Решение

 в окончательной форме изготовлено 18 декабря 2017 года

Дело № 2-3305/17 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 декабря 2017 года город Мурманск 

Ленинский районный суд города Мурманска в составе:

председательствующего судьи И.Ю. Морозовой,

при секретаре А.В. Малышевой,

с участием 

истца ФИО5,

представителя истца ФИО6,

ответчика ФИО7,

представителя ответчика ФИО8, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО7 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с иском к ФИО7 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. В обоснование заявленных требований указал, что 15 июля 2017 года в районе дома № 22 по ул. Домостроительная в г. Мурманске произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства «Mitsubishi Lancer», государственный регистрационный знак №, под управлением собственника транспортного средства - ФИО5, и транспортного средства «Volkswagen», государственный регистрационный знак №, под управлением собственника транспортного средства – ФИО7, в результате чего транспортному средству истца были причинены технические повреждения. Указанное дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ФИО7, что подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении от 24.07.2017, при этом гражданская гражданская ответственность виновника на момент ДТП застрахована не была. Согласно экспертным заключениям № и № стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца составляет 372 000 рублей, его рыночная стоимость на момент осмотра – 236900, таким образом, имело место полная гибель автомобиля, в связи с чем ущерб, подлежащий возмещению, следует определить в виде разницы между рыночной стоимостью автомобиля и стоимостью годных остатков автомобиля. Согласно отчету № рыночная стоимость годных остатков транспортного средства составила 10900 рублей. Учитывая изложенное, общий размер причиненного истцу ущерба составляет 226 000 рублей (236900 руб. (рыночная стоимость автомобиля) – 10900 руб. (стоимость годных остатков)). Просит взыскать с ответчика ущерб, причиненный истцу в результате ДТП в указанном размере, убытки по организации независимой оценки в размере 25000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 5710 рублей, судебные расходы по оплате изготовления копии экспертного заключения в размере 2000 рублей, судебные расходы на направлению почтовой корреспонденции в размере 519 рублей 02 копейки, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 17000 рублей. 

В судебном заседании истец и его представитель поддержали исковые требования в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в иске. Истец пояснил, что на своем автомобиле двигался со скоростью около 40 км/ч в левом ряду дороги, перед ним двигался автомобиль «Volkswagen», водитель которого, включив указатель левого поворота, сделал движение вправо, после чего из правого ряда резко стал совершать поворот налево. Он (истец) увидев маневр сразу применил торможение, однако столкновения избежать не удалось, его автомобиль ударился в левую заднюю часть автомобиля ответчика. Истец и его представитель полагали, что дорожно-транспортное происшествие и причинение ущерба истцу находится в прямой причинно-следственной связи с действиями ответчика, нарушившего пункты 8.5 и 8.8 ПДД РФ, тогда как причинно-следственной связи между действиями истца и столкновением не установлено, в действиях истца нарушения ПДД РФ отсутствуют. Полагали доводы ответчика о завышенном размере взыскиваемого ущерба необоснованными, так как соответствующий отчет об оценке ответчиком не представлен, а представленный ответчиком отзыв на экспертные заключения ООО «Баренц Альянс» составлен оценщиком без непосредственного осмотра транспортного средства истца. 

Ответчик и его представитель возражали против удовлетворения требований, полагая, что не доказана вина ответчика в дорожно-транспортном происшествии, в результате которого автомобилю истца были причинены механическое повреждения. Полагали, что ответчиком не были нарушены ПДД РФ. Пояснили, что ФИО7 осуществлял движение по улице Домостроительной в городе Мурманске по крайней левой полосе со скоростью 40 км/ч. Включив левый указатель поворота, посмотрел в зеркало заднего вида и не, увидев сзади каких-либо транспортных средств, начал совершать разворот. В то время, когда он завершал разворот, автомобиль истца, двигавшийся в попутном направлении, совершил столкновение с его автомобилем. Указали, что, двигаясь в крайней левой полосе, при начале маневра разворота ФИО7 действовал в соответствии с требованиями пункта 8.5 ПДД РФ, выполнял манёвр из крайнего левого положения на полосе движения, включив указатель левого поворота, перед выполнением разворота он полосу движения не изменял, а у автомобиля, совершившего столкновение с его автомобилем, каких-либо преимуществ в движении не имелось. Указанный маневр он совершал из крайнего левого положения на дороге, от середины дороги, если и сместился вправо, то лишь в пределах своей полосы движения. Полагали, что об отсутствии вины ответчика свидетельствует расположение следов колес его автомобиля в середине дороги, отраженное на схеме ДТП. Кроме того, указали, что по видеозаписи невозможно точно определить, какое расстояние справа от его автомобиля до края проезжей части, тогда как по фотографиям видно, что между автомобилем истца и правым краем дороги достаточно места для проезда автомобиля. Полагали, что истец двигался с превышением скорости, в связи с чем и произошло столкновение с его автомобилем. Также истец и его представитель с учетом представленного ими отзыва на экспертные заключения полагали завышенным размер ущерба, заявленного истцом ко взысканию. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований ФИО2 (Ш.) З. в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом. 

Выслушав стороны, их представителей, заслушав пояснения специалиста, исследовав материалы настоящего гражданского дела, видеозапись, административный материал по факту дорожно-транспортного происшествия, материалы дела №12-256/17 по жалобе ФИО7 на постановление по делу об административном правонарушении, суд приходит к следующему.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Общие условия, при наличии которых может быть удовлетворено требование о возмещении вреда, являются следующими: противоправность действий ответчика, наличие и размер возникшего у истца вреда, причинно-следственная связь между поведением ответчика и наступившим отрицательным для истца результатом, вина причинителя вреда.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, предусмотрена статьей 1079 ГК РФ, согласно которой юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления, либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу абзаца 2 пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Судом установлено, что ФИО5 является собственником автомобиля марки «Mitsubishi Lancer», государственный регистрационный знак № (л.д. 11). 

15 июля 2017 года в районе дома № 22 по ул. Домостроительная в г. Мурманске произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства «Mitsubishi Lancer», государственный регистрационный знак №, под управлением собственника транспортного средства - ФИО5, и транспортного средства «Volkswagen», государственный регистрационный знак №, под управлением ответчика ФИО7, в результате чего транспортному средству истца были причинены технические повреждения. 

Из объяснений ответчика установлено, что он владеет транспортным средством «Volkswagen», государственный регистрационный знак №, на основании доверенности. Факт законности владения ответчика указанным автомобилем лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Согласно справке о дорожно-транспортном происшествии, составленной сотрудниками ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Мурманской области, в действиях водителя ФИО5 нарушений ПДД РФ нет, в действиях водителя ФИО7 усмотрено нарушение пункта 8.5 ПДД РФ.

В связи с изложенными обстоятельствами в отношении ФИО7 инспектором ОБ ДПС ФИО4 был составлен протокол об административном правонарушении по факту совершения им правонарушения, предусмотренного частью 1.1 статьей 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по тем основаниям, что ФИО7 при управлении автомобилем не выполнил требования пункта 8.5 ПДД РФ и не занял крайнее левое положение перед выполнением маневра разворота.

Кроме того, в отношении ответчика было вынесено постановление от 24 июля 2017 года №, согласно которому ФИО7, управляя транспортным средством, при развороте с правого края проезжей части не уступил дорогу транспортному средству, движущемуся в попутном направлении (то есть допустил нарушение пункта 8.8 ПДД РФ), чем совершил административное правонарушение, предусмотренное частью 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Вместе с тем, решением судьи Ленинского районного суда города Мурманска от 22 ноября 2017 года указанное постановление по жалобе ФИО7 отменено, производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации в отношении ФИО7 прекращено за недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление. Решение судьи на момент рассмотрения настоящего гражданского дела не вступило в законную силу.

Оценивая доводы сторон об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия и наличии (отсутствии) вины ответчика в дорожно-транспортного происшествия и причинении ущерба истцу, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу положений статьи 1064 ГК РФ бремя доказывания отсутствия вины в дорожно-транспортном происшествии в данном случае лежит на ответчике.

В ходе судебного разбирательства из объяснений участников дорожно-транспортного происшествия, материалов проверки по факту ДТП, видеозаписи ДТП с видеорегистратора автомобиля ФИО3, представленной суду по запросу ОБ ДПС ГИБДД, фотоматериалов, представленных сторонами, показаний свидетеля – инспектора ОБ ДПС ФИО4, пояснений специалиста эксперта-автотехника ФБУ «Мурманская лаборатория судебных экспертиз», установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло при следующих обстоятельствах.

Ответчик ФИО7, управляя автомобилем «Volkswagen», двигался со скоростью 40 км/ч по ул.Домостроительной со стороны ул.Промышленной в сторону Верхнеростинского шоссе. В районе дома 22 по ул. Домостроительной ФИО7 включил левый указатель поворота и начал выполнение маневра разворота. При этом объяснениями ответчика, данными инспектору ОБ ДПС ФИО4, а также видеозаписью с видеорегистратора, установленного в автомобиле истца, подтверждается, что перед разворотом автомобиль под управлением ФИО7 принял вправо, и маневр был начат при расположении автомобиля «Volkswagen» ближе к правому краю проезжей части.

Истец ФИО5, управляя автомобилем «Mitsubishi Lancer», со скоростью не менее 40 км/ч, двигался за автомобилем ФИО7 в попутном направлении. Увидев, что движущийся впереди автомобиль, начинает маневр на пути его (истца) движения, создавая опасность для движения, ФИО5 применил торможение. 

После чего произошло столкновение между автомобилями, при этом автомобиль «Mitsubishi Lancer» въехал передней частью в заднюю левую часть автомобиля «Volkswagen». После удара автомобиль «Mitsubishi Lancer» продвинулся вперед, а автомобиль «Volkswagen» также продвинуло вперед и развернуло в направлении обратном первоначальному движению.

Оценивая действия участников дорожно-транспортного происшествия на предмет соблюдения Правил дорожного движения в данной дорожной ситуации, суд приходит к следующему.

В ходе рассмотрения дела из объяснений сторон, материалов проверки по факту ДТП, показаний допрошенного в качестве свидетеля инспектора ОБ ДПС ГИБДД ФИО4, оформлявшего ДТП, установлено, что на данном участке дороги движение двустороннее, знаки, запрещающие поворот (разворот), ограничивающие скорость, на момент ДТП не установлены, на схемах ДТП, имеющихся в административном материале, какие-либо дорожные знаки не отражены. 

Из акта выявленных недостатков в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги от 15 июля 2017 года следует, что дорожная разметка 1.5 на участке дороги по улице Домостроительной в городе Мурманске на момент дорожно-транспортного происшествия отсутствовала.

В соответствии с требованиями пункта 5 ГОСТ Р 52399-2005 «Геометрические элементы автомобильных дорог», утвержденного приказом Ростехрегулирования от 22.11.2005 № 297-ст, для автомобильных дорог с общим числом полос движения 4 полосы ширина полосы движения должна составлять 3,5 м, для автомобильных дорог с общим числом полос движения 2 полосы – от 3 до 3,5 м в зависимости от категории дороги.

Согласно схеме места дорожно-транспортного происшествия, составленной сотрудниками ГИБДД, ширина проезжей части дороги в районе дома 22 по улице Домостроительной в городе Мурманске составляет 12,9 метров.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в данном случае с учетом ширины проезжей части рассматриваемый участок дороги имеет две полосы – по одной полосе в каждую сторону.

Согласно пункту 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (ПДД РФ), полоса движения – любая из продольных полос проезжей части, обозначенная или не обозначенная разметкой и имеющая ширину, достаточную для движения автомобилей в один ряд.

Пунктом 9.1 ПДД РФ предусмотрено, что количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними.

Согласно пункту 1.2 ПДД РФ, опасность для движения – ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

Пунктом 1.5 ПДД РФ, установлено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Как предусмотрено пунктом 8.1 ПДД РФ, при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам движения.

Подача сигнала указателями поворота должны производится заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности (пункт 8.2 ПДД РФ). 

В соответствии с пунктом 8.8 ПДД РФ, если при развороте вне перекрестка ширина проезжей части недостаточна для выполнения маневра из крайнего левого положения, его допускается производить от правого края проезжей части (с правой обочины). При этом водитель должен уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам.

Кроме того, в силу пункта 8.5 ПДД РФ перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

В ходе рассмотрения дела с участием специалиста эксперта-автотехника ФБУ «Мурманская лаборатория судебных экспертиз» ФИО1, с использованием программы просмотра видео «Kinovea», была исследована видеозапись с видеорегистратора автомобиля истца, фотоматериалы, представленные сторонами, а также схемы ДТП, имеющиеся в материале проверки по факту ДТП.

Из видеозаписи установлено, что перед разворотом водитель автомобиля «Volkswagen» включил левый указатель поворота (время на видеозаписи 18:29 сек.), снизил скорость, принял вправо, маневр был начат при расположении автомобиля «Volkswagen» ближе к правому краю проезжей части (время начала маневра 19:22 сек.). В 20:54 сек., ближе к середине дороги, произошло столкновение автомобилей, после которого согласно схеме ДТП автомобиль ФИО5 оказался на расстоянии 4,3 метров (правое переднее колесо) и около 5,7 метров (левое переднее колесо) от правого края проезжей части, то есть в пределах своей полосы движения. 

На то обстоятельство, что маневр ответчиком был начат не из крайнего левого положения на проезжей части, указывают, помимо видеозаписи, и фотографии, представленные истцом, на которых зафиксировано расположение двух полос битума на проезжей части. При сопоставлении местоположения битумных полос на фотографиях и видеозаписи усматривается, что маневр ответчиком был начат в пределах расстояния от края проезжей части до первой битумной полосы, что вопреки доводам ответчика, с учетом расположения автомобилей после столкновения, не соответствует, крайнему левому положению на проезжей части. 

Как следует из пояснений специалиста, данный участок дороги имеет две полосы движения, по одной в каждую сторону, так как с учетом требований ГОСТ ширина проезжей части для размещения четырех полос (по 3,5 м каждая) недостаточна, в связи с чем водители должны были руководствоваться пунктом 9.1 ПДД РФ, разделив визуально проезжую часть на две полосы. Водитель автомобиля «Volkswagen» начал маневр разворота ближе к правому краю проезжей части. Столкновение произошло ближе к середине дороги. При определении места столкновения согласно схемы ДТП следует исходить из точек излома (на расстоянии 4,3 м (правое переднее колесо автомобиля «Mitsubishi Lancer») и 5,7 м (левое переднее колесо данного автомобиля) от края проезжей части), к которым следует прибавить расстояние около 70-80 см (величина переднего свеса автомобиля), следовательно, место столкновение расположено на расстоянии примерно 13,5 м от начала следов торможения автомобиля «Mitsubishi Lancer». Поскольку удар носил попутный характер, после столкновения автомобиль «Mitsubishi Lancer» продвинулся вперед на расстояние около 3,8 м, автомобиль «Volkswagen» также продвинуло вперед и развернуло. С учетом массы автомобилей это указывает на то, что скорость автомобиля «Mitsubishi Lancer» могла быть выше 40 км/ч. Угол столкновения между автомобилями составил около 40 градусов. Исходя из расстояния от начала тормозного пути автомобиля «Mitsubishi Lancer» до места столкновения и минимального времени на принятие водителем решения при возникновении опасности расстояние между автомобилями в момент возникновения опасности составляло около 25 м. Поскольку автомобиль «Mitsubishi Lancer» начал тормозить на участке, где дорога имела закругление, движение автомобиля с заблокированными колесами происходило со смещением влево, что видно на видеозаписи и отражено на схеме ДТП. Следы колес автомобиля «Volkswagen» не являются тормозным следом, а являются следами бокового скольжения, так как задние колеса микроавтобуса после столкновения продолжали крутиться. Таким образом, расположение данных следов не указывает на расположение автомобиля «Volkswagen» перед началом разворота. Поскольку от момента возникновения опасности (начала маневра автомобиля ответчика) до столкновения прошло около 1:30 сек., предотвратить столкновение водитель «Mitsubishi Lancer» не имел технической возможности. В данной дорожной ситуации водитель автомобиля «Volkswagen» должен был руководствоваться пунктом 8.5 ПДД РФ и перед выполнением маневра занять крайнее левое положение на дороге, ближе к осевой линии. В случае, если ширины проезжей части было недостаточно для разворота транспортного средства, водитель автомобиля «Volkswagen» при совершении разворота от правого края проезжей части должен был уступить дорогу двигавшемуся в попутном направлении автомобилю «Mitsubishi Lancer» (пункт 8.8 ПДД РФ).

Проанализировав собранные по делу доказательства, пояснения специалиста, суд приходит к выводу, что в сложившейся дорожной ситуации в действиях водителя ФИО7 усматриваются нарушения пункта 8.5 ПДД РФ, а именно: не занял крайнее левое положение на проезжей части перед выполнением маневра разворота. Указанные действия ответчика находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим столкновением и соответственно причинением ущерба имуществу ФИО5 В действиях истца ФИО5 нарушений ПДД РФ не усматривается. 

Доводы ответчика ФИО7 о том, что он начал выполнение маневра разворота, заняв крайнее левое положение на проезжей части, опровергаются собранными по делу доказательствами, а именно видеозаписью, материалами проверки по факту ДТП, в том числе письменными объяснениями самого ФИО7, данными им сотруднику ОБ ДПС непосредственно после ДТП, в которых ФИО7 указал, что собравшись совершить разворот, принял вправо для того, чтобы хватило места, и начал совершать разворот. 

Ссылки ответчика на расположение следов от колес его автомобиля, зафиксированных на схемах ДТП в середине дороги, судом отклоняются, так как в ходе рассмотрения дела установлено и ответчиком не опровергнуто, что данные следы являются следами бокового скольжения, образовавшимися после столкновения в результате того, что автомобиль находился в движении разворота, и не являются следами, свидетельствующим о расположении транспортного средства в момент начала маневра.

Доводы стороны ответчика о нарушении истцом скоростного режима также судом не принимаются, поскольку доказательств нарушения ФИО5 ПДД РФ в указанной части, в материалах дела не имеется, в ходе судебного разбирательства не установлено. Из объяснений допрошенного в ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля инспектора ОБ ДПС ФИО4, оформлявшего ДТП, отбиравшего объяснения у водителей, просмотревшего на месте ДТП видеозапись с видеорегистратора автомобиля ФИО5, следует, что в действиях водителя автомобиля «Mitsubishi Lancer» каких-либо нарушений зафиксировано не было. Из пояснений опрошенного в судебном заседании специалиста эксперта-автотехника также не следует, что в данной дорожной ситуации с учетом характера и обстоятельств столкновения скорость автомобиля «Mitsubishi Lancer» превышала установленную (60 км/ч). 

Кроме того, суд учитывает, что установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что при недостаточности ширины проезжей части для разворота автомобиля ответчика при развороте от правого края проезжей части, им должен был быть соблюден пункт 8.8 ПДД РФ (при совершении разворота от края проезжей части должен был уступить дорогу попутным транспортным средствам), что также сделано ответчиком не было.

Доводы ответчика о том, что перед выполнением маневра он убедился в отсутствии попутных и встречных транспортных средств, и автомобиль истца в зеркало заднего вида не был виден, судом отклоняются, поскольку данное обстоятельство не освобождает водителя от обязанности действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Также не могут быть приняты и доводы о том, что решением судьи Ленинского районного суда г.Мурманска отменено постановление о привлечении ФИО7 к административной ответственности, поскольку данное решение в законную силу не вступило, кроме того, преюдициального значения для рассмотрения настоящего спора не имеет.

При таких обстоятельствах, доводы представителя ответчика о вине ФИО5 в дорожно-транспортном происшествии суд находит несостоятельными, а вину ответчика - установленной в ходе судебного разбирательства. 

Поскольку, как установлено представленными доказательствами и не оспаривалось стороной ответчика, на момент дорожно-транспортного происшествия автогражданская ответственность ФИО7 застрахована не была, в силу требований статей 15, 1064 ГК РФ истец имеет право требовать от ответчика возмещение причиненного ему ущерба.

Согласно экспертному заключению №, представленному истцом, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца с учетом износа составляет 219000 рублей, его рыночная стоимость на момент осмотра – 236900.

Пунктом 6.1.1 Методических рекомендаций для судебных экспертов «Исследование автомототранспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки», утвержденных Минюстом России в 2013 году, предусмотрено, что под полным уничтожением транспортного средства понимается случай, когда стоимость восстановительного ремонта поврежденного АМТС, с учетом износа заменяемых деталей, узлов, агрегатов, равна или превышает 80% его стоимости на момент повреждения.

Таким образом, поскольку стоимость восстановительного ремонта превышает 80 % рыночной стоимости автомобиля истца до ДТП (219000/236900=0,92 или 92 %), в данном случае имеет место полная гибель автомобиля. Указанное обстоятельство также не оспаривалось стороной ответчика в ходе судебного разбирательства. 

Следовательно, в данном случае размер причиненного ущерб необходимо определять в виде разницы между рыночной стоимостью автомобиля и стоимостью годных остатков автомобиля. 

Как следует из экспертного заключения №, рыночная стоимость автомобиля истца в доаварийном состоянии составляет 236900 рублей, стоимость годных остатков транспортного средства - 10900 рублей.

Таким образом, общий размер причиненного истцу ущерба согласно представленным стороной истца заключениям составляет 226 000 рублей (236900 руб. (рыночная стоимость автомобиля) – 10900 руб. (стоимость годных остатков)).

Оснований не доверять представленным истцом экспертным заключениям у суда не имеется, поскольку они составлены на основании непосредственного осмотра транспортного средства, зафиксированного в акте осмотра, с подробным описанием состояния поврежденного транспортного средства и приложением фотографий, исходя из анализа стоимости аналогичных автомобилей, деталей, работ, с учетом Методических рекомендаций для судебных экспертов «Исследование автомототранспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки», утвержденных Минюстом России в 2013 году, содержат необходимые данные в обоснование оценки стоимости причиненного ущерба. В заключениях указаны полные сведения об эксперте-технике, его квалификации. Ответчик о времени и месте проведения осмотра транспортного средства независимым оценщиком уведомлялся, что подтверждается представленной в материалы дела телеграммой (л.д. 16), однако, в указанное место не явился, возражений относительно действий оценщика не представил. 

Судом ответчику неоднократно в ходе судебного разбирательства предлагалось представить доказательства иного размера причиненного истцу ущерба, однако стороной ответчика альтернативного отчета об оценке стоимости восстановительного ремонта, рыночной стоимости автомобиля, стоимости годных остатков не представлено, ходатайства о назначении судебной экспертизы для определения размера ущерба, стороной ответчика не заявлялось. 

Представленный ответчиком в обоснование возражений относительно размера причиненного ущерба отзыв на экспертные заключения, выполненный оценочной компанией ООО «АКор СЕРВИС», не может быть принят судом в качестве доказательства иного размера причиненного ущерба, поскольку данный документ не является заключением оценщика, не отвечает требованиям Федерального закона «Об оценочной деятельности», не содержит в себе выводов оценщика о стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца, рыночной стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца, стоимости годных остатков, приведенный в нем расчет стоимости годных остатков является справочным. Кроме того, оценщик, составивший отзыв, непосредственно поврежденный автомобиль истца не осматривал. 

Материалами дела подтверждается, что истцом в адрес ответчика была направлена досудебная претензия, которая ответчиком исполнена не была, что им не оспорено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что требования ФИО5 о взыскании с ФИО7 ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 226 000 рублей 00 копеек подлежат удовлетворению в полном объеме.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под реальным ущербом понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). 

Установлено, что истцом понесены расходы за составление экспертных заключений № и № в размере 25 000 рублей, что подтверждается копией квитанции, подлинник которой был направлен ответчику вместе с претензией (л.д. 62, 66), расходы, связанные с получением копий заключений эксперта о стоимости восстановительного ремонта автомобиля в размере 2 000 рублей (л.д. 62). Данные расходы являются для истца убытками и в силу статьи 15 ГК РФ подлежат взысканию с ответчика.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В силу статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате экспертам, почтовые расходы, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимые расходы. 

В силу статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В обоснование требований о взыскании расходов на оказание юридических услуг истцом представлены соглашение на оказание услуг представителя от 24.07.2017, квитанция об оплате услуг по договору в размере 17000 рублей. 

Понятие разумности пределов следует соотносить с объемом защищаемого права, сложностью рассматриваемого гражданского дела и объемом оказанных представителем услуг.

Принимая во внимание фактический объем оказанной истцу правовой помощи, конкретные обстоятельства дела, его категорию и сложность, составление представителем искового заявления, участие представителя истца в трех судебных заседаниях, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в сумме 13000 рублей, полагая указанную сумму соответствующей требованиям разумности, установленным статьей 100 ГПК РФ, а также обоснованной и соразмерной объему оказанной юридической помощи.

Также из представленных материалов усматривается, что истцом были понесены почтовые расходы по извещению ответчика о дате и месте осмотра транспортного средства (л.д. 15,16), и по направлению в адрес ответчика досудебной претензии, копий экспертных заключений (л.д. 65) в общей сумме 519 рублей 02 копейки, которые признаются судом необходимыми и связанными с рассмотрением дела, в связи с чем подлежат взысканию с ответчика. 

Кроме того, при обращении в суд истцом была оплачена государственная пошлина в размере 5710 рублей (л.д. 6), расходы по уплате которой в силу статьи 98 ГПК РФ подлежа взысканию с ответчика в пользу истца. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 к ФИО7 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия – удовлетворить.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО5 ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 226000 рублей, убытки по проведению независимой оценки в размере 25000 рублей, расходы на оплату услуг по составлению копии экспертного заключения в размере 2000 рублей, расходы на почтовые услуги в размере 519 рублей 02 копейки, расходы на оплату услуг представителя в размере 13000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 5710 рублей, а всего взыскать 272229 рублей 02 копейки.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Ленинский районный суд города Мурманска в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья И.Ю. Морозова