65RS0012-01-2024-000123-22

Дело № 2- 70/2024 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Северо-Курильск 18 сентября 2024 года

Сахалинской области

Северо-Курильский районный суд Сахалинской области в составе

председательствующего судьи Галаха Е.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Кулик Э.В., 

с участием:

истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

председателя КУМС СК ГО ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению 

ФИО1 к ФИО2 о признании договоров дарения недействительными и применении последствий недействительности сделки,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратился в Северо-Курильский районный суд Сахалинской области с исковым заявлением к ФИО2 о признании недействительными договоров от 01 июля 2019 года и 19 апреля 2021 года дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование иска указано, что истец считает договор дарения квартиры от 01 июля 2019 года недействительным, поскольку он был заключен лишь для вида и без намерения создать правовые последствия, которые влечет заключение договора дарения. Стороны не намеревались создать соответствующие договору дарения правовые последствия, сделку фактически не исполняли, и правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли. Даритель продолжал нести расходы по содержанию квартиры, не выписывался из квартиры, а одаряемый не нес соответствующие расходы, связанные с данной квартирой, не проживал в ней, не использовал иными способами как свое имущество. Истец указывает на ничтожность данной сделки в соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Впоследствии 19 апреля 2021 года между истцом и ответчиком был заключен договор дарения, на основании которого ответчик подарил указанное жилое помещение истцу. В силу положений статей 166, 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с ничтожностью договора от 01 июля 2019 года, договор от 19 апреля 2021 года также является недействительным.

Протокольным определением суда от 05 сентября 2024 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечен Комитет по управлению муниципальной собственностью Северо-Курильского городского округа (сокращенное наименование – КУМС СК ГО).

Ответчик ФИО4 в письменном отзыве с исковыми требованиями согласился. Последствия признания иска ему разъяснены и понятны. 

В письменном отзыве на исковое заявление КУМС СК ГО с иском не согласился, указав, что постановлением администрации Северо-Курильского городского округа от 16.09.2019 № 439 многоквартирный дом по адресу: 

<

адрес>, признан аварийным и подлежащим сносу. Указанный дом включен в муниципальную и региональные программы расселения аварийного жилищного фонда. На момент признания дома аварийным собственником жилого помещения по адресу: 

<

адрес> 7, являлся ФИО2 В дальнейшем установлено, что собственник жилого помещения поменялся. Ни истец, ни ответчик, согласившийся с иском, не предоставили доказательств того, что договоры дарения квартиры являются мнимой сделкой, не указано с какой целью указанные договоры были заключены. Также в отзыве КУМС СК ГО заявлено о пропуске срока исковой давности по исковому требованию о признании недействительным договора дарения квартиры от 01 июля 2019 года.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по основаниям, указанным с иске. 

Ответчик ФИО2 исковые требования признал, пояснил, что он с ФИО1 находится в дружеских отношениях с 1981 года. Так как ФИО1 запил и мог потерять квартиру, он (ФИО2) предложил переписать квартиру на себя, чтобы никто ее не отобрал. Когда ФИО1 перестал выпивать, он переписал ее обратно. Квартирой он никогда не пользовался и такого намерения не имел. 

Председатель КУМС СК ГО ФИО3 после пояснений сторон и исследования материалов дела, отозвала заявление о пропуске исковой давности, указала, что при установленных в судебном заседании обстоятельствах признание ответчиком иска не нарушает прав и законных интересов других лиц, и оставила разрешение иска на усмотрение суда. 

В судебном заседании допрошен свидетель ФИО5, пояснивший, что истец ФИО1 все время с 2015 года проживал в квартире в их доме 

<

адрес>, злоупотреблял спиртными напитками. ФИО2 в данной квартире никогда фактически не проживал.

В судебное заседание представитель третьего лица Управление Росреестра по Сахалинской области не явился, о времени и месте судебного заседания извещен согласно части 2.1 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, рассматривает дело по существу в отсутствие не явившегося представителя третьего лица.

Выслушав лиц, участвующих в судебном заседании, изучив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. 

В соответствии с частью 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органом, осуществляющим государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. 

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец ФИО1 на основании договора купли-продажи квартиры от 18 декабря 2015 года приобрел квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, право собственности на которую было зарегистрировано за ним 25 января 2016 года, номер государственной регистрации права №.

01 июля 2019 года между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения спорной квартиры, на основании которого 15 июля 2019 года зарегистрировано право собственности ответчика за № №.

19 апреля 2021 года между ФИО2 и ФИО1 вновь заключен договор дарения спорной квартиры, право собственности за истцом зарегистрировано 05 мая 2021 года за № №. 

Их объяснений сторон следует, что ответчик ФИО2, находясь в дружеских отношениях с истцом, решил оформить квартиру себе в собственность в целях, чтобы последний ее не лишился, так как злоупотреблял спиртными напитками и приводил в квартиру различных лиц, для чего они оформили договор 

<

данные изъяты>. При этом истец продолжил проживать в квартире, нес все расходы на содержание квартиры, самостоятельно уплачивая коммунальные платежи. Исполнять сделку дарения реально стороны намерения никогда не имели. После того, как истец начал вести нормальный образ жизни, ответчик переоформил на него право собственности также путем заключения договора дарения. 

Оснований полагать, что указанные объяснения сторонами даны с целью сокрытия каких-либо иных обстоятельств, в том числе с целью избежать последствий применения части 8.2 статьи 32 Жилищного кодекса Российской Федерации при приобретении права собственности на жилое помещение в многоквартирном доме после признания его аварийным и подлежащим сносу, у суда не имеется, поскольку их объяснения объективно подтверждены другими доказательствами по делу.

Так, в судебном заседании установлено, что истец ФИО1 с 22 декабря 2015 года по настоящее время зарегистрирован по месту жительства в спорной квартире, ФИО2 с 01 июля 2008 года имеет постоянную регистрацию по адресу: 

<

адрес>. 

Свидетель ФИО5 суду подтвердил, что истец ФИО1 в другое место жительства из квартиры никогда не выезжал, при этом злоупотреблял спиртными напитками, а ответчик ФИО2 в данной квартире никогда фактически не проживал.

Таким образом, из совокупности установленных по делу обстоятельств очевидно следует, что волеизъявление сторон договора дарения от 01 июля 2019 года, было направлено на воспрепятствование отчуждения ее истцом посторонним лицам, будучи в состоянии злоупотребления спиртными напитками, в связи с чем суд приходит к выводу, что на момент совершения указанной сделки стороны не намеревались ее исполнять либо требовать ее исполнения, в связи с чем имеются основания для признания договора дарения от 01 июля 2019 года недействительным по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" от 23.06.2015 N 25).

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Таким образом, в связи с ничтожностью договора дарения от 01 июля 2019 года, договор дарения от 19 апреля 2021 года также подлежит признанию недействительным, а стороны – приведению в первоначальное положение.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд взыскивает с ответчика в пользу истца государственную пошлину в размере 5 417 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

исковые требования ФИО1 к ФИО2 удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный 01 июля 2019 года между ФИО1 (паспорт №) и ФИО2 (паспорт №).

Признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный 19 апреля 2021 года между ФИО2 (паспорт №) и ФИО1 (паспорт №).

Применить последствия недействительности сделок: вернуть стороны в первоначальное положение. 

Настоящее решение является основанием для погашения регистрирующим органом записей в Едином государственном реестре недвижимости о переходе прав, произведенных на основании недействительных сделок (номера государственной регистрации права № №). 

Взыскать с ФИО2 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 417 (пять тысяч четыреста семнадцать) рублей.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Северо-Курильский районный суд Сахалинской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 30 сентября 2024 года.

Судья Е.В. Галаха