Дело № 2-80/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 апреля 2019 года г. Короча

Корочанский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Дорошенко Л.Э., 

при секретаре Кибицкой И.С.,

с участием: представителя истца ФИО1 (по доверенности), ее представителя – адвоката Серикова Г.В. (по ордеру и доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о взыскании денежных средств, 

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании суммы долга по договору займа, процентов за пользование займом и процентов за пользование чужими денежными средствами и обязании передать автомобиль.

В обоснование исковых требований истец указал, что 05.05.2003 ФИО4 получил от него в долг по расписке 1 620 000 руб. на срок до 05.05.2005, которые в указанный срок возвращены не были. 02.02.2006 он письменно просил ФИО4 возвратить указанный долг до 10.10.2006, на что последний обязался вернуть деньги в сумме 1 620 000 руб. до 10.01.2007, что отражено в его требовании. В связи с тем, что деньги не были возвращены, 10.01.2010 он предложил ФИО4 в письме уточнить дату возврата денег по расписке от 05.05.2003, последний обязался в письменной виде вернуть 400 000 руб. до 15.04.2010, остальные по мере возможности. 07.08.2015 в счет частичного погашения процентов по долгу ФИО4 заключил с ФИО2 договор купли-продажи автомобиля Folkswagen Touareg, государственный регистрационный знак № по цене 800 000 руб., однако по просьбе ФИО5, он остался им пользоваться. В связи с тем, что в результате использования автомобиля, его реальная стоимость снизилась, между ними был перезаключен договор купли-продажи автомобиля от 03.04.2018 по цене за автомобиль в размере 600000 руб. и по просьбе ФИО5, он снова оставил ему пользоваться принадлежащим ему автомобилем.

06.05.2018 ФИО4 умер, в наследство после его смерти вступила его мать ФИО3

Просил суд взыскать с ответчика в его пользу сумму задолженности по заемному обязательству в размере 3 857 524,95 руб., в том числе: основной долг по договору займа в размере 1 620 000 руб., проценты за пользование займом за период с 05.05.2003 по 30.11.2018 в размере 1 823 556,45 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 25.12.2015 по 25.12.2018 в размере 413 968,50 руб.; обязать ФИО3 передать ФИО2 автомобиль Folkswagen Touareg, государственный регистрационный знак №, VIN №.

В связи с тем, что вышеуказанный автомобиль был продан ФИО3, в ходе судебного разбирательства истец уточнил требования, просил суд взыскать с ФИО3 задолженность по заемному обязательству в размере 4 457 524,95 руб., в том числе: основной долг по договору займа 1 620 000 руб., проценты за пользование займом за период с 05.05.2003 по 30.11.2018 в размере 2 423 556,45 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 25.12.2015 по 25.12.2018 в размере 413 968,50 руб. (т.1 л.д.92).

Истец ФИО2, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, обеспечил явку своего представителя ФИО1, который уточненные исковые требования поддержал, пояснил, что между истцом и ФИО4 были дружеские доверительные отношения, ФИО4 долг признавал, неоднократно обещал погасить задолженность по расписке от 05.05.2003. Считает, что срок исковой давности на предъявление иска в суд не пропущен, поскольку в счет частичного погашения процентов по займу, между ними был заключен сначала 07.08.2015 договор купли-продажи автомобиля, по которому автомобиль ФИО5 был передан ФИО2, но по его просьбе был ему предоставлен во временное пользование, впоследствии 03.04.2018 договор купли-продажи был перезаключен, и снова по просьбе ФИО5, истец передал ему автомобиль во временное пользование. 

Ответчик ФИО3, в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела была извещена надлежащим образом, обеспечила явку своего представителя Серикова Г.В., который с иском не согласен, просил применить срок исковой давности, который начинает течь с 16.04.2010. Пояснил, что фактически 05.05.2003 денежные средства ФИО4 не передавались, между сторонами были иные правоотношения, возникшие из договорных отношений по купле-продаже автомобиля в 2000-2001 гг.

Суд считает возможным, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие истца и ответчика, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Выслушав лиц, участвующих в деле, опросив свидетелей, исследовав в судебном заседании представленные доказательства, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

На основании ст. 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы.

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором (ст. 809 ГК РФ).

В силу ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно ст. 811 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 настоящего Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 настоящего Кодекса.

Материалами дела установлено, что 05.05.2003 между ФИО2 (займодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа, согласно которому займодавец передает заемщику денежные средства в размере 1 620 000 руб., а заемщик обязался возвратить сумму займа в срок до 05.05.2005, что подтверждается представленной истцом распиской (т.1 л.д.18).

02.02.2006 ФИО2 письменно просил ФИО4 возвратить долг, взятый 05.05.2003 в сумме 1 620 000 руб. согласно расписке от 05.05.2003 до 10.10.2006(т.1 л.д.19), ниже имеется запись: «Обязуюсь вернуть деньги в сумме один миллион шестьсот двадцать тысяч рублей 10.01.2007 года», ниже стоит дата 05.05.2003 и подпись ФИО4 

10.01.2010 ФИО2 уведомил в письменном виде ФИО4 о том, что он согласно расписки от 05.05.2003 взял у него в долг деньги в сумме 1620 000 руб., которые обязался вернуть 05.05.2005, но не вернул, 02.02.2006 он в письме просил уточнить дату возврата денег (т.1 л.д.20). На данном уведомлении стоит запись: «Обязуюсь вернуть 400 (четыреста тысяч) рублей, до 15.04.2010», далее стоит подпись ФИО4, затем имеется запись: «Остальные по мере возможности».

На основании со ст.ст.309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

06.05.2018 ФИО4 умер, что следует из свидетельства о смерти серии № от 10.05.2018 (т.1 л.д.63).

В соответствии со ст. 1113 ГК РФ со смертью гражданина открывается наследство.

Согласно ст. 1112 ГК РФ, в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу ст. 1110 ГК РФ, при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу заявления о принятии наследства (ст.ст. 1152, 1153 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно. Каждый из наследников отвечает в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. Кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам.

Статья 418 ГК РФ предусматривает, что обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

При этом, поскольку обязательства по договорам займа не прекращаются в связи со смертью заемщика, они переходят к наследникам в порядке правопреемства в полном объеме в пределах стоимости наследственного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 58, 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника, независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства. Поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем был заключен кредитный договор, обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее).

Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя (ст. 1142 ГК РФ).

Из представленных суду материалов наследственного дела № (т.1 л.д.61-90), открытого нотариусом Корочанского нотариального округа 19.06.2018 после смерти ФИО4, умершего 06.05.2018, следует, что с заявлением о принятии наследства обратилась мать наследодателя – ФИО3 (заявление от 19.06.2018).

Иных наследников, принявших наследство после смерти ФИО4, судом не установлено.

07.11.2018 ФИО3 было выдано свидетельство о праве на наследство по закону, в состав наследственного имущества было включено: автомобиль Фольксваген TOUAREG государственный регистрационный знак № (т.1 л.д.86), рыночной стоимостью 813 000 руб. (т.1 л.д.77); охотничье гладкоствольное длинноствольное ружье № (т.1 л.д.87), рыночной стоимостью 8 000 руб. (т.1 л.д.78); денежные вклады (т.1 л.д.88).

26.11.2018 ФИО3 было выдано свидетельство о праве на наследство по закону, в состав наследственного имущества было включено: жилой дом 

<

адрес> (т.1 л.д.89), кадастровой стоимостью 6 394 506,48 руб. (т.1 л.д.73); земельный участок для ведения личного подсобного хозяйства 

<

адрес> (т.1 л.д.90), кадастровой стоимостью 309 156 руб. (т.1 л.д.74).

Согласно разъяснениям п. 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.

Соответственно, в связи с наличием у наследодателя обязательства, которое не прекращается его смертью, ФИО3 должна была отвечать по нему в пределах стоимости принятого наследства на момент открытия наследства.

15.07.2018 ФИО4 направлена претензия, в которой истец требует возвратить сумму долга и причитающиеся проценты (т.2 л.д. 22).

Как поясняла в судебном заседании ответчик ФИО3, у нее были доверительные отношения с сыном, который никогда не сообщал ей о наличии долга перед ФИО2 После смерти сына ФИО2 приезжал к ней, однако о наличии долга ей не говорил, только из иска в суд она узнала о наличии долговых обязательств ее сына перед истцом.

Допрошенный по ходатайству представителя ответчика свидетель С. рассказал о том, что о наличии долга ФИО4 перед ФИО2 он узнал на девять дней после смерти ФИО4, о чем ему сообщил ФИО2

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна представить суду доказательства в подтверждение своих требований и возражений.

Ответчиком ФИО3 заявлено о пропуске ФИО2 срока исковой давности.

В силу п. 3 ст. 1175 ГК РФ, кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований.

Согласно статье 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с частью 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (часть 2 статьи 200 ГК РФ).

В силу положений ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1).

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (п. 2).

Согласно ст. 203 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент возникновения правоотношений) течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (часть 1); после перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок (часть 2).

Положения данной статьи в указанной редакции были разъяснены в п. п. 19, 20 совместного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.11.2001 N 15 и Высшего Арбитражного Суда РФ от 15.11.2001 N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", согласно которым при исследовании обстоятельств, связанных с совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (ст. 203 Гражданского кодекса РФ), суду необходимо в каждом случае устанавливать, когда конкретно были совершены должником указанные действия, имея при этом в виду, что перерыв течения срока исковой давности может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения. К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, исходя из конкретных обстоятельств, в частности, могут относиться частичная уплата должником или с его согласия другим лицом основного долга и/или сумм санкций, равно как и частичное признание претензии об уплате основного долга, если последний имеет под собой только одно основание, а не складывается из различных оснований; уплата процентов по основному долгу; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или рассрочке платежа); акцепт инкассового поручения. При этом в тех случаях, когда обязательство предусматривало исполнение по частям или в виде периодических платежей и должник совершил действия, свидетельствующие о признании лишь какой-то части (периодического платежа), такие действия не могут являться основанием для перерыва течения срока исковой давности по другим частям (платежам).

Аналогичные разъяснения содержатся в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности".

По смыслу приведенных выше правовых норм и акта их толкования в их взаимосвязи следует, что основанием для перерыва течения срока исковой давности является совершение обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. Такого рода действия по своей правовой природе являются юридическими поступками гражданско-правового характера, которые должны быть совершены обязанным лицом в отношении кредитора.

Согласно ст. 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (в том числе проценты), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

Представитель истца в суде пояснил, что срок исковой давности ФИО2 не пропущен, поскольку ФИО4 на протяжении всего времени с 2003 года признавал наличие долга перед ФИО2 в сумме 1620000 руб., обещал погасить, так как отношения между ними были дружеские, 07.08.2015 между ними был заключен договор купли-продажи автомобиля Фольксваген в счет погашения процентов по долгу от 05.05.2003, деньги при этом ФИО2 по данному договору ФИО4 не передавались, а автомобиль был передан от продавца к покупателю, но по просьбе ФИО5, был оставлен ему во временное пользование. Поскольку долг ФИО4 не был возвращен, 03.04.2018 вышеуказанные договор купли-продажи автомобиля был переписан с указанием меньшей суммы, так как он утратил свою стоимость, деньги по договору не передавались, а автомобиль остался в собственности ФИО2, но по просьбе ФИО4 он остался в его пользовании.

Согласно материалам дела, представителем истца в качестве уважительных причин пропуска срока исковой давности по спорным правоотношениям приложены следующие документы: договор купли-продажи транспортного средства от 07.08.2015, согласно которому ФИО4 продал ФИО2 автомобиль Folkswagen Touareg государственный регистрационный знак № по цене 800 000 руб. (т.1 л.д.21-22), акт приема-передачи транспортного средства от 07.08.2015 (т.1 л.д.23); договор купли-продажи транспортного средства от 03.04.2018, в соответствии с которым ФИО4 продал ФИО2 автомобиль Folkswagen Touareg государственный регистрационный знак № по цене 600 000 руб. (т.1 л.д.26-27), акт приема-передачи транспортного средства от 03.04.2018(т.1 л.д.28). 

Из материалов дела следует, что на момент смерти ФИО4, собственником автомобиля Folkswagen Touareg государственный регистрационный знак № являлся ФИО4, после его смерти собственником автомобиля в порядке наследования стала его мать ФИО3, которая продала данный автомобиль И (карточка учета ТС т.1 л.д.43).

Допрошенные по ходатайству представителя истца свидетели Г. и А. суду пояснили, что им известно о долге ФИО4 перед ФИО2 в размере около 50000 долларов, возникшего в 2003 году, который не был погашен. Они присутствовали 03.04.2018 при подписании ФИО2 и ФИО4 договора купли-продажи автомобиля Фольксваген, в счет погашения процентов по данному долгу, первый договор купли-продажи автомобиля был заключен между ФИО2 и ФИО5 в 2015 году, а в 2018 году был переписан. Собственником автомобиля Фольксваген с 2015 года является ФИО2, но с его разрешения им пользовался ФИО4

Оценивая показания данных свидетелей, суд принимает во внимание то обстоятельство, что их показания противоречивы в части присутствия их при подписании договора купли-продажи от 03.04.2018, так, свидетель Г. пояснил, что при подписании данного договора их было трое: он, ФИО5 и ФИО2, кабинет находится так, что мимо него проходят люди, в частности А., там нет секретов от тех, кто присутствует. Свидетель А. пояснил, что при подписании договора купли-продажи присутствовало 4 человека: он, Г., ФИО2 и ФИО5. Сам ФИО2 при даче пояснений сотруднику полиции ОМВД России по Корочанскому району 21.09.2018 пояснил, что 03.04.2018 при подписании договора купли-продажи автомобиля, третьих лиц не участвовало, в месте составления договора купли-продажи посторонних лиц не присутствовало (т.1 л.д.103).

В силу ст. ст. 160-162 ГК РФ, ст. 60 ГПК РФ свидетельские показания Г. и А. не отвечают требованиям ст. 60 ГПК РФ, являются недопустимым доказательством, подтверждающими факт заключения договоров купли-продажи от 07.08.2015 и от 03.04.2018 автомобиля Фольксваген TOUAREG между ФИО2 и ФИО4 в счет погашения процентов по договору займа от 05.05.2003 года. 

Как выше указано, письменных доказательств, в совокупности с иными материалами дела, отвечающих требованиям ст. ст. 55, 71 ГПК РФ, подтверждающим признание долга ФИО4 перед ФИО2 в сумме 1620000 руб. в период с 2010 года по день его смерти истцом не представлено, соответственно истцом не доказан перерыв срока исковой давности согласно ст. 203 ГК РФ. 

Суд также принимает во внимание общий срок, прошедший с момента начала срока исковой давности по заемным отношениям до момента смерти ФИО4, составляющий более 15 лет.

Доказательств, свидетельствующих том, что ФИО4 в письменной форме признал долг после истечения срока исковой давности, истцом не представлено.

Судом не принимаются во внимание доводы представителя ответчика о том, что срок исковой давности ФИО2 не пропущен, поскольку должен исчисляться с момента предъявления требования ответчику о возврате суммы долга, так как в расписке от 10.01.2010 ФИО4 собственноручно указал: «обязуюсь вернуть 400 000 руб. до 15.04.2010, остальное по мере возможности», в связи с чем, необходимо руководствоваться положениями абз. 2 ч. 2 ст. 200 ГК РФ, в котором закреплено, что по обязательствам, срок исполнения которых не определен либо определен моментом востребования, течение исковой давности начинается с момента, когда у кредитора возникает право предъявить требование об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется льготный срок для исполнения такого требования, исчисление исковой давности начинается по окончании указанного срока. 

Оценив содержание записи в данной расписке от 10.01.2010 (т.1 л.д.20), суд учитывает, что доказательств того, что указанную запись «остальные по мере возможности» сделал ФИО4, суду представлено не было, поскольку подпись ФИО4 стоит только под записью «обязуюсь вернуть 400 (четыреста тысяч рублей) до 15.04.2010, под записью «остальные по мере возможности» нет его подписи. В судебном заседании представитель ответчика заявил, что данная запись сделана не ФИО4

По ходатайству ответчика судом была назначена судебная почерковедческая экспертиза документов: расписки, требований, договоров купли-продажи, актов приема-передачи, в том числе и требования от 10.01.2010 (т.1 л.д.213-214). Судом был поставлен один из вопросов: ФИО4 или иным лицом выполнена рукописный текст и подпись в требовании о возврате денежных средств от 10.01.2010 (копия л.д. 20)?

28.02.2019 в суд поступило ходатайство эксперта Белгородского филиала ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России о предоставлении образцов почерка ФИО4 – рукописные записи – объемом не меньше, чем те, что подлежат исследованию, в связи с тем, что для решения поставленной задачи идентификации почерка в исследуемых документах, предоставленных образцов почерка ФИО4 недостаточно, поскольку их объем (фамилия, имя, отчество) меньше объема, подлежащих исследованию записей (т.1 л.д.22). Определением суда от 04.03.2019 в удовлетворении данного ходатайства было отказано, так как запросить иные образцы почерка ФИО4 не представилось возможным в виду его смерти (т.1 л.д.223).

Согласно заключения эксперта № от 21.03.2019 (т.2 л.д.2-12), экспертом решался вопрос по идентификации почерка рукописных записей частично, а именно исследовалась запись «ФИО4» в расписке от 05.03.2003 в получении от ФИО2 денежных средств в размере 1620000 руб.

Суд приходит к выводу, что представленная истцом требование- расписка от 10.01.2010 не отвечает требованиям ст.ст.59,60 ГПК РФ о признании долга ФИО4 в сумме 1620000 руб., а указывает на признание ФИО4 долга в размере 400000 руб., срок возврата по которому истек 15.04.2013.

Таким образом, доводы представителя ответчика относительно того, что срок исковой давности необходимо исчислять с момента предъявления требования о возврате долга, а именно с 2018 года, не может быть принят во внимание, поскольку исходя из системного толкования статей 196, 200, 201 ГК РФ и содержания расписок от 05.05.2003, от 02.02.2006, содержащих сумму долга и дату возврата, суд приходит к выводу о начале течения срока исковой давности по спорным правоотношениям с 10.01.2007 и окончания течения указанного срока – 10.01.2010.

В п. 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сроки исковой давности по требованиям кредиторов наследодателя продолжают течь в том же порядке, что и до момента открытия наследства (открытие наследства не прерывает, не пресекает и не приостанавливает их течения).

Требования кредиторов могут быть предъявлены в течение оставшейся части срока исковой давности, если этот срок начал течь до момента открытия наследства.

По требованиям кредиторов об исполнении обязательств наследодателя, срок исполнения которых наступил после открытия наследства, сроки исковой давности исчисляются в общем порядке.

Согласно материалам дела, с настоящим исковым заявлением ФИО2 обратился в суд 21.12.2018, т.е. спустя более 7 месяцев со дня открытия наследства, оставшегося после смерти ФИО4, и более чем через 8 (5) лет с момента истечения трехлетнего срока исковой давности по заемным правоотношениям.

На основании изложенного, а также принимая во внимание, что истец знал до 06.05.2018 (дата смерти ФИО4) о наличии спорных правоотношений между займодавцем и заемщиком, не предоставил доказательства уважительности причин пропуска срока, суд приходит к выводу о пропуске ФИО2 срока исковой давности, предусмотренного статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку с истечением срока исковой давности по главному требованию истекает срок исковой давности и по дополнительным требованиям (статья 207 ГК РФ), не подлежат удовлетворению и требования истца об уплате процентов за пользование займом и за пользование чужими денежными средствами, начисляемых в соответствии со статьей 395 ГК РФ. 

В силу п.2 ст.199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

С учетом изложенного, оценив обстоятельства дела и представленные доказательства в совокупности, принимая во внимание пропуск истцом срока исковой давности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований ФИО2, предъявленных к ФИО3 в полном объеме.

В силу ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, к которым в том числе относятся и расходы по оплате государственной пошлины.

Поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказано, оснований для взыскания в пользу истца расходов по оплате государственной пошлины у суда не имеется.

Учитывая, что принятые определением суда от 29.01.2019 обеспечительные меры имели своей целью обеспечение интересов ФИО2 в случае удовлетворения иска о взыскании денежных средств и применялись с целью исполнения решения суда, суд в соответствии со статьей 144 ГПК РФ пришел к выводу о необходимости отменить данные обеспечительные меры в связи с отказом в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о взыскании денежных средств в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш ил :

Иск ФИО2 к ФИО3 о взыскании денежных средств оставить без удовлетворения.

Отменить после вступления решения суда в законную силу меры по обеспечению иска, принятые определением Корочанского районного суда Белгородской области от 29.01.2019 в виде запрета совершать любые регистрационные действия (купля-продажа, мена, дарение, снятие с регистрационного учета), связанных с отчуждением, принадлежащего на праве собственности ФИО3:

- земельного участка, площадью 

<

данные изъяты>, с кадастровым №, расположенным 

<

адрес>.

- жилого дома, площадью 

<

данные изъяты>, с кадастровым №, расположенным 

<

адрес>.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Корочанский районный суд Белгородской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья 

Решение суда принято в окончательной форме 23апреля 2019 года.