Судья Федорова Н.К.

№ 22-1677/2017

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Вологда

6 сентября 2017 года 

Судебная коллегия по уголовным делам Вологодского областного суда в составе:

председательствующего Инюкина С.В.,

при секретаре Солодягиной В.А.,

с участием: прокурора Беляковой С.К.,

осужденной ФИО1 и ее защитника адвоката Манойловой Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденной ФИО1 и апелляционному представлению государственного обвинителя Дмитриевой Е.А. на приговор Череповецкого городского суда Вологодской области от 13 июля 2017 года, которым

ФИО1, родившаяся 

<

ДАТА> в 

<

адрес>, гражданка Российской Федерации, судимая 17 февраля 2017 года Череповецким городским судом Вологодской области по п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы,

осуждена по ст.106 УК РФ к 2 годам 2 месяцам лишения свободы,

в соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний назначено 3 года 2 месяца лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима,

срок наказания исчислен с 13 июля 2017 года, зачтено наказание с 26 января по 12 июля 2017 года, отбытое по приговору суда от 17 февраля 2017 года, 

мера пресечения до вступления приговора в законную силу избрана в виде заключения под стражу, взята под стражу в зале суда, 

принято решение по вещественным доказательствам,

установила:

ФИО1 признана виновной в том, что она, являясь матерью новорожденного ребенка, в ночь с 14 на 15 сентября 2016 года в 

<

адрес>, совершила его убийство в состоянии психического расстройства, не исключающего вменяемости.

Вину в совершении преступления ФИО1 в суде первой инстанции не признала.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 указывает, что ее вина в совершении преступления не доказана, явку с повинной она написала под воздействием следователя, ее показания повторно на полиграфе не проверялись, от показаний на следствии отказывается. Нанести вред своему ребенку она не могла, свидетелями и справками о лечении детей подтверждено, что она осуществляла за детьми надлежащий уход, является хорошей матерью. По месту жительства она характеризуется положительно, до заключения под стражу была трудоустроена, является матерью-одиночкой, имеет на иждивении еще троих малолетних детей, смерть ребенка отразилась на ее психическом состоянии, также она страдает заболеваниями сердца и послеродовыми кровотечениями, в связи с чем ей требуется постоянное медицинское наблюдение. Эти обстоятельства не были полностью учтены судом, ей назначено чрезмерно суровое наказание. Просит отменить приговор, оправдать ее.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденной ФИО1 представитель потерпевшего - отдела опеки и попечительства мэрии 

<

адрес> С.Т.Ю. указывает, что ФИО1 в отношении всех своих несовершеннолетних детей в настоящее время лишена родительских прав, она не имела определенного места жительства, не заботилась о детях, злоупотребляла спиртным, вела асоциальный образ жизни, неоднократно привлекалась к ответственности за ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию и содержанию детей. Жалобу осужденной просит отклонить как необоснованную.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Дмитриева Е.А. указывает, что осужденной судом назначено чрезмерно мягкое наказание. В нарушение требований ч.3 ст.61 УК РФ суд повторно учел в качестве смягчающего наказание осужденной обстоятельства ее состояние здоровья, несмотря на то, что действия осужденной были квалифицированы по ст.106 УК РФ ввиду наличия у нее психического расстройства, это обстоятельство уже учтено в качестве признака состава преступления. ФИО1 отказалась от ранее заявленного ею ходатайства о рассмотрении дела в особом порядке, судебное заседание было проведено по общим правилам, положения ч.5 ст.62 УК РФ при назначении наказания учету не подлежали. ФИО1 характеризуется отрицательно: ведет антисоциальный образ жизни, не имеет постоянного места жительства, не работает, неоднократно привлекалась к административной ответственности за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей, в местах лишения свободы и следственном изоляторе также допускала нарушения режима содержания, после смерти новорожденного, спустя всего 10 дней совершила новое преступление. Просит изменить приговор, исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на состояние здоровья как на смягчающее наказание осужденной обстоятельство, назначить ФИО1 наказание по ст.106 УК РФ в виде 3 лет 3 месяцев лишения свободы, с применением ч.5 ст.69 УК РФ окончательно назначить 4 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима.

В заседании суда апелляционной инстанции осужденная ФИО1 и ее защитник адвокат Манойлова Н.Н. поддержали апелляционную жалобу, возражали против удовлетворения апелляционного представления. Прокурор просил оставить апелляционную жалобу осужденной без удовлетворения, приговор изменить по доводам апелляционного представления, а также исключить ссылку на заключение психофизиологического исследования в отношении П.И.А., поскольку данное заключение недопустимо в качестве доказательства. 

Суд апелляционной инстанции, выслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, приходит к следующему:

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления соответствует фактическим обстоятельствам дела, правильно установленным судом, и подтверждается доказательствами, которые были исследованы в судебном заседании и подробно приведены в приговоре.

Так, 7 декабря 2016 года ФИО1 на очной ставке с П.И.А., в отношении которого она ранее дала свидетельские показания о совершении им убийства ее новорожденного сына, добровольно изменила свои показания, пояснив, что смерть ребенку причинила она, П.И.А. оговорила. 

В тот же день ФИО1 добровольно написала явку с повинной, указав, что после родов она задушила своего ребенка, так как ей негде жить, нет работы, это был четвертый ребенок, сожитель ей не давал жизни.

При допросе в качестве подозреваемой ФИО1 показала, что 13 сентября 2016 года она с новорожденным сыном М.В. была выписана из роддома, остановилась проживать у Л.А.Г., они употребляли спиртное. Ночью на 15 сентября 2016 года, когда все спали, она переложила ребенка к себе на пол, руками задушила его, передавливая шею. Когда поняла, что ребенок умер, включила свет, разбудила П.И.А., сказала ему, что ребенок мертв. П.И.А. оговорила, испугавшись ответственности.

Свои показания ФИО1 подтвердила с участием защитника и понятых при проверке на месте преступления, подробно продемонстрировав свои действия. 

При допросе в качестве обвиняемой 12 апреля 2017 года ФИО1 признала вину, подтвердила ранее данные ею показания в качестве подозреваемой и явку с повинной.

По заключению судебно-медицинского эксперта К.Д.Е., смерть М.В. наступила в результате комбинированной механической асфиксии от сдавливания органов шеи и закрытия отверстий рта – носа руками. При исследовании трупа обнаружены три ссадины на передней поверхности шеи справа, группа ссадин на щечной области слева с переходом в подбородочную область слева, две ссадины в подбородочной области справа, прерывистое полосовидное осаднение на задней поверхности шеи справа в верхней и средней трети, очаговое кровоизлияние в области правого большого рога подъязычной кости спереди, очаговое кровоизлияние в области верхней части трахеи справа, обширное кровоизлияние в области правой доли щитовидной железы. Указанные повреждения возникли от сдавления органов шеи и закрытия отверстий носа – рта руками, являются прижизненными, опасными для жизни.

В судебном заседании эксперт К.Д.Е. подтвердил, что особенности повреждений на шее трупа – дугообразные ссадины, характерны для причинения повреждений руками, они свидетельствуют, что шея сдавливалась руками, рот и нос закрывались руками.

Из показаний свидетеля Л.А.Г. следует, что ФИО1 с сожителем П.И.А. и своими детьми ночевали у нее в квартире, они выпили бутылку водки, конфликтов не было, легли спать. В 4-м часу она проснулась от включенного света, ребенок ФИО1 лежал не в кроватке, а на полу. Малюкина взяла его на руки, сказала, что он не дышит. 

Из показаний свидетеля П.И.А. – сожителя осужденной следует, что его разбудила ФИО1, сказала, что ребенок не дышит. Ребенок был холодный, он подумал, что ребенок срыгнул и захлебнулся. Он убрал ребенка в ванную комнату, затем вызвал скорую помощь.

Сотрудники полиции З.Е.А. и Т.К.В., прибывшие на место происшествия, показали, что обстановка в квартире была спокойная, ФИО1 пояснила, что уложила вечером ребенка спать, утром обнаружила мертвым.

Свидетель М.К.В. – фельдшер скорой помощи, показала, что ФИО1 пояснила о том, что обнаружила ребенка утром мертвым, но с ее стороны было полное безразличие, мужчина в квартире был расстроен. На шее у ребенка было несколько ссадин как от ногтей, было видно, что ребенок умер не естественной смертью.

Вина ФИО1 подтверждается также другими свидетельскими показаниями и письменными доказательствами, указанными в приговоре.

Судом обоснованно признаны достоверными показания осужденной ФИО1 на предварительном следствии в качестве подозреваемой, в том числе при проверке показаний на месте, в качестве обвиняемой, а также сообщенные ею сведения в явке с повинной, поскольку они были получены в соответствии с требованиями УПК РФ, согласуются с заключением судебно-медицинского эксперта, показаниями указанных выше свидетелей. 

Доводы осужденной в судебном заседании о невиновности в совершении преступления судом были тщательно проверены и обоснованно отвергнуты, чему в приговоре дана подробная мотивировка.

Оценка исследованным доказательствам судом дана в соответствии с правилами ст.17 и ст.88 УПК РФ. Оснований давать другую оценку тем фактическим обстоятельствам дела, которые были установлены судом первой инстанции и которыми руководствовался суд при принятии решения, суд апелляционной инстанции не находит.

Из приговора суда подлежит исключению ссылка на заключение психофизиологического исследования в отношении П.И.А., поскольку такое заключение к допустимым доказательствам, предусмотренным ст.74 УПК РФ, не относится. Исключение этого доказательства не влияет на обоснованность вывода суда о доказанности вины ФИО1 

По заключению комплексной судебно-психиатрической комиссии экспертов у ФИО1 во время совершения преступления имелось психическое расстройство в виде смешанного расстройства личности с неустойчивой компенсацией, которое не лишало ее возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Квалификация действий ФИО1 по ст.106 УК РФ является правильной, выводы суда подробно мотивированы в приговоре.

При назначении ФИО1 наказания суд учел характер и степень общественной опасности преступления, все данные о личности виновной, влияние назначенного наказания на ее исправление и условия жизни ее семьи, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание.

В качестве смягчающих наказание осужденной обстоятельств суд признал явку с повинной, наличие на иждивении малолетней дочери Вероники, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в которой осужденная не была лишена родительских прав.

Из апелляционной жалобы осужденной, ее пояснений в суде апелляционной инстанции следует, что она имеет заболевания сердечно-сосудистой системы, ее здоровье ухудшилось после родов. В сообщении эксперта (т.3 л.д.130-132) указано на наличие у осужденной серьезных нарушений сердечно-сосудистой системы, неврологические проявления. По заключению комплексной судебно-психиатрической комиссии экспертов диагностированное у ФИО1 психическое заболевание имелось не только на момент преступления, но и на момент проведения экспертизы. С учетом указанных обстоятельств, суд апелляционной инстанции считает, что состояние здоровья осужденной обоснованно признано смягчающим ее наказание обстоятельством. 

Иных смягчающих наказание осужденной обстоятельств судом первой инстанции обоснованно не установлено, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Наказание ФИО1 назначено с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, соответствует требованиям, предусмотренным ст.6, ст.60, ч.1 ст.62 УК РФ, по своему размеру не является чрезмерно мягким или чрезмерно суровым. Оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.ст.64, 53.1, 73 УК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Поскольку уголовное дело рассмотрено в общем порядке из приговора следует исключить ссылку на ч.7 ст.316 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Череповецкого городского суда Вологодской области от 13 июля 2017 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на заключение психофизиологического исследования в отношении П.И.А., как недопустимое доказательство, и ссылку на ч.7 ст.316 УПК РФ,

в остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденной и апелляционное представление государственного обвинителя – без удовлетворения.

Председательствующий