбоя истец также постоянно находился в ожидании разного рода правонарушений, конфликтных ситуаций (их создания), расправы со стороны лиц, с которыми содержался, за прошлую службу в системе правоохранительных органов. Все это пагубно и негативно отразилось на здоровье истца, его эмоционально-психическом состоянии. За эти 

<

данные изъяты> месяцев истец пережил самое настоящее нервное потрясение, психологический стресс, живя в постоянном страхе и опасении. Все это выразилось в претерпевании истцом с 

<

данные изъяты> года нравственных и физических страданий. Указанный моральный вред причинен истцу по вине должностных лиц ГУФСИН России по Красноярскому краю в результате халатных, незаконных действий (бездействий). Также за время содержания в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю истцом в период с 

<

данные изъяты> года претерпевались нравственные и физические страдания, связанные не только с нарушением права на личную безопасность, но и с условиями содержания, которые не соответствуют нормам, установленным законом, и расцениваются как жестокое обращение, унижающее и оскорбляющее человеческое достоинство. На каждого подозреваемого, обвиняемого, осужденного, содержащегося под стражей в помещениях (камерах) следственных изоляторов, должно приходиться не менее 

<

данные изъяты> кв.м.. Однако в камерах 

<

данные изъяты> за 

<

данные изъяты> месяцев пребывания истца в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю имелись нарушения в площади камер в соотношении с количеством содержащихся в них лиц. В камерах 

<

данные изъяты> сотрудниками учреждения регулярно подселялся еще один человек, в результате чего один из них вынужден был спать на полу, так как в камерах, рассчитанных на шесть человек, отсутствовала кровать для седьмого. В камерах 

<

данные изъяты> ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю на потолке и стенах имелась плесень, потеки, плесневелый грибок. С потолков постоянно сыпалась штукатурка, отслаивающаяся из-за сырости, а зимой от промерзания. Известковая штукатурка постоянно осыпалась на голову, на спальное место, на стол, часто попадала в посуду с едой, от чего истец постоянно испытывал дискомфорт. В камере 

<

данные изъяты> во время весеннего таяния снега и некачественной кровли крыши, вода просачивалась с крыши и бежала с потолка, заливая спальные места, стол для приема пищи. Во время потопа в камере сотрудники администрации учреждения запрещали включать свет, опасаясь замыкания осветительного прибора. Из-за отсутствия освещения у истца ухудшилось 

<

данные изъяты>. В камерах 

<

данные изъяты> туалет был огорожен не полностью, в связи с чем запах из туалета распространялся по камере, где производился прием пищи, где место для сна и отдыха. В камерах 

<

данные изъяты> в туалете отсутствовал унитаз, а в место него имелась яма без водослива, что не соответствует нормам бытовой санитарии и гигиены. Во всех камерах место для приема пищи находится вблизи от плохо огороженных туалетов, на расстоянии 

<

данные изъяты> м и менее, что является грубейшим нарушением санитарно-эпидемиологических норм. Потолочная вентиляция была неисправна. В камерах 

<

данные изъяты> в окнах отсутствовали стекла, в связи с чем в холодный период времени в данных камерах стоял жуткий холод, в камеры попадали осадки в виде снега и дождя. В камерах 

<

данные изъяты> форточный проем был с повреждениями, в связи с чем форточка не закрывалась, и при холодной погоде холод стоял и в камере. Летом в форточный проем, который был неисправен, в камеру проникали комары и мошки, постоянно искусывающие тело. В нарушение санитарно-эпидемиологических норм законодательства РФ во всех перечисленных камерах ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю водились паразитические грызуны и насекомые (крысы, мыши, клопы). Клопы присутствовали в матрасах, постельных принадлежностях, искусывали по ночам все тело. Администрацией учреждения дезинфекция и дератизация не проводилась, просьбы истца об этом игнорировались. В камерах отсутствовали баки с кипяченой холодной питьевой водой. Истец был вынужден пить сырую воду из-под крана, после чего испытывал расстройство кишечника. Санитарно-гигиеническая помывка в бане производилась один раз в неделю менее 15-ти минут. Ни в одной из перечисленных камер не было тазов или иной емкости для стирки белья, отсутствовал инвентарь для уборки камеры. Просьбы об их выдаче игнорировались, приходилось стирать белье в раковине. Качество постельных принадлежностей не соответствовало нормам. Толщина матраса соответствовала толщине одеяла, местами рваные и имелись многочисленные грязные и заплесневелые пятна. Само постельное белье было обработано не должным образом, вместо белоснежного оно было темно-серое или потемневшего цвета, изношенное и с темными пятнами и дырками. В камерах, рассчитанных на содержание 4-х человек за стол и скамью одновременно помещалось не более двух человек, приходилось принимать пищу по очереди. Качество пищи было отвратительное, сама пища однообразна. Свежие овощи и фрукты за период содержания истца в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю ни разу не выдавались. Такие условия содержания, представляющие собой бесчеловечное обращение, в период с 

<

данные изъяты> года привели к значительным нравственным страданиям истца, унижающим его человеческое достоинство, вызвавшим в истце чувство беспомощности и унижения. Угроза личной безопасности, антисанитарные условия камер по месту содержания истца оказывали неблагоприятное воздействие на состояние его здоровья, а в сочетании с длительностью периода содержания в таких условиях, представляли собой унижающее обращение, воздействуя на физическое состояние и психику, усилили у истца ощущение страха, боли и отсутствия безопасности, нанеся фактический ущерб здоровью. Причиненный моральный вред истец оценивает в 1 500 000 рублей. Просит взыскать с ГУФСИН России по Красноярскому краю в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействиями) должностных лиц ГУФСИН России по Красноярскому краю, в размере 1 500 000 рублей.

Определением Железнодорожного районного суда г.Красноярска от 28.11.2018 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФСИН России, ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю.

Истец ФИО4 в настоящее время содержится в 

<

данные изъяты>, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом, что подтверждается распиской.

Ранее в судебном заседании путем использования видеоконференцсвязи истец ФИО4 исковые требования по изложенным в иске основаниям поддержал в полном объеме. Пояснил, что обращался к медицинскому персоналу ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю по поводу ухудшения его 

<

данные изъяты>, но помощи ему оказано не было, поскольку там нет таких специалистов, есть только терапевт. Им писались заявления по этому поводу на имя начальника ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, но реакции не было никакой. В ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю к начальнику он не обращался, поскольку его постоянно не было на месте, его письма были адресованы заместителю начальника. Письма было два, но оба оставлены без внимания. В ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю он начальника не видел ни разу, оперативные сотрудники предлагали ему отбывать наказание с общим контингентом, поскольку не было специализированных камер. В ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю после его обращения, он был этапирован. Нравственные и физические страдания истца заключались в том, что над истцом издевался общий контингент, издевались физически и морально. Им стало известно, что он бывший сотрудник после того, как их стали вывозить в ИВС знакомиться с материалами уголовного дела. Он обращался по поводу издевательств к руководству исправительного учреждения устно, но меры не принимались. У него ухудшилось 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>, была постоянно нехватка свежего воздуха. Он не скрывал свой статус, но и не сообщал о нем. Ему непонятно, как можно завести уголовное дело и не указать, что он сотрудник. 

Необходимости личного участия ФИО4 в судебном заседании путем видеоконференцсвязи повторно суд не усматривает, поскольку все доводы истца подробно изложены в исковом заявлении, отзыве на возражения, истец участвовал в одном из судебных заседаний и имел возможность донести до суда свою позицию лично, а также задать вопросы участникам процесса.

Представители ответчиков ГУФСИН России по Красноярскому краю/ФСИН России ФИО1, действующий на основании доверенностей (доверенности представлены в материалы дела), в судебном заседании исковые требования не признал, просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление. Согласно возражениям на исковое заявление само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда. Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий. Об отсутствии морального вреда также свидетельствует тот факт, что доказательств причинения вреда здоровью истца суду не представлено. Отсутствует как сам вред, так и вина учреждений и органов УИС в том, что истец содержался в исправительном учреждении, не предназначенном для отбывания наказания бывшими сотрудниками правоохранительных органов, поскольку истец не предоставил доказательств того, что он обращался с письменным или устным обращением в администрацию учреждения УИС по вопросу принадлежности его к категории бывших работников судов и правоохранительных органов, равно как не обращался с просьбой обеспечить его безопасность из-за угроз в его адрес, связанных с прохождением службы. Истцом не представлено каких-либо доказательств в подтверждение своих требований, исходя из которых можно было сделать вывод о причинении ему морального вреда незаконными действиями (бездействиями) ответчика, наличии причинной связи между действиями и моральным вредом, а также наличии вины ответчика. 

Представитель третьего лица Министерства финансов РФ в лице УФК по Красноярскому краю ФИО3, действующий на основании доверенности (доверенность представлена в материалы дела), в судебном заседании поддержал отзыв на исковое заявление, просил в удовлетворении исковых требований отказать. Согласно отзыву на исковое заявление истцом не представлено доказательств причинения ему морального вреда. В обоснование требований о присуждении компенсации морального вреда суду должны быть представлены надлежащие доказательства, позволяющие судить как о самом факте причинения морального вреда, так и его размере. Таких доказательств истцом не представлено.

Представитель третьего лица ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО2, действующий на основании доверенности (доверенность представлена в материалы дела), в судебном заседании просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, поскольку истец не предоставил доказательств того, что он обращался с письменным или устным обращением в администрацию учреждения УИС по вопросу принадлежности его к категории бывших работников судов и правоохранительных органов, равно как не обращался с просьбой обеспечить его безопасность из-за угроз в его адрес, связанных с прохождением службы. Истцом не представлено каких-либо доказательств в подтверждение своих требований, исходя из которых можно было бы сделать вывод о причинении ему морального вреда незаконными действиями (бездействиями) ответчиков, наличии причинной связи между действиями и моральным вредом, а также наличии вины ответчика. 

Помощник прокурора Железнодорожного района г.Красноярска Морозов В.В. в заключении полагал, что оснований для удовлетворения исковых требований и взыскания с ответчиков в пользу истца компенсации морального вреда не имеется. В ходе судебного разбирательства установлено, что истец осужден приговором Рыбинского районного суда Красноярского края от 

<

данные изъяты> года к 

<

данные изъяты> годам лишения свободы. В период с 

<

данные изъяты> года содержался под стражей в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю. Согласно исследованным материалам дела истец администрации ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю о том, что является бывшим сотрудником никак не сообщил, документально свой статус бывшего сотрудника никак не подтвердил, в личном деле информация о службе в правоохранительных органах также отсутствует. Таким образом, виновные действия администрации ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю отсутствуют, что также подтверждается материалами надзорных производств прокуратуры 

<

данные изъяты>. Доводы о ненадлежащих условиях содержания также не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания. Какие-либо жалобы, замечания по поводу условий содержания от истца администрации ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю не поступали. Истцом доказательства противоправности действий администрации ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю не представлены, также не имеется доказательств нарушения каких-либо личных неимущественных прав и личных нематериальных благ истца.

Представитель ответчика ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю в зал судебного заседания не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом. До судебного заседания от представителя ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты>., действующей на основании доверенности (доверенность представлена в материалы дела), поступило ходатайство, согласно которому просит рассмотреть дело в отсутствие представителя ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, указывает, что ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю поддерживает свои возражения и дополнение к возражениям на исковое заявление, возражает против удовлетворения исковых требований в полном объеме. Согласно возражениям и дополнением к возражениям на исковое заявление условия содержания спецконтингента в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю проверялись в феврале 2017 года, согласно проверке вынесено представление об устранении нарушений закона в деятельности администрации учреждения 

<

данные изъяты> от 22.02.2017 года. Согласно представлению нарушения выявлены в камерах 

<

данные изъяты>, иные нарушения отсутствуют. Выявленные нарушения были устранены. Истец в период с 

<

данные изъяты> года согласно справке о движении по камерам находился в камерах 

<

данные изъяты>. Нареканий к условиям содержания в этих камерах не возникало. Жалоб и обращений от истца согласно журналу учета жалоб и обращений подозреваемых и обвиняемых не поступало. Согласно сведениям оперативного отдела учреждения каких-либо проверок в отношении истца не производилось. Заявленные истцом требования относятся к категории дел, рассматриваемых в порядке искового производства, бремя доказывания причинения вреда, наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями и наступившим вредом лежит на истце. Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения. При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда. Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий. Истцом не представлено никаких доказательств по факту причинения ему физических и нравственных страданий, морального вреда, нарушения его прав. Журналы по приему и выдаче белья спецконтингента за 2016-2017 года уничтожены по истечении срока хранения, в связи с чем не представляется возможным представить копию журналов выдачи постельного белья и гигиенических средств подозреваемым, обвиняемым, осужденным за период содержания истца в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю. За период содержания истца в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю с 

<

данные изъяты> года истец не состоял в филиале «

<

данные изъяты>» на «

<

данные изъяты>» учете, за какой-либо медицинской помощью не обращался. 

Представитель третьего лица Красноярской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в ИУ в зал судебного заседания не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, заключение помощника прокурора, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии со ст.2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

В силу ст.17 Конституции РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

В ст.10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации закреплено, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Статьей 99 этого же Кодекса предусмотрено материально-техническое обеспечение осужденных к лишению свободы, минимальные нормы которого устанавливаются Правительством Российской Федерации. Норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

Таким образом, государство берет на себя обязанность обеспечивать правовую защиту и личную безопасность осужденных наравне с другими гражданами и лицами, находящимися под его юрисдикцией.

На основании ст.13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 года №5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В силу положений ст.9 названного Закона финансовое обеспечение функционирования уголовно-исполнительной системы, прав, социальных гарантий ее сотрудникам в соответствии с данным Законом и федеральными законами является расходным обязательством Российской Федерации.

Согласно ч.2 ст.21 Конституции РФ никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Указанное предписание также закреплено в ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30.03.1998г. N54-ФЗ, и в Европейской Конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, ратифицированной РФ Федеральным законом от 28.03.1998г. N44-ФЗ.

В силу ст.13 названной Конвенции каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

В силу ст.53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Из содержания главы 59 ГК РФ следует, что для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава нарушения, включающего: незаконность действий (бездействия) гражданина, юридического лица; причинение вреда; причинно-следственную связь между неправомерными действиями (бездействием) и наступившими последствиями, вина причинителя. Для возложения ответственности на виновную сторону необходимо доказать всю совокупность состава правонарушения, при отсутствии в действиях (бездействии) причинителя вреда хотя бы одного из элементов состава правонарушения в иске должно быть отказано.

Согласно ст.150 ГК РФ нематериальные блага: жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно п.2 Постановления Пленума ВС РФ №10 от 20.12.1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др..

В соответствии с ч.3 ст.80 УИК РФ в отдельных исправительных учреждениях содержатся осужденные - бывшие работники судов и правоохранительных органов. В эти учреждения могут быть направлены и иные осужденные.

В силу ст.33 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, службы судебных приставов, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации.

В соответствии со ст.12 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. 

Согласно ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО4 отбывает наказание в виде лишения свободы в 

<

данные изъяты>. 

Согласно приговору Рыбинского районного суда г.Красноярска от 

<

данные изъяты> года ФИО4 осужден к 

<

данные изъяты> годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В приговоре указано, что осужденный ФИО4 является 

<

данные изъяты>, работает в 

<

данные изъяты>. Указания о том, что ФИО4 является бывшим сотрудником правоохранительных органов, проходил службу в Вооруженных силах РФ отсутствуют.

Из протокола задержания подозреваемого от 

<

данные изъяты> года следует, что ФИО4 

<

данные изъяты> года задержан в качестве подозреваемого, место работы или учебы - 

<

данные изъяты>, отношение к военной обязанности - 

<

данные изъяты>. Указания о том, что ФИО4 является бывшим сотрудником правоохранительных органов, проходил службу в Вооруженных силах РФ отсутствуют.

Согласно анкете арестованного ФИО4 в графе место работы указано – 

<

данные изъяты>, в графе отношение к военной службе и воинское звание указано – 

<

данные изъяты>. Указания о том, что ФИО4 является бывшим сотрудником правоохранительных органов, проходил службу в Вооруженных силах РФ отсутствуют.

В соответствии с ответом на судебный запрос 

<

данные изъяты> ФИО4 проходил военную службу по призыву с 

<

данные изъяты> в воинской части 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>; с 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> в воинской части 

<

данные изъяты> 

Согласно справке 

<

данные изъяты> от 17.04.2019 года №

<

данные изъяты> ФИО4 проходил службу 

<

данные изъяты> с 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>.

Из справки по личному делу осужденного ФИО4 следует, что 

<

данные изъяты> года ФИО4 осужден к 

<

данные изъяты> годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Начало срока 

<

данные изъяты> года, конец срока 

<

данные изъяты> года, зачет с 

<

данные изъяты> года по 

<

данные изъяты> года. Движение с 

<

данные изъяты> года ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, с 

<

данные изъяты> года ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю, с 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>, с 

<

данные изъяты> года 

<

данные изъяты> 

Согласно справке о движении по камерам в период содержания под стражей в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО4 содержался в камерах: 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

В соответствии со справкой ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю от 12.11.2018 года 

<

данные изъяты> камера 

<

данные изъяты> имеет 

<

данные изъяты> 

Из справки ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю от 12.11.2018 года 

<

данные изъяты> следует, что камера 

<

данные изъяты> имеет 

<

данные изъяты>.

Согласно справке ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю от 12.11.2018 года 

<

данные изъяты> камера 

<

данные изъяты> имеет 

<

данные изъяты> 

В соответствии со справкой ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю от 12.11.2018 года 

<

данные изъяты> камера 

<

данные изъяты> имеет 

<

данные изъяты> 

Из справки ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю от 12.11.2018 года 

<

данные изъяты> следует, что камера 

<

данные изъяты> имеет 

<

данные изъяты> 

Согласно справке ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю от 12.11.2018 года 

<

данные изъяты> камера 

<

данные изъяты> имеет 

<

данные изъяты> 

В соответствии со справкой ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю от 12.11.2018 года 

<

данные изъяты> камера 

<

данные изъяты> имеет 

<

данные изъяты> 

Из справки ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю от 12.11.2018 года 

<

данные изъяты> следует, что камера 

<

данные изъяты> имеет 

<

данные изъяты>

Согласно справке ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю камера 

<

данные изъяты> имеет 

<

данные изъяты>

Из представления прокуратуры 

<

данные изъяты> от 22.02.2017 года 

<

данные изъяты> года об устранении нарушений закона в деятельности администрации ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю следует, что в ходе проверки установлено, что в камерах 

<

данные изъяты> при площади 

<

данные изъяты> кв.м. содержались 

<

данные изъяты> человек соответственно, то есть на одного человека приходилось 

<

данные изъяты> кв.м. санитарной площади. Предписано устранить указанные нарушения. 

Согласно справке врио начальника филиала «

<

данные изъяты>» 

<

данные изъяты> от 01.11.2018 года ФИО4 за период содержания в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю с 

<

данные изъяты> не состоял в филиале на «

<

данные изъяты>» учете, также за данный период не обращался в филиал по поводу телесных повреждений, полученных в условиях ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю.

В соответствии со справкой начальника филиала «

<

данные изъяты>» 

<

данные изъяты> от 04.06.2019 года ФИО4 за период содержания в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю с 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> не состоял в филиале на «

<

данные изъяты>» учете, также за данный период не обращался в филиал за медицинской помощью согласно амбулаторных журналов 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

Из справки ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю от 12.11.2018 года 

<

данные изъяты> следует, что ФИО4 содержался в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю с 

<

данные изъяты>. Сведений о том, что ФИО4 является бывшим сотрудником 

<

данные изъяты> и бывшим военнослужащим согласно материалам личного дела не имелось. ФИО4 с заявлениями о том, что является бывшим сотрудником 

<

данные изъяты> и бывшим 

<

данные изъяты> как в устной, так и в письменной форме в отдел специального учета не обращался. 

Согласно справке заместителя начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты> согласно данным журналов учета жалоб подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в корпусном отделении за период содержания в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю с 

<

данные изъяты> от ФИО4 письменных, а также устных обращений по вопросам содержания к администрации учреждения не поступало. 

В соответствии со справкой заместителя начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты> за период содержания в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому с 

<

данные изъяты> ФИО4 было предоставлено краткосрочное свидание 

<

данные изъяты> года с матерью и сестрой. 

Из справки начальника оперативного отдела ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты> следует, что согласно сведениям оперативного отдела ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю с 

<

данные изъяты> каких-либо проверок в отношении ФИО4 не проводилось. 

Согласно справке старшего инспектора ОКБИ и ХО 

<

данные изъяты> обвиняемый ФИО4 содержался в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю с 

<

данные изъяты>. За период содержания согласно учету данных обвиняемый ФИО4 проходил санитарную обработку еженедельно с заменой постельных принадлежностей согласно графикам, утвержденным начальником учреждения. По прибытии с этапа санитарная обработка и выдача (замена) постельных принадлежностей производилась в день прибытия в учреждение. Постельные принадлежности при этом подвергаются термической обработке и упаковываются в индивидуальные пакеты, которые выдаются взамен грязного постельного белья. 

В соответствии с ответами Канской межрайонной прокуратуры от 28.06.2018 года 

<

данные изъяты>, от 14.08.2018 года 

<

данные изъяты> обращения ФИО4 о нарушении ст.33 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-ФЗ при содержании ФИО4 в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю рассмотрены. В ходе проверки, в том числе по результатам изучения материалов личного дела установлено, что сведения о том, что ФИО4 относится к категории лиц, являющихся или являвшихся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, службы судебных приставов, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии РФ, до 

<

данные изъяты> отсутствовали, каких-либо обращений ФИО4 об отнесении к указанной категории, об уточнении сведений о данном факте, в том числе в анкете арестованного, опросных листках в адрес администрации учреждения не поступало. В материалах личного дела имеется справка ФКУ ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю от 

<

данные изъяты> о том, что ФИО4 является сотрудником указанного учреждения. В ходе проверки не установлено, что администрация ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю обладала сведениями об отнесении ФИО4 к специальной категории, а также учитывая факт сокрытия ФИО4 вышеуказанных сведений до момента поступления в ФКУ ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю, оснований применения мер прокурорского реагирования по результатам рассмотрения обращений ФИО4 не установлено.

Из справки ИК-42 ФКУ ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю от 28.11.2018 года 

<

данные изъяты> следует, что ФИО4 отбывал уголовную меру наказания в ИК-42 ФКУ ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю в период с 

<

данные изъяты>. Прибыл в ИК-42 ФКУ ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты> из ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю на основании указания ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты> от 17.11.2015 года, убыл 

<

данные изъяты> в распоряжение ТПП при ИК-6 г.Красноярска на основании указания ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты> от 04.09.2017 года. 

Согласно справке заместителя начальника филиала «

<

данные изъяты>» 

<

данные изъяты> осужденный ФИО4 за период нахождения в ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю с 

<

данные изъяты> в медицинскую часть по поводу нанесения телесных повреждений не обращался

В соответствии со справкой оперуполномоченного ОО ИК-42 ФКУ ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> осужденный ФИО4 прибыл в ИК-42 ФКУ ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты>, содержался на общих условиях в отряде 

<

данные изъяты> его жизни и здоровью ничего не угрожало. Осужденный ФИО4 о том, что он является бывшим сотрудником администрации исправительного учреждения не сообщал. В ходе содержания в 

<

данные изъяты> отделении было выявлено, что ФИО4 является бывшим сотрудником. Осужденный ФИО4 был определен для нахождения в комнате медицинских работников. Подготовлено заключение о переводе его в другое специализированное учреждение. 

Из ответа на судебный запрос Нижнепойменской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в ИУ от 10.04.2019 года 

<

данные изъяты> следует, что от осужденного ФИО4 в 

<

данные изъяты> поступали обращения 

<

данные изъяты>. Обращение от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> на действия администрации ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю было направлено на рассмотрение начальнику ГУФСИН России по Красноярскому краю. На обращение от 

<

данные изъяты> ответ дан заместителем 

<

данные изъяты>. Нарушений в деятельности администрации ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю выявлено не было, мер прокурорского реагирования не принималось. 

Согласно ответу прокурора 

<

данные изъяты> от 11.04.2018 года 

<

данные изъяты> жалоба ФИО4 от 02.07.2018 года 

<

данные изъяты> о нарушении принципов раздельного содержания в ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю в период нахождения в указанном учреждении и несогласии с ответом на предыдущее обращение - рассмотрена и признана необоснованной. 25.06.2018 года дан мотивированный ответ о том, что в связи с отсутствием в личном деле какой-либо информации, указывающей на принадлежность к категории бывших сотрудников правоохранительных органов, а также отсутствием от ФИО4 соответствующих заявлений, вины администрации ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю в нарушении требований ч.3 ст.80 УИК РФ не усматривается. В ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО4 содержался в карантине с 

<

данные изъяты> года и по выяснении обстоятельств о принадлежности к сотрудникам правоохранительных органов немедленно был этапирован 

<

данные изъяты> года в ТПП ИК-6 г.Красноярска. Оснований для принятия мер реагирования не имеется. 

Согласно справке старшего инспектора ПФРСИ ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты> от 27.11.2018 года осужденный ФИО4 по прибытии в ТПП ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю в период с 

<

данные изъяты> содержался в камере 

<

данные изъяты> один, и в период с 

<

данные изъяты> содержался в камере 

<

данные изъяты> один. К администрации с жалобами по вопросу содержания не обращался. 

В соответствии со справкой старшего инспектора ГСУ ТПП ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты> осужденный ФИО4 содержался в транзитно-пересылочном пункте ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю в периоды с 

<

данные изъяты> 

Из ответа на жалобу ФИО4 прокуратуры 

<

данные изъяты> следует, что прокуратурой района проведена проверка законности действий сотрудников 

<

данные изъяты> ИК-6 г.Красноярска, в ходе которой установлено, что 

<

данные изъяты> на основании распоряжения ГУФСИН России по Красноярскому краю от 04.09.2017 года 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> ФИО4 прибыл в ТПП ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю из ФКУ ОИУ-26 ИК-42 ГУФСИН России по Красноярскому краю. В период с 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО4 содержался в камерном помещении 

<

данные изъяты> ТПП ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю. В дальнейшем на основании приказа Министерства Юстиции №235 от 01.12.2005 года из 

<

данные изъяты> ФИО4 вновь прибыл 

<

данные изъяты> и содержался в том же камерном помещении 

<

данные изъяты> ТПП ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю В соответствии со ст.76 УИК РФ по истечении срока содержания в ТПП ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты> ФИО4 перевели в 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>. В помещении 

<

данные изъяты> ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО4 не содержался. Согласно информации отдела по режиму в камерном помещении 

<

данные изъяты> ТПП ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю в период с 

<

данные изъяты> и в период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> ФИО4 содержался один. Оснований для принятия мер прокурорского реагирования не имеется.

Согласно справке 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> от 21.06.2018 года ФИО4 прибыл в 

<

данные изъяты> для прохождения обследования, по прибытии отказался от какого-либо лечения и обследования, на основании чего 

<

данные изъяты> года убыл в ФКУ ИК-42 ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> через ТПП ФКУ ИК-6 г.Красноярска. В указанный период содержался в палате 

<

данные изъяты> приемного отделения, был отдельно изолирован от основной массы осужденных учреждения, каких-либо жалоб и заявлений о моральном и физическом воздействии как со стороны сотрудников администрации, так и со стороны осужденных от ФИО4 не поступало. 

В соответствии со справкой 

<

данные изъяты> осужденный ФИО4 прибыл в 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> из 

<

данные изъяты> при ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю, убыл 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты>. По прибытии был помещен в камеру 

<

данные изъяты> внутреннего поста 

<

данные изъяты> Данное камерное помещение предназначено для содержания бывших сотрудников силовых структур.

Из справки 

<

данные изъяты> следует, что согласно учетно-регистрационным документам, камерное помещение 

<

данные изъяты> расположенное на корпусном отделении 

<

данные изъяты> внутреннего поста 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> в 2017 году предназначалось для содержания бывших сотрудников правоохранительных органов и судов.

Согласно справке 

<

данные изъяты> ФИО4 по данным учетно-справочной картотеки содержался в 

<

данные изъяты> в период с 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> убыл в 

<

данные изъяты>. 

В соответствии со справкой 

<

данные изъяты> от 29.05.2019 года ФИО4 следовал транзитом через 

<

данные изъяты> с 

<

данные изъяты> из 

<

данные изъяты> при ИК-6 

<

данные изъяты> в распоряжение 

<

данные изъяты>. Согласно сведениям, содержащимся в базе данных 

<

данные изъяты>, ФИО4 являлся бывшим сотрудником 

<

данные изъяты>. 

Из ответа на жалобу ГУФСИН России по Красноярскому краю от 25.06.2018 года 

<

данные изъяты> следует, что за время содержания ФИО4 в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю какой-либо информации о принадлежности ФИО4 к категории бывших сотрудников правоохранительных органов не было. ФИО4 с заявлением о том, что он относится к категории бывших работников правоохранительных органов и необходимости обеспечения безопасного содержания к администрации ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю не обращался. После прибытия ФИО4 для отбывания наказания в ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю с заявлением о том, что он относится к категории бывших работников правоохранительных органов и необходимости обеспечения безопасного содержания не обращался. В ходе содержания ФИО4 в карантинном отделении по оперативной информации было установлено, что он является бывшим сотрудником уголовно-исполнительной системы. После этого ФИО4 с целью обеспечения личной безопасности был изолирован в ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю от основной массы спецконтингента. С целью определения места дальнейшего отбывания наказания во ФСИН России был направлен комплект материалов, а ФИО4 был этапирован в ТПП ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю. Согласно информации, имеющейся в распоряжении ГУФСИН России по Красноярскому краю, после убытия из ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО4 содержался в следующих учреждениях ГУФСИН России по Красноярскому краю, ожидая персональный наряд ФСИН России для этапирования в другой территориальный орган ФСИН России: в ТПП ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю – в камере 

<

данные изъяты> и был изолирован от других осужденных, так как содержался в камере один; в 

<

данные изъяты> – палате 

<

данные изъяты> приемного отделения и был изолирован от основной массы осужденных; в 

<

данные изъяты> – в камере 

<

данные изъяты> внутреннего поста 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>, предназначенной для содержания бывших работников судов и правоохранительных органов. После получения персонального наряда ФСИН 

<

данные изъяты> А.И. был этапирован в 

<

данные изъяты>, которое является специализированным учреждением для содержания бывших сотрудников судов и правоохранительных органов. В связи с отсутствием в личном деле ФИО4 в период с 

<

данные изъяты> какой-либо информации, указывающей на принадлежность ФИО4 к категории бывших работников правоохранительных органов, а также отсутствием от ФИО4 в указанный период заявлений о том, что ФИО4 относится к категории бывших работников правоохранительных органов, вины сотрудников ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю и ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю в нарушении требований ст.33 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-ФЗ и ч.3 ст.

<

данные изъяты> УИК РФ не усматривается. 

Согласно ответу ГУФСИН России по Красноярскому краю от 08.08.2018 года 

<

данные изъяты> ФИО4 повторно сообщено, что нарушений в действиях сотрудников ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю и ИК-42 ФКУ ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю не установлено. В документах, приобщенных к личному делу ФИО4, в период с 

<

данные изъяты> отсутствует какая-либо информация, указывающая на принадлежность ФИО4 к категории бывших работников правоохранительных органов, а ФИО4 лично в указанный период с соответствующими заявлениями к администрации исправительных учреждений и следственных изоляторов не обращался. Уточняющие запросы с целью проверки информации о принадлежности подозреваемого, обвиняемого или осужденного к категории бывших работников судов и правоохранительных органов направляются сотрудниками службы специального учета учреждения по месту предыдущей службы или работы подозреваемого, обвиняемого или осужденного только в случае, если указанная информация отражена в материалах их личных дел либо сообщена самим подозреваемым, обвиняемым или осужденным. Согласно информации, имеющейся в распоряжении ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФИО4 содержался в 

<

данные изъяты> изолированно от иных категорий осужденных.

В соответствии с ответом на запрос 

<

данные изъяты> материалов личного дела ФИО4, каких-либо сведений об отнесении к категории «бывших сотрудников» (указание на данный факт в решении судов, продлении мер пресечения, приговоре, решении судов апелляционных инстанций) не содержится, до справки ФКУ ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю 

<

данные изъяты>, а также в личном деле не содержится обращений к администрации от осужденного ФИО4 об отнесении его к категории «бывших сотрудников», каких-либо указаний на данный факт в анкете арестованного, опросных листах, расписках не содержится. 

Из выписки из медицинской карты амбулаторного больного следует, что 10.11.2017 года в 

<

данные изъяты> ФИО4 был осмотрен 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>. 10.11.2017 года ФИО4 осмотрен 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>. С жалобами на ухудшение 

<

данные изъяты> ФИО4 не обращался. 

Судом установлено, что ФИО4 относится к категории лиц, являющихся бывшими сотрудниками правоохранительных органов. 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО4 задержан в качестве подозреваемого. Приговором Рыбинского районного суда Красноярского края от 

<

данные изъяты> ФИО4 осужден к 

<

данные изъяты> годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима. В период с 

<

данные изъяты> ФИО4 содержался под стражей в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю. С 

<

данные изъяты> осужденный ФИО4 отбывал наказание в ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ГУФСИН России по Красноярскому краю, с 

<

данные изъяты> в ТПП ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю, с 

<

данные изъяты> года в 

<

данные изъяты>, с 

<

данные изъяты> в ТПП ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю, с 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> убыл для отбывания наказания в 

<

данные изъяты>

В протоколе задержания ФИО4 от 

<

данные изъяты> года, анкете арестованного, а также приговоре Рыбинского районного суда Красноярского края от 

<

данные изъяты> отсутствует информация о том, что ФИО4 является бывшим сотрудником правоохранительных органов. Согласно представленным сведениям из 

<

данные изъяты> в материалах личного дела ФИО4 отсутствуют какие-либо сведения об отнесении его к категории бывших сотрудников правоохранительных органов до справки ФКУ ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю от 

<

данные изъяты>, а также не содержится обращений к администрации исправительного учреждения об отнесении ФИО4 к категории бывших сотрудников правоохранительных органов, каких-либо уточнений о данном факте в анкете арестованного, опросных листах, расписках не содержится. 

Согласно представленным сведениям из ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО4 не обращался в администрации указанных исправительных учреждений как с письменными, так и устными обращениям о том, что является бывшим сотрудником правоохранительных органов. Указанное обстоятельство не оспорено и самим истцом, пояснившим, что об указанном факте он сам администрации исправительных учреждений не сообщал. По результатам проведенных проверок по жалобам ФИО4 на нарушение принципа раздельного содержания 

<

данные изъяты> жалобы ФИО4 признаны необоснованными, в действиях сотрудников ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю нарушений не установлено, как и оснований для принятия мер прокурорского реагирования. 

<

данные изъяты> года ФИО4 прибыл в ИК-42 ФКУ ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю для отбывания наказания, содержался на общих условиях в отряде 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> года сотрудниками указанного исправительного учреждения было установлено, что ФИО4 является бывшим сотрудником 

<

данные изъяты>. После этого ФИО4 с целью обеспечения личной безопасности был изолирован в ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю от основной массы спецконтингента. С 

<

данные изъяты> отбывал наказание в ТПП ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю в камерном помещении 

<

данные изъяты> один, с 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> в палате 

<

данные изъяты> один, с 

<

данные изъяты> в ТПП ИК-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю в камерном помещении №

<

данные изъяты> один, с 

<

данные изъяты> года в 

<

данные изъяты> в камере 

<

данные изъяты>, предназначенной для бывших сотрудников судов и правоохранительных органов, 

<

данные изъяты> года убыл для отбывания наказания в 

<

данные изъяты>, которое является специализированным учреждением для содержания бывших сотрудников судов и правоохранительных органов.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в материалах личного дела ФИО4 до 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> отсутствовали сведения о том, что ФИО4 относится к категории лиц, являющихся бывшими сотрудниками правоохранительных органов. ФИО4 скрыл от администрации ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФКУ ИК-42 ОИУ-26 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю информацию о том, что является бывшим сотрудником правоохранительных органов, в связи с чем у ответчиков отсутствует вина в нарушении требований ст.33 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-ФЗ, ч.3 ст.80 УИК РФ, а как следствие в причинении морального вреда истцу.

Оценивая доводы ФИО4 о том, что в личном деле истца содержатся сведения о том, что истец является бывший сотрудник правоохранительных органов, а также что ФИО4 обращался как с письменными, так и устными обращениям о том, что является бывшим сотрудником правоохранительных органов, не принимаются судом во внимание, поскольку в судебном заседании установлено, что в материалах личного дела ФИО4 до 

<

данные изъяты> года отсутствовали сведения о том, что ФИО4 является бывшим сотрудником правоохранительных органов, а также в личном деле не содержится обращений к администрации от ФИО4 об отнесении его к категории бывших сотрудников правоохранительных органов. 

Рассматривая требования истца о компенсации морального вреда в связи с нарушениями условий содержания, а также причинением вреда здоровью, суд приходит к следующему.

Истец основывает свои требования на предположениях, каких-либо доказательств в обоснование своих требований о нарушении условий содержания, а также об ухудшении 

<

данные изъяты>, доказательств незаконных действий (бездействий), нарушивших права истца, в нарушение ст.56 ГПК РФ не представлено. 

Данных о наличии со стороны ФИО4 жалоб на ненадлежащие условия содержания в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, а также жалоб на ухудшение у ФИО4 

<

данные изъяты>, в материалы настоящего гражданского дела не представлено, действия ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО4 не обжаловались.

Согласно представленным в материалы дела сведениям в период содержания в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю с 

<

данные изъяты> ФИО4 содержался в камерах 

<

данные изъяты>.

Из представления прокуратуры 

<

данные изъяты> от 22.02.2017 года 

<

данные изъяты> года следует, что в ходе проверки в 2017 году в камерах 

<

данные изъяты> ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю выявлены нарушения по площади к соотношению лиц, содержащихся в камерах. Других нарушений в ходе проверки не установлено. Истец в камерах 

<

данные изъяты> не содержался.

Согласно сведениям, представленным из 

<

данные изъяты> ФИО4 в период нахождения 

<

данные изъяты> с 

<

данные изъяты> отказался от какого-либо лечения и обследования.

Из выписки из медицинской карты амбулаторного больного следует, что 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты> ФИО4 был осмотрен 

<

данные изъяты>. С жалобами на ухудшение 

<

данные изъяты> ФИО4 не обращался.

Согласно представленным сведениям из ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН Росси по Красноярскому краю журналы по приему и выдаче белья спецконтингента за 2016-2017 года уничтожены по истечении срока хранения

В соответствии со сведениями, представленными из ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФИО4 за период задержания в указанном учреждении с жалобами на состояние здоровья, в том числе на ухудшение 

<

данные изъяты> не обращался.

Таким образом, суд приходит к выводу, что доказательств нарушения условий содержания в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю в период с 

<

данные изъяты>, а также ухудшения 

<

данные изъяты> истца в указанный период и, как следствие, нарушения каких-либо прав истца ФИО4 в нарушение ст.56 ГПК РФ представлено не было, в связи с чем оснований для возложения на ответчиков гражданско-правовой ответственности не имеется.

При таких обстоятельствах не могут быть признаны состоятельными за недоказанностью доводы истца о том, что в период содержания в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю он испытывал физические и нравственные страдания в связи с переполненностью камер, несоблюдением стандарта жизненного пространства на одного подозреваемого, обвиняемого, осужденного, отсутствием спального места в камерах, не работающей вентиляцией в камерах, наличием на стенах и потолках в камерах плесени, потеков и плесневелого грибка, отслаивающейся известковой штукатурки со стен и потолков камер, просачивающейся с потолков камер воды, отсутствием освещения во время потопов в камерах, отсутствием унитазов в камерах, нахождением места приема пищи на расстоянии менее 

<

данные изъяты> от плохо огороженных туалетов, отсутствием стекол в оконных рамах камер, не закрывающихся оконных рам в камерах, наличием в камерах грызунов и насекомых, наличием клопов в матрасах и спальных принадлежностях, плохим качеством матрасов и спальных принадлежностей и плохим качеством их стирки, отсутствием бочка в камерах для питьевой воды, отсутствием в камерах тазов и принадлежностей для уборки, баней раз в неделю на протяжении не более 15 минут. 

Обеспеченные в соответствии с требованиями закона условия содержания под стражей нельзя рассматривать как бесчеловечные или унижающие достоинство, поскольку условия содержания под стражей продиктованы прежде всего требованиями обеспечения безопасности лиц, содержащихся под стражей, конвоя, а также иных лиц, и не носят цели нарушить гражданские и иные права истца.

Действующий механизм защиты личных неимущественных прав, установленный в ГК РФ, предоставляет лицам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты нарушенных прав, не освобождая их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

По смыслу постановления Пленума Верховного суда РФ от 20.12.1994 года №10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.», или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Институт компенсации морального вреда играет важную роль не только в регулировании гражданско-правовых отношений, но и в обеспечении гарантий конституционных прав и свобод личности. 

В соответствии с п.8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения физических и нравственных страданий.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов, предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности; в любом случае лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах.

Кроме того, суд принимает во внимание то обстоятельство, что истец обратился за защитой своих неимущественных прав спустя длительный период времени, что также свидетельствует о недоказанности факта претерпевания истцом нравственных или физических страданий в спорный промежуток времени.

Таким образом, суд не усматривает законных оснований для удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда, поскольку истцом не представлено суду достоверных, допустимых и достаточных доказательств нарушения ответчиками его личных неимущественных прав и личных нематериальных благ, причинения ему морального вреда действиями должностных лиц и причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступлением морального вреда.

При указанных выше обстоятельствах суд находит требования истца не обоснованными и отказывает ФИО4 в удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО4 к ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России, ФКУ СИЗО-5 г.Канска ГУФСИН России по Красноярскому краю о взыскании компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано сторонами в Красноярский краевой суд через Железнодорожный районный суд г.Красноярска в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения суда.

Судья О.А. Шамова

Мотивированное решение составлено 13.06.2019 года.