Дело № 2-19/2025

УИД №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 марта 2025 года г. Комсомольск-на-Амуре 

Ленинский районный суд г. Комсомольска-на-Амуре Хабаровского края в составе председательствующего судьи ФИО12 при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО13

с участием помощника прокурора ФИО2

истца ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Находкинская База Активного Морского Рыболовства» о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Находкинская База Активного Морского Рыболовства» (далее ПАО «НБАМР») о признании недействительными пунктов 5.6, 8.3, 9.2, 10 Акта о несчастном случае на производстве, компенсации морального вреда в размере 500000 рублей, ссылаясь на следующее. В период работы у ответчика, в должности «Матрос 2 класса службы обработки водных биоресурсов БМРТ «Илья Коновалов», с ДД.ММ.ГГГГ в нарушение требований статьи 72.1 Трудового кодекса РФ без письменного согласия работника и заключения дополнительного соглашения к трудовому договору, по распоряжению руководства БМРТ «Илья Коновалов» (приказ №) был переведен на должность «матрос 2 класса, специалист службы добычи (вылова) водных биоресурсов БМРТ «Илья Коновалов». В период работы у ответчика, ДД.ММ.ГГГГ получил травму большого пальца правой кисти «травматическая ампутация ногтевой бугристости дистальной фаланги большого пальца правой кисти» с образованием культи на уровне межфалангового сустава. Травма произошла в результате обрыва страховочной веревки при проведении постановки трала. В полученном Акте № «О несчастном случае на производстве» от ДД.ММ.ГГГГ формы Н-1 составленного работодателем в связи с произошедшим ДД.ММ.ГГГГ несчастным случаем на производстве, имеются нарушения в составлении указанного акта, а именно: в части неверного указания его должности: специалист по добыче (вылову) и обработки водных биологических ресурсов, что имеет значение, так как должностные обязанности матроса добычи и матроса обработки не равнозначны; не указания в акте используемого оборудования, которое привело к несчастному случаю: «Грузовые палубные устройства, Трал, Страховочная веревка»; степени вины работодателя, а именно: не правомерный перевод работника на другой участок работы без его согласия, отсутствие контроля за надлежащим исполнением обязанности лица, ответственного за постановку трала, в результате которого произошел зацеп мешка за страховочную веревку, отсутствие контроля боцмана за спасательными и судовыми средствами, за осуществлением ухода за палубными устройствами, рангоутом и такелажем, палубой, в результате которого страховочная веревка оборвалась и оборванным концом веревки причинена травма истцу; а также неверного указания степени причиненного здоровью вреда, который с учетом Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека причиненный вред здоровью не может быть квалифицирован как легкий. Требования о признании недействительными пунктов 5.6, 8.3, 9.2, 10 Акта о несчастном случае на производстве мотивирует несогласием с выводами комиссии по расследованию несчастного случая о причинах несчастного случая и лицах, допустивших нарушение требований по охране труда, причинами несчастного случая считает необеспечение работодателем безопасных условий труда работнику. Требования о компенсации морального вреда мотивирует физическими и нравственными страданиями истца, вызванными физической болью, переживаниями от произошедших событий и наступивших последствий. В результате полученной травмы истец лишен возможности продолжать работу по своей основной специальности «такелажник», так как полученная травма повлекла за собой утрату трудоспособности и объективно соответствует категории – средний вред здоровью. Также считает что несчастный случай на производстве произошел в результате необеспечения работодателем безопасных условий труда.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 уточнил заявленные требования в части оспариваемого акта (том №, л.д.209), просил признать его недействительным в полном объеме.

С учетом заключения эксперта № дополнил основания для компенсации морального вреда (том №, л.д.177), причинение вреда здоровью средней тяжести.

ДД.ММ.ГГГГ протокольным определением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Отделение социального фонда России по Приморскому краю; определением от ДД.ММ.ГГГГ - Государственная инспекция труда в Приморском крае Федеральной службы по труду и занятости, протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ - КГБУЗ «Северо-Курильская ЦРБ».

ФИО1 в судебном заседании настаивал на заявленных требованиях, с учетом их уточнений, пояснил суду следующее. В период работы у ответчика с ним произошел несчастный случай на производстве, а именно ДД.ММ.ГГГГ в период постановки трала, произошел зацеп мешка за страховочную веревку, страховочная веревка (трос) зацепился за борт. Он решил скинуть трос с борта, поправить его, в этот момент страховочная веревка (трос) оборвалась и оборванным концом троса ему причинена травма кисти. Он был в перчатках и не сразу понял, что произошло. После того как он снят перчатку увидел, что у него ампутирована фаланга пальца. Ему была сразу оказана первичная медицинская помощь, далее он был доставлен в медицинское учреждение, после произошедшего несчастного случая на производстве долгое время проходил лечение. До настоящего времени полученная травма причиняет ему дискомфорт, он не может выполнять трудовые обязанности в полном объеме из-за отсутствия фаланги пальца на правой, рабочей руке. Данный факт стал также причиной принятия решения об увольнении, так как он не мог исполнять трудовые обязанности у ответчика, как прежде. Не оспаривая, тот факт, что не должен был рукой устранять зацеп, считает, что травма произошла по вине работодателя, который не обеспечил безопасность используемого оборудования, поскольку именно обрыв страховочной веревки (троса) стал причиной получения травмы. При надлежащем состоянии страховочной веревки риск травматизма отсутствовал. По результатам расследования несчастного случая ПАО «НБАМР» составлен акт № (форма Н-1) о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, с его содержанием и выводами, он не согласен, полагает изложенные выводы о причинах и виновных лицах не соответствующими действительности по основаниям, указанным в иске.

В судебное заседание представитель ответчика ПАО «НБАМР» не явился, в ходе рассмотрения дела представлял отзывы на исковое заявление (том №, л.д.57-л.д.60, том №, л.д.140-л.д.144), согласно которым изложил следующее. Заполнение формы Акта произведено в порядке, установленном Положением об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утв.Приказом Минтруда России от 20.04.2022 N 223н. Пункт 5.6 Акта заполнен в соответствии с Приказом Минтруда России от 08.10.2020 N 712н "Об утверждении профессионального стандарта "Специалист по добыче (вылову) и обработке водных биологических ресурсов на судах рыбопромыслового флота" а не в соответствии с Уставом службы на судах рыбопромыслового флота Российской Федерации". В части несогласия истца с не указанием в п.8.3 Акта оборудования, использование которого привело к несчастному случаю, считают, что страховочная веревка технологически не используется при спуске трала с судна. Страховочная веревка натянута поперек рабочего кармана и предназначена для того, чтобы в случае падения работник мог за неё ухватиться. При обнаружении зацепления трала за страховочную веревку ФИО1 должен был проинформировать мастера добычи, который принимает решение об остановке операции. ФИО1 прошел обучение по охране труда и инструктажи, с ним проведены вводный и инструктаж на рабочем месте по должности матрос добычи, проведена стажировка и выдан допуск для самостоятельной работы по должности. В нарушение требований охраны труда ФИО1 рукой схватил движущееся в открытое море тяжеловесное оборудование и веревку. Характер полученных повреждений в п.9.2 Акта заполнен в соответствии с медицинским заключением КГБУЗ «Северо-Курильская ЦРБ» по установленной форме №/у. Категория степени тяжести установлена в надлежащем порядке, медицинское заключение выдано в целях реализации статьи 229 Трудового кодекса РФ. Заключение эксперта по установлению степени тяжести вреда здоровью не применяется в целях реализации ст. 229 Трудового кодекса РФ при расследовании несчастного случая на производстве и само по себе не устанавливает степень утраты профессиональной трудоспособности лицами. Причины несчастного случая в п.10 Акта заполнены в соответствии с установленным Классификатором № (приложение к Приказу Минтруда России от 20.04.2022 N 223н.). Расследование несчастного случая с ФИО1 и заполнение Акта о несчастном случае произведены в соответствии с процедурой, установленной Положением об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утв.Приказом Минтруда России от 20.04.2022 N 223н. ФИО1 были нарушены требования инструкции по охране труда при работе с тралом на судах кормового траления №, отсутствуют доказательства необеспечением работодателем безопасных условий труда и утраты трудоспособности истца по специальности «такелажник». Не установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в порядке Постановления Правительства РФ от 16.10.2000 N 789 "Об утверждении Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", невозможность трудиться по заявленным специальностям не подтверждена. Полагают подлежащими удовлетворению требования истца о компенсации морального вреда только в связи с фактом владения ПАО «НБАМР» источником повышенной опасности – промыслового судна (ст.1079 ГК РФ). При определении размера компенсации морального вреда полагают необходимым определить форму неосторожности ФИО1, допустившего нарушение инструкции по охране труда при работе с тралом на судах кормового траления №. Размер компенсации морального вреда полагают обоснованным в размере 100000 рублей.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ гражданское дело рассмотрено в отсутствие представителей ответчика, третьих лиц - Отделения социального фонда России по Приморскому краю, Государственной инспекции труда в Приморском крае Федеральной службы по труду и занятости, КГБУЗ «Северо-Курильская ЦРБ».

Суд, выслушав пояснения истца, изучив возражения ответчика, материалы дела и представленные сторонами доказательства, а также доказательства, полученные в ходе рассмотрения дела, выслушав мнение помощника прокурора г.Комсомольска-на-Амуре ФИО3, полагает требования ФИО1 подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 352 Трудового кодекса Российской Федерации, каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Одним из основных способов защиты трудовых прав и свобод являются судебная защита.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Основными обязанностями работника по трудовому договору является добросовестное исполнение своих трудовых обязанностей, возложенных на него трудовым договором; соблюдение правил внутреннего трудового распорядка; трудовой дисциплины; требований по охране труда и обеспечению безопасности труда.

В судебном заседании установлено, что на основании приказа (распоряжения) о приеме на работу от ДД.ММ.ГГГГ (том №, л.д.150), ФИО1 был принят на работу в ПАО «НБАМР» БМРТ «Илья Коновалов», матросом № класса.

Согласно заключенному сторонами трудовому договору № т/н № от ДД.ММ.ГГГГ (том №, л.д.144), работник принимается на работу по профессии/должности «матрос № класса» для выполнения трудовой функции на судне, в том числе: в период нахождения судна в море, на промысле, в ремонте, отстое, в период технического обслуживания, в период подготовки к промысловому рейсу и т.д.

Местом работы является промысловые суда ПАО «НБАМР».

Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору (том №, л.д.151), стороны согласовали изменения в трудовой договор, в связи с переводом Работника с профессии/должности «матрос 2 класса» промыслового суда ПАО «НБАМР» на должность «матрос добычи промыслового суда ПАО «НБАМР», в частности, работник работает по профессии/должности «матрос добычи» для выполнения трудовой функции на судне, в том числе: в период нахождения судна в море, на промысле, в ремонте, отстое, в период технического обслуживания, в период подготовки к промысловому рейсу и т.д.

Перевод оформлен приказом № от ДД.ММ.ГГГГ (том №, л.д.152).

С дополнительным соглашением и приказом о переводе ФИО1 был ознакомлен, что подтверждается его подписью в указанных документах.

Также ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ ознакомлен с должностной инструкцией «матрос добычи», утвержденной ПАО «НБАМР» (том №, л.д.153).

ДД.ММ.ГГГГ в 05 часов 40 минут ФИО1 получил травму на производстве, о чем капитаном-директором капитан БМРТ «Илья Коновалов» ФИО4 на имя генерального директора ПАО «НБАМР» предоставлен рапорт (том №, л.д.111). 

Факт обращения ФИО1 в связи с получением травмы оказание первой медицинской помощи зафиксирован в судовом журнале в 05-50 час.ДД.ММ.ГГГГ и (том №, л.д.164-л.д.168).

Согласно выписке из судового журнала БМРТ «Илья Коновалов» № за ДД.ММ.ГГГГ, в 05-40 час. внесены данные о начале постановки трала, в 05-50 час. По факту обращения ФИО1 о получении травмы (том №, л.д.169). 

Согласно выписке из амбулаторного журнала ПАО «НБАМР» № (выписка из журнала, том №, л.д.112) зафиксировано первичное обращение ДД.ММ.ГГГГ амбулатории ФИО1, по факту травматического отрыва (отчленения) фаланги большого пальца правой руки. Требуется доставка в береговой лазарет.

Из объяснительной ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (том №, л.д.119), по обстоятельствам произошедшего следует, что при сходе тралового мешка по слипу, он, увидев, что мешок зацепился за страховочный конец, решил его скинуть, при этом не успел убрать руку, страховочная веревка лопнула, в результате чего он получил травму, о чем сообщил мастеру добычи ФИО10. После ему была оказана медицинская помощь.

Согласно части первой статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек.

При расследовании каждого несчастного случая комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего (ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как следует из представленных ответчиком документов, приказом № от ДД.ММ.ГГГГ капитана – директора БМРТ «Илья Коновалов» ФИО4 (представлена выписка из приказа, том №, л.д.117) создана судовая комиссия в связи с произошедшим несчастным случаем с матросом добычи ФИО1 для расследования несчастного случая на производстве, в составе:

Председатель комиссии - капитан – директор БМРТ «Илья Коновалов» ФИО4, члены комиссии – старший помощник капитана ФИО5 и старший механик ФИО6

Работодатель направил извещение о легком несчастном случае на производстве в Отделение ОСФР по Приморскому краю ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ (выписка из приказа, том №, л.д.118) срок расследования несчастного случая продлен до момента получения медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья пострадавшего в результате несчастного случая и степени тяжести по форме 315/у.

Согласно протоколу от ДД.ММ.ГГГГ осмотра места несчастного случая (том №, л.д.126-127), составленного членам комиссии следует:

Место несчастного случая – кормовая часть судна, карман левого борта судна БМРТ «Илья Коновалов»;

Описание части оборудования (постройки, сооружения), материала, инструмента, приспособлений и других предметов, которыми была нанесена травма: рабочий карман, кормовой части судна, левого борта представляет собой площадь: 7 м, шириной 5 м., огражден с трех сторон фальшбортом (кормовой части судна, правой-левой сторон), высота фальшборта – 1.3 м. Проход в рабочий карман с одной стороны, ширина прохода - 1,2 м. Между рабочими карманами левого-правого бортов находится слип (ширина слипа 3,6 м.), поверх слипа (поперек) была заведена страховочная веревка (страховка от случайного падения человека за борт, диаметром 50, капроновая) которой была нанесена травма матросу добычи ФИО1 при постановке трала (при сходе тралового мешка за борт произошел зацеп мешка за страховочную веревку).

Наличие и состояние защитных ограждений: фальшборт ограждает рабочее место с трех сторон, высота фальшборта – 1.3 м (ограждение: кормовой части судна, левую и правую сторону рабочего кармана).

В период расследования несчастного случая ДД.ММ.ГГГГ был опрошен ФИО1, который дал пояснения по обстоятельствам произошедшего в рабочую смену ДД.ММ.ГГГГ (смена с 04-00 до 12-00) несчастного случая, аналогично ранее данным в объяснительной от ДД.ММ.ГГГГ.

Из пояснений опрошенного ДД.ММ.ГГГГ в рамках расследования мастера добычи ФИО7 (том №, л.д.122-123) следует, что ДД.ММ.ГГГГ в рабочую смену, судно следовало в точку постановки трала. За 5 минут до постановки трала с ходового мостика прозвучала команда «стоять по местам», матрос добычи ФИО1 встал в левом рабочем кармане, в 05-40 час пошел трал, он наблюдал за сходом тралового мешка в воду. После схода тралового мешка в воду матрос ФИО1 сообщил ему о том, что получил травму, как матрос ФИО1 получил травму, он не видел. Как произошел зацеп мешка он со своего борта (в правом рабочем кармане) не видел.

Из пояснений опрошенного ДД.ММ.ГГГГ в рамках расследования помощника капитана по добыче ФИО8 (том №, лд.124-125) следует, что ДД.ММ.ГГГГ в рабочую смену мастера добычи ФИО7 судно следовало в точку постановки трала, смена добычи мастера ФИО10 приступила к подготовке постановке трала, он также находился на промысловой палубе. За 5 минут до постановки трала с ходового мостика прозвучала команда «стоять по местам», смена добычи встала по местам, согласно промыслового расписания, матрос добычи ФИО1 стоял в левом рабочем кармане. В 05-40 час пошел трал, он в это время находился в раздевалке добычи. Примерно через 5 минут к нему прибежал матрос ФИО1, который сообщил, что получил травму лопнувшей страховочной веревкой, за которую произошел зацеп тралового мешка во время постановки трала. Как матрос ФИО1 получил производственную травму, он не видел. 

Согласно журналу регистрации вводного инструктажа по охране труда БМРТ «Илья Коновалов» (том №, л.д.170), матрос добычи ФИО1 прошел вводный инструктаж по охране труда ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно журналу регистрации инструктажа на рабочем месте и целевого инструктажа БМРТ «Илья Коновалов» служба добычи (том №, л.д.173), матрос добычи ФИО1 прошел инструктаж ДД.ММ.ГГГГ.

С должностной инструкцией матроса добычи, ФИО1 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ (том №, л.д.153).

Согласно стажировочному листу работника, прошедшего стажировку на рабочем месте (том №, л.д.176), матрос добычи ФИО1 прошел стажировку под руководством помощника капитана по добыче ФИО8 в количестве 5 смен, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом (распоряжение) № от ДД.ММ.ГГГГ, по решению руководителя стажировки помощника капитана по добыче ФИО8, по результатам положительной стажировки (протокол заседания комиссии по проверке знаний №) ФИО1 допущен к самостоятельной работе.

С данным приказом ФИО1 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ (том №, л.д.177).

Работодателем приняты меры по проведению специальной оценки условий труда рабочего места «матрос (добычи) (том №, л.д.178), установлен класс условий труда 3.2.

С картой специальной оценки условий труда ФИО1 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно личной карточке учета выдачи СИЗ (том №, л.д.194), ФИО1 был обеспечен СИЗ.

Согласно табелю учета рабочего времени за май 2024 года, ДД.ММ.ГГГГ являлось для ФИО1 рабочим днем (4 часа).

ДД.ММ.ГГГГ в ПАО «НБАМР» поступило медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести по форме №/у от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1

Согласно данному заключению, выданному КГБУЗ «Северо-Курильская ЦРБ», ФИО1 поступил в КГБУЗ «Северо-Курильская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ в 14-09 час., диагноз: «травматическая ампутация ногтевой бугристости дистальной фаланги большого пальца правой кисти. Кровоподтек области правой орбиты. Субконъюнктивальные кровоизлияния правого глаза».

Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указное повреждение квалифицировано как «лёгкая степень тяжести» (том №, л.д.201).

ДД.ММ.ГГГГ работодателем составлен Акт № (форма Н-1), о несчастном случае на производстве (том №, л.д.105-110).

Согласно Акту № (форма Н-1) о несчастном случае на производстве ДД.ММ.ГГГГ (том №, л.д.105-110), по факту произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в 5 часов 40 минут несчастного случая на производстве с работником ФИО1, при расследовании несчастного случая комиссией в составе капитана – директора БМРТ «Илья Коновалов» ФИО4, старшего помощника капитана ФИО5, старшего механика ФИО6 работодателем установлено следующее:

Пункт 5.6 Акта: сведения о пострадавшем ФИО1 – профессия (должность): специалист по Добыче (вылову) и обработке водных ресурсов на судах рыбопромышленного флота;

Пункт 6 Акта: водный инструктаж ДД.ММ.ГГГГ, первичный ДД.ММ.ГГГГ, стажировка с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, обучение по охране труда с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ;

Пункт 8 Акта: характеристика места происшествия – рабочий карман кормовой части судна, левого борта представляет собой площадку длиной 7 м, шириной 5 м., огражденную с трех стороне фальшбортом, высота фальшборта – 1.3 м. Проход в рабочий карман с одной стороны, ширина прохода - 1,2 м. Между рабочими карманами левого-правого бортов находится слип (ширина слипа 3,6 м), по верх слипа была заведена страховочная веревка (диаметром 50, капроновая) которой и была нанесена травма матросу добычи ФИО1

Опасные и вредные факторы: профессиональные риски – риск несоблюдения работником ТБ (травмоопасность с учетом человеческого фактора)

Оборудование которое привело к несчастному случаю: нет (п.8.3).

Оценка условий труда утверждена ДД.ММ.ГГГГ, класс условий труда -3,2, ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ.

Пункт 9 Акта: обстоятельства несчастного случая – ДД.ММ.ГГГГ в 05-40 час., ФИО1 получил травму большого пальца правой руки (травматическую ампутацию дистальной фаланги большого пальца). Матрос добычи ФИО1 заступил на рабочую смену в 04-00 час. до 12-00 час. На судне шла подготовка к постановке трала. В шестом часу утра с ходового мостика прозвучала команда «пошел трал». ФИО1 находился на рабочем месте в елевом рабочем кармане кормовой части судна. При сходе тралового мешка по слипу произошел зацеп мешка за страховочную веревку. Матрос ФИО1 решил самостоятельно правой рукой устранить зацеп (скинуть страховочную веревку с трала). В момент устранения зацепа произошел обрыв (щелчок) страховочной веревки, оборванным концом страховочной веревки ударило по большому пальцу кисти правой руки. Травма обнаружилась при снятии и перчатки. О случившемся матрос добычи ФИО1 доложил мастеру добычи ФИО7, находившемуся в правом рабочем кармане кормовой части судна.

Вид происшествия: воздействие движущихся, разлетающихся, вращающихся предметов, деталей, машин, в том числе прочие контактные удары (ушибы) при столкновении (п.9.1).

Характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению: травматическая ампутация ногтевой бугристости дистальной фаланги большого пальца правой кисти. Кровоподтек области правой орбиты. Субконьюктивальные кровоизлияния правого глаз. 

Заключение о тяжести повреждения здоровья: легкий (п.9.2).

Нахождение пострадавшего в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического повреждения: нет (п.9.3).

Пункт 10 Акта: причины несчастного случая – прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев в том числе неосторожность, невнимательность, поспешность.

Пункт 11 Акта: лица, допустившие нарушение требований охраны труда: матрос добычи ФИО1, нарушил требования инструкции по охране труда при работе с тралом на судах кормового траления №:

п.1.8.3 «Немедленно сообщать помощнику капитана по добыче или вахтенному мастеру по добыче о любых повреждениях или неисправностях промысловых механизмов, орудий лова и их оснастки, которые могут явиться источником опасности»

п.3.9 «Не расправляйте колышки на движущихся под нагрузкой канатах, веревках, шнурах и линиях»

п. 3.15 «Не переходите через находящиеся под нагрузкой не огражденные канаты (ваера, кабели, вытяжные концы и др.), веревки шнуры и линии, а также сетные части трала, не проходите под ними и не поправляйте их руками, не прикасайтесь с ним частями тела и не используйте их в качестве опоры при выполнении различных работ».

Таким образом, согласно Акту, Комиссией по расследованию несчастного случая на производстве, организованной работодателем истца, произошедший с ФИО1 несчастный случай квалифицирован как несчастный случай на производстве, произошедший в результате неосторожности, невнимательности, поспешности, а также в результате нарушений ФИО1 требований инструкции по охране труда при работе с тралом на судах кормового траления № (п.9, п.10, п.11 Акта о несчастном случае на производстве).

ДД.ММ.ГГГГ ПАО ОСФР по Приморскому краю уведомило ПАО «НБАМР» о признании несчастного случая страховым (том №, л.д.202).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был временно нетрудоспособен (том №, л.д.147, л.д.149).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 уволен с ДД.ММ.ГГГГ на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Трудовой кодекс Российской Федерации возлагает на работодателя обязанность обеспечить безопасные условия и охрану труда, в том числе расследование и учет в установленном Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 212).

При несчастных случаях на производстве работодатель обязан принять меры, предусмотренные статьей 228 Трудового кодекса Российской Федерации, среди которых необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с положениями статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха, а также при нахождении на судне (воздушном, морском, речном, рыбопромысловом) в свободное от вахты и судовых работ время.

Под несчастным случаем на производстве в силу абзаца 10 статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Изучив доводы ФИО1 о несогласии с выводами комиссии по расследованию несчастного случая на производстве о причинах несчастного случая и лицах, допустивших нарушение требований охраны труда, суд приходит к следующему выводу. 

Из содержания Акта несчастного случая № от ДД.ММ.ГГГГ в качестве причин несчастного случая (пункт 10 Акта) указано – прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев, в том числе, неосторожность, невнимательность, поспешность.

В качестве лиц, лиц, допустивших нарушение требований охраны труда указан ФИО1, допустивший нарушения требований инструкции по охране труда при работе с тралом на судах кормового траления №: п.1.8.3 «Немедленно сообщать помощнику капитана по добыче или вахтенному мастеру по добыче о любых повреждениях или неисправностях промысловых механизмов, орудий лова и их оснастки, которые могут явиться источником опасности»; п.3.9 «Не расправляйте колышки на движущихся под нагрузкой канатах, веревках, шнурах и линиях»; п. 3.15 «Не переходите через находящиеся под нагрузкой не огражденные канаты (ваера, кабели, вытяжные концы и др.), веревки шнуры и линии, а также сетные части трала, не проходите под ними и не поправляйте их руками, не прикасайтесь с ним частями тела и не используйте их в качестве опоры при выполнении различных работ».

В соответствии с требованиями статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации в акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда и (или) иных федеральных законов и нормативных правовых актов, устанавливающих требования безопасности в соответствующей сфере деятельности. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Частью пятой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Частью девятой статьи 229.2 Трудового кодекса российской Федерации предусмотрено, что Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, формы документов, соответствующие классификаторы, необходимые для расследования несчастных случаев на производстве, утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 31 августа 2002 г. N 653 "О формах документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и об особенностях расследования несчастных случаев на производстве" (далее - Постановление N 653) Министерству труда и социального развития Российской Федерации было поручено разработать и утвердить формы документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, а также разработать и утвердить положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях.

Приказом Минтруда России от 20.04.2022 N 223н утверждены Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве" (Зарегистрировано в Минюсте России 01.06.2022 N 68673).

Так, в соответствии с п. 5 Положения расследование несчастных случаев (в том числе групповых), в результате которых пострадавшие получили повреждения, отнесенные в соответствии с установленными квалифицирующими признаками 

<

3> к категории легких, происшедших на находящихся в плавании рыбопромысловых или иных морских, речных и других судах, независимо от их отраслевой принадлежности, проводится комиссиями, формируемыми из представителей командного состава, представителя выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников (при наличии такого представительного органа), члена судового комитета (комиссии) по охране труда (при наличии судового комитета (комиссии)), при отсутствии представительного органа и (или) судового комитета (комиссии) по охране труда - представителя судовой команды. Комиссию возглавляет капитан судна. Состав комиссии (включающий председателя комиссии и членов комиссии) должен состоять из нечетного числа членов и утверждаться приказом (распоряжением) капитана судна.

Акт о несчастном случае на производстве заполняется по форме Н-1 (форма N 2 из Приложения N 2 к Приказу Минтруда России от 20.04.2022 N 223н).

При оформлении Акта о несчастном случае на производстве применяется Классификаторы, предусмотренные Приложением N 3 к Приказу Минтруда России от 20.04.2022 N 223н (п. 34 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утв. Приказом Минтруда России от 20.04.2022 N 223н).

Как установлено при рассмотрении дела, ДД.ММ.ГГГГ при выполнении своих должностных обязанностей с истцом произошел несчастный случай на производстве.

По результатам проведенного ответчиком расследования произошедшее событие признано несчастным случаем на производстве, по результатам расследования составлен акт № от ДД.ММ.ГГГГ (форма Н-1). 

Вместе с тем, из исследованных материалов расследования несчастного случая судом установлено, что в нарушение части пятой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации при расследовании несчастного случая ответчиком допущены нарушения, а именно комиссией не установлены все причины несчастного случая, а указанные в п.10 Акта в качестве причин: «прочие причины» не соответствует фактическим обстоятельствам несчастного случая.

Согласно выводам комиссии, изложенным в акте о несчастном случае на производстве, причинами, вызвавшими несчастный случай, явилось нарушение работником требований инструкции по охране труда при работе с тралом на судах кормового траления №ОТ -1-2023: п.1.8.3 «Немедленно сообщать помощнику капитана по добыче или вахтенному мастеру по добыче о любых повреждениях или неисправностях промысловых механизмов, орудий лова и их оснастки, которые могут явиться источником опасности»; п.3.9 «Не расправляйте колышки на движущихся под нагрузкой канатах, веревках, шнурах и линиях»; п. 3.15 «Не переходите через находящиеся под нагрузкой не огражденные канаты (ваера, кабели, вытяжные концы и др.), веревки шнуры и линии, а также сетные части трала, не проходите под ними и не поправляйте их руками, не прикасайтесь с ним частями тела и не используйте их в качестве опоры при выполнении различных работ».

Как следует из материалов расследования, в частности из пояснений ФИО1, мастера добычи ФИО7, помощника капитана по добыче ФИО8, протокола от ДД.ММ.ГГГГ осмотра места несчастного случая, произошедший несчастный случай также стал следствием обрыва страховочной веревки, данное обстоятельство в качестве причин несчастного случая не учтено, причины такого обрыва, состояние страховочной веревки в момент схода тралового мешка по слипу, не выяснялись, виновные в данной части, не устанавливались. При этом из материалов расследования не следует, что обрыв страховочной веревки произошел в результате действий ФИО1, который после зацепа тралового мешка за страховочную веревку решил самостоятельно правой рукой устранить данный зацеп.

Комиссия факт грубой неосторожности пострадавшего при расследовании несчастного случая не усмотрела.

Основные причины несчастного случая не устанавливались.

Указанное в Акте нарушение ФИО1 п.3.9 инструкции по охране труда при работе с тралом на судах кормового траления №ОТ -1-2023: «Не расправляйте колышки на движущихся под нагрузкой канатах, веревках, шнурах и линиях» не подтверждаются материалами расследования. Ни один из опрошенных о таком нарушении не указывал.

Проверить указанные в Акте нарушения инструкции по охране труда при работе с тралом на судах кормового траления №ОТ-1-2023, вмененные ФИО1, не представилось возможным при рассмотрении дела, по причине не представления ответчиком инструкции в указанной редакции, а также сведений об ознакомлении ФИО1 с указанной инструкцией. Представленные ответчиком инструкции по охране труда при работе с тралом на судах кормового траления № (том № л.д.117), например, не имеет пункта 1.8.3 (по описанию нарушения соответствует п/п «в» п.1.8).

Доводы ответчика, указанные в возражениях (том №, л.д.140) о предоставлении документов о прохождении ФИО1 инструктажей и обучения по охране труда (письмо № от ДД.ММ.ГГГГ), суд находит необоснованными, исходя из следующего.

Порядок обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, а также требования к организациям, оказывающим услуги по проведению обучения по охране труда, устанавливаются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть третья статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

С ДД.ММ.ГГГГ вступили в силу Правила обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2021 г. N 2464 (далее - Правила).

Обучение по охране труда и проверка знания требований охраны труда относятся к профилактическим мероприятиям по охране труда, направлены на предотвращение случаев производственного травматизма и профессиональных заболеваний, снижение их последствий и являются специализированным процессом получения знаний, умений и навыков (пункт 3 Правил).

Согласно пункту 4 Правил, обучение по охране труда осуществляется в ходе проведения: а) инструктажей по охране труда; б) стажировки на рабочем месте; в) обучения по оказанию первой помощи пострадавшим; г) обучения по использованию (применению) средств индивидуальной защиты; д) обучения по охране труда у работодателя, в том числе обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, или в организации, у индивидуального предпринимателя, оказывающих услуги по проведению обучения по охране труда (далее - обучение требованиям охраны труда).

В соответствии с пунктом 8 Правил предусматриваются следующие виды инструктажа по охране труда: а) вводный инструктаж по охране труда; б) инструктаж по охране труда на рабочем месте; в) целевой инструктаж по охране труда.

Формы и методы проведения инструктажа по охране труда определяются работодателем (пункт 9 Правил).

Согласно пункту 12 Правил проводятся следующие виды инструктажа по охране труда на рабочем месте: а) первичный инструктаж по охране труда; б) повторный инструктаж по охране труда; в) внеплановый инструктаж по охране труда.

В соответствии с подпунктом "з" пункта 87 Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2021 года N 2464 при регистрации проведения инструктажа по охране труда на рабочем месте (первичный, повторный, внеплановый), а также целевого инструктажа по охране труда указывается наименование локального акта (локальных актов), в объеме требований которого проведен инструктаж по охране труда.

Из представленных ответчиком документов (том №, л.д.170-193) следует, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ прошел вводный инструктаж (журнал регистрации вводного инструктажа, том №, л.д.171), инструктаж на рабочем месте и целевой инструктаж (журнал регистрации инструктажа на р/м и целевого инструктажа, том №, л.д.174).

Согласно стажировочному листу в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прошел стажировку на рабочем месте – 5 смен (том №, л.д.176).

Допущен к самостоятельной работе в соответствии с приказом № от ДД.ММ.ГГГГ на основании протокола № комиссии по проверке знаний требований охраны труда работников (том №, л.д.177).

Проведение проверки знаний требований по охране труда ответчик подтверждает протоколами №, № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно представленным программам обучения в указанных протоколах, наименование локального акта (локальных актов), в объеме требований которого проведен инструктаж по охране труда (подпункт "з" пункта 87 Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2464) - инструкция по охране труда при работе с тралом на судах кормового траления №, в представленных программах отсутствует.

Иных документов, подтверждающих ознакомление ФИО1 с указанной инструкцией, проведение инструктажа, не представлено.

Таким образом, принимая во внимание, что работодателем не установлены все причины несчастного случая, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1, не представлены доказательства инструктажа по охране труда при работе с тралом на судах кормового траления (инструкция №), вывод о том, что причиной несчастного случая явилось только лишь нарушение ФИО1 инструкции по охране труда при работе с тралом на судах кормового траления № (п.1.8.3, п.3.9, п.3.15), а также указание на ФИО1 как лицо, допустившего нарушение требований охраны труда (подпункт 11), суд находит необоснованными.

Согласно пояснений, представленных Государственной инспекцией труда в Приморском крае Федеральной службы по труду и занятости (том №, л.д.220), расследование несчастного случая с ФИО1 проведено комиссией ПАО «НБАМР» без включения представителя Государственной инспекции труда в Приморском крае, обоснованно, в соответствии со статьей 228.1 Трудового кодекса Российской Федерации, так как полученная ФИО1 травма отнесена к категории легкая. Нарушений при расследовании несчастного случая с ФИО1 Государственной инспекцией труда в Приморском крае не установлено. ФИО1 через своего представителя обратился в Государственную инспекцию труда в Приморском крае, заявителю направлен ответ (копия прилагается).

В ответе на обращение ФИО1 (том №, л.д.222), Государственная инспекция труда в Приморском крае, указала, что согласно представленной работодателем информации, в связи с обращением ФИО1, в соответствии со статьей 228.1 Трудового кодекса Российской Федерации, при легком несчастной случае на производстве работодатель извещение в адрес Гострудинспекции не направляет, таким образом, государственный инспектор труда в расследовании несчастного случая не участвовал. Указание должности в п.5.6 Акта полагают ошибочным. Согласно пункту 9 Акта несчастный случай произошел вследствие обрыва страховочной веревки. В соответствии с п.3.4 ГОСТ ЕН 1070-2003 "Безопасность оборудования. Термины и определения" устанавливает термины и определения понятий в области безопасности оборудования, страховочная веревка не является оборудованием и не указывается в п.8.3 Акта. Раздел 9.2 Акта заполнен в соответствии с медицинским заключением от ДД.ММ.ГГГГ, выданном КГБУЗ «Северо-Курильская ЦРБ», степень тяжести вреда установлена в соответствии со Схемой определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, согласно которой несчастные случаи на производстве по степени тяжести повреждения здоровья подразделяются на 2 тяжелые и легкие. Оснований для проведения в отношении ПАО «НБАМР» надзорного мероприятия по основаниям, указанным в ст. 57 Федеральный закон от 31.07.2020 N 248-ФЗ (ред. от 28.12.2024) "О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации" не имеется, в связи с отсутствием в обращении сведений о непосредственной угрозе причинения вреда жизни и тяжкого (среднего) вреда здоровью или причинения вреда жизни и тяжкого (среднего) вреда здоровью.

С целью выяснения всех обстоятельств, причин несчастного случая, лицах, допустивших нарушение требований охраны труда, полагают необходимым проведение дополнительного расследования несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 Вместе с тем указали, что с учетом информации о рассмотрении в Ленинском районном суде г.Комсомольска-на-Амуре Хабаровского края гражданского дела по иску ФИО1 к ПАО «НБАМР» о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве, Гострудинспекция не имеет возможности для проведения дополнительного расследования и вынесения предписания об устранении выявленных нарушений.

Рассматривая доводы ФИО1 о несогласии с наименованием должности указанной в п.5.6 Акта, а также о нарушении работодателем требований статьи 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации - перевод без его письменного согласия и заключения дополнительного соглашения к трудовому договору, по распоряжению руководства БМРТ «Илья Коновалов» (приказ №) на должность «матрос 2 класса, специалист службы добычи (вылова) водных биоресурсов БМРТ «Илья Коновалов», суд находит данные доводы необоснованными, исходя из следующего.

Статьей 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса.

Как установлено при рассмотрении дела, дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору (том №, л.д.151), стороны согласовали изменения в трудовой договор, в связи с переводом Работника с профессии/должности «матрос № класса» промыслового суда ПАО «НБАМР» на должность «матрос добычи промыслового суда ПАО «НБАМР».

Перевод оформлен приказом № от ДД.ММ.ГГГГ (том №, л.д.152).

С дополнительным соглашением и приказом о переводе ФИО1 был ознакомлен, что подтверждается его подписью в указанных документах.

В п.5.6 Акта о несчастном случае на производстве профессия (должность) ФИО1 указана как – «специалист по Добыче (вылову) и обработке водных ресурсов на судах рыбопромышленного флота».

При оформлении Акта о несчастном случае на производстве применяется Классификаторы, предусмотренные Приложением N 3 к Приказу Минтруда России от 20.04.2022 N 223н (п. 34 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утв. Приказом Минтруда России от 20.04.2022 N 223н).

Профессиональный стандарт "Специалист по добыче (вылову) и обработке водных биологических ресурсов на судах рыбопромыслового флота" утвержден Приказом Минтруда России от 08.10.2020 N 712н (Зарегистрировано в Минюсте России 11.11.2020 N 60841)

Профессиональная деятельность - Вылов и обработка рыбы и морепродуктов на судах рыбопромыслового флота (код 15003)

Квалификация - Матрос службы добычи рыбы на судах рыбопромыслового флота соответствует профессиональному стандарту - Специалист по добыче (вылову) и обработке водных биологических ресурсов на судах рыбопромыслового флота (Приказ Минтруда России от 08.10.2020 N 712н).

Таким образом, указание профессии (должности) в соответствии с профессиональным стандартом, утверждённым Приказом Минтруда России от 08.10.2020 N 712н суд не усматривает в качестве нарушения при оформлении Акта о несчастном случае на производстве.

При этом, суд полагает, что занимаемая должность может иметь значение при расследовании несчастного случая, в частности, при расследовании несчастного случая на производстве комиссия должна устанавливать, относится ли к трудовым обязанностям по занимаемой должности (в рассматриваемом случае должности ФИО1) обязанность участия при постановке трала, кто осуществляет непосредственный контроль и ответственность за соблюдение правил техники безопасности во время указанного вида работ, за техническим состоянием оборудования и используемых в промышленных целях конструкций, предметов. Данные обстоятельства в оспариваемом Акте не отражены.

Доводы ФИО1 о неверном указании в п.9.2 Акта степени тяжести повреждения здоровья, которая, по его мнению, должна оцениваться в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. N 194н "Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" и Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 г. N 522, являются неверными, исходя из следующего.

Согласно п. 9.2 Акта № «О несчастном случае на производстве» от ДД.ММ.ГГГГ формы Н-1 вред, тяжесть вреда здоровью указана как «Легкий».

Тяжесть вреда здоровью в результате травмы, полученной ДД.ММ.ГГГГ, указана работодателем в соответствии медицинским заключением от ДД.ММ.ГГГГ (том №, л.д.201), выданного КГБУЗ «Северо-Курильская ЦРБ».

Согласно указанному заключению, степень тяжести вреда определена в соответствии со Схемой определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве.

Согласно абзацу 8 части 3 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации материалы расследования несчастного случая включают: медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести.

Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 160 "Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве" (далее - Приказ) установлено, что определение степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве осуществляется в соответствии с прилагаемой Схемой определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве.

В соответствии с требованиями Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 15 апреля 2005 года N 275 "О формах документов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве", учетная форма N 315/у "Медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести" заполняется в соответствии со Схемой определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утвержденной Приказом Минздравсоцразвития России от 24 февраля 2005 года N 160, и выдается по запросу организации, индивидуального предпринимателя той медицинской организацией, куда впервые обратился за медицинской помощью пострадавший в результате несчастного случая на производстве незамедлительно после поступления запроса.

В Соответствии с пунктом 1 Схемы определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, несчастные случаи на производстве по степени тяжести повреждения здоровья подразделяются на 2 категории: тяжелые и легкие.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 г. N 522 утверждены Правила определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" и поручено Министерству здравоохранения и социального развития Российской Федерации утвердить медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека.

Во исполнение указанного постановления Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 N 194н утверждены Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (Зарегистрировано в Минюсте РФ 13.08.2008 N 12118).

Частью 2 статьи 62 действующего Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлено, что порядок проведения судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертиз и порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Подпунктом ДД.ММ.ГГГГ Положения о Минздраве России установление порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, отнесено к компетенции Минздрава России.

Правила определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержд. Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 г. N 522 устанавливают порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, при проведении судебно-медицинской экспертизы.

Пунктом 3 Правил установлено, что вред, причиненный здоровью человека, определяется в зависимости от степени его тяжести (тяжкий вред, средней тяжести вред и легкий вред) на основании квалифицирующих признаков, предусмотренных пунктом 4 Правил, и в соответствии с медицинскими критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утверждаемыми Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации, являющимися медицинской характеристикой квалифицирующих признаков, которые используются для определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, при производстве судебно-медицинской экспертизы в гражданском, административном и уголовном судопроизводстве на основании определения суда, постановления судьи, лица, производящего дознание, следователя, для оценки повреждений, обнаруженных при судебно-медицинском обследовании живого лица, исследовании трупа и его частей, а также при производстве судебно-медицинских экспертиз по материалам дела и медицинским документам (пункты 2, 3 Медицинских критериев).

Из изложенного следует, что степень тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве определяется в порядке, установленном Приказом Минздравсоцразвития России от 24 февраля 2005 года N 160, а именно в соответствии со Схемой определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве.

Установленная в соответствии с данной схемой степень тяжести вреда здоровью вносится в учетную форму №

Медицинское заключение по форме № о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести предоставляется медицинским учреждением организации работодателю.

Нормативно-правовые акты, на который ссылается истец, имеют иной предмет правового регулирования и применяются исключительно в рамках производства судебно-медицинской экспертизы.

Данный вывод изложен в Решении Верховного Суда РФ от 04.05.2017 N АКПИ17-137 

<

Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующим Приказа Минздравсоцразвития РФ от 24.02.2005 N 160 "Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве">.

Таким образом, медицинское заключение по форме №, выданное КГБУЗ «Северо-Курильская ЦРБ», в части порядка определения степени тяжести причиненного вреда, а также указание комиссией в оспариваемом Акте в п.9.2 заключение о степени тяжести вреда в соответствии с медицинским заключением по форме № КГБУЗ «Северо-Курильская ЦРБ» являются верными.

В соответствии с пунктом 1 Схемы определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, несчастные случаи на производстве по степени тяжести повреждения здоровья подразделяются на 2 категории: тяжелые и легкие.

Квалифицирующие признаки тяжести повреждения здоровья при несчастном случае на производстве определены в пункте 2 Схемы.

Перечень повреждений здоровья, отнесенных к тяжелым несчастным случаям, предусмотрен пунктом 3 Схемы.

Повреждения, не входящие в пункт 3 Схемы, в соответствии с пунктом 4 относятся к легким несчастным случаям на производстве.

Согласно п. 2 Схемы квалифицирующими признаками тяжести повреждения здоровья при несчастном случае на производстве являются:

- характер полученных повреждений здоровья и осложнения, связанные с этими повреждениями, а также развитие и усугубление имеющихся хронических заболеваний в связи с получением повреждения;

- последствия полученных повреждений здоровья (стойкая утрата трудоспособности).

Наличие одного из квалифицирующих признаков является достаточным для установления категории тяжести несчастного случая на производстве.

Несоответствие установленной медицинским заключением по форме № КГБУЗ «Северо-Курильская ЦРБ» степени тяжести вреда в соответствии со Схемой определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, истцом не оспаривается.

При рассмотрении дела для определения степени тяжести вреда здоровью в соответствии с Медицинскими критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утв. Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. N 194н, по ходатайству ФИО1, судом была назначена судебно - медицинская экспертиза.

Согласно заключению эксперта КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ (том №, л.д.60-л.д.64), на основании судебно-медицинской экспертизы медицинских документов на имя ФИО1, сведений из материалов гражданского дела, эксперт пришел к выводу, что имевшая у ФИО1 на момент первичного обращения к хирургу поликлиники ДД.ММ.ГГГГ, с учетом первичного осмотра неврологом, рентгенологических исследований правой кисти от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 имелась травма правой верхней конечности в виде травматической ампутации 1-го пальца правой кисти на уровне основной фаланги с последующим развитием посттравматической невропатии лучевого нерва справа.

Указанная травма, в соответствии с п.89-в Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий внешних причин, п. 7.2 приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. N 194н "Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" квалифицируется как вред здоровью средней тяжести, так как влечет значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть – 20 % (стойкую утрату общей трудоспособности от 10 до 30 процентов включительно).

Данная травма могла быть причинена от воздействия тупого твердого предмета по механизму удара, возможно в срок и при обстоятельствах, указанных в определении.

Указанные в медицинском заключении от ДД.ММ.ГГГГ КГБУЗ «Северо-Курильская ЦРБ» повреждения в виде кровоподтека кровоподтека с кровоизлияниями правого глаз (морфологические свойства повреждений не описаны) в соответствии с п.9 приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. N 194н "Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" по медицинским критериям как вред здоровью не оцениваются, так как не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности менее 10 %.

Данные повреждения могли быть причинены от воздействия тупого твердого предмета по механизму удара.

Так как не описаны морфологические свойства кровоподтека и кровоизлияний правого глаза высказаться о давности их причинения не представляется возможным.

С учетом вышеизложенных нормативно-правовых документов, квалификация вреда здоровью – как вред здоровью средней тяжести, определенная по результатам проведения КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» судебно-медицинской экспертизы (заключение № от ДД.ММ.ГГГГ) не свидетельствует о нарушении ответчиком порядка составления Акта о несчастном случае на производстве, оформленном в соответствии с абзацем 8 части 3 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации, в части заключения о тяжести повреждения здоровья (п.9.2 Акта).

Вместе с тем, как указано в решении Верховного Суда РФ от 04.05.2017 N АКПИ17-137 отнесение повреждения здоровья при несчастном случае на производстве к определенной категории (легкой или тяжелой) в соответствии со Схемой определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утвержденной Приказом Минздравсоцразвития России от 24 февраля 2005 года N 160 имеет важное значение при определении порядка расследования конкретного несчастного случая.

С учетом установленных обстоятельств при рассмотрении дела - допущенные ПАО «НБАМР» нарушения при расследовании произошедшего с ФИО1 несчастного случая на производстве, Акт № (форма Н-1) о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ (том №, л.д.105-110), по факту произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в 5 часов 40 минут несчастного случая на производстве с работником ФИО1, не может быть признан правомерными, так как при расследовании несчастного случая ненадлежащим образом установлены причины происшествия (установлены только прочие причины), не определено, что послужило основной причиной возникновения несчастного случая, расследование несчастного случая произведено без фактического исследования всех обстоятельств происшествия, установления всех виновных лиц, и лиц, ответственных за допущенные нарушения, в том числе в части нарушений требований охраны труда, в то время как законом предусмотрена обязанность работодателя по проведению расследования несчастных случаев на производстве, произошедших с работниками при исполнении ими трудовых обязанностей в полном соответствии с положениями, установленными статьей 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Без устранения установленных нарушений невозможна защита нарушенных прав и законных интересов истца, в связи с чем, суд находит требования ФИО1 о признании недействительным Акта о несчастном случае на производстве № (форма Н-1) от ДД.ММ.ГГГГ.

О необходимости дополнительного расследования несчастного случая на производстве подтверждается информационным письмом Государственной инспекцией труда в Приморском крае на обращение ФИО9

Решение суда о признании оспариваемого Акта о несчастном случае на производстве недействительным ввиду его несоответствия требованиям трудового законодательства влечет для ответчика обязанность устранить нарушения прав и законных интересов истца. 

Рассматривая требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда и указанные основания для её взыскания, суд приходит к следующему выводу.

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального, вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность являются нематериальными благами и защищаются законом (ст. 150 Гражданского кодекса РФ).

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статья 1101 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2).

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" в п. 46 разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

Так, в силу положений абз. 4 и абз. 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз. 4, 16 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса РФ).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред

Между тем, в соответствии со ст.1079 Гражданского кодекса РФ ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, наступает независимо от вины причинителя вреда.

Требования о взыскании компенсации морального истец мотивирует физическими и нравственными страданиями, вызванными физической болью, переживаниями от произошедших событий и наступивших последствий, лишения возможности продолжать работу по своей основной специальности «такелажник», так как полученная травма повлекла за собой утрату трудоспособности и объективно соответствует категории – средний вред здоровью. Также считает, что несчастный случай на производстве произошел в результате необеспечения работодателем безопасных условий труда.

Доводы ФИО1 о причинах несчастного случая на производстве в результате необеспечения работодателем безопасных условий труда являются преждевременными, поскольку данный факт на настоящее время не установлен, причины несчастного случая подлежат установлению в рамках расследования несчастного случая ввиду признания Акта недействительным.

Указанные обстоятельства не могут учитываться при определении размера компенсации морального вреда, как преждевременные.

В тоже время, принимая во внимание установленный факт несчастного случая на производстве, получение ФИО1 травмы в результате деятельности ПАО «НБАМР», владеющего источником повышенной опасности – промыслового судна, ответственность ответчика наступает независимо от вины причинителя вреда, в связи с чем требования ФИО1 о взыскании с ПАО «НБАМР» подлежат удовлетворению.

С учетом установленных обстоятельств по делу, учитывая характер и объем причиненных истцу телесных повреждений в результат трудовой деятельности – травматическая ампутация 1-го пальца правой кисти на уровне основной фаланги с последующим развитием посттравматической невропатии лучевого нерва справа, что в соответствии с заключением эксперта КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ (том №, л.д.60-л.д.64), на основании проведенной судебно-медицинской экспертизы квалифицируется как вред здоровью средней тяжести, так как влечет значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть – 20 %, суд приходит к выводу о доказанности факта причинения ФИО1 физических и нравственных страданий в связи с полученной травмой в результате несчастного случая на производстве и полагает компенсацию морального вреда подлежащей взысканию с ответчика в размере 200000 рублей.

Размер компенсации в указанном размере суд полагает соразмерным причиненным истцу физическим и нравственным страданиям и в полной мере отвечает принципам разумности и справедливости, с учетом также длительности лечения, невозможности восстановления образа жизни истца равноценного до получения травмы.

При этом суд не принимает основания для компенсации морального вреда указанные истцом - лишение возможности продолжать работу по своей основной специальности «такелажник», в связи с утратой трудоспособности, поскольку соответствующих доказательств, таких как наличие документов о профобразовании по профессии такелажник и т.п. не представлено. 

Государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается в соответствующий бюджет с ответчика, если он не освобожден от уплаты государственной пошлины (часть 1 статьи 103 ГПК РФ, подпункт 8 пункта 1 статьи 333.20, абз.2 подпункт 3 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ), что составляет 3000 рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 - удовлетворить.

Признать недействительным Акт о несчастном случае на производстве № (форма Н-1), утвержденный Публичным акционерным обществом «Находкинская База Активного Морского Рыболовства»ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Находкинская База Активного Морского Рыболовства» ИНН № в пользу ФИО1 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в сумме 200000 рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Находкинская База Активного Морского Рыболовства» в местный бюджет государственную пошлину в сумме 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд через Ленинский районный суд г.Комсомольска-на-Амуре Хабаровского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья ФИО14

Мотивированный текст решения изготовлен ДД.ММ.ГГГГ