№2-970/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 июня 2019 года

Промышленный районный суд г.Смоленска

В составе:

Председательствующего судьи Самошенковой Е.А.,

при секретаре Блиновой Е.Э.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о расторжении договора купли-продажи автомобиля и взыскании денежных средств, встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, уточнив требования, обратился в суд с иском к ФИО2 о расторжении договора купли-продажи автомобиля, возврате уплаченных по договору денежных средств, взысканию процентов. В обоснование заявленных требований указал, что 01.02.2016 между ним и ответчиком был заключен договор купли-продажи, по условиям которого он приобрел у ФИО2 принадлежащий ей автомобиль марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, VIN №, 

<

данные изъяты> года выпуска за 350 000 руб. Истец в полном объеме исполнил обязательство по выплате продавцу стоимости автомобиля в вышеуказанном размере. Ответчик свои обязательства по договору не исполнила, получив денежные средства, передала истцу только комплект запасных ключей и паспорт транспортного средства, автомобиль передан не был, от возврата денежных средств ФИО2 уклоняется. Претензия истца от 31.01.2018 оставлена ответчиком без удовлетворения. Просит суд расторгнуть договор купли-продажи автомобиля заключенный 01.02.2016 между сторонами, взыскать с ответчика в его пользу денежные средства в размере 350 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 21 578 руб.

Ответчик ФИО2 исковые требования ФИО1 не признала, обратилась в суд со встречным иском о признании сделки недействительной. В обоснование требований указала, что с середины зимы 2013 до апреля 2016 стороны состояли в близких отношениях. В середине 2016 ФИО1 уговорил истца заключить договор купли-продажи принадлежащего ей спорного автомобиля. Указывает, что сделка является мнимой, поскольку была совершена без намерения породить соответствующие правовые последствия, заключение договора купли-продажи было необходимо ФИО1 в целях возмещения затрат на ГСМ в рамках его предвыборной компании в депутаты Смоленской областной думы. Денежные средства ФИО2 от ФИО1 по договору не получала, автомобиль ему не передавала. ФИО1 намерений получить спорное имущество во владение и пользование также не имел, что подтверждается отсутствием у него навыков вождения, отсутствием пописанного сторонами акта-приема передачи имущества и непринятием ФИО1 мер к регистрации автомобиля в органах ГИБДД. ФИО2 после заключения договора продолжала пользоваться автомобилем, осуществлять его техническое обслуживание, страховать свою ответственность в установленном законом порядке, уплачивать транспортный налог. Просит суд признать договор купли-продажи автомобиля от 01.02.2016 недействительным, взыскать с ФИО1 в ее пользу 23 500 руб. в счет возмещения расходов по оплату услуг представителя.

В судебном заседании ФИО1 заявленные им уточненные требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в заявлениях. Встречные исковые требования ФИО2 не признал, поддержал письменные возражения на встречное исковое заявление. Суду дополнительно пояснил, что автомобиль был приобретен частично и на его денежные средства. Наличие у него денежных средств на момент заключения договора купли – продажи автомобиля имелись, что подтверждается выписками из банка. На основании ч. 1 ст. 463 ГК РФ виду непередачи ему продавцом товара по договору купли-продажи у него имеется право отказаться от исполнения такого договора. Заявил о пропуске ФИО2 срока исковой давности по требованию о признании сделки недействительной, который как он полагал необходимо исчислять с даты направления им ответчику письменной претензии. Просил исковые требования, предъявленные к ФИО2 удовлетворить, в удовлетворении встречного иска отказать за необоснованностью и не доказанностью.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО2 – ФИО3 исковые требования ФИО1 не признала, поддержала письменные возражения на иск, с учетом их дополнений, а также заявленные встречные исковые требования. Указала, что ФИО2 приобрела автомобиль исключительно на свои денежные средства. Денежные средства в счет оплаты стоимости автомобиля от ФИО1 не получала, соответствующие доказательства этому стороной истца не представлены, автомобиль по акту приема-передачи ФИО1 не передавался, документы и ключи так же н6е передавались. После подписания договора ответчик продолжила пользоваться автомобилем, обслуживать его, платить штрафы. Истец после подписания договора на протяжении длительного времени не предпринял каких-либо мер по истребованию автомобиля из якобы незаконного пользования и владения ответчика. Ввиду отсутствия правовых последствий сделки купли-продажи транспортного средства настаивала на ее мнимости и заключении лишь для возмещения затрат на ГСМ понесенных истцом в ходе предвыборной компании. Также указала на несоблюдение истцом досудебного порядка предъявления требования о расторжении договора, поскольку соответствующее уведомление им в адрес ФИО2 не направлялось. Просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать, встречные исковые требования ФИО2 удовлетворить. 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно ч. 2 ст. 218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со ст.ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается. 

В судебном заседании установлено, что 01.02.2016 между ФИО2 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи автомобиля, согласно п. 1 и п. 2 которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется оплатить и принять автомашину марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, VIN №, 

<

данные изъяты> года выпуска. Стоимость автомобиля составляет 350 000 руб.

Согласно п. 3 договора на момент его заключения покупатель оплатил продавцу сумму в размере 350 000 руб.

Согласно доводов первоначального иска и объяснений ФИО1, после исполнения им обязательства по выплате продавцу стоимости автомобиля в вышеуказанном размере, ФИО2 свои обязательства по договору в части передачи транспортного средства покупателю не исполнила и от возврата денежных средств уклоняется.

Претензия от 31.01.2018, направленная в адрес ответчика, оставлена без ответа и без удовлетворения.

Ссылаясь на вышеупомянутые обстоятельства неисполнения ФИО2 договорных обязательств, ФИО1 обратился в суд с настоящим иском.

ФИО2 не оспаривая то, что обязательства по договору в части передачи автомобиля покупателю ею не исполнены, указывает, что сделка по отчуждению спорного транспортного средства являлась мнимой, в связи с чем, предъявила встречный иск о признании сделки недействительной. 

Разрешая заявленные требования с учетом вышеназванных доводов сторон, суд руководствуется следующим.

Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Согласно ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) (ст. 154 ГК РФ).

Согласно п.1 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Положениями статьи 170 ГК РФ предусмотрено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Исходя из анализа п. 1 ст. 170 ГК РФ, с учетом разъясняющих ее вышеприведенных положений, следует, что существенными чертами мнимой сделки являются следующие: стороны совершают эту сделку лишь для вида, заранее зная, что она не будет исполнена; по мнимой сделке стороны преследуют иные цели, нежели предусмотрены в договоре.

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, заключенную сделку стороны фактически не исполняли и исполнять не намеревались, правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли, что обе стороны мнимой сделки стремились к сокрытию ее действительного смысла. 

Таким образом, совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся, поскольку при заключении такой сделки у них имеется иной действительный смысл, на который направлена воля участников сделки. 

В обоснование своей позиции истец по встречному иску ссылалась на то обстоятельство, что сделка купли-продажи автомобиля являлась мнимой, поскольку была заключена в тот период когда стороны находились в близких отношениях и с целью возмещения ФИО1 затрат на ГСМ понесенных в ходе предвыборной компании.

В силу ч. 1 ст. 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). 

В силу взаимосвязанных положений пункта 1 статьи 223 и статьи 224 ГК РФ, право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором, при этом передачей признается вручение вещи приобретателю (фактическое поступление во владение), к передаче вещи приравнивается передача коносамента (товарораспорядительного документа).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

По смыслу приведенных норм ФИО2 инициируя заявленный ею встречный иск должна доказать отсутствие у нее и ФИО1 при заключении 01.02.2016 договора купли-продажи транспортного средства намерения создать соответствующие данной сделке правовые последствия ввиду наличия иного действительного смысла на который была направлена их воля, а также отсутствие фактического исполнения сторонами условий договора.

При этом с учетом исследованных по делу доказательств суд приходит к выводу о недоказанности ФИО2 выше обозначенных обстоятельств.

Так, как установлено судом, 01.02.2016 между ФИО2 (продавец), являющейся собственником автомобиля марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, VIN №, 

<

данные изъяты> года выпуска, и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи указанного транспортного средства, стоимость которого определена сторонами договора в 350 000 руб.

Согласно п. 3 договора денежные средства в упомянутом размере получены продавцом.

Как следует из материалов дела, текст договора купли-продажи составлен в простых и понятных выражениях, в нем отражены все существенные условия договора, содержание договора было одобрено сторонами его подписавшими.

Таким образом, доводы ФИО2 о неполучении ею денежных средств от ФИО1 в счет оплаты за автомобиль являются голословными, никакими объективными доказательствами не подтверждаются. 

Согласно объяснениям истца, не опровергнутым ответчиком, ФИО2 передала ему запасные ключи от автомобиля и ПТС.

Подлинность подписи ФИО2 в договоре стороной ответчика не оспаривалась. Доказательств, свидетельствующих, что при подписании договора ФИО2 была введена в заблуждение относительно природы сделки, не понимала смысл либо значение подписываемого ею документа, была лишена возможности ознакомиться с его содержанием суду не представлено. 

Доводы ФИО2 о том, что сделка была заключена с целью возмещения ФИО1 затрат на ГСМ понесенных в ходе предвыборной компании, также опровергаются письменными доказательствами.

Так, из предвыборной листовки Смоленского отделения партии «Гражданская платформа», распечатки с информацией о кандидатах, зарегистрированных по одномандатному избирательному округу № 18, а также информации с официального ресурса ЦИК, размещенной на интернет-сайте https:// elections.istra-da.ru, усматривается, что ФИО1 был зарегистрирован как кандидат в депутаты Смоленской областной думы 5 созыва по 18 округу от Смоленского отделения партии «Гражданская платформа» 08.09.2013, т.е. задолго до заключения оспариваемого договора купли-продажи транспортного средства.

Доказательств того, что в ходе проведения указанной предвыборной компании, либо аналогичной компании в иные периоды после 2013 года с участием истца, ФИО1 были произведены действия по возмещению затрат на горюче-смазочные материалы в связи с распространением агитационных листовок в связи с приобретением автомобиля у ФИО2 по договору от 01.02.2016 материалы дела не содержат и стороной ответчика, в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено. 

Допрошенные судом по ходатайству представителя ФИО2 – ФИО3 свидетели также не подтвердили доводов ответчика о неполучении ею денежных средств по договору и заключении такового без намерения породить соответствующие характеру совершенной сделки последствия.

Так, свидетель ФИО6 - брат ФИО2 суду пояснил, что в 2012 сестра говорила ему о намерении приобрести автомобиль, после чего она самостоятельно связывалась с родственниками его коллегии, проживающими в Бельгии, помогавшими ей в покупке. Свидетель отметил, что о том, что денежные средства на покупку автомобиля его сестре давал ФИО1 ему не известно, при этом он сам добавлял ФИО2 120 000-130 000 руб. на покупку транспортного средства, которое стоило около 300 000 руб. ФИО6 указал, что ему неизвестно о том, что в 2016 ФИО2 продала автомобиль ФИО1, а также об их совместном проживании либо расставании.

Свидетель ФИО7, указавшая, что состоит с ответчиком ФИО2 в дружеских отношениях, суду пояснила, что в 2013 году ФИО2 познакомила ее с ФИО1, указав на наличие между ними близких отношений. Свидетель указала, что автомобилем, принадлежащим ФИО2 пользовалась она одна, ФИО1 за рулем я не видела. Также отметила, что со слов ФИО2 ей известно о том, что ФИО1 предложил ответчику в 2016 подписать договор купли-продажи автомобиля, заключение которого было необходимо ему в целях получения возмещения затрат на горюче-смазочные материалы. Одновременно указала, что ранее она работала бухгалтером и для списания затрат на горюче-смазочные материалы достаточно представления документов об аренде автомобиля. О том, получила ли ФИО2 по договору денежные средства за автомобиль от ФИО1 свидетелю не известно. 

Доводы ФИО2 о том, что мнимый характер сделки подтверждается отсутствием акта приема-передачи автомобиля, ключей и документов к нему, а также не совершением покупателем действий по регистрации автомобиля в органах ГИБДД, суд отклоняет как несостоятельные, поскольку названные обстоятельства с учетом отсутствия доказательств, подтверждающих наличие у сторон сделки иных целей для реализации которых заключен договор, в данном случае возмещение затрат на ГСМ, сами по себе не могут свидетельствовать о том, что договор является мнимым.

В соответствии с пунктом 2 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

В силу взаимосвязанных положений пункта 1 статьи 223 и статьи 224 ГК РФ, право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором, при этом передачей признается вручение вещи приобретателю (фактическое поступление во владение), к передаче вещи приравнивается передача коносамента (товарораспорядительного документа).

Транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, в связи с чем, относятся к движимому имуществу, соответственно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя - момент передачи транспортного средства (пункт 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2017).

При этом, регистрация транспортного средства в органах ГИБДД является не государственной регистрацией перехода права собственности, установленной п. 2 ст. 223 ГК РФ, а носит учетный характер. То есть, последняя является административным актом, носящим разрешительный характер, и не связана с договором, опосредующим возникновение или переход права собственности на транспортное средство. Регистрация транспортных средств предусмотрена законодателем в целях их допуска к участию в дорожном движении, а не для подтверждения прав на данные транспортные средства.

Таким образом, поскольку возникновение права собственности на автомобиль законодателем не связано с его регистрацией в органах ГИБДД, ФИО1 не имел возможности осуществить регистрацию своего права на такое имущество, поскольку в контексте положений ч. 1 ст. 223, ч. 1 ст. 224 ГК РФ право собственности на автомобиль у него не возникло. 

Оценив вышеуказанные доказательства по делу, суд приходит к выводу, что ФИО1, являющимся стороной сделки, были совершены необходимые действия, направленные на создание соответствующих правовых последствий, связанных с переходом права собственности, его действительная воля была направлена на создание правовых последствий в виде приобретения права на автомобиль, условия, определенные сторонами в договоре, исполнены покупателем и частично исполнены продавцом (переданы ПТС и запасной комплект ключей), доказательств обратного, в том числе того, что ФИО1 самостоятельно изъял ПТС и ключи после прекращения отношений со ФИО2, а также того, что имелись основания по которым сделка может быть мнимой, совершенной лишь с целью создать видимость покупки ФИО1 спорного автомобиля, стороной истца по встречному иску не представлено.

Анализируя вышеизложенное, суд приходит к выводу, что ФИО2 не представлено доказательств, подтверждающих, что оспариваемая сделка совершена лишь формально, стороны при заключении договора купли-продажи преследовали совсем не те цели, которые при этом должны подразумеваться сторонами, и их действия не были направлены на достижение того юридического результата, который должен был быть получен при заключении данной сделки.

Оснований, по которым договор купли-продажи является недействительным ввиду того, что он является мнимым в материалы дела не представлено, в связи с чем, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречных исковых требований ФИО2

Кроме того, разрешая доводы ФИО1 о пропуске ФИО2 срока исковой давности, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу п. 2 ст. 181 ГПК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно ст. 205 ГК РФ, в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Представитель ФИО2, не согласившись с доводом истца о пропуске ответчиком срока исковой давности для предъявления встречного требования об оспаривании сделки, ссылается на п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" в соответствии с которым, для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

По смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

Вместе с тем, такие доводы ответчика суд отклоняет как основанные на неверном толковании норм права, поскольку, в отсутствие оснований, по которым договор купли-продажи является недействительным ввиду того, что он является мнимым и как следствие ничтожным, подлежит применению годичный срок исковой давности. 

Из Определения Конституционного Суда РФ от 17.02.2015 № 418-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО4 на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что, в соответствии с формулировкой п. 2 ст. 181 ГК РФ, суд наделен необходимыми дискреционными полномочиями на определение момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела.

При таких обстоятельствах, учитывая, что об отказе покупателя от исполнения договора продавцу ФИО2 должно было быть известно после направления ФИО1, претензии от 31.01.2018, суд приходит к выводу, что срок исковой давности по заявленным ФИО2 требованиям на момент предъявления встречного искового заявления – 04.04.2019 г., истек, что в силу абз. 2 ч. 2 ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в удовлетворении встречного иска.

Как установлено, не передача продавцом ФИО1 транспортного средства покупателю и как следствие отсутствие возможности реализовать свои права собственника в отношении указанного имущества, послужили основанием к обращению ФИО1 в суд с иском о расторжении договора и возврате уплаченных за автомобиль денежных средств.

Если продавец отказывается передать покупателю проданный товар, покупатель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи (ч. 1 ст. 463 ГК РФ).

Согласно ч. 2 указанной статьи при отказе продавца передать индивидуально-определенную вещь покупатель вправе предъявить продавцу требования, предусмотренные статьей 398 настоящего Кодекса.

Статьей 398 ГК РФ предусмотрено, что кредитор, в случае неисполнения должником обязательства передать индивидуально-определенную вещь в его собственность, вправе требовать отобрания этой вещи у должника и передачи ее кредитору на предусмотренных обязательством условиях. Это право отпадает, если вещь уже передана третьему лицу, имеющему право собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления. Если вещь еще не передана, преимущество имеет тот из кредиторов, в пользу которого обязательство возникло раньше, а если это невозможно установить, - тот, кто раньше предъявил иск. Вместо требования передать ему вещь, являющуюся предметом обязательства, кредитор вправе потребовать возмещения убытков.

В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 450, п. 1 ст. 451 ГК РФ договор может быть расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной, а также при существенном изменении обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора. 

Из смысла этих статей следует, что при отказе продавца передать товар покупателю, и невозможности реализации последним права требования передачи ему приобретенного по договору имущества он не лишен права потребовать расторжения договора по основаниям, предусмотренным в ст. 450 ГК РФ.

В соответствии со ст. 1103 ГК РФ правила о неосновательном обогащении применимы к требованиям одной стороны в обязательстве к другой стороне о возврате исполненного в связи с этим обязательством. 

Таким образом, при расторжении договора вследствие не передачи ему оплаченного товара покупатель вправе настаивать на возврате продавцом уплаченных за такой товар денежных средств.

Согласно сведениям ФИС ГИБДД-М с 09.01.2013 по 07.11.2018 автомобиль марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, VIN №, 

<

данные изъяты> года выпуска был зарегистрирован за ФИО2, с 07.11.2018 и по настоящее время транспортное средство зарегистрировано за ФИО8 

При таких данных, очевидно, что защита нарушенного права истца не может быть реализована посредством отобрания автомобиля у ФИО2, которой он уже не принадлежит и передачи ее ФИО1, на предусмотренных обязательством условиях.

Оценивая существенность нарушения, допущенного ФИО2, суд исходит из того обстоятельства, что истец, в полном объеме оплатив стоимость транспортного средства марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, VIN №, 

<

данные изъяты> года выпуска по договору от 01.02.2016, не получил в фактическое пользование и владение спорный автомобиль, и поэтому очевидно лишился того, что рассчитывал получить, заключая договор, что дает ему право требовать расторжения договора по основаниям, предусмотренным в ст. 450 ГК РФ и возврата уплаченных за товар средств.

Кроме того, ФИО1 заявлено требование о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 21 578 руб., исходя из ключевой ставки Банка России действующей в соответствующие периоды просрочки.

Ответчик, возражая против взыскания названной выше суммы указывает на неверное применение истцом значений ключевых ставок в соответствующие периоды, период не соответствующий фактическому периоду просрочки, подписание расчета неуполномоченным лицом.

В соответствии со ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно расчету истца, сумма процентов подлежащих взысканию за период с 31.01.2018 по 25.11.2018 составляет 21 578 руб. 

Однако суд, принимает во внимание доводы ответчика и не может согласиться с таким расчетом, поскольку таковой произведен не в соответствии со значениями ключевой ставки Банка России действующей в соответствующие периоды просрочки.

При установленной сумме задолженности в размере 350 000 руб. размер процентов предусмотренных ст. 395 ГК РФ, подлежащих взысканию за период с 31.01.2018 по 25.11.2019 составит 21 112,68 руб., сумму которых суд взыскивает с ответчика в пользу истца. 

Принимая во внимание имеющийся в материалах дела расчет цены иска, подписанный самим ФИО1, суд отклоняет довод ответчика о том, что расчет подписан неуполномоченным лицом.

В силу п. 1 ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

На основании ст. 452 ГК РФ соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев делового оборота не вытекает иное; требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

Аналогичная позиция изложена в п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 6 и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 8 от 01 июля 1996 года "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ", по смыслу которого спор об изменении или расторжении договора может быть рассмотрен судом по существу только в случае представления истцом доказательств, подтверждающих принятие им мер по урегулированию спора с ответчиком, предусмотренных п. 2 ст. 452.

Исходя из изложенного, заинтересованная в изменении или расторжении договора сторона обязана подтвердить факт досудебного урегулирования данного вопроса путем представления суду письменного отказа другой стороны договора либо при неполучении ответа от другой стороны, представив суду подтверждение надлежащего уведомления стороны договора об обращении к ней с соответствующим требованием.

Судом установлено, что ФИО1 31.01.2018 обратился к ФИО2 с претензией, в которой просил вернуть ему денежные средства, уплаченные по договору от 01.02.2016 ввиду непередачи ему по акту транспортного средства.

Учитывая, что право требования возврата денежных средств обусловлено в данном случае реализацией покупателем права на отказ от исполнения договора по причине неисполнения обязательств и существенного нарушений условий сделки продавцом, суд находит, что требование о соблюдении обязательного досудебного порядка направления требования о расторжении договора ФИО1 соблюдено.

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО1 о расторжении договора купли-продажи и возврате уплаченных за автомобиль денежных средств в размере 350 000 руб. и взыскании процентов подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194–199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Расторгнуть договор купли-продажи автомобиля заключенный 01.02.2016 между ФИО1 и ФИО2.

Взыскать со ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 350 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 21 112,68 руб.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о признании сделки недействительной - отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г.Смоленска в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья Е.А.Самошенкова