Р Е Ш Е Н И Е

 ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

01 июня 2017 года г. Спас-Клепики

Клепиковский районный суд Рязанской области в составе:

Председательствующего судьи Н. С. Самсаковой

При секретаре С.И. Галкиной

С участием ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, его представителя ФИО4 рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску по иску ФИО5 ФИО12 к ФИО6 ФИО13 о признании словесных выражений тяжким оскорблением чести и достоинства и взыскании компенсации морального вреда.

У С Т А Н О В И Л:

ФИО9 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании словесных выражений тяжким оскорблением чести и достоинства и о взыскании компенсации морального вреда в сумме 1000 000 рублей. 

Свое требование он мотивировал тем, что 1 ноября 2014 года на улице в д. Анциферово Клепиковского района Рязанской области ответчик ФИО3 совершил в отношении истца оскорбительные хулиганские действия, а именно в присутствии посторонних лиц, жителей д. Анциферово обвинил в краже лома, а затем громко выкрикивал бранные и нецензурные слова в его адрес, при этом в грубой бранной форме обвинил истца в гомосексуализме.

Данными действиями истцу была причинена грубая нравственная травма: характеристика брани сводилась к уничижению истца как мужчины, человека и семьянина.

Истец ФИО9 в судебное заседание не явился, надлежаще извещен, не просил рассмотреть дело в его отсутствие либо с применением видеотрансляции.

Представитель истца, ФИО1, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал, пояснил вышеизложенное. Кроме того, пояснил, что его доверителю были причинены глубокие нравственные страдания, поскольку указанные оскорбления длились около двух лет, каждый раз при встрече с ответчиком. Ответчик постоянно оскорблял не только самого истца, но и его семью, голословно обвиняя в краже вещей. Вечером 1ноября 2014 года оскорбления в гомосексуализме в бранной и нецензурной форме в присутствии общих знакомых настолько оскорбило истца, что он, не сдержавшись, решил проучить ответчика, погнался за ним, чтобы припугнуть, и в потасовке, завязавшейся около дома ответчика нанес ножевое ранение, причинив тяжкий вред здоровью, не имея при этом умысла на убийство ответчика, после чего глубоко переживал случившееся, в том числе полученные оскорбления и тяжкие последствия этих оскорблений, которые вылились в совершение истцом преступления, за которое он осужден в настоящее время к лишению свободу, что перенес инфаркт, ставший причиной его инвалидности. До настоящего времени, отбывая наказание, постоянно находится на лечении, поскольку до настоящего времени находится в стрессовом состоянии от произошедшего.

В судебном заседании ответчик частично признал исковые требования, пояснил, что действительно полагал, что истец украл у него лом и пешню за два года до случившегося конфликта, в связи с чем, каждый раз при встрече с ним или с членами его семьи пытался вернуть украденные вещи. В полицию по поводу краж не обращался. Действительно 1.11. 2014 года произошла конфликтная ситуация около дома истца в присутствии семьи ФИО10. Однако когда обзывал истца нецензурной бранью и другими бранными словами, имеющими оскорбляющий мужчину гомосексуальный смысл, не понимал, что данные слова могут обидеть истца так глубоко, что тот может нанести ему телесные повреждения. О гомосексуальных связях истица ему ничего не известно. Знает, что у истца есть жена, дети и внуки. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4, действующая по устному заявлению, не признала исковые требования, пояснила, что ответчик страдает 

<

данные изъяты>, и, имея длительный конфликт с истцом, добросовестно заблуждался о похищенных у него вещах. Обзывая истца 1.11.2014 года, по ее мнению, он не понимал смысл бранных и нецензурных слов, их негативного подтекста в отношении чести и достоинства истца как мужчины. Полагает, что компенсация морального вреда в указанной сумме непомерна высока, поскольку пенсия истца составляет 

<

данные изъяты> рублей, он проживает один, имея из других источников дохода, только подсобное хозяйство в виде огорода. Кроме того истец по приговору суда должен заплатить в пользу ответчика компенсацию морального вреда за телесные повреждения, однако до настоящего времени компенсация не выплачена.

Суд, выслушав стороны, свидетелей, изучив представленные ими доказательства, приходит к следующему выводу:

Исковые требования истца подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям:

В соответствии со ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени. Статьей 29 Конституции РФ каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации.

Согласно ч.1 и.2 ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения В соответствии со ст. 151 ГК РФ в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пределы свободы выражения мнения закреплены в положениях части 1 статьи 21 Конституции РФ, согласно которой достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления.

Учитывая, что любое выражение мнения имеет определенную форму и содержание, которым является умозаключение лица, и его выражение не должно быть ограничено какими-либо пределами, кроме закрепленных частью 2 статьи 29 Конституции РФ, то форма выражения мнения не должна унижать честь и достоинство личности и должна исключать возможность заблуждения третьих лиц относительно изложенного факта.

При таком положении, в случае, если указанные выше требования не выполняются, то лицо, высказывающее какое-либо суждение относительно действий или личности иного лица, должно нести связанные с их невыполнением отрицательные последствия.

Согласно ч. 6 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 года "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (ст. ст. 150, 151 Гражданского кодекса РФ). 

Судом установлено, что 1 ноября 2014 года около 22 часов года на улице в д. Анциферово Клепиковского района Рязанской области ответчик ФИО3 совершил в отношении истца ФИО9 оскорбительные действия, а именно в присутствии посторонних лиц, жителей д. Анциферово обвинил в краже лома, а затем громко, несмотря на требования со стороны истца прекратить ругательства, выкрикивал бранные и нецензурные слова в его адрес, при этом в грубой бранной форме обвинил истца в гомосексуализме.

Данными действиями истцу были причинены нравственные и физические страдания, поскольку характеристика брани сводилась к уничижению истца как мужчины, человека и семьянина, то есть были затронуты его честь, достоинство. 

Данные обстоятельства подтверждаются объяснениями сторон, признанием ответчиком факта распространения не соответствующих действительности сведений о хищении истцом у него лома и пешни и гомосексуализме истца, а также высказыванием в адрес истца указанных обвинений в бранной и нецензурной форме в присутствии семьи ФИО10.

Данные обстоятельства также подтверждаются приговором Клепиковского районного суда от 15 января 2016 года, оставленного без изменения апелляционным определением Рязанского областного суда от 11 апреля 2016 года, материалами уголовного дела 1-1-/2016 года, в котором протоколами допроса потерпевшего ФИО3 от 05.02 2015 года (том1л. Уг.д.152), протоколами судебных заседаний, в ходе которого свидетели ФИО14 (л.уг.д.58 том2), ФИО7 (том2 л.уг.д.257), подтвердили факт распространения порочащих и оскорбляющих честь и достоинство истца сведений на протяжении нескольких лет истца со стороны ответчика, в том числе и 1 ноября 2014 года, показаниями свидетеля ФИО8, допрошенной в настоящем в судебном заседании и давшей аналогичные объяснениям сторон, показания.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как основания своих требований и возражений.

Распределяя обязанности доказывания, суд возложил на ответчика обязанность доказать соответствие действительности распространенных сведений; на истца - обязанность доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Поскольку ответчиком не представлено доказательств в подтверждение фактов хищения лома и пешни истцом, а также его гомосексуальности, суд полагает, что указанные сведения не соответствуют действительности. 

Оценивая характер высказываний ответчика, суд исходит из значения сказанных ФИО3 слов, данных толковыми словарями русского языка, согласно которым в русском языке указанные слова являются синонимами и употребляется в качестве бранных и оскорбительных в уголовном жаргоне и народном сленге и означают в повседневной жизни - плохой человек, гомосексуалист, пассивный гомосексуалист из социальной тюремной касты, и полагает, что субъективное мнение ответчика было действительно выражено в оскорбительной форме, выходящей за допустимые пределы осуществления ответчиком права на свободу выражения своих мнений и убеждений, и избранная для этого форма была явно несоразмерна целям и пределам осуществления ответчиком прав для своей защиты, кроме того судом установлено бесспорными доказательствами, что ответчик распространил не соответствующие действительности сведения о хищении истцом лома и пешни.

Суд не принимает доводы представителя ответчика о том, что ответчик заблуждался в характере бранных и нецензурных слов, поскольку данные утверждения не подтверждаются объективными доказательствами., поскольку при даче объяснения суду ответчик пояснил, что такими словами хотел посильнее обидеть истца с целью возврата похищенных им вещей. 

Суд полагает, что действия ФИО3 носили целенаправленный характер, были направлены на оскорбление и унижение личности и достоинства истца, имеющаяся ранее конфликтная ситуация между сторонами могла спровоцировать действия ФИО3, в ходе которых он оскорбил истца. Поскольку допущенное ответчиком в отношении истца высказывание было осуществлено в оскорбительной форме, в том числе и нецензурной, унижающей честь, достоинство истица, указанное обстоятельство является основанием для возложения на ответчика обязанности компенсации морального вреда в соответствии со ст. ст. 150, 151 Гражданского кодекса РФ.

Положениями ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод предусмотрено, что каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ. Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

Осуществление указанных прав корреспондирует и находится в неразрывном единстве с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, а также с положениями ч. 1 ст. 21 Конституции РФ, согласно которой достоинство личности охраняется государством и ничто не может быть основанием для его умаления.

Применение высказанных ответчиком в адрес истца бранных, нецензурных слов и выражений, которые были использованы для описания личностных качеств ФИО9 в силу норм морали и правил общественного порядка недопустимо, суд полагает, что ответчик мог бы сформулировать свои требования другими словами, не прибегая к высказываниям, унижающим достоинство истца, высказывания ответчика являются оскорбительными по смыслу, содержанию, поскольку содержат в своей семантике и оценочном компоненте намерение унизить и оскорбить истца.

Рассматривая требования истца о признании словесных выражений, употребленных ФИО11 в адрес ФИО9 1.11.2014 года тяжким оскорблением чести и достоинства, суд полагает, что данные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям:

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

По смыслу закона оскорбление представляет собой выраженную в неприличной форме отрицательную оценку личности потерпевшего, имеющую обобщенный характер и унижающую его честь и достоинство.

По смыслу закона, неприличной считается открыто циничная, противоречащая общественной морали форма общения, унизительная для человека.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего и является одним из обстоятельств подлежащих доказыванию, но не может являться самостоятельным исковым требованием. 

Установив факт распространения приведенных выше сведений и оскорбительных выражений в неприличной форме в виде бранных и нецензурных слов ответчиком, их порочащий характер, суд приходит к выводу о том, что ответчиком не представлено допустимых доказательств соответствия действительности распространенных в отношении истца сведений и высказываний, что является основанием для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда.

Суд учитывает обстоятельства нанесения оскорблений, а именно в присутствии жителей д. Анциферово, что, по мнению суда, негативно сказалось на авторитете истца как главы семейства, мужа в глазах жены ФИО8, так и мужчины в глазах окружающих, суд учитывает, что указанные противоправные действия ответчика ФИО3 спровоцировали совершение ФИО9 преступления против жизни и здоровья ответчика. 

При этом истец внутренне ощутил на себе изменение общественного мнения о себе, поскольку он был осужден по приговору Клепиковского районного суда, в настоящее время отбывает наказание в местах лишения свободы, при этом ответчик в течение длительного времени не принимал мер к заглаживанию причиненного морального вреда и устранению нравственных страданий, понесенных истцом.

Таким образом, данные требования являются излишне заявленными и входят в предмет требований о защите чести и достоинства и компенсации морального вреда, поскольку устанавливая обстоятельства нанесения оскорблений и размер компенсации, суд, делая выводы по данным обстоятельствам уже установил степень тяжести оскорблений и размер надлежащей компенсации. 

Суд также учитывает, что ответчик в настоящее время не работает, является инвалидом 2 группы, пенсия ответчика составляет 

<

данные изъяты> рублей, он проживает один, имея из других источников дохода, только подсобное хозяйство в виде огорода и учитывая наличие его тяжелого материального положения, полагает возможным снизить размер компенсации морального вреда до 10000 рублей.

Суд полагает, что указанный размер компенсации морального вреда будет разумным и справедливым и будет отвечать задачам защиты нарушенного права.

Поскольку ответчик является инвалидом второй группы, то в силу закон он освобожден от уплаты госпошлины в доход государства.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ФИО6 ФИО15 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца д. 

<

адрес>, проживающего там же, 

<

адрес> пользу ФИО5 ФИО16 компенсацию морального вреда в сумме 10000 (десять тысяч) рублей. 

В остальных исковых требованиях ФИО5 ФИО17 отказать. 

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения в Рязанский областной суд с подачей жалобы через Клепиковский районный суд.

Судья Н. С. Самсакова