Дело № 2-284/2024 (2-2309/2023) 78RS0012-01-2023-002599-13

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

«16» декабря 2024 года Санкт-Петербург

Ленинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Хворова Е.Д.,

при секретаре Киселевой М.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО12 ФИО69 ФИО72 к Акционерному обществу «Современные медицинские технологии» о защите прав потребителей,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО13 ФИО75 обратилась суд с иском к ответчику Акционерному обществу «Современные медицинские технологии» (далее – АО «Современные медицинские технологии») о взыскании денежных средств, оплаченных по договору возмездного оказания медицинских услуг № №, в размере 264 258 рублей, неустойки в размере 152 365 рублей 32 копейки, компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, штрафа в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, расходы на проведение исследования в размере 17 900 рублей, расходов по оплате услуг представителя в размере 80 000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец ссылалась на то, что ДД.ММ.ГГГГ года между сторонами был заключен договор на представление возмездного оказания медицинских услуг в стационаре № № по проведению операции – лапароскопическая продольная (рукавная) резекция желудка, после которой у истца появились резкие боли в области операции, далее выяснилось, что в результате операции возникли осложнения, а именно несостоятельность аппаратного анастомоза кардиального отдела желудка (расхождение швов) и ДД.ММ.ГГГГ года была произведена повторная операция - санация и дренирвоание брюшной полости, эндоскопическое стентирование желудка, по результатам которой подтвердился дефект, допущенный при первой операции – несостоятельность аппаратного анастомоза кардиального отдела желудка, а также был поставлен диагноз местный неотграниченный серозный перитонит. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась в СПб ГБУЗ «Санкт-Петербургское государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Городска больница Святой преподобномученицы Елизаветы», с клиническим диагнозом абсцесс кишечника с описанием: абсцессы брюшной полости, состояние после лапароскопической продольной резекции желудка от ДД.ММ.ГГГГ года, релапароскопии, санация и дренирование брюшной полости, эндоскопическое дренирование желудка от ДД.ММ.ГГГГ года. Учитывая указанные осложнения и дефекты после проведенного оперативного лечения у ответчика, истцом проведено исследование качества оказанных мне медицинских услуг в АО «Современные медицинские технологии» и обратилась в ФГБУ Бюро судебно-Медицинской экспертизы «СЗОНКЦ им. Л.Г. Соколова ФБМА России», по результатам которого выявлены следующие дефекты: дефекты тактики лечения - преждевременно удален дренаж, установленный в брюшную полость после повторной операции, также ранее прекращение стационарного лечения с диагнозом «перитонит» спустя 3-е суток после операции с очень плохими анализами крови; дефекты диагностики, медикаментозного и хирургического лечения - технический дефект оперативного вмешательства в следствие чего возникло несостоятельность аппаратного анастомоза кардиального отдела желудка. Далее после повторной операции при выявлении несостоятельности аппаратного шва желудка истцу не была проведена необходимая антибактериальная терапия препаратами широкого спектра действия в том числе с антианаэробным эффектом. При этом эффективность проводимой антибактериальной терапии не отслеживалось, необходимые исследования не проводились, самая терапия была недостаточной; дефекты, связанные с нарушением санитарно-эпидемиологического требования по профилактике инфекционных болезней - внутрибольничное инфицирование микроорганизмами Staphylococcus aureus, Cirobacter werkmanii, Candida glabrata, произошедшее в условиях Клиники СМТ, что привело к развитию абсцесса брюшной полости, а также установлено причинение вреда здоровью средней тяжести. Истец, считая данный вред здоровью причиненным в проведения лечения у ответчика, обратилась в адрес ответчика с претензией, которая оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения с иском в суд.

Истец ФИО14 ФИО76, надлежащим образом извещенная о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в свое отсутствие, направила в суд своего представителя ФИО1, действующего на основании доверенности, который в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения требований.

Третье лицо ФИО129 ФИО130, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, направил в суд своего представителя ФИО3, действующую на основании доверенности, которая в судебном заседании возражала против удовлетворения требований истца.

Третье лицо ФИО131 ФИО132, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился.

В соответствии с ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав явившихся участников процесса, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования истца подлежащими частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из них в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно ч. ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации несут ответственность в соответствии законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) определено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу п.п. 1 и 2 ст. 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Согласно ч. 1 ст. 779 ГК РФ, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Исходя из положений п. 1 и п. 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью» разъяснено, что установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Системный анализ указанных выше норм права указывает на то, что для наступления гражданско-правовой ответственности, в том числе в виде компенсации морального вреда, необходимо наличие трех элементов: причинение вреда потерпевшему, наличие вины причинителя вреда и наличие причинно-следственной связи между двумя первыми элементами. Отсутствие хотя бы одного из вышеуказанных условий приводит к невозможности привлечения к гражданско-правовой ответственности.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20.12.1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о защите прав потребителей», суду при рассмотрении дела по существу следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме оценивается их компенсация и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Согласно п. 2 указанного Постановления, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Изложенное свидетельствует о том, что обязательство по защите прав потребителей возникает при наличии следующих условий: претерпевание морального вреда - наличие у потерпевшего физических или нравственных страданий; неправомерность - противоречащее нормам объективного права, действие или бездействие причинителя вреда, умаляющее принадлежащие потерпевшему нематериальные блага или создающие угрозу такого умаления; наличие причинной связи между неправомерным действием (бездействием) и моральным вредом, вина причинителя вреда - его психическое отношение к своему противоправному деянию и его последствиям в форме умысла или неосторожности.

В соответствии с ч. 2 ст. 87 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» контроль качества и безопасности медицинской деятельности осуществляется путем:

1) соблюдения требований к осуществлению медицинской деятельности, установленных законодательством Российской Федерации;

2) определения показателей качества деятельности медицинских организаций;

3) соблюдения объема, сроков и условий оказания медицинской помощи, контроля качества медицинской помощи фондами обязательного медицинского страхования и страховыми медицинскими организациями в соответствии с законодательством Российской Федерации об обязательном медицинском страховании;

4) создания системы оценки деятельности медицинских работников, участвующих в оказании медицинских услуг;

5) создания информационных систем в сфере здравоохранения, обеспечивающих в том числе персонифицированный учет при осуществлении медицинской деятельности.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.10.2012 года № 1006 утверждены Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг.

Согласно п. 2 названных Правил платные медицинские услуги - это медицинские услуги, предоставляемые на возмездной основе за счет личных средств граждан, средств юридических лиц и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования; потребитель - это физическое лицо, имеющее намерение получить либо получающее платные медицинские услуги лично в соответствии с договором. Потребитель, получающий платные медицинские услуги, является пациентом, на которого распространяется действие Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Вред, причиненный жизни или здоровью пациента в результате предоставления некачественной платной медицинской услуги, подлежит возмещению исполнителем в соответствии с законодательством Российской Федерации (п. 32 Правил).

Исходя из положений п. 1 ст. 10 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Статьей 4 (части 1, 2) Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» установлено, что продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору.

Обязанность доказывать надлежащее исполнение приведенного требования закона возложена на исполнителя.

Согласно п. 1 ст. 14 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме. Вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению исполнителем (абз. 5 п. 3 ст. 14 Закона).

В силу п. п. 4, 5 ст. 14 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель) несет ответственность за вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя в связи с использованием материалов, оборудования, инструментов и иных средств, необходимых для производства товаров (выполнения работ, оказания услуг), независимо от того, позволял уровень научных и технических знаний выявить их особые свойства или нет. Изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).

Право потребителя на полное возмещение убытков, причиненных ему вследствие недостатков выполненной работы, предусмотрено также в п. 1 ст. 29 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», убытки, причиненные потребителю в связи с нарушением изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) его прав, подлежат возмещению в полном объеме, кроме случаев, когда законом установлен ограниченный размер ответственности. Под убытками в соответствии с п. 2 ст. 15 ГК РФ следует понимать расходы, которые потребитель, чье право нарушено, произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые потребитель получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что на исполнителя возлагается ответственность за убытки, причиненные потребителю вследствие недостатков выполненной работы.

Статья 15 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусматривает возмещение потребителю морального вреда при наличии вины изготовителя (исполнителя, продавца), нарушившего права потребителя, предусмотренные законами и правовыми актами Российской Федерации.

К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона о защите прав потребителей (ч. 8 ст. 84 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч. 2 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. При этом законом гарантировано, что медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно. Наряду с этим Федеральным законом «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплено право граждан на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию, при оказании медицинской помощи. К отношениям по предоставлению гражданам платных медицинских услуг применяется законодательство о защите прав потребителей.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ года между ФИО15 ФИО77 и АО «Современные медицинские технологии» был заключен договор на представление платных медицинских услуг в стационаре № № по проведению операции минигастрошунтированию.

Стоимость услуг по договору составила 264 258 рублей, которая была оплачена истцом в полном объеме.

В рамках вышеуказанного договора ДД.ММ.ГГГГ года под общей анестезией истцу была выполнена операция – лапароскопическая продольная (рукавная) резекция желудка.

ДД.ММ.ГГГГ года была произведена повторная операция - санация и дренирвоание брюшной полости, эндоскопическое стентирование желудка.

ДД.ММ.ГГГГ года истец ФИО16 ФИО78 выписана на амбулаторное лечение.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО17 ФИО79 находилась в СПб ГБУЗ «Санкт-Петербургское государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Городска больница Святой преподобномученицы Елизаветы», с клиническим диагнозом абсцесс кишечника с описанием: абсцессы брюшной полости, состояние после лапароскопической продольной резекции желудка от ДД.ММ.ГГГГ года, релапароскопии, санация и дренирование брюшной полости, эндоскопическое дренирование желудка от ДД.ММ.ГГГГ года.

Согласно акта комиссионного судебно-медицинского исследования №№ от ДД.ММ.ГГГГ года подготовленного специалистами ФГБУ Бюро судебно-Медицинской экспертизы «СЗОНКЦ им. Л.Г. Соколова ФБМА России» при лечении ФИО18 ФИО80 в АО «Современные медицинские технологии» выявлены следующие дефекты: дефекты тактики лечения - преждевременно удален дренаж, установленный в брюшную полость после повторной операции, также ранее прекращение стационарного лечения с диагнозом «перитонит» спустя 3-е суток после операции с очень плохими анализами крови; дефекты диагностики, медикаментозного и хирургического лечения - технический дефект оперативного вмешательства в следствие чего возникло несостоятельность аппаратного анастомоза кардиального отдела желудка. Далее после повторной операции при выявлении несостоятельности аппаратного шва желудка истцу не была проведена необходимая антибактериальная терапия препаратами широкого спектра действия в том числе с антианаэробным эффектом. При этом эффективность проводимой антибактериальной терапии не отслеживалось, необходимые исследования не проводились, самая терапия была недостаточной; дефекты, связанные с нарушением санитарно-эпидемиологического требования по профилактике инфекционных болезней - внутрибольничное инфицирование микроорганизмами Staphylococcus aureus, Cirobacter werkmanii, Candida glabrata, произошедшее в условиях АО «Современные медицинские технологии», что привело к развитию абсцесса брюшной полости. Внутрибольничное инфицирование истца ФИО19 ФИО81 во время лечения в АО «Современные медицинские технологии» состоит в прямой причинно-следственной связи с развитием гнойных осложнений и причинило вред здоровью ФИО20 ФИО82 средней тяжести по признаку продолжительности расстройства здоровья свыше 21 дня, так как потребовало длительного лечения.

Как следует из акта эпидемиологического расследования № 1 от ДД.ММ.ГГГГ года, в связи с регистрацией у ФИО21 ФИО83 послеоперационного диагноза: несостоятельность аппаратного анастомоза кардиального отдела желудка. Местный отграниченный серозный перитонит. Класс чистоты раны: Зс, проведено эпидемиологическое расследование, в ходе которого установлено. При анализе медицинской документации установлено ДД.ММ.ГГГГ года за медицинской услугой в плановом порядке обратилась пациентка с диагнозом: Морбидное ожирение II ст.

Период нахождения в стационаре с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Сопутствующие заболевания: Вазомоторный ринит. Хронический Н.Р (-) неэрозивный рефлюкс-гастрит, фаза обострения (от ДД.ММ.ГГГГ). Неэрозивная гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь. Грыжа пищеводного отверстия диафрагмы. Жировая болезнь печени, метаболически ассоциированная, без явления химической активности, ожирение 2 ст. Со слов недавно перенесла ОРВИ. ДД.ММ.ГГГГ года ФИО22 ФИО84 госпитализирована в хирургическое отделение. Палата № 330 рассчитана на 2-человек. Палата рассчитана на 2- пациентов, общей площадью 18,4 м.кв, что соответствует требованиям санитарных правил одновременно с ней находился пациент после проведенной операции Минигастрошунтирование. Поступили и прооперированы одновременно (ДД.ММ.ГГГГ года). ДД.ММ.ГГГГ года второй пациент выписан в удовлетворительном состоянии, осложнений не зарегистрировано. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО23 ФИО85 находилась в палате одна, что исключает наличие источника инфекции по палате. Таким образом, нарушений санитарного законодательства по цикличности заполнения и переуплотнению палат не зарегистрировано. ДД.ММ.ГГГГ года проведена плановая операция: Лапароскопическая продольная (Рукавная) резекция желудка. Класс чистоты раны: 1 Перед операцией проведена предоперационная антибиотикопрофилактика (цефтриаксон 1 г. внутривенно). ДД.ММ.ГГГГ в 17.15 произведена повторная операция: Диагностическая релапароскопия. Ревизия, дренирование брюшной полости. Послеоперационный диагноз. Несостоятельность аппаратного анастомоза кардиального, отдела желудка. Местный неотграниченный серозный перитонит. Класс чистоты раны: 3. ДД.ММ.ГГГГ года при перевязке послеоперационной раны: рана заживает Первичным натяжением признаков воспаления нет. По дренажу отделяемого нет. Дренаж удален. ДД.ММ.ГГГГ года на 3 сутки после повторной операции пациентка выписана на амбулаторное лечение в удовлетворительном состоянии. Во время нахождения в АО «Современные медицинские технологии» повышение температуры тела не отмечается. Пациентку оперировали в операционной № 1 в 9.20, до проведения оперативного вмешательства других операций в данной операционной не проводилось. Операционная подготовлена к проведению операции в соответствии с санитарными требованиями (проведена влажная уборка и дезинфекция поверхностей), вентиляционная система работает в обычном режиме. В день оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ года всего проведено 6 операций из них 2 в операционной № 1 и 4 операции в операционной № 2, в том числе составом бригады участвующих в операции ФИО24 ФИО86 2 операции, также дополнительно проведен анализ ранее прооперированных пациентов в составе данных бригад. По результатам, все пациенты выписаны своевременно, осложнений у прооперированных пациентов не зарегистрировано, что исключает наличие источника инфекции среди медицинского персонала. ДД.ММ.ГГГГ года согласно протокола анестезии начало операции 09.20, окончание операции 11.10. Общая продолжительность составила 1 час 50 мин. В состав операционной бригады входило 6 человек. Согласно медицинской документации, всеми сотрудниками своевременно пройден профилактический осмотр. На момент проведения операции все были здоровы. Наличие порезов, ожогов, гнойничковых заболеваний кожи не установлено. ДД.ММ.ГГГГ года проведена плановая операция: Лапараскопическая продольная (Рукавная) резекция желудка. Класс чистоты раны: 1 Перед операцией проведена предоперационная антибиотикопрофилактика (цефтриаксон 1 мг. внутривенно). ДД.ММ.ГГГГ в 17.15 произведена повторная операция: Диагностическая лапароскопия. Ревизий, дренирование брюшной полости. Послеоперационный диагноз: Несостоятельность аппаратного анастомоза кардиального отдела желудка. Костный неотграниченный серозный перитонит. Класс чистоты раны: 3. ДД.ММ.ГГГГ года при перевязке послеоперационной раны: рана заживает первичным натяжением признаков воспаления нет. По дренажу отделяемого нет. Дренаж удален. ДД.ММ.ГГГГ года на 3 сутки после повторной операции, пациентка выписана в удовлетворительном состоянии. Во время нахождения в Клинике повышение температуры тела не отмечается. Эпидемиологический фон по заболеваемости ИСМП и другими инфекционными заболеваниями в хирургическом отделении в 2022 года - январе 2023 года характеризуется как благополучный. Аварийных ситуаций, связанных с отключением водоснабжения, выходом из строя стерилизационного оборудования в течение декабря – января не зарегистрировано. При оценке соблюдения санитарно-противоэпидемического режима установлено. Материально-техническое оснащение и оборудование операционной, перевязочного кабинета соответствует требованиям санитарного законодательства. Вентиляционная система соответствует гигиеническим требованиям. Согласно журналов контроля предстерилизационной очистки, дезинфекции и стерилизации, все пробы соответствуют гигиеническому нормативу. Положительных проб не установлено. По результатам производственного контроля в период 2021-2023 гг. положительных проб на стерильность не зарегистрировано. Смывы с объектов внешней среды (операционная, ЦСО, операционная, руки персонала, стол операционный до начала работы стерильный стол для инструментов до начала работы, шкаф для хранения медицинского инструментария, манипуляционный стол и др.) результаты отрицательные. При проведении биологического контроля работы паровых и воздушных стерилизаторов, в соответствии с заданными режимами стерилизации во всех контрольных точках отсутствует рост тест-культур, что свидетельствует об эффективной работе стерилизаторов. Таким образом при проведении ретроспективного анализа установлено, что на протяжении 2021-2023 года положительных результатов при проведении производственного контроля не установлено, что говорит об отсутствии сформированных госпитальных штаммов в АО «Современные медицинские технологии». Таким образом, нарушений санитарного законодательства по правилам обработки медицинского инструментария, соблюдению правил личной гигиены, проведению текущей дезинфекции помещений и оборудования в АО «Современные медицинские технологии» не выявлено, что подтверждается результатами производственного контроля и результатами ежедневного контроля. Смена спецодежды, согласно объяснения, осуществляется ежедневно и по мере загрязнения. Персонал обеспечен средствами индивидуальной защиты (СИЗ) в необходимом количестве. Хирургическое отделение и операционный блок в достаточном количестве обеспечено моющими и дезинфицирующими средствами. В соответствии с санитарными требованиями ежедневно проводится влажная уборка с применение дезинфицирующих средств. Генеральная уборка проводится еженедельно. Для соблюдения правил личной гигиены и гигиенической обработки рук все помещения хирургического отделения оборудованы раковинами с подводкой горячей и холодной воды, моющими средствами, санитайзерами, дезинфицирующими салфетками. При проведении операций и перевязок в АО «Современные медицинские технологии» используется одноразовое белье.

Согласно протокола № № от ДД.ММ.ГГГГ года заседания врачебной комиссии оценки качества и безопасности оказания медицинской помощи ФИО25 ФИО87, комиссия пришла к следующим выводам.

1. Так как операции по уменьшению желудка являются внутриполостными операциями, возможны возникновения некоторых осложнений. Вероятность ранних (30 дней после операции) осложнений примерно 2-3%. Самым серьезным осложнением является перитонит, который может наступить в результате несостоятельности швов на желудке. Возникновение перитонита или подозрение на его развитие требует немедленной повторной операции, что и было выполнено.

2. Пациентка была выписана из клиники с положительной динамикой как клинически, так и по результатам лабораторных исследований (снижение количества лейкоцитов в ОАК с 22 до 17 * 109).

3. Дренаж из брюшной полости был удален при отсутствии отделяемого из брюшной полости (по объективным причинам).

4. Антибиотикопрофилактика начата до оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ, продолжена антибиотикотерапия после операции ДД.ММ.ГГГГ - назначена дежурным врачом - хирургом. Рекомендовано продолжить антибиотикотерапию в послеоперационном периоде на амбулаторном этапе.

5. Проведено внеочередное заседание комиссии по профилактике инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи в связи с регистрацией послеоперационного осложнения: исключен экзогенный путь заражения, наличие в анамнезе у пациентки хронических заболеваний говорит о возможном эндогенном заражении (акт эпидрасследовання № 1 от ДД.ММ.ГГГГ года и протокол заседания комиссии в приложении).

Врачебной комиссии принято решение о том, что медицинская помощь ФИО26 ФИО88 оказана согласно клиническим рекомендациям. Имеются единичные замечания по оформлению медицинской документации: в рекомендациях по продолжению антибиотикотерапии на амбулаторном этапе назначены фторхинолоны 2 поколения.

Ввиду наличия между сторонами спора относительно качества оказанных медицинских услуг, судом 26.02.2024 года по настоящему делу назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено комиссии экспертов СПб ГБУЗ «БСМЭ».

Согласно заключению № № от 23.10.2024 года ФИО27 ФИО89 ДД.ММ.ГГГГ года была выполнена операция - лапароскопическая продольная (рукавная) резекция желудка. Как следует из приведенного в медицинской карте протокола, операция ФИО28 ФИО90 была выполнена в полном соответствие с требованиями, предъявляемым к проведению таких операций. Технических дефектов оперативного вмешательства, каких-либо сложностей или особенностей при ее проведении комиссией экспертов не выявлено.

ДД.ММ.ГГГГ года ФИО29 ФИО91 выполнена рентгеноскопия желудка с водорастворимым контрастом в процессе которого был выявлен затек контраста за пределы культи желудка, что свидетельствовало о нарушении ее герметичности и несостоятельности аппаратного шва. В связи с вышеуказанным, ФИО30 ФИО92 была выполнена экстренная релапароскопия, в ходе которой была установлена несостоятельность аппаратного шва в кардиальном отделе желудка и выявлено небольшое количество серозного выпота по левому боковому каналу и подпеченочно. ФИО31 ФИО93 с целью устранения несостоятельности шва был установлен стент в просвет культи желудка и установлен трубчатый дренаж в левое подпеченочное пространство для контроля отделяемого.

Комиссия экспертов квалифицирует несостоятельность аппаратного шва культи желудка, как осложнение оперативного вмешательства, а не как дефект проведения операции, поскольку:

- технически продольная резекция желудка ФИО32 ФИО94 была выполнена правильно в соответствие с общепринятыми требованиями к проведению таких операций;

- по статистике несостоятельность аппаратного шва культи желудка может развиваться в 4-6% случаев, даже при технически верном выполнении оперативного вмешательства, что чаще всего обусловлено развитием ишемических изменений стенок дупликатуры желудка, формирующих культю;

- несостоятельность культи желудка у ФИО33 ФИО95 была выявлено своевременно, что позволило своевременно ее устранить установкой в просвет желудка стента.

Таким образом, развитие несостоятельности аппаратного шва культи желудка у ФИО34 ФИО96 расценивается комиссией экспертов, как реализация вероятного риска инвазивного оперативного вмешательства у конкретного пациента.

Дренаж из брюшной полости у ФИО35 ФИО97 был удален на следующие сутки после повторной операции, то есть ДД.ММ.ГГГГ года. При этом указано: «перевязка послеоперационной раны, которая заживает первичным натяжением, без признаков воспаления. По дренажу отделяемого нет - удален».

Комиссия экспертов отмечает, что ФИО36 ФИО98 ДД.ММ.ГГГГ года при проведении релапароскопии (повторной операции) был установлен диагноз: «Местный неотграниченный серозный перитонит». При установлении такого диагноза подразумевается поражение брюшины 1-2 анатомических областей брюшной полости, что требует соответствующей хирургической тактики, в частности установление одного или нескольких дренажей (соответственно области поражения брюшины) и назначение консервативной лекарственной терапии, в том числе антибиотикотерапии.

Удаление дренажей при перитоните, как правило, осуществляется на 2-3 сутки после полного отсутствия отделяемого по ним (при условии их проходимости). У ФИО37 ФИО99, по крайней мере с ДД.ММ.ГГГГ года развивался местный неотграниченный перитонит - то есть воспалительная реакция брюшины, которая проходит несколько последовательных стадий: экссудативная и токсическая. В экссудативную стадию через воспалительно измененную брюшину происходит экссудация (пропотевание) плазмы крови и внеклеточной жидкости в брюшную полость. Данная стадия обычно продолжается от одних до трех суток. Характер экссудата в зависимости от этиологии перитонита и присоединения вторичной инфекции может быть: серозный, фибринозный, гнойный, их сочетания и иные (гнилостный, геморрагический, желчный и пр.). Экссудативная стадия перитонита всегда сопровождается наличием выпота в брюшной полости, поэтому адекватное дренирование является важным фактором в лечении перитонита.

Токсическая стадия перитонита всегда развивается вслед за экссудативной и характеризуется повышенной проницаемостью брюшины к выпоту, содержащемуся в ее полости, что обусловливает развитие эндогенной интоксикации.

При своевременном и адекватном лечении перитонита (в том числе, своевременном и адекватном дренировании брюшной полости) при серозном перитоните возможно быстрое и полное купирование его проявлений с минимизацией токсической стадии. Однако, меньше, чем за 7-10 дней выздоровление не наступает, поэтому срок нахождения на стационарном лечении не может быть меньше 7-10 дней при лечении перитонита.

В данном случае, ФИО38 ФИО100 дренаж был удален на следующие сутки после повторной операции, что заведомо являлось преждевременным при наличии местного неотграниченного серозного перитонита. При этом, комиссия экспертов отмечает, что отсутствие отделяемого по дренажу (в то время, как оно должно было быть обязательным, обусловленным патологической физиологией брюшины в экссудативную фазу перитонита) могло быть вызвано:

- неправильной установкой дренажа (не в ту область брюшной полости);

- закупоркой отверстий дренажной трубки петлями кишечника или большого сальника;

- закупоркой просвета дренажной трубки отделяемым.

То есть, при установленном диагнозе перитонита, наличии синдрома системной воспалительной реакции (лейкоцитоз в крови, высокая скорость оседания эритроцитов (СОЭ)), вместо удаления дренажной трубки необходимо было выполнить ее промывание стерильным раствором антисептика для восстановления проходимости, либо переустановку дренажа, что сделано не было.

На основании изложенного комиссия экспертов отмечает, что раннее (преждевременное) удаление дренажа из брюшной полости у ФИО39 ФИО101 расценивается как дефект лечения, способствовавший развитию у нее абсцедирования брюшной полости.

ФИО40 ФИО102 в клинике АО «Современные медицинские технологии» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года проводилась следующая антибактериальная терапия:

- цефтриаксоном (антибактериальным препаратом 3 поколения с широким спектром действия) ДД.ММ.ГГГГ года однократно в дозировке 1,0 г - в качестве периоперационной профилактики гнойно-септических осложнений;

- цефтриаксоном в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года в дозировке 1,0 г х 2 раза в сутки - для лечения местного неотграниченного серозного перитонита.

Комиссия экспертов отмечает, что выбор антибактериального препарата для периоперационной профилактики являлся правильным и обоснованным, соответствовавший общепризнанным требованиям к такого рода профилактике. При этом, антибактериальная терапия собственно перитонита являлась недостаточной и неадекватной:

- проводилась монотерапия тем же антибиотиком, что периоперационная антибиотикопрофилаткика, что могло значительно снижать эффективность от проводимого лечения;

- целесообразным являлось применение двух антибиотиков из разных фармакологических групп (из числа препаратов 1 ряда) в различных комбинациях, в частности: например, фторхинолоны II поколения (ципрофлоксацин 0,4x2 раза в сутки, внутривенно) + Метронидазол 0,5%-100,0х3 раза в сутки внутривенно в течение 5-7 дней;

- либо использование антибактериальных препаратов 2 ряда (монотерапия карбапенемами).

Такая терапия охватывала бы широкий спектр, как аэробных, так и анаэробных микроорганизмов, вплоть до коррекции антибактериальной терапии с учетом установленной микрофлоры и ее чувствительности к антибиотикам.

В связи с этим, комиссией экспертов отмечен дефект диагностики, а именно при релапароскопии от ДД.ММ.ГГГГ года у ФИО41 ФИО103 не был взят посев выпота на микрофлору с определением чувствительности к антибиотикам.

Ципрофлоксацин был рекомендован ФИО42 ФИО104 для приема уже после ее выписки из стационара и в качестве монотерапии перитонита являлся недостаточным.

В связи с указанным, комиссия экспертов отмечает, что:

- общая продолжительность антибактериальной терапии перитонита являлась недостаточной и неадекватной (монотерапия цефтриаксоном в течение 3-х дней + монотерапия ципрофлоксацином в течение 5 дней), что расценивается, как дефект лечения;

- выписка ФИО43 ФИО105 являлась преждевременной - на 3-и сутки после релапароскопии, что с учетом диагноза «Перитонит», а также при наличии воспалительных изменений в анализах крови, расценивается, как дефект тактики оказания медицинской помощи;

- ФИО44 ФИО106 в клинике АО «Современные медицинские технологии» в связи с установлением диагноза перитонит не были выполнены лабораторные исследования крови на содержание С-реактивного белка и (или) прокальцитонина, что расценивается, как дефект диагностики

Ретроспективно анализируя данный клинический случай комиссия экспертов считает, что инфицирование брюшной полости у ФИО45 ФИО107, вызвавшее у нее развитие абсцессов могло быть обусловлено несоблюдением правил асептики-антисептики при проведении ей оперативного вмешательства, либо ДД.ММ.ГГГГ, либо ДД.ММ.ГГГГ года, на что указывает наличие абсцесса передней брюшной стенки в «области послеоперационного троакарного рубца в эпигастрии» (то есть в месте непосредственного контакта операционного инструмента с тканями передней брюшной стенки).

При этом, нельзя исключать, что контаминация (заражение) условно-патогенными микроорганизмами: Золотистым стафилококком и Цитробактером, а также грибковой флорой (Candida) могла произойти вследствие эндогенного распространения этих микроорганизмов, поскольку, цитробактер является представителем нормальной микрофлоры кишечника человека, золотистый стафилококк в не менее чем 40% встречается в виде носительства, а грибковая микрофлора, как правило присоединяется вторично на фоне проводимой антибактериальной терапии.

С учетом изложенного достоверно и обоснованно судить о причине образования у ФИО46 ФИО108 абсцессов брюшной полости невозможно. Также комиссия экспертов отмечает, что при санитарно-эпидемиологическом контроле (протоколы лабораторных исследований (испытаний) № 856 от 14 июня 2022 года и № 1734 от 23 ноября 2022 года СПб ГБУЗ «Санкт-Петербургская городская дезинфекционная станция») при смывах с поверхностей в помещениях операционных и перевязочных в клинике АО «Современные медицинские технологии», а также смывах с оборудования золотистый стафилококк, либо иные условно-патогенные микроорганизмы выявлены не были.

Поскольку комиссия экспертов не может достоверно и объективно установить причину инфицирования у ФИО47 ФИО109 брюшной полости, в частности золотистым стафилококком, то установить прямую причинно-следственную связь между возможным нарушением правил асептики-антисептики при проведении ей оперативного вмешательства и формированием абсцессов брюшной полости - не представляется возможным. Следовательно, не представляется возможным установить взаимосвязь между оказанной ФИО48 ФИО110 медицинской помощью и ухудшением состояния ее здоровья, а также определить степень его тяжести.

В соответствии со ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами. Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оценивая заключение судебной медицинской экспертизы, суд приходит выводу о том, что данное заключение является допустимым доказательством, так как оно выполнено экспертами, которые имеют соответствующую квалификацию и образование, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Выводы экспертов подробно мотивированы, содержат ссылки на используемую литературу и выписки из медицинской документации. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Принимая во внимание заключение судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что утверждение истца о том, что оказанная ей сотрудниками АО «Современные медицинские технологии» медицинская услуга – лапароскопическая продольная (рукавная) резекция желудка являлась услугой ненадлежащего качества, представленными в материалы дела доказательствами не подтверждено, напротив опровергается имеющимися в деле доказательствами, в том числе и заключением судебной медицинской экспертизы.

Как следует из заключение судебной экспертизы данное медицинское вмешательство было выполнено в полном соответствие с требованиями, предъявляемым к проведению таких операций. Технических дефектов оперативного вмешательства, каких-либо сложностей или особенностей при ее проведении комиссией экспертов не выявлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании денежных средств, оплаченных по договору, и производное от него требование о взыскании неустойки, удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем, как указано в экспертном заключении и следует из материалов дела, у ФИО49 ФИО111 имело место осложнение после оперативного вмешательства в виде несостоятельность аппаратного шва культи желудка.

По статистике несостоятельность аппаратного шва культи желудка может развиваться в 4-6% случаев, даже при технически верном выполнении оперативного вмешательства, что чаще всего обусловлено развитием ишемических изменений стенок дупликатуры желудка, формирующих культю.

Кроме того, после оперативного вмешательства ФИО50 ФИО112 был установлен диагноз перитонит.

Согласно выводам экспертного заключения при дальнейшем оказании медицинской помощи ФИО51 ФИО113 сотрудниками АО «Современные медицинские технологии» были допущены дефекты лечения в виде раннего (преждевременного) удаления дренажа из брюшной полости истца, способствовавшее развитию у ФИО52 ФИО114 абсцедирования брюшной полости, дефект диагностики, а именно при релапароскопии от ДД.ММ.ГГГГ года у ФИО53 ФИО115 не был взят посев выпота на микрофлору с определением чувствительности к антибиотикам, и а также дефект лечения и дефект тактики оказания медицинской помощи, что привело к преждевременной выписки ФИО54 ФИО116 с учетом диагноза «Перитонит».

Ретроспективно анализируя данный клинический случай комиссия экспертов пришла к выводу о том, что инфицирование брюшной полости у ФИО55 ФИО117, вызвавшее у нее развитие абсцессов могло быть обусловлено несоблюдением правил асептики-антисептики при проведении ей оперативного вмешательства, либо ДД.ММ.ГГГГ, либо ДД.ММ.ГГГГ года, на что указывает наличие абсцесса передней брюшной стенки в «области послеоперационного троакарного рубца в эпигастрии» (то есть в месте непосредственного контакта операционного инструмента с тканями передней брюшной стенки).

При этом суд принимает во внимание, что указанные дефекты, которые образовались при оказании ответчиком медицинских услуг ФИО56 ФИО118, никак не могли повлиять на итог операции, проведенной сотрудниками АО «Современные медицинские технологии» в рамках договора на представление платных медицинских услуг в стационаре № № по проведению операции минигастрошунтированию.

Вместе с тем, при таких обстоятельствах, установленных по настоящему делу, суд приходит к выводу о том, что медицинская услуга оказанная ответчиком АО «Современные медицинские технологии» истцу ФИО57 ФИО119 не отвечала критерию безопасности услуги.

Доводы ответчика о том, что истец ФИО58 ФИО120 была эндогенно заражена «Staphylococcus aureus», «Citrobacter», «Candida» при оказания медицинской помощи, судом отклоняются.

Из выводов комиссии экспертов, изложенных в судебном экспертном заключении, следует, что инфицирование брюшной полости ФИО59 ФИО121 могло быть обусловлено несоблюдением правил асептики-антисептики при проведении ей оперативного вмешательства, либо ДД.ММ.ГГГГ, либо ДД.ММ.ГГГГ года.

Согласно акта комиссионного судебно-медицинского исследования №№ от ДД.ММ.ГГГГ года подготовленного специалистами ФГБУ Бюро судебно-Медицинской экспертизы «СЗОНКЦ им. Л.Г. Соколова ФБМА России» при лечении ФИО60 ФИО122 в АО «Современные медицинские технологии» выявлены дефекты, связанные с нарушением санитарно-эпидемиологического требования по профилактике инфекционных болезней - внутрибольничное инфицирование микроорганизмами Staphylococcus aureus, Cirobacter werkmanii, Candida glabrata, произошедшее в условиях АО «Современные медицинские технологии», что привело к развитию абсцесса брюшной полости у ФИО61 ФИО123

Данные выводы стороной ответчика не опровергнуты.

Кроме того, стороной истца в материалы дела представлены результаты анализов и осмотров ФИО62 ФИО124 перед оперативным вмешательством в условиях АО «Современные медицинские технологии», в которых сведения о наличии в организме ФИО63 ФИО125 условно-патогенных микроорганизмов Staphylococcus aureus, Cirobacter werkmanii, Candida glabrata отсутствуют, как и отсутствуют в материалах дела сведения о том, что ФИО64 ФИО126 является их носителем.

Принимая во внимание потребительский характер настоящего спора, обязанность доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности, в том числе и за причинение вреда, лежит на исполнителе, в настоящем случае на ответчике.

Вместе с тем, стороной ответчика доказательств того, что инфицирование ФИО65 ФИО127 условно-патогенными микроорганизмами носило не внутрибольничный характер суду не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что требование истца о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что истец длительное время находилась на лечении, внутрибольничное инфицирование истца состоит в прямой причинно-следственной связи с развитием гнойных осложнений и причинило вред здоровью средней тяжести по признаку продолжительности расстройства здоровья свыше 21 дня, что бесспорно причинило ФИО66 ФИО128 значительные нравственные страдания, и приходит к выводу о взыскании в пользу истца с ответчика компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей, полагая такое возмещение соответствующим требованиям разумности и справедливости, характеру перенесенных истцом физических и нравственных страданий, обстоятельствам, при которых истцу был причинен моральный вред.

Пунктом 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» установлено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 75 000 рублей. Правовых оснований для снижения потребительского штрафа суд не усматривает.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В п. 11 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Пленум) разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 4 ст. 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации). 

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 3, 45 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, ст. 2, 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 Пленума).

Определяя размер указанных расходов, учитывая количество судебных заседаний, доказанность факта несения расходов, категорию спора, уровень его сложности, время, затраченное на его рассмотрение, объем оказанных услуг представителем, фактические результаты рассмотрения исковых требований суд полагает, что заявленный размер расходов на оплату услуг представителя в суде в размере 80 000 рублей является разумным.

С учетом принципа разумности, справедливости, а также пропорциональности удовлетворенной части исковых требований, принимая во внимание, что судом удовлетворено одно требование истца о компенсации морального вреда, при удовлетворении которого не подлежат применению положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении судебных издержек, суд приходит к выводу о том, что расходы истца на оплату услуг представителя подлежат возмещению в размере 40 000 рублей.

Также суд усматривает законные основания для удовлетворения требований о взыскании судебных расходов на проведение досудебного исследования пропорционально удовлетворенной части исковых требований в размере 8 950 рублей, поскольку данные расходы истцом подтверждены, и их несение обусловлено необходимостью защиты нарушенных прав, выводы данного заключения также положены в основу принятого по делу решения.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО67 ФИО70 ФИО73 к Акционерному обществу «Современные медицинские технологии» о защите прав потребителей удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Современные медицинские технологии» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО68 ФИО71 ФИО74 (паспорт Российской Федерации серия №) компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей, штраф в размере 75 000 рублей, расходы на проведение досудебного исследования в размере 8 950 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 40 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Санкт-Петербурга.

Судья Е.Д. Хворов

Мотивированное решение изготовлено 20.01.2025