Дело № 2-2225/2025 

22RS0065-01-2025-001323-39 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

4 июня 2025 года город Барнаул

Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Лопуховой Н.Н., 

при секретаре Шариповой Т.А.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО5 об определении порядка пользования помещением, о вселении, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 (истец) обратился в Индустриальный районный суд г. Барнаула с иском к ФИО5 (ответчик), в котором просил определить порядок пользования квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, передав в пользование истца комнату площадью 10,80 кв.м., в пользование ответчика – комнату площадью 15,30 кв.м., комнату площадью 18,10 кв.м., а также кухню, коридор, тамбур, совмещенный санузел, шкаф определить в совместное пользование сторон, вселить истца в названное жилое помещение.

В обоснование иска указано, что истец является собственником 1/2 доли в право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> кадастровым номером ***. Сособственником жилого помещения является ответчик, которой также принадлежит 1/2 доля.

В связи с тем, что на сегодняшний день между сторонами отсутствует согласие о порядке пользования спорной квартирой, то такой порядок в соответствии с ч. 1 ст. 247 ГК РФ должен быть установлен судом.

Жилое помещение состоит из трех изолированных комнат и мест общего пользования (коридор, санузел, кухня, тамбур), однако в настоящее время ответчик единолично проживает и пользуется спорной квартирой, лишая истца права пользования своей собственностью.

Поскольку ранее порядок пользования спорным жилым помещением не определялся, между сторонами имеется спор.

По мнению истца, в его пользование должна перейти комната площадью 10,80 кв.м., ответчику – комната площадью 18,10 кв.м., а комната площадью 15,30 кв.м. – в совместное пользование сторон.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для подачи настоящего иска.

В ходе рассмотрения дела истец исковые требования уточнил, в окончательном варианте просил определить порядок пользования квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, передав в его пользование комнату площадью 18,10 кв.м., в пользование ответчика – комнату площадью 15,30 кв.м., комнату площадью 10,80 кв.м., а также кухню, коридор, тамбур, совмещенный санузел, шкаф определить в совместное пользование сторон, вселить истца в названное жилое помещение.

В судебном заседании представитель истца настаивала на удовлетворении уточненных исковых требований в полном объеме поддержав доводы, приведенные в иске, дополнительно указала, что предъявление настоящего иска связано с тем, что истец как собственник спорной квартиры имеет право пользоваться и распоряжаться своим имуществом, однако в настоящее время ответчик проживает в жилом помещении единолично. Брак между сторонами в настоящее время расторгнут, совместный ребенок истца и ответчика в данный момент проживает с ФИО3 по адресу: 

<

адрес>, данное жилое помещение принадлежит истцу на праве собственности. В спорной квартире истец не проживает примерно с 2018-2019 года, проживание было прекращено в связи с расторжением брака с ответчиком, дружеские отношения между сторонами после расторжения брака не сохранились. Необходимость в определении порядка пользования спорным жилым помещением вызвана тем, что истец имеет намерение продать свою долю, поэтому необходимо, чтобы покупатели знали, какая конкретно доля подлежит продаже, при этом вопрос о продаже совместной квартиры с ответчиком не решен, без разрешения вопроса об определении порядка пользования жилым помещением истец распорядиться своим имуществом не может. В настоящее время ФИО3 фактически не пользуется своей долей, но оплачивает коммунальные услуги. Имеются ли в спорном жилом помещении имеются вещи ФИО3, представителю истца не известно.

Представитель ответчика в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала, ссылаясь на то, что нуждаемость истца в спорном жилом помещении отсутствует, в его собственности имеется иная квартира большей площадью, в которой он в настоящее время и проживает. Из спорной квартиры истец выехал самостоятельно, по собственному желанию, его никто не выселял. Ключи от квартиры у ФИО3 имеются, замки с момента развода бывших супругов в жилом помещении не менялись, с просьбами обеспечить доступ в квартиру истец к ответчику не обращался. Истинное намерение истца в данном случае, по мнению стороны ответчика, заключается в том, что продать спорное жилое помещение, желания проживать в нем у ФИО3 не имеется. При этом ответчик не возражает против такой продажи, по просьбе истца она заключила договор с риэлтором, однако ФИО3 не устроила цена продажи. Сам истец каких-либо конкретных действий для продажи спорного имущества не совершает. Поскольку в настоящее время истец и ответчик разведены, дружеских отношений между ними нет, их совместное проживание невозможно. Более того, истец просит определить в пользование ответчика проходную комнату, что также нарушает интереса ФИО5 Ребенок истца и ответчика в данный момент проживает с отцом по соглашению бывших супругов, поскольку у ФИО3 более стабильное финансовое положение, однако ФИО5 предпринимает меры, пытается создать условия, чтобы ребенок смог проживать с ней. 

Истец, ответчик в судебное заседание не явились, извещены надлежаще о дате, времени и месте его проведения.

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав представителей истца, ответчика, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований, исходя из следующего.

Согласно части первой статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Конституционное право граждан на жилище относится к основным правам человека и заключается в обеспечении государством стабильного, постоянного пользования жилым помещением лицами, занимающими его на законных основаниях, в предоставлении жилища из государственного, муниципального и других жилищных фондов малоимущим и иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, в оказании содействия гражданам в улучшении своих жилищных условий, а также в гарантированности неприкосновенности жилища, исключения случаев произвольного лишения граждан жилища (статьи 25, 40 Конституции Российской Федерации). 

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 №14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" (п. 8), при разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости произвольного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (статья 25 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3 ЖК РФ).

Принцип недопустимости произвольного лишения жилища предполагает, что никто не может быть выселен из жилого помещения или ограничен в праве пользования им, в том числе в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Жилищным кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами (часть 4 статьи 3 ЖК РФ).

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 и ФИО6 (до регистрации брака – ФИО7) Е.А. состояли в браке (л.д. 31).

ФИО3 и ФИО5 являются родителями ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 33).

ДД.ММ.ГГГГ брак между истцом и ответчиком расторгнут.

Из материалов дела следует, что ФИО3 и ФИО5 на праве общей долевой собственности (по 1/2 доле каждому) принадлежит жилое помещение – квартира общей площадью 75,3 кв.м., с кадастровым номером *** расположенная по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается сведениями из ЕГРН (л.д. 8-11). Право общей долевой собственности на квартиру зарегистрировано за сторонами ДД.ММ.ГГГГ на основании договора купли-продажи.

Указанная квартира состоит из трех изолированных друг от друга жилых комнат: № 7 площадью 15,3 кв.м., № 8 площадью 10,8 кв.м., № 9 площадью 18.1 кв.м. Также в квартире имеются помещения кухни ( 4) площадью 8 кв.м., коридора (жил.) (№ 1) площадью 8,6 кв.м., санузла (совмещенный) (№ 2) площадью 5,5 кв.м., тамбура (жил.) (№ 10) площадью 2 кв.м., шкафа (№ 6) площадью 1,2 кв.м., что подтверждается техническим паспортом жилого помещения (л.д. 6-7).

Таким образом, общая площадь квартиры согласно техническому паспорту составляет 69,5 кв.м., жилая – 44,2 кв.м.

В настоящее время в жилом помещении зарегистрированы ФИО5 (с ДД.ММ.ГГГГ), ФИО9 (с ДД.ММ.ГГГГ), а также ФИО3 (с ДД.ММ.ГГГГ).

Как следует из обстоятельств дела, в данный момент в квартире по адресу: 

<

адрес> проживает ФИО5 Истец совместно с несовершеннолетним сыном ФИО4 проживают в квартире по адресу: 

<

адрес>, которая, согласно сведениям из ЕГРН, принадлежит ФИО3 на праве собственности (л.д. 59).

Обращаясь в суд с настоящим иском, сторона истца ссылалась на то, что ФИО3, являясь сособственником спорного жилого помещения, имеет равные с ответчиком права на пользование и распоряжение имуществом, тогда как в настоящее время ФИО5 единолично проживает в квартире. При этом, истец имеет намерение продать принадлежащую ему долю в объекте недвижимости, однако, поскольку этот вопрос во внесудебном порядке с ответчиком разрешить не удалось, без определения порядка пользования квартирой реализовать данное право ФИО3 не может. 

Сторона ответчика, возражая против удовлетворения исковых требований, ссылалась на отсутствие у истца нуждаемости в пользовании спорной квартирой, наличие у него постоянного места жительства, а также на то, что каких-либо препятствий для проживания в жилом помещении ответчик для истца не создает, замки в квартире не меняла, ФИО3 не выселяла, напротив, истец по собственной инициативе выехал из квартиры после расторжения брака, до настоящего времени действий для вселения в нее не предпринимал.

В силу ст. 1 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищное законодательство основывается на необходимости обеспечения органами государственной власти и органами местного самоуправления условий для осуществления гражданами права на жилище, его безопасности, на неприкосновенности и недопустимости произвольного лишения жилища, на необходимости беспрепятственного осуществления вытекающих из отношений, регулируемых жилищным законодательством, прав, а также на признании равенства участников регулируемых жилищным законодательством по владению, пользованию и распоряжению жилыми помещениями, если иное не вытекает из Жилищного кодекса Российской Федерации, другого федерального закона или существа соответствующих отношений, на необходимости обеспечения восстановления нарушенных жилищных прав, их судебной защиты, обеспечения сохранности жилищного фонда и использования жилых помещений по назначению.

Граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований. Граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

В соответствии с ч. 1 ст. 10 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности. В соответствии с этим жилищные права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных федеральным законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных федеральным законом, но не противоречащих ему.

Согласно ст. 11 Жилищного кодекса Российской Федерации защита нарушенных прав осуществляется судом, путем восстановления положения, существующего до нарушения жилищного права, и пресечения действий, нарушающих это право или создающих угрозу его нарушения, прекращения или изменения жилищного правоотношения, иными способами, предусмотренными Жилищного кодекса Российской Федерации, другими федеральными законами.

В соответствии с п. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В силу ст. 35 Конституции Российской Федерации каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им, а согласно ст. 27 Конституции Российской Федерации каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться и выбирать место пребывания и жительства.

На основании части 1 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены данным Кодексом.В силу указания ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (пункт 1).

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2).

Статьей 288 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

Жилые помещения предназначены для проживания граждан.

Гражданин - собственник жилого помещения может использовать его для личного проживания и проживания членов его семьи.

Распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников (пункт 1 статьи 246 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При наличии нескольких собственников спорного жилого помещения положения ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации о правомочиях собственника жилого помещения владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением подлежат применению в нормативном единстве с положениями ст. 247 Гражданского кодекса Российской Федерации о владении и пользовании имуществом, находящимся в долевой собственности.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 247 Гражданского кодекса Российской Федерации владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом. Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.

В силу ч. 2 ст. 1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

Положением ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

По смыслу приведенных норм, участник долевой собственности на объект недвижимости не наделен безусловным правом пользования указанным объектом. Закон не исключает возможности в конкретных случаях отказа собственнику в предоставлении права пользования указанным имуществом.

Применительно к жилому помещению как к объекту жилищных прав, а также с учетом того, что жилые помещения предназначены для проживания граждан, в отсутствие соглашения собственников жилого помещения о порядке пользования этим помещением участник долевой собственности имеет право на предоставление для проживания части жилого помещения, соразмерной его доле, а при невозможности такого предоставления с учетом других обстоятельств, в том числе размера, планировки жилого помещения и т.п., право собственника может быть реализовано иными способами, в частности путем требования у других собственников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.

Гражданский кодекс Российской Федерации не ограничивает субъекта в выборе способа защиты нарушенного права. Граждане и юридические лица в силу статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе осуществить этот выбор по своему усмотрению, однако избранный лицом способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения и в конечном итоге привести к восстановлению нарушенного права.

Исходя из пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные гражданские права. Удовлетворение иска должно быть направлено на восстановление нарушенного материального права.

Между тем такое восстановление нарушенного материального права одного лица не должно повлечь за собой нарушение прав других лиц.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости производного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (статья 25 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3 Жилищного кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Соответственно, право выбора гражданином места жительства не должно приводить к нарушению прав иных сособственников жилых помещений.

Реализация сособственником правомочий владения и пользования жилым помещением, находящимся в долевой собственности, зависит как от размера его доли в праве собственности на жилое помещение, так и от иных конкретных юридически значимых обстоятельств.

Таким образом, если с учетом конкретных обстоятельств дела суд придет к выводу о том, что права одних сособственников жилого помещения нуждаются в приоритетной защите по сравнению с правами других сособственников, должен быть установлен такой порядок пользования жилым помещением, который, учитывая сложившиеся отношения сторон, не будет приводить к недобросовестному осуществлению гражданских прав.

В силу положений пунктов 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Из приведенных положений закона следует, что правовое значение для разрешения спора о вселении в жилое помещение и об определении порядка пользования им имеют, в частности, вопросы сложившегося порядка пользования имуществом, нуждаемость каждого из сособственников в этом имуществе, а также наличие у сособственника намерения проживать в спорном помещении, т.е. намерения использовать жилое помещение по его целевому назначению. В случае, если названные требования направлены на реализацию иных целей, суд вправе отказать в удовлетворении иска, если установит, что действия истцов связаны со злоупотреблением им принадлежащим ему правом.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из обстоятельств дела, соглашение о порядке пользования квартирой между сособственниками не достигнуто, ранее порядок пользования между сособственниками квартиры не устанавливался, с иском об определении порядка пользования квартирой истец обратился впервые.

Фактический порядок пользования спорным жилым помещением между истцом и ответчиком также не сложился, членами одной семьи ФИО3 и ФИО5 не являются, брак между ними официально прекращен в 2019 г.

Более того, ФИО3 в течение длительного периода времени (как минимум с 2019 г.) в квартире по адресу: 

<

адрес>, не проживает, постоянным местом его жительства является жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, которое принадлежит истцу на праве собственности.

Кроме того, как установлено в ходе рассмотрения дела из пояснений представителя истца, определение порядка пользования спорной квартирой необходимо для реализации истцом его прав как собственника недвижимого имущества, а именно для продажи принадлежащей ему доли в праве собственности на жилое помещение, чтобы покупатели знали, какая конкретно доля подлежит продаже.

Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что истец, заявляя требования об определении порядка пользования жилым помещением, фактически не имеет намерения вселиться и проживать в спорной квартире, приведенные в обоснование иска доводы указывает на отсутствие у истца существенного интереса в использовании спорного имущества по его прямому назначению, то есть для проживания, тогда как жилые помещения в первую очередь предназначены для проживания граждан, и в таком проживании собственник, в том числе должен нуждаться.

Между тем, нуждаемость истца в пользовании спорным жилым помещением по его назначению не нашла своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, поскольку, как следует из обстоятельств дела, истец, помимо доли в спорной квартире, с ДД.ММ.ГГГГ имеет в собственности иное жилое помещение, а именно квартиру площадью 116,6 кв.м. по адресу: 

<

адрес>, в которой и проживает.

При этом сам по себе факт регистрации истца в спорной квартире в данном случае юридического значения для разрешения спора не имеет, поскольку носит лишь формальный характер, учитывая, что постоянным местом жительства ФИО3 в настоящее время и на протяжении длительного периода является иное жилое помещение.

С учетом изложенного наличие у истца права собственности на долю в квартире само по себе не является безусловным основанием для определения порядка пользования жилым помещением, как и само по себе не влечет возникновение права пользования этим помещением, поскольку пользование жилым помещением предполагает проживание в нем.

Каких-либо требований о необходимости определения порядка пользования жилым помещением для продажи доли в праве собственности на квартиру действующее законодательство не содержит, поскольку в этом случае предметом следки является именно право собственности на долю в квартире, а не конкретные помещения в ней.

Более того, не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела и факт чинения ответчиком истцу препятствий в реализации последним его прав собственника доли в жилом помещении, в том числе препятствий для владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом.

Напротив, в судебном заседании представитель ответчика пояснила, а представитель истца не оспаривала, что ключи от спорной квартиры в распоряжении истца имеются, замки ответчик не меняла.

При этом выезд истца из жилого помещения по адресу: 

<

адрес> также не сопряжен с действиями ответчика по его выселению, является личным решением самого заявителя. 

То обстоятельство, что несовершеннолетний ребенка истца и ответчика в настоящее время проживает с отцом, на суть принятого решения также не влияет, поскольку в силу ч. 2 ст. 20 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов, следовательно, в данном случае ФИО4 имеет право на проживание как с отцом, так и с матерью, а решение о вселении истца и определении порядка пользования спорной квартирой для этого не требуется. 

С учетом вышеуказанных норм права и установленных по делу обстоятельств, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3 как о вселении в квартиру, так и определения порядка пользования спорным жилым помещением, в связи с чем отказывает в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к ФИО5 оставить без удовлетворения в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Алтайского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Индустриальный районный суд города Барнаула.

Судья Н.Н. Лопухова

Решение суда в окончательной форме принято 18 июня 2025 года.

Верно, судья Н.Н.Лопухова

Секретарь судебного заседания Т.А. Шарипова

Решение суда на 18.06.2025 в законную силу не вступило.

Секретарь судебного заседания Т.А. Шарипова

Подлинный документ подшит в деле № 2-3567/2025 Индустриального районного суда г. Барнаула.