Дело № 2-4/2018 

П Р И Г О В О Р

 

именем Российской Федерации 

09 апреля 2018 года г. Архангельск 

Архангельский областной суд в составе 

председательствующего Саладина А.С.

при секретаре Клепиковой М.А. 

с участием государственного обвинителя – прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Архангельской области ФИО13, 

подсудимого ФИО40 и его защитника – адвоката Фролова И.В., 

подсудимого ФИО41 и его защитника – адвоката Рейзовой Н.Е., 

подсудимого ФИО42 и его защитника – адвоката Мик Л.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО40, родившегося 

<

данные изъяты>, ранее судимого:

- 25 июня 2007 года 

<

данные изъяты> по ч.3 ст.162 УК РФ к 7 годам лишения свободы;

- 30 ноября 2011 года 

<

данные изъяты> по ч.5 ст.33, ч.3 ст.30, ч.2 ст.228 УК РФ к 3 годам 2 месяцам лишения свободы, на основании ст.70 УК РФ к 4 годам лишения свободы, освобожденного 27 ноября 2015 года по отбытии срока наказания, содержащегося под стражей с 09 декабря 2016 года, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.4 ст.162, п.п. «ж, з» ч.2 ст.105 УК РФ, 

ФИО41, родившегося 

<

данные изъяты>, ранее судимого:

- 19 декабря 2013 года 

<

данные изъяты> по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ к 2 годам лишения свободы, освобожденного 18 декабря 2015 года по отбытии срока наказания; 

- 12 июля 2016 года 

<

данные изъяты> по ч.1 ст.158 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы, на основании ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года, содержащегося под стражей с 09 декабря 2016 года;

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.4 ст.162, п.п. «ж, з» ч.2 ст.105 УК РФ,

ФИО42, родившегося 

<

данные изъяты>, ранее судимого:

- 25 января 2012 года 

<

данные изъяты> по п. «г» ч.2 ст.158, ч.1 ст.166, ч.4 ст.264 УК РФ, на основании ч.2 ст.69 УК РФ к 5 годам лишения свободы с лишением права управления транспортным средством сроком на 3 года, освобожденного 20 октября 2015 года в соответствии с постановлением 

<

данные изъяты> от 06 октября 2015 года условно-досрочно на неотбытый срок 1 год 1 месяц 20 дней; 

- 14 октября 2016 года 

<

данные изъяты> по ст.264.1 УК РФ к 1 году 4 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься определенной деятельностью в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 3 года, на основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года, содержащегося под стражей с 09 декабря 2016 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.4 ст.162 УК РФ, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО40 и ФИО41 совершили убийство и кражу, а ФИО42 – кражу.

Преступления совершены 29 апреля 2016 года в период с 20 часов до 23 часов 10 минут в 

<

адрес> при следующих обстоятельствах. 

В указанный период времени ФИО40, ФИО41 и ФИО42, находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, договорились сходить в обувную мастерскую, расположенную в подвальном помещении 

<

адрес>, чтобы взять в долг у знакомого ФИО40 – ФИО1, оказывавшего там услуги по ремонту обуви, денежные средства для приобретения спиртных напитков.

Подойдя к данному дому, ФИО40 и ФИО41 прошли в обувную мастерскую, а ФИО42 остался ожидать их на улице.

Находясь в помещении мастерской, ФИО40 и ФИО41 попросили у ФИО1 деньги в долг, на что последний ответил им отказом и оттолкнул от себя ФИО40, отчего тот упал, разбив при падении стеклянную витрину и получив телесные повреждения. 

В это время ФИО1 с целью обороны от возможных противоправных действий ФИО40 подобрал с пола осколок стекла от разбитой витрины и встал над ФИО40.

В ответ на неправомерные действия ФИО1, связанные с толчком ФИО40, последний схватил ФИО1 одной рукой за шею спереди, а другой рукой стал удерживать его руку, в которой находилось стекло. 

В ходе указанного конфликта ФИО40 повалил ФИО1 на пол и сел ему на живот, после чего, действуя умышленно, из личной неприязни, с целью убийства, с силой стал сдавливать шею ФИО1 руками, производя тем самым удушение потерпевшего.

Находившийся рядом ФИО41, являясь очевидцем совершения ФИО40 убийства ФИО1, понимая при этом, что потерпевший взял в руку осколок стекла для защиты от нападения ФИО40, присоединился к действиям последнего и стал оказывать ему помощь в убийстве ФИО1, помогая преодолеть его активное сопротивление. 

Так, ФИО41, действуя умышленно, с целью убийства, схватил руку ФИО1, в которой находился осколок стекла, прижал ее к полу и стал удерживать, лишая тем самым потерпевшего возможности обороняться, в результате чего ФИО1 выронил осколок стекла из руки.

После этого ФИО40, осознавая, что в результате действий ФИО41 потерпевший не имеет возможности сопротивляться, продолжил беспрепятственно душить ФИО1, сдавливая его шею руками до тех пор, пока последний не перестал подавать признаки жизни. 

В результате совместных умышленных действий ФИО40 и ФИО41, которые выразились в удушении ФИО40 потерпевшего ФИО1, а также в преодолении ФИО41 сопротивления ФИО1 и в удержании его руки, последнему была причинена тупая травма шеи с переломами подъязычной кости и хрящей гортани, ссадинами и кровоизлияниями на коже шеи, которая является опасной для жизни, квалифицируется как тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО1 на месте преступления. 

Затем ФИО41 вышел на улицу, где сообщил ФИО42 о совершенном убийстве ФИО1. Вернувшись в мастерскую, у ФИО41 и Пышкина возник умысел на хищение имущества, в связи с чем они стали осматривать помещение обувной мастерской. Потом к их действиям, связанным с хищением чужого имущества, присоединился ФИО40. 

Осмотрев помещение обувной мастерской, ФИО40, ФИО41 и ФИО42 обнаружили и тайно похитили следующее имущество, принадлежащее ФИО1: денежные средства в сумме 18 000 рублей; шесть икон стоимостью 15 000 рублей каждая, общей стоимостью 90 000 рублей; золотые изделия и лом золота массой 65,16 грамма, на общую сумму 59 913 рублей; комплект золотых ювелирных изделий, состоящий из кольца стоимостью 3 340 рублей и двух серег стоимостью 3 340 рублей, общей стоимостью 6 680 рублей; коллекцию, состоящую из 82 монет и предметов, не имеющих особой исторической, научной, художественной и культурной ценности общей стоимостью 2 160 рублей, а именно:

- две монеты СССР достоинством 1 рубль, выпущенных к столетию со дня рождения В.И. Ленина в 1970 году стоимостью 50 рублей каждая, общей стоимостью 100 рублей;

- одна монета СССР достоинством 1 рубль, выпущенная в 1970 году к 50-летию Советской власти, стоимостью 50 рублей;

- одна монета Румынии достоинством 100 лей, выпущенная в 1993 году, стоимостью 30 рублей;

- одна монета Великобритании достоинством 5 пенсов, выпущенная в 1968 году, стоимостью 20 рублей;

- одна монета Германии достоинством 10 пфеннигов, выпущенная в 1948 году, стоимостью 40 рублей;

- одна монета Тайланда достоинством 10 бат, выпущенная в 1996 году, стоимостью 50 рублей;

- одна монета Польши достоинством 1 злотый, выпущенная в 1980 году, стоимостью 15 рублей;

- одна монета Украины достоинством 50 копеек, выпущенная в 1992 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Марокко достоинством 20 франков, выпущенная в 1952 году, стоимостью 60 рублей;

- одна монета Украины достоинством 5 копеек, выпущенная в 1992 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Греции достоинством 5 драхм, выпущенная в 1984 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Финляндии достоинством 5 марок, выпущенная в 1988 году, стоимостью 70 рублей;

- одна монета Узбекистана достоинством 10 сум, выпущенная в 1997 году, стоимостью 20 рублей;

- одна монета Польши достоинством 1 злотый, выпущенная в 1991 году, стоимостью 20 рублей;

- одна монета Германии достоинством 1 марка, выпущенная в 1981 году, стоимостью 40 рублей;

- одна монета Литвы достоинством 2 цента, выпущенная в 1991 году, стоимостью 5 рублей;

- одна монета Болгарии достоинством 50 стотинок, выпущенная в 1962 году, стоимостью 35 рублей;

- одна монета Германии достоинством 2 марки, выпущенная в 1990 году к юбилею Федеративной Республики, стоимостью 90 рублей;

- одна монета Австрии достоинством 50 грошей, выпущенная в 1955 году, стоимостью 30 рублей;

- одна монета Италии достоинством 200 лир, выпущенная в 1996 году к 100-летию Академии Таможенной службы, стоимостью 50 рублей;

- одна монета Финляндии достоинством 1 марка, выпущенная в 1994 году, стоимостью 15 рублей;

- одна монета Казахстана достоинством 5 тенге, выпущенная в 2002 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Польши достоинством 1 грош, выпущенная в 1998 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Германии достоинством 1 пфенниг, выпущенная в 1980 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Мальты достоинством 1 цент, выпущенная в 1995 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Эстонии достоинством 50 сенти, выпущенная в 2006 году, стоимостью 30 рублей;

- одна монета Украины достоинством 10 копеек, выпущенная в 2008 году, стоимостью 5 рублей;

- одна монета Украины достоинством 2 копейки, выпущенная в 1993 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Украины достоинством 10 копеек, выпущенная в 1992 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Казахстана достоинством 1 тенге, выпущенная в 2000 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Польши достоинством 1 грош, выпущенная в 1995 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Германии достоинством 5 пфеннигов, выпущенная в 1981 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Тайланда достоинством 1 бат, выпущенная в 1990 году, стоимостью 15 рублей;

- одна монета Австрии достоинством 1 шиллинг, выпущенная в 1988 году, стоимостью 15 рублей;

- одна монета Украины достоинством 1 копейка, выпущенная в 2007 году, стоимостью 5 рублей;

- одна монета Германии достоинством 5 пфеннигов, выпущенная в 1979 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Польши достоинством 50 грошей, выпущенная в 2012 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Швейцарии достоинством 1 франк, выпущенная в 1989 году, стоимостью 95 рублей;

- одна монета Франции достоинством 1 евроцент, выпущенная в 2006 году, стоимостью 5 рублей;

- одна монета Кипра достоинством 1 цент, выпущенная в 1998 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета США достоинством 1 цент, выпущенная в 1990 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета СССР достоинством 20 копеек, выпущенная в 1953 году, стоимостью 40 рублей;

- одна монета Германии достоинством 1 пфенниг, выпущенная в 1984 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Молдавии достоинством 25 бань, выпущенная в 1995 году, стоимостью 20 рублей;

- одна монета Польши достоинством 50 грошей, выпущенная в 1991 году, стоимостью 15 рублей;

- две монеты СССР достоинством 10 рублей, выпущенные в 1991 году, стоимостью 35 рублей каждая, общей стоимостью 70 рублей;

- три монеты СССР достоинством 50 копеек, выпущенные в 1967 году к 50-летию Советской власти, стоимостью 35 рублей каждая, общей стоимостью 105 рублей;

- две монеты СССР достоинством 10 копеек, выпущенные в 1991 году, стоимостью 10 рублей каждая, общей стоимостью 20 рублей;

- одна монета СССР достоинством 2 копейки, выпущенная в 1987 году, стоимостью 5 рублей;

- одна монета РФ достоинством 1 рубль, выпущенная в 1999 году, стоимостью 350 рублей;

- одна монета СССР достоинством 20 копеек, выпущенная в 1967 году к 50-летию Советской власти, стоимостью 65 рублей;

- одна монета СССР достоинством 3 копейки, выпущенная в 1978 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета СССР достоинством 2 копейки, выпущенная в 1984 году, стоимостью 5 рублей;

- одна монета Украины достоинством 50 копеек, выпущенная в 1994 году, стоимостью 5 рублей;

- одна монета СССР достоинством 2 копейки, выпущенная в 1961 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета СССР достоинством 5 копеек, выпущенная в 1930 году, стоимостью 50 рублей;

- две монеты РФ достоинством 1 рубль, выпущенные в 1992 году, стоимостью 10 рублей каждая, общей стоимостью 20 рублей;

- одна монета СССР достоинством 1 рубль, выпущенная в 1991 году, стоимостью 20 рублей;

- одна монета РФ достоинством 5 рублей, выпущенная в 1992 году, стоимостью 15 рублей;

- одна монета СССР достоинством 5 копеек, выпущенная в 1986 году, стоимостью 10 рублей;

- две монеты РФ достоинством 10 рублей, выпущенные в 1993 году, стоимостью 15 рублей каждая, общей стоимостью 30 рублей;

- одна монета РФ достоинством 10 рублей, выпущенная в 1992 году, стоимостью 15 рублей;

- одна монета РФ достоинством 20 рублей, выпущенная в 1992 году, стоимостью 20 рублей;

- одна монета РФ достоинством 50 рублей, выпущенная в 1993 году, стоимостью 60 рублей;

- жетон для прохода в метрополитен г. Санкт-Петербурга стоимостью 45 рублей;

- одна монета СССР достоинством 10 копеек, выпущенная в 1961 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета СССР достоинством 20 копеек, выпущенная в 1985 году, стоимостью 5 рублей;

- одна монета Болгарии достоинством 5 стотинок, выпущенная в 1974 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета Украины достоинством 25 копеек, выпущенная в 2009 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета СССР достоинством 5 копеек, выпущенная в 1989 году, стоимостью 10 рублей;

- две монеты СССР достоинством 5 копеек, выпущенные в 1987 году, стоимостью 5 рублей каждая, общей стоимостью 10 рублей;

- одна монета Греции достоинством 5 евроцентов, выпущенная в 2002 году, стоимостью 10 рублей;

- одна монета СССР достоинством 20 копеек, выпущенная в 1989 году, стоимостью 5 рублей;

- одна монета СССР достоинством 1 копейка, выпущенная в 1981 году, стоимостью 5 рублей.

С похищенным имуществом ФИО40, ФИО41 и ФИО42 с места преступления скрылись, причинив своими совместными действиями потерпевшему материальный ущерб на общую сумму 176 753 рубля. 

В судебном заседании подсудимый ФИО40 вину в совершении инкриминируемых преступлений признал частично, при этом показал, что 29 апреля 2016 года, в вечернее время, он вместе со своими знакомыми, среди которых находились ФИО41 и ФИО42, употреблял спиртные напитки в квартире ФИО2. Когда спиртное закончилось, он предложил ФИО41 и ФИО42 сходить в обувную мастерскую к знакомому ФИО1, чтобы взять у того деньги в долг для приобретения спиртного. ФИО41 и ФИО42 согласились с его предложением. Вместе с ними к ФИО1 также пошла его 

<

данные изъяты> – ФИО3 

Подойдя к обувной мастерской, ФИО42 и ФИО3 остались на улице, а он вместе с ФИО41 зашел в помещение. ФИО1 находился в мастерской один и сразу же подошел к ним. В ответ на его просьбу дать денег в долг ФИО1 стал ругаться нецензурной бранью и толкнул его рукой в грудь. От толчка он упал на стеклянную витрину и разбил ее, при этом порезал лицо осколком витрины.

Когда он поднялся, то увидел, что в руке ФИО1 находится заостренный осколок стекла. Замахиваясь стеклом, ФИО1 стал двигаться в его сторону, высказывая при этом угрозы словами «порежу». Он оттолкнул ФИО1, поскольку испугался, что тот может ударить его осколком стекла. После этого ФИО1 упал на спину на пол. Он сел на ФИО1 сверху, и, удерживая правой рукой руку ФИО1, в которой находился осколок стекла, стал левой рукой сдавливать горло потерпевшего.

Через некоторое время ФИО1 начал слабеть, и он продолжил его удушение двумя руками, при этом стекла в руке потерпевшего он уже не видел. Когда ФИО1 обмяк и перестал сопротивляться, он встал с него и пошел в санузел, чтобы умыться. 

Находясь там, он услышал голос ФИО41, который уже находился в рабочем помещении мастерской, при этом в руках держал полиэтиленовый пакетик с золотыми изделиями. Затем в указанном помещении ФИО41 взял три полиэтиленовых пакета черного цвета, один из которых передал ему. Что находилось в указанных пакетах, он не знал. 

В помещении мастерской, где лежал труп ФИО1, он увидел ФИО42, который стал ругаться в его адрес нецензурной бранью из-за убийства потерпевшего. Он передал ФИО42 пакет, который ранее дал ему ФИО41, а сам взял навесной замок, чтобы закрыть мастерскую. Он, ФИО41 и Пышкин вышли из мастерской, при этом он закрыл на замок входную дверь.

На улице около мастерской находилась ФИО3, которую он отправил к ФИО2, а сам вместе с ФИО41 и ФИО42 на такси поехал к себе домой. Уже в квартире узнал, что в пакетах, которые они забрали из мастерской ФИО1, находятся иконы. Помимо этого, в одном из пакетов находились различные монеты в полиэтиленовой обложке.

Через некоторое время он, ФИО41 и ФИО42 пришли в квартиру к ФИО2, а затем вновь вернулись в его квартиру. После этого они уехали в 

<

адрес>, где сняли для проживания квартиру.

01 мая 2016 года он сдал в один из ломбардов 

<

адрес> по своему паспорту золотые изделия (серьги, цепочки, кольца), которые ранее ФИО41 забрал из обувной мастерской ФИО1. За указанные золотые изделия он выручил около 60 000 рублей. На следующий день через объявление в газете он, ФИО41 и ФИО42 нашли скупщика антиквариата, который за 90 000 рублей приобрел у них иконы, похищенные у ФИО1. 

Через несколько дней он, ФИО41 и Пышкин вернулись в 

<

адрес>. После возвращения его 

<

данные изъяты> – ФИО3 рассказала ему, что перед отъездом в 

<

адрес> ФИО42 подарил ей золотые серьги и кольцо. Коллекцию монет из мастерской ФИО1 он в последующем перенес в квартиру к своей матери. Утверждает, что убийство ФИО1 совершил в условиях необходимой обороны, защищаясь от нападения последнего, а его действия по завладению имуществом, находящимся в обувной мастерской, носили тайный характер. 

В судебном заседании подсудимый ФИО41, сообщив о своей причастности к совершению тайного хищения имущества из обувной мастерской ФИО1, вину в совершении убийства последнего не признал. Аналогичным образом, что и ФИО40, изложив обстоятельства употребления спиртных напитков в квартире ФИО2, ФИО41 показал, что 29 апреля 2016 года они вместе с ФИО40, ФИО42 и ФИО3 пришли к обувной мастерской ФИО1, чтобы взять у последнего в долг денежные средства для приобретения спиртного.

При этом он вместе с ФИО40 зашел в обувную мастерскую, а ФИО42 с ФИО3 остались ожидать их на улице. В помещении мастерской ФИО40 попросил у ФИО1 в долг денежные средства. В ответ на эту просьбу ФИО1 начал ругаться в адрес ФИО40 нецензурной бранью. После этого он развернулся и вышел в коридор из помещения, где находились ФИО40 и ФИО1. Находясь в коридоре и поднимаясь по лестнице к выходу, он услышал в обувной мастерской звук бьющегося стекла, после чего решил туда вернуться. 

Там он увидел, что ФИО1 лежит на спине на полу, и на нем сидит ФИО40. В левой руке ФИО1 находился осколок стекла. ФИО40 своей рукой удерживал руку ФИО1, в которой находилось стекло. Он испугался, что ФИО1 может ударить осколком стекла ФИО40, поэтому подошел к ФИО1, нажал тому рукой на запястье, забрал из руки осколок стекла и откинул в сторону. 

После этого он сразу же вышел на улицу, где сообщил ФИО42 о том, что ФИО40 подрался со ФИО1. Затем вместе с Пышкиным вернулся обратно в помещение мастерской и увидел, что ФИО1 лежит на полу в бессознательном состоянии. ФИО40 рядом с потерпевшим уже не было. Он прошел в мастерскую и в одном из помещений на сейфе обнаружил полиэтиленовый пакетик с золотом, а также денежные средства в купюрах достоинством 1 000 рублей и 5 000 рублей, которые забрал с собой. 

В это время из санузла мастерской вышел ФИО40. В рабочем помещении мастерской он обнаружил три полиэтиленовых пакета, в которых находились какие-то предметы. Он забрал указанные пакеты, при этом один из пакетов передал ФИО40. Когда они подошли к выходу из мастерской, он выложил деньги, которые ранее взял с сейфа, на стол, и эти деньги в последующем забрал ФИО42.

После этого он с двумя пакетами, а также с пакетиком с золотыми изделиями вышел из мастерской. Следом за ним вышел ФИО42. В руках у ФИО42 был пакет, который ему передал ФИО40. Последним из обувной мастерской вышел ФИО40.

Затем ФИО40 отправил свою 

<

данные изъяты> в квартиру к ФИО2, а они вместе с ФИО42 и ФИО40 на такси поехали в квартиру к последнему. Там они обнаружили, что в пакетах, которые были взяты из обувной мастерской ФИО1, находятся иконы. Из пакета с золотыми изделиями он передал ФИО42 золотые серьги и кольцо, которые тот хотел подарить 

<

данные изъяты> ФИО40.

Потом он, ФИО40 и Пышкин вновь вернулись в квартиру к ФИО2, где ФИО42 подарил ФИО3 комплект золотых украшений. Через некоторое время он, ФИО40 и ФИО42 на такси уехали в 

<

адрес>, где он в течение нескольких дней употреблял спиртные напитки. В связи с этим он не помнит всех событий, которые происходили в указанном городе. Позже они вернулись в 

<

адрес>. 

Просит оправдать его в совершении убийства ФИО1, поскольку умысла на убийство последнего у него не было. 

Подсудимый ФИО42 вину в совершении тайного хищения имущества из обувной мастерской ФИО1 признал полностью, при этом показал, что 29 апреля 2016 года, в вечернее время, он вместе с ФИО41, ФИО40 и 

<

данные изъяты> последнего, а также с иными лицами распивал спиртные напитки в квартире у ФИО2. Когда спиртное закончилось, ФИО40 предложил сходить к своему знакомому ФИО1, работающему в обувной мастерской, чтобы взять у того деньги в долг. Он согласился, после чего вместе с ФИО41, ФИО40 и 

<

данные изъяты> последнего – ФИО3 пошел в мастерскую к ФИО1. 

Подойдя к обувной мастерской, он с ФИО3 остался на улице, а ФИО40 с ФИО41 зашли в помещение. Через 15-20 минут из мастерской вышел ФИО41, который был бледным и сильно встревоженным. ФИО41 пояснил ему, что в помещении мастерской между ФИО1 и ФИО40 произошла ссора и драка, в ходе которой ФИО40 «вырубил» ФИО1.

После этого он вместе с ФИО41 зашел в помещение обувной мастерской. У входа на полу он увидел ФИО1, который не подавал признаков жизни. ФИО41 прошел в другие помещения мастерской, чтобы найти ФИО40. Он слышал, что ФИО41 разговаривал с ФИО40. Затем ФИО41 вернулся к нему и положил на окно приема-выдачи обуви денежные средства в сумме 18 000 рублей, которые он пересчитал и положил к себе в карман. 

Сразу же после этого к нему вышел ФИО40, у которого в руках находился полиэтиленовый пакет. По шее у ФИО40 текла кровь из раны на щеке, в связи с чем он забрал у него пакет. Потом к ним подошел ФИО41, у которого в руках находилось еще два полиэтиленовых пакета. Затем они покинули помещение обувной мастерской.

ФИО40 отправил свою 

<

данные изъяты> в квартиру к ФИО2, а он, ФИО41 и ФИО40 на такси поехали в квартиру к последнему. Там ФИО41 показал ему пакет с ювелирными изделиями из мастерской ФИО1, из которого он взял две золотых серьги и золотое кольцо, чтобы подарить их ФИО3 Также он осмотрел большие пакеты из мастерской ФИО1 и обнаружил в них иконы.

После этого они втроем вернулись в квартиру к ФИО2. Там он подарил ФИО3 золотые кольцо и серьги, взятые им у ФИО41, после чего на такси он с ФИО40 и ФИО41 уехал в 

<

адрес>. Оплату проезда он произвел деньгами, которые забрал из мастерской ФИО1. 

Находясь в 

<

адрес>, ФИО40 сдал в ломбард золотые изделия, которые ФИО41 забрал из обувной мастерской ФИО1. Кроме того, они продали скупщику антиквариата иконы, которые принадлежали ФИО1. Через несколько дней они также на такси вернулись в 

<

адрес>.

Виновность подсудимых в совершении преступлений подтверждается совокупностью следующих представленных стороной обвинения доказательств, исследованных и проверенных судом.

Из показаний ФИО2 следует, что 29 апреля 2016 года в его квартире употребляли спиртные напитки ФИО40 с 

<

данные изъяты>, ФИО41 с подругой – ФИО4., ФИО42, ФИО5, а также ФИО6. В вечернее время ФИО40 с 

<

данные изъяты>, ФИО41 и ФИО42 ушли из его квартиры и вернулись спустя 1,5-2 часа.

После возвращения подсудимые стали обсуждать необходимость продажи каких-то предметов. Через некоторое время указанные лица вновь покинули его квартиру и больше не возвращались (т.5 л.д.86-88, 89-92).

Свидетели ФИО5 и ФИО6, сообщив о совместном употреблении спиртных напитков с ФИО40, ФИО41 и ФИО42 29 апреля 2016 года в квартире ФИО2, подтвердили факт того, что указанные лица вместе с ФИО3 на некоторое время уходили из данной квартиры, а когда вернулись, то обсуждали между собой необходимость продажи каких-то предметов (т.5 л.д.119-123, 172-176). 

Свидетель ФИО3. в ходе предварительного расследования и в судебном заседании показала, что 29 апреля 2016 года, в вечернее время, она вместе со своим 

<

данные изъяты> – ФИО40, а также ФИО42, ФИО41, ФИО5, ФИО4 и ФИО2 распивали спиртные напитки в квартире последнего. Когда спиртное закончилось, ФИО40 предложил ФИО41 и ФИО42 сходить к своему знакомому ФИО1, который работал в обувной мастерской, чтобы взять у того деньги в долг. ФИО41 и ФИО42 согласились, при этом она также решила прогуляться вместе с ними. 

Около 21 часа они подошли к обувной мастерской ФИО1. Она с ФИО42 осталась на улице, а ФИО40 и ФИО41 зашли в помещение мастерской. Через 10-15 минут к ним вышел ФИО41, который был сильно взволнованным. ФИО41 отозвал в сторону ФИО42 и о чем-то стал с ним разговаривать. Потом ФИО42 подошел к ней и сообщил, что в обувной мастерской произошел «криминал». 

После этого Пышкин вместе с ФИО41 зашли в обувную мастерскую, а вышли оттуда через 10-15 минут вместе с ФИО40. В руках у каждого из них были большие полиэтиленовые пакеты, в которых находились какие-то предметы прямоугольной формы. У ФИО40 на шее имелись следы крови, его одежда также была испачкана кровью.

ФИО40, ФИО41 и ФИО42 на такси поехали к ним домой, а она вернулась в квартиру к ФИО2. Через некоторое время к ФИО2 пришли ФИО40, ФИО42 и ФИО41. ФИО42 подарил ей золотое кольцо и две золотых серьги. Около 24 часов ФИО40, ФИО41 и ФИО42 покинули квартиру ФИО2. Позже ФИО40 по телефону сообщил ей, что вместе с ФИО41 и ФИО42 уехал в 

<

адрес>. 

В эту ночь она осталась в квартире ФИО2, при этом потеряла одну серьгу, подаренную ей ранее ФИО42. В мае 2016 года она пыталась сдать оставшуюся серьгу в ломбард «

<

данные изъяты>». Вес указанной серьги составил 1,153 грамма, при этом сотрудник ломбарда предложила выдать за данную серьгу деньги в сумме 1 670 рублей, однако она отказалась. В этот день она сдала в ломбард только золотое кольцо, которое ей ранее подарил ФИО42. За указанное кольцо ей выдали 3 340 рублей, которые она потратила на собственные нужды. Оставшуюся золотую серьгу она впоследствии потеряла.

После возвращения из 

<

адрес> ФИО40 ей рассказывал, что 29 апреля 2016 года в обувной мастерской в ходе конфликта он задушил ФИО1. Также ФИО40 сообщил ей, что вместе с ФИО41 и ФИО42 похитил из обувной мастерской шесть икон, денежные средства в сумме 18 000 рублей, пакетик с золотыми изделиями и коллекцию монет. В дальнейшем, находясь в 

<

адрес>, они продали иконы за 90 000 рублей, а золотые изделия сдали в ломбард, получив за них деньги в сумме около 60 000 рублей (т.5 л.д.67-76).

Аналогичные показания ФИО3 дала в ходе очной ставки с ФИО42 (т.5 л.д.18-23).

Свидетель ФИО4, подтвердив факт употребления спиртных напитков 29 апреля 2016 года в квартире ФИО2 вместе с подсудимыми и перечисленными выше лицами, показала, что в этот день, около 21 часа, ФИО40, ФИО41 и ФИО42 ушли из указанной квартиры, чтобы взять у кого-то деньги в долг для приобретения спиртного. Вместе с ними из квартиры ушла и ФИО3.

Около 23-24 часов ФИО3 вернулась, а через некоторое время в квартиру к ФИО2 пришли ФИО40, ФИО41 и ФИО42. При этом ФИО40 находился в подавленном состоянии. На кухне квартиры ФИО41 рассказал ей, что он (ФИО41) с ФИО40 и ФИО42 ходили в обувную мастерскую, чтобы взять в долг денежные средства. В обувной мастерской между ее владельцем и ФИО40 произошел конфликт, в ходе которого ФИО40 стал душить владельца мастерской. ФИО41 увидел, что хозяин мастерской взял в руку осколок стекла, в связи с чем решил оказать помощь ФИО40. ФИО41 подошел к этому мужчине и своими руками стал удерживать того за руку, в которой находилось стекло, до тех пор пока хозяин мастерской не выронил стекло. В итоге ФИО40 задушил этого человека. После этого ФИО41 вместе с ФИО40 и ФИО42 похитили из обувной мастерской иконы, золотые изделия и денежные средства.

Употребив немного спиртного, ФИО40, ФИО41 и Пышкин вновь покинули квартиру ФИО2. Позже от ФИО41 она узнала, что тот вместе с ФИО40 и ФИО42 в ночь на 30 апреля 2016 года на такси уехал в 

<

адрес>, где они продали имущество, похищенное из обувной мастерской. Находясь в квартире ФИО2, она видела, что ФИО42 подарил ФИО3 комплект золотых украшений в виде кольца и пары серег (т.5 л.д.94-97, 98-103).

Свидетель ФИО7, работающая 

<

данные изъяты> в ювелирном магазине «

<

данные изъяты>», показала, что указанный магазин помимо прочего предоставляет населению услуги ломбарда. Согласно электронной базе данных клиентов ФИО3 трижды сдавала в ломбард ювелирные украшения, при этом 13 мая 2016 года ФИО3 сдала в залог золотое кольцо с камнем массой 2,305 грамма (чистый вес золота) или 2,575 грамма (общий вес кольца с камнем), за которое ей были выплачены денежные средства в сумме 3 340 рублей (т.5 л.д.140-144, 145-149). 

Сотрудники магазина «

<

данные изъяты>» ФИО8 и ФИО9 дали показания, аналогичные показаниям свидетеля ФИО7, при этом ФИО8 уточнила, что она лично 13 мая 2016 года приняла у ФИО3 золотое кольцо с зеленым камнем, выплатив за него деньги в сумме 3 340 рублей (т.5 л.д.154-157, 158-161, 178-182). 

Согласно выписке из компьютерной базы данных клиентов ломбарда ювелирного салона «

<

данные изъяты>» ФИО3 13 мая 2016 года сдала в ломбард золотое кольцо с камнем массой 2,305 грамма, которое было оценено в сумму 3 340 рублей (т.5 л.д.182). 

Из показаний свидетеля ФИО10, работающего 

<

данные изъяты>, следует, что 30 апреля 2016 года, около 00 часов 40 минут, ему поступил заказ с адреса: 

<

адрес>. Там к нему подошел ранее незнакомый ФИО42 и попросил отвезти его и двух друзей за 12 000 рублей до 

<

адрес>. Он согласился, после чего ФИО42 зашел в подъезд указанного дома. 

Через несколько минут из подъезда вышли ФИО42 и двое незнакомых мужчин – ФИО40 и ФИО41, у которых при себе имелись три объемных пакета прямоугольной формы, а также дорожная сумка. Пакеты и сумку он положил в багажник автомобиля, после чего они поехали в 

<

адрес>. Он обратил внимание, что все мужчины находились в состоянии алкогольного опьянения.

30 апреля 2016 года, около 8 часов, он приехал в 

<

адрес>, где ФИО42 расплатился с ним за поездку, передав деньги в сумме 12 000 рублей, после чего он вернулся в 

<

адрес> (т.5 л.д.82-85). 

Свидетель ФИО11 показал, что с января по май 2016 года он сдавал свою квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, ФИО40 (т.5 л.д.128-130).

Согласно копиям трех квитанций от 01 мая 2016 года ФИО40 сдал в ломбард, расположенный по адресу: 

<

адрес>, золотые изделия 585 пробы массой 65,16 грамма (41,91+9,52+13,73) на общую сумму 59 913 рублей (43 243 руб. + 7 367 руб. + 9 303 руб.). Золотые изделия у ФИО40 приняла менеджер ФИО12 (т.6 л.д.40-43). 

Свидетель ФИО12. показала, что она работает 

<

данные изъяты> в ломбарде, расположенном по адресу: 

<

адрес>. 01 мая 2016 года в указанном ломбарде она приняла у мужчины, предъявившего паспорт на имя ФИО40, золотые изделия общей массой 65,16 грамма, выплатив за них деньги в сумме 59 913 рублей (т.6 л.д.65-68). 

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 30 апреля 2016 года в обувной мастерской, расположенной в подвальном помещении 

<

адрес>, обнаружен лежащим на спине труп ФИО1, на котором одеты джинсы темно-синего цвета. На правой руке трупа находилась снятая с тела футболка желтого цвета. На шее трупа имелись ссадины и следы крови, также следы крови обнаружены на кистях рук. 

У входной двери в обувную мастерскую обнаружен навесной замок, который был открыт сотрудниками ОГПС, прибывшими на вызов по сообщению о задымлении в указанной мастерской.

В помещении рядом с трупом находились витрины со стеклянными полками, которые крепятся на пластиковые уголки. При этом три витрины были разбиты, осколки стекол различных размеров разбросаны на полу рядом с трупом. Также в этом помещении за дверью деревянной конструкции на полу обнаружена шапка с надписью «

<

данные изъяты>».

В центре рабочего помещения обувной мастерской располагался стол, на котором имелись следы возгорания. На столе лежал промышленный фен, корпус которого имел следы воздействия высоких температур.

В комнате отдыха обувной мастерской находился металлический сейф, который на момент осмотра был открыт, в нем обнаружены: два альбома с монетами, коробки-стенды с металлическими иконами и крестами, а также иное имущество. По периметру указанной комнаты установлены стеллажи с предметами антиквариата (т.1 л.д.71-74, 75-81, 82-96). 

В соответствии с заключением эксперта № 63 от 20 января 2017 года на одном из осколков стекла витрины, изъятом в ходе осмотра обувной мастерской ФИО1, обнаружен след пальца руки ФИО41 (т.7 л.д.42-44).

Заключением эксперта № 225 от 03 мая 2017 года установлено, что на джинсовых брюках, трикотажной футболке с трупа ФИО1, а также на фрагменте стекла, изъятом в ходе осмотра обувной мастерской, обнаружена кровь, которая произошла от ФИО40 

Кроме того, на трикотажной футболке с трупа ФИО1 и на замке, изъятом из обувной мастерской, обнаружены клетки эпителия, которые произошли от ФИО40 (т.7 л.д.51-61). 

В ходе предъявления предмета для опознания подсудимый ФИО41 опознал шапку с надписью «

<

данные изъяты>», ранее изъятую в ходе осмотра обувной мастерской, как свою шапку, которую 29 апреля 2016 года он передал ФИО40, когда они вместе пошли в мастерскую к ФИО1 (т.4 л.д.27-34). 

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта от 03 августа 2016 года причиной смерти ФИО1 явилась тупая травма шеи с переломами подъязычной кости и хрящей гортани, ссадинами и внутрикожными кровоизлияниями на коже шеи. Указанная травма шеи образовалась в результате не менее чем от двух воздействий тупого предмета непосредственно перед наступлением смерти, по своему характеру является опасной для жизни, квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью человека и состоит в непосредственной причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1 

Кроме того, на теле погибшего обнаружены телесные повреждения характера: ссадины лобной области справа, ссадины в области грудинного конца левой ключицы, ссадины в правой лопаточной области, ссадины на задней поверхности правого локтевого сустава, кольцевидной ссадины в области угла правой лопатки, образовавшиеся в результате не менее чем пяти травматических воздействий тупых предметов в короткий промежуток времени перед наступлением смерти, не превышающий нескольких десятков минут, которые расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

В ходе наружного исследования трупа установлено, что длина тела ФИО1 составляла 160 см. 

При судебно-химическом исследовании крови и мочи трупа ФИО1 этиловый спирт не обнаружен (т.6 л.д.207-225). 

Из показаний судебно-медицинского эксперта ФИО14, проводившего аутопсию трупа ФИО1, следует, что тупая травма шеи у потерпевшего могла образоваться при обстоятельствах, изложенных ФИО40 в ходе допросов на стадии предварительного расследования, то есть в результате удушения (т.6 л.д.228-231).

В соответствии с заключением эксперта № 256-16-УД от 25 октября 2016 года очаг пожара, произошедшего в ночь на 30 апреля 2016 года в обувной мастерской ФИО1, находился на поверхности рабочего стола в непосредственной близости от месторасположения промышленного фена. 

Наиболее вероятной непосредственной технической причиной возникновения пожара послужило загорание горючих материалов в результате воздействия на них нагретых элементов промышленного фена (т.6 л.д.236-240). 

Согласно протоколу выемки от 15 августа 2017 года у ФИО15 изъята коллекция, состоящая из 82 монет разных стран мира и 1 жетона Петербургского метрополитена (т.5 л.д.113-115).

Свидетель ФИО15 в судебном заседании показала, что в ноябре 2016 года ее 

<

данные изъяты> – ФИО40 с супругой проживали у нее в квартире. При этом ФИО40 перевез в квартиру свои личные вещи, среди которых была коллекция монет в количестве 82 штук. 

В соответствии с заключением специалиста от 26 сентября 2017 года стоимость коллекции из 82 монет (34 монеты советских времен, 47 монет разных стран мира, 1 жетон Петербургского метрополитена), изъятой у ФИО15, составляет 2 160 рублей.

Указанная коллекция монет какой-либо особой исторической, научной, художественной или культурной ценности не представляет, является массовым нумизматическим материалом (т.7 л.д.104-110). 

Свидетель ФИО16 работающая 

<

данные изъяты> «

<

данные изъяты>», подтвердила в своих показаниях, что коллекция монет, изъятая у ФИО15, не представляет особой исторической, научной, художественной или культурной ценности, поскольку монеты не являются редкими, особо редкими или особо ценными предметами (т.5 л.д.186-188).

Из показаний законного представителя несовершеннолетней потерпевшей ФИО17 – ФИО18 следует, что погибший являлся ее бывшим мужем. На момент гибели ФИО1 брак между ними был расторгнут. ФИО17 приходится ФИО1 родной дочерью. Несмотря на расторжение брака, ФИО1 продолжал проживать вместе с ней и ребенком. 

ФИО1 являлся индивидуальным предпринимателем и занимался оказанием услуг населению по ремонту обуви в обувной мастерской по адресу: 

<

адрес>. Кроме этого, ФИО1 занимался скупкой антиквариата (старинных вещей, монет, икон), а также золота. Указанные предметы он хранил у себя в мастерской.

29 апреля 2016 года, около 17 часов 30 минут, она общалась по телефону со ФИО1. Он находился в обувной мастерской, был трезв и собирался идти домой. 30 апреля 2016 года, около 00 часов 30 минут, к ней в квартиру пришли сотрудники полиции и сообщили, что в обувной мастерской обнаружен труп и пригласили ее для опознания. Она опознала труп ФИО1, после чего вернулась домой. При этом она видела, что в мастерской произошло возгорание из-за работающего промышленного фена.

01 мая 2016 года она вместе с сестрой ФИО1 – ФИО19 ходили в помещение обувной мастерской и дополнительно его осматривали. Она увидела, что расположенная у входа в мастерскую стеклянная витрина была разбита, на полу лежали осколки стекол. В сейфе отсутствовали наличные денежные средства и пакет с золотыми изделиями.

Позднее от сотрудников полиции и следователя ей стало известно, что из обувной мастерской ФИО1 были похищены шесть икон, деньги в сумме 18 000 рублей, пакетик с ломом золота, а также коллекция монет.

Ей известно, что шесть похищенных икон были проданы за 90 000 рублей, похищенное золото было оценено на сумму 66 593 рубля, а похищенная коллекция монет – на сумму 2 160 рублей. В результате хищения имущества и денежных средств ФИО1 причинен материальный ущерб на общую сумму 176 753 рубля (т.1 л.д.163-166, 188-192, 194-196, 198-200, 201-204). 

Потерпевшая ФИО19 дала аналогичные показания об обстановке в обувной мастерской после обнаружения трупа ее брата – ФИО1, а также о стоимости похищенного из мастерской имущества (т.1 л.д.142-144, 151-154, 156-158, 159-162). 

Оперативный дежурный МКУ «

<

данные изъяты>» ФИО20 показал, что 29 апреля 2016 года в 23 часа 17 минут в службу спасения поступило сообщение от диспетчера пожарной части о задымлении в обувной мастерской, расположенной в 

<

адрес>. При тушении возгорания в указанной мастерской был обнаружен труп мужчины. Данное сообщение он передал в дежурную часть отдела полиции и в отделение «скорой помощи» (т.5 л.д.183-185). 

Свидетель ФИО21, работающая заведующей отделением скорой медицинской помощи в ГБУЗ АО «

<

данные изъяты>», показала, что 29 апреля 2016 года в 23 часа 35 минут в отделение «скорой помощи» поступило сообщение о возгорании и обнаружении трупа мужчины в обувной мастерской, расположенной в 

<

адрес>. По прибытию в указанную мастерскую на полу на спине был обнаружен труп ФИО1 (т.1 л.д.229-231).

Аналогичные сведения содержатся в карте вызова скорой медицинской помощи от 29 апреля 2016 года (т.6 л.д.145).

Из показаний свидетеля ФИО22 следует, что ФИО1 был его приятелем. ФИО1 являлся индивидуальным предпринимателем и оказывал населению услуги по ремонту обуви в своей обувной мастерской, расположенной в 

<

адрес>.

Ему также известно, что ФИО1 занимался коллекционированием монет, а также скупал у населения старинные иконы, иные предметы старины и золото. Все эти вещи ФИО1 хранил у себя в мастерской.

В ходе допроса свидетелю ФИО22 была предъявлена коллекция монет, изъятая у ФИО15 Осмотрев указанную коллекцию монет, он пояснил, что ранее видел ее в обувной мастерской ФИО1 (т.5 л.д.131-133, 134-138).

Свидетели ФИО23 и ФИО24 показали, что их знакомый ФИО1 занимался коллекционированием предметов старины, которые хранил в своей обувной мастерской (т.5 л.д.150-153, 162-165).

Свидетель ФИО25 показал, что он поддерживал приятельские отношения со своим однофамильцем ФИО1 Он регулярно заходил в обувную мастерскую к ФИО1 и там неоднократно встречал в период с декабря 2015 года по апрель 2016 года ФИО40, которому ФИО1 разрешал проходить в подсобные помещения мастерской, где хранились предметы антиквариата, иконы и другое имущество (т.5 л.д.200-203). 

Аналогичные ему показания дал и свидетель ФИО26 (т.2 л.д.69-71, 72-75).

Из показаний свидетеля ФИО27 следует, что с марта 2016 года он подрабатывал в обувной мастерской у ФИО1, ремонтируя обувь. ФИО1 также занимался скупкой у населения икон и старинных вещей, которые хранились в обувной мастерской.

29 апреля 2016 года, около 08 часов, он заходил к ФИО1 в мастерскую. Пообщавшись со ФИО1 около 20 минут, он ушел в гости к своей знакомой ФИО28 (т.2 л.д.23-26, 59-61). 

Свидетель ФИО28 показала, что 29 апреля 2016 года, в дневное время, к ней в гости пришел ФИО27, с которым она до вечера употребляла спиртные напитки в своей квартире.

При первоначальном допросе 03 ноября 2016 года ФИО28 указала, что со слов ФИО27 ей известно, что 29 апреля 2016 года ФИО27 подрался со ФИО1 из-за недоплаченных за выполненную работу денежных средств. 

Вместе с тем, в ходе допроса 28 ноября 2016 года ФИО28 уточнила свои ранее данные показания, пояснив, что о конфликте со ФИО1 ФИО27 ей ничего не сообщал. Первоначальные ее показания являются недостоверными, поскольку основаны на предположениях и домыслах (т.2 л.д.8-10, 11-15). 

Свидетель ФИО29, являющийся знакомым ФИО1, также сообщил о том, что последний занимался скупкой у населения предметов антиквариата. Последний раз он видел ФИО1 в обувной мастерской 29 апреля 2016 года, около 09 часов, при этом тот находился в трезвом состоянии и занимался ремонтом обуви. 

Характеризует ФИО1 как тихого, спокойного и неконфликтного человека (т.1 л.д.224-226).

В ходе предварительного расследования с участием специалиста была осмотрена информация, содержащаяся на сайте 

<

данные изъяты> в разделе 

<

данные изъяты> о продаже старинных икон с цветными изображениями святых. При осмотре указанной информации установлено, что средняя стоимость икон составляет от 28 000 рублей до 47 000 рублей (т.7 л.д.149-157).

Согласно протоколу осмотра статистики телефонных соединений с абонентского номера №, принадлежащего ФИО42, последний в период с 15 часов 46 минут 29 апреля 2016 года до 00 часов 41 минуты 30 апреля 2016 года находился на территории 

<

адрес>, а 30 апреля 2016 года в 09 часов 25 минут – на территории 

<

адрес> (т.7 л.д.187-190).

Факт приема сигнала о телефонных соединениях с указанного абонентского номера 29 апреля 2016 года базовыми станциями, находящимися на территории 

<

адрес>, подтвердил и ведущий инженер отдела эксплуатации сети функциональной группы радиоподсистемы в 

<

адрес> ПАО «МТС» филиала в 

<

адрес> ФИО30 допрошенный в качестве специалиста (т.7 л.д.192-196). 

Будучи допрошенным в ходе предварительного расследования, подсудимый ФИО40 давал противоречивые показания относительно обстоятельств произошедшего между ним и ФИО1 конфликта в обувной мастерской.

Так, в своих первоначальных показаниях от 09 декабря 2016 года ФИО40 пояснил, что, зайдя в обувную мастерскую, он сообщил ФИО1, что пришел к нему с просьбой. В ответ на это ФИО1 стал на него кричать, после чего оттолкнул руками в сторону стеклянной витрины. От этого толчка он стал падать, при этом схватился руками за ФИО1, в результате чего они оба упали на стеклянную витрину и разбили ее. Во время падения он порезался о стекла витрины, и у него образовалась рана в области шеи. В результате падения он упал на спину на пол, а ФИО1 оказался над ним сверху, при этом в руке у последнего находился осколок стекла. Каких-либо угроз ФИО1 в его адрес не высказывал.

Затем находившийся рядом ФИО41 оттащил ФИО1 в сторону и повалил на пол. Дальнейших действий ФИО41 в отношении ФИО1 он не видел. Он только обратил внимание, что ФИО1 находится в бессознательном состоянии. Сам лично ударов ФИО1 он не наносил и его не душил. 

После этого он прошел в находившийся в мастерской санузел, чтобы умыться. Когда вышел оттуда, то увидел, что ФИО41 и ФИО42 находятся в помещении, где ФИО1 хранил антиквариат и золото, и собирают имущество. Он видел, что ФИО41 взял с сейфа пакетик с золотом, а ФИО42 забрал из сейфа деньги в сумме около 17 000 рублей. Затем он вместе с ФИО41 и ФИО42 стал складывать в полиэтиленовые пакеты иконы, которые находились в мастерской ФИО1. Также из мастерской они забрали коллекцию монет.

Потом они покинули обувную мастерскую ФИО1 и уехали в 

<

адрес>, где сбыли похищенные иконы и золото (т.2 л.д.218-225).

В этот же день в ходе проверки показаний на месте ФИО40, сообщив о своей причастности к смерти ФИО1, показал, что, находясь в обувной мастерской, ФИО1 оттолкнул его руками. Во время падения он схватился за ФИО1, после чего они вместе упали на стеклянную витрину. От падения витрина разбилась, и он осколком стекла порезал шею. Когда он пытался встать на ноги, ФИО1 поднял с пола осколок стекла от разбитой витрины и встал над ним, при этом выражался в его адрес грубой нецензурной бранью. Каких-либо угроз, в том числе угроз убийством, ФИО1 ему не высказывал.

В этот момент он своей правой рукой схватил ФИО1 за шею спереди и стал ее сдавливать. Затем он с усилием встал с пола, продолжая удерживать правой рукой шею ФИО1. Осколок стекла по-прежнему находился в руке ФИО1, однако тот им на него не замахивался и ударов нанести не пытался. 

Как только ему удалось встать с пола, он резко уронил ФИО1 на спину на пол и оказался сверху его. После этого он с силой стал сдавливать шею ФИО1 своей правой рукой, а левой рукой блокировал руку ФИО1, в которой находился осколок стекла. ФИО41 в этот момент находился в стороне и к ФИО1 не подходил. Он с силой сдавливал шею ФИО1 на протяжении 30-40 секунд, до тех пор пока последний не перестал подавать признаки жизни. 

Свои действия, связанные с удушением ФИО1, Сидельников воспроизвел в ходе указанного следственного действия на манекене человека.

В остальном ФИО40 аналогичным образом изложил обстоятельства, связанные с хищением имущества из обувной мастерской ФИО1, уточнив, что он, ФИО41 и Пышкин вместе складывали в полиэтиленовые пакеты старинные иконы, а также похитили из указанной мастерской золотые изделия, деньги и коллекцию монет (т.3 л.д.1-26).

В ходе последующих допросов 15 декабря 2016 года и 24 августа 2017 года ФИО40 так же, как и при проверке показаний на месте, описал обстоятельства причинения смерти ФИО1, указав, что при первоначальном допросе 09 декабря 2016 года он дал ложные показания о своей непричастности к убийству ФИО1, поскольку боялся уголовной ответственности и наказания за совершенное преступление.

Кроме того, при допросе 24 августа 2017 года ФИО40 дополнил свои показания, пояснив, что, увидев осколок стекла в руке ФИО1, он испытывал опасения за свои жизнь и здоровье, поскольку боялся, что ФИО1 может нанести ему удары по телу указанным осколком стекла (т.3 л.д.44-53, 89-99)

При повторной проверке показаний на месте 24 августа 2017 года ФИО40 аналогичным образом изложил обстоятельства убийства ФИО1, уточнив, что последний в его адрес угроз убийством не высказывал, осколком стекла на него не замахивался и каких-либо ударов ему не наносил (т.3 л.д.100-119).

Аналогичные показания в указанной части ФИО40 дал в ходе очных ставок с ФИО41 и ФИО42 (т.3 л.д.229-235, т.4 л.д.75-81, 192-198, т.5 л.д.1-7).

Выступая в судебных прениях, защитник подсудимого ФИО40 – адвокат Фролов И.В. указал на наличие оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколов следственных действий, которые проводились на первоначальном этапе предварительного расследования с участием ФИО40 и адвоката Горбуновой Т.В. 

По мнению защитника, при проведении следственный действий с участием адвоката Горбуновой Т.В. было нарушено право ФИО40 на защиту, поскольку указанный адвокат ранее в 2016 году оказывала юридическую помощь подсудимому ФИО42 по другому уголовному делу. Указанный факт подтвержден копией приговора в отношении ФИО42, вынесенного 

<

данные изъяты> от 14 октября 2016 года.

Вопреки доводам стороны защиты, каких-либо препятствий для участия адвоката Горбуновой Т.В. на стадии предварительного расследования в качестве защитника обвиняемого ФИО40 не имелось.

То обстоятельство, что адвокат Горбунова Т.В. в 2016 году защищала подсудимого ФИО42 по другому уголовному делу, не исключает по смыслу ст.72 УПК РФ возможность ее участия в производстве по настоящему делу в качестве защитника ФИО40 

По рассматриваемому уголовному делу адвокат Горбунова Т.В. юридическую помощь лицам, интересы которых противоречат интересам подсудимого ФИО40, не оказывала. 

Согласно протоколам освидетельствования от 10 декабря 2016 года и от 25 августа 2017 года подсудимый ФИО40 имеет рост – 170 см., массу тела 73 кг., достаточно развитую и соответствующую норме мышечную систему, обладает нормостеническим телосложением. Функции верхних и нижних конечностей у него не нарушены.

На левой половине лица, между мочкой левой ушной раковины и левым углом нижней челюсти ФИО40 обнаружен рубец, линейной дугообразной формы (выпуклостью назад), длиной 45 мм., шириной 1 мм., давностью образования свыше 1 месяца (т.3 л.д.32-35, 121-124).

В ходе предварительного расследования подсудимый ФИО41 также давал противоречивые показания относительно своей роли в конфликте, произошедшем между ФИО40 и ФИО1 в обувной мастерской. 

Так, при допросе 09 декабря 2016 года ФИО41 показал, что после того, как ФИО40 сказал ФИО1, что пришел к нему с просьбой, тот начал кричать и толкнул ФИО40 в сторону стеклянной витрины.

В результате этого ФИО40 и ФИО1 упали на пол, при этом разбили стеклянную витрину. При падении ФИО40 порезался о стекла витрины, и у того началось кровотечение в области шеи слева. Он в конфликт не вмешивался и решил выйти на улицу. Когда он уходил из обувной мастерской, то видел, что ФИО40 и ФИО1 лежали на полу и боролись между собой. Он помнит, что ФИО1 лежал на спине, при этом в руке держал осколок стекла от разбитой витрины. ФИО40 находился рядом со ФИО1 и своей рукой удерживал руку ФИО1, в которой находился осколок стекла.

Затем он вышел на улицу, где сообщил ФИО42 о том, что ФИО40 подрался со ФИО1. Потом вместе с Пышкиным вернулся в помещение обувной мастерской. Там увидел, что ФИО1 лежит на полу и тяжело дышит. ФИО40 сообщил им, что «вырубил» ФИО1.

После этого он, ФИО42 и ФИО40 стали складывать в полиэтиленовые пакеты иконы, которые находились в обувной мастерской. Через некоторое время они вернулись в квартиру к ФИО2, где продолжили употреблять спиртное, а затем на такси уехали в 

<

адрес>. В указанном городе они продали иконы, похищенные из мастерской ФИО1 (т.3 л.д.186-190). 

Вместе с тем в ходе проверки показаний, проведенной в этот же день, ФИО41 уточнил свои показания, пояснив, что после того как ФИО40 повалил ФИО1 на пол и начал сдавливать его шею, он увидел, что ФИО1 в левой руке держит осколок стекла. Чтобы исключить возможную попытку ФИО1 обороняться, он подошел к потерпевшему и своими руками надавил на его левую руку, прижав ее к полу. От указанных действий ФИО1 разжал кисть, и осколок стекла выпал у него из руки. 

После этого он отпустил руку ФИО1 и покинул помещение обувной мастерской. Когда он уходил, ФИО40 продолжал душить ФИО1, при этом последний был еще жив.

Через некоторое время он вместе с Пышкиным вернулся в помещение мастерской и увидел, что ФИО1 не подает признаков жизни. Затем он вместе с ФИО40 и ФИО42 стал складывать иконы, находившиеся в обувной мастерской, в полиэтиленовые пакеты. ФИО42 также забрал из сейфа в мастерской денежные средства в сумме около 18 000 – 20 000 рублей, а он взял с указанного сейфа пакетик, в котором находились золотые украшения. Кроме того, ФИО40 похитил из мастерской коллекцию монет.

В последующем иконы и золотые изделия они сбыли в 

<

адрес>, выручив за иконы 90 000 рублей, а за золотые изделия – около 60 000 рублей.

Действия ФИО40 по удушению ФИО1, а также свои действия, связанные с надавливанием на руку ФИО1, в которой находился осколок стекла, ФИО41 воспроизвел на манекене человека (т.3 л.д.196-210). 

При проведении следующего допроса 15 декабря 2016 года ФИО41 дал развернутые показания об обстоятельствах убийства ФИО1, из которых следует, что в ответ на слова «мы пришли с просьбой» ФИО1 сразу же начал кричать, толкнул ФИО40 в сторону стеклянной витрины, в результате чего ФИО40 и ФИО1 упали на пол и разбили витрину, при этом ФИО40 порезал шею осколком стекла. 

Между ФИО40 и ФИО1 стала происходить борьба. Он увидел, что в левой руке ФИО1 находится осколок стекла витрины. Сначала в ходе борьбы ФИО1 находился над ФИО40 сверху, а тот удерживал ФИО1 рукой в области шеи. Затем Сидельников вскочил на ноги и повалил ФИО1 на спину, продолжая удерживать того рукой за шею. После этого ФИО40 своей рукой с силой стал прижимать переднюю поверхность шеи ФИО1 к полу, перекрывая доступ кислорода и производя удушение последнего. 

Находясь в непосредственной близости, он увидел, что ФИО1 продолжает держать в руке осколок стекла. Чтобы исключить возможную попытку ФИО1 обороняться, он своими руками надавил на руку последнего, в которой находился осколок стекла. От его действий ФИО1 разжал кисть, и стекло выпало из руки.

После этого ФИО40 продолжил удушение ФИО1, при этом потерпевший еще был жив. Он понимал, что ФИО40 убьет ФИО1. Затем он покинул помещение мастерской и сообщил ФИО42 о том, что ФИО40 убил ФИО1.

Далее ФИО41 аналогичным образом, как и при проверке своих показаний на месте, указал обстоятельства хищения имущества вместе с ФИО40 и ФИО42 из обувной мастерской, уточнив, что его показания, данные в ходе этого допроса, являются наиболее правдивыми (т.3 л.д.218-224). 

При проведении последующих допросов ФИО41 также как и ранее изложил обстоятельства изъятия им стекла из руки ФИО1, а также удушения ФИО1 ФИО40, уточнив, что стекло он забрал из руки ФИО1, чтобы исключить возможную попытку ФИО1 обороняться. 

Помимо этого, ФИО41 сообщил, что ФИО1 осколком стекла не размахивал и нанести им удары ФИО40 не пытался.

Также ФИО41 пояснил, что вернувшись в квартиру к ФИО2, ФИО42 подарил ФИО3 комплект золотых украшений (золотое кольцо с камнем и серьги с камнями), которые находились в пакетике с ювелирными изделиями, похищенными из обувной мастерской ФИО1 (т.4 л.д.21-26, 44-48). 

Аналогичные показания ФИО41 дал при повторной проверке своих показаний на месте, а также при проведении очных ставок с ФИО40 и ФИО42 (т.3 л.д.229-235, т.4 л.д.49-69, 75-81, 199-206). 

Согласно протоколам освидетельствования от 10 декабря 2016 года и от 25 августа 2017 года подсудимый ФИО41 имеет рост – 187 см., массу тела 80,5 кг., достаточно развитую и соответствующую норме мышечную систему, обладает нормостеническим телосложением. Функции верхних и нижних конечностей у него не нарушены (т.3 л.д.192-195, т.4 л.д.71-74).

На стадии предварительного расследования подсудимый ФИО42 при допросах 09 и 16 декабря 2016 года, а также при проверке показаний на месте пояснил, что 29 апреля 2016 года он вместе с ФИО40, ФИО41 и ФИО3 пришли к обувной мастерской ФИО1, чтобы попросить у последнего деньги в долг. Он с ФИО3 остались на улице, а ФИО41 с ФИО40 зашли в помещение мастерской, в которой должен был находиться ФИО1.

Примерно через 15 минут из мастерской вышел ФИО41, который был очень бледным, и сообщил ему, что ФИО40 убил ФИО1. Он сразу же зашел в помещение обувной мастерской, где увидел труп ФИО1. Он спросил у ФИО40, зачем тот убил ФИО1, на что ФИО40 только произнес фразу «ха-ха-ха». Он видел, что на лице у ФИО40 были следы крови.

Он вышел из мастерской и сообщил ФИО3, что ее 

<

данные изъяты> убил ФИО1. После этого из мастерской вышли ФИО40 и ФИО41, у которых в руках были полиэтиленовые пакеты. Позже он узнал, что ФИО40 и ФИО41 похитил из обувной мастерской ФИО1 старинные иконы и пакет с золотыми изделиями. В этот же вечер на такси они уехали в 

<

адрес>, где продали похищенные у ФИО1 иконы и золото (т.4 л.д.149-154, 159-167, 175-178). 

В ходе дополнительных допросов, проведенных 24 мая 2017 года и 10 июля 2017 года, ФИО42 изменил свои показания, сообщив о своей причастности к совершению хищения имущества из обувной мастерской ФИО1.

Так, будучи допрошенным в качестве обвиняемого, ФИО42 показал, что, после того как ФИО41 сообщил ему об убийстве ФИО40 ФИО1, он вместе с ФИО41 зашел в помещение обувной мастерской. Обнаружив при входе труп ФИО1, он сразу же прошел в подсобные помещения мастерской, где ФИО40 и ФИО41 совершали хищение икон. Он присоединился к их действиям и стал складывать находящиеся в обувной мастерской иконы в полиэтиленовые пакеты. Кроме того, он взял из открытого сейфа деньги в сумме 18 000 рублей, а ФИО41 забрал пакетик с золотыми изделиями. ФИО40 также похитил коллекцию монет.

Затем они покинули помещение обувной мастерской и на такси уехали в 

<

адрес>, где он сбыл иконы скупщику антиквариата за 90 000 рублей, а ФИО40 сдал в ломбард похищенные золотые изделия (т.4 л.д.215-219, 224-226). 

При проведении очной ставки с ФИО42 подсудимый ФИО40 показал, что, находясь в обувной мастерской ФИО1, он вместе с ФИО41 и ФИО42 складывал иконы в полиэтиленовые пакеты, а, кроме того, ФИО42 из сейфа забрал денежные средства в сумме 18 000 рублей. 

С показаниями ФИО40 в указанной части ФИО42 полностью согласился, подтвердив их (т.5 л.д.11-17). 

Анализируя исследованные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В судебном заседании установлено, что подсудимые ФИО40, ФИО41 и ФИО42 давали противоречивые показания, как на стадии предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства относительно обстоятельств убийства ФИО1, а также о своей роли в совершении хищения его имущества из обувной мастерской. 

Так, в своих первоначальных показаниях, данных 09 декабря 2016 года, то есть непосредственно после задержания, подсудимые ФИО40 и ФИО41 отрицали свою причастность к убийству ФИО1, перекладывая вину в совершении указанного преступления друг на друга.

Вместе с тем при проведении следующих допросов, в том числе 15 декабря 2016 года, подсудимыми ФИО40 и ФИО41 были даны развернутые показания, в которых каждый из них сообщил о своей роли в совершении убийства ФИО1. Указанные показания в последующем были неоднократно подтверждены ими при проведении иных следственных действий.

Однако в судебном заседании ФИО40 заявил, что убийство ФИО1 было совершено им в условиях необходимой обороны, а ФИО41 пояснил, что, забирая у потерпевшего стекло, он защищал ФИО40 от возможных противоправных действий ФИО1.

Оценивая показания подсудимых на предмет их достоверности, суд считает необходимым взять за основу своих выводов показания ФИО40 и ФИО41, которые они давали 15 декабря 2016 года, а также их последующие показания на стадии предварительного расследования, поскольку эти показания подсудимых в деталях согласуются между собой, являются последовательными и подробными, а также подтверждены иными доказательствами по делу, в том числе показаниями свидетелей, протоколами следственных действий и заключениями экспертов.

Кроме того, данные показания ФИО40 и ФИО41 об обстоятельствах убийства ФИО1 были даны указанными лицами неоднократно и подтверждены при проведении очных ставок друг с другом. 

Помимо этого, в своих показаниях от 15 декабря 2016 года подсудимые ФИО40 и ФИО41 полно и подробно описав обстоятельства убийства ФИО1, заявили, что указанные их показания являются наиболее правдивыми, то есть отражают реальные события, имевшие место в обувной мастерской. 

Исходя из изложенного, суд отвергает как недостоверные показания подсудимых ФИО40 и ФИО41, данные ими 09 декабря 2016 года в ходе предварительного расследования при допросах в качестве подозреваемых, а также в судебном заседании в части описания обстоятельств убийства ФИО1 и роли каждого из них при совершении этого преступления. 

На основании показаний ФИО40 и ФИО41, данных 15 декабря 2016 года, а также в последующем на стадии предварительного следствия, судом установлено, что, находясь в обувной мастерской, ФИО1 оттолкнул ФИО40, в результате чего они оба упали на стеклянную витрину и разбили ее. Затем ФИО1 подобрал с пола осколок стекла от разбитой витрины и встал над ФИО40. В этот момент ФИО40 своей рукой схватил ФИО1 за шею спереди и стал ее сдавливать, а другой рукой удерживал руку ФИО1, в которой находился осколок стекла. Затем ФИО40 удалось повалить ФИО1 на пол, продолжив при этом его удушение. Находившийся рядом ФИО41, понимая, что ФИО40 совершает убийство ФИО1, увидев осколок стекла в руке потерпевшего, полагая при этом, что последний при помощи указанного стекла может принять меры к самообороне и оказать ФИО40 сопротивление, решил помочь ФИО40 в совершении убийства ФИО1. После этого ФИО41 подошел к ФИО1 и своими руками надавил на его руку, в которой находился осколок стекла, прижав ее к полу и удерживая, чем лишил потерпевшего возможности обороняться. В результате указанных действий ФИО41 стекло выпало из руки ФИО1, после чего ФИО40 продолжил его удушение до тех пор, пока потерпевший не перестал подавать признаки жизни. 

Показания подсудимого ФИО40, данные им в судебном заседании, о том, что ФИО1 замахивался на него осколком стекла и высказывал при этом угрозы словами «порежу» суд признает недостоверными, поскольку указанные показания опровергаются как его собственными показаниями, так и показаниями ФИО41 на стадии предварительного расследования, в которых они сообщили, что ФИО1 осколком стекла не размахивал и каких-либо угроз не высказывал. 

Таким образом, несмотря на то, что в руке ФИО1 находился осколок стекла, он каких-либо попыток общественно опасного посягательства в отношении ФИО40 и ФИО41 не предпринимал, а только хотел, чтобы указанные лица покинули помещение его обувной мастерской, то есть ФИО40 и ФИО41 не находились в состоянии необходимой обороны. 

Помимо этого, об отсутствии какой-либо угрозы для жизни и здоровья ФИО40 и ФИО41 со стороны ФИО1 свидетельствуют и их анатомические особенности, связанные с телосложением и ростом. Согласно протоколам освидетельствования подсудимые ФИО40 и ФИО41 имеют достаточно развитую и соответствующую норме мышечную систему при росте в 170 см. и 187 см. соответственно, в то время как рост потерпевшего являлся незначительным и составлял 160 см.

Судом установлено, что ФИО40, удерживая руку ФИО1, в которой находился осколок стекла, чтобы последний не смог принять меры к самообороне, другой рукой начал производить его удушение. 

Мотивом указанных действий ФИО40 явилась личная неприязнь к ФИО1, вызванная тем, что ФИО1 оттолкнул ФИО40, в результате чего тот упал, порезав лицо стеклом от разбившейся витрины. 

В этот момент ФИО41, понимая, что ФИО1 взял в руку осколок стекла для защиты от нападения ФИО40, стал оказывать последнему помощь в убийстве ФИО1, удерживая руку потерпевшего и отобрав у него находившееся в этой руке стекло, чем лишил ФИО1 возможности защищаться. 

О том, что ФИО41, совершая указанные действия, имел намерение оказать помощь ФИО40 в убийстве ФИО1, свидетельствуют его показания, данные на стадии предварительного расследования, согласно которым он, наблюдая за тем, как ФИО40 душит ФИО1 и понимая при этом, что в последующем ФИО40 совершит убийство потерпевшего, чтобы исключить возможную попытку последнего обороняться, надавил на руку ФИО1 и отобрал осколок стекла. 

На причастность ФИО41 к убийству ФИО1 указывают и показания свидетеля ФИО4, которой ФИО41 рассказывал о том, что он оказывал помощь ФИО40 в убийстве хозяина обувной мастерской, удерживая своими руками руку указанного мужчины, пока тот не выронил осколок стекла. 

Показания ФИО42 о том, что, выйдя на улицу из помещения обувной мастерской, ФИО41, находясь в подавленном состоянии, сообщил ему о том, что ФИО40 совершил убийство ФИО1, также подтверждают тот факт, что ФИО41 был осведомлен о смерти потерпевшего путем удушения, поскольку сам принимал непосредственное участие в совершении убийства ФИО1, оказывая ФИО40 помощь в преодолении сопротивления потерпевшего. 

В силу п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 года № 1 «О судебной практике по делам об убийствах» убийство признается совершенным группой лиц, когда два и более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, причем необязательно, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены каждым из них (например, один подавлял сопротивление потерпевшего, лишал его возможности защищаться, а другой причинил ему смертельные повреждения).

Согласно вышеуказанному пункту Постановления Пленума Верховного Суда РФ ФИО40 и ФИО41 совершили убийство ФИО1 в составе группы лиц, поскольку они оба действовали совместно с умыслом, направленным на убийство потерпевшего, при этом ФИО41, удерживая руку ФИО1 и отбирая у него стекло, подавлял сопротивление потерпевшего и лишал его возможности защищаться, а ФИО40 в это время причинял ФИО1 смертельные повреждения.

Причиняя травму шеи, повлекшую смерть ФИО1, подсудимые имели прямой умысел на его убийство, о чем свидетельствует характер примененного насилия, выразившегося в длительном, со значительной силой сдавливании шеи потерпевшего и лишении его тем самым возможности дышать. 

Органом предварительного расследования действия ФИО40 и ФИО41 в отношении потерпевшего ФИО1 квалифицированы по п.п. «ж, з» ч.2 ст.105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц, сопряженное с разбоем.

Выступая в судебных прениях, государственный обвинитель в соответствии с п.1 ч.8 ст.246 УПК РФ исключил из юридической квалификации указанного деяния квалифицирующий признак, предусмотренный п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ, - «сопряженное с разбоем» и квалифицировал действия ФИО40 и ФИО41 по п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ как убийство, совершенное группой лиц. Обосновывая свою позицию об изменении юридической квалификации действий подсудимых, государственный обвинитель указал, что квалифицирующий признак преступления, предусмотренного ст.105 УК РФ (убийство), – «сопряженное с разбоем» своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашел. 

Суд принимает указанное заявление государственного обвинителя и учитывает его при определении окончательной квалификации действий подсудимых и постановлении приговора.

Как следует из предъявленного обвинения, ФИО40, перед тем как начать удушение ФИО1, со значительной силой нанес ему удар рукой по голове и повалил потерпевшего на пол.

В ходе предварительного следствия и в судебном заседании ФИО40 факт нанесения удара рукой ФИО1 в область головы последовательно отрицал.

Являвшийся очевидцем конфликта между указанными лицами подсудимый ФИО41 также о нанесении удара ФИО40 по голове ФИО1 не сообщал.

Исходя из изложенного, суд исключает из объема обвинения, предъявленного ФИО40, нанесение им удара по голове ФИО1.

Органом предварительного расследования ФИО40, ФИО41 и ФИО42 также было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.4 ст.162 УК РФ.

В судебном заседании государственный обвинитель, выступая в судебных прениях, на основании п.3 ч.8 ст.246 УПК РФ переквалифицировал указанное деяние, инкриминируемое каждому из подсудимых, на ч.1 ст.158 УК РФ, предусматривающей более мягкое наказание. 

Свою позицию государственный обвинитель мотивировал тем, что собранными и исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами наличие умысла у подсудимых на хищение чужого имущества из обувной мастерской в момент причинения смерти ФИО1 не подтверждено. 

Указанное заявление государственного обвинителя суд находит обоснованным и учитывает его при определении окончательной квалификации действий ФИО40, ФИО41 и ФИО42.

На основании исследованных доказательств судом установлено, что после того как ФИО40 и ФИО41 совершили убийство ФИО1, у подсудимых возник умысел на хищение имущества из обувной мастерской потерпевшего.

Оценивая показания ФИО40, ФИО41 и ФИО42 об обстоятельствах хищения чужого имущества, суд признает достоверными показания указанных лиц, данные ими в ходе предварительного расследования, поскольку эти показания в деталях согласуются между собой, неоднократно подтверждены подсудимыми в ходе последующих допросов, а также при проведении между ними очных ставок.

Так, из указанных показаний ФИО40, ФИО41 и ФИО42 следует, что после убийства ФИО1 они прошли в подсобные помещения обувной мастерской, где все вместе складывали обнаруженные иконы в полиэтиленовые пакеты, а также похитили пакет с золотыми изделиями, денежные средства и коллекцию монет.

При этом каждый из подсудимых пояснял, что их действия по завладению имуществом ФИО1 носили совместный и согласованных характер, все они действовали как будто по плану, однако заранее о хищении имущества из обувной мастерской они между собой не договаривались.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что ФИО40, ФИО41 и ФИО42 совершили тайное хищение имущества из обувной мастерской ФИО1, действуя при этом группой лиц. 

Стоимость похищенных икон и золотых изделий, указанная в предъявленном ФИО40, ФИО41 и ФИО42 обвинении, каких-либо сомнений у суда не вызывает, поскольку именно за эту стоимость иконы были проданы подсудимыми скупщику антиквариата, а золотые изделия сданы в ломбард. 

При определении стоимости комплекта золотых украшений, состоящих из кольца с камнем и серег с камнями, которые были похищены из обувной мастерской вместе с ломом золотых изделий, и которые ФИО42 в последующем подарил ФИО3, суд учитывает ее показания, а также показания сотрудников ломбарда «

<

данные изъяты>», оценивших похищенное кольцо в 3 340 рублей, а одну из похищенных серег – в 1 670 рублей.

Стоимость похищенной коллекции монет в размере 2 160 рублей определена на основании заключения специалиста, которое отвечает требованиям закона. Оснований не согласится с выводами специалиста, содержащимися в данном заключении, у суда не имеется. 

Помимо указанного имущества и ценностей из мастерской ФИО1 были похищены денежные средства, сумма которых, согласно показаниям подсудимых, составила 18 000 рублей. 

Таким образом, суд находит доказанным тот факт, что ФИО40, ФИО41 и ФИО42 похитили из обувной мастерской ФИО1 имущество и денежные средства на общую сумму 176 753 рубля. 

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия подсудимых:

- ФИО40 и ФИО41 по п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц, а также по ч.1 ст.158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества;

- ФИО42 по ч.1 ст.158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества.

Согласно заключениям комиссии экспертов психиатров-психологов ФИО40, ФИО41 и ФИО42 не страдают психическими расстройствами и не страдали ими во время совершения инкриминируемых им деяний. Все подсудимые по своему психическому состоянию могут правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать по ним показания и принимать участие в судебно-следственных действиях. В принудительных мерах медицинского характера они не нуждаются. 

ФИО40, ФИО41 и ФИО42 в период совершения инкриминируемых им деяний не находились в состоянии физиологического аффекта или ином эмоциональном состоянии, оказывающих существенное влияние на их сознание и поведение (т.7 л.д.66-68, 73-75, 87-89).

Под диспансерным наблюдением у нарколога и психиатра подсудимые ФИО40, ФИО41 и ФИО42 не состоят (т.8 л.д.19, 123, 181), на всех стадиях уголовного судопроизводства вели себя адекватно, сомнений в их психическом здоровье у суда не имеется.

С учетом изложенного, а также исходя из данных о личности подсудимых и их поведения в судебном заседании, суд признает ФИО40, ФИО41 и ФИО42 вменяемыми, подлежащими уголовной ответственности и наказанию. 

При назначении им наказания в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личности виновных, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначаемого наказания на исправление подсудимых и на условия жизни их семей.

ФИО40 и ФИО41 совершили два умышленных преступления: против собственности и против жизни человека, которые относятся к категориям небольшой тяжести и особо тяжких. 

ФИО42 совершено одно преступление небольшой тяжести, направленное против собственности. 

Исходя из фактических обстоятельств дела, степени общественной опасности содеянного, оснований для изменения ФИО40 и ФИО41 категории преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, на менее тяжкую в порядке ч.6 ст.15 УК РФ суд не усматривает. 

В соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ суд признает в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО40, ФИО41 и ФИО42 по преступлению, предусмотренному ч.1 ст.158 УК РФ, их явки с повинной (т.2 л.д.185-187, т.3 л.д.153-156, т.4 л.д.114-117), активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников.

Оснований для признания явки с повинной в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО40 и ФИО41 по преступлению, предусмотренному п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, не имеется, поскольку о своей причастности к убийству ФИО1 при составлении явок с повинной ФИО40 и ФИО41 не сообщали, а дали признательные показания лишь после того как были изобличены на более поздних стадиях расследования. 

Вместе с тем подробные признательные показания подсудимых ФИО40 и ФИО41 об обстоятельствах совершенного ими убийства ФИО1., данные на стадии предварительного расследования и подтвержденные при проверке показаний на месте, свидетельствуют о том, что ФИО40 и ФИО41 активно способствовали раскрытию и расследованию указанного преступления. Кроме того, сообщив в своих показаниях о действиях ФИО40, направленных на убийство ФИО1, подсудимый ФИО41 тем самым активно способствовал изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления. В связи с этим в силу п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ суд учитывает у ФИО40 и ФИО41 данные обстоятельства в качестве смягчающих наказание по преступлению, предусмотренному п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ. 

Наличие у подсудимого ФИО40 несовершеннолетнего ребенка, которому он оказывает материальную поддержку, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ суд признает в качестве обстоятельства, смягчающего его наказание, по каждому преступлению. 

Кроме того, как установлено в судебном заседании, непосредственно перед убийством между подсудимыми и потерпевшим ФИО1 произошел конфликт, в ходе которого последний оттолкнул ФИО40, отчего тот упал и разбил при падении стеклянную витрину, получив при этом телесные повреждения. Именно указанные действия ФИО1, которые расцениваются судом как противоправные, и побудили ФИО40 и ФИО41 к совершению убийства потерпевшего. Таким образом, в силу п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ суд признает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО40 и ФИО41 по преступлению, предусмотренному п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления. 

Передачу матерью ФИО40 и супругой ФИО42 денежных средств законному представителю несовершеннолетней потерпевшей – ФИО18 в сумме 30 000 рублей и в сумме 60 000 рублей соответственно в счет возмещения имущественного ущерба, причиненного в результате совершения преступления, предусмотренного ч.1 ст.158 УК РФ, суд расценивает как принятие мер подсудимыми ФИО40 и ФИО42, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей и на основании п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ признает это обстоятельство в качестве смягчающего наказание ФИО40 и ФИО42 по указанному преступлению. 

Обстоятельством, отягчающим наказание каждого из подсудимых по всем преступлениям, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ суд признает рецидив преступлений. 

При этом вид рецидива у ФИО40 по преступлению, предусмотренному п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, является особо опасным (п. «б» ч.3 ст.18 УК РФ), а у ФИО41 по этому же преступлению – опасным (п. «б» ч.2 ст.18 УК РФ).

В судебном заседании установлено, что тайное хищение чужого имущества из обувной мастерской ФИО1 подсудимые ФИО40, ФИО41 и ФИО42 совершили совместно, то есть в составе группы лиц, в связи с чем на основании п. «в» ч.1 ст.63 УК РФ суд признает этот факт в качестве обстоятельства, отягчающего наказание каждого из подсудимых, по преступлению, предусмотренному ч.1 ст.158 УК РФ. 

Согласно ч.1.1 ст.63 УК РФ суд в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Факт употребления ФИО40, ФИО41 и ФИО42 непосредственно перед совершением преступлений спиртных напитков подтверждается показаниями свидетелей ФИО2, ФИО5 ФИО6, ФИО3, ФИО4 и подсудимыми не оспаривается.

При этом в судебном заседании установлено, что именно состояние алкогольного опьянения, вызванное добровольным употреблением каждым из подсудимых значительного количества спиртного, ослабило внутренний контроль за их поведением и вызвало желание совершить преступления. 

С учетом изложенного, суд в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ признает обстоятельством, отягчающим наказание подсудимых ФИО40, ФИО41 и ФИО42, по каждому из инкриминируемых им деяний – совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Подсудимые характеризуются следующим образом.

ФИО40 ранее судим (т.7 л.д.225-226, 227-228), по месту жительства характеризуется удовлетворительно, нигде не работает, проживает с супругой и матерью, жалоб от соседей на его поведение в быту в отдел полиции не поступало, однако злоупотребляет спиртными напитками (т.8 л.д.25, 26, 28, 37). 

По месту отбывания наказания в виде лишения свободы в ФКУ 

<

данные изъяты> УФСИН России по 

<

адрес> по приговору от 30 ноября 2011 года ФИО40 характеризуется как осужденный, который к труду относился добросовестно, вместе с тем допускал случаи невыхода на работу без уважительных причин. Мероприятия воспитательного характера посещал, но должных выводов для себя не делал. За неоднократные нарушения установленного порядка отбывания наказания привлекался к дисциплинарной ответственности, а также признавался злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания. За добросовестный труд на швейном производстве поощрялся администрацией исправительного учреждения (т.8 л.д.46).

Решением 

<

адрес> суда 

<

адрес> от 06 августа 2015 года в отношении ФИО40 установлен административный надзор до момента погашения судимости по приговору от 30 ноября 2011 года, то есть до 26 ноября 2021 года (т.8 л.д.30-31).

Сотрудники полиции ОП по 

<

адрес> ОМВД России «

<

данные изъяты>» ФИО31, ФИО32, ФИО33., ФИО34., ФИО35, ФИО36, ФИО37 показали, что ими регулярно проводилась профилактическая работа в отношении ФИО40, находящегося под административным надзором. В ходе профилактических бесед ФИО40 неоднократно разъяснялась необходимость постановки на учет в Центр занятости населения, указывалось на недопустимость совершения административных правонарушений и преступлений, а также злоупотребления спиртными напитками. Во время этих бесед ФИО40, как правило, находился в трезвом состоянии, на требования сотрудников полиции реагировал адекватно, обещал устроиться на работу (т.5 л.д.166-171, 204-208, 209-213, 214-218, 219-224, 230-234, 235-239). 

В судебном заседании 

<

данные изъяты> подсудимого – ФИО15 охарактеризовала своего сына с положительной стороны как спокойного и уравновешенного человека. Сын всегда помогал ей в домашних делах и по хозяйству. 

Администрацией ФКУ 

<

данные изъяты> УФСИН России по 

<

адрес> ФИО40 характеризуется удовлетворительно. За время пребывания в 

<

данные изъяты> нарушений режима содержания и правил внутреннего распорядка не допускал. Дисциплинарных взысканий и поощрений не имеет. В беседах с сотрудниками администрации вежлив, корректен, старается откровенно отвечать на поставленные вопросы (т.8 л.д.18). 

ФИО41 ранее судим (т.8 л.д.85-86, 87-89), по месту жительства характеризуется удовлетворительно, нигде не работает, проживает с отцом, злоупотребляет спиртными напитками, жалоб от соседей на его поведение в быту в отдел полиции не поступало (т.8 л.д.38, 124, 125, 126). 

По месту отбывания наказания в виде лишения свободы в ФКУ 

<

данные изъяты> УФСИН России по 

<

адрес> по приговору от 19 декабря 2013 года ФИО41 характеризуется как осужденный, который к труду относился добросовестно. Рабочее место всегда содержал в чистоте. Соблюдал требования пожарной безопасности и техники безопасности. Мероприятия воспитательного характера посещал регулярно, во время занятий вел себя активно и делал для себя должные выводы, руководствуясь ими в повседневной жизни. Неоднократно поощрялся за добросовестное отношение к труду и примерное поведение. Взысканий не имел (т.8 л.д.133-135). 

Согласно сообщению 

<

данные изъяты> межмуниципального филиала ФКУ УИИ УФСИН России по 

<

адрес> ФИО41 в период испытательного срока по приговору мирового судьи от 12 июля 2016 года зарекомендовал себя с отрицательной стороны, в связи с чем постановлением 

<

данные изъяты> суда 

<

адрес> от 22 декабря 2016 года за нарушение порядка и условий отбывания наказания испытательный срок продлен на один месяц (т.8 л.д.97-98, 137).

Администрацией ФКУ 

<

данные изъяты> УФСИН России по 

<

адрес> ФИО41 характеризуется удовлетворительно. За время пребывания в следственном изоляторе нарушений режима содержания и правил внутреннего распорядка не допускал. Дисциплинарных взысканий и поощрений не имеет. По характеру сдержан, не склонен к перепадам настроения, способен проявлять настойчивость и терпение для достижения поставленной цели (т.8 л.д.131). 

ФИО42 ранее судим (т.7 л.д.147-148, 149-150), по месту жительства характеризуется удовлетворительно, проживает с супругой, жалоб от соседей на его поведение в быту в отдел полиции не поступало, злоупотребляет спиртными напитками (т.8 л.д.186, 187, 188, 203). 

По месту отбывания наказания в виде лишения свободы в ФКУ 

<

данные изъяты> УФСИН России по 

<

адрес> по приговору от 25 января 2012 года ФИО42 характеризуется как осужденный, который к труду относился добросовестно. За время работы нарушений трудовой и технологической дисциплины не допускал, от выхода на работу не уклонялся. Мероприятия воспитательного характера посещал регулярно и делал для себя должные выводы. Неоднократно поощрялся за добросовестный труд на швейном производстве. Взысканий не имел (т.8 л.д.208-209). 

Администрацией ФКУ 

<

данные изъяты> УФСИН России по 

<

адрес> ФИО42 характеризуется удовлетворительно. За время пребывания в следственном изоляторе нарушений режима содержания и правил внутреннего распорядка не допускал, к труду не привлекался. Дисциплинарных взысканий и поощрений не имеет. По характеру активен, общителен, оптимистичен и уверен в себе (т.8 л.д.211). 

По месту работы у индивидуального предпринимателя ФИО38 в качестве рамщика ФИО42 зарекомендовал себя как исполнительный и дисциплинированный работник, который нарушений трудовой дисциплины не допускал и пользовался авторитетом в коллективе (т.8 л.д.213).

ФИО39 в квартире которой проживал ФИО42 с супругой, охарактеризовала его с положительной стороны, как человека, который всегда готов прийти на помощь. Предоставленную для проживания квартиру ФИО42 и его супруга всегда содержали в чистоте и порядке (т.8 л.д.228).

У ФИО42 имеется ряд хронических заболеваний, в том числе связанных с травмой, полученной в результате дорожно-транспортного происшествия в 2011 году (т.8 л.д.231). 

Объективность данных, характеризующих подсудимых, сомнений у суда не вызывает, поскольку характеристики составлены соответствующими должностными лицами, заверены их подписями и печатями.

С учетом всех обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, а также данных о личности подсудимых суд приходит к выводу, что исправление ФИО40, ФИО41 и ФИО42 возможно только при реальном отбывании лишения свободы. 

Наказание ФИО40 и ФИО41 в виде лишения свободы за преступление, предусмотренное п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, следует назначить с обязательным дополнительным наказанием в виде ограничения свободы. 

Оснований для применения к каждому из подсудимых положений ст.64, ч.3 ст.68 и ст.73 УК РФ суд не усматривает.

Вместе с тем при назначении ФИО40, ФИО41 и ФИО42 наказания и определении его размера суд учитывает характер и степень фактического участия каждого из них в совершении групповых преступлений, наличие вышеуказанных смягчающих и отягчающих обстоятельств, состояние здоровья подсудимых, в том числе наличие у них заболеваний. 

В связи с наличием обстоятельств, отягчающих наказание, оснований для применения к подсудимым положений ч.1 ст.62 УК РФ, не имеется. 

Исходя из всех обстоятельств содеянного ФИО40 и ФИО41, а также учитывая данные о их личностях, наказание им по совокупности преступлений в порядке ч.3 ст.69 УК РФ суд назначает путем частичного сложения наказаний за каждое из них.

Приговор и.о. мирового судьи судебного участка 

<

данные изъяты> судебного района 

<

адрес> от 12 июля 2016 года в отношении ФИО41 и приговор мирового судьи судебного участка 

<

данные изъяты> судебного района 

<

адрес> от 14 октября 2016 года в отношении ФИО42, по которым указанные подсудимые осуждены к лишению свободы условно, надлежит исполнять самостоятельно, поскольку преступления, за которые ФИО41 и ФИО42 осуждаются в настоящее время, совершены ими до вынесения указанных приговоров. 

Принимая во внимание то, что подсудимый ФИО42 совершил умышленное преступление небольшой тяжести в период условно-досрочного освобождения спустя непродолжительное время после освобождения из мест лишения свободы, суд, с учетом характера совершенного преступления, а также данных о личности подсудимого, считает необходимым в соответствии с п. «б» ч.7 ст.79 УК РФ отменить ему условно-досрочное освобождение по приговору 

<

данные изъяты> суда 

<

адрес> от 25 января 2012 года.

Оснований для сохранения ФИО42 условно-досрочного освобождения суд не находит. 

Окончательное наказание ФИО42 следует назначить на основании ст.70 УК РФ, то есть по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к вновь назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору суда от 25 января 2012 года.

Отбывать наказание ФИО41 и ФИО42 согласно п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ надлежит в исправительной колонии строгого режима, поскольку в их действиях содержится рецидив преступлений, при этом ранее они отбывали наказание в виде лишения свободы. 

С учетом того, что вид рецидива у подсудимого ФИО40 является особо опасным, в соответствии с п. «г» ч.1 ст.58 УК РФ суд определяет ему местом отбывания наказания исправительную колонию особого режима. 

На основании ч.3 ст.72 УК РФ время содержания подсудимых под стражей до судебного разбирательства засчитывается в сроки лишения свободы и подлежит исчислению с момента фактического задержания каждого из них.

Руководствуясь п.10 ч.1 ст.308, ст. ст. 97, 108-110 УПК РФ, в целях обеспечения исполнения приговора на период апелляционного обжалования ранее избранную ФИО40, ФИО41 и ФИО42 меру пресечения в виде заключения под стражу суд оставляет без изменения.

В судебном заседании законным представителем несовершеннолетней потерпевшей ФИО17 – ФИО18 заявлен гражданский иск:

- о взыскании с подсудимых ФИО40 и ФИО41 в пользу ФИО17 в качестве компенсации морального вреда денежных средств в сумме 4 000 000 рублей;

- о взыскании с подсудимых ФИО40 и ФИО41 в свою пользу денежных средств в сумме 49 561 рубль в счет возмещения расходов, понесенных ею в связи с погребением ФИО1 и установкой памятника на месте его захоронения;

- о взыскании с подсудимых ФИО40, ФИО41 и ФИО42 в пользу ФИО17 денежных средств в сумме 176 753 рубля в счет возмещения имущественного ущерба, причиненного хищением имущества из обувной мастерской ФИО1 

В ходе судебного разбирательства ФИО18 уточнила размер исковых требований, сообщив, что часть расходов на погребение ФИО1 в сумме 6 332 рубля 74 копейки была компенсирована ей администрацией МО «

<

адрес>». В связи с этим она просила взыскать с подсудимых ФИО40 и ФИО41 в счет возмещения расходов на погребение ФИО1 и установку ему памятника денежные средства в сумме 43 228 рублей 26 копеек. 

Кроме того, ФИО18. сообщила, что матерью ФИО40 и супругой ФИО42 ей были переданы денежные средства в сумме 30 000 рублей и 60 000 рублей соответственно в качестве возмещения материального ущерба, причиненного в результате хищения имущества из обувной мастерской ФИО1. Исходя из этого, ФИО18 просила взыскать с подсудимых в счет возмещения имущественного ущерба денежные средства только в сумме 86 753 рубля. 

Подсудимые ФИО40, ФИО41 и ФИО42 с гражданским иском в части возмещения имущественного ущерба, причиненного хищением чужого имущества из обувной мастерской, согласились в полном объеме.

При этом подсудимый ФИО40, не оспаривая гражданский иск в части взыскания с него расходов на погребение ФИО1, полагал, что размер компенсации морального вреда необоснованно завышен.

Помимо этого, подсудимый ФИО41 возражал против удовлетворения исковых требований в части взыскания с него компенсации морального вреда и расходов на погребение ФИО1, поскольку убийство последнего он не совершал. 

При разрешении гражданского иска ФИО18 суд исходит из следующего.

В соответствии со ст.151 ГК РФ моральный вред заключается в физических или нравственных страданиях, понесённых гражданином вследствие нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага. 

При этом в силу ч.2 ст.1101 ГК РФ характер физических или нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как установлено в судебном заседании, ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ г.р., является родной дочерью ФИО1 и до гибели отца проживала вместе с ним. 

Обосновывая исковые требования в пользу малолетней дочери, ФИО18 указала, что дочь из-за смерти отца испытала сильное душевное потрясение, стресс и до настоящего времени ждет его возвращения, переживая случившееся. 

Как установлено судом, смерть ФИО1 наступила в результате противоправных действий подсудимых ФИО40 и ФИО41 

Оба указанных подсудимых трудоспособны, малолетних детей на иждивении не имеют, инвалидами не являются, до заключения под стражу трудоустроены не были и постоянными источниками дохода не располагали. Тем не менее, в будущем ФИО40 и ФИО41 имеют возможность работать и получать доход. 

При таких обстоятельствах суд, руководствуясь требованиями ст.151, 1099-1101 ГК РФ, исходя из принципа разумности и справедливости, с учетом характера нравственных страданий, причиненных потерпевшей ФИО17, а также степени вины причинителей вреда – подсудимых ФИО40 и ФИО41 и их материального положения, находит исковые требования законного представителя несовершеннолетней потерпевшей о денежной компенсации морального вреда обоснованными, однако, считает возможным удовлетворить их частично, взыскав в пользу ФИО17 с ФИО40 – 1 000 000 рублей, а с ФИО41 – 600 000 рублей. 

В соответствии со ст.1094 ГК РФ лицо, ответственное за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязано возместить необходимые расходы по погребению лицу, понесшему такие расходы.

Законный представитель несовершеннолетней потерпевшей – ФИО18 понесла расходы, связанные с погребением тела ФИО1 и установлением памятника на месте захоронения. 

Размер понесенных ФИО18 расходов за услуги по погребению составил 20 370 рублей (6000+7185+2395+4790), по установке памятника на месте захоронения – 29 191 рубль (28000+1191), а всего в общей сумме – 49 561 рубль. 

Указанные расходы подтверждаются представленными суду платежными документами.

В судебном заседании установлено, что часть расходов на погребение в сумме 6 332 рубля 74 копейки была компенсирована ФИО18 администрацией МО «

<

адрес>», в связи с чем она просила уменьшить свои исковые требования на указанную сумму. 

Фактически ФИО18 понесены расходы на погребение ФИО1 и установку памятника на месте его захоронения в сумме 43 228 рублей 26 копеек. 

На основании изложенного, суд признает исковые требования ФИО18 о возмещении расходов на погребение и установку памятника в указанной сумме (43 228 рублей 26 копеек) обоснованными и считает необходимым взыскать их с подсудимых ФИО40 и ФИО41 в солидарном порядке. 

В соответствии с ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Согласно ст.1080 ГК РФ, лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. 

В судебном заседании установлено, что совместными преступными действиями ФИО40, ФИО41 и ФИО42 в результате хищения имущества из обувной мастерской несовершеннолетней потерпевшей ФИО17 причинен материальный ущерб на общую сумму 176 753 рубля. 

В ходе судебного разбирательства подсудимые ФИО40 и ФИО42 частично возместили причиненный потерпевшей ущерб, передав ее законному представителю денежные средства в сумме 30 000 рублей и 60 000 рублей соответственно. 

Таким образом, до настоящего времени потерпевшей не возмещен материальный ущерб, причиненный хищением имущества из обувной мастерской, в размере 86 753 рублей.

Вместе с тем на стадии предварительного расследования была обнаружена и изъята похищенная коллекция монет стоимостью 2 160 рублей, которая в настоящее время находится в камере хранения вещественных доказательств 

<

данные изъяты> межрайонного следственного отдела СУ СК России по 

<

адрес>, поэтому ее стоимость подлежит исключению из общей суммы исковых требований, связанных с возмещением имущественного ущерба. 

Исходя из изложенного, исковые требования законного представителя несовершеннолетней потерпевшей о возмещении имущественного ущерба, причиненного преступлением, подлежат удовлетворению частично – в сумме 84 593 рубля. 

Поскольку причиненный ущерб явился результатом совместных преступных действий ФИО40, ФИО41 и ФИО42, то указанная сумма подлежит взысканию с подсудимых в солидарном порядке. 

Разрешая вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд руководствуется ч.3 ст.81 УПК РФ и с учетом мнения участников судебного разбирательства приходит к следующему:

- коллекцию из 82 монет и 1 жетона Петербургского метрополитена надлежит вернуть несовершеннолетней потерпевшей ФИО17, либо лицу, представляющему ее интересы в установленном законом порядке; 

- джинсовые брюки и футболку потерпевшего ФИО1, навесной замок, вязаную шапку ФИО41, как невостребованные потерпевшей стороной и указанным подсудимым, следует уничтожить; 

- детализацию телефонных соединений абонентского номера №, принадлежавшего потерпевшему ФИО1, и абонентского номера №, принадлежащего подсудимому ФИО42, необходимо хранить при уголовном деле;

- три осколка стекла со следами пальцев рук, один осколок стекла с кровью, три отрезка дактилопленки со следами пальцев рук, как не представляющие ценности, надлежит уничтожить. 

На стадии предварительного расследования и в судебном заседании подсудимым ФИО40, ФИО41 и ФИО42 оказывалась юридическая помощь, в том числе адвокатами, участвующими по назначению следователя и суда.

За оказание такой помощи адвокатам из федерального бюджета было выплачено вознаграждение:

- за защиту ФИО42 в ходе предварительного расследования – 4 080 рублей адвокату Бутвину Д.Н. (т.9 л.д.50).

- за защиту ФИО40 в ходе предварительного расследования – 35 020 рублей, из которых 16 660 рублей адвокату Горбуновой Т.В. (т.9 л.д.45), 2 040 рублей адвокату Наквасину Р.В. (т.9 л.д.48), 16 320 рублей адвокату Карпецу А.Н. (т.9 л.д.56-57, 80) и в судебном заседании – 42 840 рублей адвокату Фролову И.В., а всего на общую сумму 77 860 рублей;

- за защиту ФИО41 в ходе предварительного расследования – 36 856 рублей, из которых 16 660 рублей адвокату Синицыну С.В. (т.9 л.д.43), 18 156 рублей адвокату Меркурьеву С.А. (т.9 л.д.52, 59, 87), 2 040 рублей адвокату Епифановой А.А. (т.9 л.д.54) и в судебном заседании – 42 840 рублей, из которых 4 080 рублей адвокату Полутренко Е.А., 38 760 рублей адвокату Рейзовой Н.Е., а всего на общую сумму 79 696 рублей.

В соответствии с п.5 ч.2 ст.131 УПК РФ указанные расходы являются процессуальными издержками, которые взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Подсудимые ФИО40 и ФИО41 возражали против взыскания с них расходов по оплате услуг защитников, ссылаясь на свое затруднительное материальное положение.

В то же время подсудимый ФИО42 полагал, что расходы, связанные с оплатой труда адвоката Бутвина Д.Н., предоставленного ему по назначению органом предварительного расследования, подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета, поскольку от услуг указанного защитника он отказался.

Действительно, как следует из материалов уголовного дела, подсудимый ФИО42 на стадии предварительного расследования заявил письменный отказ от услуг адвоката Бутвина Д.Н., назначенного ему следователем (т.4 л.д.248). 

При таких обстоятельствах расходы, связанные с оплатой труда адвоката Бутвина Д.Н., в соответствии с частями 2 и 4 ст.132 УПК РФ подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета. 

Вместе с тем подсудимые ФИО40 и ФИО41 от услуг назначенных им защитников, как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, не отказывались.

Разрешая вопрос о распределении процессуальных издержек, суд учитывает мнение сторон и исходит из того, что подсудимые ФИО40 и ФИО41 осуждаются к лишению свободы на определенный срок, находятся в трудоспособном возрасте, в связи с чем располагают возможностью исполнить приговор суда в части имущественных взысканий. 

При таких обстоятельствах суд полагает необходимым взыскать с подсудимых ФИО40 и ФИО41 в доход федерального бюджета процессуальные издержки:

- с подсудимого ФИО40 в сумме 77 860 рублей; 

- с подсудимого ФИО41 в сумме 79 696 рублей. 

Помимо этого, в связи с производством по настоящему уголовному делу понесены расходы, связанные с оплатой проезда законному представителю несовершеннолетней потерпевшей ФИО17 – ФИО18 к месту судебного разбирательства и с проживанием ее в течение пяти суток вне места постоянного жительства (суточные), в общей сумме 3 523 рубля 80 копеек, которые в силу п.1 ч.2 ст.131 УПК РФ также относятся к процессуальным издержкам.

Указанные процессуальные издержки с учетом количества и характера совершенных преступлений, а также роли в них каждого из подсудимых, подлежат взысканию в долевом порядке: с ФИО40 в сумме 1 523 рубля 80 копеек, с ФИО41 в сумме 1 300 рублей и с ФИО42 в сумме 700 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 302, 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО40 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «ж» ч.2 ст.105, ч.1 ст.158 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ в виде лишения свободы на срок 14 (четырнадцать) лет с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев;

- по ч.1 ст.158 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев. 

На основании ч.3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО40 по совокупности преступлений наказание в виде лишения свободы на срок 15 (пятнадцать) лет с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ФИО40 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осуждённый будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 

возложив на ФИО40 обязанность являться в указанный специализированный государственный орган два раза в месяц для регистрации.

Местом отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО40 определить исправительную колонию особого режима.

Меру пресечения осужденному ФИО40 на апелляционный период оставить без изменения – заключение под стражу. 

Начало срока отбывания наказания в виде лишения свободы исчислять ФИО40 с 09 апреля 2018 года. Зачесть в срок лишения свободы время содержания осужденного ФИО40 под стражей в период с 09 декабря 2016 года по 08 апреля 2018 года включительно.

ФИО41 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «ж» ч.2 ст.105, ч.1 ст.158 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ в виде лишения свободы на срок 10 (десять) лет с ограничением свободы на срок 1 год;

- по ч.1 ст.158 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 7 (семь) месяцев. 

На основании ч.3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО41 по совокупности преступлений наказание в виде лишения свободы на срок 11 (одиннадцать) лет с ограничением свободы на срок 1 год.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ФИО41 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осуждённый будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 

возложив на ФИО41 обязанность являться в указанный специализированный государственный орган два раза в месяц для регистрации.

Местом отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО41 определить исправительную колонию строгого режима.

Меру пресечения осужденному ФИО41 на апелляционный период оставить без изменения – заключение под стражу. 

Начало срока отбывания наказания в виде лишения свободы исчислять ФИО41 с 09 апреля 2018 года. Зачесть в срок лишения свободы время содержания осужденного ФИО41 под стражей в период с 09 декабря 2016 года по 08 апреля 2018 года включительно.

Приговор и.о. мирового судьи судебного участка 

<

данные изъяты> судебного района 

<

адрес> от 12 июля 2016 года в отношении ФИО41 исполнять самостоятельно. 

ФИО42 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев. 

В соответствии с п. «б» ч.7 ст.79 УК РФ условно-досрочное освобождение ФИО42 по приговору 

<

данные изъяты> суда 

<

адрес> от 25 января 2012 года – отменить.

На основании ст.70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединить неотбытую часть наказания по приговору 

<

данные изъяты> суда 

<

адрес> от 25 января 2012 года и окончательно назначить ФИО42 наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года с лишением права управления транспортным средством на срок 5 (пять) месяцев. 

Местом отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО42 определить исправительную колонию строгого режима.

Меру пресечения осужденному ФИО42 на апелляционный период оставить без изменения – заключение под стражу. 

Начало срока отбывания наказания в виде лишения свободы исчислять ФИО42 с 09 апреля 2018 года. Зачесть в срок лишения свободы время содержания осужденного ФИО42 под стражей в период с 09 декабря 2016 года по 08 апреля 2018 года включительно.

Приговор мирового судьи судебного участка 

<

данные изъяты> судебного района 

<

адрес> от 14 октября 2016 года в отношении ФИО42 исполнять самостоятельно. 

Исковые требования законного представителя несовершеннолетней потерпевшей ФИО17 – ФИО18 удовлетворить.

Взыскать с ФИО40 в пользу потерпевшей ФИО17 денежные средства в сумме 1 000 000 (Один миллион) рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Взыскать с ФИО41 в пользу потерпевшей ФИО17 денежные средства в сумме 600 000 (Шестьсот тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Взыскать с ФИО40 и ФИО41 в солидарном порядке в пользу ФИО18 денежные средства в сумме 43 228 (Сорок три тысячи двести двадцать восемь) рублей 26 копеек в счет возмещения расходов на погребение ФИО1 и установку памятника на месте его захоронения. 

Взыскать с ФИО40, ФИО41 и ФИО42 в солидарном порядке в пользу потерпевшей ФИО17 денежные средства в сумме 84 593 (Восемьдесят четыре тысячи пятьсот девяносто три) рубля в счет возмещения имущественного ущерба, причиненного преступлением.

Вещественные доказательства:

- коллекцию из 82 монет и 1 жетона Петербургского метрополитена – вернуть несовершеннолетней потерпевшей ФИО17, либо лицу, представляющему ее интересы в установленном законом порядке; 

- джинсовые брюки и футболку потерпевшего ФИО1, навесной замок, вязаную шапку ФИО41, как невостребованные потерпевшей стороной и указанным подсудимым, – уничтожить; 

- детализацию телефонных соединений абонентского номера №, принадлежавшего потерпевшему ФИО1, и абонентского номера №, принадлежащего подсудимому ФИО42, – хранить при уголовном деле;

- три осколка стекла со следами пальцев рук, один осколок стекла с кровью, три отрезка дактилопленки со следами пальцев рук, как не представляющие ценности, – уничтожить. 

Взыскать с ФИО40 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных адвокатам за оказание юридической помощи, в размере 77 860 (Семьдесят семь тысяч восемьсот шестьдесят) рублей.

Взыскать с ФИО41 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных адвокатам за оказание юридической помощи, в размере 79 696 (Семьдесят девять тысяч шестьсот девяносто шесть) рублей.

Взыскать с осужденных в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде сумм, израсходованных на оплату проезда законного представителя несовершеннолетней потерпевшей – ФИО18. к месту судебного разбирательства и на выплату ей суточных в долевом порядке: с ФИО40 – 1 523 (Одна тысяча пятьсот двадцать три) рубля 80 копеек, с ФИО41 – 1 300 (Одна тысяча триста) рублей и с ФИО42 – 700 (Семьсот) рублей. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации через Архангельский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции как лично, так и с помощью защитника, о чем необходимо указать в своей апелляционной жалобе, а в случае подачи апелляционного представления или жалобы другого лица – в отдельном ходатайстве или возражениях на них в течение 10 суток со дня вручения копии представления или жалобы.

Осужденные также вправе ходатайствовать об апелляционном рассмотрении дела с участием защитника, о чём должны подать в суд, постановивший приговор, соответствующее заявление в срок, установленный для подачи возражений на апелляционные жалобы (представление).

Председательствующий А.С. Саладин