44у-43/19

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Кировского областного суда

г. Киров 26 июня 2019 года

Президиум Кировского областного суда в составе: 

председательствующего Егорова К.И.,

членов президиума Ембасинова И.В., Кочкиной Е.А., Сидоркина И.Л., 

ФИО2

при секретаре Пужицкер А.Д.

рассмотрел кассационную жалобу осужденного ФИО1 на приговор Ленинского районного суда г. Кирова от 25 июля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Кировского областного суда от 20 сентября 2018 года. 

Приговором Ленинского районного суда г. Кирова от 25 июля 2018 года 

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, судимый:

1) 27 июля 2015 года Слободским районным судом Кировской области по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы,

2) 24 сентября 2015 года Слободским районным судом Кировской области по ч. 2 ст. 228, ч. 5 ст. 69 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы; освобожден 12.07.2016 постановлением Индустриального районного суда г.Ижевска УР условно-досрочно на 8 месяцев 22 дня,

осужден:

- по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 10 годам лишения свободы,

- по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам лишения свободы.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено наказание в виде 10 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО1 изменена с домашнего ареста на заключение под стражу, осужденный взят под стражу в зале суда.

Срок отбытия наказания постановлено исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ) в срок наказания зачтено время задержания ФИО1 под стражей и под домашним арестом в качестве меры пресечения в период с 26 января 2018 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей и домашнего ареста за один день отбывания наказания в виде лишения свободы. 

По делу разрешена судьба арестованного имущества и вещественных доказательств. 

ФИО1 осужден за незаконный сбыт и за покушение на незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере. 

Преступления совершены в период с 

<

дата> по 

<

дата> в 

<

адрес>. 

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Кировского областного суда от 20 сентября 2018 года приговор оставлен без изменения.

В кассационной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда ввиду неправильного применения уголовного закона в части квалификации его действий как совокупности преступлений, поскольку, по его мнению, имело место единое продолжаемое преступление, направленное на сбыт наркотического средства, которое он не смог довести до конца, поскольку в процессе раскладывания наркотического средства по тайникам был задержан сотрудниками полиции. Отмечает, что все наркотическое средство было изъято из оборота и считает, что его действия неверно квалифицированы по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как оконченное преступление. Просит судебные решения изменить, переквалифицировать все его действия на ч.3 ст. 30, ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и снизить наказание до 8 лет лишения свободы. 

Заслушав доклад судьи Каштанюк С.Ю., объяснения осужденного ФИО1 в режиме видеоконференц-связи и защитника – адвоката ФИО21, поддержавших доводы кассационной жалобы осужденного, мнение заместителя прокурора Кировской области Гаврилова А.Ю. об изменении состоявшихся по делу судебных решений, президиум

УСТАНОВИЛ:

В соответствии с ч. 1 ст. 40115 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона. 

Выводы суда о доказанности вины осужденного ФИО1 в совершении действий, направленных на незаконный сбыт наркотических средств с использованием сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в приговоре, в том числе: показаниями самого ФИО1, показаниями свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 (сотрудников полиции), ФИО14, ФИО15 (понятых), ФИО16, ФИО17, протоколом личного досмотра ФИО1, протоколами осмотров мест происшествия, протоколами осмотра предметов, выводами заключений экспертиз и осужденным в кассационной жалобе не оспариваются. 

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Как следует из установленных судом и приведенных в приговоре обстоятельств дела, в период с 

<

дата> по 

<

дата> ФИО1, посредством использования Интернет-ресурсов, вступил в преступный сговор с неустановленным следствием лицом на незаконный сбыт наркотических средств. Согласно достигнутой договоренности о своей роли в совершении преступления ФИО1 должен был получать из сообщенных неустановленным лицом сокрытых мест подготовленные к сбыту наркотические средства, размещать их в одиночных тайниках, адреса которых (их описание и фотографии) направлять через сеть Интернет неустановленному лицу для последующего сообщения о них покупателям наркотиков. 

<

дата> в указанном неустановленным лицом месте ФИО1 забрал расфасованное в пакеты и помещенное в полимерные трубки вещество, содержащее в своем составе наркотическое средство – производное N-метилэфедрона – ?-пирролидиновалерофенон, в тот же день наркотическое средство в 6 свертках общим количеством 3,26 грамма разложил в тайники-«закладки» в гаражных массивах г.Кирова, места тайников сфотографировал для последующей передачи посредством сети Интернет неустановленному лицу, однако 

<

дата> указанные свертки с наркотическим средством, после задержания ФИО1 сотрудниками полиции, были изъяты в ходе осмотра мест происшествия, а также в ходе личного досмотра ФИО1 у него были изъяты предназначенные для сбыта 12 пакетов с наркотическим средством в количестве 6,49 грамма. 

Указанные действия ФИО1 суд квалифицировал по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере (по факту сбыта наркотических средств 

<

дата>) и по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере (по факту задержания и обнаружения наркотического средства 

<

дата>).

Квалифицируя действия осужденного по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, суд указал, что 

<

дата> ФИО1 была выполнена объективная сторона инкриминируемого преступления, разместив наркотические средства в приисканные тайники, он выполнил отведенную ему роль в преступном соучастии, а получение наркотических средств было возможно приобретателями и иным, в том числе случайным путем. 

Между тем, как следует из показаний осужденного ФИО1, положенных в основу приговора, он посредством интернет-переписки договорился выполнять функцию «закладчика» наркотических средств, а именно: получив оптовую партию наркотических средств, размещать их по одиночным тайникам, адреса которых сообщать через сеть Интернет оператору. 

<

дата> ему сообщили адрес тайника с оптовой «закладкой», 

<

дата> он забрал оттуда наркотические средства, которые были расфасованы в полимерные пакеты и помещены в полимерные трубки, в этот же день разместил 6 пакетов с наркотическими средствами в тайники в различных гаражных массивах города, места тайников сфотографировал для последующей передачи их оператору, оставшиеся 12 пакетов с наркотическими средствами были у него при себе, он решил разместить их по «закладкам» на следующий день, после чего отправить координаты всех организованных тайников оператору. Однако 

<

дата> автомобиль, которым он управлял, был остановлен инспекторами ДПС ГИБДД, его доставили в полицию, где в ходе личного досмотра находившиеся при нем наркотические средства были обнаружены и изъяты. После этого он добровольно рассказал сотрудниками полиции о местах нахождения тайников с наркотиками. 

Квалифицируя действия ФИО1 по размещению им наркотических средств в тайники 

<

дата>, как оконченное самостоятельное преступление, предусмотренное п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, суд оставил без надлежащей оценки следующие обстоятельства, которые могли повлиять на выводы суда.

В п.п. 13-13.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2006 № 14 (ред. от 16.05.2017) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» разъясняется, что под незаконным сбытом наркотических средств следует понимать незаконную деятельность, направленную на их возмездную либо безвозмездную реализацию другому лицу – приобретателю.

Незаконный сбыт следует считать оконченным преступлением с момента выполнения лицом всех необходимых действий по передаче приобретателю указанных средств независимо от их фактического получения приобретателем. При этом сама передача реализуемых средств приобретателю может быть осуществлена любыми способами, в том числе непосредственно или путем сообщения приобретателю о месте их хранения, или проведения закладки в обусловленном с ним месте и т.д.

Вместе с тем, в случаях, если лицо в целях осуществления умысла на незаконный сбыт наркотических средств незаконно приобретает, хранит, перевозит эти средства, тем самым совершает действия, направленные на их последующую реализацию и составляющие часть объективной стороны сбыта, однако по не зависящим от него обстоятельствам не передает указанные средства приобретателю, то такое лицо несет уголовную ответственность за покушение на незаконный сбыт этих средств.

Согласно материалам дела, 6 «закладок» наркотического средства, сбыт которых вменяется ФИО1, он осуществил по указанию неустановленного соучастника, места «закладок» сфотографировал, чтобы впоследствии передать эту информацию соучастнику, но сделать этого не успел, так как был задержан сотрудниками полиции, оставшаяся часть предназначенных для сбыта наркотических средств, как и мобильный телефон с фотографиями мест «закладок», были у него изъяты. 

В ходе судебного разбирательства не было добыто доказательств, опровергающих показания осужденного ФИО1 о том, что до своего задержания он не успел сообщить места нахождения «закладок» с наркотическим средством ни неустановленному соучастнику преступления, который, согласно имевшемуся преступному сговору, должен был информировать покупателей наркотических средств об адресах «закладок», ни потенциальным приобретателям наркотиков.

Как следует из показаний свидетелей – сотрудников полиции ФИО10, ФИО11, задержанный 

<

дата> по подозрению в причастности к незаконному обороту наркотических средств ФИО1 рассказал, что по договоренности с неустановленным лицом, с которым общался через сеть Интернет, разместил наркотические средства в сокрытые места - «тайники» на территории г.Кирова, указал места «закладок», там в ходе осмотров были обнаружены и изъяты фрагменты трубок с пакетами, а осмотренные участки местности соответствовали фотографиям, имевшимся в мобильном телефоне ФИО1 

В ходе осмотра мобильного телефона марки «DEXP», изъятого из салона автомобиля, которым управлял ФИО1, были обнаружены, в том числе: текстовое сообщение, полученное 

<

дата>, содержащее сведения о тайнике с оптовой партией наркотических средств, и фотографии с изображениями мест организованных тайников («закладок»), выполненные 

<

дата>. Вместе с тем, в ходе осмотра мобильного телефона каких-либо данных, свидетельствующих о том, что информация о месте нахождения «закладок» была кому-либо направлена, не получено. 

Таким образом, полученные в ходе производства по уголовному делу доказательства свидетельствуют о том, что ФИО1 не выполнил всех необходимых действий, направленных на передачу наркотического средства потенциальным приобретателям.

Кроме того, не опровергнуты доводы осужденного ФИО1 о том, что у них с соучастником имелась договоренность на сбыт всего количества наркотического средства, которое он 

<

дата> забрал из тайника с оптовой «закладкой», часть его разместил в одиночные тайники-«закладки», а часть – не успел, поскольку 

<

дата> был задержан. 

По смыслу уголовного закона, действия в отношении одного и того же объекта преступного посягательства, направленные на достижение единого результата, совершенные одним и тем же субъектом в небольшой промежуток времени, аналогичным способом, образуют единое продолжаемое преступление и не требуют дополнительной квалификации.

В связи с изложенными обстоятельствами действия осужденного ФИО1, связанные с осуществлением 6 закладок наркотического средства 

<

дата>, и с покушением на сбыт наркотического средства, изъятого у него в ходе личного досмотра 

<

дата>, подлежат переквалификации с п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на одно преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

При назначении ФИО1 наказания президиум учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, обстоятельства, смягчающие наказание: признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, явку с повинной, в качестве которой признано объяснение ФИО1, данное им 

<

дата>. 

При определении ФИО1 срока лишения свободы президиум учитывает положения ч. 3 ст. 66, ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

Дополнительное наказание президиум считает возможным ФИО1 не назначать. 

Руководствуясь ст.ст. 40113, 40114, 40115 УПК РФ, президиум 

ПОСТАНОВИЛ:

Кассационную жалобу осужденного ФИО1 удовлетворить.

Приговор Ленинского районного суда г.Кирова от 25 июля 2018 года в отношении ФИО1 и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Кировского областного суда от 20 сентября 2018 года изменить. 

Переквалифицировать действия ФИО1 с п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, по которой назначить наказание в виде 8 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Исключить указание о назначении ФИО1 наказания по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ.

В остальной части судебные решения оставить без изменения.

Председательствующий К.И. Егоров