АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Уфа 15 октября 2025 года

Верховный Суд Республики Башкортостан

в составе председательствующего судьи Хафизова Н.У., 

при секретаре судебного заседания Хисматуллине И.Ф.,

с участием прокурора ФИО5,

осужденного ФИО1 и его адвоката ФИО10,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя ФИО13 с дополнением, апелляционной жалобе адвоката ФИО10 с дополнением в защиту осужденного ФИО1, дата года рождения, несудимого, на приговор Белорецкого межрайонного суда РБ от дата, по которому он осужден по п.«б» ч.2 ст.264, ст. 125 УК РФ, в соответствии с ч.2 и ч.4 ст.69 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком 2 года. 

В приговоре разрешена судьба вещественных доказательств.

Изучив материалы уголовного дела и доводы апелляционных представления и жалобы с дополнениями, выступления осужденного ФИО1 и адвоката ФИО10 об отмене приговора, выступление прокурора ФИО5 в поддержку доводов представления,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, сопряженного с оставлением места его совершения. Также признан виновным в оставлении без помощи лица, находящегося в опасном для жизни или здоровья состоянии и лишенного возможности принять меры к самосохранению по малолетству, старости, болезни или вследствие своей беспомощности, в случаях, если виновный имел возможность оказать помощь этому лицу и был обязан иметь о нем заботу либо сам поставил его в опасное для жизни или здоровья состояние. 

Как следует из приговора, дата около 13 часов 20 минут ФИО1, управляя грузовым бортовым автомобилем марки ... с государственным регистрационным знаком №..., в светлое время суток на территории адрес, двигаясь со стороны адрес в направлении адрес, в целях обгона неустановленного грузового автомобиля, двигавшегося в попутном направлении на 238-ом км автодороги адрес, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, создал опасность для движения и помеху встречному автомобилю марки «...», без государственного регистрационного знака, с идентификационным номером (VIN) №..., под управлением водителя Свидетель №1 Водитель Свидетель №1, избегая столкновение, выехал на правую обочину по ходу своего движения, что привело к боковому юзу автомобиля марки «...» с выездом на полосу, предназначенную для встречного движения, в последующем, на 238 км + 200 м автодороги адрес, совершил столкновение со встречным автомобилем марки «...» с государственным регистрационным знаком №..., под управлением водителя ФИО3, которая двигалась по своей полосе движения со стороны адрес, в направлении адрес. В результате дорожно–транспортного происшествия, малолетнему пассажиру автомобиля «...» ФИО6 причинена тупая травма живота с разрывом тощей кишки.

После дорожно–транспортного происшествия водитель автомобиля «...)» ФИО1, скрылся с места совершенного им преступления. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО13, ссылаясь на нормы УПК РФ и УК РФ, а также на нарушение судом требований ст.307 УПК РФ, указывает на отсутствие в описательно-мотивировочной части приговора должным образом мотивированных выводов о наличии в действиях ФИО1 квалифицирующих признаков. Кроме того, обращает внимание, что суд в резолютивной части приговора не указал на применение положений ст.71 УК РФ. Просит приговор изменить в связи с неправильным применением уголовного закона и несправедливостью приговора, указать на применение положений ст.71 УК РФ, назначить соразмерное наказание. 

В дополнении к апелляционному представлению государственный обвинитель ФИО13, предлагает исключить ст.125 УК РФ как излишне вменённую, поскольку действия ФИО1 полностью охватываются составом преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.264 УК РФ. 

В апелляционной жалобе адвокат ФИО10 считает предъявленное ФИО1 обвинение с квалифицирующим признаком «оставление места ДТП», некорректным. Ссылаясь на п.1.2 Постановления Правительства РФ от дата №... «О Правилах дорожного движения», обращает внимание, что автомобиль «...» с другими автомобилями не контактировал, столкновений с автомобилем потерпевшего не допускал, в связи с чем, полагает об отсутствии причинно-следственной связи действий ФИО1 с последствиями дорожно-транспортного происшествия, а также об отсутствии у него оснований полагать о причастности к данному происшествию. Утверждает, что ФИО2, после ДТП между автомобилями «...» и «...», сразу развернулся и подъехал, потушил возгорание двигателя автомобиля «...», а также принял меры по предотвращению возгорания автомобиля «...», помог пассажирке покинуть автомобиль, уехал с места происшествия только убедившись в отсутствии угрозы жизни кому-либо, и вызове скорой помощи. Ссылаясь на заключение эксперта №... от дата, показания свидетеля Свидетель №1, видеоматериал с видеорегистратора автомобиля, идущего по одной полосе с автомобилем «...», считает, что выезд автомобиля «...» на полосу встречного движения обусловлен неопытностью водителя, в связи с чем, потерпевший получил телесные повреждения. Просит приговор отменить, вынести по делу новое решение с учетом всех указанных в жалобе обстоятельств. 

В дополнении к апелляционной жалобе адвокат ФИО10, описывая установленные обстоятельства, указывает, что судом необоснованно принято во внимание заключение эксперта №... от дата, поскольку водитель Свидетель №1 сам являлся участником ДТП и его действия могут содержать признаки деяния, предусмотренного ст.264 УК РФ. Также обращает внимание, что, согласно постановлению Пленума ВС РФ от дата №..., в компетенцию судебной автотехнической экспертизы входит решение только специальных технических вопросов. Полагает, что суд необоснованно не принял во внимание заключение специалиста от дата №.... Ссылается, что потерпевший ФИО6 получил телесные повреждения в результате столкновения автомобилей «...» под управлением Свидетель №1 и автомобиля «...» под управлением ФИО3 Просит приговор отменить.

В возражении на апелляционную жалобу государственный обвинитель ФИО13, указывая на несостоятельность доводов, предлагает отказать в ее удовлетворении в полном объеме. 

В возражении на апелляционную жалобу представитель ФИО14 указывает на несостоятельность ее доводов, считает приговор вынесенным с соблюдением требований процессуального законодательства, основанным на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств. Просит приговор оставить без изменения. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы с дополнениями, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1, в инкриминируемых ему преступлениях, основаны на противоречивых доказательствах без их надлежащей оценки на предмет относимости, допустимости и достоверности, без анализа всей совокупности доказательств.

Так, в основу приговора положены показания свидетеля Свидетель №1, как в ходе предварительного, так и судебного следствий, согласно которым, он, дата, в дневное время, управляя автомобилем ... и двигаясь из адрес в сторону адрес, на плавном повороте направо, на расстоянии около 15-20 метров от себя увидел большегрузный автомобиль с полуприцепом, который двигался навстречу по своей полосе движения. Автомобиль марки «...» начал совершать обгон данного грузового автомобиля, а он, то есть Свидетель №1, начал сбавлять скорость. Расстояние между ним и встречным автомобилем «...», который ехал с превышением скорости, двигаясь со скоростью 100-110 км/ч быстро сокращалась, и во избежание столкновения с данным автомобилем, он начал плавно тормозить, прижиматься к правому краю проезжей части по ходу своего движения, чтобы разъехаться с автомобилем «...». Он сбросил скорость и ушел на обочину, проехал какое-то время по обочине, и в этот момент перед ним оказался отбойник. Чтобы избежать наезда на отбойник, он попытался вырулить на свою полосу движения в промежуток между отбойником и встречным автомобилем и совершил столкновение с автомобилем ..., который двигался по своей полосе. В ходе разъезда с автомобилем «...» его автомобиль «закусило» на обочине, в результате которого, заднюю часть его автомобиля начало заносить в правую сторону и его «выкинуло» на встречную полосу движения, где он совершил столкновение со встречным легковым автомобилем марки «...». После столкновения, его автомобиль выкатило на свою полосу движения, где он встал поперек проезжей части. 

В основу приговора также положено заключение эксперта №... от дата, согласно которому, действия водителя автомобиля «...)» в процессе совершения им обгона не соответствовали требованиям пункта 11.1 ПДД РФ. С технической точки зрения, действиями водителя автомобиля «...» была создана опасность для движения водителю автомобиля «...», переходящая в аварийную ситуацию, при которой водитель автомобиля «...», путем применения торможения, уже не имел технической возможности, не меняя траекторию своего движения, предотвратить столкновение с движущимся ему навстречу автомобилем «...».

Эксперт также указал на то, что в данной дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля «...» должен был руководствоваться техническими требованиями второго абзаца пункта 10.1, с учетом второго предложения первого абзаца пункта 8.1 Правил дорожного движения РФ. Второй абзац пункта 10.1 «При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Второе предложение первого абзаца пункта 8.1 «При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам движения».

При совершении водителем автомобиля «...» маневра (вправо по ходу своего движения) с целью предотвращения столкновения с автомобилем «...», автомобиль «...» потерял курсовую устойчивость («занесло») с последующим выездом на полосу встречного движения и столкновением на ней с автомобилем «...», то есть в действиях водителя автомобиля «...» усматриваются несоответствия требованиям второго предложения первого абзаца пункта 8.1 ПДД РФ.

При заданных следствием исходных данных, водитель автомобиля «...» при движении со скоростью 80-85 км/ч не располагал технической возможностью, не меняя траекторию своего движения, предотвратить столкновение с движущимся ему навстречу автомобилем «...» путем применения торможения. В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «...» должен был руководствоваться техническими требованиями пункта 11.1 Правил дорожного движения РФ. Пункт 11.1 «Прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения». 

С технической точки зрения, несоответствия действий водителя автомобиля «...» требованиям пункта 11.1 ПДД РФ, находятся в причинной связи с несоответствиями действий водителя автомобиля «...» требованиям второго предложения первого абзаца пункта 8.1 ПДД РФ, которые привели к столкновению автомобиля «...» с автомобилем «...» (том №... л.д. 130-132).

Таким образом, выводы эксперта основаны на тех данных о скорости автомобилей «...» и «...», указанные следователем в постановлении о назначении автотехнической экспертизы от дата. Согласно этому постановлению, следователь, указывая данные о скоростях названных автомобилей, сослался на показания водителей ФИО1 и Свидетель №1. При этом, следователь, указывая в постановлении расстояние 78.6 метров, с которого для водителя автомобиля «...» возник момент опасности для продолжения движения, в связи с выездом автомобиля марки «...» при совершении обгона попутного транспортного средства, на полосу предназначенного для встречного движения, сослался на данные следственного эксперимента с участием водителя Свидетель №1 от дата (т.1 л.д. 113-118).

В соответствии со ст. 181 УПК РФ, следственный эксперимент производится путем воспроизведения действий, а также обстановки или иных обстоятельств определенного события. При этом, проверяется возможность восприятия каких-либо фактов, совершения определенных действий, наступления какого-либо события, а также выявляются последовательность происшедшего события и механизм образования следов.

Как следует из содержания протокола следственного эксперимента, следователь, приготовив автомобили, сходные по размерам и габаритам к автомобилям «...» и «...», с их использованием не совершил какие-либо действия для воспроизводства обстоятельств возможности обнаружения возникновения опасности для движения водителю Свидетель №1, ограничился указанием в протоколе только величины измеренного расстояния, с места, когда со слов данного свидетеля, возникла опасность для его движения. 

При допросе в суде апелляционной инстанции, участвовавший в качестве понятого, при данном следственном действии, свидетель ФИО7 показал, что все машины стояли, с места на место не переставлялись. Дорога дальше в сторону адрес просматривалась, поскольку он заметил остановленную колонну машин. 

Свидетель Свидетель №1 показал суду апелляционной инстанции, что на место производства следственного действия его привезли на автомобиле «...», но ему автомобиль, при следственном эксперименте, аналогичный его автомобилю, не представлялся, в ходе следственного действия он за руль какой-либо машины не садился, указанные следователем автомобили просто стояли, что место, с которого он заметил выехавшую на встречу ..., он показал, выйдя из автомобиля. Следователь производил замеры до автомобиля ..., с места указанного с его, то есть Свидетель №1, слов, при этом, автомобили с места на место не переставлялись. 

Таким образом, следователь фактически подменил следственный эксперимент иным следственным действием, регламентированным ст. 194 УПК РФ, то есть проверкой показаний свидетеля Свидетель №1 на месте.

Суд, при оценке показаний свидетеля Свидетель №1, не принял во внимание то обстоятельство, что он, являясь участником дорожно-транспортного происшествия, может быть лицом, заинтересованным в исходе уголовного дела, не сопоставил его показания на предмет достоверности в совокупности с другими доказательствами, положенными в основу приговора.

Между тем, в основу обжалуемого приговора положен также протокол осмотра видеофайла обстоятельств дорожно-транспортного происшествия с видеорегистратора автомобиля, двигавшегося в попутном направлении за автомобилем марки «...» с государственным регистрационным знаком №..., согласно которому запечатлены обстоятельства выхода автомобиля «...» для обгона грузового автомобиля на встречную полосу, по которому приближается автомобиль «...», обстоятельства их встречного разъезда, путём выезда легкового автомобиля на правую обочину по ходу движения, его неуправляемого выезда на полосу, предназначенную для встречного движения, и столкновения со встречным автомобилем марки «...».

Судом апелляционной инстанции была назначена видео-техническая экспертиза данного видеофайла. Согласно выводам эксперта, определить скорости движения автомобилей «...» и «...», по причине значительной удалённости от видеорегистратора и низкого качества изображения, не представляется возможным; определить время начала манёвра обгона автомобилем «...» не представляется возможным из-за объектов, препятствующих обзору видеорегистратора, данный автомобиль попадает в кадры регистратора, в момент начала движения автомобиля, на котором он установлен, в левую сторону полосы встречного движения; Время появления в обзоре видеорегистратора автомобиля «...», до появления в кадрах «...», составила 3.137 с.; время появления в кадре автомобиля «...» до момента встречного разъезда с автомобилем «...» составляло 3,236 с. 

При допросе, в порядке разъяснения данного им заключения, эксперт ФИО15 суду апелляционной инстанции показал, что с момента появления автомобиля «...», движущегося по полосе встречного движения в кадрах видеорегистратора, до его встречного разъезда с автомобилем «...» прошло 6,373 секунды.

Судом апелляционной инстанции также была истребована информация из ..., согласно которой, видимость встречного транспорта на данном участке автодороги при движении со стороны адрес в сторону адрес, составляет более 100 метров, в обратную сторону менее 300 метров. 

В суде апелляционной инстанции, также был допрошен эксперт ФИО12, давший заключение автотехнической экспертизы, назначенной органом предварительного расследования, выводы которого положены в основу приговора о виновности ФИО1. На поставленные судом и участниками процесса вопросы, с учётом данных в выводах видеотехнической экспертизы, эксперт ФИО12 показал, что за 3,236 сек. автомобили «...», при его движении со скоростью 85 км/ч, и «...» при его движении со скоростью 70 км/ч, преодолевали до встречного разъезда 165,1 метра, а при движении автомобиля «...», при его движении со скоростью 80 км/ч, начальное расстояние между ними до встречного разъезда составило 160,6 метра, что исключало водителю техническую возможность остановить автомобиль «...» путём торможения. 

Также эксперт ФИО12 показал, что за 6,373 сек. расстояние между автомобилями «...», при его движении со скоростью 85 км/ч, и «...» при его движении со скоростью 70 км/ч, до встреченного разъезда составляло 274,3 метра, а при движении автомобиля «...», при его движении со скоростью 80 км/ч, расстояние между ними составило 265,5 метра, и водитель автомобиля «...», путём торможения, имел техническую возможность остановить транспортное средство. Также эксперт сообщил суду апелляционной инстанции, что остановочный путь автомобиля «...» при скорости 80 км/ч составляет 64 метра, при 85 км/ч 70 метров, при этом предположил о возможных ошибках в расчётах. 

Таким образом, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку не соответствующе действительности показания свидетеля Свидетель №1 о том, что автомобиль «Газ Газель (Gazelle)», выехал на полосу его движения на расстоянии 78,6 метров от него, повлияли на, положенные в основу приговора, выводы эксперта, изложенные в заключении автотехнической экспертизы.

Анализ иных, представленных стороной обвинения и положенных в основу приговора, доказательств, в том числе трассологической и судебно-медицинских экспертиз, показаний представителя потерпевшей ФИО3, а также другие доказательства, положенные в основу приговора, не позволяют устранить возникшие сомнения об отсутствии у водителя автомобиля «...» Свидетель №1 технической возможности предотвратить столкновение с движущимся ему навстречу автомобилем «...» путём применения торможения.

При таких обстоятельствах, для правильного и обоснованного разрешения уголовного дела, необходимо установить расстояние, с которого водитель автомобиля «...», при должной внимательности и осмотрительности, мог и должен был обнаружить возникновение опасности для дальнейшего движения в виде выехавшего на его полосу или движущегося по его полосе автомобиля «...», и соответственно, на основании п. 101 Правил дорожного движения Российской Федерации, возникновении у него обязанности принять меры к снижению скорости, вплоть до полной остановки транспортного средства, а также расстояние, с которого данная дорожная обстановка из категории опасного для дальнейшего движения, превратилась в категорию аварийной ситуации, с которой регламентированными Правилами дорожного движения мерами и способами, водитель лишился возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие. 

С учётом расположения видеорегистратора с файлом об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, на автомобиле, следовавшем за автомобилем «...», а также с учётом заключения эксперта при производстве видеотехнической экспертизы о невозможности определить расстояние, которое проехал автомобиль «...», с начала манёвра обгона до появления в кадрах автомобиля «...», а также до встречного с ним разъезда, в том числе из-за плохого качества изображения, новые данные, полученные в ходе апелляционного рассмотрения уголовного дела, не позволили прийти к однозначному выводу о наличии или отсутствии прямой причинной связи между действиями осуждённого ФИО1 и наступившими последствиями в виде тяжкого вреда здоровью малолетнего ФИО6

Подсчёты эксперта ФИО12 в суде апелляционной инстанции, с учётом того, что видеорегистратор был расположен не на автомобилях «...», и «...», также не позволяют прийти к однозначному выводу, поскольку его выводы об отсутствии технической возможности водителя «...» предотвратить лобовое столкновение за время появления в кадре автомобиля «...» до момента встречного разъезда с автомобилем «...», составлявшего 3,236 с., сделаны без учёта того обстоятельства, что видеофайл с обстоятельствами дорожно-транспортного происшествия, снят видеорегистратором автомобиля следующего в попутном для автомобиля «...» направлении, четвертым по порядку автомобилем. 

Таким образом, продолжительность времени появления в поле зрения автомобиля «...» не может быть одинаковым для автомобиля «...» и для автомобиля с видеорегистратором. Следовательно, в поле зрения водителя «...» автомобиль «...» появился ранее, чем мог появиться автомобиль с видеорегистратором. 

При таких обстоятельствах, разграничить прямую и косвенную причинную связь с наступившими последствиями в виде тяжкого вреда здоровью малолетнего ФИО6 с действиями водителей «...» и «...», не представляется возможным.

При производстве осмотра места происшествия, при проверке следственного эксперимента, сторона обвинения не установила дальность видимости в каждом направлении с учётом особенностей характеристик автодороги адрес, с учётом вертикальной и горизонтальной проекции участка автодороги, а также с учётом растительности обочины, как с рабочего места водителя автомобиля «...», так и с рабочего места автомобиля «...». При отсутствии данных сведений, достоверно установить расстояние, с которого водитель автомобиля «...» при должной внимательности и осмотрительности мог и должен был обнаружить возникновение опасности для дальнейшего движения в виде выехавшего на встречную полосу или движущегося по встречной полосе автомобиля «...», и соответственно, на основании п. 101 Правил дорожного движения Российской Федерации возникновении у него обязанности принять меры к снижению скорости, вплоть до полной остановки транспортного средства, не представляется возможным.

Без проведения дополнительных следственных действий в виде повторных осмотров места происшествия, а при необходимости и следственного эксперимента, с обеспечением безопасности участвующих лиц, без назначения дополнительной, с учётом полученных новых данных, судебной автотехнической экспертизы, в целях реконструкции механизма дорожно-транспортного происшествия с представлением масштабной, по фазной схемы его развития, устранить препятствия для рассмотрения уголовного дела судом, без его возвращения прокурору, не представляется возможным.

Учитывая, что для производства указанных дополнительных следственных действий требуется планирование и принятие организационных мероприятий в целях обеспечения безопасности участников следственного действия и участников дорожного движения, с задействованием специальных служб и личного состава правоохранительных органов в соответствии с их компетенций, производство их судом, при рассмотрении уголовного дела по существу, невозможно.

В соответствии с п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата N 39 "О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору", уголовное дело подлежит возвращению прокурору, когда обвинительный документ не содержит ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (статья 73 УПК РФ), с учетом того, что данные обстоятельства не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, а для производства такой экспертизы необходимо проведение значительных по объему исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия.

Судом апелляционной инстанции установлено, что указанное в обвинительном документе заключение автотехнической экспертизы основано на несоответствующих фактическим обстоятельствам исходных данных, представленных следователем, в связи с чем оно не может быть использовано в качестве доказательства для установления объективных фактических обстоятельств и правильного разрешения уголовного дела по существу, для назначения повторной или дополнительной автотехнической экспертизы по делу необходимо проведение значительных по объему исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия.

Поскольку, ст. 6 УПК РФ, гарантирована как защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, так и защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а по уголовному делу возможности объективного установления фактических обстоятельств путём дополнительных следственных действий, не исчерпаны, принять на данной стадии уголовного процесса итоговое решение, на основе имеющегося обвинительного заключения, не представляется возможным. 

В соответствии с п.3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении следователь указывает, также существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1, управляя автомобилем «...», совершил обгон неустановленного грузового автомобиля с нарушением Правил дорожного движения, но сам участником ДТП не являлся, управляемый им автомобиль какому-либо контакту с автомобилями, повреждёнными в результате ДТП, не подвергался.

Поскольку ФИО1 обвиняется в совершении также преступления с материальным составом, обстоятельством имеющим существенное значение, для данного дела является наличие прямой причинно-следственной связи между его действиями в виде нарушения им Правил дорожного движения и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью малолетнему пассажиру автомобиля ... ФИО6

Несмотря на это, орган предварительного следствия предварительного следствия, предъявляя ФИО1 обвинение по п. «б» ч. 2 ст. 264 УК РФ, а также указывая в обвинении по ст. 125 УК РФ, на то, что он сам поставил малолетнего ФИО6 в опасное для жизни или здоровья состояние, не указал в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении на наличие прямой причинно-следственной связи между нарушениями ФИО1 пунктов Правил дорожного движения с наступившим последствием в виде тупой травмы живота малолетнего ФИО6 с разрывом тощей кишки, причинившего ему тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. 

Указанное обстоятельство исключает возможность разрешения уголовного дела на основе данного обвинительного заключения.

Кроме того, органом предварительного расследования допущено существенное нарушение норм уголовно-процессуального закона, повлекшее существенное нарушение права лица привлекаемого к уголовной ответственности, на защиту.

Так, следователь, рассмотрев ходатайство защитника, поступившего после ознакомления с постановлением о назначении автотехнической экспертизы ходатайства, без оценки обоснованности заявленного ходатайства о постановке дополнительного вопроса, значения данного вопроса для объективного установления фактических обстоятельств дела, постановление об отказе в удовлетворении ходатайства мотивировал только своим мнением о виновности ФИО1. 

Между тем, в соответствии со ст. 14 УПК РФ, обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном настоящим Кодексом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. 

В силу ст. 29 УПК РФ, только суд правомочен признать лицо виновным в совершении преступления.

В соответствии с п.1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

В соответствии с ч. 3 ст. 38922 УК РФ обвинительный приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с возвращением уголовного дела прокурору, если при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке будут выявлены обстоятельства, указанные в части 1 ст. 237 УПК РФ.

При таких обстоятельствах, приговор подлежит отмене, а уголовное дело в отношении ФИО1 подлежит возвращению Белорецкому межрайонному прокурору Республики Башкортостан для устранения препятствий его рассмотрения судом.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 217, ст. 237, ст. 38913, ст. 38920, ст. 38922, ст. 38928, ст. 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Белорецкого межрайонного суда РБ от дата в отношении ФИО1, отменить.

Уголовное дело в отношении ФИО1 возвратить Белорецкому межрайонному прокурору Республики Башкортостан для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении, оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) путем подачи кассационной жалобы или представления непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ. 

В случае передачи кассационных жалобы или представления для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, в отношении которых вынесено судебное решение, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий: 

справка: дело 22-2350/2025

судья Кузнецова К.Н.