КОПИЯ

Дело № 2-2225/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 сентября 2017 года Октябрьский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Кулинченко Ю.В.,

при секретаре Камсюк Д.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчиков и третьего лица ФИО2,

помощника прокурора Тайдонова Н.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов России, Управлению Федеральной службы исполнения наказания России по Томской области о компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Управлению Федеральной службы исполнения наказания России по Томской области (далее по тексту УФСИН), в котором просит взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 300000 руб., причиненного содержанием в ненадлежащих условиях в СИЗО-1 г. Томска.

В обоснование иска указано, что истец в период с 11.04.2008 по 19.08.2009 содержался в следственном изоляторе № 1 г. Томска в разных камерах в ненадлежащих условиях, а именно: при несоблюдении нормы санитарной площади в размере 4 кв.м. на одного человека, что приводило к конфликтам с сокамерниками, чувство тесноты и дискомфорта вызывало нервозность. Отсутствовала вентиляция и естественное освещение, на окнах камер были установлены металлические конструкции, не позволяющие свободно открыть форточку, в камерах было сыро, и присутствовал запах прелости; пол был бетонный, а кровати 3-х ярусные; санузел не оборудован, а завещан с одной стороны занавеской, вместо положенной 1,5 м. перегородки, что вызывало чувство дискомфорта и стыда, незащищенности. В карцерах была установлена чаша «генуа», отсутствовала перегородка, раковина для личной гигиены, что приводило к появлению бельевых клещей и чесотки. 

Определением судьи Октябрьского районного суда г. Томска от 29.08.2017 в качестве соответчика по делу была привлечена Российская Федерация в лице Федеральной службы судебных приставов России, а третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, - Управление Федерального казначейства по Томской области. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительно пояснил, что помнит только несколько камер, в которых он содержался: № 8, 9, 96, 374. В результате ненадлежащих условий содержания у него имелось заболевание чесотка. Подтвердить данные обстоятельства, в том числе ненадлежащие условия содержания он не может. 

Представитель ответчика Федеральной службы исполнения наказаний России и Управления ФСИН России по Томской области ФИО2 иск не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях, доводы которых сводятся к тому, что предоставить информацию о номерах камер, количестве квадратных метров на одного человека, а также о соответствии наполняемости камер, количеству спальных мест, условиях содержания, в указанные периоды содержания истца не представляется возможным, в связи с уничтожением учётной документации - камерных карточек. ФИО1, имея возможность осуществить защиту своих прав, предусмотренными гражданским законодательством способами защиты, на протяжении длительного периода времени в суд с данным иском не обращался. Не обращение в суд в разумные сроки привело к невозможности представления документации вследствие ее уничтожения в результате явлений природного характера, что могло бы подтвердить или опровергнуть обстоятельства, на которые ссылается истец в качестве основания своего обращения. 

Отмечает также, что ФСИН России не является ответчиком по делу, так как финансирование ФСИН России на оплату расходов истцам по искам о возмещении компенсации морального вреда, причиненного в результате содержаний в ненадлежащих условиях в местах лишения свободы, на законодательном уровне не предусмотрено.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего, что в исковых требованиях следует отказать в связи с недоказанностью обстоятельств, изложенных в исковом заявлении, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации в силу статьи 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По тем же правилам возмещается причиненный моральный вред - физические и нравственные страдания. 

При этом следует отметить, что возмещение морального вреда за счет казны Российской Федерации по указанной норме права возможно только в случае доказанности виновных незаконных действий (бездействия) должностных лиц, повлекших за собой причинение такого вреда.

В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как указывал Европейский Суд по правам человека в постановлении от 10.01.2012 по делу «ФИО3 и другие против Российской Федерации», утверждения о жестоком обращении должны быть подкреплены соответствующими доказательствами.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО1 в период с 11.04.2008 по 19.08.2009 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, что также подтверждается справкой ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области № 72/ТО/7/9-ОГ-166 от 22.03.2017. 

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Данным законом как в редакциях, действовавших в рассматриваемые периоды содержания истца под стражей, так и в ныне действующей редакции установлено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (статья 4); в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации; обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15); подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием; лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан; администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (статья 24). Подозреваемые и обвиняемые обязаны соблюдать порядок содержания под стражей, установленный настоящим Федеральным законом и Правилами внутреннего распорядка, проводить уборку камер и других помещений в порядке очередности (статья 36).

Согласно пункта 5 статьи 23 ФЗ "О содержании под стражей, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" норма площади в камере на одного человека устанавливается в размере 4 кв.м.

Пунктами 42-45 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно - исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденных приказом Минюста Российской от 14.10.2005 N 189, действовавших в рассматриваемый период содержания истца под стражей, установлено, что камеры СИЗО оборудуются одноярусными или двухъярусными кроватями, вентиляционным оборудованием (при наличии возможности), - напольной чашей (унитазом), умывальником. Не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе. При отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Санитарно-эпидемиологические требования к общественным помещениям определены Санитарными правилами и нормами «Гигиенические требования к инсоляции и солнцезащите помещений жилых и общественных зданий и территорий. СанПиН 2.2.2/2.1.1.1076», введенными в действие постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 25.10.2001 № 29. В соответствии с данными Санитарными правилами помещения общественных зданий должны иметь окна, обеспечивающие надлежащую инсоляцию, т.е. облучение поверхностей и пространств прямыми солнечными лучами, что оказывает оздоравливающее влияние на среду обитания человека.

Согласно нормам проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденных приказом Министерства юстиции от 28.05.2001 №161-дсп (СП 15-01 Минюста России). Пунктом 9.10 данных норм установлено, что полы в камерных помещениях следует предусматривать дощатые беспустотные с креплением к трапециевидным лагам, втопленным в бетонную стяжку по бетонному основанию. Полы в камерах по периметру помещений следует крепить деревянными брусьями на болтах.

Согласно справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области № 72/ТО/7/4-1688 от 12.09.2017 предоставить информацию о номерах камер, количестве квадратных метров на одного человека, а также о соответствии наполняемости камер количеству спальных мест в периоды содержания истца в учреждении не представляется возможным в связи с уничтожением учетной документации – камерных карточек вследствие чрезвычайных обстоятельств природного характера. По прибытии в следственный изолятор истец был обеспечен постельными принадлежностями, столовой посудой и гигиеническими предметами. Все камеры ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области оборудованными в соответствии со ст. 23 Федерального Закона №103 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений» от 1995г., и п.п. 40 - 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утверждённых приказом МЮ РФ № 189 от 14.10.2005г., в соответствии с приказом ФСИН России № 407 от 26 июля 2007 года «Об утверждении Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России», приказа № 189 от 14 октября 2005 года МЮ РФ «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов УИС».

Из представленных актов от 20.10.2016, утвержденных начальником ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, камерные карточки за период до 13.07.2011 и номенклатурные дела за период с 2005 по 2010 года уничтожены как не имеющие научно-историческую ценность и утратившие практическое значение. 

В исковом заявлении истец указывает на обстоятельства, послуживших основанием искового заявления, однако в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представляет доказательств, указанным обстоятельствам. 

А именно, истец в тексте искового заявления ссылается на то, что камеры были переполнены, и не соблюдалась установленная норма площади 4 кв.м. на одного человека. 

Однако доказательств, указанному обстоятельству, в ходе судебного разбирательства судом не представлено, установить, в каких именно камерах содержался истец, не представляется невозможным в связи с уничтожением документации.

Истец указывает, что в камерах отсутствовала вентиляция и естественное освещение, однако согласно представленной справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области № 72/ТО/7/4-1688 от 12.09.2017 камера оснащены принудительным вентиляционным оборудованием, находящимся в технически исправном состоянии со следующими техническими характеристиками: индекс вентилятора - В.ЦЧ-75-4, относительный диаметр рабочего колеса Дн - 1,05, электродвигатель: тип - УА112М2, мощность- 7,5 кВт, стота вращения - 2900 об/мин., производительность в рабочей зоне 10 м куб./ч - 8,94 м.куб./ч, давление в рабочей зоне, Па - 2226-1382, максимальный полный КПД - 0,811, суммарный уровень звуковой мощности - 102 дб., масса электродвигателя - 53,4 кг. Включение вентиляции на режимных корпусах производится согласно графика, утверждённого начальником учреждения. Оконные рамы в камерах изготовлены из дерева и оборудованы форточкой, что предполагает естественную вентиляцию камер. Указанное соответствует санитарными правилами и нормами «Гигиенические требования к инсоляции и солнцезащите помещений жилых и общественных зданий и территорий. СанПиН 2.2.2/2.1.1.1076».

Доступ к форточке обеспечен путём оборудования во внутренней отсекающей решетке ячейки размером 10 х 15 см. В камерах имеются окна, которые были оборудованы в соответствии с приказом ФСИН России № 407 от 26 июля 2007 года «Об утверждении Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России». Размеры оконных проёмов составляли 1 X 0,8 м., решётка оконная камерная наружная имеет каркас из стальной полосы сечением 60 X 12мм., решётчатое заполнение выполнено из стального прутка диаметром 20мм. и стальных полос сечением 60 X 12мм., размеры ячеек не превышают 100 X 200мм. Решётка оконная камерная внутренняя выполнена из стального прутка диаметром 10 мм, размеры ячеек не менее 50 х 50 мм. Имелась возможность для чтения и письма при естественном освещении камеры в дневное время. Также камеры были оснащены светильниками дневного и ночного освещения, в них установлены лампочки мощностью: дневное освещение - 100 Вт.; ночное освещение - 40 Вт. на основании приказа № 189 от 14 октября 2005 года МЮ РФ «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов УИС». Доказательств обратному, в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено.

Довод истца о том, что в камерах была установлена металлическая конструкция, которая не позволяла свободно открывать форточку, судом отклоняется в связи с тем, что согласно указанной справке № 72/ТО/7/4-1688 от 12.09.2017 металлические полосы и иные предметы, препятствующие естественному освещению и вентиляции, отсутствовали. Доказательств в подтверждение доводов о создании имеющегося металлического каркаса на окнах препятствий доступу естественного освещения и свежего воздуха истцом в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса не представлено.

Истец также ссылается в исковом заявлении на отсутствие оборудованного санузла, был занавешен только занавеской с одной стороны.

Как указано в справке № 72/ТО/7/4-1688 от 12.09.2017 проход к санузлу отгорожен ширмой из плотной материи; (младшим инспекторам, осуществляющим надзор через смотровой «глазок», и лицам, находящимся в камере, процесс отправления естественных надобностей не виден).

Кроме того, положения ФЗ № 103-ФЗ от 15.07.1995 не содержат запрета на оборудование санузлов ширмами. 

Таким образом, доказательств несоблюдения норм приватности санузла в камерах ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области истцом не представлено. 

Помимо указанного истец ссылается на то, что в карцерах санузел также не был оборудован, была установлена чаша «генуа», отсутствовали перегородка, умывальник. В ходе судебного заседания истец пояснил, что установленная в санузле чаша «генуа» его устраивала, отсутствовал лишь умывальник. Однако доказательств этому, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представил, как и не представил доказательств возникновение у него заболевания, о котором он говорит в иске, в результате ненадлежащих условий содержания.

Согласно же представленной справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области камеры были оборудованы раковиной, водопроводным краном с холодной водой (доставка горячей воды производится по просьбе лиц, содержащихся под стражей, из столовой учреждения); так же в камерах были бытовые электрокипятильники. 

Истец в ходе судебного заседания также пояснял, что им в адрес администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области высказывались замечания по условиям его содержания, однако доказательств этому он представить не может. 

В справке, представленной ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, указано, что за время нахождения истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области каких-либо замечаний и претензий по предъявляемым исковым требованиям им не высказывалось. Жалоб и заявлений, как устных, так и письменных) по вопросам содержания от него не поступало. 

Таким образом, в судебном заседании не нашли подтверждения доводы истца о его содержании в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области в ненадлежащих условиях, нарушении его личных неимущественных прав.

Суд обращает внимание на то, что по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

ФИО1, имея возможность осуществить защиту своих прав предусмотренных гражданским законодательством, способами защиты, на протяжении длительного периода времени в суд с данным иском не обращался. Необращение в суд в разумные сроки привело к невозможности исследования судом вследствие уничтожения документов, которые могли бы подтвердить или опровергнуть юридически значимые обстоятельства.

Таким образом, имеются основания расценивать действия истца по длительному необращению с иском как злоупотребление своим правом.

Обращение истца по настоящему делу за компенсацией последовало более чем через 8 лет после 19.08.2009, что само по себе свидетельствует о небольшой степени значимости для заявителя исследуемых обстоятельств. Продолжительный срок не только доказывает факт отсутствия у ФИО1 надлежащей заинтересованности в защите своих прав, но и утрату для него с течением времени актуальности их восстановления.

Временной критерий приемлемости жалоб, в частности жалоб на ненадлежащие условия содержания в местах лишения свободы, используется и в практике Европейского суда по правам человека. Так, по аналогичным делам Европейским судом сформулировано правило о шестимесячном сроке для обращения в жалобой, который начинает течь с момента окончания последнего нахождения заявителя под стражей в одном и том же исправительном учреждении при одних и тех же нарушающих его права условиях (постановление от 16.01.2007 по делу «Солмаз против Турции», от 10.01.2012 по делу «ФИО3 и другие против Российской Федерации»).

Таким образом, своим недобросовестным поведением истец способствовал уменьшению объема доказательственной базы по делу, что само по себе свидетельствует о степени значимости для истца исследуемых обстоятельств.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 – 199, 233 - 235 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России, Управлению Федеральной службы исполнения наказания России по Томской области о компенсации морального вреда оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г.Томска.

Судья: /подпись/

Копия верна

Судья: Кулинченко Ю.В. 

Секретарь: Камсюк Д.А. 

Оригинал находится в деле № 2-2225/2017 Октябрьского районного суда г. Томска