Дело № 2-1683/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 октября 2017 года г. Балаково Саратовской области

Балаковский районный суд Саратовской области в составе

председательствующего судьи Кривошеина С.Н.,

при секретаре судебного заседания Романовой Е.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца – ФИО2,

ответчика ФИО3,

представителя ответчика – адвоката Рыбаковой Л.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения жилого дома недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, просила признать недействительным договор дарения жилого дома, расположенного по адресу: *, с кадастровым номером *, заключенный 12 августа 2014 года между ФИО3 и ФИО1, применить последствия недействительности сделки между ФИО3 и ФИО1 от 12 августа 2014 года и признать право собственности на жилой дом за ФИО1, взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере 430 руб. за получение выписки из Единого государственного реестра недвижимости, расходы на направление заказанного письма – 73 руб., расходы по оплате государственной пошлины – 44657,41 руб. В обоснование исковых требований указала, что 12 августа 2014 года между ней и ответчиком был заключен договор дарения, по условиям которого она подарила своему сыну ФИО3 жилой дом общей площадью 377,4 кв.м., кадастровый номер *, с хозяйственными постройками: гараж и уборная, расположенные на земельном участке с кадастровым номером * по адресу: *. Указанный объект недвижимости принадлежал истцу на праве собственности. При заключении указанного договора дарения ФИО1 находилась в таком состоянии, когда не понимала значения своих действий, не могла руководить ими. За 9 месяцев до заключения договора она перенесла два серьезных заболевания, с 08 октября 2013 года по 18 октября 2013 года находилась на лечении и обследовании в ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково», где ей был поставлен диагноз *. С 03 ноября 2013 года по 05 ноября 2013 года она проходила стационарное лечение в * отделении № 2 ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково», с 05 ноября 2013 года по 06 ноября 2013 года в отделении * для больных с * ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково», с 06 ноября 2013 года по 19 ноября 2013 года в * отделении для больных с * ГУ СО «Городская больница г. Балаково», где ей был поставлен диагноз * от 04 ноября 2013 года, *. *. После прохождения лечения ФИО1 на протяжении полугода проживала у ответчика, а в мае 2014 года стала жить в своем доме по адресу: *. ФИО3 периодически приходил к ней и приносил еду, предметы бытовой химии и личной гигиены. В указанный период времени ФИО3 начал уговаривать истца переоформить принадлежащий ей спорный дом, находящийся по адресу: *, на его имя. ФИО1 сначала отказывалась от оформления сделки, но после того, как сын перестал посещать её, она испугалась, была потеряна и не знала, как быть, так как боялась остаться без посторонней помощи, в связи с чем была вынуждена согласиться. Воспользовавшись беспомощным состоянием истца и практически полным отсутствием понимания действий после перенесенного инсульта, ФИО3 подготовил документы, привез её в Многофункциональный центр г. Балаково, где истец подписал какие-то документы, не читая их. При этом никто не разъяснял истцу его прав и обязанностей, ответчик все оформлял самостоятельно, только давал документы на подпись без их прочтения. Ответчик существенно нарушил права истца, гарантированные законодательством РФ, вследствие чего ФИО1 лишена материального блага. О заключении договора дарения она узнала только в декабре 2016 года, кода разбирала свои документы и нашла указанный договор. В связи с необходимостью защиты и восстановления нарушенных прав в судебном порядке она понесла расходы на оплату государственной пошлины в размере 44657,41 руб., на получение выписки из Единого государственного реестра недвижимости – 430 руб., на направление заявления в прокуратуру Саратовской области для получения справки о размере пенсии - 73 руб., которые подлежат возмещению ответчиком.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме, дала объяснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении, дополнительно объяснила следующее. В период проживания ее в квартире ФИО3 бытовые условия были плохие. Когда она и ФИО3 оформляли договор дарения спорного жилого дома, ей было об этом известно, однако сын ФИО3 сказал ей, что если она не оформит договор дарения спорного жилого помещения на его имя, он к ней перестанет приходить. После майских праздников 2014 года она стала проживать в жилом доме № *, в данном жилом доме производили ремонтные работы по ее решению. В мае 2014 года ФИО1 могла обслуживать себя, готовила себе еду. Пенсию она получает самостоятельно, снимает ее со сберегательной книжки, проверяет сумму начисления пенсии. Кроме того, она самостоятельно подавала налоговые декларации в 2013 году, поскольку работала бухгалтером 25 лет. Летом 2014 года она снимала пенсию вместе с сыном ФИО3, последний раз ФИО3 ездил с ней за пенсией в декабре 2016 года. Лекарства, продукты питания ей покупал ФИО3, а денежные средств на них давала она. Летом 2014 года она самостоятельно производила оплату коммунальных услуг, по ее просьбе в доме устанавливали прибор учета электроэнергии, показания с которого она списывала самостоятельно, лекарственные препараты, назначенные лечащим врачом, она принимала самостоятельно по аннотации. Длительное время ФИО1 сдавала дом в аренду, подавала документы по налогу в налоговую инспекцию. После заключения сделки дарения она находилась в плохом состоянии здоровья, перенесла инсульт, не может ходить, передвигается при помощи соседки. В настоящее время она желает, чтобы спорный жилой дом ей вернули в собственность. 

В судебном заседании представитель истца – ФИО2 поддержала исковые требования в полном объеме, дала объяснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении, дополнительно объяснила, что по настоящему делу она и ее доверительница ссылаются на психическое и физическое состояние ФИО1, возникшее после заключения договора дарения спорного жилого дома. 

В судебном заседании ответчик ФИО3 исковые требования ФИО1 не признал, поддержал объяснения, данные в письменных возражениях на иск, дополнительно объяснил следующее. Когда его матери ФИО1 стало плохо, он предлагал поехать в больницу на обследование, но она отказывалась. 5-6 ноября 2013 года ФИО1 позвонила ему и сказала, что плохо себя чувствует. Он и его супруга вызвали бригаду скорой помощи, госпитализировали ФИО1 в больницу, после лечения ее привезли к нему домой. Она жила в большой комнате, где находился телевизор, питалась мать хорошо, за общим столом. После болезни ФИО1 не могла ходить, и ФИО3 купил ей ходунки, при помощи которых она передвигалась. В мае 2014 года ФИО1 ушла проживать в свой дом, в котором они стали производить ремонтные работы. ФИО3 помогал закупать сантехнику, ездил с матерью в магазины, возил ее в аптеку, в сберкассу, привозил ей продукты питания, она сама готовила еду. В связи с указанными обстоятельствами просил в иске отказать в полном объеме. Кроме того, ФИО3 заявил о пропуске истцом срока исковой давности и просил применить последствия пропуска срока исковой давности. 

В судебном заседании представитель ответчика Рыбакова Л.В. исковые требования ФИО1 не признала, поддержала доводы своего доверителя, дополнительных объяснений не дала, указала на пропуск срока исковой давности и просила применить его последствия. 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные доказательства, суд находит заявленные исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 154 ГК РФ предусмотрено, что необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку, его действительной воле. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В силу ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Согласно ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с ч. 1, 3 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

В силу абз. 2, 3 п. 1 ст. 171 ГК РФ ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства.

Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

В судебном заседании установлено, что 12.08.2014 между ФИО1 и ФИО3 заключен договор дарения жилого дома № 83 по ул. Коммунистическая в г. Балаково Саратовской области, находящегося в собственности у ФИО1 (л.д. 10-11).

В соответствии с указанным договором ФИО1 подарила и передала ФИО3 безвозмездно без всякой встречной передачи вещей и прав либо встречных обязательств со стороны последнего, а ФИО3 принял в дар в собственность недвижимое имущество, включающее в себя жилой дом (литер А) общей площадью 377,4 кв.м. с хозяйственными постройками: гараж (литер В), уборная (литер У), расположенные на земельном участке с кадастровым номером № 64:40:010149:5, находящиеся по адресу: *. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 17.01.2017 (л.д. 17-19) собственником жилого дома, расположенного по адресу: *, является ФИО3 на основании договора дарения жилого дома от 12.08.2014. 

Кадастровая стоимость вышеуказанного объекта недвижимости по состоянию на 17.01.2017 составляет 7291481,22 руб., что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости (л.д. 16).

Из копий выписных эпикризов (л.д. 12, 13-15) следует, что с 08.10.2013 по 18.10.2013 ФИО1 находилась на лечении и обследовании в * отделении № 1 МБУЗ «Городская больница № 1» г. Балаково Саратовской области с диагнозом ИБС, *; с 03.11.2013 по 05.11.2013 – в * отделении; с 05.11.2013 по 06.11.2013 – в *; с 06.11.2013 по 19.11.2013 – в * отделении для больных с * МБУЗ «Городская больница № 1» г. Балаково с диагнозом *. 

Согласно ответу ГУЗ «Балаковский психоневрологический диспансер» от 02.06.2017 ФИО1 за период 2014 года за медицинской помощью в ГУЗ «Балаковский психоневрологический диспансер» не обращалась (л.д. 36).

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы от 18.07.2017 на дату 12.08.2014 ФИО1 обнаруживала признаки *, в связи с *. По своему психическому состоянию на дату 12.08.2014 ФИО1 могла понимать значение своих действий и руководить ими. На момент заключения договора дарения от 12.08.2014 ФИО1 по своему психическому состоянию была способна понимать значением своих действий, отдавать отчет в своих действиях и руководить ими (л.д. 118-120).

Согласно заключению амбулаторной комиссионной судебно-психиатрической экспертизы от 19.09.2017 ФИО1 на момент совершения сделки 12.08.2014 обнаруживала признаки психического расстройства в виде *. Данное расстройство носит хронический характер. Имеющееся психическое расстройство у ФИО1 носит не выраженный характер, о чем свидетельствует достаточный уровень интеллекта, отсутствие выраженных расстройств памяти и мышления, а также достаточный уровень социальной адаптации. Поэтому по своему психическому состоянию ФИО1 могла осознавать свои действия, отдавать им отчет, а также понимать их значение и руководить ими в момент заключения сделки 12.08.2014, могла осознавать последствия совершаемой сделки (л.д. 147-149).

У суда отсутствуют основания сомневаться в достоверности экспертных заключений, так как сведений о личной заинтересованности экспертов суду не представлено. Эксперты имеют необходимое образование, длительный стаж работы в области психиатрии. Экспертные заключения содержат подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате их выводы и ответы на поставленные судом вопросы, эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Из данных в судебном заседании показаний свидетеля * следует, что она длительное время является знакомой семьи П-вых, ей известно о совершенной сделке дарения спорного жилого дома, состоявшейся между ФИО3 и ФИО1 Фактически указанный жилой дом принадлежал ФИО3, но был оформлен на ФИО1 Отношения между матерью ФИО1 и сыном ФИО3 всегда были хорошие. В 2011 году ФИО1 говорила, что спорный жилой дом необходимо переоформить на ФИО3, поскольку, если с ней что-то случится, дом ФИО3 принадлежать не будет. Спустя некоторое время ФИО1 стало плохо, и ФИО3 отвез ее в больницу. Летом 2014 года ФИО1 говорила, что после переоформления спорного жилого дома на ФИО3 морально ей стало легче. С января 2014 года до середины сентября 2014 года свидетель общалась с ФИО1, последняя звонила ФИО4, разговаривала с ней, речь у ФИО1 в указанный период времени была связанная, память хорошая. В данный период времени ФИО4 видела ФИО1 в магазине, последняя была опрятно одета. До осени 2015 года ФИО1 ни разу не говорила плохо о сыне ФИО3 После перенесенных заболеваний в 2013 году ФИО1 физически стала более слабой, но ее психическое состояние не изменилось.

Допрошенный в судебном заседании свидетель * показал, что он является знакомым ФИО3 Он видел ФИО1 дважды: 23.02.2014, когда подвозил ФИО3 после праздника домой на ул. *. ФИО1 тогда проживала с ФИО3 в его доме. В тот день свидетель разговаривал с ФИО1, но недолго. Второй раз он видел ее в середине августа 2014 года на рынке вместе с ФИО3 ФИО1 в тот день поинтересовалась о работе ФИО5, поскольку знала, где он работает, и знала его отца, ФИО1 рассказала, что оформила договор дарения жилого дома на ФИО3, сожаления относительно данного факта она не высказывала. ФИО1 в обе встречи с ФИО5 выглядела хорошо, странностей в ее поведении свидетель не заметил. 

Показания свидетелей * являются последовательными, согласуются с объяснениями ответчика ФИО3, письменными доказательствами по делу, подтверждают факт добровольности со стороны ФИО1 на заключение сделки дарения, об обстоятельствах дела им известно из личного общения с ФИО1, сведения о заинтересованности свидетелей в исходе дела отсутствуют, поэтому суд принимает их показания в качестве относимых и допустимых доказательств по делу. 

Из объяснений ФИО1, письменных доказательств (справки прокуратуры Саратовской области от 21.03.2017 (л.д. 20), копии постановления о назначении ФИО1 административного наказания от 22.07.2014 (л.д. 44-47), копии налоговой декларации 3-НДФЛ за 2013 год (л.д. 64-95) следует, что после майских праздников 2014 года она стала проживать в жилом доме № *, где, с учетом ее мнения, производились ремонтные работы, она самостоятельно обслуживала себя, готовила еду, самостоятельно получала пенсию, лично снимала ее со сберегательной книжки, знала, в каком размере ей начисляется пенсия, самостоятельно подавала налоговые декларации, давала денежные средства ФИО3 на покупку ей продуктов питания и лекарственных препаратов, летом 2014 года самостоятельно производила оплату коммунальных услуг, по ее просьбе в доме устанавливали прибор учета электроэнергии, показания с которого она списывала самостоятельно, и производила оплату электроэнергии. 

Оценив в совокупности показания свидетелей *, заключение судебно-психиатрической экспертизы от 18.07.2017, заключение амбулаторной комиссионной судебно-психиатрической экспертизы от 19.09.2017, суд приходит к выводу о том, что в момент совершения сделки дарения жилого дома № *, заключенной между ФИО1 и ФИО3 12.08.2014, ФИО1 находилась в таком состоянии, когда она была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

Доказательств, опровергающих заключения судебно-психиатрических экспертиз, истцом ФИО1 не представлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что оснований для признания недействительной по основаниям пункта 1 статьи 177 ГК РФ сделки договора дарения жилого дома № *, заключенной между ФИО1 и ФИО3 12.08.2014 года, не имеется.

В соответствии с ч. 3 ст. 179 ГК РФ, сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

По смыслу приведённой нормы, для признания сделки кабальной необходимо установить совокупность следующих условий: стечение тяжелых обстоятельств для потерпевшего; явно невыгодные для потерпевшего условия совершения сделки; причинная связь между стечением у потерпевшего тяжелых обстоятельств и совершением им сделки на крайне невыгодных для него условиях; осведомленность другой стороны о перечисленных обстоятельствах и использование их к своей выгоде. При этом под тяжелыми обстоятельствами следует понимать те, которые сторона не могла преодолеть иначе как посредством заключения данной сделки.

Доводы истца о том, что она совершила сделку дарения жилого дома только из-за угрозы сына не навещать её и не оказывать ей никакой помощи, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Из объяснений истца в судебном заседании следует, что после болезни она проживала в доме ответчика, но в мае 2014 года самостоятельно приняла решение уйти и проживать одной в собственном доме по ул. Пролетарской, 139.

Спорный жилой дом по ул. * не являлся единственным жильём для истицы, а сдавался ею по договору аренды.

Из показаний свидетеля * следует, что отношения между матерью ФИО1 и сыном ФИО3 всегда были хорошие. Ещё в 2011 году ФИО1 говорила о необходимости переоформить спорный жилой дом на ФИО3 Летом 2014 года ФИО1 говорила свидетелю, что после переоформления спорного жилого дома на ФИО3 морально ей стало легче.

Кроме того, ответчиком ФИО3 и его представителем Рыбаковой Л.В. заявлено о пропуске срока исковой давности и применении его последствий. 

В соответствии с ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

В судебных заседаниях 28.06.2017 и 25.10.2017, а также в ходе проведения судебных экспертиз истица указала на то, что 12.08.2014 она осознавала, что осуществляла дарение дома ответчику ФИО3 

Учитывая показания свидетелей, заключения экспертов, согласно которым ФИО1 по своему психическому состоянию могла осознавать свои действия, отдавать им отчет, а также понимать их значение и руководить ими в момент заключения сделки 12.08.2014, могла осознавать последствия совершаемой сделки, суд приходит к выводу о том, что истцу стало известно о заявленном ею нарушении своих прав с момента подписания указанного договора – 12.08.2014. 

Довод истца о том, что ею не пропущен срок исковой давности, поскольку он составляет 3 года, основан на неверном толковании закона. Срок исковой давности по заявленным истцом требованиям истек 13.08.2015. Доказательств уважительности пропуска срока исковой давности истцом суду не представлено.

В силу абзаца 2 части 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Анализируя представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований, в соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ с ответчика не подлежат взысканию в пользу истца судебные расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 76 ГПК РФ вещественные доказательства после вступления в законную силу решения суда возвращаются лицам, от которых они были получены, или передаются лицам, за которыми суд признал право на эти предметы, либо реализуются в порядке, определенном судом.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения жилого дома недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании судебных расходов отказать.

По вступлении решения суда в законную силу хранящиеся при гражданском деле документы возвратить по принадлежности лицам и организациям, их предоставившим.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Саратовский областной суд через Балаковский районный суд Саратовской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья