Судья Тарасов А.Ю. 

Дело № 22-4705/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 3 августа 2021 года

Пермский краевой суд в составе: 

председательствующего судьи Толкачевой И.О., 

при секретаре судебного заседания Ригун А.Д.,

с участием прокурора Евстропова Д.Г.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Чеснокова А.Л. на приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 8 июня 2021 года, которым

Усков Дмитрий Александрович, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ к 2 годам 10 месяцам лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года, с возложением обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, периодически, 2 раза в месяц, являться в этот орган для регистрации, трудоустроиться, не посещать места потребления алкогольных напитков;

по делу определена судьба вещественных доказательств;

приговором разрешены гражданские иски, с Ускова Д.А. в счет возмещения имущественного ущерба взыскано в пользу Л. – 130 000 рублей, в пользу Ч1. – 70 000 рублей, обращено взыскание на имущество, на которое наложен арест: стиральную машину, микроволновую печь, пылесос, мебельную стенку;

за потерпевшим Ч2. признано право на удовлетворение гражданского иска с передачей вопроса о его размере для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Изложив содержание судебного решения и существо апелляционного представления, заслушав выступление прокурора Евстропова Д.Г. об отмене приговора по доводам представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в покушении на умышленное уничтожение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба потерпевшим Л., Ч2., Ч1., совершенное путем поджога.

Преступление совершено 26 января 2021 года в г. Кунгур Пермского края при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Кунгурской городской прокуратуры Чесноков А.Л. ставит вопрос об отмене приговора и вынесении по делу нового обвинительного приговора. В обоснование доводов ссылается на то, что описание преступного деяния, признанного судом доказанным, не соответствует квалификации содеянного, мотивируя тем, что суд обоснованно квалифицировал действия ФИО1 как покушение на умышленное уничтожение чужого имущества путем поджога, повлекшее причинение значительного ущерба, исключив «повреждение» чужого имущества, вместе с тем в описательно-мотивировочной части приговора суд указал на совершение ФИО1 покушения на умышленное уничтожение и повреждение чужого имущества. Обращая внимание на совершение ФИО1 преступления общеопасным способом, в результате которого потерпевшие на длительное время были лишены жилища, непринятие осужденным своевременных мер по заглаживанию причиненного вреда, считает выводы суда о возможности исправления ФИО1 без изоляции от общества с применением ст. 73 УК РФ необоснованными и незаконными. Указывая на положения ст. 6 УК РФ о необходимости соответствия назначаемого наказания характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, который характеризуется как лицо, склонное к злоупотреблению спиртными напитками, преступление совершил в состоянии алкогольного опьянения, а также на наступившие для потерпевших последствия, поведение осужденного после совершения преступления, полагает, что ФИО1 назначено чрезмерно мягкое наказание, достижение цели его исправления возможно только при назначении ему наказания в виде реального лишения свободы. Находит необоснованным признание смягчающим обстоятельством активного способствования раскрытию преступления, поскольку о причастности ФИО1 сотрудникам полиции стало известно от очевидцев произошедшего, осужденный самостоятельно в правоохранительные органы не явился и не сообщил о совершенном преступлении. По мнению автора представления, установленная судом обязанность «не посещать места потребления алкогольных напитков» не конкретна, не позволяет определить перечень мест, посещение которых запрещено, и не соответствует положениям ч. 5 ст. 73 УК РФ. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением требований глав 35-39 УПК РФ. В ходе судебного следствия стороны не были ограничены в праве предоставления доказательств. Заявленные ходатайства разрешены судом в соответствии с требованиями УПК РФ, принятые по ним решения являются правильными.

Выводы суда о доказанности виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, в том числе:

показаниями самого осужденного, согласно которым ФИО1 вину в совершении преступления признал, показал, что в ходе распития спиртных напитков в доме Л. у него произошел конфликт с находившимися там мужчинами, один из которых ударил его; из-за обиды он решил поджечь дом потерпевшего, при помощи зажигалки поджег вещи, висевшие на стене в крытой ограде дома; убедившись, что огонь разгорелся, он покинул дом; понимал, что огонь распространится на весь дом;

показаниями потерпевшего Л., свидетеля Ш. о том, что 26 января 2021 года у них дома находился ФИО1, распивали спиртное, после чего легли спать, И. их разбудила и сообщила, что горит дом; в крытой ограде дома горела верхняя одежда, висевшая на стене, огонь по стене поднялся вверх и загорелась крыша; приехавшие пожарные подразделения потушили огонь;

показаниями потерпевших Ч2., Ч1., свидетелей Ч3., Ч4., из которых следует, что они проживают в деревянном доме, разделенном на две половины, во второй половине проживает Л.; 26 января 2021 года около 23 часов обнаружили, что горит дом, выбежали на улицу, увидели огонь на крыше дома; пожарные подразделения ликвидировали пожар; 

показаниями свидетеля У., согласно которым 26 января 2021 года днем ее муж ФИО1 ушел из дома, вернулся около 22:40 часов в алкогольном опьянении и избитый, пояснил, что его избили у Л., переоделся и вновь ушел из дома;

показаниями свидетеля В., пояснившего, что 26 января 2021 года он вместе с Б. пришел к Л., где в ходе распития спиртных напитков между Б. и осужденным произошел конфликт и драка;

показаниями свидетеля И. о том, что 26 января 2021 года находилась в гостях у Л., там же находился осужденный; уходя домой, обнаружила, что в крытой ограде дома Л. горит верхняя одежда, она разбудила Л. и сообщила ему о пожаре; через несколько дней Л. ей рассказал о том, что дом поджег осужденный;

показаниями свидетеля С., из которых видно, что он подрабатывает в службе такси, подъехал по вызову 26 января 2021 года около 22:40 часов, из дома потерпевшего вышла женщина, которая сообщила, что горит дом, попросила позвонить в пожарную часть;

показаниями свидетеля Ч4., обнаружившего, что горит крыша дома потерпевших, и сообщившего о пожаре в пожарную часть;

показаниями свидетеля А., указавшего, что 26 января 2021 года вечером к нему приходил ФИО1 и просил у него масло или бензин; 

письменными доказательствами по делу, в том числе протоколами осмотра места происшествия, в ходе которых установлен очаг возгорания – крытый двор дома со стороны квартиры Л., зафиксировано повреждение кровли дома, обнаружены остатки обгоревших носильных вещей;

протоколом изъятия у ФИО1 и осмотра газовой зажигалки;

заключением пожарно-технической экспертизы, из выводов которой следует, что пожар имеет очаг возгорания, расположенный на стене крытой ограды квартиры № 2, в виде конуса; причиной пожара является источник открытого огня; пожар имеет признаки поджога; возможно возникновение возгорания при указанных ФИО1 обстоятельствах; не исключается распространение пламенного горения на дом и рядом расположенные строения с последующим их уничтожением при непринятии своевременных мер к тушению;

справкой о стоимости крыши дома потерпевших в размере 260 000 рублей; иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Указанные выше доказательства и иные доказательства, исследованные в судебном заседании, суд первой инстанции проверил и оценил с соблюдением ст. ст. 87, 88 УПК РФ, обоснованно признав их относимыми, достоверными, допустимыми и в своей совокупности достаточными для подтверждения вины ФИО1 в совершении вменяемого ему преступления.

Все положенные в основу приговора доказательства, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Каких-либо объективных данных свидетельствующих о том, что ФИО1 оговорил себя в совершении преступления, по делу не имеется.

Вместе с тем в описательно-мотивировочной части приговора, обосновывая совокупность доказательств, подтверждающих совершение ФИО1 преступления, суд, приведя показания свидетеля В. в соответствии с содержанием протокола его допроса, расположенного в томе 1 на л.д. 157-159, ошибочно указал фамилию и инициалы иного лица – Г. Отмеченная техническая неточность, допущенная судом первой инстанции, не влияет на выводы суда и на законность приговора в целом, но подлежит уточнению.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка доказательств, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства и обоснованно прийти к выводу о том, что ФИО1 действовал умышленно, с целью уничтожения имущества потерпевших, а избранный им способ совершения преступления являлся общеопасным, поскольку их дом находится в жилом населенном пункте в непосредственной близости от других жилых домов. С учетом стоимости восстановительного ремонта, стоимости уничтоженного имущества, составляющей 260 000 рублей, материального положения потерпевших Л., Ч2., Ч1., суд обоснованно признал причиненный им ущерб значительным.

Квалификация действий ФИО1 по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ соответствует изложенным в приговоре обстоятельствам совершения преступления и является правильной.

Наряду с этим, суд первой инстанции в описательно-мотивировочной части приговора при обосновании квалификации действий ФИО1 как покушение на умышленное уничтожение чужого имущества путем поджога, повлекшее причинение значительного ущерба, признал излишним вменение «повреждения» чужого имущества, при этом правильно изложив описание преступного деяния, ошибочно указал о совершении осужденным повреждения чужого имущества, поэтому это указание подлежит исключению из приговора как техническая ошибка, которая, с учетом анализа полного текста приговора, не может быть признана как достаточное основание для отмены судебного решения и смягчения наказания, поскольку в данном конкретном случае никак не повлияла на объем осуждения и на квалификацию содеянного.

Согласно ст. ст. 6, 60 УК РФ наказание является справедливым, когда судом при его назначении в совокупности учтены характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, и его влияние на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Указанные требования закона судом при назначении ФИО1 наказания соблюдены.

Так, судом в полной мере приняты во внимание исследованные в судебном заседании характеризующие ФИО1 данные, из которых следует, что он на учете у врача-нарколога, врача-психиатра не состоит, по месту жительства характеризуется положительно (том 2 л.д. 116, 118, 119).

При этом суд, установив из показаний осужденного, что он совершил поджог дома потерпевших после употребления спиртного, исследовав данные о его личности и поведении, пришел к выводу, что употребление спиртного, привело к снижению самоконтроля и способствовало совершению преступления, и обоснованно признал отягчающим наказание ФИО1 обстоятельством на основании ч. 1.1 ст. 63 УК РФ совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, что исключает возможность применения ч. 6 ст. 15, ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд обоснованно учел раскаяние в содеянном, признание вины, состояние здоровья, добровольное частичное возмещение ущерба, причиненного в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим, чистосердечное признание, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие малолетних детей, добровольное прохождение лечения от алкогольной зависимости.

Все смягчающие обстоятельства при назначении наказания из числа предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, которые усматриваются в материалах дела, судом учтены.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционном представлении, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о признании обстоятельством, смягчающим наказание осужденному ФИО1, активного способствования раскрытию преступления, оснований для его исключения из приговора как обстоятельства, смягчающего наказание, не находит. Как следует из материалов дела, до возбуждения уголовного дела ФИО1 в объяснении, выраженном в чистосердечном признании (том 1 л.д. 34-35), добровольно сообщил об обстоятельствах совершения им преступления, в том числе пояснил об орудии преступления, которое в последующем добровольно выдал, указал место совершения поджога, иные обстоятельства, касающиеся времени, способа покушения на уничтожение имущества, тем самым сообщил информацию, имеющую значение для раскрытия преступления.

С учетом изложенного, все сведения о личности осужденного ФИО1 и обстоятельства, влияющие на наказание, в том числе и те, на которые государственный обвинитель ссылается в представлении, были известны суду и приняты во внимание. 

Выводы суда о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы, отсутствии оснований для применения ст. ст. 53.1, 64 УК РФ мотивированы надлежащим образом, являются убедительными и признаются правильными.

Положения ч. 3 ст. 66 УК РФ судом соблюдены.

Исходя из целей восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения осужденным новых преступлений, оценив в совокупности все обстоятельства, влияющие на назначение наказания, в соответствии с ч. 1 ст. 73 УК РФ суд пришел к выводу о возможности его исправления без реального отбывания наказания, постановил считать назначенное наказание условным с установлением испытательного срока, в течение которого осужденный должен своим поведением доказать свое исправление, и с возложением на него обязанностей на основании ч. 5 ст. 73 УК РФ, подробно мотивировав его в приговоре, с которым соглашается суд апелляционной инстанции. 

Не могут быть приняты во внимание доводы апелляционного представления о несправедливости приговора ввиду чрезмерной мягкости назначенного осужденному ФИО1 наказания, поскольку по смыслу ст. 60 УК РФ, регламентирующей общие начала назначения наказания, при постановлении приговора суд не связан с мнением государственного обвинителя относительно наказания. Оснований для усиления ФИО1 наказания не усматривается, поскольку оно представляется достаточным для обеспечения достижения его цели – восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Доводы апелляционного представления о том, что суд в недостаточной мере учел при назначении наказания характер и степень общественной опасности совершенного преступления, назначив необоснованно мягкое наказание признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, поскольку обстоятельства совершенного преступления, его характер и степень общественной опасности в полной мере приняты судом во внимание при решении вопроса о виде и размере наказания.

При указанных обстоятельствах назначенное судом ФИО1 наказание суд апелляционной инстанции полагает соответствующим требованиям ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, то есть соразмерным содеянному, справедливым, и оснований для признания его чрезмерно мягким не находит.

Вместе с тем доводы представления частично заслуживают внимания.

При назначении осужденному наказания в виде лишения свободы условно, суд в соответствии с требованием ч. 5 ст. 73 УК РФ возлагает на осужденного обязанности, предусмотренные указанной нормой уголовного закона, а также может возложить на условно осужденного исполнение и других обязанностей, способствующих его исправлению.

Неисполнение возложенных судом обязанностей может повлечь последствия, указанные в ч. ч. 2, 2.1, 3 ст. 74 УК РФ.

Возложив на осужденного обязанность не посещать места потребления алкогольных напитков, суд не указал конкретный перечень таких мест.

При этом, следует отметить, что места, в которых потребление (распитие) алкогольной продукции запрещено, определен п. 7 ст. 16 Федерального закона от 22 ноября 1995 года № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции», нарушение которого влечет за собой административную ответственность. 

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции полагает необходимым исключить из приговора указание о возложении на осужденного в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ обязанности не посещать места потребления алкогольных напитков.

Кроме того, принимая решение о взыскании с осужденного в счет возмещения материального ущерба в пользу Л. 130 000 рублей, в пользу Ч1. 70 000 рублей, суд не учел, что органами предварительного следствия ФИО1 предъявлено в обвинении и установлено в приговоре совершение поджога, в результате которого причинен ущерб имуществу – крыше дома, чем Л. причинен ущерб в размере 130 000 рублей, Ч1. – 65 000 рублей, при этом согласно распискам (том 3 л.д. 28, 29) ФИО1 частично возместил причиненный потерпевшим ущерб – Л. в сумме 10 000 рублей, Ч1. в сумме 5 000 рублей, что подтверждено потерпевшими в судебном заседании (том 3 л.д. 32).

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что сумма взыскания с осужденного ФИО1 в счет возмещения материального ущерба подлежит уменьшению в пользу Л. со 130 000 рублей до 120 000 рублей, в пользу Ч1. с 70 000 рублей до 60 000 рублей.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, которые могли бы повлечь отмену или изменение приговора, в том числе по доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции не усматривает, оснований для усиления осужденному наказания не находит.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 8 июня 2021 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о совершении ФИО1 покушения на повреждение чужого имущества;

в описательно-мотивировочной части приговора уточнить фамилию, инициалы имени и отчества свидетеля, указав В., вместо ошибочно приведенных Г.;

в резолютивной части приговора исключить указание о возложении на ФИО1 обязанности «не посещать места потребления алкогольных напитков»;

снизить размер подлежащего взысканию с ФИО1 возмещения имущественного ущерба в пользу Л. – до 120 000 рублей, в пользу Ч1. – до 60 000 рублей.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Чеснокова А.Л. – без удовлетворения. 

Судебное решение может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Челябинск) в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационных жалоб (представлений) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы (представления) подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись