Дело № 2-822/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Хабаровск 13 июля 2020 года

Индустриальный районный суд г. Хабаровска в составе председательствующего судьи Гончарука М.А.,

при секретаре судебного заседания Васильевой А.И.,

с участием истца ФИО4, его представителя ФИО5,

ответчика ФИО12, его представителя ФИО13,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО12, ФИО14 о признании сделки недействительной,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения 

<

адрес>. 4а по 

<

адрес> в 

<

адрес> недействительным. В обоснование своих требований указывает, что он является сыном ФИО1 и его наследником первой очереди. В силу договоренности с его отцом о дарении ему принадлежащей отцу квартиры по адресу: 

<

адрес>, он получил выписку на квартиру из Государственного реестра недвижимости, из которой узнал, что спорная квартира принадлежит ФИО3 Ни ему, ни его отцу не известны причины и условия регистрации перехода права собственности на квартиру к ФИО3 Просит суд, признать сделку о переходе права собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес> от ФИО1 к ФИО3 недействительной.

ДД.ММ.ГГГГ определением суда к участию в деле в качестве ответчика привлечен ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО6 и ФИО2

В судебном заседании истец исковые требования поддержал по доводам, изложенным в заявлении, пояснил, что между ним и его отцом ФИО1 была устная договоренность о том, что, последний подарит или завещает ему спорную квартиру, однако впоследствии он узнал о том, что отец подарил спорное жилье своему внуку ФИО3, тогда как он является наследником первой очереди. Считает, что отец при подписании договора дарения не понимал значение своих действий и не мог руководить им в силу имеющихся заболеваний. 

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, пояснил, что иск об оспаривании договора дарения спорной квартиры мотивирован тем, что в случае смерти ФИО1, ФИО2 в силу положений ст. 1142 ГК РФ являлся бы наследником первой очереди, считает, что подписывая договор дарения в отношении спорного жилого помещения ФИО1 нарушил наследственные права истца, как наследника первой очереди. Кроме того, считает, что в момент заключения договора дарения, ФИО1 не знал о содержании подписываемого им документа, в связи с преклонным возрастом, наличием заболеваний, которые ограничивали его возможность понимать значение своих действий и руководить ими. 

В судебном заседании ответчик ФИО3 исковые требования не признал по основаниям, изложенным в возражениях, пояснил, что спорное жилое помещение ему подарили его бабушка ФИО7 и дедушка ФИО1 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. В 2019 году бабушка умерла, дедушка до настоящего времени проживает в квартире. О том, что квартира была подарена ему бабушкой и дедушкой, истцу было известно, при этом каких-либо договоренностях о возможной передаче квартиру истцу они никогда не говорили. Он ухаживал в отличие от истца за дедушкой и продолжает ухаживать.

Представитель ответчика исковые требования не признал, пояснил, что на момент заключения данного договора ФИО1 не смотря на преклонный возраст, находился в нормальном самочувствии, состояние его здоровья позволяло понимать значение своих действий и руководить ими, продолжает проживать в подаренной квартире. 

В судебное заседание ответчик ФИО1 не явился, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте рассмотрения гражданского дела, не просил об отложении судебного разбирательства, причины неявки суду не сообщил. Ранее в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что в 2018 году он и его жена решили подарить своему внуку ФИО3, принадлежащую им на праве собственности квартиру, для чего оформили договор дарения, при этом он доверил действовать от его имени своей жене. Доверенность оформлялась нотариусом, которая разъяснила ему все права. Истца он жильем обеспечил в 2015 году, купив ему квартиру. Он неоднократно говорил истцу о необходимости отказаться от исковых требований, поскольку как в момент заключения договора дарения, так как и сейчас он недееспособным не является, способен понимать значение своих действий. Считает, что истцом требования заявлены необоснованно, он никогда не высказывал намерений подарить ему спорное жилое помещение.

В судебное заседание третьи лица ФИО8, ФИО2, не явились, будучи надлежащим образом и своевременно уведомленными о времени и месте судебного разбирательства, причины неявки суду не сообщили, не ходатайствовали об отложении судебного заседания.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика ФИО1, третьих лиц ФИО8, ФИО2

Выслушав стороны, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 420 ГК РФ определяется, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

При этом в силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Таким образом, совершая дарение, даритель должен осознавать прекращение своего права на объект дарения и отсутствие каких-либо притязаний на подаренное имущество. В свою очередь, на одаряемом лежит обязанность по фактическому принятию дара, то есть совершению действий, свидетельствующих о вступлении в права владения, пользования и распоряжения подаренным имуществом.

Как следует из материалов дела, ФИО2 и ФИО7 являлись собственниками 

<

адрес> в 

<

адрес> на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7, действующей от себя и от имени ФИО1 (доверенность №-н/27-2018-3-1078 от ДД.ММ.ГГГГ) и ФИО3 заключен договор дарения спорной квартиры. Договор зарегистрирован в Управлении Росреестра по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (п. 1 ст. 177 ГК РФ).

Исходя из обстоятельств, указанных в обоснование иска, на истце, предъявившем в настоящем споре требования об оспаривании сделки по основаниям ст. 177 ГК РФ, лежит обязанность представить суду доказательства, с достоверностью подтверждающие тот факт, что на момент заключения указанного выше договора даритель по состоянию своего здоровья не понимал значения своих действий и не мог руководить ими.

В силу ст. 60 ГПК РФ, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Истец, оспаривая договор дарения, указывает на невозможность ФИО1 понимать значение своих действий в силу своего состояния здоровья.

Как следует из показаний свидетеля ФИО9, допрошенного судом по ходатайству истца следует, что он является заведующим 5 отделением КГБУЗ «Краевая психиатрическая больница» министерства здравоохранения 

<

адрес>, которому на изучение была предоставлена выписка из истории болезни ФИО1, для уточнения имеющегося у него диагноза. По его мнению, имеющийся у ФИО1 диагноз «энцефалопатия», фактически является заболеванием - «деменция», которое развивается в течении определенного периода, также может появиться вследствие заболевания, в том числе - инсульта. При указанных заболеваниях все пациенты ведут себя по-разному. Было ли указанное заболевание у ФИО1 в момент совершения сделки пояснить не смог.

Определением Индустриального районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству истца назначена судебная психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 каким-либо хроническим психическим заболеванием, слабоумием не страдал, а обнаруживает признаки органического расстройства личности сочетанного (сосудистого, постинсультного, дисметаболического) генеза с легкими когнитивными и эмоционально-волевыми нарушениями и на момент выдачи доверенности от ДД.ММ.ГГГГ и сделки ДД.ММ.ГГГГ мог понимать значение своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Сам по себе факт преклонного возраста ФИО1, а также наличие у него определенного ряда заболеваний, не подтверждает, что даритель ФИО1 в момент оформления доверенности от ДД.ММ.ГГГГ и совершения оспариваемой сделки ДД.ММ.ГГГГ не отдавал отчет своим действиям и не мог ими руководить. Ппри отсутствии допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих обратное, суд принимает в качестве допустимого и относимого доказательства заключение комиссии экспертов КГБУЗ «Краевая психиатрическая больница» № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что ФИО1 в момент совершения оспариваемой сделки понимал значение своих действий, отдавал им отчет и руководил ими в юридически значимый отрезок времени. 

Суд в данном случае не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебно-психиатрической экспертизы, поскольку экспертиза проведена экспертами, являющимися квалифицированными специалистами в области психологии и психиатрии, имеющими длительный стаж работы в указанных областях, экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Заключение судебной экспертизы, в достаточной степени мотивировано, отвечает требованиями ст. 86 ГПК РФ. Заключение экспертов составлено лицами, не имевшими интереса в исходе дела и предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Суд отклоняет доводы стороны истца о том, что в момент совершения сделки ФИО1 не осознавал значение своих действий и не мог руководить ими, поскольку ФИО1 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что он намерений подарить квартиру истцу не высказывал, они с женой ФИО10 решили подарить квартиру внуку, для чего он оформил доверенность на супругу. Он в настоящее время продолжает проживать в спорной квартире. Истец в жилье не нуждается. Состояние его здоровья позволяет ему самостоятельно распоряжаться своим имуществом. Оспаривал доводы иска о наличии у него намерений распорядиться спорной квартирой в пользу истца.

Истцом, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, допустимых, достоверных доказательств, опровергающих заключение психиатрической судебной экспертизы и свидетельствующих о наличии у ФИО1 устойчивых психических и интеллектуальных нарушений, не позволявших ему понимать значение своих действий и руководить ими при подписании доверенности ДД.ММ.ГГГГ и заключении оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, не представлено, не содержат этого материалы дела.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству истца свидетель ФИО11 пояснил, что давно знаком с истцом - ФИО2, который спиртные напитки не употреблял и не употребляет, так как все время находится за рулем.

К данным показаниями суд относится критически, поскольку они не отвечают требованиям относимости доказательств. Так, свидетель не осведомлен о том, на каких условиях было достигнуто соглашение между ФИО1 и ФИО3 по отчуждению спорной квартиры.

В ходе рассмотрения дела истцом не представлено доказательств того, что на момент заключения договора дарения квартиры волеизъявление дарителей было искажено под влиянием заблуждения, либо состояние здоровья ФИО1 не позволяло ему понимать значение своих действий и руководить ими. 

Вместе с тем, п.п. 13, 15 договора дарения, предусмотрено, что одаряемый приобретает право собственности на указанную квартиру после государственной регистрации перехода права собственности. 

Наличие заболеваний, на которые ссылался истец в качестве оснований для признания сделки недействительной, с учетом установленных фактических обстоятельств заключения договора дарения квартиры ответчику, не свидетельствует о том, что ФИО1 заблуждался относительно природы данной сделки.

В связи с чем, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО2 исковых требований о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО10, действующей от себя и от имени ФИО1(доверенность №-н/27-2018-3-1078 от ДД.ММ.ГГГГ) и ФИО3 недействительным.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении иска ФИО2 к ФИО3, ФИО1 о признании сделки недействительной - отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Хабаровский краевой суд через Индустриальный районный суд г. Хабаровска в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Судья М.А.Гончарук

Решение в окончательной форме изготовлено 20 июля 2020 года.