Судья Салахутдинов Р.Р. УИД 16RS0036-01-2025-006019-54

дело № 2-3386/2025

№ 33-1229/2026

учет № 208г

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

9 февраля 2026 года г. Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Камалова Р.И.,

судей Дианкиной А.В., Кутнаевой Р.Р.,

при ведении протокола секретарем Белоусовым А.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Дианкиной А.В. путем использования системы видеоконференц-связи при содействии Альметьевского городского суда Республики Татарстан апелляционную жалобу представителя ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина – Чилигина О.А. на решение Альметьевского городского суда Республики Татарстан от 2 октября 2025 года, которым постановлено:

исковые требования Сафиной Разили Минахтямовны к ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина о защите чести, достоинства, деловой репутации удовлетворить частично.

Признать недостоверными порочащими честь, достоинство и деловую репутацию Сафиной Разили Минахтямовны сведения, распространенные ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина в сводке от 09 ноября 2024 года.

Взыскать с ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина (.... в пользу Сафиной Разили Минахтямовны (....) в счет компенсации морального вреда 20 000 (двадцать тысяч) рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав явившихся участников процесса, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина о защите чести, достоинства, деловой репутации.

В обоснование заявленных исковых требований указала, что 9 ноября 2024 года на 285 км + 650 м автодороги Казань-Оренбург произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО2, принадлежащего ООО «УК «Татспецтранспорт», и автомобиля 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО1, принадлежащего ФИО3

Указанное событие послужило основанием к возбуждению дела об административном правонарушении, предусмотренного частью 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении ФИО2

В тоже время пресс-центр ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина опубликовал газету (

<

данные изъяты> от 11 ноября 2024 года), исполнитель ФИО4, в тексте которой указано, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя автомобиля 

<

данные изъяты>, то есть ФИО1, поскольку она в нарушение пункта 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации не выбрала безопасную дистанцию до впереди движущегося автомобиля 

<

данные изъяты>

Вступившим в законную силу решением Бугульминского городского суда Республики Татарстан от 11 декабря 2024 года действия ФИО2 переквалифицированы с части 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях на часть 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Таким образом, работники пресс-центра ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина произвели квалификацию дорожно-транспортного происшествия и опубликовали свою позицию в средствах массовой информации, указав на виновность ФИО1, чем распространили заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство и подрывающих репутацию ФИО1

На основании изложенного, с учетом уточнения исковых требований истец просила суд признать сведения, распространенные ответчиком в сводке от 9 ноября 2024 года, недостоверными и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1, взыскать компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 рублей.

Суд постановил решение о частичном удовлетворении иска в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе представителем ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина – Чилигиным О.А. ставится вопрос об отмене решения суда и принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении иска. При этом указывается на то, что суд в нарушение норм процессуального права указал на преюдициальное значение определения Альметьевского городского прокурора от 7 июля 2025 года об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении пресс-центра ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина, тогда как акты, издаваемые прокурором, в соответствии со статьей 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не имеют преюдициального значения по делу. Судом не принято во внимание, что в тексте указанной справки содержатся оценочные суждения автора документа о предварительной причине дорожно-транспортного происшествия, с указанием в конце вывода о необходимости проведения анализа причин произошедшего дорожно-транспортного происшествия. Суд не принял во внимание доводы ответчика и третьих лиц о том, что доступ в систему электронного документооборота СЭД «Практика» предоставлен лишь ограниченному кругу лиц, сотрудников ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина, в обязанности которых входит запрет на разглашение информации, ставшей им известной в связи с выполнением своих трудовых обязанностей. Суд не принял во внимание доводы ответчика о нарушении закона при получении ФИО1 указанного конфиденциального (служебного) документа.

В суде апелляционной инстанции представитель ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина – Чилигин О.А. на удовлетворении жалобы настаивал.

Представитель ФИО1 – ФИО5 просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, решение суда оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия приходит к следующему.

В силу частью 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

По смыслу части 1 статьи 24 Конституции Российской Федерации сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Согласно части 1 статьи 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова.

Вместе с тем осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (часть 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения, порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание положения статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

Пунктами 3 и 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определено, что основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Как следует из материалов дела, 9 ноября 2024 года на 285 км + 650 м автодороги Казань-Оренбург произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО2, принадлежащего ООО «УК «Татспецтранспорт», и автомобиля марки 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО1, принадлежащего ФИО3

Постановлением инспектора ДПС 3 взвода 3 роты ОСБ ДПС Госавтоинспекции МВД по РТ ФИО6 № 

<

данные изъяты> от 9 ноября 2024 года ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут наказанию в виде административного штрафа в размере 1500 рублей.

Не согласившись с постановлением, ФИО2 обратился в суд с жалобой, в которой просил постановление отменить, производство по делу прекратить за отсутствием состава административного правонарушения, указывая, что при подъезде к перекрестку он заблаговременно снизил скорость движения транспортного средства, на самом перекрестке скорость движения была практически равна нулю, убедившись в безопасности маневра, а также в отсутствии транспортных средств, движущихся во встречном направлении, стал поворачивать налево, и когда транспортное средство под его управлением полностью находилось на полосе встречного движения, произошло столкновение с автомобилем марки Хонда, который в это время двигался в попутном направлении, и располагался на полосе встречного движения, совершая обгон.

Представитель ФИО1 - ФИО5 в судебном заседании просил отказать в удовлетворении жалобы, постановление оставить без изменения, пояснив, что водитель ФИО2, подъезжая к перекрестку, должен был убедиться в безопасности маневра, пропустить автомобиль ФИО1, после чего повернуть налево. Полагал, что в действиях водителя ФИО2 имеется состав административного правонарушения, поскольку на видео зафиксировано, как ФИО2 срезал угол поворота.

Решением Бугульминского городского суда Республики Татарстан от 11 декабря 2024 года постановление инспектора ДПС 3 взвода 3 роты ОСБ ДПС Госавтоинспекции МВД по РТ ФИО6 № 18810016220010518008 от 9 ноября 2024 года, вынесенное в отношении ФИО2 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, изменено, действия ФИО2 переквалифицированы на часть 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 500 рублей.

Решением судьи Верховного Суда Республики Татарстан от 19 февраля 2025 года решение Бугульминского городского суда Республики Татарстан от 11 декабря 2024 года оставлено без изменения, жалоба ФИО2 – без удовлетворения.

Судом установлено, что водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, при совершении дорожно-транспортного происшествия осуществлял перевозку операторов на скважину № 602 НГДУ «Лениногорскнефть» по заявке УПРС ПАО «Татнефть».

В системе электронного документооборота ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина (doc.tatneft.ru) ФИО4 сформировано служебное письмо с наименованием «справка о ДТП, произошедшем 9 ноября 2024 года», которое было отправлено ФИО7, ФИО8 и ФИО9, что подтверждается карточкой регистрации документа (л.д. 34 оборот).

Из содержания данного служебного письма с заголовком «Столкновение двух транспортных средств на автодороге Казань – Оренбург 9 ноября 2024 года» следует, что 9 ноября 2024 года в 7 часов 30 минут на автодороге «Казань-Оренбург» (285 км. + 650 м) произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 

<

данные изъяты> принадлежащего ООО «УК «Татспецтранспорт» Бавлинское УТТ, под управлением водителя ФИО2, и автомобиля марки 

<

данные изъяты>, принадлежащего частному лицу, под управлением ФИО1 В пути следования на 285 км автодороги «Казань-Оренбург» со стороны г. Оренбург в направлении г. Казань водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, в нарушение пункта 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации не выбрала безопасную дистанцию до впереди движущегося автомобиля 

<

данные изъяты>, который совершал левый поворот на прилегающую второстепенную дорогу, в результате произошло столкновение.

Предварительная причина дорожно-транспортного происшествия: нарушение водителем ФИО1 пункта 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно: 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации - водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения.

Мероприятия: 1. Провести анализ причин произошедшего дорожно-транспортного происшествия. Отв. ООО «Татспецтранспорт» 2. Довести информацию о дорожно-транспортном происшествии до водительского состава ООО «УК «Татспецтранспорт».

Определением Альметьевского городского прокурора от 07 июля 2025 года по обращению представителя ФИО1 отказано в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном статьей 5.61.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении пресс-центра ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина, в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

Исследовав и оценив представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу, что представленная в служебном письме ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина информация не соответствует действительности, порочит честь, достоинство и деловую репутацию истца. Признав обоснованными требования истца, суд взыскал с ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей.

Судебная коллегия не может согласиться с подобными суждениями, поскольку они не соответствуют обстоятельствам дела и сделаны при неправильном применении норм права.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пунктах 7, 9 и 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 3), по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Судам необходимо иметь в виду, что в случае, когда сведения, по поводу которых возник спор, сообщены в ходе рассмотрения другого дела участвовавшими в нем лицами, а также свидетелями в отношении участвовавших в деле лиц, являлись доказательствами по этому делу и были оценены судом при вынесении решения, они не могут быть оспорены в порядке, предусмотренном статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлен специальный порядок исследования и оценки данных доказательств. Такое требование, по существу, является требованием о повторной судебной оценке этих сведений, включая переоценку доказательств по ранее рассмотренным делам.

Из вышеизложенных нормативных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и акта их толкования следует, что гражданско-правовая ответственность лица, распространяющего сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию иного лица наступает в случае установления совокупности следующих обстоятельств: доказан факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.

При этом распространяемые сведения должны быть изложены в виде утверждений о фактах или событиях, которые не имели места в реальности.

В случае, если указанные сведения высказаны в форме субъективного мнения, распространение информации не может быть признано порочащим, поскольку закрепленное Конституцией Российской Федерации право гражданина на свободное выражение своего мнения и убеждения (при условии, что такое выражение мнения не нарушает личных неимущественных прав иного лица), не может быть ограничено.

Проанализировав содержание служебного письма об обстоятельствах дорожного транспортного происшествия с участием истца ФИО1, оценив общую смысловую нагрузку данного текста, судебная коллегия полагает, что доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что в тексте указанной служебной записке содержатся оценочные суждения автора документа о предварительной причине дорожно-транспортного происшествия, заслуживают внимания.

Из установленных обстоятельств дела следует, что в служебном письме исполнителя ФИО4 приведены следующие сведения, соответствующие действительности, а именно 9 ноября 2024 года в 7 часов 30 минут на автодороге «Казань-Оренбург» (285 км. + 650 м) произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 

<

данные изъяты>, принадлежащего ООО «УК «Татспецтранспорт» Бавлинское УТТ, под управлением водителя ФИО2, и автомобиля марки 

<

данные изъяты>, принадлежащего частному лицу, под управлением ФИО1

В обоснование своих требований истец указала, что ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина путем указания в служебной записке о нарушении водителем автомобиля Хонда пункта 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации распространило о ней сведения, не соответствующие действительности, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца.

По мнению судебной коллегии, изложенная ответчиком в служебном письме фраза о том, что водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, в нарушение пункта 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации не выбрала безопасную дистанцию до впереди движущейся автомобиля 

<

данные изъяты>, который совершал левый поворот на прилегающую второстепенную дорогу, в результате произошло столкновение, представляет собой восприятие автора и оценочные суждения о событиях дорожно-транспортного происшествия.

Приходя к такому выводу суд апелляционной инстанции учитывает, что при составлении протокола об административном правонарушении водитель автомобиля ГАЗ Соболь ФИО2 не признавал свою вину в дорожно-транспортном происшествии, в установленные законом сроки обратился с жалобой на постановление по делу об административном правонарушении, которая была рассмотрена Бугульминским городским судом Республики Татарстан 11 декабря 2024 года.

То обстоятельство, что истец ФИО1 в день совершения дорожно-транспортного происшествия не привлекалась к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации безусловно не свидетельствует об отсутствии ее вины в совершении дорожно-транспортного происшествия, поскольку отсутствие оснований для привлечения лица к административной ответственности не означает отсутствие вины в смысле гражданско-правовой ответственности за причиненный вред.

Юридическая квалификация действий участников дорожно-транспортного происшествия, их соответствие требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации и, как следствие, установление лица, виновного в совершении дорожно-транспортного происшествия, относится к исключительной компетенции суда.

Согласно пункту 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, п. 3 ст. 401, п. 1 ст. 1079 ГК РФ).

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце 2.3 определения от 04 октября 2012 года № 1833-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО10 на нарушение ее конституционных прав положениями статьи 1064 ГК РФ» указал, что Конституция Российской Федерации не препятствует установлению особых правил в отношении специальных деликтов и бремени ответственности за причинение вреда, а пункт 2 статьи 1064 ГК РФ прямо их допускает.

Как следует из содержания названных норм закона и правовых позиций, основанием гражданско-правовой ответственности вследствие причинения вреда является вина в его причинении, при этом лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда только в случае, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Следовательно, в отличие от производства по делу об административном правонарушении, в котором действует принцип презумпции невиновности, в рамках гражданских правоотношений с участием источников повышенной опасности действует принцип презумпции вины причинителя вреда.

Таким образом, на момент составления служебного письма об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, произошедшего с участием автомобиля 

<

данные изъяты> принадлежащего ООО «УК «Татспецтранспорт», под управлением водителя ФИО2, и автомобиля марки 

<

данные изъяты>, под управлением истца ФИО1, вина ФИО2 в совершении административного правонарушения и причинении имущественного вреда однозначно не была установлена, в связи с чем, освещение в служебном письме дорожно-транспортного происшествия как произошедшего по вине истца ФИО1 на тот момент воспроизводило личное мнение и восприятие автора в части того, что послужило результатом столкновения двух транспортных средств.

Несогласие истца с субъективными суждениями (мнениями) ответчика и иных лиц, которые могут иметь и негативный характер, не является основанием для признания этих мнений ложными, а также порочащими ее честь и достоинство.

Доказательств того, что распространение оспариваемых сведений было продиктовано исключительно намерением причинить вред истцу ФИО1, не представлено, как и не представлено доказательств, что такие сведения действительно каким-либо образом опорочили честь, достоинство и деловую репутацию истца.

Служебное письмо составлено в корректной форме, не содержит оскорбительных и унизительных высказываний, преждевременных обвинений или утверждений, способных опорочить честь, достоинство и деловую репутацию истца, и направлено исключительно на проведение проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, с участием транспортного средства, выполнявшего рейс в интересах ответчика ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина.

При этом определение Альметьевского городского прокурора от 07 июля 2025 года об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности, не имеет преюдициального значения для данного дела, поскольку анализ и оценка указанного служебного письма на предмет того, в чем выражается порочащий характер сведений, распространенных в отношении истца, прокурором не осуществлялись.

С учетом изложенного, применительно к положениям статей 150, 151, 152 Гражданского кодекса Российской Федерации и приведенным выше разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии необходимых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, поскольку оспариваемые истцом сведения не носят порочащий честь, достоинство и деловую репутацию истца характер, сведения о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло с участием истца соответствовали действительности, а фразы относительно виновности истца в совершении дорожно-транспортного происшествия представляют собой мнение ответчика об обстоятельствах совершенного дорожно-транспортного происшествия, что является реализацией права выражать субъективное мнение, которое гарантировано каждому гражданину Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оснований для признания оспариваемых фраз распространением сведений, порочащих честь и достоинство истца ФИО1 не имелось, решение суда об удовлетворении исковых требований нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении иска.

Руководствуясь статьей 199, пунктом 2 статьи 328, статьей 329, пунктами 3 и 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Альметьевского городского суда Республики Татарстан от 2 октября 2025 года по данному делу отменить и принять новое решение.

Исковые требования Сафиной Разили Минахтямовны к ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина о признании порочащими честь, достоинство и деловую репутацию Сафиной Разили Минахтямовны сведения, распространенные ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина в сводке от 09 ноября 2024 года, взыскании компенсации морального вреда, расходов по оплате услуг представителя, расходов по оплате государственной пошлины оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено 12 февраля 2026 года.

Председательствующий

Судьи