Дело № 2-573/19

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 июня 2019 года г. Тында

Тындинский районный суд Амурской области в составе 

председательствующего судьи Мироненко Ю.Г., 

при секретаре Темирхановой С.Р.,

с участием помощника Тындинского городского прокурора Ивановой И.И., 

истца ФИО1,

представителя ответчиков - МО МВД России Тындинский, МВД России ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к начальнику МО МВД России «Тындинский», МО МВД России «Тындинский», МВД России, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Амурской области о возмещении морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, обратился в суд с исковым заявлением к начальнику МО МВД России «Тындинский», Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Амурской области, мотивировав требования тем, что Тындинской городской прокуратурой рассмотрено его заявление о нарушениях при содержании в ИВС МО МВД РФ «Тындинский». В ходе проверки установлено, что он в 2017 году был неоднократно этапирован в ИВС МО МВД РФ «Тындинский» из СИЗО №1 г. Благовещенска в связи с расследованием и рассмотрением в отношении него уголовного дела по ч. 2 ст. 318 УК РФ. Установлен факт, что ФИО1 содержался в ИВС в нечеловеческих условиях содержания с нарушением требований ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 г. № 103-ФЗ « О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», норма санитарной площади в камере на одного человека не менее 4-х квадратных метров.Установлено, что ФИО1 содержался в ИВС МО МВД РФ «Тындинский» с 20.04.2017 по 25.04.2017, с 18.05.2017 по 27.05.2017, с 16.06.2017 по 23.06.2017, с 06.07.2017 по 15.07.2017 в камерах с нарушением санитарной площади на 1 человека, в связи с чем 09.01.2019 начальнику МО МВД РФ «Тындинский» направлена информация с требованием не допускать в дальнейшем указанных нарушений. Проверка по данному факту ранее уже была проведена Тындинской городской прокуратурой. В ходе проверки было установлено, что в камерах и служебных кабинетах ИВС МО МВД РФ «Тындинский» отсутствует естественное освещение ввиду отсутствия оконных проемов (окна), что противоречит ст.ст. 4, 7, 23 Федерального закона от 15.07.1995 № ФЗ-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Также в ходе проверки признаны обоснованными доводы обращения ФИО1 об отсутствии окон в камерах ИВС МО МВД РФ «Тындинский». Таким образом, на протяжении указанных периодов времени ФИО1 находился в нечеловеческих условиях, грубо нарушались его гражданские права. Кроме того в камере имеется санитарный узел площадью около 2 кв.м., огороженный от жилой зоны кабинкой из жести, высотой 1м., которая служит лишь условиям приватности справления естественных нужд, но при этом все зловония при испражнении пропадают в камеру. Туалет не оборудован сливным бочком. Слабый напор воды не позволяет смыть нечистоты, из-за этого они скапливались в сливном отверстии и наполняли камеру зловонием. На этом расстоянии 1м. находится умывальник в непосредственной близости от туалета. В камере находится стол, рассчитанный лишь на 2 человека, что не позволяет одновременно принимать пищу всем содержащимся в камере, от чего пища остывает. Одной лавочки не достаточно, чтобы все могли разместиться для приема пиши. Пищу принимали по очереди зачастую в холодном виде. Сама пища плохая, однообразная, качество приготовления низкое. Рыба и мясо выдавались не по норме, либо вообще отсутствовали. Пища не калорийная, отсутствовали растительные и животные жиры. Молоко не выдавалось. Также в камерах отсутствует горячая вода. Право пользования помывкой в душе предоставляется 1 раз в неделю, при этом санитарная обработка между партиями помывки не производится. Полы и стены душевой скользкий от грязи и нечистот. На полу валялись неиспользованные одноразовые станки, обмылки, волосы и другие нечистоты. Постоянная сырость, которая не выветривалась из душа, нехватка свежего воздуха приводит к обострению болезни легких, повышению заражения кожными заболеваниями. Из-за отсутствия в камерах окон и недостаточности естественного освещения нарушается зрение, ощущается боль в глазах от длительного чтения, в результате у него ухудшилось зрение. Он является инвалидом с детства причина инвалидности - 

<

данные изъяты>. В связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей он претерпел моральные и нравственные страдания, размер компенсации морального вреда оценивает в 100 000 рублей, которую просит взыскать с ответчика.

Судом к участию в деле привлечены в качестве соответчиков МО МВД России Тындинский, МВД России, в качестве третьего лица - бывший начальник ИВС МО МВД РФ «Тындинский» ФИО3 

В судебное заседание не явились представитель ответчика Министерства Финансов РФ, третье лицо ФИО3, в соответствии с ч. 5 ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

В судебном заседании истец ФИО1, участвовавший посредством системы видео-конференц связи на базе ИК № 5 по Забайкальскому краю г.Чита на удовлетворении заявленных требований настаивал по изложенным основаниям. 

В судебном заседании представитель МО МВД «Тындинский», МВД России ФИО2 исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях МО МВД «Тындинский» и МВД России, из которых следует, что содержание подозреваемых и обвиняемых в ИВС МО МВД РФ «Тындинский» осуществляется в соответствии с требованиями положений Федерального закона «О полиции», «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Приказом МВД РФ № 950 «Об утверждении правил внутреннего распорядка ИВС, другими нормативными актами. В соответствии с п.п. 47-49 Приказа МВД России № 950 от 22.11.2 г. «Об утверждении Правил внутреннего распорядка Изоляторов времени содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел» не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе, продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе. При отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды, горячая вода (температурой не более +50 °С), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребности. Для написания предложений, заявлений и жалоб подозреваемым обвиняемым по их просьбе выдаются письменные принадлежности (бумага, шариковая ручка). Из акта комиссионного обследования ИВС МО МВД России «Тындинский» дсп от 24.04.2017 г.г. следует, что состояние оборудования камер № 4,6 ИВС МО МВД России «Тындинский» (для содержания следственно-арестованных) удовлетворительное (оснащены: спальными местами, столами, скамьями, вешалками, туалетными полками, шкафом для продуктов, санузлом, стеной приватности, вентиляцией и т.д.), соответствует требованиям п. 45 Приказа МВД России № 950 от 22.11.2005. В марте 2017 года в ИВС МО МВД России «Тындинский» Центром государственного санитарно-эпидемиологического надзора ФКУЗ «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Амурской области» проведено измерение освещенности, исследования микроклимата, микробиологического исследования воды. Согласно протоколу № 160 измерений освещенности от 16 марта 2011г., измеренный уровень освещенности в камерах №№4,6 соответствуют требованиям СанПиН 2.2.1./2.1.1.1278-03. Согласно протоколу № б исследования микроклимата от 16 марта 2017 г., измеренные уровни микроклимата в камерах ИВС МО МВД России «Тындинский» соответствуют требованиям СанПиН 2.1.2.2645-10. Согласно протоколу №9 микробиологического исследования воды общие колиформные бактерии, термотолерантные колиформные бактерии в воде не обнаружены. Приготовление питания для обеспечения граждан содержащихся в ИВС МО МВД России «Тындинский» осуществляется в соответствии с нормами питания, утвержденными приказом МВД России от 19 октября 2012 г. № 966 «Об установлении повышенных норм питания, рациона питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации, лиц подвергнутых административному аресту». Организация питания согласно недельного меню по нормам разработанного в соответствии с требованиями Постановления Правительства РФ от 11 апреля 2005 года № 205 «О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материальнобытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах ФСИН, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых ОВД РФ и пограничных ОФСБ, на мирное время». Вышеуказанные нормы питания были включены в государственный контракт № 17/18-0001 от 30 декабря 2016 г. на оказание услуг по организации горячего питания для лиц, содержащихся в изоляторе временного содержания МО МВД России «Тындинский» заключенного между ИП ФИО4 и МО МВД России «Тындинский», и являлись предметом контракта. 20 апреля 2017 г. ФИО1 по постановлению Тындинского районного суда от 20.04.2017 за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 138 УК РФ водворен в ИВС МО МВД России «Тындинский». За период с 20 апреля 2017 г. по 15.07.2017 г. ФИО1 четыре раза этапировался из СИЗО-1 г. Благовещенска в ИВС МО МВД России «Тындинский». ФИО1 указал в исковом заявлении, что ему, в связи с ненадлежащим содержанием его в ИВС МО МВД России «Тындинский», нанесен моральный вред, который выразился в нахождении его в бесчеловечных условиях, а именно содержании в отсутствии естественного освящения, в камерах, не соответствующим нормам площади на одного человека, вдыхания зловоний и испражнений, доносившихся из санитарного узла, установленных в камерах. Ответчик и считают, что само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, на законных основаниях не порождают у него право на компенсацию морального вреда. ФИО1 никаких конкретных доказательств свидетельствующих о тяжести перенесенных страданий, не предъявлено. Факт нахождения истца в ИВС МО МВД России «Тындинский» не является надлежащим доказательством причиненного морального вреда. Кроме этого не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии причинно-следственной связи между случившимся (содержанием в ИВС МО МВД Росси «Тындинский») и страданиями ФИО1 При поступлении в ИВС МО МВД России «Тындинский» и убытии из него, согласно журналов «Медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС МО МВД России «Тындинский»» за 2017 г.г. каких-либо жалоб со стороны ФИО1 на состояние здоровья от него не поступало, о чем в журнале имеется отметка «Общ. сост. удовл». Каких-либо доказательств об ухудшении состоят здоровья ФИО1, связанного с пребыванием в ИВС МО МВД Росси «Тындинский» им не представлено. Деятельность ИВС МО МВД России «Тындинский» ежедневно в течение суток подвергается проверке со стороны руководства МО МВД России «Тындинский», со стороны Тындинской городской прокуратуры, в ходе обхода принимают обращения и заявления от содержащихся в ИВС МО МВД граждан. Пунктом 94 Приказа МВД России № 950 от 22.11.2005 предусмотрено, что при ежедневном обходе камер представители администрации ИВС принимают от подозреваемых и обвиняемых предложения, заявления и жалобы как в письменном, так и в устном виде. Направление подозреваемыми и обвиняемыми предложений, заявлений и жалоб, регулируются разделом IX Приказа МВД России от 22.11.2005. Пунктом 95 указанного приказа Предложения, заявления и жалобы, принятые в устной и письменной форме, записываются в соответствующий журнал регистрации, ведущийся в канцелярии территориальных органов МВД России или ИВС, и докладываются лицу, ответственному за их разрешение. Согласно журнала № 1008 ИВС МО МВД России «Тындинский» «Учета регистраций предложений, заявлений, жалоб подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стажей» за 2017 год жалоб как письменных, так и устных от ФИО1 о ненадлежащем содержании в изоляторе временного содержания МО МВД России «Тындинский» не поступало. Поскольку вина должностных лиц в установленном законом порядке не установлена, считают, что истцом не обоснован и не доказан размер суммы компенсации морального вреда. Также считают, что поскольку истец обратился с иском по истечении почти двух лет после событий, с которыми связывает причинение ему нравственных страданий, в его действиях усматривают недобросовестность, просят суд дать соответствующую оценку указанным действиям истца, в удовлетворении его требований отказать в полном объеме.

Из письменного отзыва представителя Министерства Финансов РФ, Управления Федерального казначейства по Амурской области, следует, что В исковом заявлении, ФИО1 просит произвести взыскание с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Амурской области.

Управление является территориальным органом Федерального казначейства по Амурской области на основании Положения об Управлении Федерального казначейства по Амурской области, утвержденного приказом Федерального казначейства от 27.12.2013 № 316, и норм Бюджетного кодекса Российской Федерации. Финансовым органом, выступающим от имени казны Российской Федерации, является Министерство финансов Российской Федерации. В соответствии с п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации от имени Российской Федерации по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов и их должностных лиц, в качестве представителя ответчика в суде выступает главный распорядитель средств бюджета по ведомственной принадлежности. Согласно ст. 9 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями полиции и финансируются за счет средств федерального бюджета. В соответствии со ст. 47 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» финансовое обеспечение деятельности полиции является расходным обязательством Российской Федерации и обеспечивается за счет средств федерального бюджета. Согласно п.п. 100 п. 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21.12.2016 № 699, Министерство внутренних дел Российской Федерации (далее - МВД России) осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности. Поскольку подача искового заявления ФИО1 обусловлена действиями (бездействием) должностных лиц ИВС МО МВД России «Тындинский», возмещение вреда, производится за счет казны Российской Федерации, которую как главный распорядитель средств федерального бюджета представляет МВД России. Полагают, что надлежащим ответчиком по настоящему спору является МВД России как главный распорядитель средств федерального бюджета, а Министерство финансов Российской Федерации является ненадлежащим ответчиком по делу. Также указывают, что неправомерность действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов может быть установлена только судом. Однако в материалах дела отсутствуют доказательства того, что действия (бездействия) должностного лица были признаны незаконными в установленном законом порядке. При этом требования о признании незаконными действий бездействия) должностных лиц ИВС МО МВД России «Тындинский» при рассмотрении настоящего гражданского дела истцом не заявлены. Полагают, что доводы истца о том, что в результате нахождения в ИВС МО МВД России «Тындинский», он испытал унижение человеческого достоинства, а также что в результате нахождения под стражей он испытывал нравственные страдания, которые выразились в ухудшении зрения, несостоятельны, поскольку не подтверждены представленными в материалах дела доказательствами. Считают, что истцом не представлены бесспорные доказательства, свидетельствующие о наличии причинно-следственной связи между ухудшением зрения истца и его нахождением в ИВС МО МВД России «Тындинский». Согласно материалам дела, заболевания истца имеют хронический характер, в связи с чем, установить что заболевания, возникшие или обострившееся в период нахождения в ИВС МО МВД России «Тындинский» привели к ухудшению состояния здоровья, а также причинно-следственную связь между ухудшением состояния здоровья человека и его нахождением в изоляторе временного содержания, возможно, только в результате проведения судебно-медицинской экспертизы. Таким образом, доказательств, обосновывающих размер компенсации морального вреда в сумме 100 000 рублей, истцом не представлено. По мнению Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Амурской области, размер компенсации морального вреда является значительно завышенным и не отвечает критерию разумности.

Заслушав лиц, участвующих в деле, а также заключение помощника Тындинского городского прокурора полагавшего возможным удовлетворить требования истца в разумных пределах, исследовав доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к следующему.

Частью 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Согласно статье 3 Конвенции "О защите прав человека и основных свобод" от 4 ноября 1950 г. (далее также Конвенция) никто не должен подвергаться бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации установлено, что достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В силу статьи 52 Конституции Российской Федерации, государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, действия (или бездействие) органов государственной власти, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда (Определение от 4 июня 2009 г. N 1005-О-О).

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет казны Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными статьей 151 ГК РФ и главой 59 ГК РФ.

В соответствии со статьей 151 (абзац 1) ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

К нематериальным благам, в силу пункта 1 статьи 150 ГК РФ, относится достоинство личности.

Закрепив в статье 151 (абзац 1) ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, законодатель не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации (Определение Конституционного Суда РФ от 16 октября 2001 г. N 252-О).

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, или нарушающими его личные неимущественные права. Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с временным ограничением или лишением каких-либо прав и др. (пункт 2).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (пункт 4).

Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.

Объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты (Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за первый квартал 2013 года, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ от 03 июля 2013 г.).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что статьи 151 и 1069 ГК РФ во взаимосвязи со статьей 1099 ГК РФ направлены на реализацию, в частности, положений статей 52 и 53 Конституции Российской Федерации (Определения от 25 декабря 2008 г. N 1012-О-О, от 24 октября 2013 г. N 1663-О и др.).

В соответствии со статьей 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

Пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству (абзац 4). Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности (абзац 5). При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания (абзац 6). Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению (абзац 7).

Пунктом 10 (абзац 3) Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. N 5 также разъяснено, что Российская Федерация как участник Конвенции признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов. Поэтому применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека (далее также Европейский Суд) во избежание любого нарушения Конвенции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в пункте 2.1 Постановления от 5 февраля 2007 г. N 2-П, ратифицируя Конвенцию, Российская Федерация признала юрисдикцию Европейского Суда обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов. Поэтому, как и Конвенция, решения (далее также Постановления) Европейского Суда в той части, в какой ими, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права, дается толкование содержания закрепленных в Конвенции прав и свобод, являются составной частью российской правовой системы, а потому должны учитываться правоприменительными органами при применении соответствующих норм права.

В Постановлениях от 10 января 2012 г. по делу "А. и другие против Российской Федерации" (§§ 139 - 142) и по делу "Колунов против Российской Федерации" от 09 октября 2012 г. (§§ 30 и 37) Европейским судом дается толкование содержания статьи 3 Конвенции. Так, Европейский Суд указывал, что статья 3 Конвенции закрепляет одну из основополагающих ценностей демократического общества. Она в абсолютных выражениях запрещает бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание независимо от обстоятельств или поведения жертвы. Для отнесения к сфере действия статьи 3 Конвенции жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня суровости. Оценка указанного минимального уровня зависит от всех обстоятельств дела, таких, как длительность обращения, его физические и психологическое последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья жертвы.

Жестокое обращение, которое достигает такого минимального уровня суровости, обычно включает в себя интенсивные физические и нравственные страдания. Тем не менее, даже в отсутствие этого, если обращение унижает или оскорбляет лицо, свидетельствуя о неуважении или умалении человеческого достоинства, или вызывает чувства страха, тоски или неполноценности, способные повредить моральному или физическому сопротивлению лица, оно может характеризоваться как унижающее человеческое достоинство и подпадает под действие статьи 3 Конвенции.

В контексте лишения свободы Европейский Суд последовательно подчеркивает, что для отнесения к сфере действия статьи 3 Конвенции испытываемые страдания и унижения в любом случае должны выходить за пределы неизбежного элемента страдания или унижения, связанного с содержанием под стражей. Государство должно обеспечить содержание лица под стражей в условиях, которые совместимы с уважением его человеческого достоинства, и способ и метод исполнения этой меры не должны подвергать его страданиям и трудностям, превышающим неизбежный уровень, присущий содержанию под стражей.

При оценке условий содержания под стражей учитывается совокупное влияние этих условий, длительность периода, в течение которого лицо находилось под стражей в конкретных условиях, а также конкретные утверждения заявителя.

Кроме того, в Постановление Европейского Суда по делу "А. и другие против Российской Федерации" (§ 229) разъяснено, что установление несоответствия условий содержания под стражей с требованиями статьи 3 Конвенции создает прочную правовую презумпцию о том, что такие условия причиняют моральный вред потерпевшему.

Из приведенных конституционных и правовых норм, а также из правовых позиций Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ и Европейского Суда следует, что содержание обвиняемого (подозреваемого) в следственном изоляторе в условиях, которые несовместимы с уважением его человеческого достоинства, и не соответствуют установленным законом нормам, влечет нарушение его неимущественных прав, гарантированных законом.

Статьей 1 Федерального закона N 103-ФЗ Федеральный закон от 15.07.1995 N 103-ФЗ (ред. от 19.07.2018) "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" от 15 июля 1995 г. предусмотрено, что указанный федеральный закон регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Согласно статье 4 Федерального закона N 103-ФЗ от 15 июля 1995 г. содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, и не должно сопровождаться действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым (обвиняемым), содержащимся под стражей.

В силу статьи 15 Федерального закона N 103-ФЗ от 15 июля 1995 г., в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых (обвиняемых), а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Местом содержания под стражей являются изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел (статья 7 Федерального закона N 103-ФЗ от 15 июля 1995 г.).

В соответствии с пунктом 42 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ от 22 ноября 2005 г. N 950 (далее - Правила) подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом.

Статьей 23 Федерального закона N 103-ФЗ от 15 июля 1995 г. установлена норма санитарной площади в камере на одного человека (подозреваемого и обвиняемого) в размере 4-х квадратных метров.

Представленными сторонами доказательствами установлено, что ФИО1, будучи обвиняемым в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 318 УК РФ, содержался в камерах ИВС МО МВД России «Тындинский» в нарушение положений ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» о санитарной площади в камере на одного человека не менее 4-х квадратных метров, а также при отсутствии естественного освещения – оконных проемов в камерах.

Указанные обстоятельства подтверждаются выводами проверки, проведенной Тындинской городской прокуратурой по обращениям ФИО1, материалами проверки, из которых следует, что ФИО1 содержался в ИВС МО МВД РФ «Тындинский»:

с 09.02.2017 по 10.02.2017 в камере № 5 площадью 6.9м2, содержался один, норматив площади не нарушен;

с 20.04.2017 по 25.04.2017 в камере № 6 площадью 12м2, всего в камере содержалось 4 человека, соответственно норматив площади нарушен;

с 18.05.2017 по 27.05.2017 в камере № 4 площадью 6.9м2, всего в камере содержалось 2 человека, соответственно норматив площади нарушен;

с 16.06.2017 по 23.06.2017 в камере № 4 площадью 6.9м2, всего в камере содержалось 2 человека, соответственно норматив площади нарушен;

с 06.07.2017 по 15.07.2017 в камере № 4 площадью 6.9м2, всего в камере содержалось 2 человека, соответственно норматив площади нарушен.

Факт отсутствия естественного освещения - оконных проемов в камерах ИВС МО МВД РФ «Тындинский» подтверждается решением Тындинского районного суда от 08.07.2016 года по иску Тындинского городского прокурора, которым постановлено: признать незаконным бездействие межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Тындинский», Управления Министерства внутренних дел России по Амурской области, Министерства внутренних дел Российской Федерации, выразившееся в содержании под стражей в г. Тында подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений при отсутствии естественного освещения (оконных проемов) в камерах и служебных помещениях ИВС МО МВД России «Тындинский» в период с 01.01.2014 по 16.03.2016; обязать Межмуниципальный отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации «Тындинский», Управление Министерства внутренних дел России по Амурской области, Министерство внутренних дел Российской Федерации в срок до 31.12.2017 обеспечить содержание под стражей в г. Тында Амурской области подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений при наличии естественного освещения (оконных проемов) в камерах и служебных помещениях ИВС МО МВД России «Тындинский», отвечающих требованиям федерального законодательства, в том числе Сан ПиН 2.2.1./2.1.1.1278-03. 

Указанное решение до настоящего времени не исполнено, предоставлена отсрочка его исполнения. 

В названных выше Постановлениях Европейского Суда от 10 января 2012 г. по делу "А. и другие против Российской Федерации" и от 09 октября 2012 г. по делу "Колунов против Российской Федерации" установлено, что в связи с необеспечением заключенных достаточным личным пространством нарушаются положения статьи 3 Конвенции.

В Постановление от 17 октября 2013 г. по делу "Б. против Российской Федерации" (§30) Европейский Суд указывал, что при принятии решения о том, имело ли место нарушение статьи 3 Конвенции в части недостатка личного пространства, суд должен учитывать следующие три элемента: каждый заключенный должен иметь личное спальное место в камере; каждый заключенный должен иметь как минимум 4 кв. м личного пространства; общее пространство камеры должно позволять заключенным свободно передвигаться между предметами мебели. Отсутствие одного из этих элементов создает высокую презумпцию того, что условия содержания под стражей составляют жестокое обращение и нарушают положения статьи 3 Конвенции.

В Постановление от 17 января 2012 г. по делу "Ф. и другие против Российской Федерации" (§130) Европейский Суд признавал, что переполненность камеры (предоставление менее 3 кв. м личного пространства) сама по себе является основанием для признания нарушения статьи 3 Конвенции.

Тот факт, что заключенному приходилось жить, спать и пользоваться туалетом в переполненной камере, сам по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания или переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий лишению свободы, и вызвать у заключенного чувства тоски и неполноценности, которые могли оскорбить и унизить его (§68 Постановления Европейского Суда от 23 октября 2014 г. по делу "Мела против Российской Федерации").

Таким образом, нарушения личных неимущественных прав (в том числе права на достаточное личное пространство) обвиняемого (подозреваемого), выразившиеся в несоблюдение норм санитарной площади в камерах на одного человека, унижает его человеческое достоинство и порождает у него чувства тоски, тревоги и собственной неполноценности. Поэтому упомянутые ненадлежащие условия содержания заключенного под стражей объективно вызывают у него нравственные страдания (переживания), то есть причиняют ему моральный вред.

Отсюда следует, что в данном конкретном случае сам по себе факт необеспечения истца Учреждением достаточным личным пространством в камерах является достаточным, чтобы стать причиной его нравственных страданий.

Следовательно, истец в течение 36 дней содержался в камерах, где не обеспечивалась санитарная площадь на одного человека - 4 кв. м., и отсутствовало естественное освещение – оконные проемы, вследствие чего в нарушение требований закона и прав истца имели место явно стесненные условия содержания под стражей.

Установленные обстоятельства дела свидетельствуют о том, что в результате нарушений условий содержания в ИВС, были нарушены его личные неимущественные права (нематериальные блага), гарантированные законом.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что указанные обстоятельства явились причиной нравственных страданий истца, а потому он имеет право на компенсацию морального вреда.

Доводы истца о причинении ему нравственных страданий некачественным питанием, отсутствием санитарной обработки душа между помывками, неисправным сливом санузла в камерах, суд не может признать состоятельными, поскольку каких-либо доказательств данным обстоятельствам истцом не представлено, материалы прокурорской проверки выводов об установлении данных фактов не содержат. Представленная ответчиком МО МВД РФ «Тындинский» выписка из журнала учета регистрации предложений, заявлений, жалоб подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей сведений о жалобах на указанные обстоятельства ФИО1 либо других содержащихся в ИВС лиц в период содержания ФИО1 не содержит. В период содержания в ИВС ФИО1 с жалобами на условия содержания в порядке ст. 125 УПК РФ, к прокурору не обращался.

Также суд не может признать обоснованными доводы ФИО1 о наличии причинно-следственной связи между условиями содержания в ИВС и обострением заболевания 

<

данные изъяты>.

Принимая во внимание сведения об инвалидности ФИО1, о наблюдении в филиале МЧ-2 ФКУЗ МЧС-75 ФСИН России с диагнозом: 

<

данные изъяты>, а также о предстоящей госпитализации в связи с оперативным лечением 

<

данные изъяты>, что подтверждается сообщением МЧ-2 ФКУЗ МЧС-75 ФСИН России от 07.05.2018 № С-2725, суд приходит к выводу, что доказательств тому, что причиной ухудшения состояния здоровья ФИО1 явились ненадлежащие условия содержания истца в ИВС, не представлено.

Определяя размер компенсации морального вреда суд исходит из следующего.

Согласно статье 151 (абзац 2) ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1101 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

В целях поддержания единообразия в толковании и применении правовых норм, регулирующих компенсацию морального вреда, Пленум Верховного Суда РФ в пункте 8 Постановлении от 20 декабря 1994 г. N 10 разъяснил, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Таким образом, гражданское законодательство, предусматривая в качестве способа защиты гражданских прав компенсацию морального вреда, устанавливает общие принципы для определения размера такой компенсации (статьи 151 и 1101 ГК РФ). Применяя правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения (Определения Конституционного Суда РФ от 20 ноября 2003 г. N 404-О, от 17 июня 2013 г. N 991-О и др.).

Суд полагает, что с учетом не длительного периода нарушения личных неимущественных прав истца (36 дней), продолжительности времени, прошедшего с момента перенесения истцом страданий и до обращения его в суд (более года), степени неосторожной формы вины сотрудников ИВС в причинении вреда, отсутствия необратимых последствий от нарушенных прав истца и обоснованности содержания его под стражей, размер заявленной истцом компенсации морального вреда необоснованно завышен, и полагает возможным удовлетворить заявленные требования частично в размере 3000 рублей.

Такой размер компенсации морального вреда в данном конкретном случае соответствует характеру и объему причиненных истцу нравственных страданий, и отвечает требованиям разумности, справедливости, соразмерности.

В силу пункта 12.1 части 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

В соответствии с подпунктом 100 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 21.12.2016 года N 699 "Об утверждении Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации и Типового положения о Территориальной органе Министерства внутренних дел Российской Федерации по субъекту Российской Федерации" МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Таким образом, по смыслу п. 1 ст. 125, ст. 1071 Гражданского кодекса РФ, пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) должностных лиц МВД России за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам МВД России как главный распорядитель бюджетных средств, и является надлежащим ответчиком по настоящему спору.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к начальнику МО МВД России «Тындинский», МО МВД России «Тындинский», МВД России, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Амурской области о возмещении морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3000 (три тысячи) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Тындинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Ю.Г.Мироненко

Решение в окончательной форме изготовлено 11 июня 2019 года.