Дело № 2-355/2024

УИД № 42RS0010-01-2023-002711-04

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Киселевский городской суд Кемеровской области 

в составе председательствующего судьи Амеличкиной Т.Л..,

при помощнике судьи Путилиной О.В.

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2, действующей на основании ордера № от 7 декабря 2023 г.,

представителя ответчика, соответчика ФИО3, действующего на основании доверенности № от 15 декабря 2023 г., доверенности № от 22 августа 2023 г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Киселевске

24 июля 2024 года

гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 (далее- ФИО1, истец) обратилась в суд с иском к ФИО4 (далее- ФИО4, ответчик) о признании сделки недействительной.

Требования мотивированы тем, что ей на праве собственности принадлежала двухкомнатная квартира, расположенная на 2 этаже трехэтажного дома по адресу: 

<

адрес>, которую она приобрела в июле 2011 г. Собственником была она одна. В квартире зарегистрирована она и ее сын Ф. А.М.. Ранее в была зарегистрирована ее дочь С. К.Е., которая снялась с регистрационного учета в 2020г., приобретя себе иной жилое помещение.

В 2016г. у истца возникли материальные проблемы, а именно: 27 марта 2015г. ею был заключен с ПАО « Лето Банк» кредитный договор на сумму 150 000 рублей, кроме того, ранее, 16 февраля 2013 г. был заключен кредитный договор с Новосибирским Филиалом ООО «ХКФ БАНК» на сумму 100 000 рублей, оплачивать своевременно истец данные кредиты не могла, возникла задолженность, ей стали поступать звонки из коллекторских агентств с требованием возврата денежных средств, положение было безвыходным.

ФИО4- ее знакомый, они ранее вместе с ним работали. Истец поделилась с ним, что у нее имеются материальные трудности, она не может погасить задолженность, денег нет. Он предложил истцу выход из создавшегося положения: они заключаем договор купли- продажи квартиры, т.е. истец формально продает ФИО4 принадлежащую ей квартиру по 

<

адрес> ФИО4 передает ей 400 000 рублей, которые истец обязалась ему впоследствии вернуть. Таким образом, истец сможет погасить свои долги перед банками.

18 января 2017г. между истцом и ФИО4 был составлен договор купли- продажи вышеуказанной квартиры. Стоимость квартиры в договоре была указана - 1 000 000 рублей. Также в договоре указали, что денежные средства уплачены покупателем продавцу до подписания настоящего договора полностью. Однако, фактически истцу ответчиком были переданы только 400 000 рублей. Оставшиеся 600 000 рублей ответчиком истцу никогда не передавались. После заключения договора истец и ее сын остались проживать в квартире, где и проживают до настоящего времени. Все расходы по содержанию жилого помещения- оплата коммунальных платежей, ремонт в квартире производила истец из своих средств. Ответчик в спорную квартиру никогда не вселялся, никаких попыток к вселению не делал, в квартире не зарегистрирован, вещей его в квартире никогда не было и нет. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что сделка являлась мнимой.

Также о мнимости данной сделки свидетельствует и тот факт, что ответчик перед заключением договора купли- продажи квартиру не осматривал, в то время как в п. 7 договора указано, что покупатель удовлетворен качественным состоянием недвижимого имущества, установленного путем внутреннего осмотра квартиры перед заключением договора. Ответчик в квартире истца никогда не был как до заключения договора, так и после. Кроме того, в соответствии с п. 11 договора купли- продажи покупатель после государственной регистрации перехода права собственности принимает на себя обязанности по уплате налогов на «недвижимость», расходов по ремонту, эксплуатации и содержанию недвижимого имущества. Ответчик не производил никаких платежей. Кроме того, ключи от квартиры истца у ответчика никогда не находились, истец ему их никогда не передавала, и ответчик их у нее никогда не спрашивал про ключи.

О том, что с сентября 2023г. у квартиры имеется другой собственник-сын ответчика ФИО5, истцу стало известно из поступившего 6 октября 2023г. искового заявления о признании истца и ее сына утратившими право пользования жилым помещением. Из данного заявления следует, что ответчик ФИО4 подарил спорную квартиру 30 августа 2023 г. своему сыну ФИО5 В начале октября 2023 г. истцу принесли квитанцию об оплате коммунальных платежей, где было указано, что собственником квартиры является ответчик ФИО4 С момента составления договора кули- продажи, т.е. с января 2017г. и по сентябрь 2023г. все квитанции приходили на имя истца.

Ссылается на нормы ч. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой мнимая сделка, т.е. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия ничтожна. По смыслу приведенной нормы права, стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, т.е. стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В случае признания сделки купли- продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 56, 5 кв. м, заключенной 18 января 2017г. между истцом ФИО1 и ФИО4 ничтожной и применения последствий недействительности сделки в виде восстановления ее права собственности на квартиру, расположенную в 

<

адрес>, считает, что должна быть признана недействительной и сделка по договору дарения данной квартиры ФИО4 своему сыну ФИО5 от 6 сентября 2023г.

В исковом заявлении просит признать сделку купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 56,5 кв.м., 2 этаж, заключенную 18 января 2017 года между ней и ФИО4 ничтожной, применить последствия недействительности сделки путем возврата сторон сделки в первоначальное положение до заключения сделки. Обязать Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области Киселевский отдел аннулировать запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о принадлежности на праве собственности ФИО4 квартиры.

В ходе судебного разбирательства истцом уточнены исковые требовании. С учетом уточнении исковых требований просит признать недействительным договор купли- продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> общей площадью 56, 5 кв. м, 2 этаж, заключенный 18 января 2017 г. между ФИО1 и ФИО4.

Признать недействительным договор дарения квартиры общей площадью 56,5 кв. м, расположенной по 

<

адрес> от 30 августа 2023 г., заключенный между ФИО4 и ФИО5, право собственности которого зарегистрировано в ЕГРН 6 сентября 2023 г.

Прекратить право собственности ФИО5 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> общей площадью 56, 5 кв.м.

Восстановить право собственности ФИО1, признав за ней право собственности на квартиру общей площадью 56, 5 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>

Истец ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала, дополнительно пояснив, что с ответчиком ФИО4 договорились о том, что он возьмет для истца ссуду 400 000 рублей, оформив кредит на себя, а истец оформит договор купли-продажи своей квартиры на него. Договорились, что когда истец вернет ему 400 000 рублей вместе с процентами по кредиту, то он переоформит квартиру на ФИО1. В мае 2023 года истец пошла на пенсию, в июле работодатель ей выплатил крупную денежную сумму в связи с выходом на пенсию. 16 июля 2023 г. истец позвонила ФИО4, у них состоялся разговор, ответчик находился в состоянии алкогольного опьянения, они поругались, больше на связь он не выходил. Когда истец ему звонила, она предложила встретиться, все обсудить, чтобы вернуть ответчику долг и переоформить обратно квартиру на себя. После этого истец звонила ответчику в августе 2023 года и 6 октября 2023 г., когда ей пришла квитанция по оплате коммунальных платежей пришла на имя ФИО5, но ответчик ФИО4 не ответил на звонки. Долг ответчику истец выплачивала с января 2017 года, весь год, переводя со своей банковской карты на его банковскую карту, ежемесячно больше 10 тысяч, в 2018 году истец платила, весь год, потом у нее начались материальные трудности, она не смогла выплачивать долг ФИО4. ФИО4 сам вносил платежи по кредиту, об этом истцу известно с его слов. Истец перечисляла денежные средства на счет ФИО4, чтобы он вносил платежи по кредиту, нестабильно, в 2018, 2019, 2020 гг., с 2020 года по 2023 год истец не совершала платежи. Истец объясняла ФИО4, что не может пока выплачивать кредит, поскольку находится в тяжелом материальном положении, ему было известно, что по выходу на пенсию истцу выплатят крупную сумму. И когда истец получила денежные средства, планировала отдать ответчику 500 000 рублей, с учетом процентов. С момента оформления договора купли-продажи квартиры Волошко в квартиру не вселялся, платежи за коммунальные услуги не совершал, ремонт в квартире не делал, весь текущий ремонт делала истец за свой счет. Требований освободить квартиру и иных требований от Волошко не поступало. О том, что квартира не принадлежит ФИО4, а принадлежит ФИО5, истец узнала из квитанции за коммунальные платежи, которая пришла ей в октябре 2023 г. ФИО4 ни разу не был в квартире. 

Истец полагала, что когда она рассчитается с ФИО4 за кредит, который он взял для нее, они переоформят квартиру снова на нее. Ее зять звонил ФИО4, однако ФИО4 сказал, что не будет с нами разговаривать, все разговоры только через адвоката. Волошко также пояснил, что он выплатил 300 000 рублей в счет долга по коммунальным платежам, миллион рублей выплатил за ссуду, его сын это все выплатил. В телефонном разговоре с зятем истца ответчик ФИО4 сказал, что истец ему должна 1 300 000 рублей. Зять истца предлагал ответчику решить данный вопрос миром, но безрезультатно.

Кроме того, истец указывает на тот факт, что ФИО4 с момента приобретения квартиры не пытался вселиться в квартиру, а продолжал и продолжает жить в общежитии, что по мнению ФИО1, также свидетельствует о том, что ФИО4 не намеревался пользоваться спорной квартирой, вселяться в нее. 

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала, полагала, что срок исковой давности истцом не пропущен, ФИО2 пояснила, что о том, что квартира не принадлежит ФИО4, а принадлежит ФИО5, ее доверитель узнала из квитанции за коммунальные платежи, которая пришла ей в октябре 2023 г., до этого времени ФИО1 полагала, что квартира оформлена на ФИО4, и после того, как она отдаст ему долг, квартира будет переоформлена на ее имя. До октября 2023 г. платежи по оплате коммунальных услуг также оплачивал ФИО1, что так же свидетельствует о мнимости сделки. По мнению представителя истца, указания стороны ответчика на то, что денежные средства, которые поступали от ФИО1 на счет ФИО4 в разных суммах в период с момента оформления договора купли-продажи до 2020 г., это были денежные средства в счет аренды за квартиру, не соответствуют действительности, поскольку отсутствует договор аренды квартиры, суммы перечислений были разными, платежи прекратились в 2020 году, кроме того, истец оплачивала коммунальные услуги, что так же свидетельствует об отсутствии между истцом и ответчиком ФИО4 договорных отношений об аренде спорной квартиры. Наличие перевода от имени ФИО4 на счет ФИО1 в сумме 400 000 рублей подтверждает доводы истца о том, что ФИО4 взял в банке кредит для ФИО1, а она, в свою очередь в связи с этим и оформила договор купли-продажи квартиры на него, намереваясь в соответствии с договорённостью с ФИО4 по возвращении ему долга переоформить квартиру на себя.

Определением суда от 18 января 2024 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика – ФИО5

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 исключен из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечен к участию в деле в качестве соответчика. 

Ответчики ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещались надлежащим образом, в суд возвращены конверты с повесткой с отметкой почтового отделения об истечении срока хранения

Как следует из разъяснений п.п.67,68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23 июня 2015 года «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (п. 1 ст. 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Ст. 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное. Поскольку судом были приняты исчерпывающие меры, установленные действующим законодательством для извещения ответчиков о времени и месте судебного заседания по адресу регистрации указанных лиц по месту жительства, их неявку за почтовой корреспонденцией суд расценивает как отказ от получения судебной повестки и приходит к выводу о надлежащем извещении ответчиков о времени и месте судебного заседания (ст.117 ГПК РФ). Ответчики ФИО4, ФИО5 направили в суд представителя, который в ходе судебного разбирательства подтвердил, что его доверители надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания. 

Представитель ответчика ФИО4, соответчика ФИО5 – ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, просил в удовлетворении заявленных требований отказать, поддержал доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, пояснив что спорную квартиру ФИО4 купил у ФИО1 по договору купли- продажи от 18.01.2017 г. Денежные средства были переданы по данной сделке, после лично ФИО4 и ФИО1 пошли передали документы для перерегистрации права собственности в МФЦ. Никакой информации о займе денежных средств под спорную квартиру ФИО1 от ФИО4 стороне ответчика неизвестно. ФИО1 собственноручно подписала оспариваемый договор, что свидетельствует о том, что она четко выразила предмет договора и волю. Договор был исполнен сторонами 18 января 2017 г., 24 января 2017 г. Произведена государственная регистрация права собственности. 

Согласно п. 4 стороны достигли соглашения о цене отчуждаемого «Недвижимого имущества», которая составляет 1 000 000 рублей, которые уплачены Покупателем Продавцу до подписания настоящего договора полностью. Указанная цена является окончательной и изменению не подлежит. Соглашение о цене является существенным условием настоящего договора

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что оспариваемый договор соответствуют требованиям закона, участники договора в должной мере обладали правоспособностью и дееспособностью, волеизъявление сторон выражено в требуемой законом форме.

Поскольку фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достигнуть заявленных ими результатов, то установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной. Поэтому для обоснования мнимости сделки истцу необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

В рассматриваемом случае истцом заявлено о мнимости заключенной ответчиками сделки купли - продажи спорного имущества, которая в силу ч. 1 ст. 454 ГК РФ направлена на приобретение покупателями права собственности. Указанные сделки не могут быть признаны мнимыми, если они направлены на переход титула собственника и такой переход состоялся в установленном порядке.

В соответствии с положениями ст.56 ГПК РФ истцом не представлено относимых и допустимых доказательств того, что оспариваемый договор заключен под влиянием обмана или на крайне не выгодных для нее условиях.

В связи с этим можно прийти к выводу об отсутствии основания для удовлетворения требования признании заключенного 18 января 2017 г. между сторонами договора купли- продажи недействительным.

Квартира приобретена ответчиком ФИО4 по возмездному договору купли-продажи от 18 января 2017 г., в связи с чем просит применить срок исковой давности в отношении требований ФИО1 к ФИО6 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, отказав истцу в удовлетворении заявленных требований.

Третье лицо - Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области Киселевский отдел о времени и месте слушания дела извещено надлежащим образом, представитель в суд не направлен, представив письменные возражения.

Согласно требованиям части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле и извещённых о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела, потому, учитывая, что ответчики были надлежаще извещены о времени и месте слушания дела, в том числе путём размещения информации на официальном интернет-сайте Киселёвского городского суда Кемеровской области в соответствии со статьями 14, 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, заслушав пояснения сторон, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии п.1 и п.2 ст.209 гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (п.1). Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п.2).

Из п.2 ст.218 ГК РФ следует, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу части 1 ст.454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно п. 1 ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с ч. 1 ст.549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130 ГК РФ).

По правилам ст.550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п. 2 ст. 434 ГК РФ). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (ч.1 ст.551 ГК РФ)

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1 на основании договора купли-продажи от 25 июля 2011 г. квартиры по адресу: 

<

адрес> являлась собственником указанного объекта недвижимости в период с 25 августа 2011 г. по 24 января 2017 г. (л.д.90-93).

На основании договора купли-продажи квартиры от 18 января 2017 г. ФИО1 продала ФИО4 квартиру по адресу: 

<

адрес>. Стороны достигли соглашение о цене отчуждаемого «Недвижимого имущества», которая составляет 1 000 000 рублей, которые уплачены покупателем продавцу д о подписания настоящего договора полностью. Указанная цена окончательная и изменению не подлежит. Соглашение о цене является существенным условием договора (пункт 4 указанного договора). Покупатель удовлетворен качественным состоянием «недвижимого имущества», установленного путем внутреннего осмотра квартиры перед заключением настоящего договора, и не обнаружил при осмотре каких-либо дефектов или недостатков, о которые ему не сообщил продавец. По соглашению сторон в соответствии со ст.556 ГК РФ «недвижимость» считается переданной в момент подписания настоящего договора, который является приемно-передаточным актом (пункт 7 договора) (т.1 л.д.9).

На запрос суда из МФЦ Мои документы филиал г. Киселевска поступила копия регистрационного дела по спорный объект недвижимости (т.1 л.д. 77-81), из которого следует, что договор купли-продажи квартиры от 18 января 2017 г. зарегистрирован в установленном законом порядке ФИО1 продала ФИО4 квартиру по адресу: 

<

адрес>, Мои документы филиал г. Киселевска была оказана услуга по приему от ФИО1 документов для предоставления государственной услуги «Государственный кадастровый учет недвижимого имущества и (или) государственная регистрация прав на недвижимое имущество», донные сведениями подтверждаются материалами регистрационного дела по спорный объект недвижимости.

Как следует из адресных справок (т.1 л.д.47) ФИО4 зарегистрирован по месту жительства с 17 января 02011 г. по адресу: 

<

адрес>, (т.1 л.д. 76-77) ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрирован по месту жительства с 20 сентября 2923 г. по адресу: 

<

адрес>, 

ФИО1 каких-либо жилых помещений на праве собственности не имеет (т.2 л.д. 9).

На основании договора дарения от 30 августа 2023 г., заключённого между ФИО4 и ФИО5, квартира по адресу: 

<

адрес>, перешла в собственность ФИО5, право собственности ФИО5 на объект недвижимости зарегистрирован 6 сентября 2023 г. (л.д.т.2 л.д.7) 

Как следует из пояснений сторон, ФИО1 вместе со своим сыном Ф. М., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, до настоящего времени фактически проживает в спорной квартире. 

Обращаясь с иском о признании договоров купли-продажи недействительными, сторона истца указывает на то, что ФИО1 намерения отчуждать принадлежащую ей квартиру не имела, фактически полагая, что взяла денежные средства у ответчика ФИО4 под залог принадлежащей ей квартиры в счет обеспечения денежного обязательства. 

Оценивая данный довод стороны истца, суд принимает во внимание следующее.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно требованиям ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу прямого указания закона мнимая или притворная сделка отнесены к ничтожным сделкам (ст. 170 ГК РФ).

Свидетель А. в судебном заседании пояснила, что приходится дочерью ФИО1 Ей известно, что ее мама ФИО1 работает вместе с ФИО6, они коллеги. Со слов ФИО1 ей известно, что ФИО6 взял для нее ссуду в размере 400 000 рублей, это было около 7 лет назад, поскольку ФИО1 банки кредиты не выдавали. Какая была между ними договоренность по внесению платежей в счет погашения кредита и в счет погашения задолженности ФИО1 перед ФИО6, свидетелю не было неизвестно. Знате, что мама должна была ФИО6 переводить ежемесячно какую-то сумму. О том, что между ними была заключена сделка по поводу отчуждения квартиры в пользу ФИО6 свидетель не знала до октября 2023 года, пока мама ей не рассказала об этом. Ее мама ФИО1 узнала, что квартира ей не принадлежит, когда пришла квитанция об оплате коммунальных платежей не на ее имя, это было примерно в сентябре, в октябре 2023 года. Свидетель также пояснила, что ФИО6 никогда не вселялся в спорную квартиру, не приходил туда, свидетель никогда его не видела в квартире мамы. Ремонт и платежи по коммунальным платежам ФИО1 совершала самостоятельно. Мужских вещей в квартире матери свидетель также никогда не видела. С 18 лет свидетель проживала отдельно от матери, после окончания универститеа в течение 2018-2019 года она проживала вместе с мамой в квартире по адресу: 

<

адрес> При этом когда свидетель учился в университете в г. Кемерово, на выходные дни она приезжала в квартиру мамы по указанному адресу. Свидетелю было известно о тяжелом материальном положении матери. Кроме нее в семье воспитывается еще ее брат, он также находился у мамы на иждивении в тот период времени. Свидетель знала, что у мамы имеются долговые обязательства, но какие и в какой сумме, ей не было известно. 

Свидетель А. . в судебном заседании пояснил, что он является зятем ФИО1, муж ее дочери. В сентябре, в октябре 2023 года ему позвонила ФИО1 рассказала про ФИО6, что он взял для кредит 7 лет назад, в размере 400 000 рублей, который фактически должна была выплачивать ФИО1, в счет обеспечения платежей они оформили сделку купли-продажи квартиры, принадлежащей ФИО1, оформили квартиру на ФИО6. Этот разговор у свидетеля с ФИО1, состоялся, когда ФИО1 пришла квитанция об оплате коммунальных платежей на имя ФИО6 Свидетель позвонил ФИО4, но ФИО6 не стал с ним разговаривать, пояснил только, что сделал дарственную на квартиру на своего сына в сентябре. Потом ФИО6 сказал, что все вопросы свидетель решал с его сыном. Свидетель позвонил ФИО5, ФИО5 сказал, что квартира ему эта не нужна, что ему нужны деньги в размере одного миллиона рублей. Поскольку он погасил за отца кредит, была совершена сделка дарения квартиры. ФИО5 пояснил, что ФИО1 платила с просрочками. Свидетель просил ФИО5 предоставить документ о сумме, которую он заплатил, чтобы свидетель смог вернуть ФИО5 ту сумму, которую он оплатил в счет погашения задолженности по кредиту, однако впоследствии на контакт он так и не пошел. Свидетель пояснил, что они готовы мирно решить этот вопрос с ответчиками, отдать долг, но безрезультатно. Также свидетель пояснил, что семью ФИО1 он знает около 10 лет, он учился вместе с ее дочерью Кристиной учились в университете, в 2017 году он стал членом их семьи, брак официально не был зарегистрирован, но фактически являлся мужем дочери истца, поэтому часто приходил в квартиру ФИО1. За этот период времени ФИО6 в квартире не появлялся, ничего там не делал. Коммунальные услуги за квартиру оплачивала всегда ФИО1 И кредит, который взял на свое имя ФИО6 ФИО1 некоторое время оплачивала, это свидетелю известно также со слов самого ФИО6 

Свидетель Х.. в судебном заседании пояснила, что с ФИО1 знакома около 20 лет. Ей известно, что квартира по адресу: 

<

адрес> принадлежит ФИО1, она в ней живет много лет. Въехала истец в квартиру, когда была еще жива ее мама, старшая дочь училась в институте, а младший сын А. был совсем маленьким, это была ранее 2017 года. Свидетель часто бывает в квартире ФИО1, так как у них дружеские отношения. О том, что у квартиры, в которой живет ФИО1 новый собственник ФИО6, ей неизвестно. До того, как дочь истца вышла замуж, все ремонтные работы в квартире производили работники ЖЭКа, после того, как у ФИО1 появился зять, он стал ей помогать с этим. Другого мужчины в квартире Фахардиной не было, никто посторонний в квартиру истца не вселялся и не жил в ней. Если бы Волошко там появился, то это было бы заметно. Оплату коммунальных платежей производит сама ФИО1, свидетелю это известно, поскольку они обсуждают тему коммунальных платежей.

Также свидетель пояснила, что ей известно, что у ФИО1 были большие финансовые трудности, так как она живет одна, у нее было двое детей, на одну заработную плату ей было трудно содержать семью. Это было примерно несколько лет, начиная с 2015 года. Свидетелю известно о материальных трудностях ФИО1, поскольку истец делилась со свидетелем своими проблемами. О том, что кто-то взял на свое имя для истца кредит, свидетелю неизвестно. Владельцем квартиры в которой проживает истец, является сама истец, о других владельцах квартиры свидетелю неизвестно.

Свидетель К. в судебном заседании пояснила, что дружит с ФИО1 более 25 лет. ФИО1 проживает в квартире по адресу: 

<

адрес> около 15 лет. Раньше истец проживала с сыном А., дочерью и мамой, сейчас она проживает с сыном, мама умерла, а дочь съехала. Свидетель часто бывает в квартире истца, постороннего мужчину в квартире свидетель никогда не видела, вещей мужских, кроме вещей сына истца, также не видела. Свидетель помогала истцу в квартире делать ремонт. Свидетелю известен ФИО4, они были коллегами. Истец рассказывала свидетелю, то Волошко взял для нее кредит в сумме 400 000 рублей, чтобы ей помочь, так как у нее были финансовые трудности. Когда точно это было, свидетель не помнит, помнит, что около 5 лет назад. ФИО1 рассказывала свидетелю, что кредит она не выплатила, так как у нее были трудности материальные, она планировала пойти на пенсию, получить крупную сумму денег и рассчитаться с Волошко. Ей известно, что коммунальные платежи за квартиру оплачивает истец, поскольку она сама ее возила в соответствующие учреждения. Свидетелю неизвестно о том, что ФИО1 продала свою квартиру ФИО4, свидетель никогда не видела ФИО4 в квартире истца. Для нее новость о том. Что ФИО1 продала квартиру Волошко - это неожиданность. Если бы истец продала квартиру, свидетель бы об этом знала, поскольку она бы помогала истцу вещи перевозить.

Свидетель С. суду пояснила, что является соседкой ФИО1, они живут в одном доме больше 10 лет. Истец вселилась в квартиру, когда еще ее дочь училась в школе, сын был совсем маленький. Свидетель мужчин, кроме зятя истца, в квартире истца не видела, Она видела, что квитанции по оплате коммунальных услуг приходят на имя истца. С момента вселения в квартиру ФИО1 из квартиры своей не выезжала, и никто из посторонних не въезжал в ее квартиру. Также свидетель пояснила, что ей известно о трудном материальном положении истца, поскольку она видела в квитанции по оплате коммунальных услуг, что у ФИО1 есть задолженность по платежам. ФИО1 подрабатывала, поскольку денег им на семью не хватало. О том, что ее обманули с квартирой, свидетелю стало известно недавно. Известно, что человек сначала ей помог с деньгами, а потом обманул.

В подтверждение позиции ФИО1 о том, что сделка купли-продажи жилого дома была совершена с пороком воли (в отсутствие воли на совершение данной сделки), свидетельствует тот факт, что стороной ответчика не представлено доказательств получения ФИО1, денежных средств в размере 1 000 000 рублей (расписку, иные документы).

Таким образом, на основе представленных доказательств, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 цели продать принадлежащую ей квартиру не имела, свою волю на действительную продажу квартиры не выразила. Объективно об этом свидетельствуют фактические действия сторон сделки. В частности, до заключения договора купли-продажи ФИО4 не осматривал жилое помещение, что характерно в условиях обычного оборота при действительном намерении покупателя приобрести недвижимость с целью определения цены предмета продажи, которая зависит от состояния приобретаемой недвижимости. Обратного стороной ответчика не доказано.

Об отсутствии волеизъявления ФИО1 на отчуждение принадлежащей ей квартиры также свидетельствует то, что истец вместе со своим сыном постоянно в нем проживает до настоящего времени, оплачивает коммунальные платежи, требования о выселении к ней были предъявлены лишь осенью 2023 г., ответчик фактически не исполнял договор купли-продажи, в дом не вселялся, бремя содержания квартиры не нес. Являясь титульным собственником фактически не исполнял сделку. Данные обстоятельства также свидетельствует о нарушении ответчиками ст. 10 ГК РФ.

Указанные обстоятельства стороной ответчиков не оспорены.

Истец указывает на то, что о смене собственника спорной квартиры на ФИО5 ей стало известно в октябре 2023 года, когда она оплачивала коммунальные услуги, поставляемые в спорную квартиру. Данное обстоятельство подтверждается копиями платежных документов за август 2023 г., в которых содержатся сведения о ФИО1 как о плательщике (т.1 л.д. 138, 140-141).

Судом отмечается, что в материалы дела представлены сведения о движении денежных средств по счету банковской карты на имя ФИО1 и ФИО4, из которых следует, что ФИО7 на счет ФИО4 в период с декабря 2018 г. по июнь 2020 г. совершались денежные переводы. Представитель ответчиков, не оспаривая наличие денежных переводов на счет его доверителя ФИО4, пояснил, что данные денежные средства переводились истцом в счет арендных платежей, поскольку ФИО4 после совершения сделки разрешил ФИО1 пожить в спорной квартире на условиях аренды (т.1 л.д.57-58). Поскольку ФИО1 проживала в спорной квартире с разрешения нового собственника, по мнению стороны ответчика, она и должна была производить ремонтные работы в квартире. Также стороной истца не оспаривался тот факт, что ФИО4 занимал ФИО1 по ее просьбе денежные средства в размере 400 000 рублей.

По мнению суда, действия ФИО1 не свидетельствуют о наличии волеизъявления истца по отчуждение квартиры, учитывая, что фактической передачи спорного имущества не было произведено, ФИО1 фактическое владение квартирой не утратила.

П. 4 ст. 1 ГК РФ предусмотрено, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

П. 2 ст. 10 ГК РФ установлено, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 2 ст.168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст.ст. 10 и 168 ГК РФ.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 года «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет недействительность этих сделок, как не соответствующих закону (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ).

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. п. 7, 8 вышеуказанного постановления Пленума ВС РФ, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 ГК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в абз. 2 п. 86 указанного постановления от 23 июня 2015 года № 25, следует, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Таким образом, исходя из данного разъяснения, норма, изложенная в п. 1 ст. 170 ГК РФ, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически или требовать исполнения, а совершают формальные действия, свидетельствующие о порочности воли обеих сторон сделки.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление у третьих лиц о намерениях участников сделки изменить свое правовое положение.

Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

Из материалов дела усматривается, что на момент совершения сделки, стороны договора купли-продажи спорного жилья не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделки данного вида.

Из пояснений истца ФИО1 следует, что она не имела намерения отчуждать спорное жилое помещение, по договору купли-продажи денежные средства в размере 1 000 000 рублей не получала, постоянно проживает в указанной квартире вместе со своим сыном.

Таким образом, фактические обстоятельства спора свидетельствуют о том, что ответчик ФИО4 не владел и не пользоваться спорным жилым помещением, с момента заключения сделки в 2017 году ответчик действий по владению, пользованию приобретенным имуществом не осуществлял, доказательств обратного стороной ответчиков не представлено.

Действия истца ФИО1, напротив, свидетельствуют о том, что она осуществляла все правомочия собственника. Спорное помещение не выбывало из ее владения, она с сыном проживает в данном жилом помещении, производила ремонт в спорном жилом помещении, оплачивала коммунальные услуги. Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии между сторонами соглашения по достижению тех гражданско-правовых последствий, на которые направлено совершение сделки купли-продажи.

Таким образом, из материалов дела усматривается, что сделка купли-продажи от 18 января 2017 года ничтожна, была совершена лишь для вида без намерения создать соответствующие правовые последствия, воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки в силу ст.ст. 153, 454, 549 ГК РФ.

Оценив собранные по делу доказательства, показания сторон, проанализировав положения ст. 170 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что в данном случае имеет место мнимая сделка, целью которой отчуждение квартиры ФИО1 и ее приобретение ФИО4 не является.

При установленных обстоятельствах оспариваемый договор купли-продажи на основании ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ подлежит признать недействительным (ничтожным) с применением последствий недействительности (ничтожности) сделки, предусмотренных ст. 167 ГК РФ.

Отклоняя доводы стороны ответчика о пропуске срока исковой давности, суд исходит из того, что истцу ФИО1 стало известно о выбытии из собственности ФИО4 спорной квартиры только в сентябре 2023 года, когда в квитанции об оплате коммунальных услуг она увидела фамилию ФИО5. Следовательно, срок исковой давности следует исчислять с сентября 2023 года. Напротив, необращение в суд до момента получения квитанции об оплате коммунальных услуг на имя ФИО4 свидетельствует о том, что ФИО1 не имела намерения отчуждать спорное жилое помещение, полагая, что по возвращении долга ФИО4 квартира будет возвращена ей.

По смыслу положений п. 2 ст. 167 ГК РФ последствием недействительности сделки является возврат полученного по сделке тому лицу, от которого оно получено, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

При таких обстоятельствах следует признать недействительным по основаниям ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ договор купли-продажи квартиры, заключенный 18 января 2017 года между ФИО1 с одной стороны, и ФИО4 с другой стороны.

В силу части 1 статьи 196 ГПК РФ, суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

При этом суд, учитывает разъяснения, приведенные в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.06.2008 N 11 (ред. от 09.02.2012) «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» о том, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела. Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.

Определение нормы права, подлежащей применению к спорным правоотношениям, является юридической квалификацией. Наличие или отсутствие в исковом заявлении указания на конкретную норму права, подлежащую применению, само по себе не определяет основание иска, равно как и применение судом нормы права, не названной в исковом заявлении, само по себе не является выходом за пределы заявленных требований.

П. 1 ст.302 ГК РФ установлено, что, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.34 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения. В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам ст.ст.301, 302 ГК РФ. Если собственник требует возврата своего имущества из владения лица, которое незаконно им завладело, такое исковое требование подлежит рассмотрению по правилам ст.ст.301, 302 ГК РФ, а не по правилам главы 59 ГК РФ.

В п.35 данного постановления указано, что, если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (ст.ст.301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные ст.ст.301, 302 ГК РФ.

Кроме того, в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 года №6-П указано, что ГК РФ не ограничивает гражданина в выборе способа защиты нарушенного права и не ставит использование общих гражданско-правовых способов защиты в зависимость от наличия специальных, вещно-правовых способов; граждане и юридические лица в силу ст.9 ГК РФ вправе осуществить этот выбор по своему усмотрению. Вместе с тем в этом же постановлении указано, что, когда по возмездному договору имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться в суд в порядке ст.302 ГК РФ с иском об истребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего это имущество (виндикационный иск). Если же в такой ситуации собственником заявлен иск о признании сделки купли-продажи недействительной и о применении последствий ее недействительности в форме возврата переданного покупателю имущества и при разрешении данного спора судом будет установлено, что покупатель является добросовестным приобретателем, в удовлетворении исковых требований в порядке ст.167 ГК РФ должно быть отказано

Поскольку добросовестное приобретение в смысле ст.302 ГК РФ возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация) (п.3.1)

Из приведенных положений закона и актов его толкования следует, что зарегистрированное право собственности лица, владеющего имуществом, приобретенным по сделке не у истца, а у другого лица, может быть оспорено истцом путем истребования этого имущества по основаниям, предусмотренным ст.302 ГК РФ, с установлением всех необходимых для этого обстоятельств, в том числе, связанных с защитой прав добросовестного приобретателя, и с соответствующим распределением обязанностей по доказыванию.

В п.39 названного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года №10/22 разъяснено, что, по смыслу п.1 ст.302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

При таких обстоятельствах, оценив представленные доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что совокупностью доказательств по делу, в частности объяснениями ФИО1, относительно отсутствия у неё намерения по продаже квартире, показаниями свидетелей, подтвердивших данное обстоятельство, отсутствием доказательств факта получения ею денежных средств, фактическое владение истцом спорной квартирой по настоящее время, подтверждается отсутствие у истца намерения отчуждать спорный объект недвижимости.

Доказательств наличия у ФИО1 воли на выбытие квартиры из ее владения в материалы дела не представлено.

Таким образом, поскольку ФИО1, будучи собственником жилого помещения, не выразила свою волю на отчуждение спорной квартиры, является выбывшим из владения собственника помимо его воли, в связи с чем она вправе истребовать спорное жилое помещение.

Поскольку зарегистрированное право собственности лица, владеющего имуществом, приобретенным по сделке не у истца, а у другого лица, может быть оспорено ФИО1 путем истребования этого имущества по основаниям, предусмотренным ст.302 ГК РФ, оснований для признания недействительными договора дарения квартиры общей площадью 56, 5 кв.м, расположенной по 

<

адрес> от 30 августа 2023 г., заключенного между ФИО4 и ФИО5 суд не усматривает.

Данное требование истца судом отклоняется, поскольку ФИО1 в данном случае выбран ненадлежащий способ защиты права.

Ответчиком ФИО5 требование о признании его добросовестным приобретателем не заявлено.

В связи с этим квартира по адресу: 

<

адрес> подлежит истребованию из чужого незаконного владения ФИО5 в собственность ФИО1 на данную квартиру следует признать право собственности ФИО1, прекратив право собственности на спорное жилое помещение ФИО5

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купи-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 56, 5 кв.м., заключенный 18 января 2017 года междуФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт серия № выдан ДД.ММ.ГГГГ г. 

<

данные изъяты>) и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт серия № выдан ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>). 

Прекратить право собственности ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт серия № выдан ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>) на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> общей площадью 56, 5 кв.м.

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт серия № выдан 

<

данные изъяты>), в собственность ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт серия № выдан ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> области) квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> общей площадью 56, 5 кв.м.

Признать право собственности ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт серия № выдан ДД.ММ.ГГГГ ГУ МВД России по Кемеровской области) на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 56, 5 кв.м.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований ФИО1 отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения путём подачи апелляционной жалобы через Киселевский городской суд Кемеровской области. 

Мотивированное решение составлено 31 июля 2024 г. 

Председательствующий Т.Л. Амелличкина