Дело № 2-1587/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

630107, 

<

...>

25 сентября 2017 года г. Новосибирск

Ленинский районный суд города Новосибирска в лице судьи Новиковой И.С.,

при секретаре судебного заседания Хлебове А.В.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, помощника прокурора Ленинского района г. Новосибирска Мильбергер Т. В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Автономной некоммерческой организации «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО» о защите прав потребителя, взыскании вреда, причиненного здоровью, утраченного заработка, компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л :

ФИО3 обратился в суд с иском, в обоснование иска указал, что 23.09.2013г. произошла бытовая травма. 24.09.2013г. обратился в трампункт по месту жительства (МБУЗ «городская поликлиника №26», там был установлен диагноз: «перелом лучевой кости в области дистального метаэпифиза; локтевого края эпифиза со смещением осколков под углом, открытым в тыльную сторону; перелом ф/з дальевидной кости без смещения». Была проведена репозиция, наложен гипс, назначено консервативное лечение. После снятия гипса состояние ФИО3 не улучшилось и им было принято решение обратиться к ответчику – АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО» (далее по тексту «НИИТО»). 24.12.2013г. обратился к ответчику, был проконсультирован, назначена операция. 

21.01.2014г. был прооперирован в НИИТО. Во время операции проведена коррегирующая остеотомия, репозиция, остеосинтез левой лучевой кости пластиной DVR. 28.01.2014г. ФИО3 был выписан, улучшение не наступало, в руке не было силы, чувствительности, в связи с чем истец обратился в ФГБ ЛПУ «Научно-клинический центр охраны здоровья шахтеров», где 26.02.2014 был установлен диагноз: «жгутовое повреждение срединного, локтевого, лучевого нервов на уровне плеча; повреждение лучевой артерии. Консолидированный перелом лучевой кости после остеосинтеза DRV-пластиной и винтами». Рекомендовано пройти ЭНМГ, УЗИ артерий левой руки (МРТ ангиография). 

После проведенных консультаций врачами назначена трансплантация нерва, и 28.03.2014г. в Министерстве здравоохранения Новосибирской области ФИО3 получил талон на высокотехнологичную помощь. 

31.03.2014г. ФИО3 поступил в отделении травматологии и ортопедии №3 ФГБ ЛПУ «Научно-клинический центр охраны здоровья шахтеров», где проходил лечение до 16.04.2014г. В ФГБ ЛПУ «Научно-Клинический центр охраны здоровья шахтеров» (далее по тексту «ФГБ ЛПУ «НКЦООЗШ») лечился, был прооперирован 01.04.2014. Проведены невролиз и трансплантация нерва под итераоперационным нейрофизическим контролем: микрохирургический невролиз и эндоневролиз срединного, локтевого, лучевого нервов на уровне левого плеча. При выписке были даны рекомендации, консультация через 1 месяц после выписки.

В ноябре 2016г. при трудоустройстве электромонтером 5 разряда ФИО3 был направлен на предварительный медицинский осмотр в ООО «СВ ПРОФИ ПЛЮС», по итогам осмотра признан постоянно непригодным по состоянию здоровья по должности электромонтер.

Требования ФИО3 о взыскании суммы расходов, понесенных на оплату операции у ответчика, на лечение и восстановление, в связи с утратой трудоспособности обоснованы тем, что ответчиком оказана ненадлежащая медицинская услуга, причинен вред здоровью. Ответчик был обязан оказать квалифицированную медицинскую помощь, а в результате лечения ответчиком у истца возникла нейропатия всех нервов левого плеча после жгутового повреждения, что повлекло плегию левой кисти. На сегодня сохраняется парез левой руки (3,0 балла), что повлекло утрату трудоспособности, что негативным образом влияет на жизнь истца. Дефект оказанной медицинской услуги ответчиком повлекло по утверждениям истца: компрессионно-ишемическую нейропатию левого лучевого, срединного нервов с умеренным парезом (3,0 балла). В обоснование профессиональной утраты трудоспособности в размере 60% истец ссылается на заключение АНО «Региональное Экспертное Бюро». 

На основании изложенного, ФИО3 просит взыскать с АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО»:

- сумму, уплаченную по договору № 2014-КН000000535-ТО_МИХ от 20.01.2014 г. в размере 78 656 рублей;

- расходы, вызванных восстановлением после повреждения здоровья в сумме 57 068 рублей;

- утраченный заработок за период с 20.01.2014 г по 14.01.2015 г. в сумме 379 978 рублей 83 копейки;

- утраченный заработок в связи утратой профессиональной трудоспособности на 60 % с 14.11.2016 г. по 16.01.2017 г. в размере 39 866 рублей 63 копейки;

- утраченный заработок в связи с утратой на 60 % профессиональной трудоспособности со дня подачи искового заявления бессрочно в размере 19 310 рублей ежемесячно, с последующей индексацией;

- компенсацию морального вреда за причиненный вред здоровью в размере 25 000 000 (двадцать пять миллионов) рублей;

- компенсацию морального вреда за нарушение прав потребителя медицинской услуги в размере 250 000 (двести пятьдесят) рублей, (л.д. 3-20, том 1).

В судебное заседание истец не прибыл, представил заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие, обеспечил явку представителя ФИО1, действующей на основании доверенности от 14.01.2016г., выданной сроком на три года (л.д. 7, том 2), ордера №07 от 01.03.2017г. (л.д. 3, т.2), которая суду пояснила, что истец извещен надлежащим образом, поддержала уточненные исковые требования, настаивала на то, что заключение судебной экспертизы не является надлежащим доказательством по делу, экспертами даны не все ответы на поставленные вопросы, выводы судебной экспертизы противоречат выводам экспертиз, проведенных в рамках уголовного дела. Представитель истца полагала, что исковые требования истца доказаны и обоснованы в полном объеме, подтверждены письменными доказательствами - выводами комплексных экспертиз в рамках уголовного дела, заключением специалиста Г.. Согласно данным экспертизам были установлены дефекты в оказанной медицинской услуге при наложении жгута в ходе операции, При проведении комплексной судебной экспертизы не был привлечён анестезиолог-ревматолог, однако затрагивается и его сфера, круг вопросов. 

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности 8-10, т.2) в судебном заседании исковые требования не признала, представила возражения относительно исковых требований, согласно которым АНО «Клиника НИИТО» считает требования ФИО3 не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. Настаивала на том, что доводы об оказании медицинской помощь ненадлежащего качества, повлекшей за собой причинение тяжкого вреда его здоровью, утрате общей и профессиональной трудоспособности, являются необоснованными, опровергаются выводами судебной экспертизы. Ответчик оказал истцу медицинскую помощь надлежащего качества, вина ответчика в причинении вреда здоровью истца отсутствует. Сослалась на положение пункта 24 Приказа Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 N 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», согласно которому ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью. Считала заключение судебной экспертизы надлежащим доказательством (экспертиза по материалам дела) №173-ПЛ/2017 от 26.07.2017 г., как соответствующее предъявляемым требованиям. Указала на то, что оснований не доверять выводам экспертов не имеется, эксперты имеют необходимую квалификацию и большой стаж работы, предупреждены об уголовной ответственности и не заинтересованы в исходе дела. Представитель также настаивала на том, что в рамках уголовного дела АНО «Клиника НИИТО» не имело процессуального статуса, позволяющего заявлять ходатайства о постановке перед экспертами конкретных вопросов, знакомиться с экспертным заключением и представлять относительно него свои возражения. Вместе с тем, экспертная комиссия (в составе одних и тех же лиц), трижды проводившая исследования в рамках уголовного дела, в своих заключениях приходила к выводам, некоторые из которых носят вероятностный характер либо впоследствии изменяла свои выводы на противоположные (противоречивые) либо вероятностные (неуверенные). Выводы экспертов, носящие вероятностный характер не могут свидетельствовать о достоверности сделанных экспертами выводов. В то же время заключение судебной экспертизы содержит выводы, носящие утвердительный характер: обоснованно и правильно было назначено медикаментозное лечение и консультация невролога; лечение проведено своевременно и в соответствии с установленными требованиями. Требования о взыскании с ответчика денежных средств, потраченных истцом в рамках оказания ему платных медицинских услуг при проведении хирургического вмешательства в АНО «Клиника НИИТО» и восстановлении после повреждения здоровья, поставлены в зависимость от признания оказанной медицинской помощи не соответствующей стандартам качества оказания медицинских услуг, наличия вины ответчика. Поскольку ответчик оказал истцу медицинскую помощь надлежащего качества, его вина в причинении вреда истцу отсутствует, указанные требования не подлежат удовлетворению.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ГБУЗ НСО «Городская поликлиника №16» (до реорганизации и переименования (Городская поликлиника №26), ФГП ЛПУ «Научно – клинический центр охраны здоровья шахтеров», явку представителей в судебное заседание не обеспечили, извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили.

Помощник прокурора Ленинского района г. Новосибирска Мильбергер Т. В. полагала, что в удовлетворении иска следует отказать в полном объеме, комплексная судебная экспертиза является допустимым доказательством по делу, подтверждающим оказание услуг истцу надлежащего качества. 

Суд, выслушав объяснения сторон, заключение прокурора, полагавшего необходимым в удовлетворении исковых требований отказать, изучив материалы дела, приходит к следующему.

ФИО3 обратился в суд с требованием о взыскании с ответчика ущерба, в связи с причинением вреда здоровью. В обоснование иска истец приводил доводы о том, что ему ответчиком оказана медицинская услуга ненадлежащего качества, причинен вред здоровью, ответчик был обязан оказать квалифицированную медицинскую помощь, а в результате лечения у истца возникла нейропатия всех нервов левого плеча после жгутового повреждения, что повлекло плегию левой кисти. На сегодня сохраняется парез левой руки (3,0 балла), что повлекло утрату трудоспособности, что негативным образом влияет на жизнь истца. 

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей», другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Закона РФ №2300-1 «О защите прав потребителей» потребитель имеет право на то, чтобы услуга была безопасна для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причиняла вред имуществу потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность услуги для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке.

На основании положений статьи 14 данного Закона вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме (пункт 1). Право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет (пункт 2). Вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению исполнителем (пункт 3). Изготовитель (исполнитель) несет ответственность за вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя в связи с использованием материалов, оборудования, инструментов и иных средств, необходимых для производства товаров (выполнения работ, оказания услуг), независимо от того, позволял уровень научных и технических знаний выявить их особые свойства или нет (пункт 4). Изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги) (пункт 5).

Аналогичные положения содержатся в статьях 1095, 1096 ГК РФ.

Судом установлено, что 23.09.2013г. с ФИО4 произошла бытовая травма, данный факт сторонами не оспаривается.

24.09.2013г. ФИО4 обратился в трампункт МБУЗ «Городская поликлиника №26» (после реорганизации МБУЗ «Городская поликлиника №16»), где ему был установлен диагноз: «перелом лучевой кости в области дистального метаэпифиза; локтевого края эпифиза со смещением осколков под углом, открытым в тыльную сторону; перелом ф/з дальевидной кости без смещения». Была проведена репозиция, наложен гипс, назначено консервативное лечение. После снятия гипса состояние ФИО3 не улучшилось, и он продолжил амбулаторное лечение (литки нетрудоспособности с 24.09.2013 по 06.11.2013, с 07.11.2013 по 21.11.2013 (том 1, л.д. 47, 48)). 

24.12.2013г. ФИО3 обратился к ответчику АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО» – (далее по тексту НИИТО), был проконсультирован, врачом поставлен диагноз: «консолидированный в положении смещения перелом дистального метаэпифиза левой лучевой кости. Застарелый тыльный вывих головки левой кости. Комбинированная контрактура левого лучезапястного сустава». Рекомендована консультация у Ж.. для решения вопроса об оперативном вмешательстве, (том 1 л.д. 49). 

25.12.2013г. на консультативном приеме у врача Ж. был подтвержден диагноз: «консолидированный в положении смещения перелом дистального метаэпифиза левой лучевой кости. Неконсолидированный перелом шиловидного отростка левой лучевой кости. Комбинированная контрактура левого лучезапястного сустава. Назначена операция (том 1 л.д. 50). 

21.01.2014г. ФИО3 был прооперирован в НИИТО. Во время операции проведена коррегирующая остеотомия, репозиция, остеосинтез левой лучевой кости пластиной DVR (протокол операции, л.д. 85, том 2). 

28.01.2014г. ФИО3 был выписан с положительной динамикой, болевой синдром купирован, отечность левого предплечья уменьшилась, двигательная функция левого предплечья полностью не восстановлена. В удовлетворительном состоянии выписывается на амбулаторное лечение под наблюдение травматолога, невролога в поликлинике по месту жительства. Трудоспособность временно утрачена (выписной эпикриз л.д. 71-73, том 2). 

ФИО3 обратился в ФГБ ЛПУ «Научно-клинический центр охраны здоровья шахтеров», где 26.02.2014 был установлен диагноз: «жгутовое повреждение срединного, локтевого, лучевого нервов на уровне плеча; повреждение лучевой артерии. Консолидированный перелом лучевой кости после остеосинтеза DRV-пластиной и винтами». Рекомендовано пройти ЭНМГ, УЗИ артерий левой руки (МРТ ангиография) (том 1 л.д. 66). 

После проведенных консультаций врачами назначена трансплантация нерва, и 28.03.2014г. в Министерстве здравоохранения Новосибирской области ФИО3 получил талон на высокотехнологичную помощь (том 1 л.д. 81-85). 

31.03.2014г. ФИО3 поступил в отделении травматологии и ортопедии №3 ФГБ ЛПУ «Научно-клинический центр охраны здоровья шахтеров», где проходил лечение до 16.04.2014г. В ФГБ ЛПУ «Научно-Клинический центр охраны здоровья шахтеров» (далее по тексту «ФГБ ЛПУ «НКЦООЗШ») лечился, был прооперирован 01.04.2014. Проведены невролиз и трансплантация нерва под итераоперационным нейрофизическим контролем: микрохирургический невролиз и эндоневролиз срединного, локтевого, лучевого нервов на уровне левого плеча. При выписке были даны рекомендации, консультация через 1 месяц после выписки (том 1 л.д. 86-87).

15.05.2014г. ФИО3 в Федеральном государственном бюджетном учреждении «Федеральный центр нейрохирургии» был осмотрен врачом-неврологом, поставлен диагноз «компрессионно-ишемическая нейропатия срединного, локтевого лучевого нерва слева, осложнение после оперативного вмешательства, восстановительный период. Состояние после 20.01.2014г. остеотомия дистально метаэпифиза левой лучевой кости, остеосинтез, после операции движения активные в кисти уменьшились, повторна операция 01.04.2014г. – невролиз и эндоневролиз срединного локтевого и лучевого нервов на уровне левого плеча», даны рекомендации по дальнейшему лечению и наблюдению у невролога по месту жительства (том 1 л.д. 97). 

07.07.2014г. проконсультирован в ФГБ ЛПУ «НКЦОЗШ») д.м.н. ФИО5, диагноз: нейропатия всех нервов левого плеча после жгутового повреждения. Консолидированный перелом лучевой кости после накостного остеосинтеза (том 1 л.д. 109).

В августе в ФГБ ЛПУ «НКЦОЗШ») д.м.н. ФИО5 рекомендовано оперативное лечение по удалению пластины и винтов с левой лучевой кости левого предплечья. 

05.11.2014г. – 20.11.2014г. ФИО3 находился в ФГБ ЛПУ «НКЦОЗШ»). 06.11.2014г. проведена операции по удалению платины и винтов с лучевой кости левого предплечья (том 1 л.д. 143-144). 

В сентябре 2014г. ФИО3 обратился в правоохранительные органы, 17.07.2015г. возбуждено уголовное дело. В рамках уголовного дела проведены ряд экспертиз для установления причинно-следственной связи с наступившими последствиями, причинением вреда здоровью.

В материалы дела представлены письменные доказательства – заключение комплексных медицинских экспертиз, проводимых в рамках уголовного дела по причинению вреда здоровью ФИО3 (заключение № 67-ВР от 07.07.2015г., №202-ДК от 12.01.2016г., №17-ДК от 19.02.2016г.). Согласно выводам указанных заключений, ФИО3 была оказана ненадлежащего качества медицинская услуга, в результате допущенного дефекта причин вред здоровью. Конкретное лицо, причинившее вред здоровью в рамках уголовного дела не было установлено, соответственно к ответственности никто не был привлечен. 

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

На основании статьи 1098 ГК РФ продавец или изготовитель товара, исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (абзац 2 п. 11 разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

Определением суда от 12.05.2017г. по делу была назначена комплексная судебная экспертиза, производство по делу было приостановлено, производство экспертизы было поручено КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы». На разрешение перед экспертами были поставлены следующие вопросы (л.д. 35-40, т.3):

1. Соответствовало ли лечение, предоставленное АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО» поставленным диагнозам ФИО3? Правильно ли и обоснованно (в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям, нормативными требованиями оказания медицинской помощи) проведено обследование ФИО3 в АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО» в период с 24.12.20.13г. по 20.01.2014г., составлен план ведения травматологического больного, назначено лечение? Был ли достигнут запланированный результат за период госпитализации с 20.01.2014г. по 28.01.2014г.?

2. Правильно и своевременно ли оказана медицинская помощь в АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО» ФИО3? Правильно и обосновано ли проведено хирургическое вмешательство (операция) ФИО3 (остеотомия дистального метаэпифиза левой лучевой кости, остеосинтез в правильно положении пластиной DVR-AL и винтами «DePuy» 21.01.2014г? Есть дефекты при оказании медицинской помощи в АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО»? Имелись ли дефекты оказания медицинской помощи при наложении жгута на левую верхнюю конечность во время оперативного лечения в АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО»?

3. с учетом ответа на вопрос №2, то есть в случае установления дефектов оказания медицинской помощи в АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО», каковы последствия оказания ненадлежащей медицинской помощи ФИО3 ответчиком? Могло ли возникновение нейропатии лучевого, срединного локтевого нервов быть связано с дефектом оказания ФИО3у медицинской помощи в АНО «Клиника НИИТО»? 

4. имеется ли причинно-следственная связь между действиями (бездействием) сотрудников АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО» и наступившими неблагоприятными последствиями, необходимостью операционных вмешательств 01.04.2014г. (невролиз и трансплантация нерва под интраоперационным нейрофизическим контролем: микрохирургический невролиз и эндоневролиз срединного, локтевого, лучевого нервов на уровне левого плеча), 06.11.2014г. (удаление пластины и винтов с лучевой кости левого предплечья)?

5. Причинен ли вред здоровью ФИО3 при оказании медицинской услуги в АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО», если да, то какой степени тяжести вред причин здоровью ФИО3? 

6. Определить размер утраты общей и профессиональной трудоспособности ФИО3 в результате дефекта оказания медицинской помощи в АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО», срок утраты трудоспособности?

7. Соответствуют ли фактически пройденные ФИО3 реабилитационные мероприятия, принятые лекарственные средства, сданные анализы назначенным ФИО3? (согласно Расчету расходов, вызванных восстановлением после повреждения здоровья, представленному истцом, т.2).

8. Нуждался ли истец в пройденных им реабилитационных мероприятиях, принятых лекарственных средствах, в сдаче медицинских анализов для устранения последствий, вызванных последствиями проделанной АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО» операции, проведенного лечения ответчиком в целом? (согласно Расчету расходов, вызванных восстановлением после повреждения здоровья, представленному истцом, т.2).

08.08.2017г. гражданское дело с готовым заключением судебной комплексной экспертизы было возвращено в суд. 

Как усматривается из заключения судебной экспертизы №173-ПЛ/2017, 25.07.2017г. ФИО3 был осмотрен, его личность установлена. При осмотре предъявлены жалобы на чувство онемения кожных покровов по внутренней поверхнсоти нижней трети левого предплечья, частично ладонной поверхности левой кисти и ее внутренней боковой поверхности. Объективно: по просьбе самостоятельно разделся до пояса, не испытывая затруднений в активных движениях как в правой, так и в левой кистях. Активные движения во всех суставах верхних конечностей в полном объеме. Окружность правого предплечья в верхней трети – 30 см., симметрично левого предплечья – 29 см. Сухожильные рефлексы верхних конечностей живые, симметричные. Ось левого предплечья сохранена, видимой деформации не наблюдается. Сила в левой кисти – 4 балла, в правой – 5. Пальцы левой кисти легко и полностью сжимаются в кулак. Отмечается легкая гипотрафия мышц возвышения первого пальца левой кисти и мышц в области передне-наружной поверхности. Чувствительность левой кисти и левого предплечья в нижней и средней третях полностью сохранена. 

Заключение экспертов КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № 173-ПЛ/2017 от 26.07.2017 содержит следующие выводы: 

1. Как следует из представленных медицинских документов и материалов дела, 21.01.2014 года ФИО3 в травматологическом отделении АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО» проведена операция «Остеотомия дистального метаэпифиза левой лучевой кости, остеосинтез в правильном положении пластиной DVR-AL и винтами "DePuy". Судя по данным «Медицинской карты № 21247-а стационарного больного», проведение операции было обусловлено медицинскими показаниями в виде наличия консолидированного в положении смещения перелома дистального метаэпифиза левой лучевой кости, несросшегося перелома шиловидного отростка левой локтевой кости с выраженной контрактурой левого лучезапястного сустава после полученной 23.09.2013г бытовой травмы, радикальное лечение которой в данном случае возможно было только оперативным методом - операцией металлоостесинтеза.

Специально разработанных и официально утверждённых стандартов по проведению операций металлоостеосинтеза до настоящего времени не имеется. 

Общие принципы исполнения таких операций изложены в монографиях, научных статьях, практических рекомендациях по ортопедической хирургии.

Судя по записям в «Медицинской карте № 21247-а стационарного больного», подготовка к оперативному вмешательству проведена в полном объёме, а сама операция металлоостеосинтеза по поводу имевшихся у ФИО3 последствий травмы левого лучезапястного сустава в АНО «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО» была сделана технически правильно с полным восстановлением анатомического соотношения костей сустава. (Ответы на вопрос № 1; частично № 2), (л.д. 77-78, том 3). 

2.После операции металлоостеосинтеза у ФИО3 21.01.2014г. развилась «Нейропатия срединного, лучевого и локтевого нервов левого плеча с явлениями плегии левой кисти и пальцев». 

Принимая во внимание наличие «...внешних и внутренних рубцов срединного, локтевого и лучевого нервов с типичным изменением их в виде «песочных часов», на протяжении около 12см...», выявленных при операции невролиза 01.04.2014 года в ФГБЛПУ «Научно-клинический центр охраны здоровья шахтеров» Минэнерго РФ, г. Ленинск-Кузнецкий, судебно-медицинская экспертная комиссия считает, что эти патологические изменения у ФИО3 явились результатом сдавления левого плеча жгутом в период операции металлоостеосинтеза 21.01.2014г с развитием ишемизации нервных стволов с последующим образованием рубцовой ткани, потребовавшие проведения операции невролиза.

Судебно-медицинская экспертная комиссия считает необходимым указать, что подобные операции на костях предплечья в ортопедической хирургии практически всегда исполняются с наложением медицинского жгута на область плеча, с целью минимизировать кровотечение из области операционного поля и предотвратить возможность массивной кровопотери.

Так и в данном случае, применение жгута в период операции было обусловлено задачей до минимума уменьшить интраоперационную кровопотерю, объём которой, судя по протоколу операции и анестезиологического пособия у ФИО3, не превысил 10.0 мл.

При этом, в вышеуказанных протоколах оперативного вмешательства, экспертная комиссия каких-либо дефектов в оказании медицинской помощи ФИО3 в период непосредственной подготовки к операции металлоостеосинтеза и в ходе самой операции не находит, что позволяет сделать вывод о развитии послеоперационной ней-ропатии левого плеча в результате индивидуальных особенностей больного, склонного к возникновению фатальной ишемизации нервной ткани периферических нервных стволов при допустимых, средних по времени (в данном случае не более 1,5 часа), компрессионных нагрузках на мягкие ткани, кровеносные сосуды, нервы и прочие анатомические образования верхней конечности.

Операция по удалению металлоконструкций из области левого лучезапястного сустава, проведенная 06.XI.2014г в ФГБЛПУ «Научно-клинический центр охраны здоровья шахтеров» Минэнерго РФ, г. Ленинск-Кузнецкий, была показана ФИО3, сделана своевременно и технически правильно. (Ответы на вопросы №№ 3,4,5; частично № 2), (л.д. 78-79, том 3).

3.В настоящее время, исходя из незначительной выраженности последствий интраоперационной компрессии срединного, локтевого и лучевого нервов левой верхней конечности, согласно п. 10-а «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин», являющейся приложением к «Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утверждённым Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г № 194н), привели у ФИО3 к стойкой утрате общей трудоспособности в размере 5%.

В связи с возможностью выполнять работу по профессии с незначительным снижением объёма профессиональной деятельности, имеющиеся последствия у ФИО3 привели к стойкой утрате профессиональной трудоспособности в размере 30%, (пункт 28-а «Временных критериев определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», утверждённых Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 18.07.2001г. № 56).

Из-за отсутствия в представленных медицинских документах и материалах дела достаточных сведений о динамике трансформации последствий нейропатии у ФИО3, достоверно определить период достигнутой вышеуказанной степени стойкой утраты трудоспособности не представляется возможным. (ответ на вопрос № 6), (л.д. 79, том 3).

4.Судебно-медицинская экспертная комиссия отмечает, что при нахождении больных в лечебно-профилактических учреждениях им положено диагностическое обследование, оказание медицинского ухода и бесплатное медицинское лечение.

После выписки из стационара больным рекомендуется на период амбулаторного лечения группы лекарственных средств или конкретные лекарственные препараты. Определение дозы, количества и курсов лечения находится в компетенции лечащего врача и зависит от степени выраженности симптомов конкретного патологического состояния.

В данном случае ФИО3 нуждался в диагностическом обследовании и в комплексном медикаментозном и физиотерапевтическом лечении, перечисленном в «Расчете расходов, вызванных восстановлением после повреждения здоровья» (л.д. 131 - 136; т. 2), направленном на восстановление и поддержание функции периферической нервной системы и опорно-двигательного аппарата. Установление затраченной суммы на приобретение лекарственных препаратов, оплату консультаций специалистов и проведения обследований, возможность бесплатного получения медицинских услуг не входит в компетенцию судебно-медицинской экспертной комиссии. Выбор бесплатного проведения обследования и лечения или не возмездной основе определяет сам пациент (ответы на вопросы №№ 7,8) (том 3 л.д. 50-80). 

Таким образом, согласно выводам судебной комплексной экспертизы ФИО3 ответчиком была оказана надлежащая услуга, операция была проведена технически правильно, согласно имеющимся на тот момент показаниям. Дефектов в оказанной медицинском помощи со стороны ответчика экспертами не найдено, развитие послеперационной нейропатии левого плеча обусловлено индивидуальными особенностями больного. 

Согласно пункту 25 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года №194н, ухудшение состояния здоровья человека рассматривается как причинение вреда здоровью, обусловленного дефектом оказания медицинской помощи.

В случае, если ухудшение состояния здоровья человека вызвано сопутствующей патологией и другими причинами (как это, по мнению экспертной комиссии, могло быть в данном случае), то, в соответствии с пунктом 24 вышеуказанных «Медицинских критериев»,, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

После исследования заключения эксперта, материалов дела, заслушивания мнения участников дела, суд отказал в удовлетворении ходатайств представителя истца в вызове специалиста Г.., подготовившего документ «Заключение эксперта» от 26.12.2016г., в назначении повторной экспертизы, вызове и опросе экспертов. 

Согласно статье 87 Гражданского процессуального кодекса РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Выводы экспертов, изложенные в заключении КГБУЗ «Алтайское бюро судебно-медицинской экспертизы» №173-ПЛ/2017 (л.д. 50-81), являются ясными, полными, оснований для назначения повторной экспертизы с учетом исследованных в судебном заседании материалов дела у суда не имелось. Суд после исследования заключения эксперта, доводов обеих сторон, материалов дела пришел к выводу об отсутствии противоречий в заключении эксперта, отсутствии обоснованности сомнений представителя истца в правильности судебной экспертизы. В заключении экспертами указаны используемые методы - логический и метод установления и исследования причинных связей, указан перечень использованных при производстве экспертизы материалов, достоверно и полно изложены обстоятельства дела, исследовательская часть в достаточной степени мотивирована, содержит расшифровку используемых понятий, содержание исследовательской части не противоречат итоговым выводам в заключении эксперта. 

Согласно статьи 187 Гражданского процессуального кодекса РФ в целях разъяснения и дополнения заключения эксперту могут быть заданы вопросы. 

В связи с изложенным судом не было усмотрено оснований для вызова экспертов, проводивших экспертизу, и более того для вызова специалиста, подготовившего «Заключение специалиста» 26.12.2016г., не участвовавшего в проведении судебной экспертизы, который не может давать оценку заключению судебной экспертизы и давать пояснения относительно выводов судебных экспертов. 

Доказательств заинтересованности экспертов в производстве экспертизы стороной истца не представлено. Отклоняются доводы представителя истца о том, что когда-то сотрудник НИИТО обучался у одного из экспертов, проводивших экспертизу, а также то, что руководитель НИИТО и один из экспертов состоят в членстве общественной организации. Подобные обстоятельства не могут свидетельствовать о производстве экспертизы с нарушением, предоставлением недостоверных выводов. Эксперты были предупреждены о несении уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, не доверять их выводам в отсутствие относимых и допустимых доказательств ложного заключения у суда не имеется. Довод о непривлечении необходимых специалистов при производстве экспертиза также отклоняется за несостоятельностью, поскольку формирование комиссии определяется на усмотрение руководителя экспертного учреждения, исходя из специализации и опыта работы каждого эксперта. 

При производстве экспертизы ФИО3 был осмотрен экспертами, кроме того, как усматривается из заключения №173-ПЛ/2017г., судебными экспертами были изучены выводы экспертиз, проведенных в рамках уголовного дела, отмечено: 

22.06.2015г. ГБУЗ НСО «НОКБСМЭ» проведена экспертиза №67-ВР согласно выводам которой в связи с травмой левой верхней конечности в виде закрытого внутрисуставного оскольчатого перелома лучевой кости в типичном месте (дистальный /нижний/ метаэпифиз /нижняя треть/) со смещением фрагментов; отрывного перелома шиловидного отростка локтевой кости; перелома средней трети ладьевидной кости без смещения, полученной 24.09.13г., в Городской поликлинике №26 медицинская помощь ФИО3 была оказана своевременно и правильно. Однако в процессе гипсовой иммобилизации у ФИО3 произошло вторичное смещение репонированных (сопоставленных) отломков левой лучевой кости и консолидация (сращение) перелома наступила в порочном положении, что обусловило нарушение функции (комбинированная контрактура) левого лучезапястного сустава и явилось показанием для планового оперативного лечения, осуществленного пациенту в АНО «Клиника НИИТО.

В связи с неблагоприятными последствиями травмы левой верхней конечности: консолидация внутрисуставного оскольчатого перелома дистального метаэпифиза лучевой кости в положении смещения (порочном положении), неконсолидированный перелом шиловидного отростка локтевой кости, - для восстановления функции левого лучезапястного сустава в АНО «Клиника НИИТО» ФИО3 своевременно (относительно момента обращения) и технически правильно 21.01.14г. произведена операция: «Остеотомия дистального метаэпифиза левой лучевой кости, остеосинтез в правильном положении пластиной DVR-AL и винтами "DePuy". Однако при оказании ФИО3 хирургической медицинской помощи в результате наложения жгута на левое плечо произошла компрессия (сдавление) срединного, локтевого и лучевого нервов, явившаяся причиной плегии (нарушение движений и чувствительности) левой кисти и пальцев, обусловившая необходимость проведения ему операции от 01.04.14г.: «Невролиз и трансплантация нерва под интраоперационным нейрофизиологическим контролем: «Микрохирургический невролиз и эндоневролиз срединного, локтевого, лучевого нервов на уровне левого плеча».

Согласно заключению №202ДК от 12.01.2016г., проведенного ГБУЗ НСО «Новосибирское областное клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы» сдавление срединного, локтевого и лучевого нервов на уровне средней трети левого плеча жгутом (пневможгутом) во время операции подтверждается клиническим течением нейропатии указанных нервов и результатами инструментальных исследований, подробно изложенных в «Исследовательской части» данного Заключения; картиной, выявленной во время проведенной 01.04.14г операции: «...первым этапом - разрез по внутренней поверхности плеча, в проекции срединного и локтевого нервов... Выделен сначала срединный нерв, выявлено, что на протяжении 12см имеется его сдавление внешним и внутренним рубцом, типичные «песочные часы», на всем протяжении 12 см. С микрохирургической техникой и оптикой проведен микрохирургический невро-лиз, иссечены внутренние рубцы, затем рассечены периневральные оболочки. Произведена электродиагностика на операционном столе, получен ответ с мышц-сгибателей кисти и пальцев. Следующим этапом выделен локтевой нерв, аналогичная картина, так же «песочные часы» на протяжении примерно 12см. Проведен микрохирургический невро-лиз, затем эндоневролиз и рассечение эпипериневральных оболочек и иссечение внутренних рубцов. Так же электродиагностика на столе, получен ответ с мышц-сгибателей кисти и пальцев, и с мелких мышц кисти. Рана послойно ушита наглухо, в ране оставлен желобоватый дренаж, швы на кожу, множество резиновых выпускников. Второй этап - разрез по наружной поверхности плеча в проекции лучевого нерва» на протяжении 12см. типичные «песочные часы» на лучевом нерве, проведен микрохирургический невролиз, затем эндоневролиз с рассечением эпи- и периневральных оболочек, внутренние рубцы иссечены. При электродиагностике получен ответ с мышц-разгибателей кисти и пальцев...».

Неблагоприятные последствия (нейропатия срединного, локтевого и лучевого нервов на уровне левого плеча), наступившие у ФИО3 после операции от 21.01.14г, обусловлены допущенным при наложении жгута нарушением (дефектом): нельзя накладывать жгут в средней трети плеча - это может привести и привело к повреждению нервов в данном случае, вероятно, при очень тугом наложении жгута («при превышении давления в жгуте»). (Н, С «Хирургия»), Издательство «Медицина», 2005г). 

Сведений о наличии у ФИО3 генетической предрасположенности к непереносимости ишемии мягких тканей (ишемия - это уменьшение кровоснабжения участка тела, органа или ткани вследствие ослабления или прекращения притока артериальной крови, обуславливающее кислородное голодание, а не «непереносимость кислородного голодания», как указано в вопросе) в представленных медицинских документах не содержится.

16.02.2016г. тем же учреждением - ГБУЗ НСО «Новосибирское областное клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы» проведена экспертиза № 17-ДК согласно которой: 

В связи с тем, что в «Медицинской карте №21247 стационарного больного» отсутствует информации об используемом при наложении жгута (пневможгута) давлении, на основании выявленных при электронейромиографиии от 22.01.14г. ЭК4Г-при-знаков поражения вторичного внутреннего пучка, частично вторичного заднего и наружного пучков плечевого сплетения слева; снижение функций n.medianus sin (левого срединного нерва), n.ulnaris sin (левого локтевого нерва), n.radialis sin (левого луцчевого нерва) по аксонопатическому типу, отсутствие биоэлектрической активности m.brachioradialis sin (левой плече-лучевой мышцы); выраженности повреждения срединного, локтевого и лучевого нервов, обнаруженных при операции от 01.04.14г., экспертная комиссия может высказать только предположение, что во время операции 21.01.14г. имело место очень тугое наложение жгута («превышено давление в жгуте») на левое плечо ФИО3

Из выше изложенного следует, что экспертная комиссия может лишь предполагать, что повреждение срединного, локтевого и лучевого нервов на уровне левого плеча, явившееся причиной плегии левой кисти и пальцев, обусловлено сочетанием (комплексом) неправильного места (средняя треть плеча) наложения пневможгута и превышения давления в пневможгуте.

Признаки «повреждения» - нейропатия нервов левого предплечья- были выявлены у ФИО3 на первые сутки после операции - на момент осмотра 22.01,14г. в 10:00. При этом, обоснованно и правильно было назначено медикаментозное лечение и консультация невролога; 22.01.14г. (время не указано) выполнена элек-тронейромиографии, результаты которой свидетельствуют о поражении левого лучевого» срединного, локтевого нервов на двух уровнях: плеча и лучезапястного состава. Несмотря на отсутствие интерпретации электронейромиографии в части поражения указанных нервов на уровне плеча, лечение проведено своевременно и в соответствии с установленными требованиями.

При таких выводах экспертных заключений, проведенных в рамках уголовного дела, у суда имелись все основания для проведения судебной экспертизы и исключения вероятностного факта для установления вины или же подтверждения доводов ответчика об оказании надлежащей медицинской помощи. 

Экспертное заключение №173-ПЛ/2017, подготовленное КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» суд принимает как надлежащее доказательство отсутствия вины ответчика, возникновения послеоперационных последствий, обусловленных индивидуальными особенностями организма истца на проведенную технически правильно операцию ответчиком. 

Поскольку требования истца о взыскании с ответчика денежных средств, понесенных истцом в рамках оказания ему платных медицинских услуг и восстановлении поврежденного здоровья, поставлены в зависимость от признания оказанной медицинской помощи ненадлежащего качества и установления наличия вины ответчика, а также поскольку вина ответчика в причинении вреда истцу отсутствует, требования о взыскании ущерба, утраченного заработка, компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

р е ш и л :

В удовлетворении исковых требований ФИО3 Автономной некоммерческой организации «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО» отказать в полном объеме. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение. 

Решение в окончательной форме изготовлено 06 октября 2017 года. 

Судья (подпись) И.С. Новикова

Подлинник решения находится в материалах гражданского дела № 2-1587/2017 Ленинского районного суда г. Новосибирска