Дело № 2-5844/17 12 октября 2017г.

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Приморский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

Председательствующего судьи Ратниковой Е.В.,

С участием адвоката ФИО6,

При секретаре ФИО7,

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств, по встречному иску ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании договора недействительным,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд с вышеназванными требованиями, указывая, что 11.01.2016г. по договору цессии он приобрел у ФИО3 право требования к ФИО2 в размере 350 000 руб., являющихся частью кредитных денежных средств, которые ФИО3 (ранее ФИО4) выплатила за ФИО2 в пользу ООО «Контраст Групп». Указанная денежная сумма в качестве задолженности ФИО2 по общим обязательствам супругов установлена решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 12.05.2015г. по делу № и возникла в результате получения кредита ФИО3 на покупку автомобиля БМВ Х3, который учитывался как общее имущество супругов при разделе. Решением Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 30.06.2015г. по делу № установлено, что ФИО3 выплатила всю сумму задолженности кредитору 01.09.2015г., в том числе долю ФИО2 в общем долге супругов.

Ссылаясь на ст. 1102 ГК РФ, истец просит взыскать с ответчика сумму неосновательного обогащения 350 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами 53 736 руб. 98 коп., судебные расходы.

Ответчик обратился в суд со встречным иском, в котором указал, что ФИО1 и ФИО3 состоят в браке марта 2015г., поэтому расходы, выплаченные ФИО3 за ФИО2, являются совместными расходами супругов, брачного договора П-вы не заключали, в связи с чем договор цессии от 11.01.2016г. является недействительным в силу своей мнимости, поскольку супруги не вправе заключать между собой возмездные договоры относительно общего имущества. Учитывая, что правовые последствия договора цессии отсутствуют, истец просит признать недействительным договор от 11.016.2016г. на основании п.1 ст. 170 ГК РФ.

В судебном заседании истец на иске настаивал, дал объяснения в соответствии с вышеизложенными обстоятельствами, дополнил, что исполнение обязательств перед кредитором осуществлялось ФИО3 из личных денежных средств, запрета на совершение сделок между супругами действующее законодательство не содержит.

Ответчик иск не признал, представил возражения (л.д.41-45), дал объяснения в соответствии с доводами встречного иска.

Третье лицо ФИО3 представила отзыв на встречный иск, в котором пояснила, что денежные средства 300 000 руб. по договору цессии были выплачены ей ФИО1 за счет его личных средств, которые он снял со своего депозита, открытого до брака, в связи с чем согласно договору цессии она утратила право требования к ФИО2 В день снятия денежных средств 28.12.2015г. супруги подписали соглашение о разделе имущества, закрепили его у нотариуса 07.10.2017г. (л.д.124-125).

Из материалов дела следует, что 19.07.2013г. ФИО4 (впоследствии ФИО5) и ООО «Контраст Групп» заключили кредитный договор на сумму 1 800 000 руб. для приобретения автомобиля БМВ Х 3 на срок до 01.09.2015г. (л.д.18-22). Данный договор оспаривался ФИО4, в удовлетворении исковых требований решением Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 30.06.2015г. по делу № иск оставлен без удовлетворения (л.д.78-84).

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 12.05.2015г. по делу № произведен раздел имущества ФИО4 (позже ФИО5) ФИО2, признана общим долгом супругов задолженность по кредитному договору от 19.07.2013г., заключенному ООО «Контраст Групп» и ФИО4 по состоянию на 12.05.2015г. в размере 700 000 руб. (л.д.7-17). 

Согласно актам возврата денежных средств кредитная сумма была возвращена заемщиком частями 15.05.2014г. 250 000 руб., 17.06.2014г. 350 000 руб., 01.09.2015г. 350 000 руб. и 700 000 руб. (л.д.24-27).

11.01.2016г. ФИО3 и ФИО1 заключили договор уступки прав (цессии), согласно которому ФИО3 уступает, а цедент принимает права требования к ФИО2 задолженности 350 000 руб., возникшей в результате погашения цедентом общего долга по кредитному договору от 19.07.2013г. с ООО «Контраст Групп», право требования оценено в 300 000 руб. (л.д.34-35).

Уведомлением от 20.11.2015г. ООО «Контраст Групп» предложило ФИО2 оплатить часть долга по кредитному договору в пользу ФИО3, в связи с оплатой последней всей суммы по договору (л.д.28-33).

Оценив представленные по делу доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Судом установлено, что ФИО1 и ФИО3 в период брака заключили договор цессии, согласно которому ФИО3 передала, а ФИО1 принял права требования к ФИО2 возврата уплаченных ФИО3 за ФИО2 денежных средств пользу кредитора в размере 350 000 руб.

Истцом в обоснование оплаты договора цессии из личных денежных средств представлена выписка по счету из АО «Альфа Банк», согласно которой 28.12.2014г. им был открыт депозитный счет на сумму 700 000 руб. (л.д.112), 28.12.2015г. депозит был досрочно расторгнут, денежные средства сняты двумя частями (л.д.110,111).

11.01.2016г. ФИО1 передал ФИО3 300 000 руб. в счет оплаты по договору цессии от 11.01.2016г. (л.д.109).

ФИО3 представлено соглашение о разделе имущества, заключенное 28.12.2015г. ФИО1 и ФИО3 (л.д.126), а также брачный договор от 07.10.2017г., удостоверенный нотариально (л.д.141-144).

Согласно соглашению о разделе общего имущества супругов от 28.12.2015г. ФИО1 и ФИО3 договорились, что долг перед ООО «Контраст Групп» в размере 700 000 руб., имевшийся на момент заключения брака с ФИО1, является совместным долгом ФИО3 и ФИО2 и оплачен кредитору из личных средств ФИО3, в связи с чем у нее возникло право требования к ФИО2 на сумму 350 000 руб. 

В соответствии с ч.2 ст. 41 Семейного кодекса РФ брачный договор заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению.

Соглашение сторон о разделе общего имущества супругов от 28.12.2015г. по своему содержанию является брачным договором, поскольку определяет режим имущества супругов в соответствии со ст. 42 Семейного кодекса РФ, в связи с чем в отсутствие нотариального удостоверения данное соглашение является ничтожным.

Брачный договор от 07.10.2017г. оформлен после заключения договора цессии, вступает в силу с момента нотариального удостоверения, однако распространяет свое действие на права и обязанности сторон договора, возникшие до его заключения, связанные с режимом имущества супругов. Так, п.6. договора предусматривает, что имущественные права и обязанности, в том числе имущественные права и обязанности по кредитным договорам, договорам на ипотечное кредитование, договорам займа, договорам о предоставлении потребительских кредитов, договорам (соглашениям), связанным с переуступкой имущественных прав и обязанностей (цессии), договорам поручительства, заключенными супругами в период брака, а также обязательства по погашению долгов, являются правами и обязанностями того из супругов, на чье имя эти права и обязанности оформлены. На заключение вышеуказанных договоров не требуется согласие другого супруга.

Учитывая изложенное, а также принимая во внимание доказательства того, что ФИО1 использовал личные денежные средства для расчетов с ФИО3 по договору цессии, суд приходит к выводу о том, что оснований считать договор цессии недействительной сделкой не имеется, поскольку воля сторон договора была направлена на его исполнение.

Так, ФИО3 отказалась от иска в связи с передачей прав по договору ФИО1, а последний, в свою очередь, оплатил полученное право и воспользовался им путем предъявления исковых требований о взыскании денежных средств с ФИО2 

Таким образом, стороны достигли правовых последствий, которые предусмотрены договором цессии, в связи с чем оснований для удовлетворения встречного иска не имеется.

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 12.05.2015г. по делу № признана общим долгом супругов задолженность по кредитному договору от 19.07.2013г., заключенному ООО «Контраст Групп» и ФИО4 по состоянию на 12.05.2015г. в размере 700 000 руб. (л.д.7-17), а также погашение ФИО3 данной задолженности из собственных средств, с учетом положений брачного договора.

Таким образом, ФИО1 приобрела право требования с ФИО2 возврата ей неосновательно сбереженных денежных средств в размере 350 000 руб.

Согласно ч.1 ст. 348 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В соответствии с ч.1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Учитывая, что в удовлетворении встречного иска отказано, при этом истцом доказана действительность передаваемого права, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1, поскольку ответчиком без оснований удерживаются денежные средства, которые должны были быть выплачены им кредитору в счет погашения совместного с ФИО3 обязательства.

В соответствии с ч.1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Истцом произведен расчет процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 02.09.2015г. по 10.05.2017г. на сумму 53 736 руб. 98 коп. (л.д.52), который судом проверен, ответчиком не оспорен, в связи с чем, учитывая просрочку ответчика по удовлетворению требований истца, суд удовлетворяет требования о взыскании процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ.

Истцом заявлены требования о возмещении расходов по оплате услуг представителя.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Интересы истца в судебном заседании представлял адвокат Шкодских А.Ю. на основании ордера (л.д.48) и доверенности от 03.05.2017г. (л.д.48а). Оплата услуг адвоката произведена в размере 30 000 руб., что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 27.06.2017г., выданной на основании соглашения № от 02.05.2017г. Санкт-Петербургской коллегией адвокатов «Налоги, экономика, бизнес» (л.д.74).

Принимая во внимание сложность и длительность рассмотрения дела, объем и качество предоставленных услуг, отсутствие мотивированных возражений ответчика относительно размер судебных расходов, суд удовлетворяет требование о возмещении расходов по оплате услуг представителя, т.к. находит их разумными и справедливыми относительно перечисленных критериев.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ расходы ответчика по оплату госпошлины за подачу встречного иска на сумму 300 руб. возмещению не подлежат, расходы истца по оплате госпошлины на сумму 7 237 руб. подлежат возмещению ответчиком.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 350 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами 53 736 руб. 98 коп., расходы по оплате государственной пошлины 7 237 руб., по оплате услуг представителя 30 000 руб., а всего 440 973 (четыреста сорок тысяч девятьсот семьдесят три) рубля 98 копеек.

В удовлетворении встречного иска ФИО2 – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья 

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГг.