Производство № 2-5809/2021

УИД 28RS0004-01-2021-006908-77

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 июля 2021 года город Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе: 

председательствующего судьи Астафьевой Т.С., 

при секретаре Дробяскиной К.А..

с участием ФИО1, представителей МО МВД России «Благовещенский» ФИО2, УМВД России по Амурской области МВД России ФИО3, Министерства финансов РФ ФИО4 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению ФИО1 к МОМВД России «Благовещенский», МВД России о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с настоящим исковым заявлением, указав, что в ходе предварительного следствия по уголовному делу по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, в период нахождения под стражей по данному делу и до вынесения приговора, неоднократно нарушались права истца, гарантированные ст. 3 Конвенция о защите прав человека и основных свобод, т.к. при избрании меры пресечения, продлении срока содержания под стражей, а также в ходе рассмотрения уголовного дела в суде (более 16 раз), в залах судебных заседаний подвергался бесчеловеческому и унижающему достоинство обращению со стороны конвоя МОМВД России «Благовещенский», а именно был заключен в металлическую клетку не более 3-х кв.метров, под вооруженной охраной, что является нарушением Европейской конвенции. Он вынужден был испытывать чувство страха, психологического давления и комплекса неполноценности, что понизило его самоуверенность, он не мог надлежащим образом защищать свои права, испытывал чувство подавленности и безнадежности. В клетке отсутствовали удобства для работы с документами, а именно не было стола и тумбочки. По этой причине имеющиеся у истца документы по его делу, которые были важны в ходе судебных заседаний, истец хранил либо на полу клетки, либо держал на весу, что нарушало его равенство с другими участниками процесса, была нарушена ст. 6 Конвенции в части возможности общения с адвокатом и реализации права на защиту. Указанные обстоятельства являются грубейшим нарушением прав истца со стороны МО МВД России «Благовещенский», а причиненный ему вред подлежит безусловной компенсации в силу ст. 151 ГК РФ. На основании изложенного, истец просит взыскать с МО МВД России «Благовещенский» по Амурской области в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 7 500 Евро по курсу валют в рублях.

В судебном заседании истец на требованиях искового заявления настаивал, изложил доводы, аналогичные тем, что указаны в исковом заявлении. Также пояснил, что при нахождении человека в металлической клетке во время судебных заседаний, когда еще человек не признан виновным, а является только подозреваемым (обвиняемым), человек конечно же испытывает психические страдания. Он чувствовал себя подавленным. Человек должен защищать свои права, сидя рядом с адвокатом. Он был лишен общаться с адвокатом наедине, всегда присутствовал конвой и другие участники процесса. Когда он находился в клетке, свидетели выражались в его адрес нецензурной бранью. Просил требования искового заявления удовлетворить. 

В судебном заседании представители МО МВД России «Благовещенский», УМВД России по Амурской области, МВД России против удовлетворения требований искового заявления возражали, в обоснование указав, что в соответствии с п. 9 и 14 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ «О полиции» на полицию возлагаются обязанности: исполнять в пределах своих полномочий решения суда (судьи), письменные поручения следователя, руководителя следственного органа, органа дознания о производстве отдельных следственных действий, проведении оперативно-разыскных мероприятий, задержании лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, о производстве иных процессуальных действий, оказывать содействие в их осуществлении; содержать, охранять, конвоировать задержанных и (или) заключенных под стражу лиц, находящихся в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, а также лиц, подвергнутых административному наказанию в виде административного ареста; конвоировать содержащихся в следственных изоляторах уголовно¬исполнительной системы осужденных и заключенных под стражу лиц для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве и охранять указанных лиц во время производства процессуальных действий; исполнять решения суда (судьи) о лишении права управления транспортным средством, о направлении несовершеннолетних правонарушителей в специальные учебно- воспитательные учреждения закрытого типа. Таким образом, из указанной нормы следует, что на полицию возложена обязанность содержать, охранять, конвоировать задержанных и (или) заключенных под стражу лиц, при этом оборудование залов судебных заседаний местами, в которых подсудимые, обвиняемые или подозреваемые находятся во время судебных заседаний, не входит в обязанности полиции. Данная обязанность не предусмотрена и специальными нормами, регламентирующими деятельность ОРОиКПиО МО МВД России «Благовещенский». Так, согласно п. 10 Положения об ОРОиКПиО МО МВД России «Благовещенский», утвержденного приказом МО МВД России «Благовещенский» от 15.02.2016 № 141, основными задачами ОРОиКПиО являются: 10.1 Обеспечение охраны и конвоирования обвиняемых или подозреваемых при осуществлении уголовного судопроизводства. 10.2 Охрана и конвоирование обвиняемых или подозреваемых при проведении с ними процессуальных действий. 10.3 Обеспечение безопасности, законных прав и интересов подозреваемых и обвиняемых. Таким образом, должностные лица ОРОиКПиО МО МВД России «Благовещенский» при доставлении ФИО1 в здание суда для участия в судебных заседаниях исполняли свои должностные обязанности в полном объеме и в соответствии с предоставленными полномочиями. Содержание истца при рассмотрении уголовного дела в суде за металлическим ограждением не было чрезмерной мерой и не может расцениваться как унижающие честь и достоинство по смыслу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку позволяло ему сидеть, стоять, не ограничивало попадание кислорода, света и не препятствовало его участию в судебном заседании. Право ФИО1 на свободу передвижения в спорный период было ограничено вступившим в законную силу постановлением суда об избрани меры пресечения в виде заключения под стажу и рассмотрением уголовного дела по обвинению его в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ. Факт незаконности действий государственных органов, равно как и факт нарушения каких-либо личных неимущественных прав ФИО1 не подтвержден истцом представленными доказательствами.

В судебном заседании представитель Министерства финансов Российской Федерации возражала против удовлетворения требований искового заявления, полагает, что содержание истца в зале суда за металлическим ограждением не являлось чрезмерной мерой и не может расцениваться, как унижающее честь и достоинство по смыслу ст. 3 Конвенции, поскольку металлическое ограждение соответствовало предъявляемым к нему требованиям действующих на тот момент норм и правил, позволяло истцу сидеть, стоять, не ограничивало попадание кислорода и света, не препятствовало участию истца в судебных заседаниях. В судебных заседаниях при рассмотрении вопросов о продлении сроков содержания под стражей истец жалоб на нарушение прав, связанных с нахождением за металлическим ограждением, не высказывал. Доказательств обратного не представлено. Таким образом, истец не доказал факт незаконности действий государственных органов (их должностных лиц), а также факт причинения вреда. На основании изложенного, считает требования истца о компенсации морального вреда в связи с нахождением его за металлическим ограждением в зале суда, не подлежащими удовлетворению.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит следующим выводам.

В соответствии со ст. 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений и злоупотребления властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Из статьи 53 Конституции Российской Федерации следует, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Из содержания данной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

По своей юридической природе обязательства, возникающие в силу применения норм гражданско-правового института возмещения вреда, причиненного актами органов власти или их должностных лиц, представляют собой правовую форму реализации гражданско-правовой ответственности, к которой привлекается в соответствии с предписанием закона причинитель вреда (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. 

Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

Таким образом, по общему правилу компенсация морального вреда осуществляется при доказанности наличия состава гражданского правонарушения, включающего в себя наличие вреда, противоправное поведение причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и вину причинителя вреда. Отсутствие одного из элементов состава исключает возможность удовлетворения иска о возмещении вреда, в том числе и морального.

Из материалов уголовного дела № 11802100002000059 (1-793/2018) следует, что 07 апреля 2018 г. следователем по ОВД следственного отдела по городу Благовещенску следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Амурской области в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

07 апреля 2018 г. ФИО1 был задержан в порядке ст. 91-92 УПК РФ.

08 апреля 2018 г. постановлением Благовещенского городского суда в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

22 мая 2018 г. ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

06 июня 2018 г. постановлением Благовещенского городского суда назначено открытое судебное заседание в общем порядке судебного разбирательства по уголовному делу в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ. Избранная в отношении ФИО1 мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения.

При рассмотрении дела по существу Благовещенским городским судом (20.06.2018 г., 29.06.2018 г., 10.07.2018 г., 30.07.2018 г., 10.08.2018 г., 17.09.2018 г., 28.09.2018 г., 18.10.2018 г., 01.11.2018 г., 07.11.2018 г., 15.11.2018 г., 16.11.2018 г., 30.11.2018 г., 19.12.2018 г., 21.12.2018 г., 24.12.2018 г., 25.02.2019 года) ФИО1 находился в залах судебных заседаний в металлической заградительной клетке, предназначенной для размещения подсудимых, содержащихся под стражей.

Приговором Благовещенского городского суда от 24 декабря 2018 г., оставленного без изменения апелляционным определением судебной коллегией по уголовным делам Амурского областного суда от 29.04.2019 г., ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ и ему назначено наказание в виде 3 лет 10 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима (с учетом наличия отягчающего обстоятельства-рецидива преступлений).

Статья 9 УПК РФ устанавливает, что в ходе уголовного судопроизводства запрещаются осуществление действий и принятие решений, унижающих честь участника уголовного судопроизводства, а также обращение, унижающее его человеческое достоинство либо создающее опасность для его жизни и здоровья. Никто из участников уголовного судопроизводства не может подвергаться насилию, пыткам, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению.

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, а также международными договорами РФ и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно пункту 14 части 1 статьи 12 Федерального закона от 7 февраля 2011 года N 3-ФЗ "О полиции" на полицию возлагаются следующие обязанности: содержать, охранять, конвоировать задержанных и (или) заключенных под стражу лиц, находящихся в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, а также лиц, подвергнутых административному наказанию в виде административного ареста; конвоировать содержащихся в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы осужденных и заключенных под стражу лиц для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве и охранять указанных лиц во время производства процессуальных действий; исполнять решения суда (судьи) о лишении права управления транспортным средством, о направлении несовершеннолетних правонарушителей в специальные учебно-воспитательные учреждения закрытого типа.

Вопросы, связанные с обеспечением участия подозреваемых и обвиняемых в следственных действиях и судебных заседаниях регламентированы статьей 28 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", в соответствии с которой, в частности, администрация мест содержания под стражей по указанию следователя, лица, производящего дознание, или суда (судьи) обеспечивает, в том числе прием подозреваемых и обвиняемых в места содержания под стражей и передачу их конвою для отправки к месту назначения.

В силу статьи 32 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" основные требования обеспечения изоляции должны соблюдаться при перемещении подозреваемых и обвиняемых за пределами мест их содержания под стражей.

Изоляция достигается посредством охраны подозреваемых и обвиняемых в специальных местах и помещениях, осуществления постоянного надзора за ними, установления строгих правил поведения на период заключения под стражу, ограничения отношений между подозреваемыми и обвиняемыми, особенно с гражданами вне мест содержания под стражей.

Основные требования обеспечения изоляции должны соблюдаться при перемещении подозреваемых и обвиняемых за пределами мест содержания под стражей. В служебных зданиях всех судов и в местах проведения их постоянных выездных заседаний оборудуются камеры для содержания лиц, заключенных под стражу, в зале заседания суда, в помещениях для размещения личного состава караула. Камеры для содержания подсудимых оборудуются скамейками, скрепленными с полом, металлическими решетками на окнах, прочными запорами на дверях. Двери блокируются охранно-тревожной сигнализацией, которая выводится в караульное помещение. Все служебные помещения должны содержаться в надлежащем порядке, своевременно ремонтироваться и иметь достаточное освещение.

Приказом Судебного департамента от 2 декабря 1999 г. № 154 утвержден «СП 31-104-2000*. Свод правил по проектированию и строительству. Здания судов общей юрисдикции» (далее - Свод правил 2000). Свод правил введен в действие с 1 августа 2000 г.

Согласно пункту 5.9 Свода правил 2000 подзона для подсудимых должна была выделяться заградительной решеткой в соответствии с 8.3* данного документа и не должна была примыкать к стене с оконными проемами.

Пунктом 8.3* Свода правил 2000 определялось, что в залах судебных заседаний для рассмотрения уголовных дел следовало устанавливать металлическую заградительную решетку высотой 220 см, ограждающую с четырех сторон место для размещения подсудимых во время проведения судебных процессов. Ограждаемая решеткой площадь должна была обеспечивать размещение от 3 до 20 подсудимых, она устанавливалась в задании на проектирование.

Заградительная решетка должна была иметь дверь размером 200 х 80 см и перекрытие (сетка рабица). Для изготовления заградительной решетки следовало применять металлический прут диаметром не менее 14 мм. Допускалось выполнять заградительную решетку высотой до потолка зала.

При этом следует отметить, что в соответствии с пунктом 1.1 Свода правил он распространялся на проектирование вновь сооружаемых и реконструируемых зданий верховных судов республик, краевых, областных и равных им судов, городских и районных судов, размещаемых в населенных пунктах (в соответствии со СНиП 2.07.01).

Приказом Госстроя от 25 декабря 2012 г. № 111/ГС утвержден «СП 152.13330.2012. Свод правил. Здания судов общей юрисдикции. Правила проектирования» (далее - Свод правил 2012). Свод правил введен в действие с 1 июля 2013 г.

Пунктом 7.9. Свода правил 2012 определено, что для размещения подсудимых в залах судебных заседаний для слушания уголовных дел предусматриваются защитные кабины и дана ссылка в Приложение С, согласно которому для слушания уголовных дел место для размещения лиц, содержащихся под стражей, необходимо огораживать с четырех сторон на высоту не менее 2,2 м., формируя таким образом защитную кабину. Примыкание кабины к стене с оконными проемами не допускалось. Ограждаемая площадь должна была обеспечивать размещение до 20 лиц, содержащихся под стражей (устанавливается заданием на проектирование). Скамьи устанавливались в один или два ряда. Рекомендуемое число мест на скамье - не более 6. Установка столов не предусмотривалась. Защитная кабина могла быть выполнена из металлической решетки или из прочного стекла, устойчивого к огнестрельному оружию.

При этом установку защитных кабин следовало осуществлять с учетом несущей способности перекрытий залов судебных заседаний.

Согласно пункту 1.2 Свода правил 2012, данные требования распространяются на проектирование вновь строящихся и реконструируемых зданий судов общей юрисдикции, при этом для реконструируемых зданий настоящий Свод правил следует использовать по возможности.

Приказом МВД России от 07.03.2006 N 140 дсп утверждено Наставление по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, в соответствии с пунктом 307 которого в зале судебного заседания подозреваемые и обвиняемые размещаются за барьером (защитным заграждением) на скамьях в порядке, определяемом председательствующим в судебном заседании. Доставка подозреваемых и обвиняемых в необорудованные барьерами (защитными ограждениями) залы судебных заседаний запрещена.

Абзацем 1 п. 3.113 вышеуказанного наставления, предусмотрено размещение за барьером (металлическим ограждением) в зале судебного заседания, обвиняемых в отношении которых в соответствии с УПК РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Согласно данному наставлению доставление подозреваемых и обвиняемых в залы судебных заседаний, которые не оборудованы "защитным ограждением", запрещено.

Таким образом, размещение подсудимых в залах судебных заседаний, мера пресечения в отношении которых избрана в виде заключения под стражу, должно осуществляться только в защитных заграждения в целях безопасности, как состава суда, так и участников процесса, потерпевших, свидетелей, что не противоречит Конституции Российской Федерации либо иным федеральным законам в установленном порядке.

При этом, помещение за "защитное ограждение" применяется ко всем подозреваемым и обвиняемым, содержащимся под стражей до суда и во время судебного заседания, в целях обеспечения общественной безопасности и надлежащих условий при проведении судебного разбирательства.

С учетом изложенного, сотрудники МО МВД России «Благовещенский», осуществляющие конвоирование ФИО1 в Благовещенский городской суд, выполняя свои должностные обязанности надлежащим образом, исполняя требования постановлений суда об этапировании ФИО1 в судебные заседания, были обязаны помещать ФИО1 в металлические клетки, поскольку иных защитных кабинок (ограждений) для лиц, содержащихся под стражей, в Благовещенском городском суде не имелось.

Действия сотрудников МО МВД России «Благовещенский», осуществлявших конвоирование, по размещению ФИО1 при рассмотрении уголовного дела за защитным ограждением, предназначенным для подсудимых, содержащихся под стражей, соответствуют требованиям, установленным действующим законодательством Российской Федерации. Соответственно, размещение подсудимого в защитной кабине, является мерой обеспечения безопасности и не может расцениваться как унижающее честь и достоинство личности.

Следует отметить, что Европейский суд по правам человека не исключает возможности помещения подсудимых в период рассмотрения их дел судом за заграждения, представляющие собой металлическую клетку, однако полагает, что такое помещение должно быть оправдано соображениями безопасности при обстоятельствах конкретного дела, такими как личность подсудимого, природа преступлений, в которых он обвинялся, или другие данные об угрозе безопасности в зале судебных заседаний или угрозе того, что подсудимый скроется.

Истцом не представлено доказательств того, что его нахождение во время судебных разбирательств по уголовному делу за защитным ограждением лишало его воли к защите своих прав и интересов. Напротив, как следует из протоколов судебных заседаний по уголовному делу, истец в ходе судебного следствия активно защищался от предъявленного обвинения, выражал свое отношение к обвинению, участвовал в допросе потерпевшей, свидетелей, эксперта, ставил на разрешения суда ходатайства, выступал в судебных прениях. Оскорбительных, унижающих честь и достоинство ФИО1 высказываний со стороны участников процесса, в том числе в связи с нахождением ФИО1 за металлическим ограждением, не было, что подтверждается протоколом судебного заседания, а доводы ФИО1 об обратном объективными доказательствами не подтверждены, как не представлено доказательств, что нахождение его в клетке в период судебных заседаний лишало его права на общение с защитником. Каких-либо замечаний по данному вопросу в адрес суда ФИО1 не высказывал. В период между судебными заседаниями, с целью выработки линии защиты, защитник посещал ФИО1 в ИВС МОМВД России «Благовещенский». 

Доводы ФИО1 о том, что содержание его за металлическим ограждением в период судебных заседаний вызвало психологический стресс, в связи с чем он вынужден был принимать успокоительные лекарства, объективными доказательствами, в том числе которые бы свидетельствовали о наличии причинно-следственной связи между приемом лекарственных средств и содержанием ФИО1 за металлическим ограждением в период проведения судебных заседаний, при том что ранее ФИО1 проходил обследования в ГКУЗ «***» с 19.03.2003 года по 24.04.2003 года, с 19.03.2004 года по 31.03.2004 года по поводу *** ( справка от 20.-07.2018 г. № 4480- Т. 2 уголовного дела№ 1-793/2018, л.д. 103), не подтверждены. Более того, данные обстоятельства не свидетельствуют о незаконности действий должностных лиц МОМВД России «Благовещенский» по помещению ФИО1 за металлическое ограждение.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

К бесчеловечному обращению относятся факты преднамеренного причинения человеку реального физического вреда, а равно глубоких физических или психических страданий.

Унижающим достоинство признается обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

Лицам, содержащимся под стражей, не должны причиняться лишения и страдания более тех, которые являются неизбежными при лишении свободы, а их здоровье и благополучие должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 N 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и протоколов к ней» правовые позиции Европейского Суда учитываются при применении законодательства Российской Федерации.

Согласно абзаца 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 N 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» выполнение постановлений (Европейского суда по правам человека), касающихся Российской Федерации, предполагает в случае необходимости обязательство со стороны государства принять меры частного характера, направленные на устранение нарушении прав человека, предусмотренных Конвенцией, и последствий этих нарушений для заявителя, а также меры общего характера, с тем чтобы предупредить повторение подобных нарушений.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Материалы дела не содержат и истцом не представлено бесспорных и достаточных доказательств того, что в результате помещения истца в металлическую клетку сотрудниками конвоя МОМВД России «Благовещенский» ему причинены нравственные и физические страдания, унижающие человеческое достоинство; что принимаемые в отношении него меры по обеспечению безопасности в залах судебных заседаний, являлись излишними, чрезмерными и выходили за пределы минимального уровня суровости для целей применения ст. 3 Конвенции.

Процесс содержания лица под стражей осуществляется на основании нормативно-правовых актов, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание. При этом само по себе нахождение истца в зале судебного заседания за металлическим ограждением, соответствующим установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

Суд также полагает необходимым отметить, что в настоящее время законодателем не приняты меры к изменению установленного порядка содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, а также конвоирования указанных лиц к месту проведения следственных действий и в судебные заседания, а также размещения их в зале судебного заседания. При таких обстоятельствах, у государственных органов отсутствует объективная возможность обеспечить лицам, содержащимся под стражей, иной порядок содержания.

На основании изложенного суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований истца в полном объеме.

руководствуясь ст. ст. ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к МОМВД России «Благовещенский», МВД России о компенсации морального вреда о компенсации морального вреда в размере 7500 евро в связи с нахождением за металлической решеткой в залах судебных заседаний при рассмотрении уголовного дела – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья Т.С. Астафьева

Решение в окончательной форме изготовлено 02 августа 2021 года