Дело №2-1138/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 октября 2017 года с. Кармаскалы

Кармаскалинский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе 

председательствующего судьи Минеевой В.В.,

с участием помощника прокурора Кармаскалинского района Республики Башкортостан Мусина А.Э.,

истца ФИО1, представителя ответчика ГБУЗ Кармаскалинская ЦРБ ФИО2, действующей по доверенности 02 АА 3812967 от 27.01.2017 г.,

при секретаре Шариповой Л.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Башкортостан Кармаскалинская центральная районная больница о возмещении морального вреда, нанесенного врачебной ошибкой,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Башкортостан Кармаскалинская центральная районная больница о возмещении морального вреда, нанесенного врачебной ошибкой.

Истец свои требования мотивирует тем, что он является отцом несовершеннолетнего ребенка - ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ФИО3 умер 25 января 2017 года в отделении реанимации ГБУЗ РБ ГДКБ №17 г.Уфы от генерализованной вирусно-бактериальной инфекции, внебольничной двусторонней полисегментарной пневмонии. 20 января 2017 года в 07 часов 00 минут ФИО1 увидел, что у его сына Артура разболелась нога, осмотрев ее, ФИО1 увидел, что у сына опухла нога. В связи с этим была вызвана скорая помощь, по истечению 1,5-2 часов, бригада скорой помощи приехала. ФИО3 был привезен в поликлинику ГБУЗ РБ Кармаскалинская ЦРБ. В период нахождения в поликлинике ФИО3 медицинская помощь надлежащим образом оказана не была. По результату осмотра ФИО3 его матери ФИО4 было рекомендовано ехать в больницу в г.Уфе. Считает, что действиями ответчика нарушен приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 №901 «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия», приказ Минздрава РБ №2194-Д от 15.07.2015 «О совершенствовании организации оказания квалифицированной медицинской помощи пострадавшим с сочетанными, множественными и изолированными травмами, сопровождающимися шоком (в том числе при ДТП на автомобильных дорогах, проходящих по территории Республики Башкортостан), с иными видами травматизма (в том числе сопровождающихся шоком)» пациент с вывихом бедра доставлен в поликлинику ГБУЗ РБ Кармаскалинская ЦРБ, вместо приемного покоя хирургического отделения ГБУЗ РБ Кармаскалинская ЦРБ. В нарушение приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 07.07.2015 №422ан «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» при проверке медицинской карты амбулаторного больного ФИО3 выявлены следующие дефекты оформления медицинской документации: не все записи датированы; не во всех осмотрах врачей-специалистов указывается время осмотра; не во всех осмотрах врачей-специалистов указывается ЧСС, ЧД. температура; нет сведений о наличии или отсутствии иммобилизации нижней конечности у пациента; выявлены неразборчивые, нечитабельные записи. В нарушение ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» отсутствует письменное добровольное информированное согласие родителей ребенка на проведение профилактических прививок. Приказом «Об организации внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности в ГБУЗ Кармаскалинская ЦРБ не утверждена форма журнала и карты экспертной оценки внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности. Оснащение детской консультации ГБУЗ РБ Кармаскалинская ЦРБ не соответствует утвержденному стандарту.

В связи с чем, истец просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в связи с врачебной ошибкой в отношении сына ФИО3 в размере 3000000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по доводам, изложенным в иске, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика ГБУЗ РБ Кармаскалинская ЦРБ ФИО2 исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление, суду пояснила, что причинно-следственая связь между оказанием медицинской помощи ФИО3 действиями (бездействием) врачей ГБУЗ РБ Кармаскалинская ЦРБ и наступившим неблагоприятным исходом (смертью) отсутствует.

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения Республики Башкортостан в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

С учетом мнения лиц, участвующих в деле, руководствуясь положениями ст.167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица Министерства здравоохранения Республики Башкортостан, извещенного о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

Выслушав объяснения истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, заключение помощника прокурора Мусина А.Э., полагавшего об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска, и оценив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему выводу.

На основании пункта 1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 151 Гражданского кодекса РФ установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда. Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

При этом под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. В частности, моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. 

В соответствии с действующим законодательством гражданско-правовая ответственность причинителя вреда наступает в том случае, если имеется наличие вреда, вина причинителя вреда, противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, причинно-следственная связь между его виновным поведением и наступившим вредом. Недоказанность одного из названных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении исковых требований.

Таким образом, обязательными условиями наступления ответственности за причинение морального вреда, являются вина причинителя вреда, причинно-следственная связь между его виновным поведением и наступившим вредом.

Судом установлено, что согласно записям Журнала записи вызовов скорой медицинской помощи ГБУЗ РБ Кармаскалинская ЦРБ 20, Карты вызова скорой медицинской помощи №368/852, 20 января 2017 года 13 часов 25 минут в отделение скорой помощи ГБУЗ Кармаскалинская ЦРБ поступил телефонный звонок о травме ноги ФИО3 Со слов матери ребенка последний не наступает на левую ногу, не ходит с 9.00 часов 20 января 2017 года, жалуется на боль, ребенок сидел на полу в позе «султана», играл с братом и, когда вставал, подвернул ногу. Фельдшером бригады скорой медицинской помощи поставлен под подозрение вывих левого бедра, оказана помощь на месте вызова: иммобилизация левой нижней конечности, сделала обезбаливающее внутримышечно в ягодицу. 

Из вышеуказанной Карты вызова скорой медицинской помощи следует, что в соответствии со ст.20 ФЗ-323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от матери ребенка ФИО4 получено информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство с учетом риска возможных осложнений.

В 13 часов 50 минут бригадой скорой медицинской помощи был доставлен в ГУЗ РБ Кармаскалинская ЦРБ на прием к травматологу.

Из Карты вызова скорой медицинской помощи №371/859 следует, что врачом-травматологом ФИО5 ФИО3 поставлен диагноз закрытый травматический вывих левого бедра, сделаны рентгентснимки, выдано направление в ГБУЗ РБ Городская детская клиническая больница №17 г.Уфа. В сопровождении отца ФИО1, фельдшера ФИО6 в 18 часов 02 минуты ребенок был доставлен на машине скорой помощи в ГБУЗ РБ Городская детская клиническая больница №17 г.Уфа. 

Из заключения врача-травматолога ФИО5 от 20 января 2017 года следует, что травма со слов матери около двух дней назад ребенок оступился во время игры, жалобы на боль в области левого тазобедренного сустава, отек в области левого голеностопного сустава, ограничение движения в тазобедренном суставе и что ребенок поджимает ногу. При осмотре ребенок в сознании, активный, соматически не настораживает, не ухожен, имеются кровоизлияния на обеих нижних конечностях, ребенок беспокоен, плачет, поджимает левую нижнюю конечность. Отмечается болезненность в области левого тазобедренного сустава, ограничение движений, отведение, наружной и внутренней ротации левого бедра, укорочение относительной длины левой нижней конечности на 4 см. Поставлен диагноз закрытый травматический вывих левого бедра. Согласно приказу о маршрутизации больных по договоренности с заведующим травматическим отделением ГКБ №17 ФИО7 в сопровождении фельдшера скорой медицинской помощи направлен в ГКБ №17 г.Уфы, рекомендации по транспортировке ребенка матери даны. 

25 января 2017 года в 03 час. 49 минут ФИО3 скончался в ГБУЗ РБ Городская детская клиническая больница №17 г.Уфа от генерализованной вирусно-бактериальной инфекции, внебольничной двусторонней полисигментарной пневмонии.

26 января 2017 года заместителем руководителя следственного отдела по Орджоникидзевскому району г.Уфа СУ СК РФ по РБ возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ, по факту причинения смерти по неосторожности малолетнему ФИО3 вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей неустановленными медицинскими сотрудниками Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Городская детская клиническая больница №17 г.Уфа.

В ходе следствия установлено, что смерть ФИО3 наступила от острой генерализованной респираторно-вирусной инфекции, осложнившейся развитием вирусно-бактериальной пневмонии, инфекционно-токсического шока, на фоне иммунодефицитного состояния. Лечебно-диагностические мероприятия ФИО3 в ГБУЗ Кармаскалинская ЦРБ и ГБУЗ ГДКБ №17 г.Уфы оказаны в достаточном объеме, в соответствии с порядками и стандартами по профилю заболевания. При таком характере и тяжести заболевания и быстро развившихся осложнениях (генерализованная респираторно-вирусная инфекция, осложнившаяся развитием вирусно-бактериальной пневмонии, инфекционно-токсического шока, на фоне иммунодефицитного состояния), оказание медицинской помощи не могло предотвратить летальный исход. Таким образом, в ходе расследования уголовного дела в действиях медицинских работников ГБУЗ Кармаскалинская ЦРБ и ГБУЗ РБ ГДКБ №17 г.Уфа состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ не усматривается. Лечебные мероприятия проведены медицинским персоналом правильно, в полном объеме, в причинно-следственной связи с наступлением смерти не стоят. 

Постановлением следователя по особо важным делам следственного отдела по Орджоникидзевскому району г.Уфа СУ СК РФ по РБ от 26 июня 2017 года производство по вышеуказанному уголовному делу прекращено за отсутствием события преступления. 

Согласно заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ Бюро судебно-медицинской экспертизы №181 от 19 мая 2017 года, смерть ФИО3 наступила от острой генерализованной респираторно-вирусной инфекции, осложнившейся развитием вирусно-бактериальной пневмонии, инфекционно-токсического шока, на фоне иммунодефицитного состояния. 

На вопрос «Имеются ли упущения в действиях медицинского персонала ГБУЗ Кармаскалинская ЦРБ и ГБУЗ ГДКБ №17 г.Уфа при оказании медицинской помощи ФИО3 и в чем это выражается?» экспертами указано, что при оказании медицинской помощи ФИО3 имели место следующие недостатки: при поступлении в ГБУЗ ГДКБ №17 г.Уфа была недооценена тяжесть состояния ребенка, не проведены консультации врача-педиатра, врача-инфекциониста, ЛОР-врача, а консультация реаниматолога назначена лишь при резком ухудшении состояния (20 января 2017 года в 23 часа 50 минут), не проведены бактериологическое исследование лаважной жидкости дыхательных путей, серологические исследования на вирусы респираторных инфекций. 

На вопросы «Правильно ли, своевременно ли и в полном объеме диагностировано заболевание на всех стадиях оказания медицинской помощи ФИО3? Какова причина неправильных действий медицинского персонала (индивидуальная необходимость течения заболевания, отсутствие диагностической аппаратуры, недостаточная опытность врача)? При неправильной диагностике указать: Были ли применения врачом все способы распознавания заболевания и какие показанные методы не использованы? Какие меры приняты для уточнения диагноза?» экспертами указано, что диагноз ФИО3 был выставлен правильно, своевременно и в полном объеме. При оказании медицинской помощи ФИО3 неправильных действий медицинского персонала не установлено. 

На вопросы «Имел ли врач возможность предвидеть наступление данного заболевания и смерти пациента в результате своих действий (бездействий) и мог ли он предвидеть гибель? Можно ли было при правильном и своевременном оказании медицинской помощи спасти жизнь ФИО3?» экспертами указано, что вопросы в данной формулировке носят гипотетический характер, в связи с чем выходят за пределы компетенции экспертной комиссии. Вместе с тем, медицинская помощь ФИО3 была оказана правильно и своевременно. Однако, при такого характере и тяжести заболевания и быстро развившихся осложнениях (генерализованная респираторно-вирусная инфекция, осложнившаяся развитием вирусно-бактериальной пневмонии, инфекционно-токсического шока, на фоне иммунодефицитного состояния), оказание медицинской помощи не могло предотвратить летальный исход. 

На вопрос «Причинили ли вред здоровью ФИО3 действия врачей ГБУЗ Кармаскалинская ЦРБ и ГБУЗ РБ ГДКБ №17 г.Уфа в результате своевременного выявления заболевания и если да, то какова тяжесть вреда здоровью и по какому квалифицирующему признаку?» экспертами указано, что вред здоровью ФИО3 действиями врачей ГБУЗ Кармаскалинская ЦРБ и ГБУЗ ГДКБ №17 г.Уфа причинен не был.

На вопрос «имеется ли прямая причинная связь между действиями (бездействием) врачей ГБУЗ Кармаскалинская ЦРБ и ГБУЗ ГДКБ №17 г.Уфа и наступившими последствиям в виде смерти?» экспертами указано, что прямая причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи ФИО3 («действиями (бездействием) врачей ГБУЗ Кармаскалинская ЦРБ и ГБУЗ ГДКБ №17 г.Уфа»), в том числе вышеуказанными недостатками при ее оказании, и наступившим неблагоприятным исходом (смертью) отсутствует.

Из Акта проверки Министерством здравоохранения Республики Башкортостан в рамках ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности от 14 февраля 2017 года следует, что в результате комиссионной проверки по оказанию медицинской помощи ФИО3 в ГБУЗ Кармаскалинская ЦРБ, комиссия Минздрава РБ пришла к выводу о том, что лечебно-диагностические мероприятия ФИО3 в ГБУЗ РБ Кармаскалинская ЦРБ оказаны в достаточном объеме, в соответствии с порядками и стандартами по профилю заболевания.

Принимая в качестве допустимого доказательства заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ Бюро судебно-медицинской экспертизы №181 от 19 мая 2017 года, которым установлено отсутствие прямой причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи ФИО3 действиями (бездействием) врачей ГБУЗ Кармаскалинская ЦРБ, неправильных действий медицинского персонала при оказании медицинской помощи ФИО3 не установлено, истцом ходатайство о назначении судебной медицинской экспертизы не заявлялось, суд приходит к выводу об отсутствии вины в действиях врачей ГБУЗ РБ Кармаскалинская ЦРБ, причинно-следственной связи между их действиями и гибелью ребенка истца.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Башкортостан Кармаскалинская центральная районная больница о возмещении морального вреда, нанесенного врачебной ошибкой отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Кармаскалинский межрайонный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья В.В. Минеева