29RS0024-01-2020-002492-02

Дело № 2-52/2021 09 июня 2021 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Соломбальский районный суд г. Архангельска в составе:

председательствующего судьи Анисимовой Т.А.,

при секретаре Кузьминой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ИП ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, понуждении внести записи в трудовую книжку, перечислить страховые взносы,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ИП ФИО2 о признании отношений трудовыми. В обоснование требований указала, что состояла в трудовых отношениях с ИП ФИО2 в должности уборщицы с 09 ноября 2018 года. Трудовой договор надлежащим образом не оформлялся, соответствующие записи в трудовую книжку не вносились. Для работника был установлен сменный режим рабочего времени, оклад в размере 13 500 рублей. Выплата заработной платы производилась дважды в месяц 15 и 25 числа каждого месяца. При этом ей заработная плата перечислялась безналичным способом на расчетный счет. Она была ознакомлена с правилами внутреннего трудового распорядка, осуществляла трудовую деятельность на специально оборудованном рабочем месте, в отношении нее велся табель учета рабочего времени, предоставлялись моющие средства для осуществления трудовой функции. В связи с отсутствием надлежащего оформления трудовых отношений ответчиком не производились отчисления страховых взносов и НДФЛ в компетентные органы с 01 октября 2018 года. Незаконными действиями ответчика ей причинен моральный вред, компенсацию которого оценивает в 30 000 рублей. Для защиты своих интересов воспользовалась услугами представителя, заключив договор с ИП ФИО5 Соответствующие расходы составили 27 000 рублей. Истец просит установить юридический факт трудовых отношений с 09 ноября 2018 года по настоящее время, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, судебные расходы 27 000 рублей, обязать ответчика внести соответствующие записи в трудовую книжку, обязать ответчика произвести суммы страховых взносов за период с 09 ноября 2018 года по дату вынесения решения и перечислить НДФЛ за период с 09 ноября 2018 года по настоящее время (т.1 л.д.6-9).

Определением суда от 14 декабря 2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора привлечено ИФНС России по г.Архангельску (л.д.155-оборот).

Определением суда от 14 января 2021 года на основании ходатайства ФИО1 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ИП ФИО4 и ИП ФИО3 Заявлением от 28 января 2021 года истец указала, что в период с 09 ноября 2018 года состояла в трудовых отношениях с ИП ФИО3, с 01 мая 2019 года по 16 июля 20219 года – с ИП ФИО4 Работала в должности уборщицы (т.1 л.д.180-183).

Неоднократно изменяя исковые требования, окончательно истец просит установить юридический факт трудовых отношений, возникших между работодателем ИП ФИО3 с одной стороны и ФИО1 с другой стороны за период с 09 ноября 2018 года по 30 апреля 2019 года; установить юридический факт трудовых отношений, возникших между работодателем ИП ФИО4 с одной стороны и ФИО1 с другой стороны за период с 01 мая 2019 года по 16 июня 2019 года; установить юридический факт трудовых отношений, возникших между работодателем ИП ФИО2 с одной стороны и ФИО1 с другой стороны за период с 17 июня 2019 года по 11 февраля 2021 года; взыскать с ИП ФИО3 в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с 09 ноября 2018 года по 30 апреля 2019 года в размере 54 155 рублей 75 копеек, компенсацию за неиспользованный отпуск 19 419 рублей 18 копеек; взыскать с ИП ФИО4 в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с 1 мая 2019 года по 16 июня 2019 года в размере 14 538 рублей 45 копеек, компенсацию за неиспользованный отпуск 6 478 рублей 94 копейки; взыскать с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате з период с 17 июня 2019 года по 11 февраля 2021 года в размере 191 855 рублей 75 копеек, компенсацию за неиспользованный отпуск 64 436 рублей 37 копеек; взыскать с ответчиков солидарно в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей; взыскать с ответчиков солидарно в пользу ФИО1 судебные издержки в размере 27 000 рублей; обязать ИП ФИО3 внести запись о приеме на работу с 09 ноября 2018 года и запись об увольнении по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ от 30 апреля 2019 года в трудовую книжку ФИО1; обязать ИП ФИО4 внести запись о приеме на работу с 01 мая 2019 года и запись об увольнении по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ от 16 июня 2019 года в трудовую книжку ФИО1; обязать ИП ФИО2 внести запись о приеме на работу с 17 июня 2019 года и запись об увольнении по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ от 11 февраля 2021 года в трудовую книжку ФИО1; обязать ИП ФИО3 произвести отчисления суммы страховых взносов за ФИО1 за период с 09 ноября 2018 года по 30 апреля 2019 года; обязать ИП ФИО4 произвести отчисления суммы страховых взносов за ФИО1 за период с 01 мая 2019 года по 16 июня 2019 года; обязать ИП ФИО2 произвести отчисления суммы страховых взносов за ФИО1 за период с 17 июня 2019 года по 11 февраля 2019 года; обязать ИП ФИО3 перечислить в бюджет НДФЛ за ФИО1 за период с 09 ноября 2018 года по 30 апреля 2019 года; обязать ИП ФИО4 перечислить в бюджет НДФЛ за ФИО1 за период с 01 мая 2019 года по 16 июня 2019 года; обязать ИП ФИО2 перечислить в бюджет НДФЛ за ФИО1 за период с 17 июня 2019 года по 11 февраля 2021 года (т.2 л.д.2).

В судебном заседании ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивала по изложенным в нем основаниям. Дополнительно пояснила, что работала в Культурном центре «Северный» уборщицей с 09 ноября 2018 года. Кто являлся ее работодателем – не знала, так как трудового договора не заключалось. Заработная плата ей перечислялась на банковскую карту ежемесячно в размере 13 500 рублей. Старшей среди уборщиц была назначена ФИО6, именно она определял объем работы, выдавала моющие средства, разрешала возникающие производственные вопросы. На работу приходили утром, уходили не раньше 14 часов, также иногда приходилось прибирать помещения, в которых проводились мероприятия по их окончании в вечернее время. 

Представитель ответчиков с иском не согласился. Не оспаривая периоды работы ФИО1 и размер выплачиваемого ей вознаграждения 13 500 рублей, настаивал на том, что между ответчиками и истцом сложились гражданско-правовые отношения, оформление которых не требовалось. Пояснил, что у истца отсутствовал установленный режим работы, она осуществляла уборку в удобное для нее время. Настаивал на пропуске истцом срока обращения в суд, так как иск заявлен 08 октября 2020 года, т.е. более чем через 3 месяц с момента начала работы у ИП ФИО2 и окончания работы у ИП ФИО3 и ИП ФИО4

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Муниципального учреждения культуры Муниципального образования «Город Архангельск» «Культурный центр «Северный» (далее по тексту – Культурный центр «Северный») ФИО7 исковые требования поддержала. Пояснила, что является директором Культурного центра «Северный», которым заключались государственные контракты на уборку помещений центра с ИП ФИО3, ИП ФИО4, ИП ФИО2 В период действия данных государственных контрактов ФИО1 работала в Культурном центре «Северный» уборщицей, заработная плата ей выплачивалась индивидуальными предпринимателями. Полагает, что между истцом и ответчиками сложились трудовые отношения, так как ФИО1 работала полный рабочий день, который начинался не позднее 7 часов, выполняла определенный объем работы, устанавливаемый старшей уборщицей ФИО6 Также, в случае прохождения каких-либо мероприятий ФИО1 могла осуществлять уборку в вечернее время после их окончания. Никто из уборщиц, работавших у данных индивидуальных предпринимателей, в том числе ФИО1 и ФИО6 не были оформлены на основании трудовых договоров или иных договоров. Она как директор Культурного центра «Северный» неоднократно указывала индивидуальным предпринимателям на необходимость подписания с уборщицами трудовых договоров, однако ее требование выполнено не было. Однако в адрес Культурного центра «Северный» индивидуальными предпринимателями был предоставлен список лиц, допущенных к уборке помещений, в котором фигурировали ФИО1 и ФИО6

В судебное заседание не явились ИП ФИО2, ИП ФИО3 и ИП ФИО4, извещавшиеся о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом. По определению суда на основании ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено без участия указанных лиц. 

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из представленного искового заявления и пояснений истца, данных в ходе рассмотрения дела, ФИО1 полагает себя фактически допущенной к работе у ИП ФИО3 в период с 09 ноября 2018 года по 30 апреля 2019 года, у ИП ФИО4 в период с 01 мая 2019 года по 16 июня 2019 года, у ИП ФИО2 в период с 17 июня 2019 года по 11 февраля 2021 года в должности уборщицы Культурного центра «Северный».

В соответствии со ст.37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. 

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса РФ относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту. 

Частью 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ) установлено, что если отношения, связанные с использование личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Согласно ст.15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В соответствии с ч.1 ст.16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч.3 ст.16 ТК РФ).

На основании ст.56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В статье 57 ТК РФ приведены требования к содержанию трудового договора, в котором, в частности, указываются: фамилия, имя, отчество работника и наименование работодателя (Фамилия, имя, отчество работодателя – физического лица), заключивших трудовой договор, место и дата заключения трудового договора. Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: место работы, трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с данным кодексом или иным федеральным законом; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными условиями и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте, условия определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы); условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (ч.1 ст.61 ТК РФ).

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч.1 ст.67 ТК РФ).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч.2 ст.67 ТК РФ). 

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в абз.3 п.2.2 определения от 19 мая 2009 года №597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в ч.4 ст.11 ТК РФ возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. 

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абз.4 п.2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года №597-О-О).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенного между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ. Из приведенных в этих статьях определений понятий «Трудовые отношения» и «трудовой договор» не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационный характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным и иным указание на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы (абз.5 и 6 п.2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года №597-О-О).

Таким образом, по смыслу статей 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением части второй статьи 67 названного Кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора (абз.7 п.2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года №597-О-О).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 ТК РФ, часть 3 которой содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В соответствии с ч.4 ст.19.1 ТК РФ, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями 1- третьей данной статьи были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз.3 п.8 и абз.2 п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч.4 ст.11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч.2 ст.67 ТК РФ).

Из приведенного правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе об установлении факта нахождения в трудовых отношениях) юридически значимым обстоятельством является наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом следует исходить не только из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ. 

Таким образом, наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, может быть установлено, если в ходе судебного разбирательства будет выявлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Как усматривается из материалов дела, 04 сентября 2018 года между Культурным центром «Северный» и ИП ФИО3 заключен контракт по уборке здания, расположенного по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д.125-135). Указанный контракт действовал в период с 01 сентября 2018 года по 31 декабря 2018 года, что следует из п.1.1. Повторно контракт № заключен с ФИО3 09 января 2019 года на период с 01 января 2019 года по 30 апреля 2019 года (т.1 л.д.138-141).

В материалах дела имеется контракт № от 29 апреля 2019 года, заключенный между культурным центром «Северный» (заказчик) и ФИО4 (исполнитель) Согласно п.1.1, 2.1 данного контракта срок оказания услуг по уборке здания 27 по 

<

адрес> в 

<

адрес> составляет период с 01 мая 2019 года по 31 мая 2019 года.

Как усматривается из контрактов № от 28 марта 2020 года (с учетом дополнительного соглашения от 18 мая 2020 года), № от 17 июня 2019 года, заключенным между Культурный центр «Северный» и ФИО2, последний принял на себя обязательства по уборке здания 27 по 

<

адрес> в 

<

адрес> в период с 17 июня 2019 года по 11 февраля 2021 года (т.1 л.д.68-80, 81-93, 95-96).

Пунктом 4.1 всех вышеприведенных контрактов предусмотрена обязанность исполнителя предоставить сведения о сотрудниках, допущенных к уборке, обеспечить оказание услуг необходимым количеством квалифицированного персонала, обеспечить соблюдение своим персоналом правил пожарной безопасности, охраны труда, режима работы, правил внутреннего трудового распорядка, утвержденных на объекте.

Согласно приложению к контракту с ФИО3 о лицах, допущенных к уборке (т.1 л.д.137) с 10 ноября 2018 года сотрудником, допущенным к уборке, является ФИО1, также к уборке допущены ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 Аналогичные приложения имеются к контрактам, заключенным с ФИО2, в которых также указано на допуск к уборке ФИО1 и ФИО8 (т.1 л.д.94, 97).

Кроме того, ФИО2 сообщением от 12 мая 2020 года, адресованным в Культурный центр «Северный» назначены ответственные лица для осуществления взаимодействия по решению вопросов, возникающих в ходе исполнения заключенных с ним контрактов, а именно: ФИО12 и ФИО8 (т.1 л.д.98).

В соответствии с Журналом регистрации вводного инструктажа по охране труда для сторонних организаций ФИО1 проходила данный инструктаж как уборщица помещений: 10 ноября 2018 года, 17 июня 2019 года, 12 мая 2020 года (т.1 л.д.10-16).

В материалах дела имеется выписка из журнала учета времени прихода (т.1 л.д.17-22), согласно которому ФИО1 приходила в Культурный центр «Северный» преимущественно в утренние часы, не позднее 7 утра.

В ходе рассмотрения дела представителем ответчиков ФИО14 не оспаривалось то обстоятельство, что ФИО1 осуществляла функции по уборке помещений в здании 27 по 

<

адрес> в 

<

адрес>, принадлежащего Культурному центру «Северный» в период действия контрактов, заключенных с ИП ФИО3, ИП ФИО4 и ИП ФИО2, за что получала ежемесячно денежное вознаграждение в размере 13 500 рублей. Вместе с тем, представитель ответчиков отрицал наличие между истцом и ответчиками трудовых отношений, по мотиву отсутствия соответствующего договора, установленного графика работы, штатного расписания и иных признаков трудовых правоотношений.

В соответствии со ст.12, 56 ГПК РФ правосудие в Российской Федерации осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

На основании ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценивая доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о доказанности факта наличия трудовых отношений между ФИО1 (работник) и ИП ФИО3 (работодатель) в период с 09 ноября 2018 года по 30 апреля 2019 года, между ФИО1 (работник) и ИП ФИО4 (работодатель) в период с 01 мая 2019 года по 31 мая 2019 года, между ФИО1 (работник) и ИП ФИО2 (работодатель) в период с 17 июня 2019 года по 11 февраля 2021 года.

Данный вывод суда основан на том, что ФИО1 была допущена к осуществлению уборки помещений в здании 27 по ул.Кировская в г.Архангельске с ведома и по поручению ответчиков, выполняла уборку помещений в соответствии с распоряжением старшей уборщицы ФИО8, которая также обеспечивала истца необходимыми моющими средствами. 

Указанный вывод суда согласуется с пояснениями директора Культурный центр Северный ФИО13, которая подтвердила, что ФИО1 работала у ответчиков в течение полного рабочего дня без отпусков, выполняла обязанности по уборке помещений как в дневное так и в вечернее время в зависимости от возникшей необходимости в связи с проведением в центре публичных мероприятий.

По мнению суда, то обстоятельство, что истцом не предоставлен график ее работы, не порочит доводы относительно факта трудовых отношений, поскольку директором Культурного центра «Северный», непосредственно осуществляющей контроль за выполнением контрактных обязательств, подтверждается работа истца в течение полного рабочего дня. 

Также суд не принимает во внимание довод представителя ответчиков о том, что с ФИО1 имелись гражданско-правовые отношения на основании договора услуг по уборке помещений, который заключался ежемесячно, но не был оформлен в установленном законом порядке. 

Контрактами, заключенными между Культурным центром «Северный» и ответчиками, не предусмотрено право последних на привлечение кого-либо к уборке помещений на основании договора оказания услуг субподряда. Наоборот, при буквальном толковании заключенных контрактов по правилам ст.431 ГК РФ следует, что ответчики обязались осуществлять уборку помещений Культурного центра «Северный» силами своего персонала.

Вопреки требованиям ст.56 ГПК РФ со стороны ответчиков не представлено доказательств, подтверждающих наличие между ними и ФИО1 отношений по гражданско-правовому договору. 

На основании изложенного суд приходит к выводу о доказанности факта трудовых отношений между истцом (работник) в должности уборщицы и ответчиками (работодатели).

Устанавливая период работы ФИО1 у ИП ФИО3, суд принимает во внимание контракты от 04 сентября 2018 года и от 09 января 2019 года и приходит к выводу о начале трудовых отношений с 09 ноября 2018 года и окончании 30 апреля 2019 года. Истец настаивает на дате начала трудовых отношений с 09 ноября 2018 года, ответчиком дата возникновения правоотношений не оспаривалась, в связи с чем, суд руководствуется пояснениями ФИО1 

При определении периода работы ФИО1 у ИП ФИО4, суд принимает во внимание контракт от 29 апреля 2019 года и приходит к выводу о начале трудовых отношений с 01 мая 2019 года и окончании 31 мая 2019 года. Поскольку период с 01 июня 2019 года по 16 июня 2019 года документально не подтвержден, суд не находит оснований для установления в указанное время трудовых отношений между истцом и ИП ФИО4

Определяя период работы ФИО1 у ИП ФИО2, суд руководствуется контрактами от 28 марта 2020 года и от 17 июня 2019 года, и полагает, что датой начала трудовых отношений следует считать 17 июня 2019 года, окончания - 11 февраля 2021 года.

Как установлено, ст.66 ТК РФ трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника. Форма, порядок ведения и хранения трудовых книжек, а также порядок изготовления бланков трудовых книжек и обеспечения ими работодателей устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. Работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется). В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника.

Согласно ч.7 ст.394 ТК РФ если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя.

Поскольку ответчиками обязанность по надлежащему ведению трудовой книжки истца не исполнена, ответчик ИП ФИО3 должна быть обязана внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу в должности уборщицы с 09 ноября 2018 года, запись об увольнении 30 апреля 2019 года по собственному желанию на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации; ответчик ИП ФИО4 должен быть обязан внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу в должности уборщицы с 01 мая 2019 года, запись об увольнении 31 мая 2019 года по собственному желанию на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации; ответчик ИП ФИО2 должен быть обязан внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу в должности уборщицы с 17 июня 2019 года, запись об увольнении 11 февраля 2021 года по собственному желанию на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суд не учитывает довод представителя ответчиков о пропуске истцом срока обращения в суд.

Статьей 381 ТК РФ установлено, что индивидуальный трудовой спор - неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров. Индивидуальным трудовым спором признается спор между работодателем и лицом, ранее состоявшим в трудовых отношениях с этим работодателем, а также лицом, изъявившим желание заключить трудовой договор с работодателем, в случае отказа работодателя от заключения такого договора.

Индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами, если иное не установлено ТК РФ (статья 382 ТК РФ).

В соответствии с ч.1 ст.392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

При разрешении вопроса о сроке обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, суд учитывает, что трудовые отношения между ФИО1 и ответчиками были не оформлены работодателями надлежащим образом, приказы о приеме истца на работу и об ее увольнении работодателями не издавались, трудовая книжка выдана не была. Суд учитывает, что всеми ответчиками старшей в отношении уборщиц назначалась ФИО6, в связи с чем, ФИО1 утверждает об отсутствии сведений об изменении работодателя, так как выполняемые ею функции являлись стабильными и осуществлялись под руководством одного и того же лица - ФИО6. Кроме того, в отношении ИП ФИО2 иск поступил в суд 08 октября 2020 года, т.е. в период действия трудовых отношений. 

На основании изложенного су приходит к выводу о том, что истцом не пропущен срок обращения в суд в отношении всех ответчиков. 

Согласно п.1 ст.419 Налогового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – НК РФ) плательщиками страховых взносов (далее в настоящей главе - плательщики) признаются следующие лица, являющиеся страхователями в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования: лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам, в том числе индивидуальные предприниматели.

В соответствии с п.1 ст.420 НК РФ объектом обложения страховыми взносами для плательщиков, указанных в абзацах втором и третьем подпункта 1 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено настоящей статьей, признаются выплаты и иные вознаграждения в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в подпункте 2 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса): в рамках трудовых отношений и по гражданско-правовым договорам, предметом которых являются выполнение работ, оказание услуг.

Поскольку ответчиками не производилось начисление и уплата страховые взносов за ФИО1 за период ее работы соответствующее требование подлежит удовлетворению.

Вместе с тем, с 1 января 2017 года полномочия по администрированию страховых взносов переданы налоговым органам, в связи с чем обязанность по уплате страховых взносов подлежит выполнению в их пользу.

Статьей 135 ТК РФ установлено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В силу ст.133 ТК РФ минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения. Месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Как указано выше, между сторонами не заключалось трудовых договоров, устанавливающих фиксированный размер заработной платы ФИО1 Как поясняла истец, ее заработная плата ежемесячно составляла 13 500 рублей. По ее мнению, задолженность по заработной плате образовалась, так как ответчик не производил начисления на указанную сумму положенных коэффициентов и надбавок за работу в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера.

Согласно ст.129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В п.23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей – физических лиц и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статья 133.1 ТК РФ, пункт 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку в ходе рассмотрения дела не представилось возможным установить из каких сумм складывалась ежемесячная выплата в размере 13 500 рублей, суд полагает возможным руководствоваться при определении размера заработка истца размером минимальной заработной платы.

В 2019 году минимальный размер оплаты труда составлял 11 280 рублей (ст. 1 Федерального закона от 25 декабря 2018 года №481-ФЗ), с 1 мая 2018 года - 11 163 рублей (ст. 1 Федерального закона от 07 марта 2018 года №41-ФЗ), с 1 января 2020 года – 12 130 рублей (ст. 1 Федерального закона от 27 декабря 2019 года №463-ФЗ), с 1 января 2021 года – 12 792 рубля (ст. 3 Федерального закона от 29 декабря 2020 года №473-ФЗ).

На основании ст.10 Закона РФ от 19 февраля 1993 года №4520-1 «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях» (далее по тексту – Закон №4520-1 от 19 февраля 1993 года) размер районного коэффициента и порядок его применения для расчета заработной платы работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, пенсий по государственному пенсионному обеспечению, пособий, стипендий и компенсаций лицам, проживающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются Правительством Российской Федерации. 

В силу ст.11 Закона №4520-1 от 19 февраля 1993 года лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, выплачивается процентная надбавка к заработной плате за стаж работы в данных районах или местностях. Размер процентной надбавки и порядок ее выплаты устанавливаются в порядке, определяемом статьей 10 настоящего Закона для установления размера районного коэффициента и порядка его применения.

Поскольку г.Архангельск, в котором осуществляла трудовую деятельность ФИО1 относится в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, заработная плата подлежала выплате с учетом районного коэффициента и соответствующей процентной надбавки, которые для истца составляют 20% и 50%. 

Расчет заработной платы истца за период работы у ИП ФИО3 с 09 ноября 2018 года по 30 апреля 2019 года будет выглядеть следующим образом: 

В ноябре 2018 года истцом отработано 16 рабочих дней, подлежало выплате 301 рубль 52 копейки (11 163 х 16 : 22 х 1,7 – 13 500).

В декабре 2018 года истцу следовало заплатить 18 977 рублей 10 копеек (11 163 х 1,7). Недоплата составила 5 477 рублей 10 копеек (18 977,10 – 13 500)

Ежемесячно в период с 1 января по 30 апреля 2019 года истцу следовало к оплате 19 176 рублей (11 280 х 1,7), недоплата составила 5 676 рублей (19 176 – 13 500).

На основании данного расчета суд приходит к выводу о ненадлежащем исполнении ИП ФИО3 обязанности по оплате труда ФИО1, в связи с чем подлежит взысканию сумма в размере 28 482 рубля 62 копеек (301,52 + 5 477,10 + 5 676 х 4).

Расчет заработной платы истца за период работы у ИП ФИО4 с 01 мая 2019 года по 31 мая 2019 года будет выглядеть следующим образом: 11 280 х 1,7 = 19 176 рублей. Недоплата составила 5 676 рублей (19 176 – 13 500).

Таким образом, суд приходит к выводу о выплате ИП ФИО4 заработной платы истцу не в полном объеме, в связи с чем подлежит взысканию 5 676 рублей.

Расчет заработной платы истца за период работы у ИП ФИО2 с 17 июня 2019 года по 11 февраля 2021 года будет выглядеть следующим образом:

Ежемесячно в период с 1 июля 2019 года по 31 декабря 2019 истцу следовало к оплате 19 176 рублей (11 280 х 1,7), недоплата составляла 5 676 рублей (19 176 – 13 500). С учетом данного расчета в июне 2019 года доплате также подлежало 2 838 рублей.

Ежемесячно в период с 01 января 2020 года по 31 декабря 2020 года истцу следовало к оплате 20 621 рубль (12 130 х 1,7), недоплата составляла 7 121 рубль.

За период январь 2021 года истцу следовало к оплате 21 746 рублей 40 копеек (12 792 х 1,7), недоплата – 8 246 рублей 40 копеек (21 746,4 - 13 500). Как указывает истец, ежемесячно 13 500 ей выплачивалось, следовательно, за февраль 2021 года недоплаты не имеется с учетом отработанного времени.

С учетом приведенных расчетов за период работы у ИП ФИО2 истцу следует доплатить 130 592 рубля 40 копеек (2 838 + 5 676 х 6 + 7 121 х 12 + 8 246, 40).

Также истец просит взыскать оплату отпуска и компенсацию за неиспользованный отпуск.

Согласно ст.114 ТК РФ работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

Длительность ежегодного основного оплачиваемого отпуска составляет 28 календарных дней (ч.1 ст.115 ТК РФ).

Вместе с тем, ст.14 Закона РФ от 19 февраля 1993 года №4520-1 установлено, что кроме установленных законодательством дополнительных отпусков, предоставляемых на общих основаниях, лицам, работающим в северных районах России, устанавливается также в качестве компенсации ежегодный дополнительный отпуск продолжительностью: в приравненных к ним местностях - 16 календарных дней.

В соответствии со ст.128 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Таким образом, поскольку трудовая деятельность истца осуществлялась в г.Архангельске, приравненном к районам Крайнего Севера, ФИО1 имела право на отпуск за период работы у ИП ФИО3 в количестве 21 день, у ИП ФИО4 -, у ИП ФИО2 – 68 дней.

Доказательств выплаты истцу ответчиками компенсации за неиспользованный отпуск в материалы дела не представлено.

На основании ст. 139 ТК РФ средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).

Расчет компенсации за неиспользованный отпуск за период работы у ИП ФИО3 выглядит следующим образом: (19176 х 4 + 18977) : 5 : 29,3 х 21 = 13715 рублей 38 копеек.

Расчет компенсации за неиспользованный отпуск за период работы у ИП ФИО4 выглядит следующим образом: 19176 : 29,3 х 3 = 1 963 рублей 41 копейка.

Расчет компенсации за неиспользованный отпуск за период работы у ИП ФИО2 выглядит следующим образом: (12 130 х 1,7 х 11 + 21746,4) : 12 : 29,3 х 68 = 48 075 рублей 26 копеек.

На основании изложенного с ответчика ИП ФИО3 в пользу истца подлежит взысканию компенсация за неиспользованный отпуск в размере 13715 рублей 38 копеек, с ИП ФИО4 – 1 963 рублей 41 копейка, с ИП ФИО2 - 48 075 рублей 26 копеек.

Пунктом 4 ст.226 НК РФ предусмотрено, что налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате с учетом особенностей, установленных настоящим пунктом.

С учетом данной нормы у ответчиков имеется обязанность перечислить за истца НДФЛ от присужденных ей настоящим решением сумм.

Суд не принимает во внимание довод ФИО1 об обязанности ответчиков удержать НДФЛ с ранее выплаченных ей денежных сумм, поскольку он противоречит п.5 ст.226 НК РФ. 

На основании ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Как разъяснено в п.63 постановления пленума Верховного Суда Российской Федерации №2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Принимая во внимание обстоятельства дела, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины каждого из работодателей, длительность нарушения трудовых прав истца, размер невыплаченных ей денежных средств, суд приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда с ИП ФИО3 - 3 000 рублей, с ИП ФИО4 - 2 000 рублей, с ИП ФИО2 – 5 000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ взысканию с ответчика ИП ФИО3 в доход местного бюджета подлежит государственная пошлина в размере 1766 рублей, с ответчика ИП ФИО4 – 700 рублей, с ответчика ИП ФИО2 – 5 073 рубля.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ИП ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, понуждении внести записи в трудовую книжку, перечислить страховые взносы и НДФЛ удовлетворить частично.

Признать факт трудовых отношений между ИП ФИО3 (работодатель) и ФИО1 (работник) в должности «Уборщица» в период с 09 ноября 2018 года по 30 апреля 2019 года.

Обязать ИП ФИО3 внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу в должности уборщицы с 09 ноября 2018 года, запись об увольнении 30 апреля 2019 года по собственному желанию на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Обязать ИП ФИО3 начислить и уплатить страховые взносы, НДФЛ за ФИО1 за период с 09 ноября 2018 года по 30 апреля 2019 года.

Взыскать с ИП ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 3 000 рублей, заработную плату в размере 28 482 рубля 62 копейки, денежную компенсацию отпуска в размере 13715 рублей 38 копеек. 

Признать факт трудовых отношений между ИП ФИО4 (работодатель) и ФИО1 (работник) в должности «Уборщица» в период с 01 мая 2019 года по 31 мая 2019 года.

Обязать ИП ФИО4 внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу в должности уборщицы с 01 мая 2019 года, запись об увольнении 31 мая 2019 года по собственному желанию на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Обязать ИП ФИО4 начислить и уплатить страховые взносы, НДФЛ за ФИО1 за период с 01 мая 2019 года по 31 мая 2019 года.

Взыскать с ИП ФИО4 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 2 000 рублей, заработную плату в размере 5 676 рублей, денежную компенсацию отпуска в размере 1 963 рублей 41 копейку.

Признать факт трудовых отношений между ИП ФИО2 (работодатель) и ФИО1 (работник) в должности «Уборщица» в период с 17 июня 2019 года по 11 февраля 2021 года.

Обязать ИП ФИО2 внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу в должности уборщицы с 17 июня 2019 года, запись об увольнении 11 февраля 2021 года по собственному желанию на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Обязать ИП ФИО2 начислить и уплатить страховые взносы, НДФЛ за ФИО1 за период с 17 июня 2019 года по 11 февраля 2021 года.

Взыскать с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 5 000 рублей, заработную плату в размере 130 592 рубля 40 копеек, денежную компенсацию отпуска в размере 48 075 рублей 26 копеек.

Взыскать с ИП ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 5 073 рубля (Пять тысяч семьдесят три рубля) 00 копеек.

Взыскать с ИП ФИО4 в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 700 рублей (Семьсот рублей) 00 копеек.

Взыскать с ИП ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 1766 рублей (Одна тысяча семьсот шестьдесят шесть рублей) 00 копеек.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 к ИП ФИО2, ИП ФИО3, ИП ФИО4 взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Соломбальский районный суд города Архангельска.

Мотивированное решение изготовлено 17 июня 2021 года.

Председательствующий Т.А.Анисимова