Дело №2-10/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 октября 2020 года город Тула

Центральный районный суд города Тулы в составе:

председательствующего судьи Новикова Е.А.,

при секретаре Едуновой Т.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-10/2020 по исковому заявлению ФИО1, к ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, о взыскании долга по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами, 

по встречному исковому заявлению ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, к ФИО1 о взыскании долга по договору займа, штрафа и пени,

у с т а н о в и л:

ФИО1, действуя через своего представителя по доверенности ФИО6, обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО5 о взыскании долга по договору займа, в обоснование заявленных требований указав, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО7 в простой письменной форме был заключен договор займа путем составления и выдачи должником расписки, в соответствии с условиями которого, ФИО7 взял в долг у ФИО1 денежные средства в размере 10 000 000 руб. с обязательством возврата суммы займа не позднее ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 умер, долг до настоящего времени не возвращен. Наследниками первой очереди ФИО7 являются ответчики: ФИО3, ФИО2, ФИО5, которые не предприняли попыток к возврату долга. Ссылаясь на положения действующего законодательства, указывая, на то обстоятельство, что наследники отвечают по долгам солидарно, в пределах стоимости перешедшего наследственного имущества, просит суд взыскать в пользу ФИО1 в солидарном порядке с ФИО2, ФИО3, ФИО5 денежные средства в размере 10 000 000 руб. по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ в пределах наследственной массы.

В ходе рассмотрения дела в порядке ст.39 ГПК РФ ФИО1 уточнил заявленные требования, и просил суд взыскать в свою пользу в солидарном порядке с ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, денежные средства в размере 10 000 000 руб. по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ в пределах наследственной массы.

ДД.ММ.ГГГГ в порядке ст.39 ГПК РФ ФИО1, действуя через своего представителя по доверенности ФИО6 вновь уточнил заявленные требования, в обоснование которых дополнительно указал, что поскольку стоимость наследственного имущества превышает долговое обязательство, у него имеется право на взыскание с ответчиков в порядке ст.395 ГК РФ процентов за пользование чужими денежными средствами, в связи с чем, окончательно просит суд взыскать в пользу ФИО1 солидарно с ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, денежные средства по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ в размере 10 000 000 руб. в пределах наследственной массы; проценты в порядке п.1 ст.395 ГК РФ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 2 792 925 руб. 59 коп., а далее проценты за пользование чужими денежными средствами в размере ставки рефинансирования ЦБ РФ установленной на соответствующий период времени исходя из суммы задолженности в размере 10 000 000 руб. начиная с ДД.ММ.ГГГГ по день фактической уплаты; расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 руб. (т.3 л.9-12). 

В свою очередь ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО5, через своего представителя ФИО8, обратились в суд со встречным исковым заявлением к ФИО1 о взыскании долга по договору займа, штрафа и пени, в обоснование заявленных требований указав, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 как займодавцем, и ФИО1 как заемщиком, был заключен договор беспроцентного займа на сумму 3 000 000 руб., с оформлением расписки, написанной собственноручно ФИО1 ФИО1 обязался возвратить указанную сумму не позднее ДД.ММ.ГГГГ, в случае невозврата полученной суммы денежных средств в указанный срок выплатить штраф в размере 10% от вышеуказанной суммы, и пени в размере 0,3% от вовремя не возвращенных сумм займа за каждый день просрочки. ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 умер, его наследники по закону отец ФИО2, мать ФИО3 и сын ФИО5, в интересах которого действует его мать ФИО4, приняли наследство. ФИО1 не возвратил ФИО7 полученные по договору займа денежные средства в сумме 3 000 000 руб., также денежные средства, штраф и пени, не были выплачены и после смерти ФИО7, в связи с чем, у наследников имеются имущественные права о взыскании денежных средств по данному договору. О наличии такого права ФИО3 стало известно ДД.ММ.ГГГГ, после получения от нотариуса г.Тулы ФИО9 расписки ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ. Денежные средства не возвращены, чем нарушены условия договора, долг не прощен. Ссылаясь на нормы действующего законодательства, просят суд взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, денежные средства по договору беспроцентного займа от ДД.ММ.ГГГГ в размере 3 000 000 руб., штраф в размере 300 000 руб. (10% от суммы основного долга), пени в размере 13 320 000 руб. (за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а именно 1480 дней); расходы по оплате государственной пошлины в размере 30 000 руб. (т.2 л.191-193).

Определением от ДД.ММ.ГГГГ встречное исковое заявление принято к производству суда.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ (протокольное определение) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено - АО «Газпромбанк».

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал, по основаниям, изложенным в исковом и уточненном исковом заявлении. Просил в удовлетворении встречных исковых требований отказать, в том числе в связи с пропуском срока исковой давности. В ходе рассмотрения дела по существу, а также в представленных письменных пояснениях, дополнительно указал, что у него имелась возможность предоставить ФИО7 денежные средства в сумме 10 000 000 руб. и погасить заем в размере 3 000 000 руб., учитывая оборот по счету свыше 7 000 000 руб., реестр расходно-кассовых ордеров ООО «Империя» на его имя на сумму 4 100 000 руб., реестр документов на сумму 13 700 000 руб., продажу его имущества по договору от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 2 200 000 руб., а также возможность предоставления их иным лицам. С ФИО7 у него сложились партнерские и доверительные отношения, они планировали развивать и расширять бизнес. По договору займа от ДД.ММ.ГГГГ наличные средства он не получал, они приходили через юридическую фирму ФИО7 на расчетный счет ООО «Империя». В ДД.ММ.ГГГГ долг в размере 3 000 000 руб. им был погашен наличными денежными средствами, так как возврат денег ФИО7 осуществлял именно наличными средствами, никогда не возвращая первоначальные документы, что также подтверждено пояснениями и в других рассматриваемых делах (например по делу № в Центральном районном суде г.Тулы). Расписка от ДД.ММ.ГГГГ подтверждает, что его долг по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ погашен. Поскольку ФИО7 расписку сразу не отдал, им была написана новая расписка от ДД.ММ.ГГГГ. Отсутствие долга подтверждают пояснения ФИО7 в ходе судебного процесса в Пролетарском районном суде г.Тулы по делу №, где последний не заявлял о его (ФИО1) обязательствах. Считает, что заключение судебной экспертизы, проведенной ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, является недопустимым доказательством и подлежит исключению из их числа на основании доводов, изложенных в заявлении об отводе экспертов от ДД.ММ.ГГГГ, заявлении о подложности от ДД.ММ.ГГГГ с дополнением от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительных возражениях от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительных пояснениях от ДД.ММ.ГГГГ. Также указывает на пропуск стороной ответчика срока исковой давности при обращении с требованиями по расписке от ДД.ММ.ГГГГ, который начал течь ДД.ММ.ГГГГ, и истек ДД.ММ.ГГГГ, и отсутствие доказательств, свидетельствующих о пропуске срока по уважительной причине, перерыва или приостановления срока исковой давности. Обратиться с исковым заявлением о взыскании своих денежных средств он фактически не имел возможности, поскольку осуществлялись судебные разбирательства по иным делам, велись доследственные проверки в отношении ООО «Империя» по различным заявлениям, и на все у него не было времени и денежных средств.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО1 по доверенности ФИО6 в судебном заседании исковое заявление ФИО1 поддержала в полном объеме, встречные исковые требования не признала и просила отказать в их удовлетворении. Просила признать заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненное комиссией экспертов ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России подложным, исключив из числа доказательств по делу. В ходе рассмотрения дела по существу поддержала доводы заявителя, поданные письменные возражения и дополнения, дополнительно указала, что заявление стороны ответчика о том, что о расписке от ДД.ММ.ГГГГ, стало известно только ДД.ММ.ГГГГ после получения расписки от нотариуса, не является доказательством, свидетельствующим об уважительной причине пропуска срока исковой давности. Просила не учитывать представленные расписки от ФИО10, ФИО11, ФИО12, в связи с отсутствием оснований долга, доказательств наличия заемных отношений между ФИО7 и вышеуказанными лицами, а также договора с ФИО13, учитывая постановление Арбитражного суда Центрального округа от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, в ходе которого четко установлено погашение долга по данным договорам. 

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО1 по доверенности ФИО24 в судебном заседании первоначальные исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить, против удовлетворения встречных исковых требований возражала. Поддержала позицию ФИО25 по делу, поданные письменные возражения и пояснения, дополнительно указала, на сроки нарушения проведения экспертизы, и перерывы в её проведении, что свидетельствует об отсутствии объективности и достоверности сделанных выводов. Экспертами не установлено, можно ли совпадение фрагментов букв, слогов, слов в исследуемых документах и сравнительных образцах объяснить стереотипностью почерка ФИО7 

Ответчики (истцы по встречному иску) ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО5, в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте его проведения извещались своевременно и надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела не просили, в представленных в суд заявлениях поддержали встречные требования в полном объеме, просили о рассмотрении дела в их отсутствие.

Представитель ответчиков (истцов по встречному иску) ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, по ордеру и доверенности ФИО8 в судебном заседании в удовлетворении первоначальных требований просила отказать в полном объеме, удовлетворив встречные исковые требования по изложенным основаниям. Дополнительно указала, что при вынесении определения от ДД.ММ.ГГГГ стороны не заявляли о нарушении принципа территориальности, необходимости отправки экспертизы в Воронежский центр. Поскольку приложением именно к первичному исковому заявлению являются акты, проведенные Воронежским центром, назначение в нем экспертизы является нецелесообразным. Комиссионное проведение экспертизы было определено руководителем учреждения, поскольку по такой категории дела, когда уже ранее проводились судебные экспертизы, это необходимо. Считает обоснованной заключение повторной судебной экспертизы, проведенной ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России. Подписи экспертов ФИО26 и ФИО27 в заключении присутствуют, в том числе и в подписке экспертов. 

Представитель ответчиков (истцов по встречному иску) ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, по доверенности ФИО28 в судебном заседании просила в удовлетворении первоначальных требований отказать, встречные исковые требования удовлетворить. Указала, что наследникам при вступлении в наследство и при его принятии не было ничего известно о наличии задолженности ФИО1 на сумму 3 000 000 руб. по расписке от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с этим требования не могли быть предъявлены. Что касается заявления о пропуске срока исковой давности, считает, что они, с учетом сложившихся обстоятельств дела и предшествующего поведения ФИО1 являются одной из форм злоупотребления правом, поскольку последний о наличии данной расписки от ДД.ММ.ГГГГ знал. Просила о восстановлении пропущенного срока исковой давности, так как по объективным причинам у наследников информации о наличии такой задолженности не имелось, в связи с отсутствием самой расписки. Предпринять меры по поиску расписок не представлялось возможным, поскольку каких-либо реестров не велось. С учетом норм п.2 ст. 196 ГК РФ полагает возможным применить 10 летней срок давности, в связи с чем, срок пропущен не был. Обратила внимание на добросовестность поведения наследников ФИО7, как в плане принятия наследства, так и в плане заявления требований о взыскании всех выявленных долгов со стороны кредиторов наследодателя. Соглашаясь с выводами повторной судебной экспертизы, проведенной ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, указывает, что экспертное учреждение как головная организация, имеющая солидный состав исследователей, имело право на проведение данной экспертизы, и поручение его сотрудникам филиала согласно своему Уставу. Именно руководитель государственного учреждения обязан поручить ее производство конкретному эксперту или комиссии экспертов данного учреждения при получении определения суда, в связи с чем, он имел право поручить повторную экспертизу комиссии экспертов. Считает, что ФИО1 не подтвержден источник дохода, и возможность выдачи займа ФИО7 

Представитель ответчиков (истцов по встречному иску) ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, по доверенности ФИО13 в судебном заседании просил в удовлетворении требований ФИО1 отказать, встречные исковые требования удовлетворить по изложенным в них основаниям. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «Газпромбанк» явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, о дате, времени и месте его проведения извещено своевременно и надлежащим образом, об отложении или рассмотрении дела в свое отсутствие не просило.

В соответствии с положениями ст. ст.165.1 ГК РФ, ст.167 ГПК РФ суд счел возможным провести судебное заседание в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав участвующих в деле лиц и их представителей, исследовав письменные материалы дела, материал по частной жалобе на определение Центрального районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в обеспечении иска по гражданскому делу №2-10/2020 (2-1942/2019), материалы гражданского дела Пролетарского районного суда г.Тулы № по иску ФИО7 к ФИО1 о взыскании денежных средств по договорам займа и судебных расходов, допросив свидетеля, экспертов, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 309 ГК РФ (в редакции, действующей в момент возникновения спорных правоотношений) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (ст. 310 ГК РФ)

Заем - одна из форм кредита, оформляемых в виде договора, соглашения между двумя договаривающимися сторонами: заимодавцем и заемщиком.

В соответствии со статьей 807 ГК РФ (в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В силу ст.808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

На основании ч.1 ст.810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

В силу положений ст.812 ГК РФ заемщик вправе доказывать, что предмет договора займа в действительности не поступил в его распоряжение или поступил не полностью (оспаривание займа по безденежности).

Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), оспаривание займа по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы или стечения тяжелых обстоятельств, а также представителем заемщика в ущерб его интересам.

В случае оспаривания займа по безденежности размер обязательств заемщика определяется исходя из переданных ему или указанному им третьему лицу сумм денежных средств или иного имущества.

Из материалов дела усматривается, что истцом (ответчиком по встречному иску) ФИО1 в подтверждение заключения договора займа с ФИО7 представлена расписка от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что ФИО7, проживающий: 

<

адрес>, получил от ФИО1 10 000 000 рублей. Данную сумму обязуется вернуть ДД.ММ.ГГГГ. Также указано: «мною написано лично, добровольно, без морального и силового давления» (т.1 л.123). 

Буквальное толкование ст.808 ГК РФ подразумевает, что расписка или документ, удостоверяющий передачу денежных средств, является и документом, который подтверждает заключение договора займа. 

Положения ст.160 ГК РФ указывают на то, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 настоящего Кодекса.

Ссылаясь на неисполнение заемщиком ФИО7 обязательств по возврату займа по расписке от ДД.ММ.ГГГГ в срок до ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 обратился в суд с настоящим иском. 

В судебном заседании установлено, что ФИО7 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти серии № от ДД.ММ.ГГГГ, выданным Комитетом ЗАГС администрации г.Тулы (т.1 л.60).

Согласно статьям 1110 и 1112 ГК при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное. В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

При этом к правам требования относятся, например, право требовать возврата долга, право наследника, принявшего наследство, требовать выдела ему доли из имущества наследодателя и т.п. 

В силу п.1 ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруги и родители наследодателя.

В соответствии со ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять.

Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Согласно ст.1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство. Признается пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник: вступил во владение и управление наследственным имуществом, принял меры по сохранению наследственного имущества, произвел за свой счет расходы на «содержание наследственного имущества.

Из п. 1 ст. 1154 ГК РФ следует, что наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

На основании п.1 ст. 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пунктах 60, 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 №9 «О судебной практике по делам о наследовании», ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства. При отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (пункт 1 статьи 416 ГК РФ). Стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.

Наследники, совершившие действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости всего причитающегося им наследственного имущества.

Поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем был заключен кредитный договор, обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее). Проценты, подлежащие уплате в соответствии со статьей 395 ГК РФ, взимаются за неисполнение денежного обязательства наследодателем по день открытия наследства, а после открытия наследства за неисполнение денежного обязательства наследником, по смыслу пункта 1 статьи 401 ГК РФ, - по истечении времени, необходимого для принятия наследства (приобретения выморочного имущества). Размер задолженности, подлежащей взысканию с наследника, определяется на время вынесения решения суда.

По смыслу п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ, при рассмотрении дел о взыскании долгов наследодателя судом могут быть разрешены вопросы признания наследников принявшими наследство, определения состава наследственного имущества и его стоимости, в пределах которой к наследникам перешли долги наследодателя, взыскания суммы задолженности с наследников в пределах стоимости перешедшего к каждому из них наследственного имущества и т.д.

Согласно ст. 418 ГК РФ, а также п. 58 постановления Пленума Верховного Суда РФ, под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника, независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

Как разъяснено в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 №9, в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (ст. 128 ГК РФ); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (п. 1 ст. 1175 ГК РФ).

Судом установлено, что после смерти ФИО7 открылось наследство, наследниками по закону, принявшими наследство к имуществу умершего, являются: ФИО3- мать, ФИО2 - отец, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения – несовершеннолетний сын, указанные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании материалами дела, письмом нотариуса г. Тулы ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ, копией наследственного дела № к имуществу умершего ФИО7 (т.1 л.58-79). 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ФИО3, ФИО2 и ФИО5, как наследники ФИО7 приняли наследство после смерти последнего и отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества, а также в соответствии со статьями 1110, 1112 ГК РФ к ним перешли права по взысканию долгов по договорам займа, заключенным с ФИО7 

Как следует, из разъяснений действующего законодательства при рассмотрении дел о взыскании долгов наследодателя судом могут быть разрешены вопросы признания наследников принявшими наследство, определения состава наследственного имущества и его стоимости, в пределах которой к наследникам перешли долги наследодателя, взыскания суммы задолженности с наследников в пределах стоимости перешедшего к каждому из них наследственного имущества и т.д.

Учитывая, что сторона ответчика по первоначальному иску, указывает, на недостаточность для взыскания заявленных требований состава наследственного имущества и его стоимости, в пределах которой к наследникам перешли долги наследодателя, в письменных объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ (т.4 л.41-47), судом исследуется состав наследственного имущества ФИО7

Судом установлено и следует из копии наследственного дела №, что в состав наследственной массы наследодателя ФИО7 вошли: 

автомобиль модели 

<

данные изъяты>, рыночной стоимостью 3 576 000 руб. право собственности на указанный автомобиль обременено залогом с банком ВТБ 24 (ПАО); 

гражданское оружие: 

<

данные изъяты>, стоимостью 6 850 руб., 

<

данные изъяты>, стоимостью 10 000 руб., 

<

данные изъяты>, стоимостью 80 000 руб., 

<

данные изъяты> стоимостью 8 000 руб., 

<

данные изъяты>, стоимостью 79 500 руб.; 

права на денежные средства в сумме 300 000 руб., внесенные на депозит нотариуса г.Тулы ФИО15 для передачи ФИО7 согласно справке, выданной нотариусом г.Тулы ФИО15 ДД.ММ.ГГГГ исх. №; 

земельный участок общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м. с кадастровым номером №, расположенный на землях населенных пунктов, местонахождение: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Ориентир жилой дом. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 1 302 696 руб.;

трехэтажный жилой дом с надворными постройками, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, находящийся по адресу: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 5 614 264 руб. 40 коп.; 

квартира, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес>, стоимостью 327 149 руб. 47 коп., право собственности на указанную квартиру обременено ипотекой; 

права и обязанности залогодержателя по договору залога имущества, заключенному между наследодателем и ФИО16 на залог земельного участка с кадастровым номером №, местоположение: участок находится примерно в 20 м. по направлению на северо-восток от ориентира жилое здание, расположенного за пределами участка, адрес ориентира: 

<

адрес> стоимостью 66 420 руб., 

жилое строение без права регистрации проживания, местоположение: 

<

адрес>, стоимостью 2 838 740 руб.; 

гидроцикл (водный мотоцикл) модели 

<

данные изъяты>, стоимостью 785 000 руб.; снегоболотоход 

<

данные изъяты>, стоимостью 707 000 руб.; снегоход 

<

данные изъяты>, стоимостью 465 000 руб.; автомобиль 

<

данные изъяты>, стоимостью 245 000 руб., автомобиль 

<

данные изъяты>, стоимостью 230 000 руб.; автомобиль 

<

данные изъяты>, стоимостью 56 000 руб.; автомобиль 

<

данные изъяты>, стоимостью 384 000 руб.; полуприцеп цистерны модели 

<

данные изъяты>, стоимостью 944 000 руб.; прицеп для перевозки грузов 

<

данные изъяты>, стоимостью 49 000 руб.; прицеп для перевозки водной техники 

<

данные изъяты>, стоимостью 38 000 руб.;

права на денежные средства в сумме 3 200 000 руб., внесенные ФИО16 в депозит нотариуса г.Тулы ФИО15 для передачи наследникам ФИО7 согласно справке, выданной нотариусом г.Тулы ФИО15 ДД.ММ.ГГГГ исх. №.

Таким образом, исходя из материалов наследственного дела № общая стоимость перешедшего наследственного имущества к ФИО3, ФИО2, ФИО5 составляет 21 312 619 руб. 87 коп.

Также судом учитывается, что судами Тульской области по искам наследников в пользу последних были взысканы следующие денежные средства:

2 150 000 руб. взысканы решением Пролетарского районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № по иску ФИО7 к ФИО1 о взыскании денежных средств по договорам займа, вступившим в силу ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.113-124);

1 300 000 руб. на основании определения Зареченского районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № по иску ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5 к ФИО16 (т.1 л.184-186);

1 460 000 руб. на основании определения Зареченского районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № по иску ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5 к ФИО17 (т.1 л.187-189);

5 171 121 руб. на основании определения Советского районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № по иску ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5 к ФИО18 (т.1 л.191-193);

3 500 000 руб. на основании определения Пролетарского районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № по иску ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5 к ФИО19 (т.1 л.203-204);

800 000 руб. на основании решения Пролетарского районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № по иску ФИО3 к ФИО20 (т.1 л.205-211); 

6 630 000 руб. (по 2 210 000 руб. в пользу каждого из наследников) на основании решения Центрального районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ по делу № по иску ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5 к ФИО21 

Что составляет в общей сумме 21 011 121 руб. (без учета 3 200 000 руб. к ФИО16 учитывая, что на данную сумму выдано свидетельство о праве о наследство т.1 л.д.152).

Таким образом, сумма перешедшего наследственного имущества к ФИО3, ФИО2, ФИО5 составляет 21 312 619 руб. 87 коп. + 21 011 121 руб. = 42 323 740 руб. 87 коп. 

В то же время исходя из письменных пояснений стороны ответчика по первоначальному иску (т.4 л.41-47), усматривается, что по их доводам, сумма долга составляет 30 161 199 руб. 62 коп., из которых 23 466 465 руб. 43 коп. погашено наследниками (3 843 424 руб. 15 коп. передачей отступного; 19 623 041 руб. 28 коп. денежными средствами, при этом остаток долга составляет 4 000 000 руб., плюс текущие платежи по ипотечному кредитному).

Исходя из представленных и исследованных в рамках настоящего дела документов, суд полагает, что подтвержденная сумма задолженности ФИО7 на дату смерти составляет: 

2 094 983 руб. 55 коп. (основной долг); 20 713 руб. 81 коп. (проценты), а всего 2 115 697 руб. 36 коп., согласно справке «Газпромбанк» (АО) по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (т.4 л.119); 

364 000 руб. согласно справке Банка Открытие от ДД.ММ.ГГГГ (т.4 л.120); 

2 902 304 руб. 67 коп. задолженность по договору № от ДД.ММ.ГГГГ перед Банком ВТБ (ПАО) за ДД.ММ.ГГГГ согласно справке от ДД.ММ.ГГГГ (т.4 л.131);

3 843 425 руб. 07 коп. – задолженность по кредитным договорам с Банком ВТБ 24 (ПАО) (соглашение №со от ДД.ММ.ГГГГ) т.3 л.180-184).

Итого 9 225 427 руб. 10 коп. 

При этом, судом не принимаются во внимание, указание стороной ответчика по встречным требованиям на представленные расписки о возврате суммы долга, а именно на сумму: 540 000 руб. расписка ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ (т.4 л.д.110); 7 200 000 руб. расписка ФИО22 от ДД.ММ.ГГГГ (т.3 л.168); 5 300 000 руб. расписка ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ (т.3 л.169); 3 840 000 руб. расписка ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ (т.3 л.171), учитывая, что из указанных расписок не усматриваются как основания для возврата долга ФИО7, а также отсутствуют документы, подтверждающие в целом заемные отношения, указанных лиц с ФИО7 Также суд принимает во внимание, что в нарушение требований ст.ст.56-57 ГПК РФ, стороной ответчика по первоначальному иску, данные документы, по предложению суда предоставлены не были. 

Кроме того, суд полагает необоснованным осуществление учета стоимости перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, исходя из цены, отраженной в документах представленных стороной ответчика (по договорам-купли продажи, договорам уступки, и д.р.) в части уменьшения их стоимости при продаже по соответствующих договорам, поскольку исходя из положений действующего законодательства, она определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом. 

Не может быть принято во внимание, и указание стороной ответчика по первоначальному иску на невозможность взыскания денежных средств, в связи с не установлением должника и его имущества, а также признанием должников банкротами, и указание на отсутствие фактического погашения задолженности, что свидетельствует о направленности на уменьшение наследственной массы. 

Исходя из сведений отраженных в постановлении Арбитражного суда Центрального округа по делу № от ДД.ММ.ГГГГ, сумма займа 2 000 000 руб. по договору от ДД.ММ.ГГГГ, на существование которого также ссылается сторона ответчика, исходя из п.2.3 договора возвращена досрочно, в связи с чем, оснований для её включения в долги по наследственному имуществу не имеется. Также стороной ответчика не представлено доказательств обращения с требованием о взыскании в пользу ФИО13 денежных средств в сумме 2 000 000 руб. по договору от ДД.ММ.ГГГГ и включением их в реестр долга к наследникам, в связи с чем, указанная сумма также не подлежит включению в подтвержденную сумму задолженности. 

В ходе рассмотрения дела ходатайств о проведении экспертизы по определению рыночной стоимости наследственного имущества, сторонами заявлено не было. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что стоимость вышеуказанного наследственного имущества, с учетом представленных и исследованных документов в части подтверждения существования задолженности, превышает задолженность по расписке от ДД.ММ.ГГГГ, доказательств обратного, суду не представлено. Не следует, это из письменных пояснений с приложенными документами (т.4 л.41-140), в связи с чем, указанные доводы стороны ответчика по первоначальному иску судом отклоняются как необоснованные. Доказательств наличия у умершего ФИО7 иного имущества, также представлено не было.

Истец ФИО1, ссылаясь на неисполнение обязательств по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, между ним и ФИО7 обратился с претензией к наследникам последнего с требованием погасить сумму долга, в пределах стоимости перешедшего наследственного имущества, в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ. Погашение долга произведено не было, в связи с чем, он обратился в суд с настоящим иском к наследникам.

В свою очередь, сторона ответчиков (истцов по встречному иску) ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, в лице представителей в судебном заседании просили суд в удовлетворении иска отказать, указывая, что договор займа между ФИО1 и ФИО7 не заключался, не подписывался, денежных средств не передавалось, договор является безденежным, в силу отсутствия соответствующих средств у ФИО1, просили в удовлетворении первоначального иска отказать. 

Сторона истца ФИО1 в обоснование исковых требований по расписке от ДД.ММ.ГГГГ, представила суду, выполненные ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы Минюста России, акты экспертных исследований. 

Из представленных стороной истца актов экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ФИО1 обратился в вышеуказанное учреждение для исследования расписки от ДД.ММ.ГГГГ, с целью выяснения вопроса каким способом выполнены рукописный текст и подпись в представленной расписке от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно выводу эксперта ФИО23 рукописный текст и подпись в расписке от ДД.ММ.ГГГГ выполнены непосредственно пишущим прибором, а не с помощью копировальной множительной техники - принтера или копировального аппарата (т.1 л.125,132).

Как следует из акта экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы Минюста России, текст расписки от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, расположенный на листе формата А4, выполнен ФИО7 Подпись от имени ФИО7, расположенная под текстом расписки от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, выполнена самим ФИО7 (т.1 л.128-129).

В ходе судебного разбирательства по настоящему гражданскому делу по ходатайству представителя ответчиков (истцов по встречному иску), ФИО8 не согласившейся с актами экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, представленных ФИО1, полагая, что представленная расписка выполнена не ФИО7, не в то время которое указано в расписке, просила назначить судебную почерковедческую и техническую экспертизы для выяснения вопросов принадлежности текста и подписи, способа их нанесения и времени составления. 

В целях проверки указанных доводов, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ была назначена судебная почерковедческая и техническая экспертиза, производство которой поручено экспертам ФБУ «Тульская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации»; на разрешение экспертов поставлены следующие вопросы (т.2 л.90-93):

1) кем ФИО7 или другим лицом выполнен текст расписки от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, расположенный на листе формата А4? 

2) кем ФИО7 или другим лицом выполнена подпись от имени ФИО7, расположенная под тестом расписки от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ? 

3) каким техническим способом выполнены рукописный текст и подпись в расписке от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ; изменялось ли первоначальное содержание указанной расписки от ДД.ММ.ГГГГ, и если да то в какое время и каким было первоначальное содержание?

4) С учетов ответов на первые три вопроса, определить: в какой период времени изготовлена расписка от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, и выполнена подпись на ней? Соответствует ли дата составления документа, указанная на нем, действительной дате создания документа, не выполнена ли расписка позднее ДД.ММ.ГГГГ? 

Эксперты в результате проведенной экспертизы пришли к следующим выводам: 

рукописный текст расписки от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ выполнен ФИО7 Подпись от имени ФИО7, расположенная под рукописным текстом расписки от ДД.ММ.ГГГГ, выполнена ФИО7 (заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ т.2 л.149-158);

рукописные записи и подпись от имени ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ в расписке от ДД.ММ.ГГГГ в томе № материалов гражданского дела (л.д.123) на 1 листе, выполнены материалом письма типа чернил для капиллярных ручек синего цвета, т.е. рукописные записи и подпись выполнены пишущим прибором, без использования технических средств (заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ - т.2 л.д.174-179);

ответить на вопросы: «определить в какой период времени изготовлена расписка от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, и выполнена подпись на ней? Соответствует ли дата составления документа, указанная на нем, действительной дате создания документа, не выполнена ли расписка позднее ДД.ММ.ГГГГ, не представляется возможным, ввиду причин, указанных в синтезирующей части заключения. 

Согласно синтезирующей части заключения следует, что незначительное содержание или полное отсутствие летучих компонентов в материалах письма, которыми были выполнены рукописные реквизиты в исследуемом документе, может быть связано с изначально малым содержанием растворителей в используемых материалах письма, с уменьшением растворителей в штрихах по прошествии определенного промежутка времени (естественное старение), а также с оказанием на документы агрессивного воздействия (термического, интенсивного светового), признаки которого не отобразились (заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ – т.2 л.160-172).

По ходатайству представителя ответчиков по первоначальному иску ФИО8, для разъяснения заключения экспертов и устранения противоречий в судебное заседание были приглашены эксперты ФИО29, ФИО30 и ФИО31

Эксперт ФИО29 допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ подтвердила выводы, изложенные в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, пояснив, что в подписях и почерке признаков необычности выполнения, и различающихся признаков не установлено, поэтому исследование проводилось по методикам, которые перечислены в заключении эксперта. Применялись классические методики, поскольку стоял вопрос о том, кем была выполнена расписка ФИО7 или другим лицом, то есть вопрос о диагностике не стоит, но в процессе исследования эксперт все равно смотрит на диагностику подчерка и подписи. Исследовались рукописные записи под микроскопами, лупами, но в экспертизе это не отражено, так как подразумевается как само собою разумеющее. Поскольку экспертом техником было установлено, что документ был выполнен красящим веществом, без применения технических средств, то она проводила свое исследование и использовала расписку как объект почерковедческой экспертизы. Использовались те образцы, которые были представлены и заверены судом. Она не обязана указывать, из какого документа взят образец подписи. Экспертиза расписки проводилась, только с лицевой стороны, необходимость в исследовании оборотной стороны не имелась. Различающихся признаков, выходящих за пределы естественной вариационности почерка, не выявлено, существенных признаков различия нет. 

Эксперт ФИО30 допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ подтвердил выводы, изложенные в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, пояснив, что в ходе исследования он пришел к выводу, что рукописные записи и подпись от имени ФИО7 выполнены материалом письма типа чернил для капиллярных ручек синего цвета. Рукописные записи и подпись выполнены пишущим прибором. Установлено, что ступенчатости и микроточек в штрихах рукописных записей и подписи от имени ФИО7 в расписке не имеется, в связи с чем, совокупность данных признаков свидетельствует, что записи и подпись ФИО7 в расписке выполнены рукописным способом, непосредственно пишущим прибором, без использования технических средств. Исследование проводилось на видео спектральном компараторе в инфракрасном диапазоне спектра, и было установлено, что в местах расположения исследуемых рукописных записей и подписи от имени подпись ФИО7 каких-либо вдавленных штрихов, выполненных красящим веществом серого цвета, следов графитного карандаша, наличия частиц копировальной бумаги, не имеется. Тип чернил является капиллярным и эти чернила, растекаясь по своим бумажным волокнам бумаги, могут скрывать возможные признаки машинного способа применения. Исследование распределения красителя, то есть глубины, ширины штрихов как раз на предмет установления признаков, которые бы говорили об использовании плоттера, он не проводил.

Эксперт ФИО32 допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ подтвердил выводы, изложенные в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, пояснив, что он пришел к выводу, что расписка выполнена капиллярной роллерной ручкой, в которой растворители могут быть различного соединения (от воды до спирта). Если были водорастворимые чернила, то экспертиза будет бесполезна, потому что вода испаряется практически сразу, и остаются только красящие вещества - чернила. Методика, который он пользуется, теоритически рассчитана на материалы до 3 лет, но на практике, до 2 лет - это максимум, что можно ей определить. Если используемый материал спирт, то давность можно определить в течение 3 месяцев, если паста шариковых ручек - 1-1,5 года, гелиевая ручка примерно год (поскольку в них содержится глицерин). Указанные цифры являются максимальными. Причина о невозможности предоставить выводы обусловлена тем, что в штрихах не хватает растворителя, то есть в самом документе. 

В то же время, в период рассмотрения дела в суде, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО5, действуя через своего представителя ФИО8, обратились в суд со встречным исковым заявлением к ФИО1 о взыскании долга по договору займа, штрафа и пени по расписке от ДД.ММ.ГГГГ, принятое к производству суда. 

Из представленной в материалы дела расписки от ДД.ММ.ГГГГ, содержания договора беспроцентного займа от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ФИО1 получил от ФИО7 в долг 3 000 000 руб. и обязуется вернуть указанную сумму без процентов в срок до ДД.ММ.ГГГГ. Также в договоре и расписке указано, что ФИО1 в случае невозврата в срок указанной суммы обязуется выплатить штраф в размере 10% от вышеуказанной суммы, а также уплатить пени в размере 0,3% за каждый день просрочки (т.2 л.д.208, т.3 л.47-48).

Исходя из положений статей 1110,1112 ГК РФ к ФИО2, ФИО3, несовершеннолетнему ФИО5, перешли права по взысканию долга по договору займа, заключенному между ФИО7 и ФИО1 Как следует из пояснений представителей стороны истца по встречному иску ФИО1 мер по погашению задолженности до настоящего времени не предпринял. 

Получение денежных средств в сумме 3 000 000 руб. по расписке от ДД.ММ.ГГГГ, подтверждено распиской ФИО1, договором беспроцентного займа от ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, судом установлено, что между сторонами был заключен договор займа, по форме и содержанию соответствующий требованиям статей 807, 808 ГК РФ. 

Истец (ответчик по встречным требованиям) ФИО1 не оспаривая факт заключения договора от ДД.ММ.ГГГГ, пояснил, что по данному договору наличные средства он не получал, они приходили через юридическую фирму ФИО7 на расчетный счет ООО «Империя», при этом в ДД.ММ.ГГГГ долг был погашен. В связи с чем, в опровержение доводов стороны истца по встречному иску представил расписку от ДД.ММ.ГГГГ, из содержания которой, следует, что ФИО7 получил от ФИО1 в счет возврата долга 3 000 000 руб. по договору беспроцентного займа от ДД.ММ.ГГГГ, претензий не имеет (т.3 л.51).

Также сторона истца (ответчика по встречным требованиям) ФИО1 в опровержение исковых требований по расписке от ДД.ММ.ГГГГ, представила суду, выполненные ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы Минюста России, акты экспертных исследований. 

Из представленного акта экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что подписи от имени ФИО7, расположенные: под текстом расписки от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, в экземпляре договора беспроцентного займа от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО1 на 1 листе на строке «__Займодавец» и на 2 листе в графе «Подписи сторон» на строке «Займодавец», в исковом заявлении о взыскании денежных средств по договорам займа в Пролетарский районный суд г. Тулы, истец ФИО7, ответчик ФИО1, от ДД.ММ.ГГГГ на 2 листе после слов «Примечание: подлинники документов находятся у меня и будут представлены суду лично», выполнены одним лицом (т.3 л.52-54).

Также согласно акту исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что представленная на исследование расписка ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ является оригиналом, а не копией, изготовленной с помощью копировальной техники (т.3 л.55-56). 

Заслушав показания экспертов ФИО29, ФИО30, ФИО35, исследовав представленные заключения и письменные материалы дела, стороной ответчика (истцов по встречному иску) ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, в судебном заседании были заявлены ходатайства о назначении по делу комплексной судебно-технической и почерковедческой экспертизы в связи с предоставлением ФИО1 расписки от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку имеются сомнения в подлинности расписки. 

Также заявлено о назначении по делу повторной комплексной судебно-технической и почерковедческой экспертизы, в части расписки от ДД.ММ.ГГГГ, с указанием на выполнение экспертных заключений ФБУ Тульская ЛСЭ Минюста России, в связи с использованием устаревшей методики, без учета современных цифровых технологий печати, в части технической подделки рукописных реквизитов в документах; в связи с отсутствием необходимой квалификации эксперта ФИО30, в части использования методик по плоттеру; отсутствием в заключении эксперта ФИО29 указаний на конкретные документы, из которых отбирались образцы почерка и подписей, что не устранено и в ходе её допроса, и свидетельствует о невозможности проверки их достоверности. 

В связи с вышеуказанными противоречиями по ходатайству представителей стороны ответчиков, с учетом возражений стороны истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с наличием сомнений и противоречий в методиках проведения заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, учитывая показания эксперта ФИО30, не осуществляющего проведение экспертизы на предмет изготовления документа на плоттере; заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, учитывая пояснения эксперта ФИО29, не позволяет определить образцы, используемые для исследования, что лишает возможности проверить достоверность выводов эксперта; исходя из различности общих признаков почерка и подписи ФИО7, выявленных досудебной почерковедческой экспертизой (акт от ДД.ММ.ГГГГ) и судебной экспертизой, в силу положений ч.2 ст.87 ГПК РФ судом назначена по делу повторная комплексная судебная экспертиза в части расписки от ДД.ММ.ГГГГ, а также комплексная судебная почерковедческая и техническая экспертизы по расписке от ДД.ММ.ГГГГ. Производство экспертизы было поручено экспертам ФБУ Российский федеральный центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации (далее по тексту ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России) (т.4 л.201-207). На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1) каким техническим способом выполнена подпись в расписке от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ; изменялось ли первоначальное содержание указанной расписки от ДД.ММ.ГГГГ, и если да то, в какое время и каким было первоначальное содержание? 

2) изготовлена ли расписка о возврате займа от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО7 (подпись) с помощью технических средств, в том числе с помощью аппарата воспроизведения рукописного текста, например с помощью графопостроителя (плоттера) или иных подобных специальных устройств?

3) кем ФИО7 или другим лицом выполнена подпись от имени ФИО7, расположенная в расписке от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ? 

4) изготовлена ли расписка в получении займа от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО7 (текст и подпись) с помощью технических средств, в том числе с помощью аппарата воспроизведения рукописного текста, например с помощью графопостроителя (плоттера), или иных подобных специальных устройств?

5) если расписка выполнена без помощи технических средств, то выполнен ли текст расписка и подпись в расписке в получении займа от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО7 самим ФИО7 или другим лицом?

6) с учетов ответов на 4-5 вопросы, определить: в какой период времени изготовлена расписка от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, и выполнена подпись на ней? Соответствует ли дата составления документа, указанная на нем, действительной дате создания документа, не выполнена ли расписка позднее ДД.ММ.ГГГГ? 

Согласно заключению экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненному ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России следует: судебно-техническое исследование документов (проводили эксперты ФИО27 и ФИО26), которые пришли к выводам:

Подпись от имени ФИО7 в расписке от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО7 в получении от ФИО1 денежной суммы в размере 3 000 000 рублей в счет уплаты долга выполнена рукописным способом капиллярной ручкой без предварительной технической подготовки путем предварительного срисовывания карандашом, воспроизведения через копировальную бумагу, передавливания по штрихам с каких-либо подписей. Содержание печатного текста в расписке от ДД.ММ.ГГГГ изменениям не подвергалось. 

При выполнении подписи от имени ФИО7 в расписке от ДД.ММ.ГГГГ технические средства копирования типа графопостроителя (плоттера), иные подобные специальные устройства не применялись.

Текст и подпись от имени ФИО7 в расписке от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО7 в получении в долг от ФИО1 денежной суммы в размере 10 000 000 рублей выполнены рукописным способом капиллярной ручкой.

При выполнении текста и подписи от имени ФИО7 в расписке от ДД.ММ.ГГГГ технические средства копирования типа графопостроителя (плоттера), иные подобные специальные устройства не применялись.

Текст в расписке от ДД.ММ.ГГГГ выполнен с предварительной технической подготовкой путем перекопировки «на просвет» с текста (макета), при составлении которого использовались изображения отдельных фрагментов документов, в том числе расписок от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ.

Судебно-почерковедческое исследование (проводили эксперты ФИО36 и ФИО37), пришли к выводам:

Подписи от имени ФИО7, расположенные в расписке от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО7 в получении от ФИО1 денежной суммы в размере 3 000 000 рублей в счет уплаты долга ниже текста после даты «ДД.ММ.ГГГГ» и слева от расшифровки подписи «ФИО7»; в расписке от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО7 в получении в долг от ФИО1 денежной суммы в размере 10 000 000 рублей ниже текста и слева от расшифровки подписи «ФИО7.» выполнены не ФИО7, а другим лицом (лицами) с подражанием подписи ФИО7 после предварительной тренировки.

Рукописный текст расписки от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО7 в получении в долг от ФИО1 денежной суммы в размере 10 000 000 рублей (включая расшифровку подписи «ФИО7» и дату «ДД.ММ.ГГГГ»), выполнен не ФИО7, а другим лицом, путем перекопировки «на просвет» с текста (макета), при составлении которого использовались изображения отдельных фрагментов документов, в том числе расписок от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ.

Судебно-техническое исследование документов в целях решения вопроса по давности (проводила эксперт ФИО26), которая ссылаясь на причины, указанные в исследовательской части указала, что давность выполнения рукописных реквизитов чернилами, в составе которых имеются водорастворимые красители, определяют по методике, разработанной в РФЦСЭ (входит в область аккредитации РФЦСЭ в соответствии с требованиями Международного стандарта ИСО/МЭК 17025:2017. Отражено, что по методике на основе исследования растворителей в штрихах, установить конкретное время выполнения рукописных реквизитов расписки от ДД.ММ.ГГГГ во временном интервале: ДД.ММ.ГГГГ (дата на документе) - ДД.ММ.ГГГГ (дата начала исследования, указанная на л.д.125 тома №1 гражданского дела №2-1942/2019, в Акте экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ) при исследовании документа в № и позднее, не представляется возможным.

На основании вышеизложенного, и в соответствии со ст. 85 ГПК РФ и ст. 16 

Федерального закона от 31.05.2001 №73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», сообщено о невозможности дать заключение эксперта по вопросам о давности выполнения документа: в какой период времени изготовлены рукописный текст и подпись от имени ФИО7 в расписке от ДД.ММ.ГГГГ; соответствует ли дата составления расписки от ДД.ММ.ГГГГ, указанной на ней дате, не выполнена ли эта расписка позднее ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе рассмотрения дела для разъяснения заключения экспертов и устранения противоречий в судебном заседании, по ходатайству стороны истца ФИО1 были допрошены эксперты ФИО26, ФИО27, ФИО37, подтвердившие выводы заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России.

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ эксперт ФИО26, к.ю.н., имеющая высшее химическое образование, стаж экспертной работы по специальностям: 3.1 «Исследование реквизитов документов», 3.2 «Исследование материалов документов» ДД.ММ.ГГГГ, указала, что совместно с ФИО27 ею проводилось судебно-техническое исследование документов по определению Центрального районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ, по поставленным судом вопросам, выводы заключения поддерживает в полном объеме. В ходе исследования были сделаны выводы о том, что рукописный текст, подписи и записи в расписке от ДД.ММ.ГГГГ выполнены без предварительной технической подготовки путем срисовывания карандашом, передавливания, сведения через копировальную бумагу - таких штрихов на листе бумаги не было. Эксперт, проводивший первичную экспертизу, остановился именно на этих элементах. Однако продолжив исследование в целях установления копировки «на просвет», были обнаружены признаки, свидетельствующие о том, что проводилась перекопировка «на просвет» с макета, составленного с фрагментов двух расписок. Полагает, что в рамках проведенной экспертизы по сравнению с экспертизой ФБУ Тульская ЛСЭ Минюста России, были сделаны аналогичные выводы (как и эксперт ФИО30), а именно, что нет технической подготовки путем срисовывания карандашом, передавливания через копировальную бумагу, данный вывод совпал. Однако было установлено, что текст расписки от ДД.ММ.ГГГГ выполнен с предварительной технической подготовкой путем перекопировки «на просвет» с текста (макета). Об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения она была предупреждена. Пояснила, что повторная экспертиза всегда проводится комиссионно, поручается администрацией. В части отсутствия подписей экспертов на стр.1-11, стр.13-16, заключения сослалась на п.49 инструкции по делопроизводству Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ, ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, указав, на их необязательность. Используемые сравнительные образцы отражены на стр.9 абз.3 заключения, в том числе материалы гражданского дела №. В заключении были взяты самые яркие образцы и примеры, и предоставлены в виде справки. Все исследования проводились по всем объектам, было отражено, что наблюдаются совпадения с незначительным отклонением, которых достаточно для категорического вывода. В остальных словах в расписках совпадения также имелись, но они ограничились указанным количеством, так как они были более наглядными примерами. Используемые образцы также сравнивались между собою. Незначительные различия, которые они обнаружили, их достаточно для того, чтобы сделать вывод об использовании перекопировки «на просвет», так как были и похожи и отличающиеся признаки. Пояснила, что в соответствии с методикой, изложенной в судебно-технической экспертизе, указано, что эксперт в области среза имеет право использовать такие термины, которые имеют общие значения, такие как размер, конфигурация знаков и так далее. Многие термины они используют не для того, чтобы сказать то или не то лицо выполнило, а для того, чтобы описать другие признаки. 

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ эксперт ФИО27, имеющая высшее юридическое образование, стаж экспертной работы по специальности: 3.1 «Исследование реквизитов документов» с ДД.ММ.ГГГГ, указала, что совместно с ФИО26 ею проводилось судебно-техническое исследование документов по определению Центрального районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ, по поставленным судом вопросам, выводы заключения, поддерживает в полном объеме. Дополнительно к пояснениям ФИО26, указала, что предварительная техническая подготовка путем передавливания по штрихам с каких-либо подписей и рукописного текста, и перекопировка «на просвет», это два разных способа. Перекопировка «на просвет» - это когда документ кладется, например на стекло, делается это на просвет. Передавливание, чего в рассматриваемом случае не было, осуществляет с последующей обводкой штрихов. В расписке от ДД.ММ.ГГГГ отражен другой способ, который установлен почерковедом, с предварительной тренировкой. В части изложения текста в абзаце 3 и 4 на стр.10 заключения указала, на отсутствие противоречий, пояснив, что при наложении брались самые близкие образцы по тексту, и иллюстрировались слова, чтобы было более наглядно. Указание в заключении про незначительные различия, может быть обусловлено с одной стороны случайным отклонением движения руки того, кто именно срисовывает данный документ, либо просто человек принял неправильное положение руки, и соответственно получилось искажение. При перекопировке «на просвет» не будет полного фотографического наложения, тем более в тексте большого объема. Рукописные тексты расписок от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, а также иные документы исследовались, но так не обнаружено такого полного сходства при наложении, как с исследуемой распиской. Все образцы рассматривались, и они нашли именно эти 2 расписки, с которых и был составлен макет. В период пандемии ФИО26 работала удаленно на дому, а она приезжала в центр и занималась исследованием в лаборатории. После окончания пандемии, они работали вместе за оборудованием, обсудили все выводы совместно. К материалам дела в период его нахождения в учреждении доступ она имела.

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ эксперт ФИО37, работающая ведущим экспертом филиала РФЦСЭ при Минюсте России, имеющая высшее математическое образование, стаж экспертной работы по специальности: 1.1 «Исследование почерка и подписи» с ДД.ММ.ГГГГ, указала, что совместно с ФИО36 ею проводилось судебно-почерковедческое исследование по определению Центрального районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ, по поставленным судом вопросам, выводы заключения, поддерживает в полном объеме. Перекопировка «на просвет» - когда берется стекло, снизу идет свет, потом кладется документ, который является прообразом, сверху кладется чистый лист бумаги и поскольку у нас видно на чистом листе бумаги от нижнего листа, то ведем ручкой по видимым штрихам. В этом случае нет ни карандашных, ни вдавленных штрихов, ни следов от копировальной бумаги, получается чистый лист со штрихами с рукописного выполненного текста. Экспертиза ею проводилась в 

<

адрес>. Подписка экспертов датирована ДД.ММ.ГГГГ, по той причине, что именно в это время материалы поступили на исследование к экспертам-почерковедам. Ссылаясь на стр.13 заключения, указала, что при исследовании установлены совпадающие признаки и их достаточно много, но наряду с совпадающими признаками они не конкретизированы, есть и различающиеся. Удельный вес совпадающих и различающих признаков различен. Можно выявить 25 совпадающих признаков, но если есть 4 устойчивых различия, то это основание для дачи категорически отрицательного вывода. По расписке от ДД.ММ.ГГГГ имелось 7 различающихся признаков, в расписке от ДД.ММ.ГГГГ различающихся признаков 11, что более чем достаточно для категорически отрицательного вывода. Большое количество совпадающих признаков, характерно при квалифицированном подражании, а в представленных расписках подписи сделаны очень хорошо. Однако основой для окончательного вывода будут именно различающиеся признаки. Обозначение сходных признаков в заключении в рассматриваемой ситуации не имеет смысла, поскольку исходя из методики написания заключения при категорически отрицательном выводе этого не нужно. Методика позволяет указать, что такие признаки есть, но не перечислять их. Относительно разрыва во времени указала, что его не имеется, поскольку были представлены образцы с ДД.ММ.ГГГГ, время выполнения образцов и время выполнения исследуемых подписей приблизительно совпадали. Для исследования представлено более 100 образцов. В качестве сравнительного материала, использовались образцы, перечисленные на стр.5 заключения. Они сравнивали исследуемые подписи между собой, но поскольку там есть и совпадающие признаки, и различающиеся признаки, то однозначного ответа в выводе выполнены ли они одним лицом, дать не могут. Соответственно такого вывода в заключении нет. ФИО38, представленных в материалы дела, было достаточно для сравнительного исследования. Определенная устойчивость и вариационность в подписном почерке самого ФИО7 присутствует, вариационность есть всегда, главное, что различающиеся признаки выходят за пределы вариационности. Этап исследования общих признаков почерка проверяемого лица в заключении не отражен, поскольку по методике это было признано не имеющим смысла. С заключением первоначальной экспертизы она знакома. Полагает, что эксперт ФИО29 не выявила различающихся признаков, указав, что «различающихся признаков выходящих за пределы вариационности не выявлено». Когда проводится сравнение, прежде всего, исследуется, нет ли различающихся признаков, однако ФИО29 они не отмечены и не конкретизированы. Говорить о том, что проведенное заключение совпадает с заключением эксперта ФИО29, не верно. Подписи выполнены очень хорошо, никаких нарушений координации, это говорит о том, что либо был талантливый подражатель, либо предварительная тренировка, а может быть и то, и другое. Когда исполнитель на хорошей скорости начинает выполнять подпись за другое лицо, то он непроизвольно вносит какие-то признаки своего собственного почерка. Подражатель просто на такой высокой скорости не может отследить четко все признаки исполнителя. 

В обоснование возражений, выражая несогласие с проведенной судебной экспертизой, ссылаясь на заключение, проведенное 

<

данные изъяты>, истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 настаивал, что заключение экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ содержит процессуальные и деятельностные (операционные) ошибки и не соответствуют принципам объективности, всесторонности и полноты исследования, предусмотренным законодательством, регламентирующим судебно-экспертную деятельность, т.к. выполнено не в полном объёме (на всех стадиях исследования), содержит логические ошибки и выводы, не подтвержденные исследовательской частью заключения, в связи с чем, просил признать данное заключение подложным и исключить из числа доказательств на основании доводов, изложенных в заявлении об отводе экспертов от ДД.ММ.ГГГГ (т.6 л.113-121), заявлении о подложности от ДД.ММ.ГГГГ (т.6 л.193-205) с дополнением от ДД.ММ.ГГГГ (т.7 л.90-96), дополнительных возражениях от ДД.ММ.ГГГГ (т.7 л.106-117), дополнительных пояснениях от ДД.ММ.ГГГГ. 

Доводы стороны истца (ответчика по встречному иску) ФИО1 изложенные в перечисленных документах в данной части суд признает несостоятельными, в силу следующего.

В соответствии с положениями статьи 86 ГПК РФ экспертное заключение является важным видом доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса.

Выводы экспертов могут быть определенными (категоричными), альтернативными, вероятными и условными. Определенные (категорические) выводы свидетельствуют о достоверном наличии или отсутствии исследуемого факта.

Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами. Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Суд, вопреки доводам стороны истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, считает, что заключение экспертов ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России № от ДД.ММ.ГГГГ, в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 ГПК РФ, и оснований не доверять их выводам у суда не имеется. Эксперты имеют необходимую квалификацию, опыт экспертной деятельности (суд учитывает, что эксперты ФИО26 и ФИО27 имеют стаж экспертной работы по специальности с ДД.ММ.ГГГГ соответственно, эксперт ФИО26 является к.ю.н., имеет высшее химическое образование, в том время как эксперт ФИО30 имел на дату проведения исследования стаж экспертной работы по специальности 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ. Эксперты ФИО36 и ФИО37 имеют стаж работы по специальности с ДД.ММ.ГГГГ соответственно, являются заведующей и ведущим экспертом филиала РФЦСЭ при Минюсте России, осуществляющими научную деятельность, в том числе в части профессиональной переподготовки сотрудников иных учреждений, где, в том числе эксперт ФИО29, проходила профессиональную переподготовку (т.3 л.63)), не заинтересованы в исходе дела, предупреждены судом и руководителем экспертного учреждения об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Экспертизы проводились компетентным экспертным учреждением в соответствии со статьями 79, 84, 85,87 ГПК РФ, заключения экспертов отвечают требованиям статьи 86 ГПК РФ. Все поставленные судом на разрешение экспертов вопросы получили свое полное отражение в экспертных заключениях, выводы заключений являются четкими, однозначными и наряду с другими доказательствами по делу достаточны для разрешения судом возникшего между сторонами спора.

Из представленного в суд заключения судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, следует, что экспертами были сделаны выводы, в том числе о не соответствии подписи от имени ФИО7 в расписках от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ подлинной подписи, выполнение их не ФИО7, а другим лицом (лицами) с подражанием подписи ФИО7 после предварительной тренировки; а текст в расписке от ДД.ММ.ГГГГ с предварительной технической подготовкой путем перекопировки «на просвет» с текста (макета), при составлении которого использовались изображения отдельных фрагментов документов, в том числе расписок от имени ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ.

Доказательств того, что подписи от имени ФИО7 в расписках от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, выполнены самим ФИО7, материалы дела не содержат. Из заключения экспертов усматривается, что также подтверждено в ходе допроса экспертами ФИО26, ФИО27 и ФИО37, что подписи от имени ФИО7 в расписках от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ выполнены не самим ФИО7, а другим лицом (лицами) с подражанием подписи ФИО7 после предварительной тренировки, и путем перекопировки соответственно. 

Акты экспертных исследований № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненные ФБУ «Воронежский РЦСЭ» по результатам исследования расписки от ДД.ММ.ГГГГ; акты экспертных исследований № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненные ФБУ «Воронежский РЦСЭ» по результатам исследования расписки от ДД.ММ.ГГГГ, а также представленное заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленное ООО «Экспертно-консалтинговое бюро имени Матвеева», выполнены вне рамок дела, носят рекомендательный характер, выполнены по инициативе одной из сторон, проведены без исследования иных материалов дела, без исследования их полного объема, в связи с чем, не могут быть отнесены к числу относимых, допустимых и достоверных доказательств. 

Заключение судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленное ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, выполнено с учетом результатов первичной судебно-технической экспертизы документов и почерковедческой экспертизы; исследование осуществлено в отношение двух расписок от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, при проведении исследования экспертами Тульская ЛСЭ Минюста России, только расписки от ДД.ММ.ГГГГ, при этом проведение повторной экспертизы в части расписки от ДД.ММ.ГГГГ являлось именно наличие сомнений в обоснованности выводов первичных экспертиз. Данные обстоятельства подтверждены, как непосредственно текстом заключения экспертов (согласно описательной части стр.3-5 заключения), так и показаниями допрошенных экспертов ФИО26, ФИО27 и ФИО37, указавших на непосредственное использование в работе и ознакомление со всеми предоставленными судом документами, в том числе заключениями Тульская ЛСЭ Минюста России.

При этом, суд учитывает, что как следует из текстов заключений № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненных ФБУ Тульская ЛСЭ Минюста России, а также усматривается из материалов заключения судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленной ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, и подтверждено показаниями допрошенных экспертов ФИО26 и ФИО27, эксперт ФИО30, проводивший первичную техническую экспертизу расписки от ДД.ММ.ГГГГ, остановился на исследовании элементов и сделал выводы о том, что рукописный текст, подписи и записи в расписке от ДД.ММ.ГГГГ выполнены без предварительной технической подготовки путем срисовывания карандашом, передавливания, сведения через копировальную бумагу - таких штрихов на листе бумаги не было. Аналогичные выводы были сделаны и экспертами ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, и нашло подтверждение в заключении. Однако, в заключении первичной экспертизы, как следует из материалов дела и подтверждено показаниями экспертов не был исследован вопрос осуществления расписки от ДД.ММ.ГГГГ с предварительной технической подготовкой путем перекопировки «на просвет» с текста (макета). В связи с чем, экспертами ФИО26 и ФИО27, был выявлен другой способ технической подготовки расписки от ДД.ММ.ГГГГ, а именно перекопировка «на просвет». Суд также учитывает, что исследование ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, в отличие от исследования Тульской ЛСЭ Минюста России проводилось на основе более современных методических материалов, микроскопическим исследованием (микроскоп 

<

данные изъяты>, увеличение до 100), изучением магнитных свойств красящего вещества в штрихах печатного текста расписки соответствующим прибором, в то время как экспертом ФИО30 использовался микроскоп с увеличением до 24-х, что в 4 раза меньше увеличения использованного экспертами при проведении повторной экспертизы (т.6 л.11, т.2 л.177). 

Экспертами ФИО36 и ФИО37, также использовались более современные методические материалы (№, в отличие от эксперта ФИО29, использовавшей методики, изложенные в изданиях ДД.ММ.ГГГГ). В заключении ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, отражено, что проанализировать причины расхождения выводов настоящей и предыдущей экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ не удалось, поскольку вывод экспертом ФИО29 сформулирован без конкретизации различающих признаков. Кроме того, экспертами, проводившими первичные экспертизы, не был установлен факт выполнения текста расписки от ДД.ММ.ГГГГ путем обводки на просвет. Данные выводы подтверждены экспертом ФИО37, являющейся соавтором используемых методических материалов ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, указавшей, что эксперт ФИО29 не выявила различающихся признаков, отразив, что «различающиеся признаков выходящих за пределы вариационности не выявлено». Однако, при исследовании, прежде всего, определяется, нет ли различающихся признаков. Подписи выполнены очень хорошо, однако не учтено, что когда исполнитель на хорошей скорости начинает выполнять подпись за другое лицо, то он непроизвольно вносит какие-то признаки своего собственного почерка, подражатель просто на такой высокой скорости не может отследить четко все признаки исполнителя. Данные обстоятельства привели к выявлению 7 различающих признаков в расписке от ДД.ММ.ГГГГ, и 11 признаков в расписке от ДД.ММ.ГГГГ, учитывая, что категорический отрицательный вывод делается при наличии 4-5 таких признаков. 

Оценивая иные доводы, суд учитывает, что фальсификация доказательств подразумевает намеренное создание материальных носителей информации, содержащих сведения о фактах, в действительности места не имевших, либо искаженные сведения об имевших место фактах в целях их предоставления в материалы гражданского дела. Фальсификация доказательств состоит в сознательном искажении доказательств представляющим их лицом путем подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл доказательств, или ложных сведений. Таким образом, фальсификацией доказательств является неправомерное внесение изменений в уже существующий документ либо создание нового документа, содержащего заведомо ложные сведения.

В силу присущего исковому виду судопроизводства начала диспозитивности, эффективность правосудия обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (часть 3 статьи 123 Конституции РФ), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть 1 статьи 56 ГПК РФ), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Проведенная судебная экспертиза ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России не подтвердила доводы истица (ответчика по встречному иску) ФИО1 в части выполнения представленных расписок ФИО7, несогласие с указанными выводами не свидетельствует о фальсификации (подложности) заключения судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ.

Факт выполнения подписи или невыполнения подписи в расписках одним лицом, на выводы по существу дела не влияют, а также выводы представленной экспертизы не опровергают. 

Иных доказательств подложности за исключением их (истца и его представителей) пояснений суду не представлено. Само по себе заявление стороны о подложности (фальсификации, недопустимости) в силу статьи 186 ГПК РФ не влечет автоматического исключения такого доказательства из числа доказательств, собранных по делу, а также необходимости назначения повторной или дополнительной экспертизы и предложения сторонами представления иных доказательств, учитывая, что именно на сторонах лежит обязанность доказать наличие фиктивности конкретного доказательства.

Отвечающих требованиям главы 6 ГПК РФ доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы либо ставящих под сомнение их выводы, суду не представлено.

Представленное стороной истца ФИО1 заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленное 

<

данные изъяты> (т.6 л.151-179), относительно качества проведенной по делу судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, является субъективным мнением, оценочным суждением специалиста, который не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, получено вне рамок рассмотрения дела, не на основании определения суда, а по инициативе и по заказу ФИО1, и не содержит выводов, позволивших бы суду усомниться в компетенции экспертов ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, правильности проведенного ими исследования. Учитывая изложенное, заключение специалиста не может быть признано экспертным заключением, полученным в соответствии со статьями 79, 86 ГПК РФ, Федеральным законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и не является допустимым доказательством. Фактически в указанном заключении дается оценка заключению судебной экспертизы, однако согласно положениям статьи 5, части 1 статьи 67, части 1 статьи 196 ГПК РФ только суду принадлежит право оценки доказательств при разрешении гражданских дел и принятии решения. 

Заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, представленное стороной истца ФИО1, а также изложенные в нем доводы, по сути повторяют содержание ходатайств о подложности, также не является доказательством по делу, свидетельствующим о наличии оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 87 ГПК РФ для назначения по делу повторной экспертизы, поскольку содержит в себе суждение специалиста на действия экспертов и проведенную экспертизу и не содержит ответы на вопросы, поставленные в рамках проведения судебной экспертизы.

Суд отклоняет доводы стороны истца ФИО1 о том, что экспертами ненадлежащим образом произведено исследование, поскольку они исследовали, в числе прочих, иные документы не заявленные судом в качестве образцов, но имеющиеся в материалах дела, принадлежность подписи в которых стороны оспаривали.

Данный довод не может послужить основанием усомниться в правильности и соответствии нормам закона представленного заключения, а также не является основанием для назначения повторной экспертизы, а свидетельствует только о том, что экспертами без разрешения суда для экспертизы были взяты иные образцы. Как следует из определении о назначении экспертизы как в ФБУ Тульская ЛСЭ Минюста России, так и в ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, судом был указан совпадающий объем образцов подписи и почерка ФИО7, при этом представлены материалы гражданского дела не в 2-х, а в 4-х томах. Из пояснений экспертов ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, следует, что используемые образцы также сравнивались между собою, представленных образцов было более 100, и их количество являлось более чем достаточным, на выводы использование или неиспользование ряда из них не влияет. Суд также учитывает, что используемые и указанные в заключении образцы имелись в материалах дела, также были представлены экспериментальные образцы ФИО7 по гражданскому делу №, при этом данные эксперты ссылались на то, что указанных образцов было достаточно, чтобы сделать именно категоричный, а не вероятностный вывод. При этом, обнаруженных незначительных различий, достаточно для того, чтобы сказать, что использовалась перекопировка «на просвет». Оснований усомниться в достоверности показаний эксперта у суда не имеется, поскольку выводы эксперта согласуются с экспертным заключением.

Суд, оценив имеющееся в материалах дела заключение судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленное ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России считает, что изложенные в указанном заключении экспертов выводы научно обоснованы, логичны, непротиворечивы, четко отвечают на поставленные судом перед экспертом вопросы и основаны на всей совокупности имеющихся доказательств, считает его полным, подробным, мотивированным и научно обоснованным, составленным с учетом всей совокупности имеющихся в деле доказательств, подготовлено экспертами имеющим соответствующую квалификацию, а потому суд, оценив заключение по правилам ст. 67 ГПК РФ, относит его к числу относимых, допустимых и достоверных доказательств. 

Суд принимает заключение, ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России и полагает возможным положить его в основу решения, как соответствующее требованиям, предъявляемым законом. Выводы экспертов представляются суду ясными, понятными, экспертами были учтены все заслуживающие внимания факты, при проведении экспертизы, эксперты в полном объеме исследовали представленные на исследование документы. Экспертному исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал, методы, использованные при экспертном исследовании, и сделанные на основе исследования выводы обоснованы, не опровергнуты. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Достоверных доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы, выполненной ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, суду не представлено. В судебном заседании эксперты также дали исчерпывающие и полные ответы по возражениям стороны истца. Доказательств, отвечающих требованиям ст. ст. 59, 60 ГПК РФ, опровергающих или ставящих под сомнение заключение указанной судебной экспертизы, истцом не представлено.

Учитывая вышеизложенная, оценивая представленные доказательства исходя из положений гл.6 ГПК РФ, исходя из установленных обстоятельств, заключения подготовленные, ФБУ Тульская ЛЭС Минюста России, суд не принимает во внимание. 

В силу частей 1, 2 статьи 87 ГПК РФ в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту. В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Применяя положения указанной правовой нормы во взаимосвязи с положениями статьи 56 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что при заявлении ходатайства о назначении по делу повторной судебной экспертизы на участника судопроизводства ложится обязанность по указанию мотивов для назначения такой экспертизы.

Суд отмечает, что ходатайство стороны истца (ответчика по встречному иску) ФИО1 и его представителей о проведении повторной экспертизы не содержит оснований к ее проведению, предусмотренных статьей 87 ГПК РФ, в связи с чем, судом отказано в ее проведении.

Несогласие стороны с ранее полученным экспертным заключением, в том числе в части повторным, не является основанием для назначения повторной экспертизы. Кроме того, достаточность доказательств по делу, необходимых для правильного разрешения спора, определяет именно суд.

Таким образом, рассмотрев заявление истца (ответчика по встречному иску) ФИО1 и его представителей о подложности доказательств суд не находит оснований для их удовлетворения и, как следствие, признания заключения судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленного ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, недопустимым доказательством. 

Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, с учетом того, что эксперты ФИО26, ФИО37 и ФИО27 имеют соответствующие документы на проведение подобного рода экспертиз, в заключение экспертов содержится аргументированный анализ каждого вывода эксперта, последние не имеют личной заинтересованности или какой-либо предвзятости в отношении вовлеченных сторон, вопреки доводам стороны истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, при проведении экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, суд не усматривает оснований не доверять показаниям и выводам данных экспертов.

Выводы экспертов ФИО29, ФИО30, не основаны на результатах исследования доказательств, не в полной мере согласуются с данными соответствующих нормативно-справочных документов, в связи с чем, их объективность вызывает сомнение, а поэтому к числу допустимых и достоверных доказательств по делу их отнести нельзя.

Выводы эксперта ФИО35, а также его пояснения, учитывая аналогичное содержание выводов судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленное ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, в части невозможности дачи заключения, судом не принимаются во внимание, как не имеющие правового значения для рассмотрения настоящих споров.

Поскольку в данном случае для разрешения спора по существу требовались познания в области почерковедения и технических реквизитов документов по делу обоснованно назначено проведение комплексной экспертизы. Проведение повторной экспертизы комиссией экспертов, имеющей квалификацию и опыт работы в соответствующих областях, прав участников процесса не нарушает, указание на длительные сроки проведения экспертизы, на сделанные выводы в заключении не влияет, правового значения для разрешения спора не имеет. 

Оценивая иные доводы стороны истца ФИО1 и его представителей, в том числе, в части нарушения административно-территориального принципа, необоснованности перепоручения исследования, изменение вида экспертизы на комиссионную, не предупреждение экспертов об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, заинтересованность и аффлированность экспертов, нарушение сроков проведения экспертизы, нарушение методики проведения экспертизы, суд не принимает их во внимание по следующим основаниям.

Как следует из положений ст.14 Федерального закона Российской Федерации от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее по тексту ФЗ №73-ФЗ от 31.05.2001) руководитель обязан: по получении постановления или определения о назначении судебной экспертизы поручить ее производство конкретному эксперту или комиссии экспертов данного учреждения, которые обладают специальными знаниями в объеме, требуемом для ответов на поставленные вопросы; разъяснить эксперту или комиссии экспертов их обязанности и права; по поручению органа или лица, назначивших судебную экспертизу, предупредить эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, взять у него соответствующую подписку и направить ее вместе с заключением эксперта в орган или лицу, которые назначили судебную экспертизу; обеспечить контроль за соблюдением сроков производства судебных экспертиз с учетом дат, установленных судами при назначении судебных экспертиз, полнотой и качеством проведенных исследований, не нарушая принцип независимости эксперта.

В силу статьи 19 ФЗ №73-ФЗ от 31.05.2001 основаниями производства судебной экспертизы в государственном судебно-экспертном учреждении являются определение суда, постановления судьи, лица, производящего дознание, следователя. Судебная экспертиза считается назначенной со дня вынесения соответствующего определения или постановления.

Согласно ст.20 ФЗ №73-ФЗ от 31.05.2001 производство дополнительной судебной экспертизы, назначенной в случае недостаточной ясности или полноты ранее данного заключения, поручается тому же или другому эксперту. Производство повторной судебной экспертизы, назначенной в связи с возникшими у суда, судьи, лица, производящего дознание, следователя сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения по тем же вопросам, поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Комиссионная судебная экспертиза производится несколькими, но не менее чем двумя экспертами одной или разных специальностей. Комиссионный характер судебной экспертизы определяется органом или лицом, ее назначившими, либо руководителем государственного судебно-экспертного учреждения. Организация и производство комиссионной судебной экспертизы возлагаются на руководителя государственного судебно-экспертного учреждения либо на руководителей нескольких государственных судебно-экспертных учреждений (ст.21 указанного закона).

Указанные положения закона свидетельствуют о предоставлении права руководителю ГЭУ на определение комиссионного характера экспертизы, а также поручению экспертизы конкретной комиссии экспертов. Что не противоречит сути проведенного исследования, не свидетельствует о том, что экспертиза не носит комплексный характер, а также не влияет на выводы экспертов, и как следствие не свидетельствует о её незаконности. 

Доводы ФИО1, и его представителей, в части отвода экспертов, в силу их заинтересованности, взаимосвязи между экспертами и стороной ответчика по делу, аффилированности между стороной ответчика и экспертной организацией, не свидетельствуют о незаконности проведенного исследования, учитывая, что исходя из положений ст.ст.16-18 ГПК РФ, не подлежащей расширительному толкованию, те обстоятельства, на которые ссылается ФИО1, и его представители не могут быть признаны обоснованными, так как противоречат имеющимся материалам гражданского дела, ничем объективно не подтверждены. 

Суд, учитывает, что в силу положений ч.2 ст.79 ГПК РФ стороны, другие лица, участвующие в деле, имеют право просить суд назначить проведение экспертизы в конкретном судебно-экспертном учреждении или поручить ее конкретному эксперту; заявлять отвод эксперту; формулировать вопросы для эксперта; знакомиться с определением суда о назначении экспертизы и со сформулированными в нем вопросами; знакомиться с заключением эксперта; ходатайствовать перед судом о назначении повторной, дополнительной, комплексной или комиссионной экспертизы. 

При этом, именно суд определяет экспертное учреждение, которому может быть поручено исследование исходя и с учетом всех обстоятельств по делу, с учетом мнения явившихся лиц, участвующих в деле, а также обоснованности их правовой позиции, с целью правильного и своевременного рассмотрения и разрешения гражданского дела, а также ранее полученных судебных исследований, что и было осуществлено судом при поручении исследования ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, входящей в состав системы государственных экспертных учреждений Минюста России, как федеральный центр судебной экспертизы. При этом, суд учитывает, что оснований для заведомых сомнений в компетентности экспертов указанного учреждения представлено не было, также как и не было заявлено отводов экспертам до их допроса. 

Суд, также не соглашается с доводом стороны ФИО1 в части не предупреждения эксперта ФИО26 об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, направление новой расписки, после проведенного исследования, предупреждение экспертов ФИО36 и ФИО37 об ответственности по ст.307 УК РФ лишь ДД.ММ.ГГГГ, как обоснование признания заключения недопустимым доказательством. 

Как следует из материалов дела (т.6 л.2,3) к заключению эксперта, выполненному ФБУ РФЦСЭ Минюста России, приложены две подписки, на которых имеются подписи экспертов ФИО26, ФИО27, а также экспертов ФИО36 и ФИО37 (подписка датирована ДД.ММ.ГГГГ). 

Согласно ответу на запрос суда № от ДД.ММ.ГГГГ, представленного ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, (т.7 л.81-83) в части отсутствия указания эксперта ФИО26 в последнем абзаце подписки эксперта сообщено, что это является ошибкой, выявленной в процессе производства экспертизы, которая устранена. При этом в адрес суда направлена новая подписка, в последнем абзаце которой указана и фамилия ФИО26 

Одновременно суд полагает, что не указание фамилии эксперта ФИО26 в подписке эксперта первоначально представленной в материалы дела, не свидетельствует о том, что эксперт не была предупреждена об ответственности по ст.307 УК РФ. Эксперт ФИО26 в ходе допроса подтвердила, что она предупреждалась об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ. Также это следует и из содержания определения суда от ДД.ММ.ГГГГ, в котором суд предупреждает экспертов об уголовной ответственности предусмотренной ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Датирование подписки экспертов ФИО36 и ФИО37 лишь ДД.ММ.ГГГГ, также не может свидетельствовать о том, что указанные эксперты не были предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, учитывая, комплексный характер экспертизы, а также дату поступления материалов дела для производства экспертизы в части судебно-почерковедческого исследования. 

Согласно п.23 Приказа Минюста РФ от 20.12.2002 №347 «Об утверждении Инструкции по организации производства судебных экспертиз в судебно- экспертных учреждениях системы Министерства юстиции Российской Федерации» действительно на основании проведенных исследований с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дают письменное заключение и подписывают его. Подписи эксперта или комиссии экспертов удостоверяются печатью СЭУ. При этом необходимо оформлять заключение на бланке и постранично его визировать.

В силу ст.25 ФЗ №73-ФЗ от 31.05.2001 на основании проведенных исследований с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дают письменное заключение и подписывают его. Подписи эксперта или комиссии экспертов удостоверяются печатью государственного судебно-экспертного учреждения.

Также согласно ч.7 ст.11 ФЗ №73-ФЗ от 31.05.2001 государственные судебно-экспертные учреждения в обязательном порядке производят судебную экспертизу для органов дознания, органов предварительного следствия и судов, расположенных на территории, которая определяется соответствующими уполномоченными федеральными государственными органами. В случае невозможности производства судебной экспертизы в государственном судебно-экспертном учреждении, обслуживающем указанную территорию, в связи с отсутствием эксперта конкретной специальности, необходимой материально-технической базы либо специальных условий для проведения исследований судебная экспертиза для органов дознания, органов предварительного следствия и судов может быть произведена государственными судебно-экспертными учреждениями, обслуживающими другие территории.

Однако, указание стороной ФИО1 на отсутствие постраничного визирования заключения экспертов, нарушение территориального принципа, поручение исследования двум экспертным учреждениям, не свидетельствует о необоснованности сделанных выводов, и незаконности проведенного исследования, в силу следующего. 

Как следует из Устава ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, утвержденном Приказом №49 от 31.03.2014, целью деятельности центра является защита интересов государства, прав и свобод гражданина, прав юридического лица посредством проведения объективных научно обоснованных судебных экспертиз и экспертных исследований (п.2.1 Устава).

В силу пункта 2.2 Устава выполнение роли головного судебно-экспертного учреждения по научно-методическому обеспечению судебной экспертизы в судебно-экспертных учреждениях Минюста России.

Для достижения указанной цели и решения поставленных задач Центр: производит наиболее сложные первичные и повторные судебные экспертизы, которые не могут быть выполнены в других судебно-экспертных учреждениях Минюста России (п.2.5 Устава).

Пунктом 3.5 Устава установлено, что для осуществления возложенных задач Центр по согласованию с Минюстом России вправе создавать обособленные подразделения (филиалы, представительства), расположенные вне места расположения Центра в зоне территориального обслуживания, с внесением изменений в настоящий Устав. Филиал Центра создается, реорганизуется, ликвидируется и переименовывается на основании ходатайства Центра приказом Минюста России. Структурные и обособленные подразделения (филиалы, представительства) Центра не являются юридическими лицами.

Центр имеет филиал в Московской области по адресу: 

<

адрес> Филиал осуществляет свою деятельность от имени Центра. Имущество филиала учитывается на отдельном балансе и на балансе Центра. Ответственность за деятельность филиала несет Центр (пункты 7.1-7.3 Устава). 

Также, как усматривается из ответа на запрос суда № от ДД.ММ.ГГГГ, представленного ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, на первом листе заключения эксперта, указан юридический адрес РФЦСЭ (

<

адрес>), который совпадает с фактическим адресом лаборатории СТЭД РФЦСЭ, в связи с чем, указывать промежуточные адреса проведения различных этапов экспертизы представляется нецелесообразным (т.7 л.81-83). 

Кроме того, суд учитывает, что также подтверждено сообщением ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России № от ДД.ММ.ГГГГ, что инструкция по организации производства судебных экспертиз в ГСЭУ системы Минюста России не является обязательным к исполнению нормативно-правовым актом. В связи с чем, по согласованию со следственными органами, в РФЦСЭ была разработана новая инструкция по делопроизводству, требования которой не противоречат действующим процессуальным нормам. Согласно п.49 данной инструкции по РФЦСЭ от ДД.ММ.ГГГГ №, заключение эксперта подписывается экспертом только под текстом раздела «Выводы», при оформлении заключения эксперта, выполненного комиссией экспертов разных специальностей, подписи эксперта располагаются после соответствующих разделов, в которых они принимали участие. При этом само заключение прошивается.

Как следует из представленного исследования, заключение ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, пронумеровано, прошито и скреплено печатью, представленные подписки, исследовательская часть, выводы, приложения к заключению подписаны экспертами, и имеется оттиск печати учреждения. Экспертами выводы проведенных исследований подтверждены. 

Также, суд учитывает, что согласно ответу на запрос суда № от ДД.ММ.ГГГГ, представленного ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России (т.7 л.84), филиал по Московской области РФЦСЭ не является самостоятельным государственным судебно-экспертным учреждением, а входит в структуру экспертных подразделений РФЦСЭ. При этом в штате РФЦСЭ имеются аттестованные эксперты-почерковеды, которые являются штатными работниками РФЦСЭ, в связи с чем, на основании ст.14 ФЗ №73-ФЗ от 31.05.2001, руководитель учреждения имел право поручить производство экспертизы филиалу по Московской области РФЦСЭ, как обособленному подразделению. 

По запросу суда от ДД.ММ.ГГГГ, выяснялась возможность ФБУ РФЦСЭ при Министерстве юстиции России провести необходимый вид экспертизы (т.3 л.211). Согласно телефонограмме от ДД.ММ.ГГГГ, был получен ответ о возможности проведения соответствующих исследований (т.4 л.164), в связи с чем, доводы о не выяснении возможности конкретного экспертного учреждения провести необходимый вид экспертизы несостоятельны. 

Учитывая изложенные обстоятельства, приведенные в ходе рассмотрения дела доводы стороны истца ФИО1 не принимаются судом во внимание, как основанные на неверном толковании норм материального и процессуального права, установленным по делу обстоятельствам. 

Оценив в совокупности доказательства по делу, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований ФИО1 о взыскании долга по договору займа и процентов за пользование чужими денежными средствами в связи с тем, что представленная истцом (ответчиком по встречному иску) ФИО1 расписка от ДД.ММ.ГГГГ не может быть принята в качестве доказательства возникновения у ФИО7 обязательств по договору займа, поскольку не представилось возможным установить, кем выполнен рукописный текст и подпись в указанной расписке. Учитывая, что иных письменных доказательств наличия обязательств у ФИО7 истцом (ответчиком по встречному иску) ФИО1 в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Доводы стороны ответчиков по первоначальному иску о том, что у ФИО1 отсутствовали денежные средства для дачи в заем ФИО7 не имеют правового значения, исходя из презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений (п. п. 1,5 ст. 10 ГК РФ), вопрос об источнике возникновения принадлежащих ФИО1 денежных средств, по общему правилу не имеет значения для разрешения спора о взыскании задолженности, при этом суд считает его основанным на предположениях, и не подтверждается материалами дела. 

Надлежащим и допустимым доказательством по требованию о взыскании долга является факт заключения договора и получения денежных средств по нему. Указание на осуществление денежных переводов различными фирмами, обстоятельства, установленные в рамках иных гражданских дел, с участием в судебных заседаниях тех же представителей, суд не принимает во внимание, как не имеющие отношение к рассматриваемому делу. 

При таких обстоятельствах, с учетом объяснений сторон, данных в судебном заседании, представленных документов, в совокупности с указанным выше заключением судебной экспертизы, выполненной ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, и отсутствием допустимых доказательств, его опровергающих, суд приходит к выводу о том, что ФИО7 расписку от ДД.ММ.ГГГГ не подписывал, следовательно, его волеизъявление на получение от ФИО1 денежных средств в заем не было и каких-либо юридических последствий данный договор для него (ФИО39, а также наследников последнего) не порождает вследствие ничтожности сделки, являющейся недействительной в силу закона.

Учитывая, что подпись в расписке от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО7, выполнена не ФИО7, а другим лицом с подражанием подписи ФИО7 после предварительной тренировки, рукописный текст расписки, выполнен не ФИО7, а другим лицом, путем перекопировки «на просвет» с текста «макета», при этом текст в расписки выполнен с предварительной технической подготовкой путем перекопировки «на просвет» с текста (макета), оснований для взыскания с наследников ФИО7 задолженности по вышеуказанной расписке как с заемщика не имеется, в связи с чем, исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, о взыскании долга по договору займа, и как следствие процентов за пользование чужими денежными средствами, не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Рассматривая встречные исковые требования, суд учитывает, что согласно заключению экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненному ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России: подписи от имени ФИО7, расположенные в расписке от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО7 в получении от ФИО1 денежной суммы в размере 3 000 000 рублей в счет уплаты долга ниже текста после даты «ДД.ММ.ГГГГ» и слева от расшифровки подписи «ФИО7» выполнены не ФИО7, а другим лицом (лицами) с подражанием подписи ФИО7 после предварительной тренировки.

В соответствии с положениями статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3).

Таким образом, оценивая представленные по делу доказательства, выслушав лиц, участвующих в деле, допросив экспертов, оценив на предмет относимости и допустимости, суд приходит к выводу о том, что представленная ФИО1 расписка от ДД.ММ.ГГГГ в счет погашения долга по расписке от ДД.ММ.ГГГГ не свидетельствует о возврате долга ФИО7, иных доказательств истцом (ответчиком по встречному иску) ФИО1 не представлено.

Таким образом, суд не может признать в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства, погашения долга расписку от ДД.ММ.ГГГГ. Учитывая установленные обстоятельства, доводы стороны ФИО1 в указанной части являются несостоятельными, противоречащими установленным по делу обстоятельствам. 

Буквальное толкование текста договоров займа и расписки от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствует о наличии заемных правоотношений между ФИО1 и ФИО7 в отношении указанной в расписке суммы 3 000 000 руб. 

Из буквального содержания договора займа и расписки от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 получил от ФИО7 денежную сумму в размере 3 000 000 руб., и указанную сумму займа ФИО1 обязуется вернуть ФИО7 в срок, до ДД.ММ.ГГГГ. Следовательно, между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора займа, соблюдено требование к письменной форме договора, определенная сторонами конкретная денежная сумма получена ответчиком и подлежит возврату. В судебном заседании было установлено, что данную расписку ФИО1 написал собственноручно. 

Суд исходит из того, что в соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

Доказательств заключения договора займа под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения или стечения тяжелых обстоятельств ответчиком не представлено, также как не представлено доказательств и тому, что стороны по делу, при оформлении расписки, преследовали иную цель и имели волю на совершение другой сделки.

Суд приходит к выводу о том, что стороны вступили в гражданско-правовые отношения, вытекающие из совершения сделки займа денежных средств, при этом договор займа заключен между ФИО7 и ФИО1, а не между иными лицами. Целью договоров займа, исходя из их содержания, не было обеспечение обязательств по иным договорам, заключенным между юридическими лицами.

Доказательств, отвечающих критериям относимости, допустимости и достоверности в опровержение указанного факта, в нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, ответчиком не представлено, как и не представлено доказательств того, что заключая договор займа от ДД.ММ.ГГГГ, стороны на самом деле имели в виду иные правоотношения, и их намерения были направлены на достижение других правовых последствий. Суду не представлено также доказательств тому, что стороны преследовали общую цель совершить притворную сделку с целью прикрыть другую сделку.

Пояснения ФИО7 в ходе судебного процесса в Пролетарском районном суде г.Тулы по делу №, также не свидетельствуют об отсутствии долговых обязательств по расписке от ДД.ММ.ГГГГ. 

Статья 812 ГК РФ предусматривает, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (ст. 808 ГК РФ), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых - обстоятельств. Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от заимодавца, договор займа считается незаключенным. Когда деньги или вещи в действительности получены заемщиком от заимодавца в меньшем количестве, чем указано в договоре, договор считается заключенным на это количество денег или вещей (ст. 812 ГК РФ).

Определяя характер сложившихся между сторонами отношений, суд расценивает их вытекающими из договоров займа, полагая, что истцами представлены предусмотренные законом доказательства, подтверждающие факт заключения договоров займа, форма и содержание которых отвечают требованиям ст. ст. 807 - 812 ГК РФ, а также факт передачи денежных средств ответчику. При этом бремя доказывания обратного лежит на ответчике, которым не представлено достоверных и допустимых доказательств отсутствия намерения заключать договор займа и принимать обязательства по возврату долга. Доказательств существования между сторонами иных отношений, не основанных на займе, и послуживших основанием к выдаче расписки такого содержания, ответчиком суду также не было представлено.

Расписка заемщика является надлежащим доказательством, удостоверяющим факт заключения договора и факт передачи суммы займа. 

При этом, исходя из презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 5 и 3 ст. 10 ГК РФ), вопрос об источнике возникновения принадлежащих им денежных средств, по общему правилу, не имеет значения для разрешения гражданско-правовых споров.

Наличие подлинника расписки у истцов по встречным требованиям является надлежащим подтверждением договора займа.

Помимо взыскания основной задолженности истца по встречному иску, заявлено требование о применении к заемщику двух мер ответственности за просрочку возврата долга по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ: штрафа и пени, предусмотренных соглашением сторон.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать факт причинения ему убытков.

В силу императивного характера указанных положений можно сделать вывод, что неустойка является понятием, тождественным штрафу и пеням.

Следовательно, в силу буквального толкования статьи 330 ГК РФ можно предположить, что установление за одно и то же нарушение условий договора ответственности в виде одновременного взыскания и штрафа, и пеней не предусмотрено положениями ГК РФ.

Вместе с тем, пунктом 1 статьи 420 ГК РФ установлено, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с пунктом 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Таким образом, стороны договора вправе включить в текст договора условия, не предусмотренные законом.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 80 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Из изложенного следует вывод, что стороны договора вправе предусмотреть в тексте договора возможность одновременного взыскания за одно и то же нарушение договора и штрафа, и пеней. Штраф как неустойка - это определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору за неисполнение или ненадлежащее исполнение своего обязательства в заранее установленном размере или в процентном отношении к стоимости предмета исполнения; кроме того, штраф является однократно взыскиваемой суммой. Что же касается пени, то ее определяют как денежную сумму, которую должник обязан уплатить кредитору в процентном отношении к сумме просроченного платежа (невыполненного обязательства), и она исчисляется непрерывно, нарастающим итогом. То есть, пени и штраф являются хотя и тождественными, но применительно к данному случаю самостоятельными видами ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств, направленными на возмещение потерь кредитора. Установление в тексте договора по соглашению сторон сочетания единовременного штрафа и пеней, начисляемых за каждый день просрочки исполнения обязательства, не противоречит действующему законодательству и не свидетельствует о применении двойной ответственности за одно правонарушение.

При заключении договора займа от ДД.ММ.ГГГГ между сторонами было достигнуто соглашение о применении в случае нарушения срока исполнения обязательств вышеуказанных мер – штрафа и пени.

Размер штрафа, подлежащего взысканию с заемщика ФИО1, составляет 300 000 руб. (10% х 3 000 000 руб.); размер пени 13 320 000 руб. (3 000 000 руб. х 0,3% х 

<

данные изъяты> дней) с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, установленные обстоятельства применительно к положениям ст.ст. 140, 309-310, 323, 329 (п.1), 361-363, 394, 809, 810 (п.1), 811 (п.2), 813, 819 ГК РФ, приводят суд приходит к выводу о том, что факт неисполнения ФИО1 возложенных на него обязательств, выразившийся в непогашении задолженности по договору займа, а также невыплате пени и штрафа, нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Проверив расчет суммы задолженности по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ она составляет 16 620 000 руб. из которых: 3 000 000 руб. долг по расписке, 300 000 руб. – штраф; пени 13 320 000 руб. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, суд находит его верным и основанным на материалах дела.

В то же время стороной ответчика (истца по первоначальному иску) заявлено о пропуске истцом срока исковой давности. Разрешая вопрос о применении к требованиям ответчиков (истцов по встречному иску) о взыскании долга по договору займа, штрафа и пени истечения срока исковой давности, суд исходит из следующего.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Нормами ГК РФ установлено, что общий срок исковой давности составляет три года (часть 1 статьи 196 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Согласно п.26 Постановления предъявление в суд главного требования не влияет на течение срока исковой давности по дополнительным требованиям (статья 207 ГК РФ). Например, в случае предъявления иска о взыскании лишь суммы основного долга срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки продолжает течь.

Согласно пункту 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию.

Вместе с тем, если стороны договора займа (кредита) установили в договоре, что проценты, подлежащие уплате заемщиком на сумму займа в размере и в порядке, определяемых пунктом 1 статьи 809 ГК РФ, уплачиваются позднее срока возврата основной суммы займа (кредита), срок исковой давности по требованию об уплате суммы таких процентов, начисленных до наступления срока возврата займа (кредита), исчисляется отдельно по этому обязательству и не зависит от истечения срока исковой давности по требованию о возврате основной суммы займа (кредита).

Как усматривается из материалов наследственного дела, наследники приняли наследство в течение 6 месяцев после смерти ФИО7 путем подачи заявления нотариусу о принятии наследства ДД.ММ.ГГГГ, таким образом, к ним с момента принятия наследства перешли права и обязанности о взыскании денежных средств по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из текста расписки от ДД.ММ.ГГГГ и договора займа срок возврата денежной суммы по договору беспроцентного займа был определен не позднее даты ДД.ММ.ГГГГ, уже после смерти ФИО7

В силу пункта 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что по требованиям кредиторов об исполнении обязательств наследодателя, срок исполнения которых наступил после открытия наследства, сроки исковой давности исчисляются в общем порядке.

Как следует из представленного стороной истца договора займа, предельный срок возврата долга, предусмотренный договором – не позднее ДД.ММ.ГГГГ.

Судом достоверно установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО7 умер ДД.ММ.ГГГГ.

Из материалов наследственного дела № к имуществу ФИО7, умершего ДД.ММ.ГГГГ, следует, что срок принятия наследства истекал ДД.ММ.ГГГГ.

Сроки исковой давности по требованиям кредиторов наследодателя продолжают течь в том же порядке, что и до момента открытия наследства (открытие наследства не прерывает, не пресекает и не приостанавливает их течения).

Требования кредиторов могут быть предъявлены в течение оставшейся части срока исковой давности, если этот срок начал течь до момента открытия наследства.

По требованиям кредиторов об исполнении обязательств наследодателя, срок исполнения которых наступил после открытия наследства, сроки исковой давности исчисляются в общем порядке.

Как предусмотрено п.1 ст.1154 ГК РФ, наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства. 

По мнению суда, в данном конкретном случае именно в течение указанного шестимесячного срока наследники объективно могли или должны были узнать о составе наследства, а также об имуществе не вошедшем в состав наследства, в связи с чем день окончания данного срока одновременно является началом течения срока давности по заявленным требованиям. 

Следовательно, о нарушении своих прав по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, стало известно не позднее ДД.ММ.ГГГГ, а учитывая положения п.1 ст.1154 ГК РФ, в данном конкретном случае в течение указанного шестимесячного срока наследники объективно могли или должны были узнать о составе наследства, в связи с чем день окончания данного срока одновременно является началом течения срока давности по заявленным требованиям. 

Так как для наследников срок исковой давности исчисляется в общем порядке, то он составляет для данной категории дел 3 года, таким образом, срок исковой давности начал течь для наследников ФИО7 с ДД.ММ.ГГГГ и истек ДД.ММ.ГГГГ. 

Стороной истца (ответчиков по первоначальному иску) заявлено ходатайство о восстановлении срока, поскольку по объективным причинам у наследников информации о наличии такой задолженности не имелось, в связи с отсутствием самой расписки; предпринять меры по поиску расписок не представлялось возможным, поскольку каких-либо реестров не велось; просит учесть добросовестность поведения наследников ФИО7, как в плане принятия наследства, так и в плане заявления требований о взыскании всех выявленных долгов со стороны кредиторов наследодателя; и недобросовестность ФИО1 

Возражая против восстановления срока, сторона ответчика по встречному иску ФИО1 указывает, что только ФИО3 стало известно о нарушении ее права ДД.ММ.ГГГГ после получения расписки от нотариуса г.Тулы ФИО9, и это не является доказательством свидетельствующим об уважительной причине пропуска срока исковой давности.

Действительно из содержания искового заявления усматривается, что только ФИО3 не обладала информацией о наличии заключенного договора займа от ДД.ММ.ГГГГ, доводов и оснований, подтверждающих, что остальные наследники не располагали сведениями о заключенном договоре займе от ДД.ММ.ГГГГ не представлено, следовательно, наследники ФИО2 и ФИО4, действующая в интересах ФИО5 знали об указанном договоре, что также подтверждается, представленными ДД.ММ.ГГГГ копий документов - расписки датированной ДД.ММ.ГГГГ и копии договора займа от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со ст.203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. 

Со встречным исковым заявлением истцы (ответчики по встречному иску) обратились лишь ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении срока исковой давности.

Согласно ст.205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите.

В качестве уважительных причин пропуска срока исковой давности представители истцов по встречному иску ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5 сослались на показания свидетеля ФИО33, которая пояснила, что документы - оригинал расписки и договор она нашла, когда стала разбирать учредительные документы при ликвидации ООО «Ваш бухгалтер», в котором она занимала должность бухгалтера и направила их в ДД.ММ.ГГГГ нотариусу ФИО9

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО33, указала, что с семьей Р-вых, а также с ФИО7 она знакома с ДД.ММ.ГГГГ, они вместе работали, ФИО1 видела, но напрямую с ним не общалась, он приходил в офис компании «Ваш бухгалтер». ДД.ММ.ГГГГ она разбиралась у себя в документах, и на полке с уставными документами в офисе, обнаружила расписку и договор, заключенный с ФИО1 В ДД.ММ.ГГГГ об этом она сообщила ФИО34, предоставила ему копию расписки. Данную расписку она ему не отдала, поскольку он не является прямым наследником, а направила через нотариуса по совету подруги. 

Оценивая показания допрошенного свидетеля ФИО33, суд приходит к следующему. Показания свидетеля ФИО33 с достоверностью не подтверждает факт того, что ФИО3, ФИО2 и ФИО4, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО5, узнали о наличии расписки от ДД.ММ.ГГГГ, именно в ДД.ММ.ГГГГ. Не свидетельствует об этом и документы, представленные нотариусом ФИО9 (т.3 л.194-207), из которых усматривается лишь факт обращения ФИО33 с заявлением о передаче расписки от ДД.ММ.ГГГГ, и последующие действия нотариуса по отправлению соответствующего документа. 

С учетом изложенного, суд не может принять показания вышеуказанного свидетеля, а также представленные нотариусом г.Тулы ФИО9 документы в качестве надлежащих доказательств, подтверждающего или опровергающего факт времени, когда ответчики (истцы по встречному иску) узнали о нарушенном праве.

Кроме того, показания данные свидетелем ФИО33, и представленные нотариусом документы, не являются теми исключительными обстоятельствами, которые в силу ст.205 ГК РФ влекут восстановление срока на обращение в суд с иском, учитывая, что причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Доводы стороны истца по встречному иску (ответчика по первоначальному иску) об отсутствии информации о наличии задолженности по расписке от ДД.ММ.ГГГГ, невозможности поиска расписки в связи с отсутствием реестров, указание на недобросовестность поведения ФИО1 и добросовестность поведения наследников, объективно ничем не подтверждены, опровергаются исследованными доказательствами по делу, и как следствие, учитывая вышеизложенные обстоятельства, не могут служить доказательствами уважительности причин пропуска срока. 

Поскольку доказательств уважительности пропуска срока исковой давности, носящих исключительный характер и препятствующих обращению истца в суд за защитой нарушенных прав, не представлено, суд не находит законных оснований для восстановления ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, пропущенного срока исковой давности.

Утверждение представителя истцов (ответчиков по встречному иску) о том, что в данном случае надлежит исходить из десятилетнего срока исковой давности, который на момент обращения с иском в суд не пропущен, необоснованно.

Положениями п. 2 ст. 196 ГК РФ, в редакции Федерального закона от 7 мая 2013 г. N 100-ФЗ, установлено, что срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

Началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных п. 1 ст. 181 и абз. 2 п. 2 ст. 200 ГК РФ является день нарушения права.

Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.

Таким образом, п. 2 ст. 196 ГК РФ устанавливает абсолютный пресекательный срок исковой давности, равный десяти годам, начинающий течь со дня нарушения права. При этом начало течения указанного срока связано не с моментом осведомления лица о нарушении права, как это имеет место во всех иных случаях, а с моментом нарушения права.

Установление такого регулирования связано с обеспечением общего режима правовой определенности и стабильности правового положения субъектов права. Так, срок исковой давности, как пресекательный юридический механизм, являясь пределом осуществления права, преследует цель стабильности сложившегося в течение достаточного времени правового положения.

Таким образом, в случае, когда момент нарушения права определяется по правилам абз.1 п. 2 ст. 200 ГК РФ, а также отсутствует письменное признание должником своего долга совершенное по истечении трехлетнего срока исковой давности, но в пределах десятилетнего срока исковой давности, к отношениям сторон применяются трехлетние сроки исковой давности, исчисляемые с момента окончания срока исполнения обязательства.

В соответствии с ч.2 ст.199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пленум ВС РФ в пункте 15 Постановления от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснил, что течение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требований только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

При указанных обстоятельствах, учитывая наличие в материалах дела заявления истца (ответчика по встречному иску) о пропуске истцом срока исковой давности и отсутствии оснований для признания уважительными причин пропуска срока исковой давности, суд считает необходимым в удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5 к ФИО1 о взыскании долга по договору займа, штрафа и пени, отказать. 

При таких обстоятельства, суд приходит к выводу, что ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, пропущен срок исковой давности для предъявления соответствующих требований к ФИО1 о взыскании долга по договору займа, штрафа и пени, доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности по указанному требованию истец суду не представил, что является самостоятельным основаниям для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований, в связи с чем, правовых оснований для удовлетворения требований ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5 о взыскании долга по договору займа, штрафа и пени, с учетом изложенного не имеется. 

Иные доводы стороны истца (ответчика по встречному иску), указанные в обоснование своих возражений, а также приведенные в судебном заседании, в том числе со ссылкой на судебную практику не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела, опровергаются имеющимися в деле доказательствами.

Иные указанные доводы сторон в части подтверждения заявленных первоначальных и встречных исковых требований, основаны на ошибочном толковании норм материального права, регулирующие спорные правоотношения, направлены на иную оценку установленных по делу обстоятельств и представленных в их подтверждение доказательств, в связи с чем, судом во внимание не принимаются. 

Учитывая установленные по делу обстоятельства, поскольку в удовлетворении первоначальных и встречных исковых требований судом отказано в полном объеме, оснований для взыскания с ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5 в пользу ФИО1, судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 60 000 руб., а также о взыскании с ФИО1 в пользу ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5 расходов по уплате государственной пошлины в сумме 30 000 руб. у суда также не имеется. 

При таких данных, в удовлетворении заявленных первоначальных исковых требований ФИО1, а также встречных исковых требований ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, надлежит отказать в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 -199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, о взыскании долга по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами, отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО5, к ФИО1 о взыскании долга по договору займа, штрафа и пени, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Центральный районный суд г.Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 30 октября 2020 года.

Председательствующий (подпись) Е.А. Новиков

Копия верна.

Судья_____________________ 

Секретарь__________________ 

«____»______________20____. 

УИД:______________________

Подлинный документ подшит в деле № Центрального районного суда 

<

адрес>.