КОПИЯ

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 июля 2020 года город Камышлов

Камышловский районный суд Свердловской области

в составе председательствующего Бачевской О.Д.,

при секретаре судебного заседания Боровских О.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску Нестеровой ФИО12 к Нестерову ФИО13 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

18 июня 2020 года ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей.

В обоснование иска указано, что приговором мирового судьи судебного участка № Камышловского судебного района 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ истец была оправдана по предъявленному ей обвинению в совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Приговор обжалован, оставлен без изменения. Через год в 2019 году ответчик вновь обратился в мировой суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности истца по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. Постановлением мирового судьи судебного участка № Камышловского судебного района 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование в отношении истца было прекращено, материалы направлены в Камышловский межрайонный следственный отдел, где вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. В результате действий ответчика истец испытала сильные нравственные страдания, поскольку она никогда в жизни не привлекалась к уголовной ответственности, и участие в судебном заседании, где она являлась подсудимой, вызвало у нее сильный стресс. Ответчик действовал умышлено, ради причинения истцу как можно больше нравственных страданий.

Истец ФИО1, представитель истца ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме. ФИО6 указала, что ФИО4 своими действиями причинил ей моральный вред и сделал это злонамеренно из-за длящегося конфликта между ними.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. На вопросы суда пояснил, что обратился в суд в порядке частного обвинения в защиту нарушенных его прав, намерения путем обращения в суд причинить вред ФИО1 у него не было, он защищал свою честь и достоинство, поскольку считал, что истец распространяет про него ложные сведения посторонним лицам. В письменных возражениях указал, что не знал, что сведения, которые ему были переданы ФИО11, ФИО8 и ФИО9 являются ложными. Данный факт был установлен в ходе проверки Камышловского межрайонного следственного отдела СУ СК России по 

<

адрес>. 

Заслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, материалы уголовного дела, материалы проверки, суд находит требования истца не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено, что ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Вступившим в законную силу приговором мирового судьи судебного участка № Камышловского судебного района 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ истец была оправдана по предъявленному обвинению за отсутствием в ее действиях признаков состава преступления. Приговор не обжаловался. Из заявления частного обвинителя следует, что основание для обращения в суд послужили следующие обстоятельства. ФИО3 со слов ФИО9 и ФИО11 стало известно, что ФИО2, распространяет заведомо ложные сведения о нем, действия имели место быть в июле 2018 года и ДД.ММ.ГГГГ. При рассмотрении уголовного дела мировой судья пришел к выводу, что стороной обвинения не представлено достаточных доказательств, подтверждающих факт распространения ФИО2 заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство ФИО3 или подрывающих его репутацию.

Кроме того, ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. Из заявления частного обвинителя следует, что ФИО3 со слов ФИО11 стало известно, что ФИО2, распространяет заведомо ложные сведения о нем, действия имели место быть ДД.ММ.ГГГГ. Постановлением мирового судьи судебного участка № Камышловского судебного района 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, уголовное преследование по уголовному делу по обвинению ФИО2, прекращено, материал проверки направлен начальнику Камышловского межрайонного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес> для его проверки и принятия решения в порядке, установленном ч. 1 ст. 144, ч. 1 ст. 145, ч. 1 ст. 448 УПК РФ.

Постановлением старшего следователя Камышловского межрайонного следственного отдела СУ СК России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по факту распространения заведомо ложных сведений отказано по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в деянии депутата Думы МО «Обуховское сельское поселение» ФИО6 состава преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 128.1 УК РФ. Отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 по ст. 306 УК РФ по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в его действиях состава указанного преступления. В ходе расследования уголовного дела, было установлено, что свидетеля ФИО10 попросила ФИО11 дать ложные показания в отношении ФИО2. При этом свидетель указала, что ФИО3 к ней с просьбой о даче ложных показаний не обращался, и как она поняла, что он обо всем знает только со слов ФИО11.

В соответствии с ч. 1 ст. 45 Конституции Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Статья 22 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает право лица выдвигать и поддерживать обвинение по уголовным делам частного обвинения в установленном данным Кодексом порядке.

Таким образом, возможность обращения в суд с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом. Использование данного способа защиты нарушенного права не является противоправным за исключением тех случаев, когда заявление о привлечении к уголовной ответственности не имело под собой никаких оснований, а было направлено исключительно на причинение вреда другому лицу (злоупотребление правом).

В соответствии с п. 55 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Статья 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что в зависимости от характера и тяжести совершаемого преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

В силу ст. 318 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовные дела частного обвинения возбуждаются в отношении конкретного лица путем подачи потерпевшим заявления в суд. Заявление должно содержать, наряду с иными сведениями, данные о лице, привлекаемом к уголовной ответственности.

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения. Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 УПК Российской Федерации) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

Ввиду того, что уголовное преследование по делам частного обвинения (за исключением предусмотренных п. 2 ч. 1 и ч. 4 ст. 147 УПК РФ случаев) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по нему оправдательного приговора не являются следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации в возмещение причиненного имущественного и морального вреда за счет казны Российской Федерации на уголовные дела частного обвинения не распространяются. Требование о возмещении вреда по делам частного обвинения должны предъявляться к гражданам (частным обвинителям), возбудившим и осуществляющим уголовное преследование.

Согласно ст. 5 п. 34 УПК РФ под реабилитацией следует понимать порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию и возмещения причиненного ему вреда.

Статья 22 УПК РФ предусматривает право лица выдвигать и поддерживать обвинение по уголовным делам частного обвинения в установленном данным Кодексом порядке.

Таким образом, возможность обращения к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом. Использование данного способа защиты нарушенного права не является противоправным. При этом требования лица, привлеченного к уголовной ответственности, по делу частного обвинения о компенсации морального вреда могут быть удовлетворены лишь при условии установления противоправности действий частного обвинителя.

Положения ст. 1100 Гражданского Кодекса Российской Федерации, предусматривающие право на компенсацию морального вреда независимо от вины причинителя вреда в случае незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, соотносится с рядом норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В отличие от дел публичного обвинения, возбуждаемых государственными органами, которые дают с профессиональной точки зрения оценку наличия оснований для возбуждения уголовного дела, гражданин - потерпевший по делу частного обвинения, обращается в суд за судебной защитой, которая каждому гарантирована ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации. Отказать в принятии заявления суд не вправе, за исключением случаев, предусмотренных ст. 319 УПК РФ.

Поскольку уголовно-процессуальное законодательство различает понятия «незаконного» и «необоснованного» уголовного преследования, постольку нет оснований считать, что компенсация морального вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием, должна осуществляться независимо от вины частного обвинителя. Не вытекает указанное требование и из ч. 1 ст. 133 УПК РФ, регламентирующей, что при реабилитации вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда, но не предусматривающей аналогичного правила для случаев частного обвинения.

Само по себе обращение в мировой суд с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения не может быть признано незаконным только лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставились бы под сомнение конституционное право каждого на обращение в государственные органы и право на судебную защиту, выступающее, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в частности права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.

Сам по себе факт оправдания ФИО1 по делу частного обвинения, и отказ в возбуждении уголовного дела, не является достаточным основанием для возложения обязанности по возмещению морального вреда на ответчика. Такое требование может быть удовлетворено лишь при условии установления факта противоправности действий частного обвинителя, а именно, в случае, если заявление о привлечении к уголовной ответственности не имело под собой никаких оснований, а обращение в суд в частном порядке было направлено исключительно на причинение вреда другому лицу.

Дело частного обвинения возбуждено по заявлению ответчика, проверка также проведена по заявлению ответчика, который воспользовался правом на судебную защиту.

Применительно к вопросу о необходимости учета вины частного обвинителя при разрешении судом спора о компенсации вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием, Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О указал, что реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.

Для правильного применения абз. 3 ст. 1100 Гражданского Кодекса Российской Федерации необходимо учитывать разъяснения, содержащиеся в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» если при рассмотрении дела суд установит, что обращение лица с заявлением в государственные органы и органы местного самоуправления не имело под собой никаких оснований и было продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, т.е. имело место злоупотребление правом, то компенсация морального вреда возможна. Это в полной мере соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации о том, что не исключается использование гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

Суд, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства в их совокупности, не усматривает злоупотребление со стороны частного обвинителя своим правом на обращение в суд с целью возбуждения уголовного дела частного обвинения, частный обвинитель лишь реализовал, таким образом, свое право на личное обращение в государственные органы. Истцом не доказано, что обращение ответчика в суд имело целью причинение истцу вреда, не следует это и из объяснений и показаний свидетелей данных в рамках уголовного дела и проверки проведенной следственным комитетом.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 194-199, 320, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Нестеровой ФИО14 к Нестерову ФИО15 о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Камышловский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий - подпись. Бачевская О.Д.

Мотивированный текст решения изготовлен 24 июля 2020 года.

Копия верна. Судья - Бачевская О.Д.