дело № 2-1/26

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 января 2026 года г. Киров

Кировский областной суд в составе председательствующего судьи Черемисинова Е.Н., при ведении протокола помощником судьи Клабуковой С.А.,

с участием государственного обвинителя – прокурора отдела прокуратуры Кировской области Майкова Р.А.,

подсудимых, гражданских ответчиков ФИО1, ФИО6,

защитников – адвокатов Демьянова В.И., Копаневой С.В.,

потерпевших, гражданских истцов ФИО4, ФИО5, представителя потерпевших – адвоката Иванковой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, родившегося 

<

дата> в 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, холостого, военнообязанного, неработающего, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, не судимого,

задержанного по настоящему делу в соответствии со ст. 91 УПК РФ 05.08.2025, в отношении которого 07.08.2025 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 214, ч. 4 ст. 354.1 УК РФ,

ФИО6 родившегося 

<

дата> в 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, холостого, военнообязанного, неработающего, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес> не судимого,

задержанного по настоящему делу в соответствии со ст. 91 УПК РФ 05.08.2025, в отношении которого 07.08.2025 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 214, ч. 4 ст. 354.1 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 и ФИО6, действуя группой лиц, публично совершили оскорбление памяти защитников Отечества (преступление № 1).

Они же, действуя группой лиц, совершили вандализм, то есть порчу имущества в иных общественных местах (преступление № 2).

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

В соответствии со ст. 1 Закона Российской Федерации от 14.01.1993 № 4292-1 «Об увековечивании памяти погибших при защите Отечества» увековечиванию подлежит память погибших в ходе военных действий, при выполнении других боевых задач или при выполнении служебных обязанностей по защите Отечества, а также погибших при выполнении воинского долга на территории других государств.

24.02.2022 Президентом Российской Федерации в соответствии с ч. 7 ст. 51 Устава Организации Объединенных Наций от 26.06.1945, Постановления Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации от 22.02.2022 № 35-СФ во исполнение ратифицированных Федеральным Собранием Российской Федерации Договоров о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между Российской Федерацией и Донецкой Народной Республикой, Луганской Народной Республикой, принято решение о проведении специальной военной операции (далее СВО) с целью защиты людей, проживающих на территории Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики, путем демилитаризации и денацификации Украины.

21.02.2022 ФИО2, 

<

дата> г.р., заключил контракт с Министерством обороны РФ о прохождении военной службы в 

<

данные изъяты>) 

<

адрес> военного округа, ему присвоено воинское звание старший сержант, он назначен на должность командира отделения.

14.09.2022 при выполнении боевой задачи в ходе проведения СВО ФИО2 погиб в 

<

адрес> и 23.09.2022 был похоронен с воинскими почестями.

Сведения о гибели ФИО2 в ходе проведения СВО были опубликованы в сети «Интернет», в том числе 20.09.2022, 16.09.2023 в сообществе «

<

данные изъяты>» социальной сети «

<

данные изъяты>», 19.09.2022, 18.09.2023 в сообществе «

<

данные изъяты>» социальной сети «

<

данные изъяты>», 19.09.2022 в сообществе «

<

данные изъяты>» социальной сети «

<

данные изъяты>», на сайте «

<

данные изъяты>», а также на других интернет-ресурсах.

Не позднее 30.09.2024 ФИО5, желая увековечить память защитников Отечества, в том числе своего сына ФИО2, по согласованию с администрацией 

<

адрес> разместила в общественном публичном месте - на фасаде здания по адресу: 

<

адрес>, пгт. 

<

адрес> баннер из виниловой ткани размером 06 метров в ширину и 03 метра в высоту, на котором имелось цветное изображение ее сына ФИО2 в форменном обмундировании военнослужащего Вооруженных сил России на фоне флага России, с надписью с указанием его фамилии, имени и звания – «ФИО43», наименованием общевойскового формирования (военной базы) в которой он проходил службу – «

<

данные изъяты>», а также надписью «Низкий Поклон Воинской чести!», указывающей на то, что ФИО2 погиб в ходе военных действий при выполнении боевых задач и воинского долга. Тем самым память защитника Отечества ФИО2 была увековечена в соответствии со ст. 1 Закона Российской Федерации от 14.01.1993 № 4292-1 «Об увековечивании памяти погибших при защите Отечества».

01.08.2025 в период с 00 часов 00 минут до 05 часов 00 минут ФИО1 и ФИО6, оба находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в общественном месте, на улице, возле дома по адресу: 

<

адрес>, на фасаде которого был размещен вышеуказанный баннер, действуя умышленно, группой лиц, совместно и согласованно между собой, подошли к указанному баннеру и, осознавая и видя, что данный баннер в лице военнослужащего ФИО2 посвящен памяти защитников Отечества, погибшим при защите Отечества, публично, в присутствии другого лица, грубо нарушая общественный порядок и проявляя явное неуважение к обществу, нарушая общепризнанные нормы и правила поведения, желая противопоставить себя окружающим, продемонстрировать свое пренебрежительное отношение к ним, совершили позорящие, унижающие, безнравственные, циничные действия, которыми умышленно и публично оскорбили память защитников Отечества в лице ФИО2, а также причинили вред имуществу ФИО5, а именно разорвали своими руками полотно баннера с изображением указанного военнослужащего, погибшего в ходе СВО, после чего скрылись.

В результате умышленных действий ФИО1 и ФИО6 разорванный и испорченный баннер с изображением погибшего защитника Отечества ФИО2, размещенный в общественном месте, был доступен для обозрения жителям пгт. ФИО3 

<

адрес> вплоть до 15 часов 10 минут 01.08.2025, а ФИО5 был причинен имущественный вред на сумму 6 500 рублей.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 214, ч. 4 ст. 354.1 УК РФ, при обстоятельствах, указанных в приговоре, не признал в полном объеме.

Из показаний подсудимого ФИО1, данных в судебном заседании, следует, что в период с 21-22 часов 31.07.2025 до 00-02 часов 01.08.2025, находясь на стадионе пгт. 

<

адрес>, он со знакомым ФИО6 и братом ФИО14 употреблял спиртные напитки, после чего у них произошел словесный конфликт с группой молодых людей, от которого они попытались уклониться, в связи с чем направились домой. Проходя мимо 

<

адрес>, они стали обсуждать произошедшее, после чего ФИО6 подошел к вышеуказанному дому, взялся рукой за левый край висевшего на фасаде дома баннера и рванул его на себя, а он (подсудимый), наблюдая за ФИО6, подошел к правому краю баннера и своей рукой также рванул его на себя, в результате чего баннер порвался. Вышеуказанные действия они с ФИО6 совершили вдвоем, ФИО14 к баннеру не подходил, а иных посторонних лиц не было, баннер он повредил на эмоциях, после произошедшего конфликта с группой молодых людей. После совершенных действий они ушли домой, а в обеденное время брат сообщил ему, что он повредил баннер, посвященный участнику специальной военной операции, от чего ему стало стыдно.

До указанных событий, около 21 часа 31.07.2025, ФИО6 в мессенджере «

<

данные изъяты>» отправил ему голосовое сообщение, в котором в высказался о людях в военной форме, приходивших к нему домой с предложением подписать контракт на участие в специальной военной операции, и впоследствии, при личной встрече, они обсуждали произошедшее, но данные обстоятельства на повреждение баннера не повлияли, они об этом с ФИО6 не договаривались.

Острота его зрения составляет 0,6 диоптрий на оба глаза, очки и линзы он не носит, однако, наблюдая за действиями ФИО6, находясь от баннера на расстоянии 8-10 метров, он не видел, что было изображено на баннере и кому, либо чему он был посвящен, а направляясь к баннеру и повреждая его, он на него не смотрел, умысла на оскорбление памяти защитников Отечества в лице ФИО2 у него не было. Считает, что действия по повреждению баннера совершены им не публично, место, где был размещен плакат с изображением ФИО2, общественным не является, а сумма причиненного материального ущерба, причиненного потерпевшей, завышена, поскольку баннер был не новым.

В настоящее время он сожалеет о произошедшем, принял меры к возмещению причиненного материального ущерба путем приобретения и установки баннера, аналогичного поврежденному, однако полагает, что моральный вред потерпевшим не причинял.

В судебном заседании подсудимый ФИО6 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 214 УК РФ, при обстоятельствах, указанных в приговоре, признал в полном объеме, вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 354.1 УК РФ, не признал.

Из оглашенных на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний подсудимого ФИО6, данных им в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого (том 3 л.д. 57-60, 61-67, 80-82, 83-85, 132-134) следует, что в период с 21-22 часов 31.07.2025 до 02-03 часов 

<

дата> он с друзьями ФИО14 и ФИО1 распивал спиртные напитки на стадионе пгт. 

<

адрес>, после чего они направились домой. Проходя по 

<

адрес> на стене дома № № он увидел полотно, которое решил беспричинно сорвать, в связи с чем подошел к левому краю баннера и начал руками рвать его, после чего к нему подошел ФИО1 и стал руками рвать правый край баннера, а ФИО14 остался стоять у дороги, наблюдая за ними. В результате их с ФИО1 действий баннер был разорван, после чего они разошлись по домам.

Перед встречей с ФИО14 и ФИО1, он направил последнему голосовое сообщение в мессенджере «

<

данные изъяты>», в котором в грубой форме высказал недовольство в отношении людей в военной форме, которые накануне приходили к нему домой и, по его мнению, хотели предложить ему подписать контракт на участие в специальной военной операции. Допускает, что при личной встрече мог рассказать ФИО1 то же самое, что и в голосовом сообщении, однако действия по повреждению баннера были совершены им не в связи с неприязнью к специальной военной операции, а под действием алкоголя, поскольку он захотел похулиганить, не обращая внимание на изображение на плакате, при этом острота его зрения составляет 1,0 и 0,8 диоптрий, в очках и контактных линзах он не нуждается.

Впоследствии ему стало известно, кем являлся изображенный на баннере ФИО2, и он осознал, что публично осквернил своими действиями память защитника Отечества, в чем сильно раскаивается.

В судебном заседании подсудимый ФИО6 указал, что показания, ранее данные им в качестве подозреваемого и обвиняемого о том, что он не обращал внимание на то, что изображено на баннере, порванном им вместе с ФИО1, он не подтверждает, в действительности он видел, что на указанном плакате изображен военнослужащий, однако умысла на оскорбление памяти защитников Отечества у него не было.

Несмотря на позицию подсудимых ФИО1 и ФИО6, выраженную ими как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, их вина в инкриминируемых преступлениях при обстоятельствах, изложенных в приговоре, подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.

Из показаний потерпевшей ФИО5, данных в судебном заседании, судом установлено, что ФИО2 является ее сыном, который 14.09.2022 погиб в ходе проведения специальной военной операции при исполнении воинского долга, после чего 23.09.2022 был торжественно захоронен. Впоследствии в типографии был заказан баннер с изображением ФИО2 в военной форме, размещенный в сентябре 2024 года по согласованию с администрацией городского поселения на фасаде 

<

адрес>, расположенного в центре населенного пункта, в знак уважения и признания подвига военнослужащего, а также в знак памяти всех военнослужащих, погибших в ходе проведения специальной военной операции. Вышеуказанный баннер был без повреждений, на нем имелась цветная фотография ФИО2 в форменном обмундировании военнослужащего, на фоне флага России, надписей с указанием его фамилии, имени, звания и военной базы, где он проходил службу. В результате повреждения вышеуказанного баннера ей был причинен материальный ущерб в сумме 6 500 рублей, который впоследствии был возмещен в полном объеме путем установки нового баннера, аналогичного ранее поврежденному, в связи с чем она отказывается от исковых требований, заявленных в ходе предварительного следствия, о возмещении материального ущерба, однако полагает, что в результате действий подсудимых ей был причинен моральный вред, поскольку она испытала глубокие нравственные страдания и переживания.

Из показаний потерпевшего ФИО4, данных в судебном заседании, судом установлено, что ФИО2 является его отцом, погибшим в зоне проведения специальной военной операции, после чего состоялись его похороны в торжественной обстановке. Впоследствии был изготовлен баннер размерами 6х3 метра с изображением отца в форменном обмундировании военнослужащего на фоне флага России, с указанием его фамилии, имени, звания, военной базы, где он проходил службу по контракту, а также надписи «Низкий Поклон Воинской чести!», который в сентябре 2024 года они разместили на фасаде 

<

адрес> в знак уважения и признания подвига ФИО2 01.08.2025, когда он находился с бабушкой, ей сообщили, что вышеуказанный баннер разорван. Считает, что в результате действий ФИО1 и ФИО6 ему был причинен моральный вред, поскольку он испытал глубокие нравственные страдания и переживания, почувствовал несправедливость, полагая, что этими действиями была осквернена память отца, в связи с чем поддерживает свое исковое заявление о возмещении компенсации морального вреда с каждого подсудимого.

Из показаний свидетеля ФИО14, оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных в судебном заседании (том 1 л.д. 143-145, 147-151), судом установлено, что около 02 часов 01.08.2025 в его присутствии ФИО1 и ФИО6 подошли к фасаду 

<

адрес>, где висел баннер, на котором он видел изображение военнослужащего, после чего ФИО6 стал руками рвать указанный баннер с левой стороны, а ФИО1 стал рвать его с правой стороны. В результате действий ФИО7 и ФИО1 баннер был поврежден, после чего они разошлись по домам.

Данные показания свидетель подтвердил при проверке их на месте (том 1 л.д. 152-157). В судебном заседании ФИО14 указал, что замечаний к проверке показаний на месте с его участием не имеет, сведения, отраженные в протоколе следственного действия, соответствуют действительности.

Из показаний свидетеля ФИО16, оглашенных с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (том 1 л.д. 229-232), судом установлено, что в ночь с 31.07.2025 на 01.08.2025 он со своими друзьями, в том числе ФИО17, находился возле Дома культуры пгт. 

<

адрес>, при этом недалеко от них была компания из трех молодых людей, которые пили пиво и громко слушали музыку на телефоне, при этом конфликта с ними не было. Впоследствии указанную компанию он видел около 01-02 часов 01.08.2025 на дороге, напротив 

<

адрес>, откуда они смотрели в сторону баннера, висящего на указанном здании, а на следующий день в социальной сети «Вконтакте» увидел запись о том, что баннер на указанном доме разорван.

Из показаний свидетеля ФИО17, оглашенных с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (том 1 л.д. 235-237), судом установлено, что в компании из трех молодых людей, находившихся в ночь с 31.07.2025 на 01.08.2025 возле Дома культуры пгт. 

<

адрес>, он узнал братьев К-вых. В какой-либо словесный конфликт он с указанной компанией не вступал.

Из показаний свидетеля ФИО18, оглашенных с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (том 2 л.д. 23-25), судом установлено, что он является заведующим офтальмологическим отделением Кировской клинической офтальмологической больницы, общий медицинский стаж 26 лет, в связи с чем по роду деятельности может пояснить, что с острой зрения 1,0 и 0,8; 0,6 и 0,6 диоптрий на баннере с размерами 6х3 метра изображение военнослужащего можно без проблем увидеть в темное время суток на расстоянии около 70 метров.

Из показаний свидетеля ФИО19, оглашенных с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (том 2 л.д. 28-30), судом установлено, что он, являясь разнорабочим в администрации пгт. 

<

адрес>, 24.09.2024 на основании распоряжения главы указанного поселения прикрепил баннер с изображением погибшего участника специальной военной операции на фасаде дома по адресу: пгт. 

<

адрес>, при этом баннер был в хорошем состоянии, повреждений и разрывов не имел, в процессе эксплуатации от ветра и погоды не отрывался.

Из оглашенных с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетелей ФИО32 (том 1 л.д. 114-116, 118-120), ФИО33 (том 1 л.д. 122-124), ФИО20 (том 1 л.д. 126-128), ФИО21 (том 1 л.д. 130-132), ФИО35 (том 1 л.д. 139-141), ФИО22 (том 1 л.д. 238-240), ФИО36 (том 1 л.д. 242-244, 248-250), судом установлено, что в утреннее время 01.08.2025, в том числе около 04 часов 40 минут, они обнаружили порванный баннер с изображением в военной форме участника специальной военной операции ФИО2, размещенный на фасаде дома по адресу: пгт. 

<

адрес>, при этом накануне, 31.07.2025, повреждений на нем не имелось.

Из показаний свидетеля ФИО23, оглашенных с согласия сторон в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных ею в судебном заседании (том 1 л.д. 158-162), судом установлено, что ФИО1 является ее сыном. 01.08.2025 совместно с ФИО32 и ФИО21 они обнаружили на фасаде здания по адресу: пгт. 

<

адрес>, порванный баннер, который был посвящен погибшему в зоне специальной военной операции ФИО2

ФИО1 может охарактеризовать исключительно с положительной стороны.

Из показаний свидетеля ФИО24, данных в судебном заседании, судом установлено, что она является главой администрации пгт. 

<

адрес>. В сентябре 2024 года по просьбе жительницы указанного населенного пункта ФИО5 она приняла решение о размещении на фасаде административного здания баннера размерами 6х3 метра с изображением военнослужащего ФИО2, погибшего в зоне специальной военной операции, в знак уважения к нему и в целях патриотического воспитания населения. Баннер был закреплен силами работников администрации поселения на фасаде здания № по 

<

адрес>, расположенного на открытом месте поселка, доступ к нему является беспрепятственным, в нем размещены общедоступные для посещения опорный пункт полиции, совет ветеранов, а также ранее располагался военно-учетный стол, обзор баннера какими-либо строениями ограничен не был. Размещение баннера с изображением военнослужащего ФИО2 на фасаде здания является временной мерой, в настоящее время администрацией поселения принимаются меры к созданию монумента, а также аллеи, где будет увековечена память не только ФИО2, но и иных защитников Отечества, в том числе, путем размещения плакатов с их изображением.

Из показаний свидетеля ФИО25, оглашенных с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (том 2 л.д. 10-12), судом установлено, что она является председателем Всероссийской общественной организации ветеранов (пенсионеров) войны и труда и вооруженных сил, расположенной в пгт. 

<

адрес>. Плакат, посвященный памяти участника специальной военной операции ФИО2, был размещен на фасаде здания, расположенном практически в центре поселка, на видном месте, он вызывал чувство гордости и патриотизма за то, что военнослужащий является земляком для жителей пгт. 

<

адрес>, а его содержание остается в памяти жителей поселка, тем самым увековечивается память о ФИО39 и всех военнослужащих, погибших при исполнении воинского долга, поскольку имелась надпись «Низкий поклон воинской чести!».

Из показаний свидетеля ФИО26, оглашенных с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (том 2 л.д. 18-20), судом установлено, что он является ветераном боевых действий, участвовал в специальной военной операции, также как и его знакомый ФИО2, погибший при исполнении воинского долга, память которого была увековечена путем размещения плаката с его изображением на фасаде здания по адресу: пгт. 

<

адрес> Данный плакат вызывал у него воспоминания о боевых днях специальной военной операции, а также о ребятах, погибших в боевых действиях, а его повреждение оскорбляет память не только ФИО39, но и всех военнослужащих, отдавших жизнь для защиты интересов и безопасности своей страны, для того, чтобы люди, разорвавшие баннер, смогли мирно жить у себя дома.

Из показаний свидетеля ФИО27, оглашенных с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (том 2 л.д. 1-3), судом установлено, что он является жителем пгт. 

<

адрес>, в связи с чем неоднократно обращал внимание на баннер с изображением участника специальной военной операции ФИО2, погибшего при выполнении воинского долга, который был размещен на фасаде здания, расположенного в центре указанного населенного пункта. Также ему известно, что ФИО39 пользовался уважением не только в пгт. 

<

адрес>, но и в 

<

адрес>, поскольку являлся тренером спортивно-патриотической школы, занимался нравственным воспитанием подрастающего поколения, прививал чувства патриотизма и долга.

Из показаний свидетеля ФИО28, оглашенных с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (том 2 л.д. 14-16), судом установлено, что он является военным комиссаром 

<

адрес>, в связи с чем по роду службы может указать, что баннеры, подобные расположенному на фасаде здания № по 

<

адрес>, размещаются только в честь погибших военнослужащих, посвящаются памяти всем защитникам Отечества, в данном случае в лице ФИО2, демонстрирует увековечивание памяти военнослужащего, отдавшего свою жизнь, защищая государство Российской Федерации. Вышеуказанный баннер содержит изображение на фоне флага России военнослужащего в военно-полевой форме Вооруженных сил Российской Федерации со знаками различия, имеется надпись с указанием его фамилии, имени, воинского звания, наименования воинской части, в которой он проходил военную службу, а фраза «Низкий поклон воинской чести» свидетельствует о том, что изображенный военнослужащий погиб при исполнении воинского долга, отдав жизнь Родине.

Из оглашенных с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетелей ФИО29 (том 1 л.д. 210-212), ФИО30 (том 1 л.д. 214-217) следует, что их брат ФИО2 погиб в зоне проведения специальной военной операции. В сентябре 2024 года их маме ФИО5 в администрации пгт. 

<

адрес> предложили разместить баннер с изображением брата на фасаде 

<

адрес> на безвозмездной основе, на что последняя согласилась. Впоследствии, 01.08.2025, из социальной сети «

<

данные изъяты>» им стало известно о том, что баннер был разорван, о чем они сообщили маме, которая по данному факту обратилась в полицию.

Из показаний свидетеля ФИО31, оглашенных с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (том 2 л.д. 5-7), судом установлено, что 01.08.2025, получив от ранее знакомой ФИО32 фотоснимки поврежденного баннера с изображением военнослужащего ФИО2, он разместил их в социальной сети «

<

данные изъяты>» в группе «

<

данные изъяты>».

Помимо изложенного, вина подсудимых ФИО1 и ФИО6 в совершении преступлений, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, подтверждается иными доказательствами, которые исследовались в судебном заседании, а именно:

- протоколами осмотра места происшествия от 

<

дата>, от 

<

дата> в соответствии с которыми было осмотрено одноэтажное здание, расположенное по адресу: пгт. 

<

адрес>, на наружной стене фасада которого обнаружен и изъят имеющий повреждения баннер прямоугольной форм с изображением военнослужащего ФИО2

Территория вокруг указанного здания облагорожена, имеет беспрепятственный доступ, внутри здания размещены участковый пункт полиции, помещение ПДН ОП «

<

данные изъяты>» и совет ветеранов (том 1 л.д. 38-41, 72-78).

По результатам осмотра 12.09.2025 изъятого в ходе осмотра места происшествия и приобщенного к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства баннера установлено, что он выполнен из винилового плотного материала размером 3000х6000 мм, на его левой части изображен мужчина в форменном обмундировании военнослужащего Вооруженных сил Российской Федерации на фоне флага России и текста, расположенного в правой части: «Низкий Поклон Воинской чести! ФИО44 старший сержант 

<

данные изъяты>. На левой стороне баннера имеются четыре повреждения горизонтальной формы длиной от 620 до 2650 мм; на правой стороне баннера имеется повреждение Г-образной формы размерами 900х310 мм, а также отсутствует фрагмент полотна прямоугольной формы (том 2 л.д. 85-88, 89-90).

В соответствии с заключением эксперта № от 

<

дата>, по результатам трасологической экспертизы установлено, что на изъятом в ходе осмотра места происшествия баннере имеется 5 повреждений, а также отсутствие фрагмента полотна, являющиеся разрывами материала, которые могли быть образованы в результате воздействия физической силы человека (том 2 л.д. 80-82);

- протоколом следственного эксперимента от 10.08.2025, в соответствии с которым установлено, что изображение ФИО2 на баннере, размещенном на здании по адресу: пгт. 

<

адрес>, возможно увидеть человеку невооруженным взглядом при ясной погоде, темном времени суток, смешанном освящении с расстояния от 10 до 50 метров (том 2 л.д. 36-42);

- протоколом осмотра предметов от 16.08.2025, в соответствии с которым был осмотрен мобильный телефон марки «

<

данные изъяты>», изъятый у ФИО6 (том 3 л.д. 70-74), в котором обнаружено приложение «

<

данные изъяты>» со страницей пользователя с абонентским номером №» (том 3 л.д. 86-92);

- протоколом осмотра предметов от 23.08.2025, в соответствии с которым был осмотрен мобильный телефон марки «

<

данные изъяты>», изъятый у ФИО1 (том 2 л.д. 107-111), в котором обнаружено приложение «

<

данные изъяты>», содержащее, помимо прочего, переписку с пользователем «ФИО8» (+№), от которого 31.07.2025 в 20 часов 55 минут поступило входящее голосовое сообщение, в котором он выражает недовольство тем, что люди в военной форме приходили к нему домой в указанный день с предложением о заключении контракта (том 2 л.д. 123-130).

Осмотренные телефоны приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (том 2 л.д. 131-132, том 3 л.д. 93-94);

- справкой военного комиссариата от 27.10.2025, в соответствии с которой действительно 21.02.2022 ФИО2 заключил контракт о прохождении военной службы при войсковой части 

<

данные изъяты>; погиб 

<

дата> при участии в мероприятиях специальной военной операции на территории Луганской Народной Республики, Донецкой Народной Республики и Украины; 

<

дата> посмертно награжден орденом Мужества (том 1 л.д. 109);

- справкой ЗАГС Министерства юстиции 

<

адрес> от 20.10.2025, в соответствии с которой местом смерти ФИО2, погибшего 

<

дата>, является 

<

адрес> (том 1 л.д. 107);

- справкой администрации 

<

адрес>, в соответствии с которыми ФИО2 захоронен 

<

дата> (том 1 л.д. 112);

- протоколом осмотра от 02.11.2025, в соответствии с которым по результатам осмотра веб-страницы интернет-ресурсов установлено, что сведения о гибели ФИО2 в ходе поведения специальной военной операции были опубликованы в социальной сети «

<

данные изъяты>»: 20.09.2022, 16.09.2023 в сообществе «

<

данные изъяты>», 19.09.2022, 18.09.2023 в сообществе «

<

данные изъяты>», 19.09.2022 в сообществе «

<

данные изъяты>», а также на сайте «

<

данные изъяты>» (том 3 л.д. 195-202);

- выпиской из газеты «

<

данные изъяты>» от 27.09.2022 № 74, содержащей статью, посвященную военной службе, гибели и торжественному захоронению ФИО2 (материалы судебного заседания);

- справкой от 06.08.2025, в соответствии с которой стоимость баннера размерами 3000х6000 мм с фотографией ФИО2 составляла 6 500 рублей (том 1 л.д. 61);

- заключением эксперта №м от 10.09.2025, в соответствии с которым по результатам оценочной судебной экспертизы баннера «Низкий Поклон Воинской Чести» установлено, что его рекомендуемая рыночная стоимость по состоянию на 01.08.2025, с учетом износа, составляет 7 586 рублей (том 2 л.д. 68-70).

Исследовав представленные сторонами обвинения и защиты доказательства, суд считает вину ФИО1 и ФИО6 в совершении преступлений, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, установленной и доказанной в полном объеме.

Прежде всего, суд считает необходимым положить в основу приговора по всем преступлениям показания свидетеля ФИО14, данные в ходе предварительного следствия и подтвержденные в судебном заседании в части конкретных действий подсудимых по повреждению баннера с изображением военнослужащего, совершенных ими 01.08.2025 в его присутствии, которые в полном объеме согласуются с показаниями свидетелей ФИО32, ФИО23, ФИО33, ФИО20, ФИО21, ФИО35, ФИО22, ФИО36 об обстоятельствах обнаружения 01.08.2025 разорванного баннера и его состояния без повреждений в предшествующие дни, потерпевших ФИО4, ФИО5, свидетелей ФИО24, ФИО19, ФИО29, ФИО30, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28 об обстоятельствах размещения в общественном месте баннера с изображением ФИО2 в знак уважения к нему, а также с целью увековечивания его памяти в связи с гибелью при исполнении воинского долга в ходе участия в специальной военной операции, свидетеля ФИО31, указавшего об известных ему обстоятельствах, произошедших с участием подсудимых 01.08.2025.

Оснований для оговора ФИО1 и ФИО6 указанными лицами не установлено, каких-либо убедительных сведений о том, что между ними сложились неприязненные отношения, либо они заинтересованы в исходе дела не в пользу подсудимых, суду не представлено. Показания потерпевших и свидетелей являются последовательными, взаимно дополняют друг друга, не имеют расхождений как с показаниями подсудимых ФИО1 и ФИО6 в части того, как, когда и при каких обстоятельствах они совместно повредили баннер, размещенный на фасаде здания, так и с иными доказательствами по делу, исследованными в ходе судебного заседания.

Время и место совершения преступлений подтверждаются, помимо вышеперечисленного, протоколами осмотров места происшествия, показаниями свидетелей ФИО16, ФИО17, ФИО22 и ФИО36

Способ совершения преступлений, намерения ФИО1 и ФИО6 повредить баннер с изображением военнослужащего помимо показаний свидетеля ФИО14, подтверждаются также протоколом следственного эксперимента и показаниями свидетеля ФИО18, протоколом осмотра баннера и результатами проведённой в отношении указанного предмета трасологической экспертизы.

При этом суд полагает, что доводы стороны защиты о недостоверности показаний врача-офтальмолога ФИО18 и свидетеля ФИО16 противоречат требованиям п. 2 ч. 1 ст. 75 УПК РФ, поскольку показания указанных лиц согласуются с показаниями иных свидетелей, а также с другими исследованными доказательствами, в том числе, с протоколом следственного эксперимента.

Доводы подсудимого ФИО1 и его защитника о признании вышеуказанного протокола следственного эксперимента от 

<

дата> недопустимым доказательством, также являются несостоятельными, поскольку данное следственное действие проводилось в соответствии с положениями ст. 181 УПК РФ, с использованием технических средств видеофиксации, с разъяснением участвующим лицам их процессуальных прав. Следственный эксперимент проводился в условиях, максимально приближенных к условиям, указанным в показаниях подсудимых, а также свидетеля ФИО14, с учетом их пояснений об обстановке на месте происшествия. Каких-либо замечаний от участников следственного действия относительно процедуры его проведения, правильности и полноты отраженных в нем сведений, не поступало. Сведения, изложенные в протоколе от 

<

дата>, соотносятся также с данными отраженными в протоколе проверки показаний на месте, проведенной 

<

дата> с участием свидетеля ФИО14, а также показаниями подсудимого ФИО6, подтвердивших, что в период совершения преступлений они также, как и статист, участвовавший в ходе следственного эксперимента, видели на баннере изображение военнослужащего.

Заключения экспертов, в том числе трасологической и оценочной судебных экспертиз, надлежаще оформлены, выводы экспертов подробно и научно мотивированы, убедительные аргументы, приведенные экспертами в обоснование их выводов, не дают оснований ставить их под сомнение.

Поскольку вышеприведенные доказательства, как каждое в отдельности, так и все в совокупности, подтверждают установленные обстоятельства преступлений, суд признает их относимыми, все они добыты в полном соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, вследствие чего соответствуют требованиям допустимости, а логическая взаимосвязь приведенных доказательств свидетельствует об их достоверности.

Вместе с тем, с учетом положений п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, суд полагает необходимым исключить из числа доказательств вины подсудимого ФИО1 исследованный в судебном заседании протокол его явки с повинной от 

<

дата> (том 1 л.д. 49-50), полагая, что он является недопустимым доказательством, поскольку при его составлении адвокат отсутствовал, а в судебном заседании подсудимый указал об иных обстоятельствах повреждения им баннера, фактически не подтвердив сведения, отраженные в вышеуказанном протоколе.

Как не заслуживающие доверия суд оценивает показания свидетелей ФИО14 и ФИО23, первоначально данные ими в судебном заседании, отрицавших факт того, что они видели изображение баннера, впоследствии поврежденного подсудимыми, расценивая данные показания как стремление помочь своему близкому родственнику, подсудимому ФИО1, избежать уголовной ответственности. В основу приговора суд полагает необходимым положить показания указанных лиц на предварительном следствии, полагая, что они являются наиболее достоверными, поскольку добровольно даны через незначительный промежуток времени после рассматриваемых событий, отмечая при этом, что свидетели лично ознакомились с протоколами своих допросов, замечаний к их содержанию не высказали, впоследствии подтвердив их в судебном заседании. Принимая указанное решение, суд также учитывает пояснения свидетеля ФИО14 в судебном заседании о том, что в ходе следственных действий его права нарушены не были и инициирование процессуальной проверки по факту его нахождения в отделе полиции в связи с их проведением не требуется.

Оценивая доводы защитника Демьянова В.И. о признании первоначального протокола допроса свидетеля ФИО14 от 

<

дата> (том 1 л.д. 143-145) недопустимым доказательством, поскольку он был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 308 УК РФ, суд отмечает, что уголовное дело, в рамках которого первоначально допрашивалось указанное лицо, расследовалось не в отношении конкретных лиц, а по факту совершения преступлений, при этом при производстве следственного действия свидетелю были разъяснены его права, в том числе, не свидетельствовать против своего брата ФИО1, после чего он лично заявил о готовности дать показания по известным ему событиям, в связи с чем предупреждение свидетеля за отказ от дачи показаний само по себе не предопределяет оценку данных им показаний как недопустимого доказательства, впоследствии подтвержденных им в судебном заседании с учетом уточнения конкретных деталей изображения баннера, о которых ему было известно на момент первоначального допроса.

Суд также критически оценивает показания подсудимого ФИО1 в судебном заседании и подсудимого ФИО6 в ходе предварительного следствия о слабой освещенности места происшествия и о том, что они не видели изображение на порванном ими баннере, поскольку данные доводы опровергаются протоколами осмотра вышеуказанного баннера, следственного эксперимента, показаниями врача-офтальмолога ФИО18, из которых следует, что при остроте зрения подсудимых изображение ФИО2 возможно было увидеть при темном времени суток с расстояния от 10 до 50 метров; свидетеля ФИО16, пояснившего, что он видел подсудимых, смотрящих в сторону баннера, висящего на фасаде здания; свидетеля ФИО14 и подсудимого ФИО6 в судебном заседании, указавших, что лично они видели на баннере изображение военнослужащего.

Доводы стороны защиты, что подсудимым ФИО1 и ФИО6 не было известно о том, кем являлся ФИО2, и своими действиями они не хотели оскорбить память защитников Отечества, также не могут быть признаны убедительными. В судебном заседании достоверно установлено, что информация о гибели земляка подсудимых ФИО2 и его захоронении с воинскими почестями была освещена в открытых средствах массовой информации, на баннере, поврежденном подсудимыми, был изображен военнослужащий в военно-полевой форме Вооруженных сил Российской Федерации со знаками различия на фоне флага России, имелась надпись с указанием не только его фамилии, имени, но и воинского звания, наименования воинской части, в которой он проходил военную службу, а также надпись «Низкий поклон воинской чести», явно указывающая на то, что военнослужащий погиб при исполнении воинского долга, следовательно, подсудимые не могли не понимать, что путем размещения данного баннера увековечена память военнослужащего, а также не могли не осознавать противоправный характер своих действий, повреждая указанное изображение.

С учетом вышеизложенного, суд также критически относится к пояснениям подсудимых о том, что баннер воспринимался ими как обычный плакат, поскольку наличие на нем надписей, указывающих на назначение и смысл баннера, исключает возможность восприятия его иным, указанным подсудимыми, образом.

Оценивая позицию стороны защиты ФИО14 о том, что размещение баннера с изображением военнослужащего на фасаде дома не является формой увековечения памяти погибших при защите Отечества, суд полагает, что они противоречат положениям ст. 2 Закона РФ от 14.01.1993 № 4292-1 «Об увековечении памяти погибших при защите Отечества», предусматривающей многообразные формы увековечения памяти погибших, в том числе, выбираемые по решению органов местного самоуправления, общественно-государственных объединений и общественных объединений.

Из показаний свидетеля ФИО24 следует, что решение о размещении на административном здании баннера с изображением ФИО2, погибшего в зоне специальной военной операции, было принято ею, как главой муниципального образования, в знак уважения к военнослужащему, а также в целях патриотического воспитания, о данном решении были уведомлены депутаты поселковой Думы, впоследствии за состоянием баннера следил сотрудник администрации, а из показаний военного комиссара ФИО28, следует, что подобного рода баннеры размещаются только в честь погибших военнослужащих и посвящаются памяти всем защитникам Отечества, что однозначно указывает на предназначение баннера с изображением ФИО2

Оценивая доводы стороны защиты о том, что действия по повреждению баннера были совершены ФИО1 и ФИО6 не в связи с неприязнью к специальной военной операции, а поврежденный ими баннер не относится к символам воинской славы и государственному флагу, суд отмечает, что указанные обстоятельства в объем обвинения подсудимым не вменяются, для юридической квалификации их действий по инкриминируемым преступлениям установление истинного отношения к проведению указанной операции не требуется. При этом суд отмечает, что подсудимыми не отрицается осознание проведения специальной военной операции и частичной мобилизации, что также следует из протоколов осмотров их телефонов.

Оценивая доводы подсудимого ФИО1 о повреждении им баннера на эмоциях, после произошедшего конфликта с группой молодых людей, суд отмечает, что указанные обстоятельства своего подтверждения не нашли. Из показаний свидетелей ФИО16 и ФИО17 следует, что конфликта между ними и подсудимыми не было, а в соответствии с заключением амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы во время совершения инкриминируемых деяний ФИО1 сохранял эмоции и критику, полностью ориентировался в окружающем и совершал целенаправленные поступки.

Суд полагает доказанным, что ФИО1 и ФИО6 в период с 00 часов 00 минут до 05 часов 00 минут 01.08.2025, находясь в присутствии другого лица на улице, возле здания по адресу: 

<

адрес>, в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, действуя совместно, разорвали своими руками размещенное на фасаде вышеуказанного здания полотно баннера с изображением военнослужащего ФИО2, погибшего при исполнении воинского долга в ходе участия в специальной военной операции.

Вопреки доводам стороны защиты, с учетом исследованных в судебном заседании доказательств, а также данных о личности подсудимых, в том числе их возраста и уровня образования, жизненного опыта, службы в Вооруженных силах Российской Федерации, характера преступных действий, суд приходит к выводу, что применяя физические усилия, направленные на повреждение вышеуказанного баннера, ФИО1 и ФИО6, безусловно, понимали, что они портят чужое имущество и осознавали, что совершенные ими действия являются оскорбительными для памяти защитников Отечества. При этом суд полагает, что действия подсудимых носили циничный, дерзкий, демонстративный и оскорбительный характер, были сопряжены с нарушением общепринятых норм и правил поведения в общественных местах, выражали явное неуважение к обществу и охраняемым законом ценностям, что не отрицается подсудимым ФИО6, пояснившим, что он хотел похулиганить.

Таким образом, фактические обстоятельства, установленные в судебном заседании на основе анализа представленных сторонами доказательств, дают основание для вывода о наличии у ФИО1 и ФИО6 прямого умысла на оскорбление памяти защитников Отечества и порчу чужого имущества.

Суд полагает, что действия подсудимых носили открытый и публичный характер, поскольку были совершены ими на улице, в присутствии свидетеля ФИО14, а также впоследствии были доступны для обозрения неограниченному кругу лиц из числа прохожих и проезжающих по дороге, расположенной в непосредственной близости от места преступлений, о чем указали свидетели ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО21, ФИО35, ФИО22 и ФИО36

Публичный характер действий ФИО1 и ФИО6 подтверждается также и общественным резонансом, возникшим после обнародования факта совершения ими противоправных действий. Из показаний потерпевших и свидетелей, в том числе ФИО31, ФИО25, ФИО26, ФИО27, следует, что действия подсудимых обсуждались жителями населенного пункта, вызвали общее возмущение и негодование, оставили крайне негативное впечатление, были восприняты как неуважение к защитникам Отечества, оскорбление их памяти.

Вопреки доводам подсудимого ФИО1 и его защитника в судебном заседании также достоверно установлено, что баннер с изображением военнослужащего ФИО2 был размещен в ином общественном месте, а именно на улице, на открытом для обозрения фасаде административного здания, территория вокруг которого облагорожена и имеет беспрепятственный доступ, здание расположено практически в центре населенного пункта, общедоступно для посещения, в нем размещены государственные учреждения, которые посещают жители поселка.

Сумма имущественного ущерба в сумме 6 500 рублей по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 214 УК РФ, вопреки доводам подсудимого ФИО1 и его защитника, определена верно. Стоимость повреждённого баннера помимо показаний потерпевших, свидетелей ФИО29 и ФИО30, подтверждается также справкой о его изготовлении и заключением оценочной судебной экспертизы баннера с учетом его износа по состоянию на 01.08.2025, то есть на момент совершения преступления.

Доводы защитника Демьянова В.И. о несоответствии характера повреждений, обнаруженных на баннере, действиям подсудимых, на квалификацию ФИО1, ФИО6 не влияют и опровергаются показаниями свидетеля ФИО36, обнаружившей вышеуказанный баннер непосредственно после совершения преступлений и описавшей его повреждения, в полной мере соответствующие запечатленным на фототаблице к протоколу осмотра места происшествия от 01.08.2025. Показания ФИО14, на которые ссылается защитник, об обратном не свидетельствуют, поскольку указанный свидетель пояснил лишь об объеме действий подсудимых, которые видел лично он, указав при этом, что баннер действительно был поврежден.

В ходе судебного разбирательства нашло свое подтверждение, что каждым из подсудимых были выполнены действия, образующие объективную сторону инкриминированных им преступлений, обусловленных наличием у них единого умысла, направленного как на оскорбление памяти защитников Отечества, так и на порчу чужого имущества в общественном месте, вследствие чего суд приходит к выводу о совершении инкриминированных преступлений группой лиц.

Вопреки доводам защитника Демьянова В.И., подсудимые являлись соисполнителями преступлений, для них был очевиден характер совершаемых ими противоправных действий, поскольку находясь в непосредственной близости друг от друга, они хорошо видели действия каждого и поддерживали их, что подтверждается показаниями свидетеля ФИО14, а также показаниями ФИО1 и ФИО6, из которых следует, что оба подсудимых совместно подошли к баннеру с изображением военнослужащего ФИО2, после чего, наблюдая друг за другом, порвали указанный плакат - ФИО6 с левой стороны, а ФИО1 с правой.

Поскольку как ФИО1, так им ФИО6 выполнены все действия, составляющие объективную сторону инкриминированных им преступлений, содеянное ими надлежит квалифицировать как оконченные преступления.

Вопреки доводам стороны защиты суд полагает, что действия, совершенные ФИО1 и ФИО6 в одном и том же месте, в одно и то же время, необходимо квалифицировать двумя самостоятельными преступлениями, поскольку наряду с оскорблением памяти защитников Отечества подсудимыми также совершена порча имущества в общественном месте, что в соответствии с положениями ч. 2 ст. 17 УК РФ образует идеальную совокупность преступлений.

Учитывая изложенное, действия ФИО1 и ФИО6, связанные с повреждением баннера в общественном месте, направленные на его порчу и причинение имущественного вреда потерпевшей, суд квалифицирует самостоятельным преступлением, предусмотренным ч. 2 ст. 214 УК РФ, как вандализм, то есть порча имущества в иных общественных местах, совершенная группой лиц.

Действия ФИО1 и ФИО6, связанные с повреждением баннера, направленные на оскорбление памяти защитников Отечества, суд квалифицирует самостоятельным преступлением, предусмотренным ч. 4 ст. 354.1 УК РФ, как оскорбление памяти защитников Отечества, совершенное публично, группой лиц.

При решении вопроса о назначении наказания суд в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 7, 43, 60 УК РФ принимает во внимание принцип гуманизма, фактические обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности содеянного каждым из подсудимых, данные об их личности, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление ФИО1, ФИО6 и на условия жизни их семей.

Согласно заключениям № от 

<

дата>, № от 

<

дата> по результатам амбулаторных судебно-психиатрических экспертиз установлено, что у ФИО1, ФИО6 во время совершения инкриминируемых им деяний не обнаруживалось и в настоящее время не обнаруживается признаков какого-либо психического расстройства, в принудительных мерах медицинского характера они не нуждаются (том 2 л.д. 49-50, 59-60).

Заключения экспертов в отношении подсудимых мотивированы, обоснованы, согласуются с другими материалами уголовного дела, оснований сомневаться в выводах экспертов у суда не имеется, в связи с чем с учетом указанных заключений, а также обстоятельств совершения преступлений, адекватного поведения подсудимых в судебном заседании, суд признает ФИО1 и ФИО6 вменяемыми и подлежащими уголовной ответственности.

Суд при определении вида и размера наказания ФИО1 принимает во внимание, что он не судим (том 3 л.д. 34, 35), под наблюдением у врачей психиатра и нарколога не состоит (том 3 л.д. 43), проходил военную службу по призыву, по месту службы характеризуется положительно (том 2 л.д. 163), по месту обучения и работы охарактеризован положительно (том 2 л.д. 164, 174), по месту жительства характеризуется положительно, к административной ответственности не привлекался (том 3 л.д. 37, 47, материалы судебного заседания), имеет многочисленные грамоты и рекомендательные письма за участие в спортивных и творческих мероприятиях в период обучения, службы и работы (том 2 л.д. 156-162), оказывает бытовую помощь престарелым родственникам (материалы судебного заседания).

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1 по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 214 УК РФ, на основании п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд учитывает добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, путем установки нового баннера, аналогичного ранее поврежденному (том 2 л.д. 154, 155).

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ иными смягчающими наказание обстоятельствами по обоим преступлениям судом признаются раскаяние ФИО1 в содеянном, выразившееся в принесении потерпевшим извинений, и признание им фактических обстоятельств дела в части нанесения повреждений баннеру.

Вместе с тем, суд не находит оснований для признания смягчающими ФИО1 наказание обстоятельствами явки с повинной (том 1 л.д. 49-50), а также активного способствования расследованию преступлений, поскольку на момент написания указанной явки, после доставления подсудимого в отдел полиции, его причастность к инкриминированным преступлениям уже была установлена в ходе предварительного расследования, в том числе, после допроса очевидца преступлений, свидетеля ФИО14, что свидетельствует об отсутствии признака добровольности в его действиях, и впоследствии какие-либо активные действия, направленные на способствование расследованию преступлений, им не совершались.

Суд при определении вида и размера наказания ФИО6 принимает во внимание, что он не судим (том 3 л.д. 171, 172), под наблюдением у врачей психиатра и нарколога не состоит (том 3 л.д. 184), по месту жительства характеризуется положительно, к административной ответственности не привлекался (том 3 л.д. 174, 180), проходил военную службу по призыву, по месту службы характеризуется положительно, оказывает бытовую помощь престарелым родственникам, в том числе, имеющим инвалидность (материалы судебного заседания).

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО6, по обоим преступлениям судом признаются раскаяние в содеянном, выразившееся в принесении потерпевшим извинений, а также признание вины по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 214 УК РФ, и признание фактических обстоятельств дела в части нанесения повреждений баннеру по преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 354.1 УК РФ.

При этом суд, вопреки доводам стороны защиты, не находит оснований для признания смягчающим ФИО6 наказание обстоятельством намерений добровольно возместить имущественный ущерб по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 214 УК РФ, поскольку сведений об этом в судебном заседании не представлено.

Также суд не находит оснований для признания смягчающим ФИО6 наказание обстоятельством активного способствования раскрытию и расследованию преступлений, поскольку все обстоятельства совершенных преступлений и причастность к их совершению подсудимого и второго соучастника сотрудникам правоохранительных органов стали известны до показаний ФИО6, который лишь подтвердил факты, уже известные указанным органам на основании иных доказательств. Признание же подсудимым своей вины по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 214 УК РФ, и фактических обстоятельств дела по преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 354.1 УК РФ, само по себе не свидетельствует об активном способствовании раскрытию и расследованию преступлений и уже учтено судом в качестве самостоятельных смягчающих наказание обстоятельств.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1 и ФИО6, по обоим преступлениям суд признает их совершение в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, которое снизило внутренний контроль подсудимых над своим поведением и обусловило изменение его регуляции, что последние в судебном заседании не отрицали.

В соответствии с п. «л» ч. 1 ст. 63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1 и ФИО6, по преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 354.1 УК РФ, суд признает его совершение в период мобилизации, поскольку Указом Президента Российской Федерации от 21.09.2022 № 647 в Российской Федерации была объявлена частичная мобилизация, в период которой подсудимые повредили баннер с изображением военнослужащего, погибшего в ходе проведения специальной военной операции, дискредитировав тем самым в глазах неопределенного круга лиц Вооруженные Силы Российской Федерации, что повышает степень общественной опасности совершенного ими преступления.

Иных обстоятельств, отягчающих наказание подсудимых, в соответствии со ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Согласно требованиям чч. 2,3 ст. 15 УК РФ совершенное ФИО1 и ФИО6 преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 214 УК РФ, относится к категории небольшой тяжести, а предусмотренное ч. 4 ст. 354.1 УК РФ, к категории средней тяжести. С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, а также наличия обстоятельств, отягчающих наказание, суд не усматривает в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ оснований для изменения категории совершенного подсудимыми преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 354.1 УК РФ, на менее тяжкую.

Основания для прекращения уголовного дела в отношении подсудимых, постановления приговора без назначения наказания, либо освобождения от наказания также отсутствуют.

С учетом данных о личности подсудимых, принимая во внимание условия их жизни, влияние назначаемого наказания на условия жизни их семей и близких родственников, наличие обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, роль каждого из подсудимых в их совершении, отношение к содеянному, суд полагает возможным назначить ФИО1 и ФИО6 за совершенное ими впервые преступление небольшой тяжести, предусмотренное ч. 2 ст. 214 УК РФ, наказание в виде ограничения свободы каждому.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также учитывая фактические обстоятельства совершенного подсудимыми преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 354.1 УК РФ, осознание ими возможных негативных последствий содеянного в период проведения специальной военной операции на территории Украины и отдельных областях Российской Федерации, объем, совершенных ими действий, характеристики их личности и материальное положение, суд приходит к выводу, что из предусмотренных санкцией указанной статьи закона альтернативных наказаний ФИО1 и ФИО6 подлежит назначению наказание в виде принудительных работ каждому, с назначением обязательного дополнительного наказания, которое, по мнению суда, с учетом публичности совершенных подсудимыми действий, характера общения между ними в сети «Интернет» и в целях предупреждения совершения ими новых преступлений должно заключаться в лишении каждого из них права заниматься деятельностью, связанной с публичным размещением информации о деятельности Вооружённых Сил РФ, в том числе в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования, включая сеть «Интернет».

Принимая решение о назначении ФИО1 и ФИО6 самостоятельного наказания в виде принудительных работ за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 354.1 УК РФ, суд, учитывая требования ст. 10 УК РФ, руководствуется положениями ст. 53.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 23 июля 2025 года № 218-ФЗ), полагая, что внесенные в нее изменения, вступившие в силу с 20.01.2026, улучшают положение подсудимых и имеют обратную силу.

Ограничений для назначения принудительных работ, предусмотренных ч. 5 ст. 53.1 УК РФ, в отношении ФИО1 и ФИО6 не установлено.

С учетом отсутствия по делу исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, а также существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных ФИО1 и ФИО6 преступлений, ролью виновных, их поведением во время и после совершения преступлений и других обстоятельств, суд не усматривает оснований к назначению подсудимым наказания с применением ст. 64 УК РФ, то есть ниже низшего предела, предусмотренного санкциями ч. 2 ст. 214, ч. 4 ст. 354.1 УК РФ, а также к неприменению обязательного дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч. 4 ст. 354.1 УК РФ.

Окончательное наказание ФИО1 и ФИО6 подлежит назначению по правилам чч. 2,4 ст. 69 УК РФ, путем поглощения менее строгого наказания более строгим, в виде принудительных работ с присоединением дополнительного наказания.

Основной вид наказания подлежит отбыванию в центре, определенном территориальным органом уголовно-исполнительной системы.

Дополнительный вид наказания подлежит исполнению в порядке, предусмотренном ч. 4 ст. 47 УК РФ.

По убеждению суда назначение подсудимым наказания с учетом всего выше изложенного будет в полной мере способствовать достижению целей, указанных в ч. 2 ст. 43 УК РФ.

В соответствии со ст.ст. 97, 110, 308 УПК РФ, принимая во внимание положения ч. 1 ст. 60.2 УИК РФ о том, что лица, осужденные к принудительным работам, следуют за счет государства к месту отбывания наказания самостоятельно, суд полагает, что действующая в отношении ФИО1 и ФИО6 мера пресечения в виде домашнего ареста подлежит с учетом стадии уголовного судопроизводства изменению на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Время задержания ФИО1 и ФИО6 в соответствии со ст.ст. 91, 92 УПК РФ, а также время содержания их под домашним арестом в качестве меры пресечения подлежит последовательному в срок отбывания принудительных работ.

В ходе предварительного следствия, с учетом уточнений в судебном заседании, потерпевшим ФИО4 заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимых морального вреда, причиненного преступлением, в сумме 100 000 рублей (том 1 л.д. 103, материалы судебного заседания), в ходе судебного заседания потерпевшей ФИО5 заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимых морального вреда, причиненного преступлениями, в сумме 100 000 рублей (материалы судебного заседания), которые подсудимый ФИО6 признал полностью, подсудимый ФИО1 не признал в полном объеме, указав, что не согласен с причинением потерпевшим морального вреда.

В соответствии с требованиями ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, принимая во внимание, что в результате совершенных ФИО1 и ФИО6 преступлений потерпевшим объективно был причинен моральный вред в связи с тем, что они перенесли нравственные страдания в связи с публичным повреждением изображения их отца и сына, погибшего при выполнении воинского долга, учитывая характер и степень перенесенных ими страданий, их индивидуальных особенностей, а также материальное положение подсудимых, которые являются полностью трудоспособными, с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

При этом отмечая, что гражданские иски о компенсации морального вреда предъявлены к двум соучастникам преступления, суд с учетом мнения потерпевших, а также степени вины подсудимых в содеянном считает необходимым взыскать указанные компенсации в долевом порядке в равных долях с ФИО1 и ФИО6

В соответствии с протоколами о наложении ареста на имущество от 25.10.2025, 26.10.2025 наложен арест на признанные вещественными доказательствами: принадлежащий подсудимому ФИО6 сотовый телефон марки «

<

данные изъяты>: №, 

<

данные изъяты> №, стоимостью 1 000 рублей (том 3 л.д. 120-123); принадлежащий подсудимому ФИО1 сотовый телефон марки «

<

данные изъяты>», №, стоимостью 23 000 рублей (том 2 л.д. 220-224).

В целях удовлетворения исковых требований арест, наложенный на имущество подсудимых, суд полагает возможным сохранить. В случае отсутствия у ФИО1 и ФИО6 денежных средств, достаточных для погашения исковых требований в полном объеме, суд считает необходимым обратить взыскание на указанное имущество последних.

Иными вещественным доказательством, а именно поврежденным баннером с изображением военнослужащего ФИО2, следует распорядиться в соответствии с положениями п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, путем его передачи потерпевшей ФИО5

В соответствии с положениями ст. 132 УПК РФ, принимая во внимание обстоятельства дела, личности подсудимых ФИО1 и ФИО6, отсутствие у них противопоказаний к труду и возможность получения ими дохода в исправительном учреждении, процессуальные издержки в виде выплаты вознаграждения: адвокату Демьянову В.И. в размере 6 342 рубля 00 копеек за защиту интересов ФИО1 в ходе предварительного расследования (т. 3 л.д. 209-210) суд полагает возможным взыскать с подсудимого ФИО1; адвокату Муратову П.А. в размере 32 278 рублей 00 копеек за защиту интересов ФИО6 в ходе предварительного расследования (т. 3 л.д. 226-227) суд полагает возможным взыскать с подсудимого ФИО6 Оснований для полного или частичного освобождения подсудимых от взыскания процессуальных издержек суд не находит.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 214, ч. 4 ст. 354.1 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ч. 2 ст. 214 УК РФ в виде ограничения свободы на срок 6 месяцев, с установлением в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничений: не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, не выезжать за пределы территории муниципального образования «

<

адрес>», и возложением обязанности являться один раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;

- по ч. 4 ст. 354.1 УК РФ в виде принудительных работ на срок 1 год 6 месяцев с удержанием 10% заработка осужденного в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с публичным размещением информации о деятельности Вооружённых Сил РФ, в том числе в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования, включая сеть «Интернет», на срок 2 года.

На основании чч. 2,4 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем поглощения менее строгого наказания более строгим, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 1 года 6 месяцев принудительных работ с удержанием 10% заработка осужденного в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с публичным размещением информации о деятельности Вооружённых Сил РФ, в том числе в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования, включая сеть «Интернет», на срок 2 года.

ФИО6 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 214, ч. 4 ст. 354.1 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ч. 2 ст. 214 УК РФ в виде ограничения свободы на срок 6 месяцев, с установлением в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничений: не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, не выезжать за пределы территории муниципального образования «

<

адрес>», и возложением обязанности являться один раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;

- по ч. 4 ст. 354.1 УК РФ в виде принудительных работ на срок 1 год 6 месяцев с удержанием 10% заработка осужденного в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с публичным размещением информации о деятельности Вооружённых Сил РФ, в том числе в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования, включая сеть «Интернет», на срок 2 года.

На основании чч. 2,4 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем поглощения менее строгого наказания более строгим, окончательно назначить ФИО6 наказание в виде 1 года 6 месяцев принудительных работ с удержанием 10% заработка осужденного в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с публичным размещением информации о деятельности Вооружённых Сил РФ, в том числе в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования, включая сеть «Интернет», на срок 2 года.

Исчисление срока отбывания ФИО1 и ФИО6 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью определить с момента отбытия ими наказания в виде принудительных работ, распространив его на все время отбывания указанного вида наказания.

Срок принудительных работ исчислять со дня прибытия ФИО1 и ФИО6 в исправительный центр.

К месту отбывания наказания в виде принудительных работ ФИО1 и ФИО6 следовать самостоятельно за счет средств государства в соответствии с предписанием, выданным территориальным органом уголовно-исполнительной системы по месту жительства, в порядке, установленном ст. 60.2 УИК РФ.

Меру пресечения ФИО1 и ФИО6 в виде домашнего ареста до вступления приговора в законную силу изменить на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

В соответствии с чч. 3, 3.4 ст. 72 УК РФ время задержания ФИО1 и ФИО6 в соответствии со ст.ст. 91, 92 УПК РФ в период с 05.08.2025 по 07.08.2025 зачесть в срок отбытия наказания из расчета один день за два дня принудительных работ; время нахождения ФИО1 и ФИО6 под домашним арестом в период с 08.08.2025 по 23.01.2026 зачесть в срок отбытия наказания из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день принудительных работ.

Гражданские иски потерпевшего ФИО4 в сумме 100000 рублей, потерпевшей ФИО5 в сумме 100000 рублей о взыскании с ФИО1 и ФИО6 компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 и ФИО6 компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего ФИО4 в долевом порядке, в равных долях, по 50 000 рублей с каждого; в пользу потерпевшей ФИО5 в долевом порядке, в равных долях, по 50 000 рублей с каждого.

Сохранить арест, наложенный на имущество ФИО1 и ФИО6, и в случае отсутствия у последних доходов либо иного имущества, на которые может быть обращено взыскание в счет исполнения приговора в части гражданских исков, обратить взыскание на арестованное имущество, а именно на:

- принадлежащий ФИО6 сотовый телефон марки «

<

данные изъяты>, в корпусе черного цвета, №, №;

- принадлежащий ФИО1 сотовый телефон марки «

<

данные изъяты> в корпусе фиолетового цвета, номер модели 

<

данные изъяты>, серийный номер №.

Вещественное доказательство по делу: баннер с изображением военнослужащего ФИО2 - передать потерпевшей ФИО5

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки за оказание ему юридической помощи в ходе предварительного расследования адвокатом Демьяновым Василием Ивановичем в размере 6 342 рубля 00 копеек.

Взыскать с ФИО6 в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки за оказание ему юридической помощи в ходе предварительного расследования адвокатом Муратовым Павлом Анатольевичем в размере 32 278 рублей 00 копеек.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции (г. Нижний Новгород Нижегородской области) в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения им копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий судья Е.Н. Черемисинов